Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Боевые роботы - BattleTech (№34) - Сумерки Кланов-1: Дорога исхода

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Пардоу Блейн Ли / Сумерки Кланов-1: Дорога исхода - Чтение (стр. 4)
Автор: Пардоу Блейн Ли
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Боевые роботы - BattleTech

 

 


Трент облизал губы и кивнул.

— Загрузи симулятор снова. Программа случайной выборки противника по всем весовым категориям.

— Слушаюсь, звездный капитан, — отозвался техник. Трент снова забрался в кабину симулятора и приготовился к новому прогону.

* * *

— Опять допоздна работаешь.

Голос Филиппа заставил Джудит вздрогнуть. Она как раз выгибалась изо всех сил, втискиваясь в труднодоступный лючок под кокпитом «Лесного Волка». В этот час обычно шумный ремонтный док был странно тих, и звук человеческого голоса отдавался эхом по всему эллингу, искажаясь и звуча весьма зловеще. Джудит смогла просунуть лишь голову и одну руку в тесное пространство, где проверяла и подгоняла цепи с помощью переносного тестера.

При звуках голоса мастера-техника она вытащила голову из дыры. Ее волосы и руки были перепачканы зеленым охладителем и смазкой.

— Этому есть причина, техник? — спросил мастер.

— Так точно, мастер Филипп, — ответила Джудит. — Пилот боевого робота Трент приказал мне подготовить свою машину к концу этой недели — подготовить к «мясорубке».

Филипп смягчил тон:

— Он все-таки решился. Что ж, в таком случае я буду тебе ассистировать, поскольку сроки поджимают.

— Благодарю вас, мастер Филипп, — сказала Джудит, слегка склонив голову.

Во время подготовки к заданию ей, конечно, рассказали о «мясорубке». И конечно же она знала, что ей следует поинтересоваться у мастера — что это такое, однако какой-то инстинкт велел ей помалкивать.

Он что-то скрывает… чем меньше информации я ему предоставлю, тем больше шансов, что он на чем-то проколется…

Это было всего лишь некое смутное подозрение, предчувствие, но Джудит охотно ему доверилась.

— Видимо, я повожусь с тобой над этим — чтобы ты поближе ознакомилась с принципами и приемами нашей работы, — сказал Филипп, поправляя комбинезон на своем обширном брюхе.

Джудит несколько мгновений пристально смотрела на него, затем кивнула.

— Я так благодарна вам за это, — произнесла она, наблюдая, как мастер огибает робота, заходит на противоположную сторону и исчезает из поля зрения.

И я знаю достаточно, чтобы понять — правильно ли ты выполняешь свою работу…

* * *

Трент выполз из симулятора, мокрый от пота. Ноги его слегка дрожали, когда мышцы отходили от напряжения последнего прогона. Пневматика возвратных механизмов колпака кокпита с шипением стравила воздух. Трент некоторое время стоял, облокотившись на корпус симулятора, даже не глядя в сторону техника, ведущего симуляцию боя. Результаты последнего прогона были уже значительно лучше. Три уничтоженных робота аналогичного и более легкого класса. Правда, более массивная «Горгулья» послала в небытие его самого… Но под конец он превзошел программу, хотя она работала в режиме, эквивалентном реальной встрече с врагом.

Трент сделал глубокий вдох и почувствовал, что мышцы грудной клетки сведены от напряжения. Трент знал, что неплохо продвинулся за эти несколько дней. Его тело все еще медленно и довольно болезненно восстанавливалось от полученных ран, и теперь, когда закончился сеанс симулированного боя, Трент ощутил, насколько он устал.

Свальное побоище в «мясорубке», несомненно, будет протекать со скоростью большей, чем та, которую ему до сих пор удалось достичь в симуляторе. И реальная схватка потребует от него гораздо большей выносливости и способности к выживанию. Нужно будет буквально насиловать свое еще не вполне готовое тело, чтобы добиться от

него нужных результатов… У него всего неделя на подготовку, неделя, чтобы набрать форму достаточную не просто для участия в «мясорубке», но для победы.

Трент ощущал ответственность, которую может испытать лишь вернорожденный. Он воин Клана, но ему уже тридцать. По стандартам Клана он уже достиг расцвета. Чем дальше, тем меньше у него будет шансов заполучить Родовое Имя, меньше возможностей для занятия новых командных должностей. Если только он не завоюет Родовое Имя, его очень скоро забудут в рядах Дымчатых Ягуаров. Мысль о возможном полном забвении грызла и подстегивала его. Именно эта мысль, этот глубоко запрятанный страх толкали его на участие в «мясорубке». Не важно — готов он или нет.

Если он потерпит неудачу, это будет полным поражением. В его возрасте, не имея Родового Имени, запросто можно угодить в проклятые подразделения солахма — прибежище престарелых, вышедших в тираж бойцов, которых направляли на самоубийственные задания, где некоторое везение могло предоставить им последний шанс погибнуть с честью. «Мясорубка» была последней и единственной надеждой Трента.

* * *

Огромных размеров человек склонился над письменным столом, чтобы получше разглядеть информацию, выводимую на экран его настольного компьютера. На очередной странице высвеченного на дисплее текста он задержался, вдумываясь в содержание и рассеянно поглаживая мощной рукой свои коротко, под «ежик», стриженные светлые волосы.

Его кабинет не показался бы маленьким большинству командиров, но для человека таких размеров он был совершенно не приспособлен. Будь он таким .же пилотом боевого робота, как большинство людей в его команде, то помещение сочли бы непозволительно просторным. Однако звездный полковник Пол Мун был элементалом — воином, выращенным в рамках целевых программ генетического отбора, воином, способным сражаться в массивных боевых доспехах Клана. По нормальным человеческим меркам он был гигантом. За обычным командирским столом он выглядел как взрослый человек за столиком в детсадовской столовке.

Полковник перевел взгляд на окно с пуленепробиваемыми стеклами и уставился сквозь него на городской пейзаж. С первыми лучами солнца ночной иней и тонкий слой снега начали испаряться и превращаться в легкий утренний туман. Резиденция планетарного командования Дымчатых Ягуаров не слишком защищала от жутких холодов, обычных для климата Хайнера. Мун считал, что за годы, проведенные в сиб-группе на Охотнице — родной планете Дымчатого Ягуара, — он хорошо познакомился с зимними холодами, однако здешние морозы были чем-то особенным.

Звездный полковник снова посмотрел на экран, где как раз появилось изображение младшего офицера, недавно назначенного в его кластер.

Звездный капитан Трент.

Этот капитан был воином Дымчатого Ягуара, однако, невзирая на долгую службу и участие во вторжении во Внутреннюю Сферу, он не заслужил высоких наград. Хотя на начальной стадии вторжения сражался вполне прилично. Согласно отчетам, он проявил себя как грамотный и компетентный офицер, владеющий тактическим мастерством ведения боя.

Но дальше шли записи о его действиях на Токкайдо. Мун не участвовал в том роковом конфликте, но некоторые его близкие друзья сражались там и там же погибли. Дымчатые Ягуары рассчитывали на быструю и легкую победу в молниеносной войне. Вместо этого их, по сути дела, пинком под зад вышибли с Токкайдо. Хуже того, гвардейцы Ком-стара почти полностью уничтожили целых две галактики. И виновато в этом не командование. Линкольн Озис был великим Ханом, подобно Фениксу восставшим из мертвых на Токкайдо. Нет, Пол Мун ясно видел, что не командиры, а именно рядовые воины потерпели поражение в сражении с гвардией Комстара. Необстрелянные вольняги, варвары из Внутренней Сферы побили лучших — как считалось — воинов Клана на этой проклятой планете…

Воинов вроде этого Трента. Он был среди тех, кто сегодня несет ответственность за унижение Ягуаров на Токкайдо.

Изучая послужной список Трента, Пол Мун чувствовал нарастающее раздражение. Трент дослужился до звания звездного капитана, но провалил одну попытку завоевать Родовое Имя. Теперь он подал заявку на участие в «мясорубке».

Тут он тоже завалится. Все шансы против него. Вероятность победы в «мясорубке» и получения, таким образом, Родового Имени была исчезающе мала.

Элементалы генетически выращивались для того, чтобы сражаться в мощных бронекостюмах пехоты Клана, в которых они могли рвать на куски вражеские боевые аппараты. И, как элементал, Мун глядел на воинов, пилотирующих роботов, с некоторым пренебрежением. Однако в общественной структуре Кланов пилоты боевых машин в смысле престижа ставились несколько выше элементалов, что, по его мнению, было не вполне справедливо. Мун глянул на свои массивные руки. На предплечьях, там, где кожу годами натирала внутренняя структура боевого костюма элементала, были набиты вечные мозоли.

Как и все пилоты боевых роботов, этот самый Трент, видимо, считает себя высшим существом. Я выращен, чтобы быть больше, сильнее и смертоноснее, чем любой жалкий водителишка боевой машины!..

И Пол Мун уже созрел для того, чтобы преподать такому вояке, как Трент, свое понимание реальности.

Из рапортов следовало, что этот Трент потерял своего робота на Токкайдо и что его офицер, звездный капитан Джез, спасла ему жизнь, когда он прикрывал отступление Ягуаров.

Отступление!.. Уже одно только это слово усиливало отвращение Муна. Настоящий воин должен погибать в бою, а не бежать, хныкая, домой, как этот плюгавый Трент. И, в довершение всего, мужику уже перевалило за тридцать — все, старик, впереди пустота. Посредственный вояка, ничем не выдающийся, просто выживший. И теперь он принадлежит звездному полковнику Полу Муну.

Нет, этот парень ему уже активно не нравился. Чем быстрее звездный капитан Трент исчезнет из его команды, тем лучше. Полковника вовсе не грела мысль, что вместе с собой Трент притащит в его подразделение пятно токкайдского позора. Это нечто вроде вони от какой-нибудь несмываемой дряни… Появление Трента неминуемо снизит боевой дух других офицеров. Он и Джез из одной сиб-группы, но именно женщина показала себя настоящим воином. По иронии судьбы, она проявила себя, спасая в бою никчемную жизнь Трента.

Его судьба в моих руках. Возможно, я спасу его и превращу в настоящего воина, достойного носить имя Дымчатого Ягуара. Возможно, со временем он еще сможет реабилитироваться…

Звездный полковник Пол Мун покачал головой. Нет. И так уже слабость и просчеты, допущенные руководством Клана, привели к позорному поражению на Токкайдо. Вояки вроде Трента провалили вторжение. Таких надо просто раз и навсегда вычеркивать из всех списков и предавать забвению…

V

Нидервальдский Кратер

Хайнер

Зона оккупации Дымчатого Ягуара

14 июля 3052 года


События этой недели отложились в памяти Трента как некое смазанное, туманное пятно. Восстановление его физической формы продвигалось не так быстро, как он надеялся. Несколько раз Трент терял сознание от страшной усталости, однако игнорировал рекомендации мед-техников, настоятельно просивших его притормозить. Трент знал, что сейчас нельзя снижать темп упражнений. Времени оставалось в обрез — только для того, чтобы идти дальше и дальше.

«Связанная» проделала большую работу, готовя его нового «Лесного Волка», хотя по одному лишь внешнему виду робота судить об этом трудно. «Волк» был покрыт новой броней, но у «связанной» уже не оставалось времени, чтобы нанести окраску по определенной схеме. Робот с ног до головы был окрашен в унылый серо-зеленый цвет, что, впрочем, тоже придавало ему неповторимый вид.

Трент остался доволен ее работой, особенно если учесть, что у Джудит не было, по всей видимости, опыта обслуживания техники Клана. Она вкалывала изо всех сил и главное — на все смотрела с точки зрения воина. Несколько раз, когда Трент приходил услышать отчет о проделанной работе, он заставал ее в кокпите, где она не просто диагностировала новые системы, но пыталась еще и тестировать их так, как ни один техник не смог бы. Еще один плюс в ее пользу. Трент начинал уважать свою пленницу.

И вот теперь, стоя рядом с переносными мостками, проложенными поверх Нидервальдского Кратера, он видел, что задача, которую ему предстоит решить, отнюдь не из легких. Какой-то астероид свалился на Хайнер задолго до того, как человечество начало размышлять о космических перелетах. От метеорита остался кратер диаметром в пять километров; его дно и стенки были усеяны угловатыми валунами, россыпями мелких камней и сухим кустарником. Состязание за Родовое Имя Хоуэллов проводилось именно на Хайнере, поскольку стенки кратера предоставляли зрителям хорошую защиту, а местность на его дне прекрасно подходила для ближнего боя, типичного для «мясорубки».

Место выбрал Брэндон Хоуэлл, нынешний глава Дома Хоуэллов. Как лидер линии Хоуэллов, он обладал правом единоличного выбора места состязаний. К счастью для Трента, путешествие до кратера не заняло много времени — всего десять часов до экваториальной области, где он расположен.

Зрители сформировали Круг Равных. Пересечь его границу после начала состязания означает конец Испытания для данного участника. В отличие от Кланов Сокола и Волка, Дымчатые Ягуары предпочитали проводить состязания в местах, где победители и проигравшие определялись самим сражением, а не фактом выхода с поля боя.

Остальные участники Испытания распределились по периметру круга. Зрителей собралось очень много. Большинство из них сами были воинами, некоторые явились сюда потому, что были патронами состязающихся за Родовое Имя Хоуэллов. Трент заметил стоящую поодаль гибкую фигурку Джез. Наблюдатели вроде нее находились здесь, чтобы оценить потенциальных противников.

Трент своей наполовину искусственной рукой ухватился за скобы на ноге «Лесного Волка». Джудит в который раз проверяла соединения на лодыжке и ступне боевого робота. Трент зауважал девушку, когда столкнулся с ней на поле боя, а теперь не мог не восхищаться, глядя на то, как быстро она адаптировалась к своему существованию в новой роли среди Ягуаров. Мастер-техник ни разу не докладывал ему о фактах непослушания, которого следовало бы ожидать от «связанной» из Внутренней Сферы. Более того, Филипп, по его словам, весьма озабочен тем, что Джудит уж слишком быстро и хорошо адаптировалась.

Трент только хмыкнул, услышав это от Филиппа. А про себя подумал, что пустоголовым вольнягам совершенно нечего делать, кроме как забивать себе голову всякими бредовыми идеями.

Джудит подошла к Тренту, запихивая на ходу ноутпутер в карман.

— Я закончила свою работу, звездный капитан. Больше мне тут делать нечего.

Трент кивнул, отметив, что она вполне уже овладела диалектом Клана. Он поглядел в сторону Кратера и увидел, что официальные инспекторы покидают его дно. Стало быть, состязания вот-вот начнутся.

— Ты хорошо поработала, Джудит, — сказал Трент сдержанно. Он мог бы сказать больше, но понимал, что похвалу рабам следует отмерять скупо.

— Я сделала лишь то, что от меня требовалось. — В ее голосе действительно не слышалось гордости, а лишь чувство исполненного долга.

— Именно этого от тебя и ждут как от «связанной».

— Вы что — намереваетесь пойти туда и всех их сделать? — спросила Джудит, указав рукой в глубину кратера. — Я наблюдала за вами всю эту неделю. Техник на симуляторе говорит, что ваши результаты впечатляют, невзирая на то, что вы все еще оправляетесь после Токкайдо. Вы действительно готовы вот к этому?

— Не забывай, что ты обращаешься к звездному капитану, «связанная», — строго сказал Трент. — Только учитывая качество работы, которую ты проделала за последнюю неделю, я прощаю тебе твою дерзость. Что касается твоих вопросов, то да, я готов предъявить права на свое место в линии рода Хоуэллов. Выигравший «мясорубку», этот единственный выживший, получает право участвовать в формальном состязании за Родовое Имя. Ну, а там, в серии поединков, определяется победитель, которому и предназначено судьбой носить Родовое Имя Хоуэллов.

Джудит тоже посмотрела в глубину кратера.

— Мне это напоминает арену открытых состязаний на Солярисе VII. Думаю, ключом к победе будет именно выживание, а не стремление нанести как можно больше ущерба противникам, особенно на раннем этапе сражения.

Упоминание о Солярисе заставило Трента скривиться от отвращения, правда, эта эмоция отразилась лишь на левой половине лица. Синтедерма на правой половине тоже попыталась повторить мимику левой, но в целом эта часть лица так и осталась застывшей маской.

— Эта ваша Планета Игр — Солярис VII — будет уничтожена, как только Кланы завершат освобождение Внутренней Сферы. И сравнивать тамошние игрища со славой и честью участил в «мясорубке» означает унижать наши традиции. Со временем ты это поймешь, «связанная». Однако ты права в том, что выживание является ключом к победе здесь. За последнюю неделю я провел множество схваток на симуляторе, пытаясь найти лучший способ победить в битве. Поддаться искушению сражаться как настоящий Ягуар означает для меня быструю и верную гибель…

— Что вы имеете в виду? — спросила Джудит. — Что значит — сражаться как Ягуар?

Трент посмотрел на нее, на своего робота, перевел взгляд на обширное пространство кратера.

— С первых же дней в нашей сиб-группе нас учили сражаться так, чтобы всем видно было: у каждого из нас в груди бьется сердце Дымчатого Ягуара. Бей быстро, сражайся упорно, убивай мгновенно. Так действуют воины Ягуара, этот стиль нам прививают во время учений и в боях. Предание говорит, что мы обладаем тремя силами: прыжком Ягуара, который повергает врага наземь. Когтями Ягуара, которые разрывают сердце врага. Вкусом Ягуара, который всегда жаждет отведать горячей крови врага. На Токкайдо, однако, я осознал истину, которую не скоро забуду. Путь воина Ягуара должен также включать хитрость зверя, давшего нам имя. Ягуар не только беспощадный боец, он еще и умелый охотник. Он не всегда быстро и яростно атакует — он оценивает противника и прикидывает, какая тактика поможет ему его одолеть. Это и будет ключом к моей победе здесь и сегодня.

Джудит кивнула и пристально посмотрела на него, как будто разглядывала что-то доселе не виданное. Трент подхватил свой нейрошлем и начал карабкаться к пилотской кабине «Лесного Волка». Он не услышал, что Джудит пожелала ему удачи.

* * *

Трент вступил в бой примерно в сотне метров от того склона, где стояли зрители. В наушниках прозвучало формальное провозглашение открытия церемонии. Трент слушал вполуха — он тщательно проверял и перепроверял все системы своего обновленного «Лесного Волка». Внизу и сзади ровно и негромко гудел реактор, а Трент изучал своих ближайших противников, одновременно не упуская из виду вспомогательный дисплей, на котором должна была появиться вспышка — сигнал к началу состязаний. Ближе всего был «Ханкио», присевший на согнутых конечностях. Его оружие, следящие и наводящие системы были нацелены на скопление роботов на дне кратера.

Слева находился «В-Котле-Рожденный». Этот более тяжелый робот представлял большую угрозу для аппарата Трента. Сенсоры показывали, что это конфигурация класса А, оснащенная смертоносной автопушкой Ультра и двумя большими лазерами с повышенной дальностью поражения. И, в отличие от «Ханкио», «В-Котле-Рожденный», казалось, приглядывался к нему.

Дисплей засветился ярко-красным цветом — то был сигнал к началу схватки. Сердце Трента дрогнуло. Все мышцы напряглись, когда он навел сетчатку прицела на «Рожденного», который уже двинулся в его сторону. Остальные тридцать один аппарат, принимающие участие в состязании, бросились вниз и вперед, в глубину кратера, земля гудела и стонала под тяжким топотом многочисленных бронированных конечностей.

На мгновение в мозгу Трента пронеслось видение последней битвы на Токкайдо, он снова услышал грохот рвущихся вокруг него снарядов. Ощущая, как по телу потекли капли холодного пота, Трент с трудом отогнал страшное воспоминание.

Нет уж, на этот раз все будет по-другому.

Держа ручку правления правой рукой, Трент кивнул своим мыслям, чувствуя прилив небывалой силы и решимости.

Все должно быть по-другому…

Как только системы наведения захватили цель, он тут же выпустил залп РДД. Ракеты помчались над усеянным обломками камней и сухими сферами перекати-поля дном кратера. Они поразили фронтальную часть кряжистого «В-Котле-Рожденного» как раз в тот момент, когда его пилот с некоторым опозданием принимал стойку для стрельбы. Разрывы боеголовок на такой дистанции прозвучали как хлопки пробок от шампанского, но Трент не тратил время на сравнения, он быстро отошел назад к склону, чтобы сделать своего «Лесного Волка» более трудной мишенью. Даже яркие вспышки импульсов ПИИ и взрывы снарядов в облаке, начавшем заволакивать кратер, не отвлекали его внимания.

Пилот «Рожденного» ответил залпом пары больших лазеров повышенной дальнобойности и одного среднего лазера. Ослепительные красные лучи пронизали клочья белого дыма, поднимающегося от мест разрывов ракет, пропахали склоны кратера вокруг. Большие лазеры промахнулись, но средний был наведен точно, его луч как огненный меч ударил слева от пилотской кабины Трента. Трент услышал тошнотворное шипение испаряющейся брони. Слегка подскочившая температура указывала, что импульс пришелся очень близко к кокпиту. Синтедерма на руке и лице, казалось, начала морщиться от жара. Было ощущение, как будто сотни пауков забегали по руке и лицу.

Трент переключил вспомогательный бортовой компьютер определения наступательных действий в тактический режим, чтобы увидеть расположение других роботов. В большинстве своем схватки проходили ниже, в самой чаше кратера. «Ханкио» двигался вниз, чтобы присоединиться к общей свалке. Трент продолжал отступать, сохраняя дистанцию между собой и «В-Котле-Рожденным». Позволить «Котелку» приблизиться означало отдаться на милость его автопушке «Ультра», чего Трент делать не намеревался.

Он снова дал ракетный залп, на этот раз в комбинации с огнем лазеров. Трент держал прицел пониже, надеясь нанести максимальный ущерб ногам приближающегося противника. Один лазер промахнулся, другой попал чуть повыше колена правой ноги «Рожденного». Именно эта нога была поднята для очередного шага по склону кратера. «В-Котле-Рожденный» выпалил из своей автопушки, когда ракеты разорвались на его броне. За его спиной, в гуще свалки других участников состязания, полыхнула ослепительная вспышка — у кого-то вошел в критический режим реактор.

Первые две очереди автопушки прошли справа от робота Трента, в непосредственной близости от кокпита. Он начал уклоняться всем туловищем «Волка», когда следующие очереди забарабанили по правой и центральной части торса машины. Автопушка «Ультра» была страшным оружием, а пилот «В-Котле-Рожденного» оказался отменным стрелком. Взрывы снарядов сотрясали «Лесного Волка» как порывы ураганного ветра. Робот раскачивался под этими ударами, подобно легкой тростинке, и Тренту пришлось наклониться вперед навстречу огненному шквалу, чтобы удержать гигантскую боевую машину от падения.

Очередь снарядов внезапно ушла вверх. Один снаряд зацепил массивную пусковую установку ракет на плече, а остальные уже буравили каменистый склон, а потом полетели еще выше. Трент обернулся, готовясь к следующим залпам, но, присмотревшись, понял, что произошло. «В-Котле-Рожденный» подвернул левую ногу на самом краю кратера, закачался и упал, послав снаряды в небо. Тактика Трента, сконцентрировавшегося на стрельбе по ногам противника, принесла свои плоды. Пилот «Коталка» потерял или потеряла равновесие, и тяжеленный робот, кувыркаясь, покатился на дно кратера, поднимая тучи пыли и оставляя на острых камнях фрагменты разбитой снарядами брони.

Быстрый взгляд на тактический дисплей показал Тренту, что снизу к нему стремительно движется еще один робот — похоже, что он воспользовался реактивными прыжковыми ускорителями. Хотя броня «Лесного Волка» получила сильные повреждения в предыдущей схватке, он все еще твердо стоял на ногах. Взяв на прицел приближающуюся машину, Трент увидел, что это был «Ханкио», выпрыгнувший из огня и дыма кипящего на дне кратера сражения. Судя по траектории, он должен был приземлиться совсем рядом с роботом Трента, на дистанции выстрела в упор.

Тридцатитонный «Ханкио» был не слишком серьезной угрозой, но на таком малом расстоянии Трент не мог воспользоваться ракетами. Трент начал отступать вверх по склону кратера, пытаясь сохранять на подъеме вертикальное положение. Мигание дисплея внутренних сенсоров указало ему на неполадки в приводе левого бедра. Огонек все мигал и мигал, а нога вела себя слегка неадекватно. Что ее повредило? Туда ведь ни снаряды, ни лазерные лучи не попадали.

«Ханкио» приземлился всего лишь в семидесяти метрах ниже «Лесного Волка» и сразу же открыл стрельбу из направляющих РБД и малого лазера вверх, по Тренту. Половина снарядов вспорола скалистый грунт всего в десятке метров перед «Волком», остальные огненным фейерверком ударили по ногам «Лесного Волка», который качался, как будто находился в эпицентре землетрясения. Луч лазера и пламя флэймера плясали по левому боку и средней части торса. Температура в кабине подскочила, и Трент мгновенно покрылся потом.

Трент навел на вражеский аппарат тяжелые пулеметы, точно вписав цель в сетчатку прицела. Голова «Ханкио», расположенная между наплечных ракетных направляющих, четко обрисовалась в самом центре сетки. Трент выпустил длинные очереди из обоих стволов — бронебойными и оставляющими оранжевый след зажигательно-трассирующими пулями — прямо по кабине противника. В нормальных условиях пулеметы на роботах — вещь практически бесполезная, но сейчас, на такой дистанции, это именно то, что нужно.

Трент прекратил пятиться вверх по склону кратера и навел на зашатавшегося от прямых попаданий по кокпиту «Ханкио» перезарядившийся лазер. Трент выпалил из лазера как раз тогда, когда «Ханкио» начал лихорадочно выпускать ракеты ближнего действия. Рубиново-красный луч среднего лазера Трента попал точно в одну из пробоин, сделанных бронебойными пулями. Костит «Ханкио» продержался всего секунду. Трент увидел взрыв и бьющее из кабины пламя в тот момент, как волна взрывов РБД накрыла его «Лесного Волка».

Датчик повреждений показал, что попадания распределились по всему роботу — по торсу, рукам и ногам, но ни одна из ракет не нанесла существенного вреда. Однако на дисплее, где были выведены данные по основным узлам «Волка», тревожный мигающий огонек на схеме привода бедра превратился в ровное красное свечение. Трент ощутил укол страха и до крови закусил нижнюю губу. Потеря бедренного привода означала, что передвижение по крутым склонам кратера, и без того затрудненное, станет настоящим подвигом. Он бросил взгляд на «Ханкио» — как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот заваливается назад. Из кокпита било пламя, валили клубы черного и зеленого дыма. Никто не катапультировался из подбитого робота, — стало быть, последний выстрел Трента был точным.

Быстро пробежав взглядом по цепям и схемам на вспомогательном мониторе, Трент убедился, что его машина вполне еще функциональна, хотя и довольно сильно испещрена пробоинами и вмятинами. Четыре направляющие одной из наплечных ракетных установок были снесены взрывами, зато бронеплиты, несмотря на все вмятины и пробоины, держались. Так что, если не принимать во внимание поврежденного бедренного привода, он все еще оставался грозным противником.

Сенсоры ближнего боя показали, что на дне кратера по-прежнему бушует схватка, хотя машины доброй половины участников либо уже погибли, либо были выведены из строя. Прекрасно. Он правильно выбрал свою позицию — на периферии схватки. «Мясорубку» не выигрывают, бросаясь очертя голову в хаос огня и смерти.

Из дыма и огня снизу выпрыгнул на ракетных прыжковых «Нова» и приземлился на фланге Трента, примерно на той же высоте, что и «Лесной Волк». Видать, пилот «Новы» тоже сообразил, какие преимущества дает позиция на возвышении. Трент сверился с данными тактического компьютера и увидел, что этот робот несет исходную конфигурацию вооружений — дюжину средних лазеров с увеличенной дальностью боя и соответствующий объем теплопоглотителей, чтобы обеспечить их — лазеров — работу. Схватка с «Новой» на ближней дистанции была для Трента самоубийством.

Трент поднял прицел повыше и поймал в рамку скальные выходы и обломки, иззубренным гребнем проходившие по склону над приближающейся «Новой». Как раз когда он готов был выстрелить по гребню, «Нова» подошла на дистанцию стрельбы и открыла огонь из всего, что у нее имелось.

Пространство между двумя боевыми роботами засверкало красными вспышками лазеров. Ноги и оружейные турели «Лесного Волка» завибрировали, броневые плиты начали трескаться, машина закачалась, и Трент отчаянно пытался удержать аппарат в равновесии. Один луч полоснул по боку кокпита и мощный, бешено пульсирующий импульс невральной энергии, проскочивший по каналам обратной связи нейрошлема, ударил Трента по глазам. Трент зажмурился от боли, ощущая головокружение и тошноту, обычные при попадании лазерного импульса по кабине. Коммуникационная система отключилась, оставив в кабине слабый запах озона.

Он выпустил залп из тридцати шести РДД — не по «Нове», а по скальному выступу над ней. Гораздо легче попасть в неподвижные камни, чем в проворного, стреляющего по тебе противника…

Весь выступ и валуны на нем окутались тучей дыма и пыли раньше, чем приближающийся неприятель успел отреагировать. Обрушившийся камнепад ударил прямо по ногам «Новы», выбивая из-под них почву, тогда как корпус боевого аппарата, по всей видимости, предпочитал сохранять прежнюю вертикальную позицию. Пилот «Новы» отчаянно пытался удержать равновесие, но дело это было безнадежным. «Нова» с грохотом обрушилась на камни, прокатилась вместе с ними несколько метров и замерла. За ней протянулся след в виде кусков разрушенных бронеплит, смешанных с камнями и грязью. Пилот «Новы» тотчас начал попытки вернуть робота в вертикальное положение.

Трент решил еще немного отойти назад, чтобы выйти из зоны поражения лазеров «Новы», — на случай, если противник сможет подняться. Но только он попытался сделать шаг, как привод бедра сдох окончательно, ногу заклинило, двигаться она больше не желала. «Лесного Волка» закачало, а температура в кокпите еще подскочила.

Трент сделал еще попытку, накачивая миомерные волокна новыми дозами энергии, но бедро не шелохнулось, зато весь аппарат так затрясся, что Трент с трудом удержал его от падения.

Он не мог сдвинуть машину с места. И если он намеревается победить, то должен вести бой в такой вот позиции.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20