Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Лэнгли (№3) - Таинственная герцогиня

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Монро Люси / Таинственная герцогиня - Чтение (стр. 12)
Автор: Монро Люси
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Лэнгли

 

 


Но даже эти мысли не могли надолго завладеть вниманием Каланты. Ханна обожала ее засахаренные розы, и кто-то воспользовался этим, чтобы навредить малышке. Как сказала Тея, могли пострадать все дети. Единственный известный Каланте человек, способный на такое злодеяние, был мертв. Сколько этой злобности унаследовал его брат? Ханну необходимо защитить, и не важно, какой ценой. Это значит, что Каланта должна доказать свою невиновность, иначе Джаред будет считать, что преступница – она, и ослабит бдительность. Этого допустить нельзя, потому что истинный негодяй останется в тени, готовый снова нанести удар.

Вспомнив те два года, когда ей приходилось справляться с жестокостью и болью, Каланта снова ушла в себя, в то безопасное место, которым, как она надеялась, ей больше никогда не придется воспользоваться. Она подавила все эмоции, страх отступил, и Каланта обрела ясность мысли. Она вспоминала последние три недели, пытаясь сложить точную картинку последовательности событий. Явился с визитом Генри. Он категорично высказался против ее отношений с Джаредом. Она поехала повидать Ханну, но уехала, так и не познакомившись с девочкой, снова смалодушничав.

Джаред привел Ханну к ней. Каланта полюбила малышку и ее приемного отца. Снова явился с визитом Генри, на этот раз с Эллен. Оба были крайне недовольны ее отношениями с Джаредом и грядущей свадьбой. Можно ли считать названные ими причины достаточными для такого отвращения? Нужно признать, что с точки зрения Клэрборнов – вполне.

Каланта выяснила, что ее тело с готовностью откликается на прикосновения Джареда. Нет, сейчас об этом думать нельзя, и она затолкала эту мысль подальше. Снова явился с визитом Генри, пытаясь отговорить ее от замужества. Он приехал в субботу. Сладости появились тоже в субботу.

Все пути вели к герцогу.

И ради чего он мог это сделать? Генри считал, что Ханна – дочь Джареда. Но считал ли? Ни один из Клэрборнов понятия не имеет о честности. Похвалялся ли Деверил своим «завоеванием» Мэри? Знает ли герцог правду об отце Ханны? Если да, то до каких пределов он готов дойти, лишь бы предотвратить скандал? Если Генри так же испорчен, как Деверил, то он не сочтет смерть ребенка слишком высокой ценой за свое спокойствие.

Как ей доказать Джареду, что не она спланировала все эти нападения на Ханну?

Каланта дожидалась Джареда в своей комнате. Он пришел домой очень поздно, изможденный от усталости, отослал Дженни и повернулся к Каланте с угрюмым выражением лица. Она едва не протянула руку, чтобы утешить его, но удержалась. Пусть он не любит ее, но она-то его любит и скорее всего опозорится, если позволит себе прикоснуться к нему.

– Герцог приезжал сюда в субботу.

По выражению лица Джареда было видно, что он не понимает важности сказанного.

– Он приехал с визитом в тот самый день, когда появились отравленные сладости.

В дверь негромко постучали. Джаред подошел и открыл ее. За дверью стоял Томас.

– Дженни сказала, что ее сиятельство хотела меня видеть.

Каланта велела Дженни прислать Томаса, когда вернется Джаред.

– Зайдите на минуту, Томас.

Джаред отошел, впуская Томаса в комнату.

– Я как раз сообщила своему супругу, что в субботу опять приезжал герцог.

В лице Томаса промелькнуло удивление, но тут же сменилось бесстрастным выражением. Джаред тоже это заметил.

– Ты подтверждаешь, что его светлость был здесь с визитом в субботу, Томас?

– Не могу сказать точно, милорд. С подготовкой к свадьбе все так перепуталось. – Не очень-то убедительная ложь.

– Говори правду! – взревел Джаред. Томас аж подпрыгнул, но ничего не сказал. Каланта обернулась к Джареду:

– Не нужно кричать на него, милорд. Он всего лишь пытается защитить меня.

Верный слуга не хочет, чтобы ее поймали на лжи, но ведь Каланта не лжет, и она найдет способ доказать это, не задевая чести старика. Он выглядел так, словно собирался и дальше хранить молчание. Каланта подошла к нему и положила ладонь на его руку.

– Все в порядке, Томас. Вы можете сказать его сиятельству всю правду. То, что вы не видели его светлость, еще не значит, что его тут не было.

– Но я действительно не видел его, ваше сиятельство, иначе непременно послал бы за вашим супругом.

Каланта кивнула и убрала руку. Именно об этом она все время и думала.

– Должно быть, он пришел тайком. Я тогда удивилась, что вы не доложили о нем.

Джаред издал нетерпеливый звук, но Каланта не обратила на него внимания.

– Это все, Томас. Разве только… будьте так добры, поспрашивайте остальных слуг – может быть, кто-то из них видел его светлость в субботу?

– Да, миледи.

Томас ушел с озабоченным лицом. Слуги не понимали, почему Джаред велел Дженни оставаться с Калантой, пока его нет, и почему отношения между хозяином и хозяйкой сделались такими натянутыми.

Каланта повернулась к мужу и с завидным самообладанием спросила:

– Как там Ханна? Я полагаю, вы не привезли ее домой.

Джаред потер глаза большим и указательным пальцами.

– Нет. Она ужасно расстроилась из-за щенка, но сейчас уже немного успокоилась. Когда я уезжал, она спала.

В комнате повисла тишина, но Каланту это устраивало. По крайней мере пока они молчат, она в относительной безопасности. Ее новообретенное счастье разрушено не молчанием, а словами.

– Она хотела остаться с кузенами, и я подумал, что так лучше – при сложившихся обстоятельствах.

Каланта не ответила. Если он рассчитывает, что она с ним согласится, то может прождать еще очень долго.

– Черт побери, Кали! Мне все это нравится не больше, чем тебе!

– Я не сомневаюсь, что так оно и есть. – Перспектива иметь в женах потенциальную убийцу не может не угнетать.

– Ты обедала? – спросил Джаред.

– Нет.

– Какого черта?

Каланта пожала плечами и отвернулась.

– Я не хотела есть.

Джаред издал еще одно несдержанное восклицание, но Каланта это проигнорировала. Она подошла к гардеробу и вытащила из него ночную рубашку и халат.

– Я очень устала, Джаред. Думаю, я лягу спать.

– Мне нужно поговорить со слугами, а потом я присоединюсь к тебе.

Наверное, собирается расспрашивать их о том, что она делала. Джаред не доверит Томасу выяснять у них, видели они в субботу герцога или нет. Каланта отвела в сторону взгляд и не произнесла ни слова, дожидаясь, когда Джаред уйдет.

Он пробормотал еще одно ругательство и вышел.

Каланта переоделась на ночь и заплела волосы. Через десять минут дверь отворилась и вошла Дженни с подносом.

– Его сиятельство велел принести вам поесть, миледи.

Каланта посмотрела на поднос, потом на Дженни.

– Я не голодна.

Дженни кивнула.

– Я сказала ему, что вам сегодня вечером немного не по себе, но он приказал, чтобы я не уходила, пока вы не поедите.

Каланте хотелось остаться одной, но по взволнованному и одновременно решительному выражению лица горничной поняла, что этого не произойдет, пока она не подчинится требованию Джареда. Еще важнее то, что ей потребуются силы, если она намерена доказать свою невиновность и развеять подозрения своей новой семьи.

Она не может позволить себе роскошь заморить себя голодом, и не имеет значения, насколько отвратительна ей мысль о еде.

– Поставь поднос на столик у окна.

Каланта подошла туда вслед за горничной и села ужинать. К счастью, та принесла только хлеб, сыр и небольшой бокал вина. Вряд ли Каланта смогла бы съесть больше. Она доела почти все и выпила вино до дна, а потом велела Дженни унести поднос.

Дженни внимательно его осмотрела, словно решая, будет Джаред доволен или нет. Должно быть, решила, что будет, потому что взяла поднос и вышла.

Каланта встала из-за стола, пересекла спальню и открыла дверь в смежную комнату. Предполагалось, что здесь будет спать Ханна, но малышка сейчас в безопасности в Эштон-Мэноре. В безопасности от Каланты. Сегодня ночью Каланта будет спать здесь.

Наверняка Джаред хочет спать с ней не больше, чем она с ним. У нее нет ни малейшего желания быть изгнанной из собственной спальни. Каланта забралась в узкую кровать, повернулась на бок и подтянула одеяло до подбородка. И наконец позволила хлынуть слезам, душившим ее с утра, с момента появления зятьев Джареда.

Джаред не хотел будить Каланту, поэтому, войдя через час в спальню, он не стал зажигать свечу. Он снова поговорил с Томасом, желая убедиться, что тот не забыл о субботнем визите герцога. Еще он поговорил с Дженни, с конюхом и садовником. Кухарка и девушка, которые приходят на работу из деревни, уже ушли домой. Ему придется подождать до завтра, чтобы порасспрашивать их.

Кто-то из них должен был видеть герцога.

Нужно спросить Кали, знает ли герцог о Ханне. Джаред разделся, мечтая о том, чтобы обнять жену. Он не думал, что она позволит ему заняться с ней любовью, учитывая, как она его избегала, но ему было необходимо обнять ее и знать, что она в безопасности. В точности как чуть раньше он обнимал Ханну и понимал, что с ней все хорошо.

Кали нужно увидеться с Ханной. Утром он поедет и привезет дочь сюда. Нельзя лишать их обеих утешения.

Джаред лег в слишком короткую кровать и протянул руку к жене, но наткнулся на пустую подушку. Он выскочил из постели и зажег свечу, чего не собирался делать несколько минут назад. Никаких следов жены. Джаред уже собрался звать горничную и выяснять, куда исчезла ее хозяйка, как наткнулся взглядом на дверь. Комната Ханны.

Кали устроила так, чтобы Ханна спала в соседней комнате и они могли услышать ее, если девочка среди ночи проснется. Неужели она сейчас там, думает о сегодняшних событиях?

Джаред подошел к двери, собравшись утешать свою жену. Он еще не знал, как будет это делать, но попытаться необходимо. Он не мог больше выдержать ни одной минуты ее ледяного самообладания. Джаред открыл дверь и увидел, что там темно. Неужели он ошибся? И где тогда Кали? И тут он услышал тихий вздох со стороны кровати. Джаред прищурился, пытаясь различить что-нибудь в темноте комнаты. Каланта спала на кровати Ханны!

Она не захотела ложиться в одну постель с ним. Почему-то такая мысль ему вообще в голову не приходила. Джаред считал, что она поймет, но небольшая фигурка на узкой кровати говорила о неприятии, а не о понимании.

Он подошел к кровати.

– Что ты делаешь в постели нашей дочери?

– Пытаюсь уснуть, – ответил невыразительный голос, очень похожий на голос той Каланты, какой она была, когда они только встретились.

– Мне казалось, мы собирались спать вместе.

– Я не хочу спать с вами в одной постели.

– Ты принадлежишь мне, Кали. Ты будешь спать со мной. – Джаред поморщился, поняв, как самоуверенно прозвучали его слова, но уже не мог взять их назад.

– Думаю, не стоит, господин мой. Разве вы не боитесь спать с возможной убийцей? Кто удержит меня и не даст убить вас во сне? – едко спросила она, вмиг утратив фальшивое спокойствие.

Джаред понял, что Каланта чертовски разозлилась на него. Он провел целый день рядом с сестрами, срывавшими свою злобу на всех подряд, в доме, полном волнения и тревоги, рядом с дочерью, расстроенной смертью щенка, и его отнюдь не выдающееся терпение истощилось.

Джаред сорвал с жены одеяло, наклонился к ней и, прежде чем она успела начать спорить, подхватил ее на руки.

Каланта словно одеревенела в его руках.

– Что, по-твоему, ты делаешь?

Джаред в полной тишине пересек комнату и аккуратно положил Каланту на их общую кровать. Он стоял над ней, великолепный, обнаженный и возбужденный. Как он мог возбудиться в такое время? И как на это реагировать? Меньше всего ей сейчас требовалось предательство собственного тела.

Он сделал движение, собираясь лечь в постель, и Каланта сердито сверкнула глазами на его возбужденное естество.

– Даже и не думай, Рейвенсвуд!

Джаред провел рукой по лицу и мотнул головой. Он выглядел таким уставшим и таким расстроенным.

– Сегодня был такой паршивый день, и все, чего я хочу, – это обнять свою жену и заснуть. Неужели я прошу так много?

Ярость от этих слов и гнев на предательское сочувствие, прокравшееся в ее сердце, взорвались в Каланте так, как не бывало никогда.

Она вскочила на ноги.

– Как смеешь ты жаловаться на сегодняшние события?! Это не тебя обвинили в попытке похитить и убить собственную дочь! Ты не позволил мне увидеться с Ханной, услышав, что кто-то попытался ее отравить, ты позволил своей сестре обвинить меня в гнуснейших преступлениях, а теперь осмеливаешься стоять передо мной голым и орать на меня?! Неужели тебя удивляет, что я хотела спать в другой постели?

– Я так возбужден, потому что ты оказываешь на меня такое действие, Кали. Я ничего не могу с этим поделать!

– Полагаю, ты думаешь, что мне должно польстить твое вожделение? Или ты думаешь, только потому, что Деверил считал меня бесполезной мраморной статуей, я должна быть благодарна, что мужчина, решивший, будто я пыталась убить свою дочь, находит меня соблазнительной?

Джаред словно раздулся из-за переполнявшего его бешенства, но поначалу отреагировал на ее обвинения решительным молчанием. Потом, заметно совладав с гневом, он произнес:

– Нет, черт побери. Твой первый муж был идиот, и я не хочу твоей благодарности. Я хочу тебя.

– Ну, а я тебя не хочу, – солгала Каланта и даже не ощутила стыда.

– Я не болван, – произнес Джаред сквозь стиснутые зубы. – Я понимаю, что после всего этого ты не хочешь заниматься со мной любовью, но ты, черт возьми, будешь спать со мной. Понимаешь ты это или нет, но нам обоим нужно утешение.

Совсем не это хотела Каланта от него услышать, и пусть он и не болван, зато слепец.

Ее соски уже затвердели, и все, на что она сейчас была способна, – это удержаться, не кинуться на шею к своему мужу и не начать его умолять, чтобы он помог забыть ей этот ужасный день в его сладостных объятиях. Если они займутся любовью, она может притвориться, что небезразлична Джареду, а это слишком малодушное желание, и Каланта не хотела ему поддаваться.

– Думаю, ты решил, что я должна дождаться, пока ты соизволишь пинком выкинуть меня из нашей постели, – сказала она с гневной язвительностью, которой никогда раньше себе не позволяла.

– Я не собираюсь выкидывать тебя из нашей постели, – раздраженно буркнул Джаред.

– То есть ты говоришь, что хочешь спать с коварным, жестоким чудовищем, пытавшимся сначала похитить, а потом убить твоего ребенка? – поддела она его.

– Нет. Я хочу спать со своей женой! – Его вопль был достаточно громким, чтобы его услышали в соседнем графстве.

Гнев, который Джаред все это время обуздывал, наконец прорвался, но Каланта только обрадовалась этому. Это было под стать ее настроению.

Она сердито смотрела на него, обдумывая услышанное.

Он хочет сказать, что не верит, будто она все это сделала? Или просто требует, чтобы она спала с ним? Не может такого быть, чтобы он, будучи полностью убежден в доказательствах против нее, все равно хотел ее обнимать. У него должны быть какие-то сомнения, а это значит, он верит ей хотя бы чуть-чуть. Это немного, но все-таки кое-что. И в одном он не ошибается. Каланте не хочется проводить эту ночь в одиночестве, один на один со страхами за Ханну и собственными мучительными мыслями.

– Ладно. Я буду спать с тобой, но это все, – предупредила она.

Каланта надеялась, что говорит правду, но некоторые сомнения у нее имелись. Возможно, Джаред и сможет удержаться, но в собственном самообладании она так уверена не была.

Джаред опустил взгляд Каланте на грудь, а потом перевел на лицо. Наконец-то он заметил то, что не мог скрыть слабый огонек единственной свечи. То, как ее тело реагировало на него.

– Ты меня хочешь. – Его голос звучал благоговейно и исключительно довольно, хотя и слегка смущенно.

– Не думай об этом. Я преодолею собственную дурость. В конце концов, в таких случаях тело не управляется из головы.

Джаред покачал головой, и грива черных волос метнулась по плечам.

– А я буду думать.

О нет, тот самый чарующий голос! Тот, которым он говорит, когда они занимаются любовью. Каланта шагнула назад и едва не упала, потому что под ногу попало щекочущее перышко.

– Нет.

Джаред подошел вплотную к кровати и уперся бедрами в высокую деревянную раму.

– Да. Кали, пожалуйста. Нам обоим это нужно.

Нет. Она не может позволить ему заняться любовью, верно? Она на него зла. Он ей не верит. Она не может его хотеть. Она не должна. Но, о Боже, как она его хочет!

Каланта настороженно следила за Джаред ом, не зная, как поступить, если он все-таки предпримет попытку соблазнения. Он взобрался на кровать. Его мужское достоинство вздрагивало при каждом его движении. Каланте захотелось протянуть руку и потрогать его, проверить, всегда ли оно такое упругое. От этой прокравшейся в голову мысли она едва не вскрикнула. Как можно так поступать с собой?

Со скоростью нападающей змеи его руки метнулись вверх, схватили Каланту и дернули ее вниз одним плавным движением. На этот раз она вскрикнула, но его губы заглушили крик. Эротичный вкус его губ пробился сквозь ее сопротивление, но Каланта не собиралась смиренно подчиняться.

Она еще никогда ни на кого так не злилась за всю свою жизнь, но тело ее уже поняло правду, ускользнувшую из сознания. Существует надежный, даже приятный выход для гнева. И она ответила на поцелуй со свирепым желанием, кусая его губы и проталкивая язык ему в рот с напором, которого от себя не ожидала. Джаред позволил ей сделать это, простонав в ответ:

– Да, Ангел. Целуй меня так, как хочешь.

Разумеется, она этого хотела, но не думала, что ему понравится, если он услышит, чего именно она хочет.

Джаред рванул ее ночную рубашку, и ткань затрещала. Каланте было наплевать. Она хотела прижаться к нему обнаженным телом, и через несколько секунд ее желание исполнилось. Каланта потерлась ноющими сосками о курчавые волосы на его груди и застонала от удовольствия.

Он обхватил ее ягодицы и прижал Каланту к своей пульсирующей плоти. Она перекинула ногу ему через бедро, открывая свою женственную мягкость, и потерлась о его увеличившееся мужское достоинство.

– Ты сводишь меня с ума.

– Заставь меня забыть, – потребовала Каланта.

И он заставил. Он провел ей между ног рукой, которой обнимал ее за ягодицы, и начал гладить и мучить ее чувствительную плоть.

– Ты уже влажная.

Джаред скользнул в нее пальцем, и Каланта выгнулась дугой.

– Да!

– У тебя тут так горячо и тесно. Это так замечательно.

Это было замечательно. Настолько замечательно, что можно было раствориться в этом ощущении. Каланта шевельнула бедрами, и спазмы наслаждения пронзили ее тело. Джаред прижал большой палец к средоточию удовольствия, вонзив указательный еще глубже внутрь.

– Джаред!

Он повторил, на этот раз проведя большим пальцем окружность. И продолжал делать это снова и снова. Указательный палец входил в ее плотный канал и выходил из него, а большой описывал небольшие круги или двигался вверх-вниз по разбухшему бугорочку.

Каланта подавалась к нему бедрами, усиливая контакт с его рукой. Она схватила его лицо и снова начала целовать его. Ее язык играл в чувственную игру с языком Джареда, а его рука прикасалась к ней с интимной пылкостью. И вот уже Каланта лежит на спине, а Джаред готов войти в нее.

– Скажи, что ты хочешь меня, Кали. Дай мне услышать эти слова.

Она замотала головой. Она отдала ему столько, сколько собиралась.

– Скажи, Ангел. Я должен услышать, как ты это скажешь.

Его возбужденное естество находилось прямо напротив входа в ее тело, и Каланта приподняла бедра, надеясь принять его, но Джаред не позволил ей соединиться с ним! Он хотел услышать слова.

Каланта метнула в него гневный взгляд, сотрясаясь всем телом от неудовлетворенного желания.

– Ты скажи. Скажи, что хочешь меня после всего, что сегодня произошло.

Он схватил ее за запястья и прижал ее руки над головой со свирепым выражением лица. Наклонился и с необузданной силой поцеловал ее, а потом, слегка отодвинувшись, прорычал:

– Я хочу тебя, сейчас и всегда!

На глаза Каланте навернулись слезы, но она не обратила на них внимания.

– Тогда войди в меня. Я хочу этого.

Она не скажет, что хочет его, не доставит ему такого удовольствия. Впрочем, сейчас Каланта не знала, хочет ли именно его. Она жаждала забвения.

Удовлетворенный сказанным, Джаред поцеловал ее и медленно начал двигаться навстречу ее бедрам. До сих пор все происходило так неистово, и Каланта ожидала, что Джаред грубо ворвется в нее, но он этого не сделал. Он двигался медленно, чтобы ее тело приспособилось к длине и толщине его естества.

Джаред нежно качнулся к ней:

– Вбери меня всего, mon ange. Прошу тебя, жена моя. Всего меня.

Она хотела его целиком. Она хотела, чтобы его тело слилось с ее, чтобы она больше не чувствовала себя одинокой. Раскинув ноги так широко, как могла, Каланта изогнула бедра ему навстречу, и он скользнул внутрь целиком. И остановился.

Джаред снова поцеловал ее, на этот раз губы его были нежными, как прикосновение бабочки. И начал двигаться, делая осторожные рывки. Наслаждение нарастало в ней медленно, и Каланта, задыхаясь, начала умолять его двигаться быстрее.

– Сильнее, Джаред. Прошу тебя. Быстрее. – Ей хотелось большего. Тот невероятный взрыв наслаждения все еще был недосягаем, потому что Джаред двигался так неторопливо.

– Я хочу, чтобы это тянулось долго. Не хочу, чтобы все быстро заканчивалось.

Каланта понимала, о чем он говорит. Сейчас не существовало ничего, кроме них двоих. Никаких ужасных обвинений. Никаких отравленных сладостей. Никакой опасности. Не было даже забвения, которого она вроде бы так жаждала. Только наслаждение; и они – вместе.

Каланта покрывала его губы, подбородок, шею короткими отрывистыми поцелуями, говорившими о том, о чем она никогда не решилась бы сказать словами, о чем, возможно, никогда и не скажет: о ее любви, о таком сильном чувстве, что оно готово выдержать даже его причинившее боль предательство.

А потом из ее сознания исчезло все, кроме наслаждения, и медленные, обжигающие толчки все сильнее закручивали внутри ее пружину. Каланта ощутила на висках теплые слезы, и тело ее напряглось, а наслаждение разливалось по нему, переполняя ее, и она закричала.

Джаред отпустил ее запястья, крепко прижал Каланту к себе, и его толчки вышли из-под контроля, почти мгновенно вызвав отклик в ее теле. И когда его теплое семя заполнило ее, она снова содрогнулась, выкрикивая его имя.

Джаред открыл глаза и встретился с ней взглядом, таким напряженным, что это потрясло Каланту.

– Ты моя.

Она не отрицала. Не могла, но и не захотела подтвердить это словами.

Джаред скатился с нее и прижал жену к себе. Несколько минут они лежали, позволив мыслям блуждать где-то далеко, но в конце концов реальность вторглась в это блаженство.

– Ты считаешь меня виновной, Джаред?

– Я думаю, что очень многого не понимаю, но я с этим разберусь.

Она нахмурилась в темноту.

– Я могла забеременеть. Вчера или сегодня.

Он крепче обнял ее.

– Да.

– Если это так, а ты не будешь убежден в моей невиновности, когда родится ребенок, ты отберешь его у меня, как Лэнгли отобрал тебя у матери?

Глава 14

– Какого цвета были те сладости?

Вопрос Каланты взорвал тишину комнаты, как шутиха на праздник, хотя она говорила обычным негромким голосом. Она молча простояла у этого чертова окна целую вечность.

Каланта попросила его пригласить сегодня утром всю семью в Роуз-Коттедж, и он согласился.

Джаред не знал, что она задумала, и не стал спрашивать. Он все еще злился из-за вопроса, который Каланта задала ему предыдущей ночью после занятий любовью, поэтому не доверял себе и не решался заговорить с ней. Как она могла спросить, не поступит ли он, как Лэнгли? Он не отец, и ей это, черт возьми отлично известно. Но хуже всего то, что ответа у него не было.

Что он может сказать?

Если она виновна, то не сможет быть хорошей матерью, но Джаред не мог заставить себя сказать об этом.

Теперь на ее лице было то же самое выражение, что и в первый день их встречи: гладкое и нежное, оно не выражало ни единой мысли. После неистовых занятий любовью вчерашней ночью это бесстрастное спокойствие пугало и возмущало Джареда.

Тея спросила:

– Какое это имеет значение?

Каланта, не дрогнув, встретила взгляд Теи.

– До тех пор, пока вы считаете меня виновной, вы будете оберегать Ханну только от меня. Я должна доказать свою невиновность, чтобы как следует защищать Ханну до тех пор, пока не поймают истинного негодяя.

Она что, считает, что он не будет присматривать за дочерью?

– И каким образом цвет сладостей поможет вам в этом? – поинтересовался Эштон с бесстрастной маской на лице.

Его жена метнула в него негодующий взгляд. Не у одного Джареда проблемы с женщиной.

– Я делаю только красные сладости. И предпочитаю для их изготовления алую китайскую розу. Вы можете проверить это у моей кухарки и у жены викария. Если сладости были другого цвета, из лепестков другой розы, это брешь в стене вашей уверенности в том, что виновница – я. Одной этой бреши должно быть достаточно, чтобы вы оставались настороже, даже если не перестанете подозревать меня.

– Это ничего не доказывает. Вы могли специально воспользоваться другим цветом только для того, чтобы убедить нас в вашей невиновности. – Голос Теи не звучал обвиняюще, скорее так, словно она надеялась, что у Каланты имеется ответ и на это предположение.

– О, Бога ради! – возмущенно воскликнула Айрис. Каланта не обратила на это внимания, отвечая на вопрос Теи.

– Изготовление засахаренных роз – процесс очень долгий, и я никак не смогла бы скрыть его от кухарки. Если я воспользовалась розовыми лепестками другого цвета, она не может этого не знать. Не стесняйтесь, расспросите ее. Кроме того, если я настолько тупа, что поручаю собственным слугам доставить яд по назначению, у меня не хватит мозгов, чтобы додуматься сделать сладости из лепестков других роз.

В Джареде вспыхнула надежда. Его жена чертовски умна и слишком сообразительна, чтобы поступить так, как она сейчас сказала, и поручить своему слуге отвезти отравленные сладости. Кроме того, она слишком толковая, чтобы подойти к Уиллему, всего лишь переодевшись во вдовье платье.

Тея улыбнулась.

– Сладости были розовыми, бледно-бледно-розовыми.

– Слава Богу, – прошептала Каланта и разжала стиснутые кулаки.

Джареду захотелось проорать «Осанна!». Он с самого начала не верил, что его нежная жена способна на такую мерзость, но доказательства были слишком весомыми. Слишком, чтобы отмахнуться от них, особенно с учетом ее признания, что поначалу она не обрадовалась Ханне. Однако, воспользовавшись своими мозгами, она сумела пробить бреши в состряпанном против нее деле. Из нее получился бы чертовски хороший игрок в шахматы.

– Вы говорили, что в субботу у вас побывал герцог? – Эштон смотрел теперь с таким же облегчением, как и Джаред.

Сегодня утром, приехав за ними, Джаред передал им все, что рассказала Кали о визите герцога.

– Да, но доказательств у меня нет, – мрачно ответила Каланта.

Она что, не понимает, что ей уже поверили? Джареду захотелось подойти к жене и заключить ее в свои объятия, но его останавливало ее отчужденное лицо.

– Не нужны никакие доказательства. Мы тебе верим, – заявила Айрис.

Каланта повернулась к своей золовке и улыбнулась. Улыбка была скупая, но искренняя, и Джаред отдал бы все на свете, лишь бы она так улыбнулась ему.

– Спасибо.

– Зачем он приезжал, Кали? – спросил Дрейк.

– Он хотел отговорить меня от вступления в брак с членом семьи, прославившейся своими скандалами.

– Что за чертовщину ты несешь? – Если бы герцог сейчас оказался рядом, Джаред превратил бы его в лепешку.

Каланта перевела невыразительный взгляд на него.

– Да. В особенности он был озабочен тем, что ты, как сын непорядочного человека, и сам можешь оказаться бесчестным.

– Он рассказывал тебе о моем отце? Как герцог узнал правду?

Джаред предположил, что это было не так уж и сложно. С тех пор как его родители уехали на континент, сплетни не прекращались, хотя никто не высказал обвинения вслух. Забавно – побег отца привел к уничтожению его репутации вместо того, чтобы даровать ему желанное убежище.

– Да. Оказывается; твоя мать еще не умерла, когда он женился на теперешней графине. Леди Эштон была незаконнорожденной?

Каланта задала свой вопрос Эштону, он и ответил:

– Это верно.

Щеки Айрис покрылись розовыми пятнами. Каланта поймала ее взгляд.

– Ты не отвечаешь за поступки своего отца.

Айрис кивнула. Она это знает, ей это часто говорили, но то, что она родилась вне брака, едва не стоило ей Эштона. Каланта снова обернулась к Джареду:

– Он ужасно разгневался, когда я сказала, что не откажусь от брака. Он грозил, что в будущем не будет меня признавать. Намекал, что ты рассчитываешь на мои связи с титулом Клэрборнов.

Джаред не знал, что ответить. Она все равно вышла за него, значит, слова герцога не поколебали ее решимости, но его необычайно беспокоило то, что кто-то так сильно старался убедить Кали не венчаться с ним.

– Да плевать мне на этот проклятый титул.

– Так я ему и сказала.

– И ты вышла за Джареда, несмотря на все то, что узнала о нашей семье? – спросила Тея потеплевшим голосом.

Каланта приподняла бровь.

– Да.

Что-то шло не так, но Джаред не мог понять, что именно. Каланта должна быть счастлива. Искорки, сверкавшие в ее глазах после венчания, должны вернуться, но она продолжала смотреть на них все тем же бесстрастным взглядом герцогини.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18