Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Фурия

ModernLib.Net / Патрацкая Наталья / Фурия - Чтение (стр. 7)
Автор: Патрацкая Наталья
Жанр:

 

 


У нее произошел срыв воспоминаний о погибшем любимом, срыв привел ее в странную поликлинику. Ей опять сделали укол, но в больницу не увезли, она лечилась на ходу. Сама приходила на уколы. После этого лечения она что-то стала понимать, ее мозги очистились от страха воспоминаний! Она стала писать об Алексашке стихи, в захлеб! Она писала каждый день по стихотворению, она писала ему стихи целый год!
      Прошел второй год после его смерти, ему было написано огромное количество стихов, и вдруг, она написала стихотворение поэту, который сидел рядом с ней в поезде.
      Поэт поэта вылечил. Они ехали в поезде и писали друг другу стихи. С этого момента она перестала жить прошлым, она вошла в настоящее время. С поэтом она ходила по берегу реки, днем и вечером; они ходили по городу вдоль и поперек. Они оба были в командировке, но это не мешало ходить по городу, одетому в золото бабьего лета. Они смотрели на памятник вождю, но зайти в крытый музей она не смогла. Чужой город, укрытый золотом листвы и огромная река ее окончательно вернули к жизни. Она перестала вспоминать, она увлеченно смотрела на пейзажи, на поэта – она жила!
      Нет, она не влюбилась в полненького поэта, со слегка лысеющей головой, но рядом с ним ей было легко. Он был такой мягкий, сладкий, уютный! Он был добрый и до безобразия симпатичный! Она ходила рядом с ним, рядом с трамвайными путями и была почти счастлива. Но стоило их рукам соприкоснуться, как начались проблемы, упреки и всякая ерунда, но это была жизнь, текущая жизнь, а не прошлая жизнь, канувшая в лету. Через пару месяцев поэт перешел на другую работу, не смог он быть рядом с Юлькой, но это было уже неважно.
      В ее жизни наступил период перебора струн человеческих сердец, она увлекалась то одним, то другим, каждому писала пять стихотворений и меняла партнера, платонического партнера. В серьезные, близкие отношения она долго, а может еще год, до следующего ноября не с кем не вступала, она боялась потерь. Юлька ходила в темно-синем платье с белым воротником, почти с белыми волосами, уложенными в короткой стрижке. Она нравилась всем мужчинам от студентов до седых мудрецов, она мимоходом писала всем стихи и рядом ни с кем долго не находилась.
      Стихи писались на ватмане, это называлось газетой и вешалось на стенах института.
      Юлька стала приобретать популярность, ее пригласили выступить на новогоднем вечере. Она ходила в вишневых полусапожках на длинной шпильке, в вишневом костюме и белой блузке или в черном, тонком свитере. В таком виде она выступила, раз пять, но видимо это не было ее призванием.
      Она пошла в первое литературное сообщество. Общение с поэтами становилось ее внутренней потребностью, это заменяло ей реальную любовь с мужчиной, которую она избегала. Студент пятого курса литературного института, поглотил все ее помыслы на целый год с ноября очередного года. Она год слушала все, что он говорил, это было до смерти Бродского, до его нобелевской премии. 'А ты найди себе какого-нибудь мужа, он и будет протекать на покрывало'.
      От этих слов Иосифа Бродского она усиленно уходила в стихотворное общество. На выступление Пригова Юлька не пришла, за что на нее все обиделись. Она сидела на работе, как в трех тополях на Плющихе, и не могла сдвинуться с места. Видно Пригов не ее судьба. Занятия проходили в модном ДК, который только, что был открыт. Последних кого она видела в этом обществе, была группа 'Вертеп', их тогда опубликовали в Юности. Красавцы поэты потрясли Юльку, она поехала с ними на встречу, на Белорусском вокзале, в метро они встретились. Они пошли в концертный зал, из которого она навсегда сбежала. Один из них теперь широко известен публике, или двое. Потом наступило лет восемь поэтического одиночества.
      Стихи почти не писались.
      Юлька сделала первую книгу с компьютерной версткой 'Наваждение', до этого все стихи она печатала на пишущей машинке, красно – оранжевой, импортной. Эту книгу обнаружил в издательстве одной газеты Миша Мухин. А Юлька в своей двери нашла от него записку. Так началась эра Мухина и его литературного общества. Но и это время пролетело. Наступило время Интернета, а дальше все в Интернете.
      А, где же любовь? Вся любовь литературная.
      Прошло восемнадцать лет после утраты, а Юлька все не находила себе партнера, да, не находила! Все стихи, да поэты, а поэты любят словами, а не сердцем.
      Платоническо-поэтическая любовь зашла в затяжную фазу. Годы бежали.
      В литературном обществе побывало много симпатичных поэтов, Юлька лет несколько ходила в это приятное общество, но однажды наступил предел допустимого общения.
      Она покинула реальное общество поэтов и перешла в виртуальное общение Интернета.
      Какой вывод из этой истории? Поэт от неприятностей защищен стихами, а тогда, давно, Юлька не смогла сразу потопить свое горе в стихах, и произошло то, что произошло.
      Они оба вышли из проходной, до этого она его видела, но не замечала. Мимо проезжала машина, Юлька взмахнула рукой, машина остановилась и она уехала, заметив на себе мужской взгляд больших, карих глаз. Взгляд! Мужской! Вскоре она стала выделять его из остального окружения из-за того случайного взгляда. Она даже мысли не допускала, что он поэт. Именно из-за этого взгляда Юлька покинула литературное общество. Нашла коса камень. Прошло еще три года. Прошла эра и этих карих глаз, да, они еще ходят рядом, но Юлька их в упор не замечает. Что дальше?
      Фантастика. Как быстро пробегает жизнь! И как-то так получилось, что уже лет несколько Юлька пишет прозу, в Интернет. Ничего, у нее больше опыт писания стихов в стол.
 

Глава 10

 
      Это тупик Зимнее утро, особым холодом не отличалось. Снег и темная синева неба вдыхали прозу дня. Белокурая дама, в светлой норковой шубе, с сотовым телефоном у уха, поднималась в автобус. Впереди нее карточку в турникет занес мужчина. Турникет противно засвистел, он опять запустил в него свою карточку, турникет свистнул.
      Дама, наконец, поднялась на две ступеньки и отключила сотовый разговор. Мужчина посмотрел на магнитную карточку:
      – Я не ту карточку достал, эта от метро, – и стал доставать другую магнитную карту.
      Женщина встала рядом с турникетом, мужчина прошел в салон автобуса. Вертушка пропустила женщину в салон, мужчина стоял у нее на пути, как-то не так. Местные пассажиры встают так, чтобы пропускать остальных, то есть спиной, к проходящим людям сквозь салон автобуса.
      Этот широкоплечий мужчина весь проход между людьми закрыл собой. Светлая норка остановилась по неволи до следующей остановки. Она вдыхала его мужской аромат одеколона из черного флакона, в виде книжки, но как он называется, вспомнить не могла. До мужчины долетал запах женских духов из плоского флакона почти круглой формы, но название новых розовых духов мужчине было неизвестно. Запахи поговорили между собой и соединились. Люди стояли, и разговаривать не собирались, любое слово в автобусе услышат все пассажиры.
      Юлька посмотрела на стоящую, на ее дороге парочку:
      – Вы выходите?
      Мужчина молча пошел по салону, за ним, проскочила светлая норка. Юлька вышла на остановке из автобуса.
      Свобода зимнего утра! Воздух после выходных свежий, как родниковая вода после теплой воды из водопроводного крана. В темноте утра по дороге уже стояли женщины и продавали свой товар, каждая на своем месте. Магазин на снегу работал по своим правилам, каждая продавщица приходила в свой день недели, так, что товары здесь менялись ежедневно. Для себя Юлька здесь редко, что встречала, она видела в продаже то, что нужно ее близким или знакомым, но угодить им заочно дело нелегкое, и она прошла мимо утренних продавщиц.
      Большие здания фирм всех мастей, светились редкими окнами, в основном еще люди на работу не пришли. Рано. Несколько лет эти здания увядали, в любое время суток светящихся окон было все меньше, потом появились плакаты с номерами телефонов об аренде, здания стали оживать. Из них вывозили огромное Количество старой утвари, помещения ремонтировались, появлялся свет в новых светильниках.
      Юлька прошла мимо голубых елей и невысоким квадратным зданием, сейчас туда вкатывали огромные рулоны бумаги с машины. Там располагалась типография. Еще шагов двадцать, и она прошла мимо вахтера, поднялась на свой этаж. Все. Жизнь застыла до вечера.
      Интернет, друг раннего утра. О, появился новый конкурс. Юлька посмотрела, кто ведет конкурс. И пришла к выводу, что знает, что такое детектив. Детектив – это подробное описание победы над преступником, которую одержал один человек или несколько, которые тащатся от преследования, за частные или государственные деньги. Она решила, что это ситуация не для ее произведений. Конкурс – это тоже турникет, но в литературу удачных литераторов. Нет, этой дорогой идти не стоит, она занята другими. Ей ближе действия людей без тяжести восхваления детективов, где главным героем является герой или героиня, а не команды сыщиков всех возрастов. Значит, то, что она пишет, называется приключение жизни. Снег скрипел, как зубы вахтерши, когда она на вес пропускала через проходную. Вчерашняя вахтерша была слепой, но зато регистрировала вес проходящих людей.
      Чистое морозное небо, хмурые леса без инея, дома освещены прямым попаданием солнечных лучей. Зима. Основная задача – идти молча, не разговаривать, не подбирать чужие микробы, губы на замке. Главное правило для общественных мест: пусть ругаются и кашляют, а надо молчать, иначе заболеешь ОРЗ. Итак, погода зимняя. Появились первые гирлянды произведений, но не у Юльки.
      Сериалы идут вперед. Возникла простая мысль: надо все, что написано превратить в сериал. Задача оказалась трудной, и ранее уже опробованной. Если держаться одного главного героя, и нескольких его ординарцев – это хорошо, но прочитанные сериалы такой магией величия не обладают. Можно представить, что сериал – это заплетенная коса, то есть должно быть три главных героя, а их судьбы должны периодически сталкиваться. Заманчивое направление, но при чтении такого романа, получается перенасыщение информацией, но очень длинные сериалы с такой задачей справляются. Правда сериалы понятны, если их смотреть, а вот смотреть все сериалы не получается.
      Хорошо смотрятся те сериалы, в которых есть симпатичные герои, то есть герои льют бальзам лести на душу зрителя, а если герои сами по себе и не затрагивают душу зрителя, то сериалу уделяется время между переключениями программ. Одним словом, Юлька вновь работала и дома смотрела сериалы. Она успокоилась. Время любви в ее судьбе прошло или нет? Спустя годы, оглянувшись назад, она уже не о чем не жалеет, что было, то было. В ее жизни было несколько мужчин… О, это просто и сложно, и является тайной, которая почти раскрыта и не раскрыта. За многие годы сексуальной жизни, много воды утекло, много жизней покинуло этот мир; ушли в иной мир и ее мужчины, не все, конечно, но кое-кто покинул лучший мир.
      В принципе огромной потребности в мужской любви, пожалуй, уже нет, вероятно, прошлые годы и были 'временем любви', весьма интересной женщины, сильной натуры, много вынесшей в жизни на своих плечах, и которая с благодарностью вспоминает своего первого мужа – мужчину Алексашку. Остальные мужчины в ее жизни, были отличными людьми, с ними она училась или работала, их она любила или уважала.
      Славные мужчины, что и говорить, лидеры жизни. Нет, она их уже часто не вспоминает, но если направить мысли в нужное русло, то можно вспомнить всех. Они были из ее жизни, из ее биографии, просто были. Ее завоевывали, она сопротивлялась, но не всегда ее силы были больше силы мужчины, и не всегда так уж их она не хотела.
      Жизнь меняет свое направление и от любви к мужчине, было время, она уходила, пока были силы на любовь. Все чаще труднее передвигаются ноги, походка утрачивает свою легкость, когда она идет на могилу мужа…
      Юлька на Самиздате лет пять, почти ежедневно, почти круглосуточно. А сейчас появилось ощущение, что пора бы и ей пройти по Самиздату с экскурсией. Начнет она с крупного конкурса 'Крылов'. Авторы конкурса 'Крылов', которые заслужили его уважение: А.Ф. и Г. Л. Второй автор убрал свои произведения с конкурса. Ее постоянно преследует ощущение, что в Самиздате приветствуются два направления: фантастика и фэнтези. К чему это привело? Открывает он 'Романы', смотрит первый лист – 90% процентов – это фэнтези и фантастика. Фэнтези на Самиздате – это, обычная жизнь авторов, заправленная выдуманными именами и присыпанная чертовщиной. Если обычного человека обозвать магом, – вы уже вступили в фэнтези, а если еще чего нагородите типа эльфов и колдунов, так и вообще – становитесь уважаемым человеком, а если страну придумаете и карту нарисуете – все, Вас публикуют. Но читать фэнтези – это все равно, что купаться в болоте с чертями.
      Очень мало светлого ощущения от чтения произведений. Фантастика – это жанр, который неимоверно быстро морально устаревает, как и техника. Хорошей фантастики мало, ее не может быть много, это надо придумать то, что будет лет через 50.
      Писать о межзвездных полетах? Знаете, надо просто изучить планеты солнечной системы, и вы поймете, что жизнь есть только на Земле и через пятьдесят лет 'принцесс звездного престола' не предвидеться. Фантастика ли то, что пишет Ю. И.? Не известно, он хорошо описывает жизнь, а, напустив туману – получает любимые жанры Самиздата. А может его фантастику лучше назвать фэнтези? Что он и сделал с колдуном.
      Получается, что нет фантастики, есть некая фэнтезийная субстанция самиздатовских авторов. Писать то, что есть в жизни, без маски фэнтези, авторы Самиздата боятся.
      Так, что такое фэнтези? Это маска современной жизни.
      Так почему эта маска приветствуется на сайте? Ответ один – для сохранения нормальной психологической обстановки на сайте и в жизни. Человек, спрятав свои мысли под явную долю вымысла, чувствует себя комфортней в повседневности. Еще Юлька следила за ростом О. В., но она сменила имидж, в прямом эфире нет. Или ее забрали в печать, и на устах ее молчание. Т. Т. – это настоящее чудо Самиздата, но вот беда, она теперь тоже пытается писать фэнтези или фантастику, или это случайность из Арзамаса.
      Если завести речь о поэтах, то первым всплывет поэт Д. П., и знаете почему?
      Много воздушных пузырьков. У него более 3000 произведений на сайте, открыла она три наугад, в каждом одна строфа и данные о гениальном авторе. Хотя Юлька читала и нормальные стихи. Когда он пришел на сайт, здесь всеми гранями сверкала поэтесса из Д., а сейчас она изображает подводную лодку, ушла на глубину и вероятно всплывает под псевдонимом. Нормальная ситуация, типа фэнтези. Еще до прихода на сайт, Юльке был известен поэт М. Г., но он спрятался под псевдоним, а жаль. У него на самом деле настоящая поэзия, была, по крайней мере. Псевдоним – это укол от нервной боли, нормальное явление в литературе. Иногда он прячется в псевдонимы, но через пять минут, например, из Австралии появляется комм, что это он. Именно Юлька чаще пытается руководствоваться принципом: надо писать так, чтобы не было мучительно стыдно за написанное, тогда можно оставлять свое имя, но это бывает очень трудно.
      Юлька стала свободной женщиной. Сидит, работает. Зима за окном, не хуже чем на севере. Думает, а может и ей в круиз поехать? Что ее держит на одном месте? Нет у нее паспорта заграничного и попутчика. И пошла она путем одиноких женщин: стала покупать и читать любовные романы. Если роман удачный, то за выходной день одну книгу можно прочитать, от любовных романов перешла на женские детективы.
      Начиталась романов! Отдохнула без круиза.
      Вспомнила, что есть солярий. Раз в неделю, зимой, стала ходить и освещаться светом от огромного Количества ламп. Загорела немного. Потом пошла в парикмахерскую, на десять сеансов массажа лица. Изменилась слегка ее внешность.
      Одиночество вещь тоскливая. Художник согласился нарисовать ее портрет. Опять несколько сеансов и Юлька на портрете. Хоть самой езжай на север… И тут на нее напали болезни. Раз попала в больницу, через три месяца еще раз. Да, думает, надо выходить из болезней. Стала бороться за здоровье сама. Мысли о поездке исчезли сами собой. И Юлька сразу успокоилась, второй раз ощутила пустоту вокруг себя. Все, решила, пора стать человеком, а проще – женщиной. На ловца и зверь бежит. Попал ей в сети мужчина неопределенной наружности, неопределенного возраста. У него было хобби: он копил зеленые бумажки с портретами чужого президента. Бумажек этих у него скопилось несколько тысяч, но все они были закрыты его природной жадностью. Ей его зеленые бумажки и не улыбнулись.
      Несколько встреч за ее счет слегка отвлекли, но совместного будущего не обещали.
      Они расстались и все. И все же у Юльки появилась некоторая уверенность в себе, а не пришибленность брошенной женщины.
      В дверь позвонили. Старшая по подъезду пришла сказать, что надо копать землю под окнами, и в подъезде кроме Юльки это сделать некому. На правах свободной женщины стала она у дома цветник разводить. Землю вскопала, цветы купила, посадила их, полила. И закрутилась ее добровольная нагрузка.
      Соседка потянулась к этой работе у дома и потихоньку всю клумбу прибрала к своим рукам: она на пенсии. Юлька ей не конкурент. Ее по телевизору показали на фоне ее цветов, интервью взяли, а Юлька словно бы и не при чем. Опять облом, значит не ее это дело. А старшая по подъезду у дэза еще выговорила себе бесплатный ремонт квартиры, и больше полугода ее больше не видели. Дэз – не Юлька, торопиться не будет.
      – Стоп! – закричал Миша Мухин, глядя на экран прибора Поиск. – Это тупик! Дамка гибнет. Ирина, не будь жадной, дай сапфир Юльке из своей коллекции на малахитовом столе.
      – Не отдам, там и так один паз свободен!
      – Понятно. А теперь вспомни, что в эту историю влетели мы с тобой, но все тяготы свалились на Юльку!
      – Что ты такой жалостливый? Вот и отдай ей сапфир, сам знаешь, это самый быстрый путь вернуть ее из тяжелой жизни, в которую она попала.
      – Хорошо, я ей напомню о ценностях Алексашки, которые он ей подарил почти при первой встрече. Там и сапфиры были. Когда я осматривал ее однокомнатную квартиру, там нашел сумку с золотом и драгоценными камнями.
      – Это уже смешно, она сама не может достать их, или забыла? Ты направишь луч прибора Поиск на ее сапфиры, и Юлька к нам вернется в молодом возрасте. А то навешала на себя страстей!
      – Ирина, не злись! Дело серьезное. Пойди к ней, подскажи.
      – Слушай, Миша, надоела мне эта муть! Пусть сама возвращается в дамки!
      Небо очистилось от серой облачности, выпущенные на свободу самолеты, оставляют свои воздушные хвосты в голубовато – белом небе. Все люди – умные, но умных до гениальности людей в авиастроении очень мало, как и везде.
      И это меньше всего волнует жителей подъезда Юльки, единственно бывают самолеты, которые гудят и летят так низко над крышей дома, что люди невольно вспоминают авиационную технику и их плечи сжимаются от страха.
      Юлька подошла к старому дому.
      В 17 лет года она переступила порог подъезда. В подъезде основные квартиры по 25 квадратных метров, 10 метров – одна комната и 15 метров – вторая. Дом был тогда только что построен, и основная масса жильцов состояла из семей в три человека.
      Маленьких детей во дворе сразу появилось много. Двор был хорош тем, что находился между двумя параллельными домами. Детская площадка была видна из окна, двери подъезда находились со стороны окон квартиры… На детской площадке стояла черепашка – это такое железное сооружение, на котором выросло два последующих поколения детей. Через год – два число детей возросло еще, люди стремились обжить новые углы и как-то сразу ухудшить свои жилищные условия. На детской площадке появилась группа мальчиков и группа девочек, так они и росли двумя параллельными группировками, очень быстро все выросли и почти у всех давно уже есть свои дети, и многие из них остались в этом подъезде. Теперь уже заходит речь о том, что дома будут лет через пять сносить, из-за того, что они морально устарели.
      Некогда молодые родители, приехавшие с малыми детьми в дом Юльки, резко постарели, и их седые головы видны у подъезда летом, когда пенсионеры собираются кучками поговорить о жизни. Число людей старшего поколения неизменно сокращается, давление в общей их массе возрастает, здоровье убывает, и никто из них не мечтает о полетах на самолетах. При хорошей погоде они гуляют, и не всем им доверяют сидеть с внуками. Старые и усталые люди. Двор зарос огромными деревьями, черепашку куда-то увезли. Двор стареет. Молодые стараются покинуть подъезд Юльки, старые остаются. А Юлька не хочет, чтобы ломали ее дом. Ей он нравится, она привыкла к комнате, и крошечной кухне. Она долго привыкала к этому дому и привыкла.
      А потом у нее получился мелкий облом с оплатой сотовой и Интернет связи. При первобытном заходе в Интернет нужна была обычная карточка фирмы. Есть некие салоны сотовой связи, судя по всему, не имеющие общего руководства. И вот представьте, в большом магазине существует комната, над ней слова "Солон сотовой связи". Рядом за желтыми стенами магазин запчастей. Они Юльке доставили несказанное удовольствие, свойственное в целом Интернету: подставлять. Ее элементарно, как тетку с кошелкой подставили. В этом салоне всегда была другая женщина, или Юлька на нее попадала, не первый год она покупала карточки для Интернета. И вдруг появилась новая продавщица с пучком волос, в чем-то одетая.
      После работы, после магазина, заходит Юлька в салон сотовой связи с двумя кошелками:
      – Мне карточку за триста рублей.
      Продавщица молча взяла пятьсот рублей, молча протянула карточку и две сотки.
      Юлька удивилась, почему она не записывает и чека не дает, но усталость и не желание связываться победило. Пришла домой, на часах было 17.30. Дома только в 20.00 села к компьютеру, решила внести счет. Достала карточку. Она показалась старой. Стал открывать – легко открылась. Стала набирать номер карты и пароль карты – Интернет сообщает об ошибке. Посмотрела год выпуска: Использовать до…
      Вот почему чек ей не дали!!! Сбывают старые залежи! Оделась она, взяла карточку и вечерние нервы и пошла в салон сотовой связи. В салоне сидела женщина с пучком, в светло – сером платье – комбинации со стразами. Пучок волос и наглые глаза остались при ней. Рядом с продавцом, на стуле сидела девочка подросток.
      Юлька обратилась к продавцу:
      – Вы мне, что сегодня продали? Вы мне продали старую карточку!
      – Женщина, у нас даже таких карточек в магазине нет!
      Юлька показала на витрину, на ней стояли карточки данной фирмы.
      – Я была сегодня у вас после работы, вы взяли пятьсот рублей, дали две сотни и эту карточку.
      – Женщина, Вы что, посмотрите по документам, у меня по ним все чисто! Я Вас сегодня не видела, Вы у меня карточку не покупали! Я своих покупателей помню!
      – Да, но я сюда хожу постоянно, это я Вас здесь не видела, или за Вас кто-то здесь сидел!
      – Нет, я подписку давала, что работаю без замены!
      – Так вот тогда именно Вы мне и продали карточку за прошлый год!
      Да, плохо ходить без очков по магазинам, но за всеми не проверишь… Юлька подошла к продавцу в соседнем отделе. Та сказала, что здесь конфликты постоянные.
      Около дома она встретила молодого мужчину, который постоянно пользуется Интернетом. Он сказал, что в этом салоне скандалы и недовольство – дело постоянное. И все, как один не советовали пользоваться услугами салона сотовой связи в этом торговом центре.
      Карточка – обманка лежит и напоминает: проверяй! Юлька пришла в странное состояние от такого обмана. В старые времена она ходила в великий университет слушать лекции по аутотренингу. Знания по поводу передачи энергии у нее были самые разные. В настоящее время она мудрыми и дорогими лекарствами омолаживала тело, но старость надо кому-то отдать. Продавщица, обманувшая ее, заслуживала стать контейнером старости Юльки. Она с чистой совестью все свои болезни с помощью астральной связи отправила ей. Да, карточки – это прошлое. Но техника идет вперед, поставили автоматы для оплаты сотовой связи, и каждая вторая оплата уходила в неизвестность…
      Лохмотья снега, в темно-синем небе, догоняли друг друга, увеличивались в объеме до маленького снежка, нежно опускались на землю. Женские чувства от дум увеличивались, как снежный ком, но, падая на теплую землю, немедленно таяли.
      И чего мужчина спрашивает у нее, то чего ей не надо? А, спросить у нее то, чего она хочет, он не может! Ну, вот опять, забежал, посмотрел, убежал, словно он в Интернет зашел и вышел. А вот еще один, по тому же принципу, зашел, посмотрел, вышел. Смотрины сегодня что ли? – думала Юлька, глядя на темную синеву за окном, где снегопад, наконец, прекратился. 'Если женщина просит'. Да, ничего Юлька у них не просит, пусть входят и выходят. А, что если? Не надо.
      У сердца есть забавное качество, оно может любить, но многократное обиженное любимым человеком, закрывается герметично, как люки на МКС. Миниатюрные МКС продаются в виде пластмассовых игрушек, а может быть, и чувства бывают пластмассовыми, легко обижаемыми?
      Настоящие чувства дольше терпят обиды, хотя, все оплачивается любовью, абсолютно все. Где компромисс, там любовь и деньги, или смутная их замена, о которой человек себе не признается, но любая любовь в принципе, меркантильна. Уши у Юльки от таких мыслей заалели, или это ее кто-то из входящих – выходящих вспоминает. А она их не вспоминает, она думает за жизнь, на фоне темных стекал зимнего вечера.
      Сквозь темные очки мир смотрится добрее, серое небо приобретает веселый оттенок, и жизнь катится, не смотря на состояние здоровья, настроение и прочие факторы индивидуального существования. Белая страница не кажется белой, и не ест глаза своей яркой правдой, а всякую правду и надо рассматривать сквозь темные очки. А заглядывать в любимое прошлое, лучше через темные стекла существования, что-то приукрасив, а что-то и оголив, за давностью лет. Но первую половину двадцатого века трудно рассматривать даже через очень темные очки времени, как ни описывай этот период, а все словно наговариваешь, даже если и приукрашиваешь события тех лет, – так думала Юлька, привычно идя знакомой, асфальтированной тропой через лес.
      Жила Юлька, и вдруг стала отмирать частями собственного тела. Случайно или нарочно, сердце стало работать с перебоями на убой, а умирать не хотелось, стала она шпиговать себя таблетками и витаминами. Если сердцу дать сильное сердечное средство, оно мгновенно становится здоровым, но в голове возникает безумная боль.
      Умные бабушки, перенесшие инфаркты и инсульты носят с собой сразу таблетки и от сердца, и запивают их сильными таблетками от головы или от давления. Это круто.
      Это лучше не использовать.
      А что делать? Берет Юлька средней силы таблетки и потихоньку приходит в норму, запивая их своими слабыми таблетками от головной боли. И однажды головная боль побеждает сердечную. Начинает она принимать весь известный ассортимент лекарственных средств от головной боли, а голова болит, ей таблетки глубоко безразличны. А в это время, нога, которая беспокоила умеренной болью в одной части много лет, вдруг начинает вести себя плохо по всей свой длине. Ступа выкручивается и входит в штопор вместо того, чтобы беспрекословно надеть правый башмак. Понимает она, что дело становится плохим: сильная головная боль трое суток, нога, которая отказывает по всей длине. Сразу появляется мысль набрать в Интернете слово: 'инсульт' и что это такое. Читает она определение инсульта, 99% слов, такие родные, прямо, как по заказу написанные. Находит лекарство от инсульта, то есть от тромба в голове, покупает, и чувствует: оно! Помогло! А нога? А ноги? Идет в клуб, а там хозяйка стоит и пьет эти же таблетки из золотой упаковки.
      – А Вы то зачем пьете эти горошки черные?
      – Юлька, и Вы их пьете? И сколько штук сразу?
      – По два горошка.
      – А я пью по чайной ложки три раза в день.
      – Так это же очень много!
      – А иначе не помогает.
      В бассейне Юльке говорят: потрогайте ногой пол, тут холодный, а там горячий.
      Трогает и не понимает разницы.
      Позвонила хозяйка клуба знатоку в столицу, а он говорит:
      – Опустите ноги в холодную воду, для улучшения кровообращения.
      Опускает Юлька ноги в ледяную воду, а ноги не чувствуют холод, заболела поясница, она быстрее почувствовала холод воды. Идет в сауну, но ноги тепло не чувствуют, но еще ходят, скрипя зубами. Постоянно пьет таблетки от инсульта для головы, чуть опоздала, голова напоминает: пора пить! А ноги? Идет к массажистке.
      Массажистка испугалась, и первый массаж они делали вдвоем с помощницей. Ноги остались в больших синяках. Второй массаж делала одна массажистка. После двух первых массажей нога Юльки еще входила в штопор, но выходила из него быстрей и без сильной боли. Третий массаж был уделен только ногам, и они в штопор не входили.
      Поход в сауну через пару дней, принес, первый результат: ноги первый раз покраснели от тепла и пятки почувствовали жару сауны. А, голова? Сердцу стало легче и голове. Борьба за собственную жизнь с врагом под названием старение, дело для Юльки весьма увлекательное, оно поглощает и средства, и помыслы. И надежда, на то, что эта борьба при жизни прекратится, ничем не подтверждается.
      Сняла она острые моменты, появились тупые, а с ними бороться труднее, из-за не сговорчивости тупых проблем.
      Можно не бороться и пустить все на самотек, но самотек в организме – конечен.
      Поэтому становится понятно, почему людей отпускают на пенсию, им предоставляют время на борьбу за остаток собственной жизни, и дальнейшая судьба зависит от самого человека, а чтобы сильно не прибавляли в весе, пенсия носит весьма умеренный вид. И пока это время свободы не наступило, все попытки восстановить молодость в стареющем организме мало имеет общего со словом 'удача', но кое-что сделать удается.
      Наконец-то Юлька нашла причину холодной кожи на ногах! Ура!? Ясно, что теперь надо лечить, но именно это никогда не удастся сделать. Или можно? Массажи, обвертывания, похудения, а как на работу ходить на этих, холодеющих ногах? И вот появляется мини отпуск для больших дел. А в успех не верится. Массажи? Много средств за мини эффект. Голодовки или жизнь на грани диет? В выигрыше из всех знакомых те, чьи ноги худые и спортом, эти ноги не занимались. Бред? Нет, действительность. Спортивные, накаченные ноги имеют весьма большой и плотный вид, верхние слои таких ног с трудом поддаются массажу, так вот этот верхний слой бывших спортивных ног, и ныне еще обладающие мышцами, что подтвердили два массажиста, и является холодным сектором. Это не просто жир, это мышцы, а сбросить этот черный слой почти невозможно, а надо.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18