Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездные войны (№160) - Вектор-прим

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Сальваторе Роберт / Вектор-прим - Чтение (стр. 7)
Автор: Сальваторе Роберт
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Звездные войны

 

 


— Скорее всего именно так оно и будет, — ответил Да'Гара. — Возможно, мы используем данные с этой станции при отправке следующей группы «летающих миров». Исполнитель Ном Анор уже наслышан о твоей прекрасной работе и надеется, что ты еще станешь его секретным агентом.

И тут в дверь Йомина Карра постучали. Он быстро закрыл ящичек с виллипом и спрятал его в шкаф, затем снял рубашку и побежал открывать, протирая глаза и всем своим видом давая понять, что он только что проснулся.

На пороге стоял Гарт Брейзе с мотком веревки на плече.

— Готов? — спросил он.

— Еще не рассвело, — заметил Йомин Карр.

— Лучше уж пойти ночью в лес, чем испытать на себе, что такое гнев Данни Куи, — усмехнулся Гарт Брейзе.

Йомин Карр побежал одеваться. Пока все шло прекрасно.

* * *

Утренний воздух был прохладен, но не свеж. В нем витал какой-то странный серный запах. Гарт Брейзе то и дело морщил нос, но молчал. Йомин Карр напомнил себе, что вряд ли Гарт что-то заподозрил. Он не знает, что предвещает этот запах, и скорее всего не обратил на него особого внимания.

— Может, сначала проводишь их? — спросил Йомин Карр, махнув рукой в сторону взлетной площадки, где Данни и еще двое ученых готовились к взлету.

— Я уже попрощался с ними, — ответил Гарт, — Мне не терпится поскорее разделаться с этой дурацкой работой.

— Эта башня высотой всего сто метров, — заметил Йомин Карр.

— Всего, — горько повторил Гарт. — Учти, что там наверху холодно и дует сильный ветер.

— Может, нам повезет, и у. башни нас будет поджидать красногривник, — весело сказал Йомин Карр, но Гарт Брейзе почему-то не улыбался. — Тогда не придется лезть наверх.

С такими тяжелыми мыслями в голове Гарт остановился у внешнего периметра базы и направил ближайший прожектор на основание башни. Затем достал из оружейной пирамиды бластер и прикрепил его у себя на поясе. Йомин Карр от предложенного ему бластера вежливо отказался.

Они вышли за стену, тщательно закрыв за собой дверь, и направились к башне. Когда они подошли поближе, то заметили какое-то странное движение на земле, словно почва ожила и вздымалась волнами.

— Это еще что за хренотень? — удивился Гарт Брейзе, наклоняясь к земле и рассматривая причину волнения: мириады красновато-коричневых жуков.

— Может быть, этим и объясняются все проблемы с передатчиком? — предположил Йомин Карр.

— Нет, кабель перегрызла какая-то тварь покрупнее.

— А если они пробрались внутрь уже после того, как передатчик вышел из строя… — сказал Йомин Карр. Пусть Гарт домысливает, что же там могло произойти! Конечно же, Йомин знал, что причина кроется не в этом (по крайней мере, это не единственный источник неприятностей со связью), но Гарт об этом не догадывался, и если хоть нескольким жукам и удалось пробраться внутрь, то кабель уже не починить.

— Когда я нашел обрыв кабеля, этих жучков здесь не было, — сказал Гарт.

Йомин Карр задрал голову и смотрел на вершину башни.

— Думаешь, стоит туда лезть? — спросил он. — Или сначала еще раз проверим кабель по всей длине?

Гарт надолго замолчал, и Йомину Карру уже показалось, что он отговорил Гарта взбираться наверх.

— Стоит, — ответил наконец Гарт, снимая моток веревки с плеча. — Давай посмотрим, что творится наверху.

Йомин Карр начал возражать, но быстро сдался. Может быть, для успешного выполнения задания стоило бы отговорить Гарта, но Йомин Карр с каждой минутой становился все более нетерпелив и горел желанием действовать. Ну хорошо, раз ты так хочешь, тогда поднимемся! — подумал йуужань-вонг.

И они поднялись, подстраховывая друг друга, подавая руку и поддерживая веревку во время переходов с уровня на уровень. Когда они добрались до вершины, было еще темно.

— Я же говорил, — крикнул Гарт, первым поднявшийся на верхнюю площадку, показывая на отошедший контакт, — Ветер.

К нему подошел Йомин Карр.

— Возможно, — согласился вонг.

Раздался громкий рев — это Данни и еще двое ученых взлетели на своем старом корыте, и Йомин с Гартом посмотрели им вслед. Вскоре челнок превратился в крошечное светлое пятнышко на черном небе.

— Лучше бы я полетел с ними, — заметил Гарт.

— Да, потому что здесь ты — ходячая угроза.

— Что? — не понял Гарт и удивленно посмотрел на Йомина, но тому не понравилось, как Брейзе на него смотрит. И как дышит. Иуужань-вонг двумя пальцами ткнул Гарта в горло, заставив закашляться и схватиться за шею одной рукой, а затем ударил его по запястью, заставив оторвать руку от перекладины башни.

Гарт отчаянно пытался удержаться, но руки Карра, казалось, были повсюду, не давая Гарту найти опору. Затем непонятно откуда воин праэторит-вонга извлек небольшой нож со сверкающим лезвием и приставил его к горлу Гарта. Но это было сделано лишь для того, чтобы Гарт убрал свои руки, и когда он так сделал, Йомин сразу же сменил направление атаки: взмахнув острым ножом, он перерезал туго натянутую веревку, которой Брейзе привязался к перекладине башни.

Руки Гарта быстро описывали круги, но равновесие ему восстановить уже не удалось.

— За что? — прошептал он.

Йомин Карр мог бы покончить с мучениями Гарта, просто слегка толкнув его, но вместо этого он сделал шаг назад, любуясь испугом на лице человека, его отчаянными, но тщетными усилиями.

И вот с громким криком Гарт Брейзе полетел вниз. Задев одну из металлических перекладин башни, он замолчал и до земли летел беззвучно вращаясь в воздухе. Через некоторое время раздался глухой стук падения.

Йомин Карр был очень рад, что Гарт Брейзе направил луч прожектора на основание башни — удар тела о землю и брызнувшую во все сторону кровь было видно как на ладони.

— Сам напросился потому что, — ответил Йомин на последний в жизни вопрос Гарта.

Спускаясь, он пожалел только об одном: при падении Гарт мог раздавить несколько милых крошек двибитов.

* * *

Отлетев от Белкадана на порядочное расстояние, Данни Куи посмотрела на планету в задний экран внешнего обзора, и вдруг тоскливое выражение на ее липе сменилось озабоченным.

— Разверни корабль, — приказала она Бенсину Томри, сидевшему за штурвалом.

— Чем меньше мы будем сворачивать с прямого курса на Хелску, тем лучше, — ответил Бенсин. — Сама знаешь, в каком состоянии этот челнок. Я как раз подготовился к прыжку в гиперпространство.

— Нет, мы обязательно должны посмотреть, что там происходит, — настояла Данни.

К ней подошел третий член экипажа, невысокий черноволосый Чо Баделег, чья пышная шевелюра напоминала густую шерсть какого-то животного.

— Похоже на сильную бурю, — сказал он, когда заметил сгущающиеся тучи в верхних слоях атмосферы Бедкадана.

Бенсин Томри развернул челнок, и у всех троих ученых захватило дыхание, когда они подлетели поближе и с ужасом увидели, что облака эти зловещего желто-зеленого цвета. Данни это сразу же напомнило о странных закатах, которыми она недавно наслаждалась.

— Вызови базу, пусть они посмотрят, что это такое, — приказала Данни.

— Вряд ли они успели починить башню, — напомнил ей Чо Баделег.

Данни достала портативный коммуникатор.

— Спустись пониже, — попросила она, и Бенсин Томри послушно направил челнок вниз.

Когда корабль вошел в атмосферу, у всех возникли недобрые мысли, потому что челнок тряхнуло так сильно, что показалось, будто он развалится пополам.

— Тии-Убо? — крикнула в рацию Данни и сморщилась от раздавшегося в ответ треска помех. — Ты меня слышишь?

— Данни? — прорвался сквозь шум голос тви'лекки. Затем она что-то сказала, но никто ничего не понял, хотя все трое сошлись во мнении, что она упомянула имя Гарта Брейзе.

— С юга от вас начинается буря, — медленно и как можно четче произнесла Данни. — Очень сильная.

Она повторила это несколько раз, а Тии-Убо долго пыталась что-то ответить, но из-за помех можно было разобрать лишь отдельные слова, скорее, слоги.

— Видимо, из-за бури, — предположил Чо Баделег, и Данни сдалась — выключила коммуникатор, затем вопросительно посмотрела на обоих ученых.

— Может, вернемся? — предложил Чо Баделег.

— Если мы сейчас сядем, то неизвестно, когда нам удастся снова взлететь, — резонно заметил Бенсин Томри. — Тем более буря крепчает. Мы должны радоваться, что это ржавое корыто поднялось на орбиту с первой попытки.

Чо Баделег внимательно изучил эпицентр бури в бинокль.

— Похоже, циклон еще в зародыше. Воронка не обозначилась, «глаз» не локализовался.

— Думаешь, с ними все будет в порядке? — спросила Данни.

— Когда отлетим подальше от источника помех, сможем включить корабельный коммуникатор, — сказал Бенсин Томри. — Принимай скорее решение, что делать. Или летим, или возвращаемся?

Данни задумалась всерьез и надолго. В конце концов, для нее наука была превыше всего. Кроме того, находясь на челноке, они рисковали куда больше, чем те, кто остался на базе.

— Тии-Убо что-то сказала про Гарта Брейзе, — сказала она с надеждой. — Видимо, он починил башню.

— Тогда полетели, — сказал Бенсин Томри, направляя челнок прочь от планеты и принимаясь за расчеты, необходимые для перехода на световую скорость.

Когда планета была далеко-далеко позади, Данни подошла к коммуникатору корабля и послала на базу подробный отчет о буре, разразившейся на юге, и некоторое время ожидала ответ. Не получив его, она решила, что ее скорее всего услышали, но еще не отремонтировали башню до конца и ответить не могут.

* * *

В глазах Ном Анора горели огоньки — это отражались взлетающие ракеты, направленные на вражеский город Оса-прим. Межпланетная атака, которую он планировал вот уже несколько недель, началась. Тамактис Брисса выступал против нанесения удара, зная, что это развяжет открытую войну между двумя планетами, но после того, как были найдены убитыми несколько высокопоставленных политиков Рхоммамуля, его аргументы мало кто отваживался поддерживать.

Ном Анор надеялся, что на «Посреднике» не успеют сразу же засечь запуск и истребители уже не смогут перехватить все ракеты. Но и это не было оставлено на волю случая. Долгие часы исполнитель и Шок Тиноктин изучали траектории планет и местонахождение корабля Новой Республики, и запуск ракет был произведен в таком месте и такое время, чтобы его было труднее всего обнаружить. После того как ракеты вышли в открытый космос, их двигатели были выключены, и теперь смертоносные снаряды казались лишь крохотными темными песчинками. Когда из их дюз вновь ударят струи пламени, они войдут в атмосферу Осариана и будет поздно что-либо предпринимать.

Чтобы усыпить бдительность коммодора Акдооля, Ном Анор разговаривал с ним много часов подряд. Общий смысл их бесед был такой: пора мириться, и теперь, когда нет Лейи, вечно сующей нос не в свои дела, настало время встретиться и положить конец противостоянию. Даже было назначено время встречи Ном Анора с дипломатами Осариана на борту «Посредника».

Ном Анор знал, что коммодор Акдооль наверняка ухватится за возможность пожать все лавры за такую дипломатическую победу. Он весь расцвел, когда услышал, что командование кораблем поручили ему только из-за национальности. И в самом деле, после отставки Акбара мон каламари были мало представлены во флоте, и многие роптали по поводу такого назначения. Кроме того, Акдооль был уверен в непобедимой мощи своего корабля и не ждал от этих двух захудалых планет никаких неожиданных шагов.

Конечно же, эта атака вызовет сильные последствия, и скорее всего Ном Анору придется покинуть Рхоммамуль, но его это не смущало. Его миссия подходила к концу. По Оса-прим был нанесен удар, и вскоре разгорится кровопролитная война, а именно этого он и добивался. Нужно было отвлечь внимание Новой Республики, развязав войну у самого ядра Галактики, чтобы у них не было времени присматриваться к окраинам.

Чем дольше Ном Анору удастся действовать, не раскрывая своих истинных планов, тем больше «летающих миров» с йуужань-вонгами проникнет в эту Галактику.

Тремя часами позже Ном Анора вызвал по радио взбешенный коммодор Акдооль — он засек ракеты в атмосфере Осариана.

Ном Анор взял всю ответственность за этот шаг на себя. Он подтвердил, что отдал приказ нанести удар в ответ на убийство нескольких рхоммамульских чиновников (которых сам же накануне приказал убрать), затем просто выключил коммуникатор.

Шок Тиноктин включил экран, по которому транслировались передачи центрального канала Осариана. Испуганный репортер рассказывал о панике среди населения, а затем — о появившихся в небе ракетах. Голографическая камера показала яркие полосы, прочертившие ночное небо.

Навстречу ракетам поднялись другие ракеты-перехватчики и десятки истребителей, но они не успевали сбивать все новые и новые цели.

Несколько минут спустя Оса-прим был в огне.

Ном Анор с удовольствием отметил, что это был великий день.

8. Уровни

— Ты снова дрался с Анакином, — сказал Люк сидевшему у стены дока Джесину.

«Тысячелетний сокол» стоял в открытом посадочном доке космопорта планеты Риси. Хэн и Чуи объяснили своим пассажирам — Джесину, Анакину, Лейе и СИ-ЗПО, что при перелете с Корусканта на Внешние территории необходимо было сделать промежуточную посадку, и так они оказались здесь. Лейе удалось ускользнуть от Больпура, оставив его с носом на Корусканте. Ей надоела его чрезмерно тщательная опека, особенно сейчас, когда нужно было отдохнуть от интриг и бюрократических игр, с которыми приходилось иметь дело по роду службы. Больпур, несмотря на свои благие намерения (как и у всех ногри, намерения были у него исключительно добрые), в какой-то момент начинал сильно раздражать. То, что удалось сбежать от Больпура, Лейя воспринимала как личную победу, символ того, что удалось хоть ненадолго оторваться от дел.

«Меч Джейд» с Марой и Люком на борту только что приземлился в соседнем с «Соколом» доке, и все с нетерпением ждали, когда же прилетит Джайна, которая (исключительно ради собственного удовольствия) отправилась с Р2Д2 в полет на «крестокрыле».

— Я увидел, как он занимается с лазерным мечом, — честно признался Джесин. — Он хотел узнать, чего достиг, вот я и показал ему…

— Я не говорю о поединке на мечах, — оборвал оправдания Люк. — Хотя мне кажется, что твой отец не будет счастлив, когда узнает, что вы размахивали лазерными мечами в главном отсеке корабля. Я говорю о вашей словесной перепалке.

Эти слова застали Джесина врасплох, и он уставился на Люка, своего дядю и наставника, пытаясь прочитать его мысли по этому поводу.

Но лицо Люка было непроницаемым.

— Просто не сошлись во взглядах, — ответил Джесин, собираясь уйти. — Вот и все.

— Относительно роли джедаев, — сказал Люк.

— Относительно роли Силы, — поправил его Джесин, поворачиваясь обратно.

— Ты что, можешь просветить меня? — спросил Люк, и в его голосе не прозвучало ни тени ехидства.

Но Джесин, подавленный кажущимся всемогуществом своего дяди, воспринял, все наоборот. Он только вздохнул и снова развернулся, намереваясь уйти.

Люк схватил его за руку и, не отпуская, сел рядом у стены.

— Ты знаешь, что я стою перед трудным выбором, — сказал он.

— Я думал, что ты уже принял решение, — откликнулся Джесин, и Люк слегка кивнул.

— Почти, — ответил он. — Но если тебе есть что сказать мне, есть соображения, почему я не должен возрождать Совет Ордена, сейчас самое время обсудить это.

Джесин долго смотрел на своего дядю, не веря услышанному. Он был поражен оказанным ему доверием. Ему всего шестнадцать лет, и он привык к постоянным трениям с окружающими его взрослыми, и не ожидал, что к его мнению могут прислушиваться.

— Не знаю, с чего и начать…

— Пусть говорит твое сердце, — подсказал ему Люк.

— Дело в том, что… — Джесин опять замялся и вздохнул. Он пристально посмотрел на Люка и увидел задумчивую улыбку на его живом лице. Люк Скайуокер, несмотря на все перипетии, которые ему довелось пережить, и новые испытания, поджидавшие его, оставался удивительно спокойным. Джесину казалось, что дядя Люк нашел гармонию со своим внутренним миром и теперь просто излучает доброту и спокойствие. Для Джесина Люк был идеальным джедаем, но, несмотря на это, он спорил с ним по вопросам, затрагивающим философские, основы существования Ордена.

— Сила кажется мне такой чистой, абсолютной истиной о том, кто есть я, кто все мы, — начал он. — Не знаю… Заставлять джедаев подчиняться слепой бюрократической машине — это то же самое, что заключить птичку-синевку в клетку или убить ее и сделать из нее чучело, чтобы любоваться им издалека.

Люк долго обдумывал услышанное.

— Не могу сказать, что ты в корне неправ, — ответил он. — Я опасаюсь того же самого. Мне кажется, наши взгляды на природу Силы во многом сходятся. Но… — Люк поднял вверх палец, успокаивая юного Джесина, который уже вскочил и собрался что-то сказать, -..джедаи обладают способностями, которые лежат вне пределов понимания окружающих их разумных существ.

— Вроде Борска Фей'лиа? — саркастично спросил Джесин.

— Да, — просто ответил Люк, — среди них и те, от чьих решений зависят жизни многих людей.

— Борск Фей'лиа не заслуживает того, чтобы мы тратили время на разговоры о нем, — процедил Джесин, но реакция Люка поразила его.

— Меня пугают твои слова и тон, которым ты их произносишь, — со всей серьезностью сказал Люк, давая понять своему племяннику, что. этот вопрос очень волнует его.

Джесин в изумлении не мог врубиться.

— Гордыня, — объяснил Люк, покачав головой.

— Гордыня? — переспросил задумчиво юный джедаи и только после этого начал понимать.

И в самом деле, умаляя достоинство Борска Фей'лиа, он тем самым старался показать свое превосходство над ботаном.

— Опасный порок, — предупредил Люк. — Он есть у всех нас. Часто даже в избытке, но мы должны следить за тем, чтобы не пойти на поводу у гордыни.

— Я просто боюсь, что… — начал Джесин.

— Контроль, — закончил за него Люк. — Порядок. А тебе даже академия не нравится, как говорит твой брат.

— Мой брат не умеет держать язык за зубами, — огрызнулся Джесин.

Люк усмехнулся: видимо, он был такого же мнения.

— Не нравится мне академия, — признался Джесин.

— Это она научила тебя тому, что ты умеешь сегодня, — напомнил Люк.

— Разве? — переспросил юноша. — Сила у меня в крови, и насколько чище она стала бы, если бы я был единственным учеником одного мастера, как ты у Йоды?

Люку нечего было возразить, и он с удовольствием посмотрел на Джесина. Джедай должен задавать такие вопросы. Дисциплина необходима, но безмолвное подчинение только вредит. Аргумент Джесина в пользу возврата старой системы обучения один на один нашел отклик в сердце Люка. Даже он понимал, что академия слишком далеко отошла от этого и, таким образом, слишком много джедаев остались без необходимой поддержки. Их некому было направить в нужном направлении и предостеречь об опасности искушения перехода на темную сторону Силы. Вот почему пришлось вернуться к старой системе «мастер — ученик», и Люк был одним из немногих наставников, у которых было больше одного ученика.

— Я даже не собираюсь говорить о том, что ты не прав, — сказал Люк, положив руку Джесину на плечо. — Но поверь мне, когда ты немного подрастешь, ты станешь смотреть на вещи немного по-другому.

— Увижу более полную картину? — спросил Джесин, с ноткой сарказма в голосе.

— Думаешь, мне нравится иметь дело с Борском Фей'лиа? — с улыбкой сказал. Люк, и напряжение спало. Он похлопал Джесина по плечу и пошел прочь, но когда он уже дошел до трапа «Сокола», его остановил возглас Джесина.

— Дядя Люк! — и, когда Люк обернулся, юноша совершенно серьезным тоном заявил:

— Выбери правду.

* * *

— О, будьте осторожны, госпожа Вейдер, — сказал СИ-ЗПО с типичной интонацией Больпура, употребив вдобавок титул, которым ее награждали многие ногри.

Лейя повернулась и гневно посмотрела на дроида, а когда услышала у себя за спиной смех Мары — и вовсе прожгла беднягу взглядом.

— Если ты назовешь меня так еще раз, я брошу тебя в ванну с маслом и подожгу его, — спокойно пообещала она дроиду.

— Но вы же сами сказали, что обязанности телохранителя во время этого полета предстоит выполнять мне, — ответил обиженный СИ-ЗПО.

— Только чтобы заставить тебя замолчать, чтобы ты не проболтался Больпуру о моих планах сбежать от него, — парировала Лейя, и дроид, несмотря на то что выражение его металлического лица не изменилось, приобрел грустный вид. Лейя не смогла не рассмеяться. Иногда — хотя нет, всегда, — СИ-ЗПО воспринимал ее слова слишком буквально.

Стоявшая в другом конце мостика «Меча Джейд» Мара участливо поинтересовалась:

— Надоело пристальное внимание?

Лейя кивнула и повернулась к ней.

— Не знаю, — пожимая плечами, ответила она. — Возможно, сейчас у меня такой период в жизни, когда хочется думать о себе как просто о Лейе. Не о принцессе Лейе, не сенаторе Лейе Органе, не главе государства Лейе Органе Соло, и не… — она повернулась и бросила еще один сердитый взгляд на СИ-ЗПО, -..госпоже Вейдер. Просто как о Лейе.

Снова повернувшись к Маре, она увидела, что та кивает в знак согласия:

— Думаешь, я стала эгоисткой? — спросила Лейя у Мары.

Мара расплылась в улыбке.

— Думаю — по-человечески это понятно, — ответила она. — Раз уж мы несколько раз спасали Галактику, то можем потратить немного времени на спасение самих себя.

Эти слова, сказанные Марой, которая сейчас. балансировала на грани жизни и смерти, дорогого стоили.

— Но ты примерно моего возраста, — отважилась сказать Лейя, — и все еще хочешь завести детей. А я на это больше ни за что не соглашусь.

— Потому что для тебя это уже пройденный этап, — ответила Мара. — Я пришла к выводу, что физический возраст и жизненные этапы не всегда совпадают.

Лейя надолго задумалась над этими словами. Она сравнила настроение Мары со своим собственным отношением к делам, как она бежала без оглядки из Центральных систем, где ее ждали неотложные проблемы, даже телохранителя не взяла с собой. Затем она в который раз напомнила себе, что она имела право бросить все и со стороны посмотреть на ход вещей в Галактике, которую она самоотверженно спасала. Да, Маре сейчас хотелось совершенно иного: завести детей и оставаться всегда такой же деятельной и жизнерадостной, всегда быть в центре событий и продолжать занятия с Джайной, видеть жизнь ее глазами.

Лейя не чувствовала уколов ревности, когда внезапно поняла все это. Только грусть и желание хоть как-то помочь Маре справиться с ужасной болезнью и получить все, что она желает. И заслуживает.

— Все у тебя еще будет, — тихо сказала Лейя. Мара вопросительно уставилась на нее.

— Все, что ты хочешь, — уточнила Лейя. — И эта болезнь, или что бы это ни было, не сможет помешать тебе.

Улыбка Мары была лучшим свидетельством ее веры и силы воли.

— Я знаю.

* * *

— Прикрой меня с тыла, — бросил Хэн Чубакке, входя в «Жар и пену», притон некоего Рибольда, печально знаменитый тем, что здесь и дня не проходило без пьяных драк с поножовщиной, кровью и убийствами. Тут было шумно и тесно от представителей отбросов общества всех рас — людей, ботанов, родианцев, тервигов, вувриан, снивийцев, — и все они решали важные вопросы, а затем ударяли по рукам или по мордасам друг другу. В «Жаре и пене» было так заведено, что если вы убивали того, кто косо на вас посмотрел, но при этом никого не забрызгали кровью и потом аккуратно убрали то, что осталось от жертвы, то никого это особо и не волновало. Иногда достаточно было просто кинуть несколько монет за беспокойство и извиниться за то, что намусорили.

Хэн посмотрел на своего давнего друга-вуки и с удовольствием увидел, как у Чуи в глазах заблестели огоньки. Эти искорки так часто вспыхивали у лохматого, особенно в местах, подобных этому. Они с Хэном не раз хаживали в такие заведения. Но в последнее время постарели, остепенились и заглядывали в кантины все реже.

Какой-то пьянющий таморреанец споткнулся и налетел на Хэна, так что тот упал бы, если бы не стоявший позади него Чуи. Вуки, кстати, не отступил ни на сантиметр, а просто смерил свиноподобного возмутителя спокойствия взглядом сверху вниз и рыкнул, и тот поспешно уполз на карачках, не теряя времени на то, чтобы подняться, лишь бы убраться с чубаккиных глаз долой.

Хэну нравилось иметь Чуи за спиной.

Чубакка посмотрел на Хэна и издал несколько протестующих звуков.

— Да знаю, знаю, — отмахнулся Соло. Ему самому задерживаться здесь хотелось не больше, чем его мохнатому другу. — Но просто необходимо выяснить, чем занимается Ландо, до того, как я полечу к нему. Не верю, что он в шахтеры записался. С его связями он мог бы запросто получить права на разработку хоть тысячи богатыхучастков у самого Центра. Нет, какие-то там у него темные делишки, и я хочу знать, какие именно, прежде чем повезу туда свою семью.,..

Хэн прервал свой монолог, громко щелкнув пальцами.

— Баги, — сказал он, указывая на сидевшего у стойки суллустианина.

Чуи опознал цель — это был известный аферист Даго Баги — и издал еще один стон, напрочь лишенный энтузиазма.

Пара друзей начала протискиваться сквозь толпу, заполонившую кантину, и наконец они вышли на расстояние прямой видимости с Даго Баги. Суллустианин увидел их, одним глотком выпил свою рюмку и рванул к выходу.

Хэн махнул рукой налево, и туда сразу же бросился Чуи, а сам Хэн кинулся направо. Даго Баги, видимо, все свое внимание сфокусировал на Соло, поэтому тоже побежал вправо и не заметил, как на полном ходу врезался в Чубакку. Раздался глухой стук, и голова суллустианина уткнулась в мохнатый живот вуки.

— А, Хэн Соло, — сказал Даго, когда Соло подошел к нему. — Как я рад тебя видеть.

— Садись, Даго, — ответил Хэн, отодвигая стул от ближайшего стола.

— Твоя покупай, моя сиди, — с нервным смешком ответил суллустианин, усаживаясь на стул. Хэн с Чуи сели по бокам от него.

— А что это ты так нервничаешь? — спросил Хэн у Даго, когда все трое уселись за стол.

— Нервничаю? — как бы удивленно переспросил Даго Баги.

Хэн посмотрел на него «сердитым взглядом», которого так боялись его дети. Он всем своим видом показывал, как возмутила его наглая ложь, сорвавшаяся с губ Даго Баги. Суллустианин мгновенно заткнулся и стал напряженно выискивать официантку.

— Эй, — вернул его обратно на землю Хэн.

— Извини, — ответил уже успокоившийся Даго Баги. — Я не ожидал увидеть вас здесь. Как и многие другие. Вы знаете, какие подозрения навлечет на меня этот разговор с вами?

— Зачем ты так плохо обо мне думаешь? — ответил вопросом на вопрос Хэн. — Я ничем не помешал всем этим парням. На самом деле, за последние несколько лет мне приходилось пару раз бросать свои дела и помогать кое-кому, — последние слова Хэн сказал как можно громче, чтобы все эти гнусные типы, которые прекрасно знали его, как следует все расслышали.

— И тебе я не намерен причинять неудобства, — заверил он контрабандиста. — Мне нужна свежая информация на одного старого друга. .Даго Баги навострил уши, подался вперед и резко воспрял духом. Было ясно видно, что он ждал денежного поощрения за такую помощь.

— Я буду перед тобой в долгу, — сказал Хэн, который взял с собой мало денег.

Даго Баги откинулся на спинку стула и безвольно опустил руки.

— Я ведь бизнесмен, — объяснил он. Чуи нагнулся к нему и угрожающе зарычал.

— Но в долг поверю, — быстро согласился суллустианин.

— Собираюсь навестить Ландо, — начал Хэн. — Вот, решил узнать, чем он сейчас занимается. Даго Баги облегченно выдохнул — легкий вопрос!

— Шахты на астероидах строит, — ответил он. Хэн снова изобразил «сердитый взгляд».

— Правда, — настаивал Даго Баги.

— И… — не отставал Хэн.

— А почему он должен еще чем-то заниматься? — взвился Даго Баги. — Это же очень выгодно.

— И… — Хэн был непреклонен.

С громким вздохом Даго Баги наклонился поближе к Хэну и Чуи. Все трое заговорщицки приникли к столу.

— Ландо ищет новые технологии, — прошептал Даго Баги. — Если дело выгорит, прибыль будет баснословной.

— Что ты имеешь в виду?

— Безумство Керана, — ответил Даго Баги.

— Астероид?

— В системе Хот, — кивнул Даго Баги. — Чистая платина, но слишком много там других астероидов, и он с ними постоянно сталкивается. Многие уже погибли, так и не добравшись. Ландо ищет безопасный путь.

— А я думаю, что ничего там такого нет, — заметил Хэн.

Даго Баги криво улыбнулся.

— И Ландо просто использует этот астероид как поле для экспериментов. Старается найти новые способы добычи руды, чтобы затем торговать технологиями по всей Галактике, — продолжал Хэн, и его интонация напомнила манеру разговора Ландо.

— Ну, там еще кое-что, — хитро подмигнул ему суллустианин.

— Бег по поясу? — спросил Хэн. — Все та же игра?

— Кому игра, — ответил Даго Баги. — А кому…

— Тренировка, — закончил за него Хэн. — Значит, Ландо сейчас стал наставником контрабандистов. С помощью игры «бег по поясу» учит их уходить от охотников.

— Охотников, которых тренирует Люк, — хмуро заметил Даго Баги, давая Хэну понять, почему он так недоволен был его появлением.

Контрабандистов все больше беспокоили проблемы Внешних территорий и эти хищные джедаи. А связи. Хэна с джедаями и академией через его шурина, жену и даже его детей отрицать никак было нельзя.

— Ну и кто это? — спросил Хэн.

— Кип Дюррон, — ответил Даго Баги. — И его сорвиголовы-благодетели. Дюжина-и-Двое Мстителей, — сказал он, картинно закатывая глаза.Проблем от них много, убытков — еще больше.

Хэн кивнул. Про Кипа он знал все. Кип никогда особо не задумывался, прежде чем нажать на гашетку ионного орудия, но после того, как его родители погибли один за другим в бою с печально знаменитым контрабандистом Морут Доолом, у него совсем крыша съехала.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24