Стратегия. Колония

Читали в старых фантастических романах классные сказки о «куполе силового поля»? Такового у нас, так уж вышло, нет, но некий купол безопасности «Унжа» вокруг форта создает. А уж по радиосвязи Юрка уверяет, что может связаться даже со Смотрящими, если они дадут частоту.

Панель и планшет-терминал Канала, ту самую «шоколадку», мы извлекли, перетащили и установили быстро, поместив на «родное место». Помогла предусмотрительность и добротная жадность шкипера – в Балаклаве мы забрали чудесные деревянные подставки из небольших «шпал» с профильными выемками. Так все и смонтировали в подвале – отныне в этом помещении находится операторская с табличкой на двери «Не входить!», святая святых.

Неожиданно много времени занял монтаж плотницкого стола с циркулярной пилой. Непостижимым образом тяжеленная стальная плита не вместилась в волокушу, на склоне слетает. Как такое могло произойти, сам не понимаю… Ведь хорошо помню, как мы с Хвостовым все вымеряли! Вот такие накладки. Гоблин смело предложил тянуть плиту волоком, как плуг, но его послали: ни к чему резать борозды и портить гладкую поверхность. Еще на борту исландец начал собирать под плиту массивную деревянную станину – тут работы было немного. А вот вес… Как же хорошо было смотреть, как автокран легко и просто закидывает грузы в утробу «Клевера»!

Материального склада как строения, считай, пока не имеем. Есть временная сборная конструкция под пленкой, противодождевая, позор экспедиции. Стройматериалы, пустые бочки из-под солярки, более чем скромные запасы металла лежат пока там, а самое ценное распределили по помещениям форта и флигеля.

Баня запущена.

Я недоумевал, зачем Смотрящие настроили тут столько печей, – постепенно вопрос проясняется. На первом этаже малой башни имеются две небольшие комнаты без окон, лишь узкие бойницы в одну сторону. Не знаю, как эти помещения использовались раньше, – у нас же они стали баней, хоть отсюда и не совсем близко к реке. Ничего, деревянную ванну во дворе поставим. Втащили открытый титановый бак, в трюме, как корзина, набитый всяким нужным, протянули от Клязьмы рукав, подключили помпу. Схема временная: воду нужно будет разводить нормально, по пластиковым трубам. Вторая печь досталась кухне – она на первом этаже, рядом с обеденным залом.

Чтобы два раза не вставать, расскажу и про туалеты, как элемент завершающей стадии всех свершений, – и это не для глянцевого журнала про «вокруг света»… Я надеялся на Подарок, и он все же состоялся, спасибо вам, Писатели, сердечное. В Южном Форте такого Чуда нет, в Замке Россия их два, в Берлине – одно. Загадка Смотрящих – «космический туалет». Это огромный вертикальный ствол диаметром в тридцать сантиметров, пробитый в земле неведомыми силами. Такой туалет «стоит» в донжоне и в здании клуба, что в Церкви. Куда все валится, никто не знает. Версий было очень много, еще больше шуток. Научники замеряли: не с первого раза, но достигли дна или полки на глубине в восемь сотен метров. Все остальные туалеты Замка имеют природную смывную канализацию. Здесь такой «космотолчок» оказался в главной башне, и это – Подарок.

Интересно, что пытаются разглядеть Смотрящие, когда… Хм.

Дворовый мы тоже сделали, в отдалении, как и планировалось. Умывальники проверенные, жестяные настенные рукомойники в ряд, до монтажа нормальной водоподачи.

О жилье. С расселением вообще все пошло не так, как я себе представлял изначально, даже многоопытный Вотяков не помог. Народ категорически захотел жить на втором этаже.

– Да и рыжий пес с ними, со стеклами, – заявила Ленни. – Вид из окна на натуру – вот что главное. А окна сделаем.

Ага. Она сделает.

– Пленкой пока затянем, – подхватила Света. – Зато воздух свежий.

Люди экспедиции «Беринг», товарищи, – это не обыватели Замка Россия. Их бесстекольем не напугаешь: им незнакомую местность видеть нужно.

Мою вредину поддержали все жители форта. Радист с Хвостовым вообще сразу решили жить на рабочих местах, во флигеле. Юрка к тому привык в донжоне, а Хвостов вообще не знаю когда спит. Объективно флигель есть своеобразный форт в миниатюре. Толстенные каменные стены, узкие бойницы, редкие окна… Тем не менее хорошо, что дурной пример не стал заразным для семьи Эйнара. Исландцы – люди обстоятельные, и такие теснины им не по душе: они заняли комнату на втором этаже малой башни. Места в форте много, никаких неудобств, еще и лишнее осталось. Мы с Ленни зажили по-семейному на втором этаже главной башни – мужики шутят: «командорская традиция».

На первом этаже в основном служебные помещения. Комната штаба рядом с подвалом терминала, холл у главного входа стал дежуркой, сюда сведена вся телеметрия. Медпункту отвели два помещения, а живет Света вместе с Катрин на втором.

Появился и вынужденный разброс личного состава.

Мауреры остались на «Клевере». Говорил я с ним, говорил… да и плюнул.

С первого дня на судне поставили вахтенного. И что? Капитан все равно безвылазно торчит на борту – Нионила, естественно, к нему. Ули опасается, пока что во всяком случае, за сохранность судна. Думаю, понадобится не одна неделя, пока он привыкнет. Полегчавший после разгрузки мотобот стоит на причале, крепко-накрепко прикованный к «ломам» стальными цепями: хрен угонишь. Мало того, имеются два армейских датчика движения – ими разжились заранее. Я планировал один поставить в бухте, нацелив на корабль и лодки, – так мы и сделали. Не работает система! Ночью потягивающийся Маурер выходит на палубу под небеса – датчик на берегу тут же срабатывает, дежурный в холле подпрыгивает.

Хорошо, мы развернули датчик вдоль берега, на южное, «амазонское» направление. Но чертов шкипер все равно нервничает, не верит электронике. Надеюсь, это пройдет. В любом случае при первом же «аларме» все обязаны собраться в форте: гарнизон есть гарнизон. Сотников в данном случае рявкнул бы. Я не буду. Потапов – не Сотников; всегда держу ячейку для мысли типа: «А вдруг у него какая-то чуйка срабатывает?»

Второй датчик установлен практически в поле, за фортом, и тоже чуть развернут на юг. Ночью датчики вместе с собакой стерегут «ближний круг». Дальний – на РЛС и камерах «Унжи».

Пока вот так. Реальные опасности еще не выявились, и я – без паники.

Что еще… Да, про «зверье мое»! Боцману во дворе поставили будку капитальную, теплую: хватит, парень, нежиться – зря, что ли, тащили. Пес по привычке первой же ночью удрал на судно к папе Ули, но был неожиданно для себя изгнан. Две ночи выл Боцман, потом привык. Котенок состоит при Ниониле – ему там самое мяско, лучше всех устроился, шкодник пушистый.

С деревом у мастеров страшный дефицит. Место доброе, но вот сосновую рощу жалко до слез, пусть она не так уж и мала. Свалили три строевых ствола и десяток малых на северной окраине – надо было срочно мастерить ворота входов. Лиственных же деревьев в ближайшей округе практически нет. Ольга уже разметила делянки для посадки культур, они тут круглый год должны расти – деловой и опытный участки: очевидно, что их необходимо огораживать, правда, непонятно, от кого именно… Как и чем огораживать, тоже не совсем ясно. Колючей проволокой я не запасся: лимит груза не позволял мне такой роскоши, а даже примитивный штакетник сделать не из чего – ближайший лесок находится в двух километрах от форта, а это надо рубить, таскать волоком… нет времени, хоть разорвись.

Примечания

1

Кучево-дождевые облака (лат.).

2

О! Зензубель! Шершебель! (нем.).

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.