Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Изгнанники в плиоцен (№1) - Многоцветная Земля

ModernLib.Net / Героическая фантастика / Мэй Джулиан / Многоцветная Земля - Чтение (стр. 23)
Автор: Мэй Джулиан
Жанр: Героическая фантастика
Серия: Изгнанники в плиоцен

 

 


— Ладно, такой шанс нам едва ли представится, — отмахнулась Фелиция. — Так каким же способом вы намерены их укокошить?

— План непростой и включает в себя несколько этапов. На первом требуется участие фирвулагов, а наш союз не слишком надежен. И все же при поддержке маленького народа мы надеемся захватить Финию. Это стратегически важный центр, и расположен он в естественной изоляции от других густонаселенных городов тану. В его окрестностях находится известное месторождение бария. Рудокопы-рамапитеки с большими трудностями извлекают элемент из очень бедной руды. А без бария нельзя сделать ни один торквес. Если мы, разрушив шахту, перекроем его поставки, то вся экономика тану будет подорвана.

— Ну, эта бомба чересчур замедленного действия, — подал голос Ричард. — У них, поди, запасы есть.

— Я же сказала, дело сложное, — раздраженно откликнулась мадам. — Еще надо найти способ прекратить другие поставки — человеческого сырья. Ведь именно с приходом человечества в плиоцен тану захватили власть в Изгнании. Прежде между тану и фирвулагами существовало равновесие сил, но вмешалась я, и оно было нарушено.

— Понял, — заговорщицки подмигнул Ричард. — Фирвулаги помогают вашей шайке, надеясь вернуть добрые старые времена. А едва достигнут своей цели, всем скопом обрушатся на людей, может такое быть?

— Во всяком случае, такую возможность нельзя сбрасывать со счетов, — тихо проронила мадам.

Ричард лишь иронически хмыкнул.

— Но это еще не весь план, — добавил Луговой Жаворонок. — И не надо насмехаться, пока не услышите все до конца. Из Финии мы переместимся на юг, в столи…

Он запнулся на полуслове из-за дикого рева кошки.

Все обернулись к выходу. В проеме возникла низкорослая фигура в мокром и грязном плаще. Островерхая шляпа сбилась пришельцу на одно ухо. Он улыбнулся всей честной компании; зубы и глаза были единственными яркими пятнами на заляпанном грязью лице.

— Деревянная Нога! — воскликнул Бурке. — Черт возьми, откуда ты вылез?

— Пришлось пробираться ползком. Охотничьи собаки взяли мой след.

Пока он подсаживался к огню, мадам шепнула:

— Ни слова о железе.

Росту в пришельце было метра полтора, грудь колесом, лицо розовощекое и длинноносое, что обнаружилось, как только он обтер с него грязь. У него не было одной ноги по колено, но на деревянном протезе, казалось, он передвигается еще ловчей. Он обтер деревяшку мокрой тряпкой, и все увидели искусно вырезанных на ней аспидов, ласок и других тварей, в глазах у них поблескивали драгоценные камни.

— Какие новости? — спросил Бурке.

— Они все еще здесь, если тебя это волнует, — отозвался одноногий.

Он принялся с аппетитом есть, прихлебывая горячее вино из кружки и не умолкая ни на минуту.

— Мы с ребятами сняли большой отряд на Онионе. Большинство перебили, а остатки, поджав хвост, кинулись обратно к папаше Велтейну. Самого нигде не видно, благодарение Тэ. Видать, боится подмочить свои алмазные доспехи. Отряд-то мы заделали, а ихние собаки стали меня травить — хороший переплет, доложу я вам. И затравили бы как пить дать, нюх-то у них ого-го, но, к счастью, мне попалось уютное вонючее болото и я там отлеживался, покуда им не наскучило ждать.

Коротышка протянул монахине осушенную кружку. Кошка Амери не спешила подходить к хозяйке, хотя та прищелкнула пальцами — на такой знак животное всегда откликалось. Но теперь горящие зеленые глаза так и следовали за Деревянной Ногой из-за груды рюкзаков, сваленных возле малого костра; при этом кошка продолжала издавать какие-то неестественно визгливые звуки.

— Позволь представить тебе наших новых друзей, Фитхарн, — любезно проговорила мадам. — Ты их уже видел. Достопочтенная сестра Амери, профессор Клод, капитан Ричард и… Фелиция.

— Да осенит вас Богиня своей милостью, — отозвался недоросток. — Я — Фитхарн. Но вы можете называть меня Деревянная Нога.

— Господи Иисусе! — задохнулся Ричард. — Так ты фирвулаг?

Одноногий засмеялся. И вдруг на месте коротышки над костром взвилось дьявольское видение с длинными жуткими щупальцами, красными щелочками глаз и пастью, полной акульих клыков, откуда сочилась зловонная слюна.

Вой маленькой кошки стал душераздирающим. Чудовище исчезло, а Деревянная Нога снова сидел у огня, невозмутимо потягивая вино.

— Впечатляет, — заметила Фелиция. — А что ты еще умеешь?

Глаза фирвулага блеснули.

— У каждого из нас свой любимый образ, малютка. Зрительные видения — это для нас просто так, детские игрушки.

— Ну да, — фыркнула девушка. — Но, видно, на мопсов твои чары не действуют, раз тебе пришлось отсиживаться в болоте.

Гуманоид вздохнул.

— Поганые твари. Еще мы опасаемся гиен, но их по крайней мере враг не может приручить.

— Я умею обуздывать собак, — убежденно заявила Фелиция. — Будь у меня золотой торквес, я помогла бы вам выиграть войну. Может, дадите мне такой же, как у мадам?

— Сперва заслужи, — сказал Фитхарн и облизнулся.

Фелиция сжала кулаки. Выдавила из себя улыбку.

— Боитесь, как бы я не повернула свою силу против вас? Так этого не будет, клянусь!

— Чем докажешь?

— Чтоб тебя! — Она кинулась к коротышке, ее кукольное личико исказилось яростью. — Чем я могу доказать?!

— Фелиция, держи себя в руках, — вмешалась мадам. — Сядь.

Фитхарн вытянул свою деревяшку и простонал:

— О-ох, подложите дров в огонь! До костей продрог, вроде бы и деревянная, а мозжит, как настоящая!

— У меня есть одно средство, — сказала Амери. — Не знаю, как оно подействует на иную протоплазму, но можно попробовать…

Он кивнул и с улыбкой подставил ей культю. Монахиня поколдовала над ней немного, и гуманоид воскликнул:

— И правда лучше! Да благословит тебя Тэ, сестра!

— Вот-вот. Наши организмы ближе, чем ты думаешь.

Карлик пожал плечами и уставился в кружку.

— Перед твоим приходом, — обратилась к нему мадам, — я посвящала новичков в детали нашего плана. Ты подоспел как раз вовремя. Расскажи им, пожалуйста, легенду о могиле Корабля.

Кружку гуманоида вновь наполнили вином.

— Ладно. Садитесь поближе и слушайте. Это рассказ Бреды, а мне его поведал дед, который уж пятьсот годов, как перекочевал в темное лоно Богини и пребудет там до великого возрождения, когда сестры Тэ и Тана сольются воедино, а фирвулаги и тану прекратят сражаться меж собой и заключат вечное Перемирие…

Фитхарн долго молчал. Прихлебывал из кружки, щурясь, оттого что горячий винный пар щипал ему глаза. Наконец сделал последний глоток, обхватил руками колени и заговорил напевным голосом:

— Когда Корабль Бреды, по воле Тэ, доставил нас в объятия Земли, иссякли силы сердца и ума, и умер он, чтоб все мы жить могли. На крыльях серебристых звездных птиц два племени покинули Корабль и затянули песню — друг с врагом — последний плач над прахом Корабля. И зрели мы, как охватил огонь земную глубь и весь небесный свод. При виде тех предсмертных страшных мук кромешной тьмой окуталась Земля.

И задымились реки и моря, и напряженный воздух задрожал. И гром по миру прокатился вдруг, обрушив горы, выкосив леса. Никто не уцелел на той тропе, лишь мы смотрели в скорби до конца. Корабль испустил последний вздох, и тело исполинское его вмиг прорубило брешь в земной коре, душа же к горним высям вознеслась. И долго не могли залить огня дожди и реки горьких вдовьих слез.

Пейлол, Кланино, Йочи и Медор, и Мудрый Кузарн, и Свирепый Шарн, Тагдал, Боанда, Мейвар, Дионкет, Луганн Сиятельный, Отважный Лейр — все витязи прославленных племен отправились искать себе жилье. И ни один тану иль фирвулаг царящий мир нарушить не посмел. Тану всегда боготворили свет и потому пристанищем своим избрали город многоцветных зорь. А мы для Цитадели предпочли туманами окутанный утес. Затем два воинства опять сошлись, чтобы исполнить свой последний долг и освятить могилу Корабля.

И обратив к востоку наших птиц, мы взмыли ввысь и опустили их у края чаши сжиженных небес, где с берега — другого не видать. И надо всем вокруг нависла тишь — пред первой схваткой, первой на Земле, в которой бился грозный фирвулаг с сиятельным воителем тану. Свирепый Шарн размахивал Мечом, рука Луганна стиснула Копье. И целый месяц длился тот турнир, пока доспехи не зажглись огнем, и птицы не попадали с ветвей, и у зевак не вытекли глаза.

И наконец Шарн храбрый изнемог. И рухнул наземь, тяжко застонав, но даже в роковой предсмертный миг оружие не выпустил из рук. От пламени Луганнова Копья вскипела чаша пенною волной, из скал фонтаном брызнула вода, а искры серебрящейся росы смешались со слезами на глазах. Луганна и Копье народ решил оставить у могилы Корабля. Но перед тем как все мы разбрелись, над миром снова песня вознеслась в честь Корабля и рыцаря того, который, славою себя покрыв, ушел за ним в целительную тьму, дабы, хранимый сенью божества, дождаться дня, когда забрезжит свет…

Фирвулаг поднял наполненную кружку и осушил ее. Затем сцепил пальцы, похрустывая суставами, и вперил загадочный взгляд в сидящую напротив Фелицию.

— В этом сказании, — заговорила мадам, — есть для нас бесценная информация. Вы обратили внимание на летательные аппараты? Наверняка это очень мощные машины, коль скоро они смогли покинуть Корабль до того, как он сгорел в плотных слоях атмосферы. Раз в межгалактическом организме предусмотрена герметическая упаковка для всех пассажиров, значит, эти мелкие аппараты едва ли оснащены обыкновенными двигателями. Бьюсь об заклад, они работают на магнитно-гравитационной тяге, подобно нашим сублимационным космическим кораблям. А если так…

— То они скорее всего на ходу! — вылупил глаза Ричард. — Деревянная Нога говорил, что они «разбрелись», ушли от могилы пешком, стало быть, аппараты все еще там… Чтоб я сдох!

— Где они?! — в один голос с ним завопила Фелиция. — Где эта могила?

— У нас не принято навещать могилы, — ответил фирвулаг. — Мы хороним своих умерших в укромных местах, чтобы враг или прохожий не потревожил праха и не украл погребальных даров. И постепенно место захоронения стирается из памяти даже самых близких покойного.

— Странный обычай, — скривился Ричард.

— Так ты не знаешь, где находится могила Корабля?! — простонала Фелиция.

— Это было тысячу лет назад, — ответил коротышка.

Ричард в сердцах отшвырнул черпак.

— Но, черт возьми, кратер же не какая-нибудь норка! Как ты сказал?.. «У края чаши сжиженных небес, где с берега — другого не видать?» И он расположен к востоку от Финии.

— Думаешь, мы не искали? — с горечью проговорила мадам. — Три года назад я услышала сказание, и во многом благодаря ему у меня в душе созрел план. С тех пор мы несколько раз снаряжали экспедиции на поиски могилы. Но понимаешь, Ричард, надо учитывать особенности здешнего ландшафта. К востоку от Рейна лежит Шварцвальд — в нашем представлении это живописный парк, где полно туристов и на каждом углу продают часы с кукушкой. Л плиоценовый массив гораздо шире и выше. Кроме того, на отдельных участках промышляют les Criards — пресловутые ревуны.

— Знаешь, кто они? — с усмешкой проговорил Фитхарн. — Дерзкое племя, такое же, как мы, но не такое, как вы. Ни королю Йочи, ни кому другому ревуны не позволяют диктовать им, кто их враги.

— Центральную часть Шварцвальда, севернее Финии, мы в основном обследовали, — продолжала мадам. — При том, что нам помогали Фитхарн и друзья-фирвулаги, предприятие было очень опасным. Десять человек убиты, трое сошли с ума, пятеро бесследно исчезли.

— Да и мы кое-кого недосчитались, — добавил одноногий. — Помогать людям вредно для здоровья.

— Километрах в пятидесяти от Шварцвальда начинается Швабский Альб, — объяснила француженка. — Там в пещерах обитают чудовищные гиены. Даже мутанты-ревуны и те опасаются встречи с ними, хотя, по слухам, живут по соседству, в окруженных со всех сторон горами долинах. Могила Корабля, видимо, находится именно в тех негостеприимных краях.

— На летательных аппаратах и оружие есть? — поинтересовалась Фелиция.

— Только Копье, — ответил фирвулаг Фитхарн, глядя в огонь. — Но если вы сумеете его заполучить, другого оружия вам и не понадобится.

— Так ведь Копье принадлежит парню по имени Луганн — победителю турнира, — заметил Ричард.

— Ты что, не понял? — удивилась мадам. — Ему оказали честь принести себя в жертву. Сиятельный Луганн, герой тану, приподнял забрало и получил промеж глаз своим же Копьем. Тело и оружие остались возле кратера.

— А нам-то что делать с этим Копьем? — недоумевал Ричард.

— Копье не простое, — тихо пояснил Фитхарн. — И Меч Свирепого Шарна, нашего погибшего героя, который наглец Ноданн уже сорок лет держит у себя в Гории, тоже не простой.

— Видишь ли, — сказала мадам, — покидая свою галактику, гуманоиды захватили с собой два фотонных оружия — чтобы обороняться в случае преследования, а позже использовать их как трофеи в ритуальной войне.

— Таким трофеем служит лишь Меч, — уточнил вождь Бурке. — Он находится во дворце Ноданна, потому что тану сорок лет подряд одерживают победы. Ясное дело, его нам не добыть. А вот Копье — иное дело.

— Выходит, чтоб вырвать старую пукалку из рук скелета, надо топать тысячи километров, вслепую рыскать по территории, населенной людоедами и гигантскими гиенами? Тьфу! — Ричард даже сплюнул от омерзения.

— А на шее у этого скелета… золотой торквес, — мечтательно проговорила Фелиция.

— Мы найдем могилу Корабля, — заявила мадам. — Будем искать, пока не найдем.

Старый Клод кряхтя поднялся на ноги, подошел к поленнице и набрал охапку сухих дров.

— Думаю, вслепую рыскать вам больше не придется, — сказал он, швыряя поленья в пламя. Большое облако искр взметнулось в черную высь древесного ствола.

Все уставились на Клода.

— Ты знаешь, где может быть этот кратер? — спросил вождь Бурке.

— Я знаю, где он должен быть. В Европе только одно место подходит под такое описание — Рис.

Верзила с трубкой во рту стукнул себя по лбу и воскликнул:

— Der Rieskessel bei Nordlingen! note 17 Это ж надо быть такими идиотами! Ханси! Герт! Ведь нам еще в детском саду об этом рассказывали!

— Да, черт побери, — протянул его сосед.

А третий первобытный добавил:

— Помнишь, Уве, нам объясняли, что туда вроде упал метеорит?

— Могила Корабля! — возбужденно вскричала какая-то женщина. — Так это не миф, так у нас есть шанс?! Значит, мы сможем освободить человечество от проклятых ублюдков?!

— Да потише вы, ради Бога! — Мадам умоляюще сложила руки на груди. Затем обратилась к Клоду: — А ты уверен? Ты положительно уверен, что этот… этот Рис и есть могила Корабля?

Палеонтолог отломил от полена лучинку. Расчистив себе площадку на пыльном полу, он нарисовал вертикальный ряд крестиков.

— Вот Вогезы. Мы на западном склоне, где-то тут. — Он показал место, потом начертил линию, параллельную восточному краю гряды. — Здесь Рейн, он протекает по широкому каменистому плато. Финия вон там, на восточном берегу. — За городом тану появился еще ряд крестиков, — Шварцвальд пролегает с севера на юг, как и Вогезы. За Вогезами на северо-восток тянутся Юра. Вот эта линия, начинающаяся у подножия гор, — река Дунай. Она бежит на восток, вон туда, под поленницу, и впадает в лагуну Паннонии на территории Венгрии. А вот здесь…

Все приподнялись на цыпочки и затаив дыхание следили за направлением лучинки в руках старика.

—… находится Рис. К северу от Дуная, на подступах к будущему городу Нёрдлинген. Отсюда, я думаю, примерно километров триста на восток. Больше ей негде быть, вашей могиле. Она действительно представляет собой котлован двадцатипятикилометрового диаметра, самый значительный в Европе.

Вокруг Клода поднялся жуткий гомон; люди протискивались к нему, пожимали руку, наполняли кружку вином. День, начавшийся паническим бегством, заканчивался веселым пиршеством.

Не обращая внимания на шумное пиршество, мадам пошепталась с вождем Бурке и отозвала в сторонку всех путешественников из Зеленой Группы.

— Еще есть шанс добиться нашей цели в этом году. Но выступать надо немедля. Поведет нас Жаворонок. Я постараюсь локализовать ревунов и обезопасить от них экспедицию. Клод будет указывать дорогу к кратеру, а Фелиция в случае чего обезвредит диких зверей. На обратном пути, если машина и впрямь на ходу, посадим за штурвал Ричарда и полетим. Еще возьмем Марту, она способный инженер и сможет разобраться в приборах гуманоидов. А также радиотехника Штефанко. Он будет вторым пилотом и, может быть, поведет вторую машину, если мы все не уместимся в одной.

— Семеро, — подытожил вождь Бурке. — Из них двое стариков. Марта совсем слаба. С такими силами быстро двигаться мы не сможем. М-да, путешествие будет не из легких.

— По-моему, Амери тоже должна пойти, — сказала Фелиция. — Нам может понадобиться врач.

Монахиня подвигала здоровым плечом.

— Я бы с радостью, да от меня больше хлопот, чем помощи.

— Нет, ma Soeur, это исключено, — отрезала мадам, укоризненно взглянув на Фелицию. — Ты будешь полезнее здесь. Поправишь свое здоровье и людей подлечишь. Нам удалось украсть несколько упаковок с медикаментами, но мы не знаем, как с ними обращаться. У первобытных столько недугов, которые подвластны лишь профессионалу: плохо сросшиеся переломы, грибковые заболевания, различные внутренние инфекции. Когда тану покинут лес, Уве Гульденцопф и Танданори Каваи проводят тебя в Скрытые Ручьи. Поселишься в моем коттедже, там и будешь принимать больных.

— Халидхан подберет себе десяток сильных парней и отправится на рудники, — добавил Бурке. — Клод объяснит им, где искать месторождение, и в случае удачи, когда мы вернемся, у нас уже будет приличный арсенал.

— Если вернемся! — фыркнул Ричард. — Боже мой, ну почему все за меня решают?! Так вот, на меня прошу не рассчитывать. Едва тану уберутся из леса, только вы меня и видели.

— Ты не смеешь! — возмутилась Фелиция — Нам нужен пилот.

— Пускай ваш техник пилотирует машину. Я в чужих войнах не участвую.

Мадам погладила рукав его черного бархатного кафтана.

— Der fliengende Hollander! note 18 Я не раз слышала эту оперу в Лионе… Ох, Ричард! Напрасно ты избрал себе такую участь. Не уходи, не надо! Нам без тебя не справиться. Помоги людям стать свободными, и в твоей душе воцарится мир. У Штефанко нет твоего опыта. Он, правда, водил наши машины, но они были полностью автоматизированы. А ты — другое дело. Сам же говорил, что можешь управлять и орбитальными станциями, и самыми примитивными аэропланами. Если кто из нас и совладает с аппаратом гуманоидов, так это ты.

Ее речи обволакивали недоверчивого пирата, подавляя все возражения, успокаивая все тревоги. Решимость Ричарда странным образом была поколеблена. Он понимал, что эта чертовка подчиняет его волю, заставляет плясать под свою дудку, но чем настойчивее пытался вырваться из ее умственных пут, тем крепче становилась хватка…

Ричард, сынок, мне ли тебя не знать? Мне — матери сотни тысяч неприкаянных путешественников во времени, пришедших ко мне за последней надеждой? Ты слишком долго был один, слишком боялся открыть душу людям, чтобы тебя вновь не отвергли, не унизили. Но мы все обречены на этот риск. Мы не можем жить в одиночестве, ибо одинокий человек никогда не обретет счастья, покоя, любви. Одинокий вечно скитается и, сам того не сознавая, ищет того, кто заполнил бы пустоту в его душе…

Пятясь от ведьмы, Ричард наткнулся на трухлявое дерево и вдруг понял, что ему нет защиты от настоятельного призыва, от искреннего сочувствия, словно живая вода, омывающего его надтреснутое, изгаженное нутро.

— Пойдем с нами, Ричард, — сказала она вслух. — Протяни руку тем, кто в тебе нуждается. Я могу тебя принудить, но лишь на время, до определенных пределов. Ты должен сам, по своей воле примкнуть к нашему делу. А в качестве отдачи получишь то, по чему так изголодалось твое существо.

— Черт бы тебя видал! — прошептал он.

Бедный мой измученный малыш! Ты погряз в своем эгоизме, ты дорого заплатил за свою безумную доверчивость! Среда вышвырнула тебя… Но твой грех все еще на тебе, как мой — на мне, и его искупление будет стоить тебе еще одной муки. Потери звездного корабля и всего, что составляло смысл твоей жизни, недостаточно, и ты это знаешь! Чтобы избавиться от презрения к самому себе, ты должен отдать всего себя. Не упирайся же, помоги друзьям, которые не могут обойтись без твоей помощи!

— Проклятье! — Ричард усиленно моргал, поскольку глаза туманила предательская влага.

Спаси людей.

— Ладно, — едва слышно выговорил он, не замечая устремленных на него взглядов. — Так и быть, пойду с вами. Если смогу, пригоню сюда машину. Но больше ничего не обещаю, слышите?

— И этого довольно, — обрадовалась мадам.

Песни и смех у большого костра стали стихать. Люди разбредались по темным углам и укладывались на ночлег. Низкорослая фигура приблизилась к мадам, четко вырисовываясь на фоне догорающего пламени.

— У меня все нейдет из головы ваша вылазка к могиле Корабля, — сказал Фитхарн. — Без нас вам не справиться.

— Да, — кивнул Клод. — Тебе известен самый короткий путь к Дунаю? В наше время его истоки находятся в Шварцвальде, а здесь — Бог их знает. Может, в Альпах, а может, и выше, у озера Констанца.

— Я не уполномочен помогать вам, — откликнулся фирвулаг. — Вы должны обратиться за разрешением к нашему королю.

ГЛАВА 2

Полноправный Властелин фирвулагов Йочи IV на цыпочках вошел в парадную залу своей горной цитадели и стал острым взглядом ощупывать сумрачные глубины огромной пещеры.

— Луло, ягодка моя! Где ты прячешься?

Послышался смех, напоминающий перезвон маленьких колокольчиков. Под красновато-бежевыми сталактитами, с коих свисали гобелены и трофейные знамена сорокалетней давности, скользнула тень. Существо, напоминающее большого мотылька, вылетело из парадной залы в боковое тупиковое помещение, оставляя за собой аромат мускуса.

Йочи пустился в погоню.

— Попалась! Теперь не прошмыгнешь!

Альков был освещен несколькими свечами в золотом подсвечнике. Кварцевые призмы покрывали все стены и в отблесках пламени светились белым, розовым, фиолетовым, словно внутренние грани гигантской жеоды. Пол устлан ворохами темных шкур. Одна из них пошевелилась.

— Вот ты где, проказница!

Йочи подкрался и двумя пальцами приподнял пушистое покрывало. Из-под него выглянула кобра по меньшей мере в руку Йочи толщиной и угрожающе зашипела.

— Ах, так! Хорошо же ты встречаешь своего повелителя!

На месте страшного черепа кобры возникла женская головка; волосы переливались разными оттенками, как змеиная шкура, глаза горели янтарным блеском, язык, высунутый из приоткрытых в улыбке губ, был раздвоенным.

Сладострастно застонав, король раскрыл объятия. Змея обрела женскую шею, плечи, нежные руки с тонкими извивающимися пальцами и стройное туловище.

— Лежи смирно! — приказал Йочи. — Я должен кое-что исследовать.

Он повалился на меховое ложе, и от взметнувшегося вихря заколебалось пламя свечей.

Послышался отдаленный зов трубы.

— О-о, черт! — взвыл властелин фирвулагов.

Его наложница Луло отпрянула и застыла, но так и не спрятала свой соблазнительный вилочковый язычок.

Труба заиграла ближе, за ней бухнул гонг, и от этих звуков растревоженно загудела гора. Сталактиты хрустального грота звенели, словно камертоны.

Йочи поднялся; игривое выражение сменилось маской отчаянной скуки.

— Проклятые первобытные! Все им неймется найти секретное оружие тану. Что поделаешь, я обещал Пейлолу их принять.

Змея-искусительница окончательно исчезла, уступив место маленькой пухлой самочке, совершенно голой, розовощекой и коротко остриженной. Надув губки и тряхнув белобрысыми кудельками, она прикрылась норковым палантином и протянула:

— Ну, это надолго! Хоть бы распорядился подать чего-нибудь съестного. Наши с тобой игры пробудили у меня волчий аппетит. Только, пожалуйста, никаких летучих мышей и вареных саламандр.

Йочи потуже затянул пояс потертого парчового халата и причесал пальцами соломенно-желтые волосы и такого же цвета бороду.

— Нет-нет, я тебе что-нибудь вкусненького пришлю, — посулил он. — Мы тут захватили человеческую повариху — такое мясо готовит под сыром, пальчики оближешь! — Король причмокнул губами. — Да я и сам постараюсь не затягивать аудиенцию. Выпровожу их — и устроим здесь в Хрустальном гроте маленький пикничок. А на десерт…

На сей раз рев трубы донесся уже из парадной залы.

— Ну, ступай, — вздохнула Луло, кутаясь в мех. — Да не задерживайся.

Король вышел из грота, набрал в легкие воздуху и в мгновение ока увеличил свой рост на метр. Старый халат превратился в роскошную темно-вишневую мантию, а под ней засверкал парадный обсидиановый доспех с золотым подбоем. На всклокоченной голове теперь красовалась высоченная корона, напоминавшая рога золотого оленя; верхний зубец ее нависал надо лбом наподобие клюва, затеняя лицо. Глаза приобрели какой-то странный и грозный блеск. Не давая себе труда пересечь залу, он взлетел под потолок и оттуда плюхнулся прямо на трон.

Трубач подал последний сигнал.

Йочи поднял руку в латной рукавице, и его тут же обступили несколько десятков непонятно откуда взявшихся придворных. Скалы засияли всеми цветами радуги. Под звуки музыки, словно бы льющейся из стеклянной маримбы, дворцовая стража подвела к королю группу людей и Фитхарна Деревянную Ногу.

Один из придворных выступил вперед и на стандартном английском — из уважения к первобытным — продекламировал:

— Да здравствует Его Королевское Величество Йочи Четвертый, Полноправный Властитель Высот и Глубин, Монарх Адской Бесконечности, Отец Всех Фирвулагов, Незыблемый Страж Всем Известного Мира!

Оглушительный рев органа застиг приближающихся к трону людей врасплох. Король поднялся на ноги, стал расти, расти, пока не уперся короной в сталактиты, нависая над растерянными визитерами, как некий гигантский идол с изумрудными глазами.

Фитхарн задрал голову и невозмутимо помахал шляпой.

— Эй, привет тебе, король!

— Дозволяю вам приблизиться! — прогромыхало сверху.

Фитхарн шагнул вперед, а за ним просеменили семеро людишек. Йочи с сожалением отметил, что лишь двое из первобытных — невероятно худой мужик с черными усами и резко выдающимися скулами да хрупкая девчонка с впалыми щеками и белокурой копной волос — действительно потрясены его чудовищным превращением. Остальные взирали на властителя либо с чисто познавательным интересом, либо с легкой насмешкой. Старуха Гудериан даже выказала признаки извечной галльской скуки. Какого черта он из себя корежит?

— Не стесняйтесь, будьте как дома, — заявил Йочи и вернулся к прежнему обличью — потертый золотой халат, босые ноги и прочее; корона, по обыкновению, сбилась набекрень. — Ну и чего? — обратился он к Фитхарну.

— Итак, мой ясновельможный, — начал Фитхарн, — план мадам Анжелики идет вперед семимильными шагами. Пускай она тебе лучше сама расскажет.

Йочи вздохнул. Мадам удивительно напоминала ему покойную бабку: та всегда знала, когда он собирается напроказить. Старая француженка так же проницательна и весьма искусна в политических интригах, но Йочи, несмотря на это, давно раскаялся, что надел ей золотой торквес. Все планы мадам обращены только на пользу первобытным, а выгоды фирвулагов в ее замыслах минимальны. Надо бы послушаться зова сердца да разметать ее на куски еще в те далекие дни, когда она набралась наглости спуститься в свой собственный временной люк. Ведь хотя и косвенно, именно она навлекла несчастья и позор на голову фирвулагов.

Одетая в пятнистые оленьи шкуры старуха в окружении своей лесной шайки бесстрашно приблизилась к трону и отвесила королю довольно формальный поклон.

— Вы хорошо выглядите, мсье. Вероятно, благодаря постоянным физическим упражнениям.

Йочи нахмурился. Однако старая карга своей фразой напомнила ему о пикнике, обещанном Луло. Он дернул за шнурок, подвешенный к колокольчику.

— Пейлол говорит, что вы знаете, где могила Корабля.

— Это правда. — Мадам кивнула на седовласого человека из своей свиты. — Один из моих недавно прибывших соотечественников уверяет, что по научным изысканиям, которыми он занимался в мире будущего, ему известно это место.

— Неужто? Через шесть миллионов лет?! — Король сделал знак палеонтологу подойти поближе. — Эй ты, как тебя… Клод! Скажи-ка, может, в вашем будущем люди и нас помнят?

Клод улыбнулся маленькому гуманоиду и обвел взглядом фантастическую залу.

— Ваше Величество, прямыми предками человечества являются маленькие обезьяны, что пасутся сейчас в лесу. У них еще нет речи, поэтому они не имеют возможности передать какие бы то ни было воспоминания своим потомкам. Примитивные человеческие существа, наделенные речевым даром, появятся только через два-три миллиона лет, а традиция устных преданий разовьется тысячелетий за восемь-девять до моего рождения. Согласитесь, человечество будущего никоим образом не могло сохранить воспоминания о расе иллюзионистов, обитающих большей частью под землей.

Король передернул плечами.

— Да это я так… из любопытства… Ну, и ты, стало быть, знаешь, где могила Корабля?

— Почти наверняка, — ответил Клод. — Надеюсь, у вас нет моральных возражений против того, чтоб мы ее немножко пограбили к нашей взаимной выгоде?

Глазки-бусинки Йочи грозно сверкнули.

— Смотри у меня, старик! Все, что вы там наворуете, должно быть с лихвой возмещено, после того как незаконное преимущество нашего врага будет ликвидировано.

— Мы поможем вам добиться этой цели, сир, — вмешалась мадам. — Я дала клятву искупить свою вину. Когда тану перестанут порабощать людей, статус-кво вашей расы будет восстановлен. Первый свой удар мы нанесем по Финии, для чего нам и нужны летательный аппарат и Копье из гробницы Корабля.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31