Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Поколение Y - Таблоид - Учебник желтой журналистики

ModernLib.Net / Отечественная проза / Стогоff Илья / Таблоид - Учебник желтой журналистики - Чтение (стр. 2)
Автор: Стогоff Илья
Жанр: Отечественная проза
Серия: Поколение Y

 

 


      Вернее, не так. Рюйш не был только врачом. Был не только врачом. Рюйш был художником.
      Да, он изготовлял чучела из человеческих тел. Но, завершив работу, он аккуратно красил ногти изготовленным гомункулусам в ярко-красный цвет.
      Да, ему приходилось по ночам воровать с кладбищ свежих покойников для своих опытов. А из отходов производства он составлял философско-художественные композиции.
      Например такие, как гирлянда из детских черепов, декорированная несколькими заспиртованными желудками и красивыми камешками, собственноручно вырезанными доктором из почек и желчных пузырей пациентов.
      Обычно прижимистый Петр был пленен искусством голландца. За его коллекцию самодержец отвалил сумму, равную стоимости хорошего военного корабля. Так и родилась Кунсткамера.
      Всего пару веков назад на том самом месте, где сегодня с толком проводящие каникулы школьники могут полюбоваться закатанными в банки детскими головами, функционировал публичный Анатомический театр.
      Тела на сцену вносили прямо с Университетской набережной. Публика рассаживалась на деревянных скамьях и с замиранием сердца следила за тем, как иностранные патологоанатомы вскрывают покойников.
      Наибольший аншлаг случился во время разделки трупа француза по фамилии Буржуа.
      При жизни рост француза составлял 2 метра 27 сантиметров. В городе Кале он встретил Петра I. Тот сразу пригласил Буржуа в Россию. В планы любознательного самодержца входило выведение особой породы гигантских людей.
      Для гостя подобрали достойную пару: девушку-карелку (2 м 04 см). Однако француз надежд не оправдал. Всего через три года, не оставив потомства, он умер. За что и был навеки лишен погребения.
      Сегодня длинный и несуразный скелет Буржуа прислонен к стенке как раз в том месте, где некогда стояли билетеры Анатомического театра.
      У сотрудницы музея, ответственной за хранение банок с двухголовыми новорожденными детками, я спросил, верующая ли она? ходит ли в церковь? Сотрудница сказала, что так как-то... ходит, конечно... не часто, но бывает.
      - Согласно христианскому Символу Веры в конце времен каждый человек не просто воскреснет - он явится на Страшный Суд именно в том теле, которое получил при рождении.
      - И что?
      - Да как сказать? Может быть... ну, не знаю... может быть, сделать в этих витринах хотя бы двери? А то, случись что, им же, вашим покойникам, даже не выйти будет.
      Сотрудница обиделась. Показывать мне запасники музея после этого она отказалась.
      Ну и последнее: касательно вопроса, вынесенного в заголовок. Вопрос вызван тем, что в народе ползет слух: у мумифицированного Ильича в Москве до сих пор растут усы, борода, ногти и волосы там, где они росли при жизни.
      О том, может ли такое происходить, я спросил у человека интересной профессии: хранителя эрмитажных мумий.
      У мужчины был тихий голос, грустный взгляд в грустное завтра и совсем не было желания общаться с прессой.
      - Никакие волосы у мумий не растут. С чего им расти? Мумия - это ведь только красивое название. А так - покойник покойником. Вот, к примеру, мой жрец. Жил себе... приносил своей Изиде жертвы... думал хоть после смерти отдохнуть... Похоронить бы его по-человечески. Так ведь не дадут.
      И второй материал:
      Упадет ли комета
      на Дворцовую площадь?
      Никогда мы не узнаем, из каких черных дыр мироздания она вынырнула. Шестьсот тонн камня и льда, несущихся в абсолютной пустоте со скоростью пятьдесят километров в секунду.
      Окажись на ее пути наша планета, и эффект от столкновения был бы равен взрыву всех одновременно ядерных запасов человечества... Но - столкновения не произошло.
      Кокетливо махнув землянам хвостом, комета Хейла-Боппа исчезла из поля зрения на ближайшие тридцать тысячелетий. Однако она вернется... обязательно вернется.
      .
      Знаете ли вы о том, что ежегодно на поверхность планеты выпадает до шестисот тонн космических осадков? Из них на Петербург приходится где-то килограммов пятьдесят.
      В основном на землю падают мельчайшие частицы пыли. Хотя случаются и падения крупных объектов.
      В тридцатых годах метеорит свалился на бразильские джунгли. В тот раз погибло 5000 индейцев.
      Еще сорок лет спустя комета массой в полтонны рухнула неподалеку от Южного полюса. Тогда силы противоракетной обороны всех ядерных держав были приведены в состояние повышенной готовности. Стрелки датчиков от падения метеорита вздрогнули так, будто янки все-таки решились вдарить по Кремлю.
      И это при том, что метеорит был не из крупных. Эффект от падения Тунгусского метеорита в 1908 году был эквивалентен взрыву 170 000 000 000 килограммов тротила. Эхо его ощущалось даже в Лондоне. А в соседней с местом падения губернии взрывная волна сбивала людей с ног.
      Представляете, что было бы, свались такой камешек где-нибудь в районе Дворцовой площади?
      Специалисты уверяют, что метеорит диаметром 50-60 метров принес бы городу вреда больше, чем водородная бомба. Не осталось бы ни одного целого дома. На месте Петербурга образовалась бы пустыня.
      Однако действительно ужасной катастрофой было бы встретить на орбите Земли метеорит диаметром больше километра. Когда-то Земля уже столкнулась с подобным телом. Воронку, образовавшуюся в тот момент, мы сегодня называем Мексиканским заливом.
      В результате подобной катастрофы на дно океана ушли бы целые материки. Лопнувшая земная кора съежилась бы, как смятая скатерть.
      Человечеству же хватило бы и того, что тучи пыли и пепла осели, в лучшем случае, через десятки лет. Все это время на поверхности планеты царили бы ночь и полярный холод.
      Опасность падения метеорита существует. Но - не очень опасная: не дремлют на посту люди, в профессию которых входит защищать нас с вами от удара падающей звезды.
      Впервые о том, что из космоса на голову человечеству может свалиться невесть что, ученые задумались сразу после окончания холодной войны. Те, кто раньше занимался "звездными войнами", сегодня переключились на проект, названный "Star Guard" - "Звездная Стража".
      Лестно отметить: именно в Петербурге находится Международный институт проблем астероидной опасности (МИПАО), который координирует работу российской стороны.
      В чем заключается работа института?
      Первым делом астрономы определяют, какие именно небесные тела могут представлять для землян опасность. Всего их приблизительно 350 астероидов, комет и метеоритов.
      По словам старшего научного сотрудника МИПАО Виктора Шора, о приближении крупных метеоритов астрономы узнают лет за десять-пятнадцать до момента катастрофы. Все это время можно будет готовиться к встрече.
      Как бы фантастично это ни звучало, но для таких случаев готов четкий план действий.
      Первым пунктом плана предусмотрено, что к приближающемуся метеориту стартует корабль, который установит на нем солнечный парус или небольшой бензиновый двигатель. Типа того, что стоит на ваших личных "Жигулях".
      Год за годом этот двигатель будет работать. Потихоньку искривлять орбиту небесного тела. Уводить его от Земли. По миллиметру в сутки представьте, насколько изменится траектория за десятилетие.
      Если же компьютер схалтурит и у землян окажется мало времени, остается возможность перейти к плану "Б". Можно будет взять и просто уничтожить метеорит.
      - Если он будет приближаться с нашей стороны планеты, Россия обязуется сбить его баллистической ракетой. Если с американской, - он будет разрезан лазерным лучом.
      - Откуда у американцев такой луч?
      - Не знаю. Откуда-то есть. Их обязательства записаны во вполне официальном меморандуме.
      .
      Из окна, спиной к которому сидел старший научный сотрудник Пулковской обсерватории Юрий Вяльшинский, был виден кусочек Невы с "Авророй" и хмурое небо.
      Небо как небо. Не помню, когда последний раз на него смотрел. Кто мог подумать, что с обратной его стороны нам грозят такие страсти?
      - Давно хотел спросить: не ваша обсерватория составляет астрологические прогнозы, публикуемые в газетах? И вообще - что вы как специалист думаете о "неблагоприятных с космической точки зрения днях"?
      - Космос влияет на жизнь землян. Это, в общем-то, очевидно. Другое дело - как? У человека с утра болит голова, он открывает газету и читает ага! Причина в том, что на Солнце появилось пятно.
      Солнечные излучения воздействуют на каждый из уровней атмосферы в отдельности и всякий раз - совершенно особым образом. Часть излучений может остаться незамеченной. А другая возьмет и вызовет нашествие саранчи, которая сожрет все запасы продовольствия в нескольких государствах Африки...
      - В голливудских фильмах показывают чудаков-исследователей, получающих жалованье за то, что прислушиваются к сигналам из Космоса, ищут те, что могли бы принадлежать братьям по разуму. У вас нет такой штатной единицы?
      - К сожалению... Мы занимаемся не столь эффектными вещами: составляем каталоги положений звезд, определяем их точное местоположение. И фактами, подтверждающими существование инопланетян, мы пока не располагаем.
      Сколько трубили о "ладожском чуде"! Вот, мол, у нас на Северо-Западе наблюдается необычная концентрация летающих тарелок. И что? Оказалось, что здесь расположена военная база и все тарелки - это наши засекреченные боевые самолеты...
      - Одно время считалось, что, раз космонавты слетали в космос, то значит, никакого Бога и нет! Что вы, как человек, всю жизнь глядящий на небо, думаете на этот счет?
      - Я знаю астрономов, которые очень религиозны. Знаю и таких, что являются ярыми атеистами, - их больше. Кто из них прав - я не знаю. Но когда я гляжу на эту прекрасно функционирующую систему, которую мы называем Вселенная, мне, честное слово, хочется верить, что есть Некто, который сумел сделать ее столь прекрасной...
      Первый материал появился после того, как я сходил с сыном в Эрмитаж. Второй - в тот момент, когда я обнаружил, что нравлюсь собственной жене куда меньше, чем Брюс Уиллис в фильме "Армагеддон".
      Что мешает и вам тоже лепить экзотику из всего подручного материала?
      Сейчас я объясню, как это делается:
      Глава 2
      Пишем бестселлер
      Для начала предлагаю вам прочесть следующий материал:
      Как я посетил
      женский католический монастырь
      Что за ассоциации возникают лично у вас при словах "Католическая Церковь"?
      Готов держать пари - это будет одно из трех несимпатичных слов, начинающихся на букву "и": "иезуит", "индульгенция" или "инквизиция".
      Что ж, резон здесь есть. Тем более что и то, и другое, и третье имеют к нашей жизни самое непосредственное отношение.
      Знаете ли вы, например, о том, что когда в XVIII веке "Общество Иисуса" (так официально именуется орден иезуитов) было повсеместно запрещено, то единственным городом в мире, где иезуиты сохранились, был Петербург?
      Именно здесь жил в те годы глава всех иезуитов планеты Станислав Черневич. Именно из церкви Св. Екатерины на Невском проспекте иезуиты начали заново распространяться по миру.
      Распространение прошло успешно. Сегодня в иезуитской семинарии в Новосибирске учится сразу несколько юных петербуржцев.
      Получали петербуржцы и индульгенции. Последний раз - в 1993-м. По случаю первого после революции рукоположения католического священника в России Ватикан тогда даровал отпущение загробного воздаяния всем прихожанам петербургского храма Лурдской Божьей Матери, или как именуют его сами прихожане, - Notre Damme d'Lourde, расположенного в Ковенском переулке.
      Что же касается инквизиции - о ней чуть позже.
      ROMA - AMOR
      А началось все с того, что как-то раз царь Петр, будучи проездом в провинции, повстречал на пути троих священников Греко-Католической церкви.
      Что уж между ними произошло - об этом история умалчивает. Известен лишь результат. Осерчав зело, молодой и горячий самодержец встреченных священников собственноручно зарубил.
      Заинтересованному в сближении с Европой Петру международный скандал был в тот момент ни к чему. Чтобы загладить неприятное впечатление от инцидента, 2 декабря 1705 года царь публикует указ, впервые в отечественной истории дозволяющий строительство на территории России католических храмов и проезд через земли империи священников, монахов и миссионеров этой церкви.
      Так в России появились первые легальные католики.
      Собственно русских этот указ не касался. Как до, так и после него переход русских в лоно Католической Церкви рассматривался как государственная измена и карался ссылкой в Сибирь.
      В УК дореволюционной России имелась даже особая статья для тех, кто решится дать своим детям неправославное воспитание. Так что первыми католиками в Северной Венеции были исключительно приезжие: немцы, французы, итальянцы, армяне и огромное количество поляков.
      Для них в городе имелось более двадцати храмов, семинария, несколько школ, приютов для бедных и даже особое католическое кладбище. В самом конце XVIII века в Петербург была перенесена резиденция митрополита Католической Церкви всея Руси.
      Небольшая церквушка Св. Екатерины Александрийской, построенная при Анне Иоанновне прямо на Невском, была перестроена и превратилась в главный католический храм страны.
      Число ее прихожан доходило до нескольких десятков тысяч человек. Был среди них и Дантес, венчанный здесь по католическому обряду со свояченицей Пушкина Александрой Гончаровой.
      Впрочем, уже к середине ХХ века от всего этого остался лишь один действующий храм - уже упоминавшийся Нотр-Дам де Лурд.
      Храм выжил благодаря личному заступничеству генерала Де Голля. Остальное имущество католиков было национализировано. Священники как агенты Ватикана высланы из страны.
      И вот сегодня католики возвращаются.
      Небеса, увенчанные Распятием
      Чтобы показать мне обычно запертую в середине дня церковь, отец Стефан Катинель своим ключом отпер дверь и сказал: "Заходите!"
      Внутри было светло, чисто и тихо. Поэтому мы разговаривали почти шепотом.
      Я спросил, сколько в их красивом храме стоит покреститься? Отец Стефан ответил, что за таинства католики денег не берут.
      И вообще - если креститься пожелает взрослый, то дело это долгое. Прежде ему придется ходить на занятия, изучать катехизис, знакомиться с приходом и священниками.
      - Долго ходить?
      - Долго. Может быть, год. Ну или полгода.
      - А раньше никак не покрестят?
      - Никак.
      Сам католический батюшка был молод и невысок. Пахло от него не ладаном, а хорошим афтешейвом. На левом веке виднелся шрам: несколько лет назад попал в автокатастрофу.
      Разговаривал он с симпатичным прибалтийским акцентом.
      - Вы ведь родились не в Петербурге?
      - В Белоруссии. В маленькой деревне. Семья была очень верующей. Каждое воскресенье мы ходили за семь километров в храм.
      У меня четыре сестры и брат. Мама очень хотела, чтобы я помогал священнику во время службы. А я спорил, говорил, что недостоин, был драчуном, домой приходил с синяками. Обо мне говорили, что в приличной семье растет неизвестно кто.
      Потом за компанию с приятелями как-то все-таки пошел прислуживать к алтарю - и упал в обморок. Когда вернулся домой, сказал: "Все! Больше не пойду!"
      - Но все равно пошли?
      - После армии мне уже совсем не хотелось ходить в храм. Я переехал в Вильнюс... и вот там случился перелом.
      Не могу объяснить, что произошло. Призвание - это всегда тайна. Это было, как будто Бог просто взял меня за руку.
      Уже в Петербурге одна монахиня-францисканка нарисовала мне в подарок картину: большая рука ведет маленького мальчика. Хотя я никогда не рассказывал ей свою историю.
      - И вы поступили в семинарию?
      - В те годы в СССР было только две католические семинарии. Одна для литовцев, вторая для всех остальных. Чтобы поступить туда, нужно было разрешение КГБ. Я четыре года ждал, прежде чем этот порядок отменили и я смог поступить.
      - Каково это - круто поменять жизнь... стать священником... знать, что больше никогда не будешь делать того, что хочется?
      - Сегодня в семинарию поступает шестнадцать-двадцать человек. До рукоположения доходят один-два. А на наш курс поступило двадцать человек. И восемнадцать были рукоположены! Все-таки в советское время этот шаг делали более осмысленно.
      А вообще, учеба в семинарии - лучшие годы моей жизни. До сих пор благодарю за них Бога.
      Помню, с другом начали посещать детский дом под Ригой. Мы приехали поговорить с директором, а он сказал, что воспитывает преступников. Что четверо из пяти выпускников становятся уголовниками. Но встречаться с детьми разрешил.
      Мы поехали туда первый раз на велосипедах, в спортивных костюмах, с гитарой. Дети обалдели. Потом они рассказывали, что представляли священников, как угрюмых бородатых дядек.
      Сперва мы просто пытались стать им друзьями. Потом дети сами попросили научить их молиться. Поработать удалось только два года. Может быть, не все те дети сейчас живут правильно. Но верю, что что-то мы сделали.
      По крайней мере одна девочка, я знаю, уехала к монахиням во Львов. Кстати, она была совсем не лучшей ученицей в школе.
      - В Петербурге у вас много работы?
      - Католиков в городе немного. От силы пятнадцать тысяч на пятимиллионный город. Но священников - только двенадцать человек. То есть... ну, сами считайте, сколько на каждого приходится прихожан.
      Я живу при церкви. Посетители идут круглые сутки. Иногда нет возможности даже толком помолиться.
      Год назад нас пытались довольно серьезно обворовать. Некоторые приходят, сами нетвердо понимая, зачем. Некоторые - наоборот, твердо понимая. Один раз пришла женщина, сказала, что в нее вселился бес. Попросила изгнать.
      - А вы?
      - А я изгонял. Когда кропил ее после молитвы святой водой, то ее действительно... только что наизнанку не выворачивало. Очень неприятное зрелище. Только не подумайте, что раз мы католики - значит, у нас тут всякие ужасы. У нас вот детская воскресная школа есть.
      - Чем, кроме изгнания бесов, обычно занимаются священники?
      - У каждого свои обязанности. Кто-то работает в приходе. Кто-то ходит в тюрьмы или к умирающим. Другие ремонтируют возвращенные храмы. На самом деле работы много. У нас есть летний лагерь для подростков, маленькая газета и своя футбольная команда.
      - С кем играете?
      - В следующий раз у нас матч с православными из Чесменской церкви. Пока что молимся: хотим выиграть.
      - Всегда хотел узнать: на какие деньги вы живете? Что записано в вашей трудовой книжке? Случается ли, что пятого и двадцатого числа каждого месяца священники в сутанах выстраиваются перед окошечком "КАССА" и расписываются в ведомости за зарплату?
      - У священников не бывает зарплаты. Тем более у католических священников в России. Честное слово: живем на то, что подают прихожане. И из этих же денег нам нужно оплачивать электричество и коммунальные услуги в храме.
      - Кроме футбола у вас есть какие-нибудь отношения с православными?
      - Папа Иоанн-Павел II называет православных не иначе, как "наша дорогая Церковь-Сестра". Мы часто пьем с православными священниками чай, ходим друг к другу в гости.
      И вообще. Русь была крещена за двести лет до того, как Вселенская церковь разделилась на православных и католиков. Может быть, когда-нибудь мы снова будем вместе...
      По крайней мере, мы об этом молимся постоянно.
      Невесты Христовы
      В средневековой Европе люди шутили: Всеведущий Бог, разумеется, знает все на свете. Но даже Ему не известно, сколько на свете существует монашеских орденов.
      По очень приблизительным оценкам, в ватиканской канцелярии их зарегистрировано около десяти тысяч. Включая такие, как "Белые Рогационисты святого Гормисдаса" или, скажем, "Африканские миссии Божественного Усердия".
      Из этого числа в Петербурге представлено пять орденов.
      Один монастырь мужской. Называется "Дон Боско". Тамошние монахи, посвятившие себя работе с молодежью, за свой счет оборудовали при одном из ПТУ полиграфический центр и обучают местных подростков профессии печатника.
      Придет такой выпускник ПТУ устраиваться на работу, его спросят: "Где учились?", а он в ответ: "Да так... в католическом монастыре".
      Женских же монастырей четыре. Первыми, еще шесть лет назад, в Петербурге появились сестры из "Ордена Миссионерок Божественной Любви матери Терезы Калькуттской".
      Монахини в белых с синими одеяниях родом были в основном из Индии и занимались тем, что помогали собесу Центрального района управиться с подопечными старичками и инвалидами. Сегодня они открыли собственный приют для больных и бездомных.
      Режим дня у сестер жестче некуда. В полседьмого утра, в час когда даже фонари еще не зажжены и на улицах воют замерзшие собаки, в приюте служится месса. Ложатся спать монахини за полночь.
      А четырнадцать часов между этими крайними точками они занимаются тяжелым физическим трудом: носят продукты, драят полы в больницах, выносят мусор и "утки".
      Вслед за "Миссионерками" появились монашки-францисканки. Францисканский Орден - наверное, самый известный монашеский орден в мире. В нем в свое время состояли Данте, Христофор Колумб, король Людовик IX, и даже город Сан-Франциско назван в честь основателя этого Ордена.
      Петербургские францисканки взялись за дело активно. Они работали в больницах, проводили собрания студентов из Африки, вели молодежные кружки при Нотр-Дам де Лурд.
      Пару лет назад добрались до Петербурга трое сестер из Испании, представляющих конгрегацию "Verbum Dei" - "Слово Господне". Их фронт работ - подготовка начинающих католиков к таинству крещения.
      Четвертым же, и самым экзотичным из всех петербургских женских монастырей, является монастырь доминиканский.
      По-латински доминиканцы пишутся "Dominicanes". Было время, когда острословы расшифровывали это название как "Domini Сanes" - "Псы Господни".
      Когда-то именно доминиканцы заведовали инквизицией - я же обещал, что и до нее доберемся! Однако в Петербурге сестры появились с миролюбивыми намерениями. Со временем они хотели бы открыть здесь детский сад.
      Когда в полном монашеском облачении они идут по Невскому на вечернюю мессу в собор Святой Екатерины, то способны парализовать движение одним фактом своего появления.
      В черных плащах и белых передничках, с четками у пояса и молитвенниками в руках. Впереди - матушка-настоятельница. За ней, гуськом, - остальные сестры.
      Пешеходы сворачивают себе шею. Гибэдэдэшники застывают с открытыми ртами. Водители, засмотревшись, таранят впереди стоящие автомобили...
      Сестры не обращают внимания. Все - суета сует. Они - заняты делом.
      То, что сестры именуют "наш монастырь", еще не так давно являлось расселенной коммуналкой на втором этаже дома по Владимирскому проспекту.
      Внутри не просто чисто - стерильно. По дому монахини ходят в теплых шлепанцах и особых домашних плащиках. Их пятеро: четверо из Латинской Америки и итальянка сестра Матильда. Она же - настоятельница монастыря.
      "Холодно вам здесь после тропиков?" - спросил я. "Ой, не спрашивайте!" - замахали руками улыбчивые монашки.
      Квартира тесна для сестер. Насколько я понял, одна из них ночует прямо в коридоре. Но самую большую и светлую комнату сестры оставили незанятой. Это часовня. Здесь начинается и заканчивается их день.
      Все монахини приносят три обета: бедности, целомудрия и послушания. Наверное, по причине послушания, сестры решили, что разговаривать со мной должна именно настоятельница.
      Сестра Матильда была дородна, немолода и носила очки.
      - Если не секрет, как получилось, что вы вступили в Орден?
      - Я хотела быть монахиней с детства. Мой отец рано умер, в семье было еще несколько маленьких детей. Так что воспитывалась я в монастыре. В 14 лет сказала сестрам, что хочу вступить в Орден, и начала готовиться к монашеской жизни.
      Через четыре года я принесла первые обеты - для начала на год. Вечные обеты, обеты на всю жизнь, смогла принять только в 26 лет, пройдя несколько этапов подготовки.
      Вообще, стать монахом трудно. Не думайте, что это - будто ты пришел, постригся, и обратного пути уже нет. Двое из трех, кто решился на этот шаг, не выдерживает и спустя год-три все-таки возвращается к жизни в миру. Я не вернулась...
      - Как происходит сам обряд пострижения в католические монахини?
      - Ой, это очень красивый обряд! Девушка, одетая в белое платье невесты, входит в храм, а там сестры уже ждут ее и все вместе молятся. Ей вручают черно-белое одеяние нашего Ордена. Пока она переодевается в особом помещении, хор поет древние латинские гимны.
      Затем монахиня зачитывает свои обеты. Священник обстригает у нее немного волос и вручает обручальное кольцо. Теперь она - невеста Христова. Можно начинать работать...
      - Интереснее узнать, как сестры отдыхают.
      - А времени на отдых почти не остается! Нужно учить русский, работать по дому, встречаться с людьми, успевать помочь бедным и одиноким. Плюс не забывать о том, зачем вообще мы приехали в Россию...
      Если и остается время, то от силы час-полтора перед сном. Тогда мы беседуем. Читаем вслух, стараемся лучше узнать друг друга... Монастырь это ведь как большая семья.
      - Можно ли монахиням смотреть телевизор? Вы родом из Италии, сестры из Латинской Америки. А по телеку полно итальянских и латиноамериканских сериалов.
      - Серьезно? Есть такие? Иногда мы смотрим телевизор. Но не сериалы, а в основном новости. Хотим узнать, что происходит в мире, чтобы молиться о тех, кто попал в беду.
      - Как вы ходите по улицам, не страшно? Вы, хоть и монахини, но все-таки женщины... а у нас - преступность... нет ли в вашем кармане чего-нибудь вроде газового баллончика?
      - У нас есть молитва и упование на волю Божию. Это посильнее, чем баллончик.
      Я взглянул в окно. Снаружи, на Владимирском проспекте, своим чередом шла жизнь. Какая-то другая жизнь. Я задал последний вопрос сестре Матильде.
      - Надолго ли вы в Россию?
      Она улыбнулась:
      - Лично я готова прожить здесь и три года, и десять лет... и всю жизнь. Основательница нашей ветви Ордена всегда мечтала о том, чтобы сестры-доминиканки жили в России и помогали православным братьям.
      Если здесь я смогу быть кому-то полезной... смогу облегчить чью-то боль... скрасить чье-то одиночество... куда я отсюда поеду?
      С этой статьей в свое время я, завязав с журналами, дебютировал в ежедневной прессе.
      Понятно, что "первая" и "лучшая" - не однокоренные слова. Тем не менее на примере именно этой статьи продемонстрирую вам три главных правила, вернее, приема написания бестселлера.
      Таких правил существует больше, чем три. Но остальные будут моим секретом, ладно?
      Правило номер один: правильная первая фраза.
      Стандартные ВУЗовские учебники журналистского мастерства рекомендуют изложить в первой фразе суть вашего материала.
      Например, так: "Вчера возле проходной N-ского завода рабочие видели лося". Дальше - развернутое изложение события (какого лося, куда лось направлялся, как именно рабочие отшибали ему рога и т. д.).
      Мне такой путь не кажется привлекательным. Я считаю, что стартовая фраза должна не рассказывать читателю, о чем он прочтет, а всего лишь заставлять читать дальше.
      Фраза совсем не обязательно должна иметь отношение к тому, о чем пойдет речь. Самая первая статья, написанная мною, была о панк-роке. Начиналась она так:
      Году в 1986-м меня часто били по уху. Ухо страдало из-за того, что в него была вставлена сережка...
      Знали бы вы, какой резонанс вызвала статья в те годы, когда ношение сережки считалось актом личного гражданского мужества!
      Впрочем, перебарщивать со стилистическими изысками тоже не следует.
      В петербургской газете "Смена" работает репортер Алексей Орешкин. Он считается очень хорошим журналистом. Каждый раз, начиная читать его репортажи, я внутренне содрогаюсь.
      Один из репортажей описывал открытие выставки лодочных моторов. Не ручаюсь за точность, но начинался он приблизительно так:
      Пришла весна. Масленица кончилась. Все блины съедены. Так что о блинах говорить не станем. Станем говорить о лодочных моторах, тем более что вчера открылась их, моторов, выставка.
      Как вам?
      Правило номер два звучит так: с какой бы громкой фразы ни начиналась ваша статья, материал для нее собирать все равно придется.
      Журналюги пытаются обойти это правило всеми возможными способами. Рассмотрим простой пример.
      В начале 1990-х считалось модным писать о проституции. Кое-кто тешится этой темой до сих пор. Наверняка и вы читали подобные сочинения. Вспомните, как они построены.
      Во-первых, очень часто материал о проститутках является чистой фантазией, основанной на просмотре пары киношек и не дочитанном в ВУЗе Достоевском.
      Случалось мне читать красочные рассказики на тему, как по заданию редактора журналист отправлялся в ночь, платил проститутке, она приводила его домой, где (как без этого?) за занавеской плакала маленькая проституткина дочка, а распутная мама всю ночь пила с журналистом водку, играла на гитаре и, рыдая, задавала вопрос: где еще, как ни на панели, ей брать деньги для воспитания детей?
      Во-вторых, материал о розничной любви может быть составлен на основе беседы с действительно пойманной на улице тетечкой и слово в слово воспроизводить ее речь.
      То есть из редакции выползти журналист себя заставил. Но на этом сломался, плюнул и все равно пошел попить пива.
      Это лучше, чем во-первых, но не намного. Только очень глупая женщина может зарабатывать на хлеб таким образом. И слова глупой женщины тоже глупы, неинтересны. А ваша задача - написать интересно.
      Как это сделать? Только одним способом: собирать материал!
      Возьмись писать о проституции, я бы:
      а) прочел об истории феномена и запомнил самые интересные факты (типа: "До революции падшие женщины обращались к состоятельным господам с фразой "Я - Незнако-умка. Не желаете ознако-умиться?"");
      б) постарался бы найти хоть какие-нибудь цифры. Цифры - это очень важно. Именно они придают материалу достоверность. В данном случае за цифры могут прокатить расценки услуг, количество возбужденных уголовных дел, частота коитусов у среднестатистической дамы и все в таком роде;

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12