Пабло Пикассо очень любил женщин. «Я не стал дожидаться разумного возраста, чтобы начать. Если его дожидаться, именно разум может потом помешать». Прогулки по барселонским борделям он начал в пятнадцать лет. Потом продолжил пополнять «свой донжуанский список» в Париже, признанной столице любви. Безусловно, женщины влияли на жизнь Пикассо, но еще больше он влиял на них. Поэт Шарль Бодлер как-то сказал, что у мужчины есть только два пути: либо он становится рабом женщины, либо превращается в палача, терзающего ее тело и душу. Великого Пикассо с уверенностью можно отнести к разряду таких палачей. Недаром же его мать говорила Ольге Хохловой: «Я не думаю, что с моим сыном, который озабочен исключительно собой, сможет быть счастлива хоть одна женщина». Но первую и третью женщину в «семерке» Пикассо, как называли Хохлову, сломать было совсем непросто. Они стоили друг друга…