Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Джошу: Рычание льва

ModernLib.Net / Эзотерика / Раджниш Бхагаван / Джошу: Рычание льва - Чтение (стр. 2)
Автор: Раджниш Бхагаван
Жанр: Эзотерика

 

 


      — Понимаете, доктор, — сказал Герман, вытягиваясь на кушетке, — я только что женился; моя жена Сьюзи настолько прекрасна, что мы занимаемся сексом по пять раз за ночь! Я просто не могу выспаться.
      — Ясно! — ответил Снуз. — Послушайте, я подскажу вам один способ загипнотизировать себя, чтобы вы смогли спокойно спать каждую ночь. Вам нужно лечь в постель и приказать каждой части своего тела заснуть.
      — Спасибо, док, — ответил Герман и заковылял домой.
      В эту же ночь после сытного ужина Герман направился в спальню, оставив Сьюзи одну мыть посуду. Накрывшись простыней, он приступил к самогипнозу.
      «Пальцы ног! — скомандовал Герман. — Всем спать!»
      «Ступни! — приказал Герман, — Спать!» «Ноги! — руководил Герман, — Спать!» «Тело! — зевнул Герман, — Спать!» «Голова! — вздохнул Герман, — Спать!»
      В этот момент открывается дверь, и Сьюзи вошла в спальню в миниатюрном прозрачном пеньюаре.
      Один глаз Германа резко открылся и увидел восхитительную женщину, забирающуюся к нему в постель.
      — Быстро! — крикнул Герман, — Всем подъем!
 
      Ниведано...
      Ниведано...
      Погрузись в тишину. Закрой глаза. Почувствуй, как замерло твое тело. А теперь обрати свой взгляд внутрь себя с полным осознанием, немедля, будто это самое последнее мгновение в твоей жизни. Глубже и глубже — погружайся, словно копье. Ты безошибочно достигнешь центра. Центр твоей, души является также и центром Вселенной. Столько роз распускаются, столько вокруг красоты, изящества и великолепия. Радуйся в этот счастливый момент. Мир позабыл язык и золотую тропу, что ведет тебя к твоему собственному сокровищу. Здесь истина, здесь добродетель, здесь красота. Все выходит из этого источника, и все возвращается к этому источнику. Это вечный источник существования. Вкуси его — и больше никогда не будешь прежним человеком. Ты станешь буддой. Чтобы было понятнее,
      Ниведано...
      Расслабься. Отпусти тело и ум. Ты не то и не другое; ты просто наблюдатель. Наблюдение — это тот самый золотой ключ, тот главный ключ, что открывает двери ко всем тайнам жизни. Почувствуй будду как можно сильнее, как можно ближе. Будда — это еще одно имя твоего наблюдения. И тебе нужно следовать этому все двадцать четыре часа в сутки, во всем, чем ты занимаешься. Будь грациозным, будь пробужденным, веди себя так, как вел бы себя Будда. Постоянно напоминай себе, что принадлежишь трансцендентальному, что не являешься частью посредственного существования. Твой дом благороден, твой дом свят.
      Этот вечер был прекрасен сам по себе. Но присутствие десяти тысяч будд, ведущих совместное наблюдение, сделало его просто очаровательным. В этом наблюдении ты теряешь свою индивидуальность. Я могу видеть лишь полный штиль в океане сознания.
      Именно это делает место святым.
      В этот момент ты находишься на высочайшем пике сознания, радости, благословения. Скоро тебя позовут обратно. Начинай собирать все цветы, пропитайся ароматами. Возвращаясь назад, возвращайся буддой.
      Ниведано...
      Возвращайся, но представь, как возвращался бы Будда: с изяществом, с безмолвием, со спокойствием. Посиди несколько минут, вспомни, где ты был, вспомни то место, вспомни ту золотую тропу. Это подготовит тебя к львиному рычанию. Будда сказал, что, становясь просветленным, человек рычит по-львиному. Серию, которую мы начинаем сегодня, мы назвали Джошу: Рычание льва.
      Запомни свою красоту как красоту льва, как огромную мощь, как великое уединение. Когда зарычишь, тебе эхом ответят все долины. Эхом ответят все пустые сердца. Один будда может пробудить тысячи будд на земле. Это станет твоим посланием. Для умирающего мира ты последняя надежда.
      Хорошо, Маниша? Да, любимый Учитель.
 

ОПУСТОШЁННЫЙ И БЕЗДОМНЫЙ

       Наш любимый Учитель,
       Когда Джошу впервые попал в монастырь Нансена, ему было отведено место истопника на кухне. Однажды он закрыл все двери и набросал так много дров в печь, что вся комната наполнилась дымом. Тогда он закричал: «Пожар! Пожар! Быстрее, спасите меня!»
       Когда весь монастырь сбежался на кухню, он прокричал: «Я не открою дверь до тех пор, пока вы не скажете нужное слово». Толпа не знала, что сказать. Нансен молча просунул ключ в оконное отверстие. Это было именно то, что было нужно Джошу, и он немедленно открыл дверь.
 
      Маниша, случай с Джошу просто уникальный. Джошу стал священником, будучи еще ребенком, а в семнадцать лет он впервые испытал сатори. О своем ощущении он сказал так: «Внезапно я почувствовал себя опустошенным и бездомным».
      Это заявление, сделанное после того, как он впервые ощутил проблески просветления, имеет огромное значение. Джошу говорит: «Внезапно я почувствовал себя опустошенным. Все, что я раньше считал собой, исчезло. Я не был всем этим. Я развивал свою личность, ум, сердце, но ничто из перечисленного, мною, на самом деле не являлось. После ощущения сатори я вдруг почувствовал себя опустошенным и бездомным. Дом, который я построил для себя в соответствии с общепринятыми правилами, мое место среди толпы, уютное место... просветление, первый его проблеск, разрушили все. И вот я стою один, без дома, ошеломленный и опустошенный».
      Но это только одна часть ощущений. О другой части он не говорит. Ее просто нельзя выразить словами. Вторая часть становится известной лишь тем, кто лично испытал нечто подобное.
      Первая часть ощущений говорит о следующем: со старым покончено. Старое нам всем известно, а новое неведомо. Вот почему новое несет с собой проблему: ты можешь сказать, что именно разрушилось, что исчезло, что стало пустым, но ты не можешь сказать, что же у тебя осталось. Здесь царит полное молчание.
      По этой причине Джошу говорит только об одной части своих ощущений, о первой части. Вторую часть нужно прочувствовать самому. Вторая часть состоит в поиске своего изначального дома. Вторая часть заключается в том, что нужно найти свое истинное лицо. Вторая часть заключается в том, что нужно найти свою вечность.
      Без ощущений все это останется просто словами. Испытав их, ты поймешь, что это единственная реальность.
      Все зависит от ощущений, опыта. Дзэн эмпиричен. Это не разговор о великих вещах, не философия. Все очень просто и предельно ясно: нужно заглянуть внутрь себя. Что может быть проще? Заглянув внутрь, ты обнаруживаешь, что новый мир открывает тебе двери и твой старый язык становится неуместным. Ты можешь сказать лишь одно: старого больше нет.
      Новое разрывает связь со старым. Старыми приемами невозможно передать новые ощущения: ни языком, ни жестами.
      Новое создает свой собственный язык. Новое создает свой собственный дом. Новое создает твою высшую реальность.
      Я сказал, что Джошу — это уникальный случай... Маниша принесла одну историю:
      Когда Джошу впервые попал в монастырь Нансена, ему было отведено место истопника на кухне. Однажды он закрыл все двери и набросал в печь так много дров, что вся комната наполнилась дымом. Тогда он закричал: «Пожар! Пожар! Быстрее, спасите меня!»
      Обобщенно говоря, подобная ситуация свойственна каждому из нас. Мы живем в огне и умираем в огне. Твое сердце всегда горит, оно пылает от зависти, гнева, страха и жадности: психологический огонь продолжает порождать новые заботы, новые раны, и раны эти никогда не вылечиваются сами по себе. Первым делом в коммуне Нансена, Джошу постарался разжечь большой огонь и запереть все двери кухни. И когда вся комната наполнилась дымом, а его жизнь оказалась в опасности, он стал кричать: «Пожар! Пожар! Быстрее, спасите меня!»
      Искатель истины, независимо от того, говорит ли он об этом или нет, всегда чувствует: «Пожар! Пожар! Быстрее, спасите меня!»
      Когда весь монастырь сбежался на кухню, он сказал... Таким образом, Джошу демонстрирует огромное понимание дзэн. В детстве он стал священником, в семнадцатилетнем возрасте он почти обрел просветление, и встретившись с Нансеном, он стал, наконец просветленным.
      Когда весь монастырь сбежался на кухню, он сказал: «Я не открою дверь до тех пор, пока вы не скажете нужное слово».
      Как можно сказать нужное слово? Что может быть нужным словом? А ведь его жизнь в опасности! Вскоре пламя станет еще больше, вскоре весь храм будет охвачен пламенем, а этот человек спрашивает о каком-то нужном слове!
      Это тоже нужно понимать. Истории известны тысячи случаев, когда мастера спрашивали: «Скажи нужное слово! Если скажешь, я ударю тебя. Если не скажешь, я все равно тебя ударю». От ученика требуется немедленный, спонтанный ответ. Мастер не задал экзаменационный вопрос. Он создал такую ситуацию, в которой ты не сможешь найти ответ, используя свою память. Если ответишь, он ударит тебя; если не ответишь — тебя все равно накажут. Не думай, что отсутствие ответа означает тишину. Теперь все зависит от самих учеников, от их реакции. Иногда ситуация становится просто критической.
      В одном монастыре было две группы учеников, правое крыло и левое крыло; там проживала тысяча санньясинов. У мастера был кот. Из-за того, что кот принадлежал мастеру, он пользовался огромным уважением и любовью: каждая группа хотела забрать его себе. Между монахами не прекращались стычки за владение котом.
      Однажды мастер собрал вместе всех монахов. Только одного монаха не было, он пошел по делам вниз, в долину. Итак, в зале собрались девятьсот девяносто девять монахов. Мастер выхватил меч, указал на кота и сказал: «Скажите нужное слово! Если вы не скажете слово, я разрублю кота пополам и отдам каждой группе по его половинке; пора прекратить эти распри, эти бесконечные стычки! Быстро говорите правильное слово, иначе кот погибнет».
      Девятьсот девяносто девять монахов с растерянностью посмотрели друг на друга: «Что это за правильное слово?» Мастер разрубил кота и отдал каждой группе по половине. Он очень расстроился; кота больше нет, повсюду кровь... И тут вернулся монах, что ходил по делам в деревню. Он вошел и отвесил учителю звонкую оплеуху! Мастер ответил: «Молодец! Если бы ты был здесь, ты спас бы жизнь коту».
      Вот что было правильным словом. «Что за чепуху ты несешь — разрубить кота?! Нельзя так поступать с живым существом».
      Мастер ответил: «Ты поступил правильно, а эти девятьсот девяносто девять монахов не посмели подойти и ударить меня. Я дал им возможность... они могли спасти животное, но подобная идея не пришла им в голову».
      Подобная идея может прийти лишь тому, кто близок к просветлению. Это спонтанный ответ. Вообще, ударить мастера — явление редкое. Когда мастер бьет ученика, Это нормально, но когда ученик бьет мастера... Есть совсем немного подобных примеров, и это правильное решение. Ученик проявил большое понимание момента, осознав, что условие мастера абсурдно.
      Когда весь монастырь сбежался на кухню, он сказал: «Я не открою дверь до тех пор, пока вы не скажете нужное слово». Но толпа молчала. Нансен молча просунул ключ в оконное отверстие. Это было именно то, что было нужно Джошу, и он немедленно открыл дверь.
      На самом деле Джошу просто не мог открыть дверь без ключа. Это было правильным словом. Он был закрыт внутри, ему нужен был ключ, чтобы открыть дверь. Никто не подумал, что дверь была закрыта.
      Нансен молча просунул ключ в оконное отверстие. Это было именно то, что было нужно Джошу, и он немедленно открыл дверь.
      Правильное слово означает спонтанный ответ на ситуацию, ответ четкий, разумный. Есть два вида действия. Одно из них — реакция. Реагируя, ты начинаешь размышлять — какое слово должно быть правильным? Ты ничего не понял. Можешь размышлять, можешь обратиться за помощью к энциклопедиям, но правильного слова ты не найдешь. Второе возможное действие не является реакцией. Ответственный человек не призывает на помощь свою память. Он непосредственно смотрит на ситуацию: дверь закрыта, а языки пламени становятся все выше. Человек, обладающий ясностью сознания, подумал бы над тем, как открыть дверь. Это и было бы правильным словом, правильным ответом.
      Гидо писал:
      Ближе к рассвету, ночь за ночью, на вершины гор возвращаются яркие звезды. Каждый год появляется зимний снег; глупо из всего этого делать вывод, что Гаутама находится в каком-то определенном месте: это все равно, что делать насечки на борту лодки для определения ее местонахождения на реке!
 
      Вначале я хотел бы рассказать вам одну историю.
      Мулла Насреддин отправился на рыбалку... Жена постоянно упрашивала его: «Возьми меня с собой!» Мулла отвечал: «У меня не будет на тебя времени. Я буду сосредоточенно ловить рыбу, а ты никогда не умела держать свой рот закрытым».
      Она пообещала вести себя тихо, и он, в конце концов, согласился. Почему-то ему попалось такое место на реке, где активно клевала рыба... ему еще никогда так не везло! Вполне вероятно, что это было везение жены. Он поблагодарил ее: «Странно! Я так долго искал подходящее место, но, где бы я ни искал, рыбы было мало. Но в этом месте рыба клюет очень хорошо; здесь так много разных ее видов! Мне нужно отметить как-то это место, а то я потом не смогу найти его».
      Он взял кусок мела — а он был учителем — и нарисовал крестик на лодке, чтобы запомнить «место, где отлично клюет рыба». Но отметка на лодке совсем не поможет ему.
      Гидо говорит: Ближе к рассвету — помни, что стихотворения нужно визуализировать - ближе к рассвету, когда встает солнце, ночь за ночью на вершины гор возвращаются яркие звезды. Каждый год появляется зимний снег; глупо из всего этого делать вывод, что Гаутама находится в каком-то определенном месте…
      Он говорит, что, наблюдая за всеми этими изменениями, глупо на основании этого делать вывод, что Будда может быть где-нибудь в определенном месте — это все равно, что делать насечки на борту лодки для определения ее местонахождения на реке!
      Все твои насечки сделаны на лодке. Они никоим образом не помогут тебе найти место на реке, ибо невозможно сделать отметку на самой реке. Не успеешь ты зафиксировать место, как оно тут же исчезает.
 
      Ты будешь смеяться над Насреддином, но все его анекдоты очень выразительны. Чем являются статуи Гаутамы Будды? Отметками на борту лодки! Будда исчез во Вселенной, он не оставил после себя никаких следов. Вспомни: птица, летящая в синем небе, не оставляет следов; где же ты собираешься искать его?
      Ты строишь храм, ставишь туда статую и думаешь, что так можно отметить нужное место. Будду не схватишь за руку. Невозможно поставить отметку на Вечности, на Вселенной. Что бы ты ни делал, твои статуи твои святые писания, твои храмы останутся бесполезными насечками на борту лодки «зафиксировавшими» место на реке.
 
      Маниша задала вопрос:
       Наш любимый Учитель,
       Что бы Нансен ни имел под «особым вниманием» к Джошу, очевидно, он не подразумевал, что Джошу имел право входить в Дом Лао-цзы, и каждый день вступать в личные беседы с мастером. Более того, первой обязанностью Джошу было топить печь в ресторане «Будда Зорба». Какой урок мы должны вынести отсюда?
      Маниша, прежде всего, хочу сказать, что твой вопрос появился не от ума и не от не-ума, а от мигрени. Ты заслуживаешь хорошего тумака, но я не бью людей. Мой представитель Стоунхэд (Каменная Голова) Нискрия лупит людей в Германии. Слышал, что он бьет гостей, садится им на грудную клетку и спрашивает: «Ну, что, получил?» Естественно, чтобы освободиться от него, ему отвечают: «Да! Но за что?» Нискрия отвечает: «Сам не знаю, я просто распространяю послание». К счастью, сейчас его нет с нами, а то он всыпал бы тебе.
      «Особое внимание» не означает какую-то особенную работу. «Особое внимание» означает лишь следующее: будь внимателен к этому человеку, его расцвет близок. Не вздумай игнорировать его; здесь столько монахов... не важно, какую именно работу ты ему дашь. Просто будь внимателен к нему: у него сейчас особое время, он созревает. В любую секунду он может взорваться просветлением. Он уже испытывал сатори...
      Сатори на японском языке означает самадхи. Я тебе уже объяснял, что люди обычно считают, будто самадхи и просветление синонимичны. Но это не так. Сатори эквивалентно самадхи. Вот как Патанджали объясняет его в своих сутрах — а он является единственным авторитетом в йоге, — он говорит, что самадхи — это состояние глубокого сна, в то время как твоя душа, твой сокровенный центр, продолжает бодрствовать.
      Вокруг все глубоко спит, повсюду царят тьма и бессознательность, и только в центре виден свет от небольшой свечи. Поэтому Патанджали не отличает его от сна; единственная разница заключается в том, что во сне нет никакого света, это темный дом. А самадхи — это дом, освещенный свечой.
      Однако просветление — это праджня. Чтобы разобраться в этом более четко, нужно представить себе лестницу. Мы находимся как раз на середине лестницы. Ниже нас находятся подсознательное, бессознательное, коллективное бессознательное и Космическое бессознательное. Если нырнуть вглубь себя, то из Космического бессознательного можно выбраться на уровень глобального. Самадхи — это путь в твои глубины.
      Наряду со ступенями, ведущими в твои глубины, есть ступени ведущие наверх. Наряду с подсознательным есть сверхсознание, коллективное сверхсознание, Космическое сверхсознание. Совершая прыжок из этой точки, ты обретаешь просветление. Оба испытывают одно и то же, оба выходят за пределы ума. Только один идет по темной тропе, а другой — по освещенной.
      Темная тропа опасна, ибо никогда не знаешь, где находишься. Очень немногим удалось достичь просветления, следуя по темной тропе. Пожалуй, Рамакришна был единственным. Многие делали подобные попытки, но становилось очевидно, что достичь изначальной глубины таким путем можно только случайно.
      Продвигаясь вверх по ступеням к высотам, ты начинаешь двигаться при полном свете, и чем выше поднимаешься, тем светлее становится вокруг. В высшей точке все залито ярким светом. Тропа становится изумительной; каждое твое движение не спонтанно, а очень продуманно, сознательно.
      Однако подобного разделения никто не описал, поэтому продолжают ошибочно думать, что Рамакришна и Будда полностью идентичны. Они становятся идентичными в самый последний момент, но к высшей точке они добирались противоположными путями. Рамакришне просто повезло: совершенно случайно он ступил во мраке на нужную тропу. В темноте легче заблудиться, чем добраться до желаемого пункта назначения.
      Гаутама Будда выбрал более безопасный, более научный путь: выйди за границы сознательного ума, сделай его более сознательным — сверхсознательным. В этом случае ты постоянно будешь подниматься выше по лестнице, в более освещенное место. В этом случае ты не сможешь заблудиться, продолжая свой путь, ты обязательно достигнешь просветления. Твое движение не стихийно, это научный подход.
      «Сатори» переводится как «самадхи». Вот почему даже Джошу имел сатори. Придя к Нансену, он сказал:
      «Сейчас я удовлетворен», ведь с Нансеном он впервые увидел освещенную светом тропу, а там просветления случайно не достигают. Здесь каждый шаг просчитывается, делается осознанно, с пониманием.
      Сказав главному монаху, чтобы тот оказал особое внимание Джошу, Нансен не имел в виду особые привилегии и удобства. Это вовсе не означало, что ты не будешь работать, что к тебе будут относиться как к более важной персоне. Дай ему любую работу — вот в чем была обязанность главного монаха, — но присматривай за ним, не забывай о нем.
      Вопрос не в этом, Маниша. Особое внимание не означает, что Джошу имеет право входить в Дом Лао-цзы и вступать каждый день в личные беседы с мастером. Ты должна осознать свой собственный вопрос... осознаешь ли ты свою зависть? Видишь ли ты свою внутреннюю завистливую женщину? Почему ты решила, что те, кому позволено приходить ко мне, занимаются здесь пустой болтовней? У них своя работа; им нужны инструкции, их пригласили сюда по работе. Дело не в том, что у них есть право поболтать со мной. О чем мне с ними болтать?
      Они выполняют свою работу так же, как это делаешь ты. Другие завидуют тебе. Ты тоже вхожа в Дом Лао-цзы, и твоя обязанность — записывать мои слова, редактировать мои слова. Когда нас не будет на этом свете, записи Маниши будут перечитывать на протяжении столетий. Но как непросто избавиться от ревности...
      Первая коммуна была разрушена из-за женской зависти. Женщины бесконечно дрались. Вторая коммуна тоже была разрушена из-за женской зависти. А эта, третья коммуна, станет последней, ибо мне это уже начинает надоедать. Иногда я думаю, что, пожалуй, Будда был прав, когда не разрешал женщинам вступать в свою коммуну на протяжении двадцати лет. Я не поддерживаю его: я первым выступил за равноправие между мужчинами и женщинами, за предоставление им равных возможностей для достижения просветления. Но дважды я уже обжегся, и всегда причиной оказывалась женская зависть.
      И все же я упрямый человек. После неудачного опыта с двумя коммунами, после того, как были затрачены огромные усилия, я создал третью, однако я не внес изменений: женщины по-прежнему руководят коммуной. Я хотел бы, чтобы женщины вели себя в этой коммуне не по-женски. Эти маленькие вспышки зависти... Кому-то нужно принести мне еду, не может же вся коммуна заниматься этим! Кому-то нужно будет убрать у меня в комнате, а для этого не нужна здесь вся коммуна! В противном случае результат станет противоположным!
      Я зову Анандо каждое утро во время завтрака и каждый вечер во время ужина только для того, чтобы услышать от нее, что все в порядке. Очень просто все превратить в хаос... так как Анандо была в предыдущих двух коммунах, и будучи выпускницей юридического факультета, она четко понимает, почему эти две коммуны, созданные с таким трудом, поглотившие столько финансовых средств, прекратили свое существование. Она видит истинные причины. Она старается сделать все, что я ей говорю. Я никогда не слышал от нее: «Я забыла». Она немедленно все записывает и докладывает на следующий день о сложившейся ситуации. В противном случае все пошло бы вкривь и вкось.
      Я общался со своей секретаршей, ее зовут Нилам. Я сообщил ей, что планирую сделать Ананда Свабхава своим посланником, который бы ездил по всей стране, ибо я сам уже не разъезжаю. И он прекрасно справился с заданием: руководил работой в лагерях, проводил беседы, навещал различные комитеты в разных городах. Большую часть времени он должен был быть в разъездах. Он руководил ашрамом, и я сказал Нилам, что было бы неплохо обратиться к нему с предложением, стать моим эмиссаром. Сейчас мы ищем своих людей в каждой стране — тех, кто представлял бы меня на встречах с представителями средств массовой информации, кто организовывал бы работу в лагерях, кто собирал бы информацию о том, что происходит в той или иной стране, о выступлениях против меня и за меня, а потом информировал бы меня о происходящем.
      Должно быть, она предложила ему этот пост, и он был счастлив. Позже встал вопрос о том, кто будет вместо него «возглавлять» ашрам. У меня была одна идея на этот счет, и я сказал Нилам: «Предложи эту работу прекрасному человеку — Зарин; она справится». У нее прекрасно получалось встречать гостей у ворот коммуны, общаться с секретарями, показывать гостям ашрам. Я подумал, что у нее получилось бы руководить ашрамом. Нилам поговорила с ней, и Зарин пошла к Хасе, президенту Международного Фонда. Зарин сообщила Хасе, что она не «марионетка», что она будет делать то, что посчитает нужным, и чужим указаниям она подчиняться не намерена. Все это хорошо, но в коммуне немедленно начнутся конфликты. Мне пришлось отказаться от этой идеи.
      Без Анандо я многого бы не знал, и ситуация ухудшилась бы. Анандо информировала меня, она — мой личный секретарь. Она сообщила мне, что Зарин — человек хороший, но у нее испорченный ум с самого детства. Она всегда делает то, что хочет. У меня нет возражений против этого, только в жизни коммуны этого допустить нельзя. Зарин прекрасно справляется со своими повседневными обязанностями, и эта работа будет запущена, если выбрать ее на пост управляющего ашрамом.
      Зарин даже подменила слово; это произошло чисто подсознательно. Она сказала Хасе: «Мне предложили стать президентом ашрама». Но руководство ашрамом — совсем другое дело. Это непростая работа. В основном этот человек должен иметь дело с полицией, судом, юридическими разбирательствами. У Нилам очень мягкий характер, а это может привести к появлению проблем... Нилам прекрасно справляется со своими обязанностями, и если Зарин начнет считать, что она — президент, а Нилам всего лишь секретарь, то беды не избежать. Поэтому мне пришлось изменить свое решение. Мне пришлось назначить руководить ашрамом Татхагату. Фактически он уже выполняет эту работу и без всякого титула. Он беспрестанно сражается в судах, разбирается с полицией и государственными службами. Он взял на себя всю ответственность за эту часть работы. Он был в приятельских отношениях с Свабхавом на протяжении многих лет. Я решил, что так будет лучше — его нужно назначить на пост управляющего ашрамом.
      Я ничего не знаю, ибо никуда не выхожу. Я не знаю, где находится офис моего секретаря, где находится офис моего президента, где находится офис руководителя, управляющего ашрамом. Я знаю, где находятся только три места: моя спальная, моя ванная и Зал Будды. Спросите меня что-нибудь об ашраме, и я вам ничего не смогу ответить. Меня нужно информировать, и это должен быть человек, который знает все. Ко мне приходит только Анандо, и она приходит только потому, что я ее зову. Пока я принимаю пищу, она сообщает мне новости: сколько книг выпущено, сколько готовится к выпуску... как нужно подготовиться к всемирным выставкам, как искать издателей. Она справляется с подачей информации за пять-десять минут; она очень точна и не любит многословия.
      Вопрос Маниши полон зависти. И не только я один говорю об этом; Нирвано приносит сутры и вопросы для меня, а она хочет изменить их. Я сказал: «Ничего менять не нужно, пусть все будет так, как есть», ведь в коммуне мы должны открываться друг другу без всякого страха. Любви неведом страх. Если в уме появилась какая-то мысль — выскажи ее.
      И запомни: каждый должен заниматься своим делом. Нельзя допустить, чтобы кто-то командовал остальными. Да, каждому разрешается выдвигать предложения, каждый может оказать помощь, но предложить что-нибудь и помочь вовсе не означает, что из тебя делают марионетку. Здесь нет марионеток. Это союз абсолютно независимых индивидуумов.
      Но именно потому, что коммуна — это союз независимых индивидуумов, мы должны быть более ответственными, более пробужденными, более осознающими. Во внешнем мире ты научился завидовать, ты научился командовать, ты научился упрямиться. Ты действовал по принципу: «Буду делать то, что хочу, и не важно, правильно это или нет». Это может сгодиться во внешнем мире, там и так полно сумятицы, и хуже ты мир не сделаешь. Но прошу в нашу маленькую коммуну не приносить свои привычки и опыт жизни во внешнем мире.
      Мы проводим здесь большой эксперимент, мы хотим доказать, что независимые индивидуумы могут жить вместе, не порабощая друг друга. Здесь все равны. И не важно, какую работу ты выполняешь. Ты можешь заниматься редактированием, ты можешь готовить пищу, ты можешь заниматься уборкой — это не имеет никакого значения. Важно, чтобы ты готовил еду с полным осознанием, как будто это будда готовит. И ты готовишь еду для других будд; еда должна быть приготовлена с большой осознанностью и любовью. Это не обязанность; это твой вклад, твое личное участие в коммуне. Твоя работа так же ценна, как и работа товарища. Работу уборщицы уважают так же, как работу президента или секретаря коммуны. Здесь нет места для зависти, ибо никто никем не командует.
      Вот это я и называю истинным коммунизмом. Коммунизм советского типа потерпел крах, он потерпел неудачу из-за диктатуры, потерпел крах, потому что там старались командовать народом, а тех, кто любил свободу, уничтожали. Только один Сталин уничтожил миллионы человек. Он не мог терпеть плюрализма мнений. Но ситуация не изменилась и после того, как Сталин умер, а власть захватил Хрущев. Он был членом Президиума, самого главного комитета Коммунистической партии Советского Союза, а в стране других партий не было. Хрущев работал вместе со Сталиным на протяжении десятков лет; в Президиуме, состоящем из двадцати одного человека, он был самым приближенным к Сталину. Он стал преемником Сталина. После смерти вождя Хрущев выступил со следующим заявлением: «Сталин уничтожил миллионы человек, а из страны он сделал концентрационный лагерь». Из задних рядов кто-то спросил: «Вы были рядом со Сталиным все эти годы. Почему вы не выступили против?»
      Ответ Хрущева был очень показательным. Он спросил: «Кто это сказал? Встаньте! Я вам сейчас все объясню. Встаньте!» Никто не встал, ведь это означало... неминуемую гибель. Хрущев сказал: «Вот видите, по этой причине я и молчал. Почему никто не встает? Если бы я выступил против чего-нибудь, если бы у Сталина было хотя бы малейшее подозрение в том, что Хрущев не полностью с ним согласен, то меня бы просто расстреляли. А к чему эта бессмысленная смерть? Вы же сами все понимаете. Вы спрятались, вы не поднимаетесь. Вы знаете, что если встанете, то будете уничтожены, и никто о вас больше никогда ничего не узнает».
      Коммунизм потерпел сокрушительное поражение из-за идеологии диктатуры.
      По существу я коммунист, я анархист, более того, я придерживаюсь любых опасных идей, чего угодно!
      Здесь, в маленькой коммуне, мы пробуем жить в полном равенстве. Твоя работа не оказывает влияния на твой авторитет и уважение. Здесь нет кукол, потому что нет кукловодов. Я не выхожу, у меня нет какого-нибудь официального поста, я даже не член движения санньясинов. Я просто гость, весь к вашим услугам.
      Мне ненавистна ситуация, когда один командует другими. Когда этого нет, все идет прекрасно. Однако твой вопрос может быть интересен многим людям. По этой причине я сказал Нирвано: «Ничего менять не нужно, пусть все будет так, как есть».

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10