Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Star Wars: Уязвимая точка

ModernLib.Net / Стовер Мэтью Вудринг / Star Wars: Уязвимая точка - Чтение (стр. 16)
Автор: Стовер Мэтью Вудринг
Жанр:

 

 


      Мощные руки свело, и они бессильно опустились по обе стороны от Кара.
      – Это называется ваапад, Кар, - обжигающий свет полыхал в глазах Мейса. - Сколько рук ты видишь?
      Затем он дважды ударил лор пилека по носу еще до того, как тот успел моргнуть.
      Вэстор завыл от боли и яростного неверия, вновь ударяясь о бок акк-пса, вращаясь волчком, пытаясь уйти от мелькающих рук джедая.
      Мейс не отставал, прижимая Кара к боку акка. Кулаки джедая наносили вихрь ударов ваапада, ударяя не с целью выключить или убить, но с целью обидеть: кусачие вспышки по мягким тканям, удары по ушам и носу, тычки по подбородку.
      Акк-пес внезапно скользнул прочь от них, давая Бэс-тору полметра свободного пространства. Лор пилек тут же нырнул вбок и вниз.
      Мейс дал ему уйти.
      – Давай, беги, Кар. Все кончено. Ты проиграл. Здесь я большой пес…
      Вэстор перешел из нырка в перекат, резко развернулся в сторону мастераджедая, замерев на одном колене, и, до того как Винду закончил говорить, Сила завертелась вокруг него, оторвала его от земли, и Мейс очень быстро полетел, вращаясь в воздухе, в сторону серого покрытого мягкой корой ствола ламмы с метр толщиной. Дерево сотряслось от столкновения, и в голове Мейса закружилась спираль Галактики.
      Он подумал: «А мне-то было интересно, когда же мы доберемся до этой части».
      Лицо Вэстора напряглось. Сила, видимо, постепенно возвращалась в его руки. По крайней мере, он смог поднять одну и сделать жест человека, бросающего камень. Мейс пролетел, кружась, от дерева и врезался в череп удивленного аккпса.
      Столкновение буквально надело его на голову пса и выбило последние капли воздуха из легких. Шипы на голове пса порезали живот Мейса, и когда пес стряхнул джедая, резко мотнув головой, словно нималианский водяной бык, кровь Мейса осталась стекать по его черным внешним векам.
      Падаваны-джедаи учатся противостоять силокине-зу еще до того, как начинают свою подготовку во владении световым мечом. По-прежнему находясь в воздухе, Мейс почувствовал поток мощи, что удерживал хватку Вэстора. Резко выдохнув, джедай позволил центру этого потока, точке контакта Вэстора с Силой, расслабиться и отправил мощь Вэстора обратно в окружающие джунгли…
      И джунгли наполнились жизнью.
      Лиана хватолиста змеей скользнула вниз и схватила одну из лодыжек Мейса в неразрываемый захват. Его полет превратился в широкое падение по дуге головой вниз.
      Лианы хватолистов сжимаются тем сильнее, чем сильнее сопротивляется жертва, а их волокна по прочности сравнимы с дюрастильным кабелем - разорвать их обычной человеческой силой просто невозможно. Хватолист сжал лодыжку Мейса, и из ран, нанесенных острыми краями его глянцевых листьев, потекла кровь. Еще одна лиана схватила за другую лодыжку, и, повиснув вниз головой, он увидел толстую, с шипами, словно мечи, медную лозу, целящуюся ему в шею.
      Он чуть не потянулся сквозь Силу за своим световым мечом…
      Но это бы означало признание поражения.
      Надо не ошибиться.
      С помощью Силы он встряхнул лиану хватолиста, так что дуга полета унесла его за пределы круга из псов и людей. Когда джедай проносился в воздухе, один из акк-стражей ухмыльнулся:
      – Большой пес? Скорее маленький таскер-поросе-ночек.
      Когда Мейс качнулся назад» он потянулся вниз и схватил этого акк-стража за руку, дернув его вверх, в воздух. Зачерпнув в Силе энергии, Мейс перекинудюшарашенного стража через себя и разрезал краем его острого, как бритва, щита лиану. А затем отпустил акк-стража в беспомощный полет во тьму джунглей.
      Мейс превратил собственное падение в сальто, приземлившись на плечи аккпса. И вновь рванул в воздух.;.
      Но вэсторовский захват Силой вновь сдавил его.
      Вэстор уже стоял на ногах, и руки его, казалось, совершенно не пострадали. Его наполненный кровью рот широко распахнулся в вое триумфа, когда он потянул Мейса на себя, сквозь наполненную разноцветными светящимися лозами ночь, распахивая руки в смертельном объятии.
      Мейс подумал: «Ну раз ты настаиваешь…»
      Вместо того чтобы сопротивляться или отводить мощь вэсторовского захвата Силой, Мейс добавил в него собственной силы. Скорость его полета внезапно удвоилась - Вэстор успел лишь распахнуть в неверии глаза, когда Мейс рванул в его сторону головой вперед. Макушка джедая вонзилась точно в живот Кара, и лор пилек рухнул на землю, словно его сбило ракетой.
      С другой стороны, пресс Вэстора был немногим мягче ламмы, в которую Мейс недавно врезался, так что столкновение не принесло ничего хорошего и голове Мейса.
      Еще одна галактическая спираль расцвела рядом с первой, когда Мейс, скатившись с Кара, лег на спину, рассматривая колесо звездных секторов в собственной голове. Вэстор лежал рядом, пытаясь со слабым тяжелым свистом вогнать воздух внутрь сжавшейся грудной клетки.
      Наконец, дыхание Вэстора вновь превратилось в череду мощных резких вдохов, и Мейс осознал, что время его заканчивается. Он тряхнул головой, вытрясая воображаемые звезды, дотянулся до собственной лодыжки и отвязал обрезанный кусок лианы хватолиста: тот теперь сопротивлялся не сильнее обычной веревки. Мейс взялся за лиану с обоих концов, и, когда Вэстор, перевернувшись, оперся на ладони и колени, Мейс прокинул лиану вокруг его шеи и сдавил ею его горло.
      Вэстор выпрямился и потянулся ладонями к собственному горлу, пытаясь разорвать импровизированную гаротту Мейса, но даже он не был силен настолько, чтобы разорвать лиану хватолиста голыми руками. Лицо его потемнело, наполняясь кровью, шея сзади набухла, вены выступили на висках и на лбу.
      «10 секунд, - подумал Мейс, вися на Каре, упираясь коленями ему в спину. - 10 секунд, и все».
      Вэстор смог опереться на одну ногу.
      Мейс сглотнул, пытаясь привести в норму дыхание и одновременно стянуть потуже лиану вокруг горла лор пилека.
      Одна лишь сила воли подняла Вэстора на ноги. Казалось, он даже не заметил веса массивного мастера-дже-дая, свисающего с его спины.
      Мейс подумал: «Вот и все…»
      В мгновение ока захват Вэстора сместился с лианы хватолиста на запястья Мейса. Лор пиле к рванул вперед, сгибаясь в поясе, и, перебросив рывком невероятной моши мастера-джедая через голову, впечатал его в грязь.
      Столкновение заменило звезды в голове Мейса всепоглощающей черной дырой. Он так и не смог толком отдышаться после столкновения с акк-псом, а теперь он вообще не мог дышать. Кроны деревьев подернулись черным туманом. Но, несмотря на тьму, опустившуюся на сознание, Винду заметил краем глаза, как Вэстор прыгнул в воздух, чтобы обрушиться на него сверху. Задыхаясь, он все же откатился в сторону, и Вэстор жестко грохнулся на землю рядом с ним.
      Оглушенный, Мейс попытался подняться, опереться на ладони и колени. Вэстор по-прежнему лежал рядом, его руки бессильно хлестали Мейса по бокам. Джедай оттолкнул лор пилека и поднялся-таки на колени. Вэстор перекатился к стволу дерева и начал медленно подниматься по нему вверх, пьяно шатаясь из стороны в сторону.
      Мейс задыхался и с трудом видел сквозь черный с красным туман в голове, но все же он зачерпнул энергии из Силы и бросил свое тело вперед. Резко развернулся к Вэстору, сцепив руки вместе, вкладывая все те крохи сил, что у него еще остались, в один последний всесокрушающий удар, который оторвал Вэстора от земли, перевернул в воздухе и уронил шеей вниз.
      Мейс качался, еле держась на ногах, пытаясь сфокусировать глаза на постоянно пропадающих джунглях. Ясно видел он лишь то, что лор пилек вновь поднялся на ноги. Вэстор улыбался.
      – И это все, что ты можешь?
      – Я только… - Мейс попытался вдохнуть воздух. Его руки медленно поднялись: казалось, каждая сделана из коллапсия, - Только начал…
      Одна из этих, столь любимых Вэстором, пощечин открытой ладонью вынырнула из темноты. Следующее, что осознал Мейс, - подобный колоколу звон в ушах и огромная рука Вэстора, сдавившая горло, поднимающая джедая над землей.
      Глаза Мейса начали закатываться. От мира осталась лишь окровавленная ухмылка Вэстора.
      Вэстор прорычал:
      – Сколько рук ты видишь? Мейс не ответил.
      Но руки с кулаком, которой погасил мир, словно огонек свечи, он не увидел.
      Запах аммиака и гнилого мяса во тьме. Дыхание хищника.
      Сухой жесткий язык размером с утерянную дорожную сумку лизнул лицо Мейса, заставив вернуться в сознание и открыть глаза.
      Акк-стражи столпились вокруг него, грозно нависая. Их лица скрывала глубокая тьма, и лишь изредка мерцающий свет лоз выхватывал некоторые детали. Кто-то отпихнул акк-пса, лизавшего бессознательное тело Мейса., и огромный зверь отступил.
      Кар Вэстор вступил на его место и присел на корточки рядом с лежащим джедаем. Все его лицо было избито, кровь по-прежнему струилась из рассеченной щеки, но жизни, свирепой жизни в его ухмылке было даже больше, чем обычно.
      Он что-то пролаял, и один из акк-стражей на несколько мгновений исчез. Мейс услышал голос Ника.
      – Эй, отвали. Эй, ай, эй! Да хватит, отпусти мою руку, ты знаешь, она мне еще понадобится…
      Акк-страж вернулся, волоча за собой Ника.
      Вэстор что-то прорычал.
      Ник сказал:
      – Эй, почему ты мне говоришь?..
      Рык Вэстора усилилась, и Ник дернулся в сторону от лор пилека. Он неуверенно посмотрел на акк-стража, держащего его руки, на Вэстора и затем вниз, на Мейса.
      – Он, ээ-э, - Ник сглотнул, - он хочет, чтобы я сказал и чтобы все услышали: «Ты можешь подняться, если хочешь»…
      Глаза Мейса медленно закрылись. Он не ответил.
      Вэстор издал клокочущий звук.
      – Он говорит: «Давай. Ты же хотел стать большим псом. Вставай и дерись», - Ник понизил голос. - Слушай, ты же можешь встать, правда? Если хочешь… Ну, я тут сделал ставки… Где-то на пятьсот кредиток. Я поделюсь с тобой…
      Мейс открыл глаза - Нет.
      Рокот, издаваемый Вэстором, стал шире и, казалось, наполнился смехом, словно лор пилек превратился в землетрясение, рассказывающее анекдот.
      – Ээ-э, он… он хочет знать, что «нет»? В смысле, «нет» деньгам?..
      – Нет, - ответил Мейс. Все его тело ломило от боли. - Никакого продолжения боя. С меня хватит. Ты выиграл.
      Вэстор схватил своей огромной ладонью Мейса за плечо и поднялся, утягивая мастера-джедая вверх за собой без какого бы то ни было видимого усилия. Теперь его рык вновь стал словами в разуме Мейса.
      – Скажи им. Скажи им, кто здесь большой пес Мейс опустил голову, тщательно стараясь не встречаться с Вэстором взглядом.
      – Ты, - он закашлялся, и на губах его запузырилась кровь. - Ты большой пес.
      Эти слова, казалось, поразили Ника в самое сердце.
      – Скажи им, что ты зря увел моих пленных. Скажи им, что ты был неправ, когда отпустил их.
      Мейс не отводил взгляд от земли. Кровь из рваных ран на животе от шипов акка струилась вниз по его ногам
      – Я был не прав, забирая твоих пленных. Я был не прав, отпуская их.
      – Скажи им, что жалеешь о том, что вызвал меня и что ты никогда не сделаешь этого снова.
      Мейса поглядел на хауду на спине анккокса. Теперь, после того как стемнело, занавески потеряли прозрачность. Он не мог сказать, была ли вообще Депа там.
      Он вновь опустил голову.
      – Я жалею о том, что вызвал тебя. Я никогда больше не буду бросать тебе вызов.
      Некий намек на движение на самом краю обзора: Ник отпустил куртку Мейса в руке, и она развернулась. Теперь он держал ее возле ноги. И вновь это приглашающее движение.
      Мейс чувствовал световой меч в кармане.
      Он встретился с Ником взглядами. Ник моментально отвел взгляд, делая вид, что посвистывает, и вновь слегка встряхнул куртку.
      Небольшой всплеск Силы, не сильнее того, что по воле Ника сейчас шевелил куртку, перенес бы световой меч прямо в руки Мейса.
      Мейс медленно произнес: - Кар?
      Вэстор прогудел:
      – Да?
      – Мое оружие в моей куртке. Могу я взять его? - взгляд его был словно прикован к груди лор пилека. - Пожалуйста.
      Вэстор безразлично дернул плечом и протянул руку к куртке. Ник смотрел на Мейса абсолютно ошарашено, словно его только что неожиданно предали.
      Мейс вновь уставился в землю.
      Вэстор взял куртку и вытащил световой меч из ее кармана.
      – Это твое?
      – Да, Кар, - тихо сказал Мейс - Моху я его забрать? Пожалуйста.
      Вэстор коротко взглянул на одного из акк-стражей и что-то промурлыкал. Страж ухмыльнулся и закивал.
      – Пожалуйста, - смиренно повторил Мейс. - Это мое единственное оружие. Я буду не слишком полезен без него.
      – Ты не слишком полезен и вместе с ним, - прорычал Вэстор. Он протянул меч Мейсу, но, когда мастер-джедай вытянул дрожащую руку, чтобы забрать его, Вэстор резко подбросил оружие в воздух. Акк-страж, которому он до этого что-то сказал, перехватил летящий меч.
      Меч лежал на одной руке стража. А в другой ожил виброщит.
      – ЭЙ, Кар, да ладно, хватит, а? - лицо Ника скривилось от того, что должно было произойти: так больно жалеть кого-то, кого прежде уважал. - Ты ведь не станешь, правда? Неужели тебе недостаточно? Почему ты ведешь себя, как…
      Вэстор прервал молодого коруна ударом тыльной стороны ладони, который сбил его с ног. Он даже не взглянул при этом на Ника; его взгляд по-прежнему был прикован к Мейсу Винду.
      Мастер-джедай, казалось, даже не заметил, что Ник валяется на земле, прикрывая окровавленный рот, выплескивая проклятье за проклятьем себе в ладонь.
      – Не надо, - сломлено произнес Мейс - Не надо. Ты не понимаешь… Световой меч джедая…
      – Можно уничтожить так же легко, как самого джедая, - Вэстор щелкнул пальцами, словно смахивая муху, но до того, как страж поднес рукоять меча к краю щита…
      – Кар… - сквозь туманную прозрачность занавешенной хауды донесся наполненный необъяснимой мощью голос Депы, который, казалось, звучал сразу со всех сторон. - Отправить его в джунгли без оружия было бы убийством, Кар. Он не враг.
      – Не твой враг. Возможно.
      – Пожалуйста, Кар. Сохрани его оружие для него и верни ему, когда он будет уезжать.
      – Он уезжает прямо сейчас.
      – Он не может путешествовать, - сказала Депа, - Ты разве не чувствуешь это? Ты избил его, Кар. Избил сильно. Ему нужен отдых и медицинское лечение. Позволь нам забрать его на базу. Он может поехать вместе со мной на анккоксе. Оставь его световой меч при себе Ты доказал ему, что он не способен сразиться с тобой без него.
      Нечеловеческий взгляд Вэстора скользнул по ничего не выражающим занавесям хауды, но ночь уже полностью вступила в свои права Мерцание светящихся лоз отражалось от занавесок, и внутри не было ничего видно.
      Наконец, Кар раздраженно пожал плечами и протянул руку. Акк-страж передал ему обратно рукоятку, и Вэстор заткнул его за пояс своих штанов из кожи лозной кошки.
      Он бросил куртку Мейса на землю у ног мастера-джедая.
      – Причинило ли еще больше боли то, что она все это видела?
      Он больше не шутил. Вопрос он задал, казалось, из простого любопытства.
      Медленно, болезненно, словно старый человек, берегущий больные колени, Мейс нагнулся, чтобы поднять куртку.
      – Я сомневаюсь, что это могло быть еще больнее.
      – Тебе следует помнить, что все это началось, когда ты отказался прийти во время, указанное мною.
      «Все это началось, - подумал Мейс, - когда меня вызвали в личный кабинет канцлера Палпатина». Но вслух он не сказал ничего.
      – Все это началось, потому что ты отказался делать так, как было сказано.
      – Да, - сказал Мейс. - Да, я помню, - он поднял куртку и аккуратно надел ее на себя. Уколы кусочков грязи, попавшей в открытые раны, дали понять, что кора ламмы разодрала ему спину.
      – Если это случится еще раз, дошало, это будет твой последний раз.
      – Да, Кар. Я знаю, - он посмотрел на Ника, который, сидя на земле, с ненавистью смотрел на Вэстора, - Пойдем, - мягко сказал Мейс. - Мне потребуется твоя помощь, чтобы забраться на анккокса.
      Из личных дневников Мейса Винду
      Вэстор с готовностью отнесся к идее того, что Ник поможет мне и будет ухаживать с помощью медпака за моими самыми серьезными ранами. Он с готовностью поверил в то, что повреждения, нанесенные мне им, были почти смертельными.
      И это было не так уж далеко от правды.
      Помогая мне подняться, Ник все еще бурлил, на одном дыхании извергая ругательства, характеризующие Вэстора, как «гло-тателя лягушек с лицом ящерицы», и «помешанного упаковщика черепах, жующего струпья», и массой других названий, которые мне бы не хотелось записывать даже в личный дневник.
      – Хватит уже, - сказал я ему. - Мне пришлось пройти через немалые неприятности, чтобы мы оба остались живы, Ник. Я бы предпочел, чтобы все осталось как есть.
      – О, конечно. Отличная работа, - его голос был, наполнен горечью, и он не хотел встречаться со мной глазами.
      Я сказал ему, что сожалею о его сотне кредиток, и мягко указал ему на то, что никто не говорил ему ставить на меня.
      Он развернулся ко мне и резко, яростно зашипел, пытаясь не привлекать внимания акк-сгражей и псов, крутящихся вокруг.
      – Да не в кредитках дело! Кредитки меня не волнуют… - он внезапно замолк, моргая, и на губах его замелькала та знакомая улыбка. - Ух. Неужели я и вправду только что это сказал? Ух ты. Ну хорошо, конечно, это я приврал: кредитки меня волнуют. Сильно волнуют. Но злюсь я не поэтому.
      Я кивнул и сказал ему, что понимаю: он злился на меня. Ему казалось, что я подвел его.
      – Не меня, - возразил он. - В том смысле… ну блин… джедаи ведь должны стоять на своем, а? Вы должны быть за то, что хорошо. Несмотря ни на что, - сколь бы зол он ни был на меня, он все же перебросил мою руку через свое плечо, чтобы помочь мне идти.
      За это я был ему благодарен. Только когда шок от адреналина и оглушения начал спадать, я начал понимать, как же сильно меня избили. Позднее с помощью сканнера медпака я выяснил, что у меня два треснувших ребра, серьезное растя-, жение лодыжки из-за хватолиста, небольшое сотрясение мозга и несколько внутренних кровотечений. Про укус в шею и удивительное разнообразие царапин и синяков я просто помолчу.
      Пока Ник помогал мне забраться на анккокса, я наконец выяснил, что же в моем поведении его так разозлило: более всего прочего его разозлило то, что я признал, что был не прав, отпустив пленных.
      – Мне наплевать на то, что ты говоришь, - разозленно пробормотал он. - Мне наплевать, что говорит Кар. Там были дети. И раненые. Ведь эти балаваи, они не были злом. Они были просто людьми. Как мы.
      – Как и практически все остальные.
      – Мы правильно поступили, и ты это знаешь.
      И тут меня осенило: Ник был горд собой. Горд тем, что мы сделали. Для него это чувство было непривычным: эта необычайно приятная гордость, что приходит после того, как ты сильно рискнул, совершая нечто по-настоящему восхитительное. Переборол инстинкт самосохранения: сразился со своими страхами и победил.
      Это гордость от познания того, что человек является не просто кучей рефлексов и заложенных реакций. Напротив. Человек является мыслящим существом, которое может выбирать правильное вместо простого и справедливость вместо безопасности. Гордость, что охватила Ника, заставила и меня гордиться им, хотя я, конечно, не мог ему об этом сказать. Это бы сильно зацепило его и заставило бы пожалеть об уже сказанных словах.
      Я надеюсь, что никогда не забуду той абсолютной убежденности на его лице, когда он помогал мне забраться на выставленную ногу анккокса и перебраться затем на спинную пластину.
      – То, что Кар избил тебя так, как тебе и не снилось, не означает, что он был прав. То, что он победил, не означает, что ты был не прав, бросая ему вызов. Я не могу поверить в то, что ты произнес подобные вещи.
      Ответ ему пришел из-за подернутой занавесками тьмы хоуды на вершине искривленного панциря.
      – Если ты проведешь с нами некоторое время, Ник, то поймешь… - голос Депы был таким же сильным, чистым, здравым и мягким, каким он всегда был в моем сердце, - то поймешь, что джедаи не всегда говорят правду.
      Ник замер на месте, нахмурившись так, словно он слишком глубоко погрузился в собственные мысли.
      – Не всегда… эй… - подозрительно пробормотал он. - Эй, погодите-ка секундочку…
      Она вновь отодвинула занавески и толкнула, открывая, маленькую калитку в перилах.
      – Заходи сюда. Мне кажется, что ты был бы сейчас не против немного прилечь.
      – Пожалуй, - признал я. - Эта пара дней была не лучшими днями в моей жизни.
      Она взяла мою руку, поддерживая, пока я вступал в хауду, и подвинулась, давая мне место на шезлонге.
      – Я не могу не отдать тебе должное, Мейс, - сказала она с мягкой ироничной улыбкой, - ты по-прежнему выдерживаешь избиение лучше, чем кто бы то ни было в Галактике.
      Ник вытаращил глаза так, словно его голова собиралась лопнуть.
      – Я знал! - Он энергично потряс кулаком перед моим лицом в знаке триумфа. - Я знал! Ты мог завалить его!
      Я сказал ему вести себя потише, потому что Вэстор и акк-стражи по-прежнему были где-то неподалеку, меж деревьев, а я понятия не имел, насколько острый слух у Вэстора. Но я даже не попытался предложить Нику заткнуться, потому что это все равно ни к чему бы не привело.
      – Я вычислил тебя. Слышишь? Я разобрался в твоей хитрой джедайской морде до двенадцатой цифры после запятой! Мне следовало понять, что ты ляжешь еще тогда, когда ты только начал наезжать но Кара, пытаясь сделать это более личным. Чем больше ты оскорблял его, тем меньше он думал о том, чтобы что-то сделать мне. И ты продолжал насмехаться над ним, чтобы возможность получать удовольствие, издеваясь над тобой в течение ближайшей недели, стала настолько привлекательной, что он бы фактически простил тебя за то, что ты отпустил этих балаваев!
      Я сказал ему, что он наполовину ошибся.
      – На которую половину? Депо ответила за меня:
      – На ту, что касается победы Кара. Она так хорошо меня знает.
      – Ты хочешь сказать, что он правда тебя побил? - Ник, кажется, никак не мог поверить, - Он действительно, по-настоящему тебя побил?
      – Мы теперь связаны с тобой через Силу, Ник. Неужели у тебя было ощущение, что я поддавался в бою?
      Он мотнул головой.
      – У меня было ощущение, что ты превратился в барабанную кожу под руками свихнувшегося барабанщика.
      – Как ты сам говорил, солгать Вэстору непросто. Если бы я придерживал себя, он бы это понял. И тогда избиение стало бы гораздо хуже, и он, возможно, даже убил бы меня. На самом же деле я просто вступил в бой, который, я знал, я выиграть не мог.
      – Не мог?
      – Вэстор… очень могуществен. В два раза моложе и в два раза больше меня. Тренировка и опыт могут скомпенсировать разницу лишь до определенного предела. И он наполнен природной силой, которой не смог бы управлять ни один джедай.
      – Ты хочешь сказать, что ты крутил ему вот так нос, зная, что он изобьет тебя до бессознательности? Я пожал плечами.
      – Мне незачем было побеждать. От меня требовалось лишь подраться.
      – Уязвимая точка Кара, - пробормотала Депо. - Ты видел ее все это время.
      Я кивнул. Ник не был знаком с этим термином. Когда же я описал «уязвимую точку», как критическую слабость, он пожал плечами:
      – Я как-то не увидел в нем никакой слабины. Взглянув на нахмурившуюся, задумчивую Депу, я процитировал Иоду:
      – Ты видишь, но не видишь. Великой силой Кара является его инстинктивная связь с пилекотаном. Джунгли живут в нем так же, как он - в них. А, как я тебе уже не раз говорил, даже в джунглях есть правила.
      Я объяснил, что бой между мной и Каром был неизбежен: два самца-альфы в одной стае. Я буквально чувствовал его устремления с момента битвы в аванпосте, когда мы впервые встретились. Моей единственной надеждой на положительный исход поединка была возможность приблизить его и сделать его личным.
      И без оружия.
      Если бы бой не произошел, Вэстор с акк-стражами уже, вероятно, убил бы и меня и Ника за то, что мы освободили пленных. Если бы мы с ним сошлись лезвием к щиту, я бы уже умер. Даже если бы я убил его, стражи и псы разорвали бы меня в клочья. И Депу, если бы она попыталась меня спасти. Мы с трудом пережили атаку трех акков в Цирке настоящих кошмаров.
      Против дюжины…
      Ну-у. Этого не случилось. Потому что я знал, чего Кар на самом деле хочет, находясь в плену своих инстинктов самца-альфы.
      Он хотел, чтобы я покорился.
      И как и у прочих стайных хищников, когда противник покорился, его инстинкты заставили его позволить противнику мирно разгуливать на задворках стаи… до тех пор, пока тот не решится повторить вызов.
      – Поэтому ты и отдал ему световой меч? Чтобы он не чувствовал угрозы?
      Я покачал головой и в какой-то момент чуть было не улыбнулся.
      – Нет, я бы позволил ему разрезать его.
      – Неужели?
      – Если бы это помогло ему легче принять то, что я остаюсь? Конечно, световой меч можно починить или создать заново. Но, признаю, идея Депы была просто гениальной.
      Она улыбнулась мне:
      – Я даже немного горжусь собой.
      Лицо Ника вновь выразило смятение, и я объяснил:
      – Даже с помощью Силы я не могу обнаружить Кара в окружающих джунглях. Он настолько близок к ним, а они - к нему, что он становится фактически невидимым. А вот мой световой меч…
      – Я понял! - выдохнул Ник. - Пока он носит его с собой…
      – Именно, - теперь я все время чувствовал Кара: не задумываясь, мог указать его позицию относительно себя. - Ословно колокольчик на ошейнике, что Депа смогла нацепить на абсолютно дикую лозную кошку,
      – Ух ты. Нет, я серьезно, ух ты! Знаете, все слышат истории о том, как страшны джедаи. Но эти истории и вполовину не близки к действительности, - сказал он. - Ваше настоящее могущество никак не связано со световыми мечами или переносом предметов по воздуху силой разума… - Ник непонимающе покачал головой. - Это ведь неестественно: не просто дать избить себя, но и унизиться подобными образом, и смочь, например, отдать Кару световой меч…
      – Подобные действия требуют определенной свободы разума. Когда эмоции не участвуют в принятии решений, ответы обычно становятся очевидными.
      – И все равно это неестественно: Позвольте мне засвидетельствовать вам прямо здесь и сейчас свое невероятное восхищение…
      – Когда я была ученицей Мейса, - задумчиво сказала Депа, - он часто говорил мне, что ничто в жизни джедая нельзя назвать естественным.
      – Я думал, что вы, парни, течете как бы по течению, используете свои инстинкты и тому подобное…
      – Разница, - ответил я, - заключается в самих инстинктах. Необученное существо, управляющее Силой, вполне может нести в себе столько же мощи, сколько и величайший дже-дай: посмотри на Кара, к примеру. Но без обучения они опираются на инстинкты, дарованные им природой. И в этом заключается один из основных парадоксов джедаев: «инстинкты», на которые мы опираемся, по сути своей не инстинктивны. Они благодаря активнейшим тренировкам заменили наши. природные. Именно поэтому джедаи должны начинать обучение в таком раннем возрасте. Чтобы заменить наши природные инстинкты: территориальность, эгоизм, гнев, страх и прочее - «инстинктами» джедаев: служением, ясностью, самоотверженностью и состраданием. Самому взрослому из принятых на обучение детей было девять. И по его поводу было немало споров. Споров, которые продолжались, позволю себе заметить, более десяти лет.
      Жизнь джедая - это дисциплина, наложенная на природу. Как сама цивилизация, в своем корне, является дисциплиной,, наложенной на природные импульсы разумных существ.
      Потому что мир не естественное состояние.
      Мир - это дитя цивилизации. Миф о мирном дикаре является тем, чем является: мифом. Без цивилизации все сущее превращается в джунгли. Пойдите к своему мирному дикарю и сожгите его посевы, или убейте его стада, или сгоните его с охотничьих угодий. И вы узнаете, что мирным он оставаться уже не собирается. Не это ли самое произошло на Харуун-Кэле?
      Джедаи не сражаются за мир. Это лишь лозунг, и он слишком общий, как и любой лозунг. Джедаи сражаются за цивилизацию, потому что лишь цивилизация соадоегмир. Мы боремся за справедливость потому, что справедливость является краеугольным камнем цивилизации: несправедливая цивилизация строится на песке. Она не переживет бури.
      Мощь Кара идет от его природных инстинктов. Но эти же инстинкты управляют им так, как никогда не управляют дже-даем. Один-единственный джедай, отдавшийся своим природным желаниям мощи, уважения, превосходства или мести, может нанести практически неоценимый ущерб.
      – Мейс, - Депо мягко прервала меня, - мы все еще говорим о Каре? Или уже о Дуку?
      «Или, - молчаливо поинтересовался я, - о ней самой?» Я кашлянул и опустил голову, внезапно осознав, насколько же я измотан. Но я все же закончил мысль. Не столько ради
      Ника, сколько ради Депы. И ради себя самого.
      – Нашей единственной надеждой в борьбе против существ, управляемых инстинктами, является абсолютный и безусловный контроль над теми инстинктами, с которыми живем мы сами.
 

ГЛАВА 13
ДЖЕДАЙ БУДУЩЕГО

      Ночь в джунглях. Скатки корунаев рассеяны по зарослям. Тихие голоса растворяются на фоне бормотания джунглей. Пахнет саморазогревающимися пищевыми пакетами и дымом от сделанных собственными руками сигар из листьев зеленого рашалло.
      Мейс сидел на одолженной скатке в нескольких метрах от Депиной футлярной палатки, поставленной внутри заброшенного гнезда рускакков, под сплетенными ветвями зарослей тисселя. Пока Ник обрабатывал его раны, он наблюдал за призрачным силуэтом Депы, отбрасываемым на стену палатки светом захваченного светового стержня.
      Когда свет погас, она исчезла, словно ее никогда там и не было.
      Мягкое, мутное мерцание светящихся лоз заставляло Ника щуриться при изучении данных сканнера мед-пака.
      – Так, похоже, с твоим внутренним кровотечением мы закончили, - сказал он. - Осталось еще сделать укол противовоспалительного, чтобы удержать под контролем сотрясение мозга…
      Мейс наклонил голову набок, и Ник приставил инъекционный спрей к его сонной артерии. Мастер-дже-дай невидящим взором смотрел в ночь: он даже не почувствовал быстрый укол инъекции.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26