Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Чеченское колесо

ModernLib.Net / Публицистика / Михайлов Александр / Чеченское колесо - Чтение (стр. 6)
Автор: Михайлов Александр
Жанр: Публицистика

 

 


      12 июня сторонники Лабазанова устроили антиправительственный митинг на площади имени Шейха Мансура в центре Грозного, требуя отставки президента и вице-президента Чечни, и на следующий день части вооруженных сил, МВД и Департамента госбезопасности ЧР атаковали штаб-квартиру Лабазанова Во время штурма был разрушен жилой дом, погибли мирные жители и участники столкновения с обеих сторон, в том числе брат Лабазанова, после чего Руслан объявил кровную месть Дудаеву.
      В августе 1994 года он вошел в военное руководство оппозиции. Создал базу в городе Аргун, но после её разгрома в сентябре 1994 года присоединился к миротворческой группе Руслана Хасбулатова.
      Убит 31 мая 1996 года в Толстой-Юрте.
      Имел двух жен и сына.
      С середины 1994 года его национальные гвардейцы предпринимают попытки ликвидировать вооруженные группировки оппозиции. А Генеральная прокуратура Чеченской Республики выдала ордера на арест лидеров оппозиции с формулировкой "за призывы к насильственному свержению законной власти". Российская помощь оппозиции расценивалась как военное вмешательство во внутренние дела суверенного государства.
      Чечня оказалась на грани гражданской войны. Раскол шел по тейповому, политическому и идеологическому принципам. Россия - на основе Конституции стремилась сохранить свою целостность и неделимость границ.
      Преддверие войны носило больше позиционный характер. Без присутствия русских войск батальоны оппозиции особо активных действий на "чужой" территории не предпринимали. Пройдя часть территории противника, они возвращались на свои земли. Но здесь стояли насмерть, жестоко выбивая пришельцев.
      Москва смотрела на них с надеждой. Особого желания использовать свои регулярные части во внутринациональном конфликте не было. Да и возможности тоже. В каком состоянии находятся Вооруженные силы, было ясно. А потому, определив ключевые фигуры, сделали ставку на них.
      Но дальше разговоров дело не шло Ключевой вопрос был один: как (даже не кем) заменить Дудаева? К тому времени в Надтеречном районе создалась вполне, на первый взгляд, благоприятная обстановка для решения этой проблемы. Умар Автурханов, негласно одобренный Москвой, брал инициативу на себя. Ему были приданы советники, в том числе и военные, которые отрабатывали тактику действий. Жители, вступившие в ополчение, демонстрировали готовность силой взять власть. Ситуацию форсировали. ФСБ занимала сдержанную позицию.
      - Давайте не будем торопиться, - призывал её директор Степашин.
      - Хватит проявлять нерешительность, - был ответ. - В октябре ваше ведомство занимало пассивную позицию... Вам что, пример Галушко не урок? Вы что, боитесь, Сергей Вадимович?
      И пример для Степашина был неудачный, и бояться ему было нечего... Есть политическая воля, значит, надо её реализовывать.
      Вылетев в Моздок в июле 1994 года, директор ФСК Степашин встретился с руководителями предстоящей операции и лично с Автурхановым.
      Автурханов доложил обстановку. В закрытой комнате в течение трех часов шел откровенный разговор. Автурханов рассказал обо всем, особо подчеркнув, что одного желания мало. Надо активизировать материальную и техническую помощь. Впервые был поднят вопрос о создании полномасштабной армии со всеми видами вооружений. Армия не ополчение. Здесь только легким стрелковым оружием не обойдешься. Уж если и создавать её, то только с тем, что она будет интегрирована в Вооруженные силы России. Значит, нужны инструктора, советники и многое другое, включая тяжелое вооружение.
      Опера ФСК, откомандированные для работы в Надтеречном районе, базировали свои умозаключения и выводы на информации, поступившей из чеченских источников, которые зачастую выдавали желаемое за действительное. Многое было откровенной дезинформацией, которую перепроверить было практически невозможно. Не могли это сделать и другие ведомства, которые получали эту информацию часто из тех же источников. Радужная картина желаний и намерений чеченских лидеров оппозицией принималась как догма. "Еще чуть-чуть, и Дудаев побежит..." Горько сознавать, что нередко по такой информации принимались решения.
      Попрощались холодно. Было ясно, что в Надтеречном районе рассчитывают на Москву. Принять такое решение сам Степашин не мог. Нужно решение правительства. Но оно фактически самоустранилось. ФСК поручили обеспечить ополченцев инструкторами, в том числе и специалистами-ремонтниками для бронетехники.
      Прибывшая в Чечню техника с платформы своим ходом сойти не могла. Танки, несмотря на проведенный профилактический ремонт в Свердловске, признаков жизни не подавали. Только два из партии смогли скатиться на землю. Остальные стаскивали, матерясь и потея, бойцы народного ополчения.
      Вместе с ними матерились и инструкторы из Москвы. Через пару месяцев, неожиданно для многих, эти парни оказались за рычагами танков.
      Степашин вспоминает: "Что касается военных проблем, то на тот момент они не казались сложными. "Вкачать" вооружение, обмундирование и боеприпасы... Желание, с каким сами чеченцы брались за решение своей внутриполитической задачи, пусть даже силовыми средствами, подкупало. Оружием владели, цель и задачи понимали, отдавали себе полный отчет в последствиях. Победят преступный режим - будут жить в суверенной, цивилизованной республике. Не победят сегодня - расплачиваться будут их дети завтра.
      Несколько походов на Грозный создавали иллюзию их силы и решимости. Грозный не брали, но атмосфера была такой, что вот-вот, чуть-чуть... Еще немного...
      Хасбулатов приезжал туда без проблем и ощущал себя триумфатором.
      И тем не менее ситуация зависла.
      И тогда танки вошли в город. Кто отдал приказ, я знаю, этот человек служит и сейчас. К ФСК это не имело никакого отношения. Вербовку парней, что были направлены в Чечню, осуществляли представители команды Автурханова.
      Операция готовилась плохо. Из трех населенных пунктов - Черноречья (Гантамиров), Лабазанов и Хасбулатов из Толстой-Юрта и Автурханов и Хаджиев из Первомайского должны были войти в Грозный. Гантамиров повел себя странно. Он вошел в город и вышел.
      Хасбулатов посчитал, что главным в этой ситуации должен быть он. Замминнаца сидел в Моздоке и постоянно вел перепалку с Савостьяновым. Из Толстой-Юрта так и не пошли люди Лабазанова, их было человек 700-800. Город они бы вычистили.
      Пошли только Автурханов с Хаджиевым.
      Дудаев бежал, сбежала большая часть оппозиции, город был взят. Но вместо того чтобы наводить порядок, устанавливать комендантские посты, блокировать основные улицы, Умар Автурханов зачем-то собрал всех своих командиров в Доме политпросвета рядом с ДГБ, начал проводить совещание и вместо совещания получил огневой удар. Были блокированы и наши танкисты.
      Зачем вообще ввели танки в город, я не понимаю. Танки надо было ставить на окраине и не выпускать оттуда бандитов. А если что - поддержать уходящие силы в случае неудачи.
      Два дня город держали. Хаджиев и Автурханов официально обратились к президенту с просьбой оказать помощь федеральными войсками. Два дня танкисты вместе с остатками сил Автурханова отстреливались. Два дня федеральные силы хранили молчание.
      Я тогда дважды звонил президенту. Борис Николаевич отозвался: "Да, да, надо принимать решение". Затем шли доклады других военных, которые говорили, что Степашин не владеет обстановкой и нечего нам в Грозном делать. В первый раз я столкнулся с элементами так называемой ревности. Вы знаете, что произошло через два дня, - погибло 6 танкистов, остальные были взяты в плен".
      Все свалили на Степашина...
      Первомайский дневник От первого лица
      Возможно, кому-то покажется неуместным появление этого дневника на страницах книги, но я убежден, что без собственных ощущений невозможно осмыслить явление в целом.
      Любые записи, сделанные по горячим следам, грешат неточностями, и это понятно. Человеческая память фиксирует и держит то, что в определенный момент казалось существенным и если и не было главным, то уж точно ярким и запоминающимся. Со временем это, на первый взгляд, яркое уходит и проявляются новые, более точные детали, подтвержденные фактами, документами, свидетельствами.
      Именно поэтому изложение того, что увидел, услышал и смог прочувствовать, необходимо предварить кратким комментарием. Все, что хочется рассказать, - это только малая толика того, что было на самом деле. Что-то будет скорректировано в процессе тщательного расследования (надеюсь, что оно будет доведено до конца), что-то будет опровергнуто другими очевидцами, что-то будет подано под другим углом зрения. Так что "пророков нет в Отечестве моем". Мне же остается только заправить чистый лист бумаги в машинку и рассказать о том, что видел и узнал.
      * * *
      Почему-то мне всегда казалось, что мои первые записи после отставки должны начаться с фразы: "Сегодня я сдал удостоверение, попрощавшись с прапорщиком на вахте, вышел на Лубянскую площадь. Я стал вольным, как птица".
      Пернатым ощутить себя не пришлось.
      Впрочем, вольным тоже. Да и удостоверение на вахте я сдал много лет спустя. Но те дни воспринимались как то, что определяется - "последний раз".
      На cамом деле все оказалось проще и будничнее.
      Прибыв в штаб операции по освобожению заложников в Первомайском, расположенном в двух километрах от поселка, я увидел озабоченные лица помощников директора... Один из них отозвал меня в сторону и заговорщицким тоном известил: "Понимаешь, вчера Михаил Иванович разговаривал с президентом, который выразил неудовольствие твоей работой. Не знаю, о чем они говорили пятнадцать минут, но шеф приказал написать приказ о твоем отстранении от должности "за провал информационного обеспечения операции". Он приказал передать тебе, чтобы ты убыл в Москву. Деньги есть?"
      Так... Информационное обеспечение оказалось важнее самой операции, а моя персона была удостоена внимания САМОГО ПРЕЗИДЕНТА. Пока мы думали о том, как бы в ночной неразберихе, в грязи и холоде, под непонятно откуда ведущимся огнем не угодить под пулю, на самом ВЫСОКОМ уровне обсуждалась моя персона. Впрочем, некоторые предпосылки утра стрелецкой казни были. Еще до прилета Барсукова и Куликова из Москвы пришла драконовская телеграмма. Суть: руководители операции проявляют медлительность и нерасторопность, необходимо форсировать ситуацию. Для пущей важности в конце была приписка: "Прибытие нас на место будет означать отставку всех руководителей операции от занимаемых должностей". Вот так. Простенько и со вкусом.
      Правда, ни к каким руководителям я себя не относил. Но все же...
      Черт его знает, может, через десять дней в поле без воды, мыла и бритвы, в башмаках с пудом глины на подошвах, в грязном камуфляже, который стал второй кожей, в черной шапочке-маске с прорезями для глаз, питаясь раз в сутки, приобретается некий иммунитет, позволяющий спокойно реагировать на общественно-политические раздражители.
      Наиболее красочно мою отставку мог бы прокомментировать сам президент, который образно рассказывал о работе снайпера: "Ведет, ведет, ведет снайпер противника. Куда тот, туда и снайпер. Ведет и - БАЦ!" - удар ладонью по сжатому кулаку. Короче, "злая пуля осетина его во мраке догнала".
      Как бы то ни было, вольным, как птица, я себя не ощутил, но и продуктом распада, дрейфующим в проруби, не почувствовал.
      Мне было приятно, что я побывал среди сильных и мужественных людей, видел настоящую, а не показную храбрость, видел человеческие, подчас трогательные взаимоотношения людей.
      И это было главным.
      Главным было и то, что позже многие с возмущением говорили о несправедливости, о предательстве, о том, что все видевшие репортажи из Первомайского понимали, что произошло. И почему именно генерал Михайлов оказался крайним.
      Впрочем, отдельные "аналогопатомы" от журналистики оттянулись по этому поводу вволю. Я их понимаю. Маленький рост даже при некотором таланте - недостаток для личности амбициозной и тщеславной весьма существенный. Правда, после своей отставки газеты читал мало.
      Мнение "команды" шефа меня тоже интересовало мало. Каждый приходит со своей командой. Новый директор пришел в ведомство со своей командой...
      Похоронной.
      С ней и ушел, не прожив в ведомстве и пяти месяцев после ситуации в Первомайском.
      Безусловно, невозможно уйти и от анализа причин, которые привели нас к столь драматичной ситуации, без оценки тех, кто были главными действующими лицами, без попытки разобраться в причинно-следственных связях.
      * * *
      Телефон, как всегда, звонит не вовремя. Кофе ещё не прогнал остатки сна, одна щека выбрита, и я старательно скоблю вторую. Дежурный уже не по-утреннему бодр. "Александр Георгиевич, - второй Буденновск. Бандиты захватили здание больницы в Кизляре".
      Поверить в такое ранним утром невозможно. Полгода назад страна пережила шок. Еще бы! В мировой практике терроризма такого не бывало, чтобы среди бела дня и летней ночи несколько КамАЗов с вооруженными людьми прошли через весь Ставропольский край и захватили огромную больницу с женщинами, детьми, стариками, да ещё согнали в неё народ, находившийся на рынке.
      Никогда ещё в мировой практике политики и дипломатии, не говоря уже об антитеррористических операциях, не было, чтобы премьер великой страны, на глазах всего народа, разговаривал по телефону с бандитом № 1, унижался, заискивал, теряя лицо и авторитет. После этого разговора в одночасье слетели верхушка силовиков и мой бывший шеф и товарищ Сергей Степашин человек, единственный подавший рапорт об отставке в связи с этим вселенским позором. Героев не было. Антигероями стали двое - Басаев и Черномырдин. Правда, ни тот, ни другой себя таковыми не считали. Басаева в наших кругах прозвали "гинеколог", как специалиста по захвату рожениц, а премьер так и остался для всех ЧВСом.
      А с ЧВСа что взять? И что о нем можно сказать? Он ясен и прозрачен. А вот о Басаеве, который стал "крестным отцом" чеченского терроризма, поговорить просто необходимо.
      * * *
      Только страна оклемалась от буденновского позора и человеческого горя, как "все опять повторилось сначала".
      Казалось, что это неточная информация, что сейчас, когда я приеду в контору, поступят новые сведения и опровергнут трагедию.
      А в это время...1
      "В декабре 1995 года штаб полевого командира незаконного вооруженного формирования Радуева приступил к планированию террористической акции по захвату одного из российских городов, которым был избран Кизляр, с целью оказания давления на федеральные органы власти по выводу войск из Чечни.
      Для исполнения преступного замысла командиры незаконных вооруженных формирований Исрапилов, Атгериев и другие в первых числах января 1996 года приступили к сбору боевиков, проживающих в прилегающих к городу Новогрозненскому сел и поселков для образования банды. Основным местом сбора стало село Гребенское, расположенное примерно в 60 км от города Кизляра, куда боевики доставлялись автотранспортом из поселка Новогрозненского и села Аллерой с 3 по 8 января 1996 года".
      Информация о намерениях чеченских бандитов совершить ряд диверсионных акций на территории России в специальные службы поступала неоднократно. Более того, создавалось впечатление, что подобными заявлениями бандиты стараются усыпить бдительность правоохранительных органов, заставить их действовать на негодном объекте, а удар нанести в другом месте. Или, напротив, многократно, с упорством маньяков называть одно и то же место, заставляя проверять и перепроверять информацию, а когда внимание притупится, нанести удар. И тем не менее...
      "В селе Гребенском Шелковского района Чеченской Республики, контролируемом чеченскими незаконными формированиями, 8 января завершился сбор отрядов, желающих принять участие в бандитской акции.
      Численность образовавшейся банды составила свыше 200 человек, среди которых были 7 наемников-арабов и 6 женщин-чеченок, точный численный и поименный состав банды установить следствию не представилось возможным.
      Боевики были вооружены современным автоматическим стрелковым оружием (автоматами АКМ, АК-74, пулеметами РПК, ПКТ, НСВТ, снайперскими винтовками СВД), гранатометами различных систем, минометами, самодельными пусковыми установками для пуска ракет "С-8", средствами противовоздушной обороны, современными средствами связи.
      Членам банды Салман Радуев объявил о выступлении на один из российских городов, скрывая, что террористическая акция будет осуществлена в городе Кизляре.
      В ночь на 9 января 1996 года банда не менее чем на 6 автобусах и 2 грузовых автомобилях, скрытно объезжая блокпосты федеральных войск, выехала в район села Бороздиновского, расположенного на территории Шелковского района в 50 км от села Гребенского.
      Не доезжая села Бороздиновского, расположенного в 10 км от города Кизляра, колонна боевиков углубилась в лесной массив и по неохраняемой грунтовой дороге двинулась в сторону города Кизляра, а затем оставила машины, кроме ЗИЛ-131 с оружием и боеприпасами, и пешим маршем проникла на территорию Республики Дагестан. Основная часть банды по лесной дороге вышла к автотрассе "Кавказ" в районе моста через реку Старый Терек и затем к шлюзам Копайского гидроузла, где захватила работника гидроузла Н. и, используя его, под угрозой применения оружия, в качестве проводника, перешла по автомобильному мосту на правый берег реки, где, разделившись на 6 групп, вошла в город Кизляр.
      Каждой из групп была поставлена определенная задача. Так, одной из групп предписывалось захватить больницу и заложников с целью выдвижения политических требований о выводе федеральных войск с территории Чеченской Республики и в дальнейшем - для обеспечения беспрепятственного под их прикрытием выезда назад после совершения террористического акта. Следующей группе ставилась задача уничтожения боевых вертолетов и иной боевой техники на аэродроме, двум другим - уничтожение войсковой части, расположенной в микрорайоне "Черемушки".
      Оставшаяся часть банды, количественный и поименный состав которой не установлен, вместе с автомашиной ЗИЛ-131, груженной оружием и боеприпасами, после ухода основных сил банды, по лесной дороге выехала к автотрассе "Кавказ" и остановилась у моста через реку Старый Терек из-за поломки автомашины.
      В пятом часу утра эти боевики, прицельным выстрелом из автомата разбив лобовое стекло, остановили автобус ПАЗ под управлением жителя поселка Рыбалко Кизлярского района Т., водителя избили прикладами и захватили в заложники.
      Через несколько минут они же, угрожая оружием, остановили проезжавший со стороны поста "Кизляр-кольцевая" автомобиль КамАЗ с двумя пассажирами, которых под угрозой оружия заставили перейти в салон автобуса, захватив в заложники.
      Другие боевики из этой же группы на объездной дороге к городу Кизляру под угрозой оружия остановили автомашину ГАЗ-53 и, высадив водителя и пассажира, захватили их в качестве заложников. Несколько бандитов на этой автомашине вернулись к мосту, где уже была закончена перегрузка оружия и боеприпасов из автомашины ЗИЛ-131 в кузов КамАЗа.
      Образовавшаяся из захваченных автомашин ПАЗ, ГАЗ и КамАЗ под управлением шоферов-заложников и боевика и на двух неустановленных следствием автомашинах "жигули" колонна с боевиками и заложниками около 5 часов утра беспрепятственно проехала по объездной дороге к городу Кизляру мимо контрольного милицейского поста (КМП) "Лесной".
      Около 5 часов утра 9 января 1996 года по общему сигналу одновременно все шесть групп приступили к выполнению бандитской акции.
      Группе, осуществляющей захват территориального медицинского объединения, было оказано вооруженное сопротивление со стороны дежуривших в нем работников милиции. В завязавшейся перестрелке был убит А.А. Сикачев. Ромащенко П.А., убивший одного из боевиков и ранивший другого, во время захвата больницы был ранен, бандитами облит спиртом, подожжен и спустя некоторое время убит ими выстрелами из автомата. Бандитами расстрелян и Детистов А.В.
      В результате захвата больничного комплекса с больными в количестве 326 человек и обслуживающим их медицинским персоналом в количестве 64 человек в заложниках у боевиков оказалось 390 человек. Спустя некоторое время на захваченных ранее автомашинах подъехала часть боевиков, прошедших КМП "Лесной", которые выгрузили из КамАЗа и занесли в здание больницы оружие и боеприпасы, а водители этих машин и их пассажиры удерживались в ней боевиками в качестве заложников до утра 10 января 1996 года.
      В это же время две другие группы боевиков с целью захвата заложников врывались в квартиры и частные дома граждан, сопровождая свои действия беспорядочной стрельбой, от которой гибли люди, выгоняли жителей на улицу и, под угрозой применения оружия, сгоняли их в больницу. Так, выстрелами через двери были убиты Абдурашидова З.А., этого же дома Гришова Г.М., Алиев М.М., Ус В.А. При оказании сопротивления боевикам у себя в ограде был убит Авакян О.Е. На улице Победы при различных обстоятельствах боевиками убиты Бутаев Г.Т., Верстуков Ю.Н., Джалилов Н., Магомедов Д.А., Магомедов М.П., Юзбашев Л.А., Дудкин А.П., Собгайда В.Б., на улице Махачкалинской - Мурадов Н.К., Чаринов А.М., Штельман А.Ю., Юсупова П.О. На улицах Островского, Осипенко и Шевченко, прилегающих к ул. Победы, убиты Косенко В.А., Магомедов И.М. и Халитбеков Х.М., на ул. 40 лет Дагестана - Пафликов Ф.Е. В своих автомашинах на мосту через реку Старый Терек убиты Абдулмажидов А.М. и Мухтаров М.З. Пассажиры Мухтарова Алиев К. и Умаханов Г. ранены. 10 января в результате взрыва мины, установленной в здании больничного комплекса, погиб Максудов Ш.Ш.
      При исполнении служебных обязанностей во время следования на вызов по тревоге и при вытеснении боевиков из жилого массива погибли сотрудники милиции Егоров Е.А., Майбовкунов Ю.С., Серкеров Э.Б., Богачев В.И.
      При следовании на работу, рынок и иных обстоятельствах, во время захвата заложников боевиками 50 гражданам причинены телесные повреждения различной степени тяжести, 31 из них - в результате пулевых ранений.
      В здание больничного комплекса до 10 часов утра из жилых домов, с улиц бандитами было согнано свыше 1800 человек, в большинстве своем женщин и детей, которых они объявили заложниками. Общее число установленных и удерживаемых боевиками заложников составило около 2200 человек, из которых свыше 600 - несовершеннолетние.
      Удерживая больницу, бандиты заминировали здание больничного комплекса, на ближайших домах расположили снайперов, тем самым заблокировали жилой микрорайон "Черемушки".
      В процессе захвата у заложников отбирали автотранспорт, а имущество граждан, предприятий и организаций подвергали уничтожению, разграблению.
      Одна из групп, численностью не менее 15 человек, скрытно подошла к территории аэродрома и совершила нападение на караул, охранявший его, открыв огонь по часовым и территории аэродрома из автоматического оружия и гранатометов. Личный состав караула для отражения атакующих открыл огонь из штатного оружия. В ходе боя боевикам удалось поджечь 2 военных вертолета МИ-8 из 3, незначительные повреждения получил бензозаправщик.
      Бой продолжался около 40 минут, и в результате активного сопротивления со стороны караула боевики были вынуждены отойти. Из состава караула был ранен рядовой Ходенев М.К.
      Число убитых и раненых боевиков не установлено.
      В 9 час. 15 мин. 9 января 1996 года на территорию аэродрома была произведена высадка десанта подразделения специального назначения, около 40 человек под руководством генерал-майора Ефремова. В ходе десантирования и по его завершении подразделение было подвергнуто массированному обстрелу боевиков со стороны котельной Кизлярского электромеханического завода. Подразделение при этом потерь не имело.
      Две другие группы боевиков совершили нападение на жилой городок войсковой части, открыв прицельный перекрестный огонь из автоматического стрелкового оружия и гранатометов. Внутренний караул и личный состав части по команде командира 6-й тактической группировки ВВ МВД РФ полковника Ершова А.С. открыли ответный огонь по нападавшим. Боевики вели огонь с крыш и окон близлежащих домов, помещений рынка, швейной фабрики, средней школы № 7 и других высотных зданий.
      Боевики из движущихся захваченных 2 автомашин ВАЗ и ГАЗ, в период с 6 час. 30 мин. до 8 час. 30 мин. вели прицельные обстрелы территории части. Ответным огнем машины были повреждены, 5 боевиков убиты и 4 ранены.
      При захвате заложников и конвоировании их боевиками мимо профилактория "Терек" последние открыли огонь из автоматического оружия и гранатометов по пролетавшим над ними 2 военным вертолетам МИ-8. Из здания профилактория по боевикам был открыт огонь работниками ГОУ ГУОШ МВД РФ и военнослужащими части. Через 15-20 минут другая группа численностью до 25 боевиков, которая сопровождала до 30 заложников, проследовала мимо профилактория.
      Воспользовавшись тем, что боевики шли отдельно от заложников, из профилактория по боевикам был открыт огонь. В результате 40-минутной перестрелки один из боевиков был убит, несколько из них ранены. Около 12 часов боевики предприняли попытку занять профилакторий, но, встретив упорное сопротивление со стороны работников ГУОШ и военнослужащих, были вынуждены отказаться от нее.
      Около 12 часов этого же дня по распоряжению генерала Ефремова были созданы штурмовые группы, задачей которых было блокирование банды в помещении больницы со стороны ул. Победы. В районе школы № 7 группа, возглавляемая лейтенантом Орловым, попала под сильный обстрел. Бой продолжался до 16 часов, в ходе которого погиб рядовой Филяев и 4 военнослужащих получили ранения различной степени тяжести.
      Около 16 часов с территории аэродрома на БТР-80 выехала группа в составе 10 военнослужащих специального назначения под командованием полковника Собокаря О.М. для разведки. В районе больницы группа подверглась нападению боевиков, БТР был поврежден, и 9 военнослужащих получили огнестрельные ранения различной степени тяжести, полковник Собокарь от полученного ранения скончался.
      В течение дня и ночи 9-10 января военнослужащие федеральных войск, сотрудники милиции неоднократно попадали под огонь боевиков. Потери среди военнослужащих в городе Кизляре составили 2 убитых и 17 раненых, получивших телесные повреждения различной степени тяжести. Из числа сотрудников МВД Республики Дагестан и ГУОШ МВД РФ погибли 7 человек, ранены 22 и 3 получили телесные повреждения различной степени тяжести. Общее количество убитых 33 человека, получивших огнестрельные ранения - 58 человек, иные телесные повреждения различной степени тяжести - 34 человека.
      Во второй половине дня 9 января 1996 года командование подразделениями Министерства обороны в городе Кизляре принял на себя командующий 58-й армией Трошев Г.Н.".
      Вылет с Чкаловского в одиннадцать часов. Едем колонной: с сопровождением легче пробиваться через город. Благими намерениями вымощена дорога в аэропорт. Война войной, а в бухгалтерии обед. И что бы ни случилось, окошечко откроется вовремя. Оперативники чертыхаются, но ничего сделать нельзя... Да и ситуация требует уточнения. Мы же с моим другом и коллегой Михаилом Абросимовым решаем двигаться в сторону Чкаловского одни. У первого подъезда на Лубянке бросаем в открытый багажник бронежилеты, каски, автоматы. Среди яркого солнечного дня это выглядит нелепо. Прохожие с удивлением смотрят на нас.
      "А, бог с ним!" - и вытаскиваем все на асфальт. Коллеги подхватывают и, пожимая плечами, уносят.
      Продраться сквозь поток машин в самый разгар дня сложно. Водитель бросает "Волгу" из правого в левый ряд. Сигналит, громко ругается, но задачу решает. Переулки, улочки, дворы. На Щелковском шоссе попроще. Но и здесь поток идет в два ряда, периодически утыкаемся в кузова неспешно пыхтящих грузовиков.
      Сзади нас догоняет синий проблесковый маячок оперативной машины. Она кричит, гудит и крякает, разгоняя поток. За ней и пристраиваемся.
      На поле аэродрома видим знакомые лица. Бойцы спецподразделений обнимаются как братья. Грозный, Бамут, Аргун, Буденновск породнили многих. Летят "Альфа", московский СОБР, другие группы. Среди собровцев генерал-майор Александр Карташов. С 83-го года он работает в ГУВД области. До этого был начальником отдела Московского управления КГБ. Сильный оперативник, настоящий офицер. В милицию попал по андроповскому призыву. Работал заместителем начальника уголовного розыска областной милиции. Когда кончился срок, пытался вернуться в ЧК. Однако... Не все просто было во взаимоотношениях органов госбезопасности и милиции. Когда он находился в стадии оформления, пришла анонимка. Ей в КГБ поверили. Предложили уволиться... Но, справедливости ради, отметим, что в МВД профессионалов ценят, а на анонимки внимания обращают меньше. Предложили остаться. Он это предложение принял. Дошел до больших милицейских высот.
      О прошлом вспоминать не любит...
      Сейчас он летит во главе боевого подразделения, а через несколько дней лично поведет бойцов в атаку.
      Под тяжелыми башмаками альфовцев скрипит и прогибается трап, и даже самолет, кажется, приседает от загружаемой в него тяжести: патронные ящики, мины, гранаты, средства связи и индивидуальной защиты.
      Внутри самолета пройти можно с большим трудом. Шкафы из "Альфы" еле умещаются в салоне, не приспособленном для такого количества здоровенных мужиков. Нервы как канаты. Все поголовно спят. Принцип, усвоенный издавна. Если есть возможность соснуть или поесть - используй её без раздумий. Может, потом это удастся не скоро.
      Так и оказалось.
      Пока кто-то дремлет, в первом салоне разброшена на столике схема больницы в Кизляре. По лицам руководителей операции вижу, что ничего хорошего нас не ожидает.
      Прозвучало имя Радуева.
      * * *
      На летном поле аэропорта Махачкалы уже стояли автобусы. "Икарусы", "пазики". Несколько КамАЗов были поданы под загрузку вооружения. Но люди все прибывали и прибывали, и их число превысило количество посадочных мест. Потребовался дополнительный транспорт.
      Погрузив скарб и с трудом распихавшись по автобусам, выдвигаемся на площадь Ленина (!). Там на ограниченном пространстве находится Госсовет Дагестана, МВД, правительство и наше управление Федеральной службы безопасности - вся наличная власть Дагестана.
      * * *
      В кабинете начальника управления ФСБ "штабные" склонились над схемой. Ситуация сложнейшая. Больница окружена высоким забором. Вокруг неё этажные здания, явно со снайперскими гнездами. Первый этаж зданий больницы заминирован. Число террористов, их расположение в реальном масштабе времени требует уточнения. Не меньшие проблемы с заложниками. Их число называют по-разному: то ли две, то ли три тысячи. Сколько больных? Эта информация может быть только в самой больнице. Существует приблизительная цифра, но...

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17