Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Красивая, богатая и несносная

ModernLib.Net / Сентиментальный роман / Мартон Сандра / Красивая, богатая и несносная - Чтение (стр. 5)
Автор: Мартон Сандра
Жанр: Сентиментальный роман

 

 


      Николо молчал.
      – Я выйду за тебя замуж, – подытожила Эйми.
      – Но? – улыбнулся Николо проницательно. – Договаривай. Я вижу, что это еще не все.
      – Наш брак будет только на бумаге.
      Эйми ждала, пытаясь понять, что происходит в голове Николо, но его лицо не выражало никаких эмоций.
      – А скажи мне, дорогая, что мне делать, если я захочу любви и ласки?
      – Можешь делать что хочешь, только чтобы я не знала.
      Николо разразился смехом. А Эйми захотелось ударить его.
      – Я не уверен, что все правильно понял. Я женюсь на тебе. Даю тебе свою фамилию. Свой титул. В будущем мы разводимся, я плачу тебе алименты и помогаю растить ребенка. В обмен на все это ты не станешь возражать против того, чтобы я имел любовницу. Все верно?
      Николо не стал дожидаться ответа. Он притянул Эйми к себе и заглянул ей в глаза.
      – А теперь слушай мое мнение. Ты станешь моей женой. И будешь, готова для меня, когда бы я ни пожелал. И днем, и ночью. Когда угодно и где угодно. И если я захочу иметь любовницу, она у меня будет.
      – В таком случае я не выйду за тебя!
      – Нет, выйдешь. А если мы и разведемся, то только потому, что я устану от тебя. – Эйми пыталась вырваться. Безуспешно. – И прежде чем ты снова начнешь спорить, учти, – его глаза зловеще заблестели, – я могу забрать у тебя ребенка в день его рождения. Не качай головой! Я принц Николо Антоний Барбери. Ни один суд не лишит меня права быть отцом собственного ребенка. Тебе ясно?
      – Ты ничтожный, жестокий ублюдок, – прошипела Эйми. – Сукин…
      Николо закрыл ее рот поцелуем. Он целовал ее снова и снова, до тех пор, пока она не затрепетала в его объятиях.
      А потом он взял небольшой чемоданчик, стоящий у нее в ногах, и повел ее к выходу.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

      Женщины мечтают о свадьбе.
      Они размышляют, какой будет погода? Каким будет платье? Милым и романтичным, как у Скарлетт из «Унесенных ветром», или сексуальным и даже вызывающим? Женщины представляют даже незначительные детали. Цветы, цвет ковра в церкви, салфетки на столиках для гостей и все остальное.
      Эйми была рада, что никогда не тратила время на подобные глупости, иначе… Иначе то, что происходило сейчас, заставило бы ее разразиться рыданиями. Комната с белым высоким потолком в простом муниципальном здании. Судья, который удивленно смотрел на них, пока секретарь не прошептала что-то ему на ухо. Пара свидетелей. Не друзья, а кто-то из служащих.
      И Николо. Жених, с непроницаемым лицом стоящий рядом с ней.
      О да. Как замечательно, что у Эйми никогда не хватало времени, чтобы помечтать о собственной свадьбе.
      Брак казался ей возможным, но в далеком будущем. Многие ее друзья женились; Эйми улыбалась, поздравляла их, а сама думала: «Хорошо, что не я. Не сейчас. Возможно, даже никогда».
      У нее было чем заняться. Если девушка и хотела выйти замуж, то уж точно за кого-нибудь, кто не был бы похож на ее деда.
      И вот сегодня она стоит перед судьей рядом с человеком, который выставил Джеймса Блэка почти святым. С незнакомцем, который берет ее в жены так, как в те времена, когда браки заключались по расчету…
      – Мисс?
      … без любви и даже…
      – Мисс?
      Эйми удивленно заморгала. Судья улыбался, словно извиняясь.
      – Назовите ваше имя, мисс. Мне очень жаль, но…
      – Все в порядке, ваша честь, – отозвалась Эйми. – Я понимаю.
      Она понимала. Все понимала. Безличную обстановку. Формальные слова. Почему он должен помнить ее имя?
      Лишь когда настал момент для Николо надеть кольцо на ее палец, возникла неловкая пауза.
      Незнакомец, который ясно дал понять, что этот брак будет заключен на его условиях, и который достал лицензию меньше чем за двадцать четыре часа, забыл об обручальном кольце.
      Признавая свою ошибку, Николо покраснел. Эйми с удовлетворением смотрела, как ему неловко.
      – Мне не нужно кольцо, – отрезала она холодно.
      Настолько холодно, что даже два заскучавших свидетеля оживились.
      – У моей жены будет кольцо, – произнес Николо, снимая с пальца кольцо, которого Эйми никогда раньше не замечала. – Вот это.
      Оно было старинным и таким большим, что Эйми пришлось сжать руку в кулак, чтобы оно не упало с пальца. Это помогло ей сдержаться и не крикнуть «стоп».
      Но пути назад не было.
      Выйти за него замуж казалось единственным выходом. Ради дедушки, да. И ради ребенка. Ее малыш получит отцовскую фамилию, а Николо получит банк. А она? Что получит Эйми? Удовлетворение от мысли, что подарила дедушке то, что не могли купить все его деньги.
      Боже, какая же она глупая! И как она могла поверить в свой план? Зачем сказала Николо, что их брак – чистая формальность, заставив его лишь еще больше желать запретного плода?
      Господи, что же я делаю? – пронеслось в ее голове.
      О чем я думала?
      Эйми резко повернулась к Николо, что не ускользнуло от глаз судьи и свидетелей.
      – Николо, – произнесла она, – подожди…
      – … мужем и женой, – быстро заключил судья и улыбнулся дежурной улыбкой. – Мои поздравления, принц Барбери. О, и принцесса Барбери, конечно. Можете поцеловать невесту.
      Николо посмотрел на Эйми. В его глазах она прочла, что ему прекрасно известно, о чем она собиралась сказать. Он склонился к ее уху.
      Со стороны казалось, что молодой муж шепчет жене что-нибудь нежное, но Николо процедил:
      – Слишком поздно, дорогая.
      Он пожал руку судье, поблагодарил свидетелей и взял Эйми за руку.
      – Пора молодоженам уединиться, – улыбнулся Николо.
      Присутствующие рассмеялись. Лишь Эйми задрожала.
      Как только они вышли из здания суда, к порогу подъехало такси. Николо посадил Эйми на заднее сиденье и сел рядом с ней.
      – Аэропорт Кеннеди, – назвал он адрес.
      – Что? – Эйми в недоумении посмотрела на новоиспеченного мужа.
      – Аэропорт. Это место, откуда вылетают самолеты.
      – Я знаю, что такое аэропорт, – огрызнулась она. – Зачем мы туда едем?
      – А куда ты хотела поехать, дорогая? – удивился Николо и улыбнулся. – Или так жаждала поскорее оказаться наедине со мной, что рассчитывала на номер отеля?
      Ну, уж нет. Эйми ни за что не поддастся на подобную провокацию. Зачем продолжать этот разговор? Она молча сложила руки на коленях.
      – Я задала тебе вопрос. Неужели так трудно ответить прямо?
      – Мы летим домой.
      Домой? Эйми уставилась на Николо. Они не обсуждали, где будут жить, но…
      – Ты думала, мы останемся в Нью-Йорке?
      Именно так и полагала Эйми.
      – Мой дом в Италии, – пояснил Николо. – В Риме. У меня там вилла, главный офис… Ну же, не делай такое лицо, дорогая. Нью-Йорк вовсе не центр Вселенной.
      Но этот город – центр ее мира. Разве Николо не понимает?
      – Но… но…
      – Если ты собрала мало вещей, можешь завтра пройтись по магазинам.
      Неужели ему кажется, что дело в одежде? Эйми рассмеялась бы, если бы ей не было так грустно.
      – Меня не это беспокоит.
      – Если все потому, что мы не рассказали о свадьбе твоему дедушке, не переживай. Я позвоню ему из самолета.
      – Николо, – Эйми тяжело вздохнула, – я прожила всю свою жизнь в Нью-Йорке.
      – А я, – холодно отрезал он, – в Риме.
      – Знаю, но…
      – Ты моя жена.
      – Но ведь…
      – Если хочешь, я рассмотрю вариант приобретения собственности в Нью-Йорке. – Николо собирался купить квартиру там еще тогда, когда впервые решил завладеть СКБ. – Но моя главная резиденция… наша главная резиденция будет в Риме.
      – Но… но…
      – Прекрати повторять это свое «но», – нетерпеливо перебил Николо. – Ты моя жена и должна вести себя соответственно. Естественно, ты не можешь жить за тридцать пять сотен километров от меня.
      У Эйми закружилась голова.
      – Николо, пожалуйста…
      – Разговор окончен.
      Мужчина скрестил руки на груди и отвернулся к окну.
      – Какой же это разговор? – горько заметила Эйми. – Мы ничего не обсуждаем. Ты только отдаешь приказы.
      Николо наградил ее пронзительным взглядом.
      – Привыкай, – бросил он.
      И воцарилась тишина.
      Проклятье.
      Николо злился, глядя в окно.
      Он изо всех сил старался доказать, что Эйми права, называя его оскорбительными словами. Ничтожный мерзавец. Сукин сын. Он был уверен, что она использовала бы и более колоритные выражения, если бы знала их.
      Но чего он ожидал?
      Сначала Эйми сказала, что ненавидит его. Потом – что не выйдет за него замуж. А напоследок и то, что не даст ему прикоснуться к ней.
      Николо обладал титулом, но Эйми Блэк являлась принцессой еще до того, как они познакомились. Принцесса с Пятой авеню, привыкшая отдавать приказы и жить своей собственной жизнью.
      И он, Николо, женился на такой женщине.
      Должно быть, сошел с ума! Как он мог позволить этому случиться?
      Ведь вчера ночью он все решил, поняв, что вовсе не обязательно связывать свою судьбу с Эйми Блэк. И что ему не нужен банк ее деда. Да и ребенок тоже, но, раз уж так получилось, он мог бы участвовать в жизни малыша, не женившись на его матери.
      Что же заставило его все-таки жениться на Эйми? Почему он поверил, что она носит его ребенка? Поверил женщине, которая отдалась мужчине, даже не зная его имени.
      Но как бы то ни было, Николо был уверен, что отец ребенка – он, сколь бы смешно это ни звучало.
      Мужчина украдкой посмотрел на жену, которая тихо сидела в уголке салона как можно дальше от него.
      Я чувствую то же самое, что и ты, хотелось сказать Николо. И я так же несчастлив оттого, что мы только что сделали. Я не желаю смотреть на тебя, говорить с тобой, касаться тебя…
      Ложь.
      Николо хотел прикоснуться к ней. Заключить ее в объятия. Целовать до тех пор, пока ее губы не раскраснеются, и не будут болеть. Сорвать с нее платье, обнажив спелую грудь, чтобы ласкать ее взглядом, губами, языком…
      Гладить ее живот.
      Его ребенка.
      Малыша. Вот почему он женился на ней. Ну конечно. Почему же еще мужчина мог связать свою жизнь с красивой, но дерзкой и почти незнакомой женщиной?
      Николо снова посмотрел на Эйми.
      Почему же еще?
      Николо вызвал пилота еще до начала церемонии; к тому времени, как они приехали в аэропорт, самолет уже готов был к отправлению.
      Он взял Эйми за руку, когда они подошли к трапу. Она не стала сопротивляться. А Николо очень хотелось обратного. Это было бы лучше, чем ощущать тепло ее ладони в своей.
      Пилот уже находился на борту. Второй пилот и стюард ожидали молодоженов на трапе. Оба улыбались.
      Николо сообщил им о свадьбе.
      – Поздравляю, принц, принцесса, – искренне произнес стюард.
      – Всего самого лучшего вам обоим, – присоединился второй пилот.
      – Спасибо, – поблагодарил Николо.
      Эйми молчала.
      Николо стиснул зубы. Оказавшись наедине на борту, он притянул жену к себе.
      – Я хочу, чтобы ты подобающе вела себя с моими людьми!
      – Да что ты об этом знаешь?
      Их взгляды встретились.
      – Сядь! – рявкнул Николо.
      – Может, еще укажешь, куда?
      Николо снова стиснул зубы. Такими темпами через неделю он может остаться без зубов.
      – Не испытывай моего терпения, дорогая. Мне это не нравится.
      Эйми улыбнулась и заняла место в первом ряду у иллюминатора.
      – Подними спинку кресла.
      Она повиновалась.
      – Пристегнись.
      Эйми защелкнула ремень безопасности.
      – Черт возьми, ты что, робот?
      – Разве ты не этого хотел? – Она округлила глаза в притворном удивлении.
      Николо в одно мгновенье оказался рядом, склонился к жене и взял ее за подбородок.
      – Я просил не испытывать моего терпения, – прошипел он, подавляя ярость. – Прекрати, или ты пожалеешь.
      Эйми вырвалась.
      – Я уже жалею обо всем, что случилось. Самое страшное произошло. Чего еще мне бояться?
      Николо сверкнул глазами. Ему хотелось ударить ее. Поцеловать. Перекинуть через плечо и отнести в спальню, расположенную в хвосте самолета…
      – Я тоже жалею, – бросил Николо и ушел в последний ряд.
      Через минуту самолет взмыл в небо.
      Когда самолет набрал высоту, Николо связался по спутниковому телефону с Джеймсом Блэком. Старик сначала не поверил услышанному.
      – Женаты? Это невозможно, – фыркнул он. – Есть закон. Никто не может пожениться так быстро.
      – Эйми и я теперь муж и жена, – холодно повторил Николо. – Я ожидал, что вы будете довольны, услышав эту новость, синьор. В конце концов, таков был ваш план.
      – Отличный план, Ваше Высочество. Я уверен, теперь вы согласитесь со мной.
      – Есть еще кое-что.
      – Конечно. Документы о передаче банка в ваши руки. Я завтра же начну готовить их.
      Николо провел рукой по волосам. Поразительно. Он только что сообщил человеку о том, что его внучка вышла замуж, а тот только и думает, что о своем проклятом банке.
      – Как я уже сказал, синьор Блэк, есть еще кое-что.
      – Еще?
      Неожиданно Николо не пожелал, чтобы старик узнал о беременности Эйми. Ребенок здесь ни при чем. Пусть старый лис считает, что причиной для брака стал его драгоценный СКБ-банк.
      – Мои извинения, синьор. Ммм… я только что подумал, что эту маленькую деталь можно оставить юристам.
      – Что ж, я прикажу своим людям немедленно приступить к делу. Куда прислать документы? Вашему адвокату? Или в ваш офис? Подготовка не должна занять больше недели. Максимум две. Вы все в том же номере отеля?
      – Я покинул город, синьор Блэк. Я… то есть мы… на пути в мой замок в Риме.
      – Отлично. Тогда я распоряжусь оправить документы прямо туда. До свидания, Ваше Высочество.
      Клик. Короткие гудки. Николо уставился на телефон.
      Блэк даже не поинтересовался внучкой. Не попросил передать ей трубку.
      Николо отодвинул аппарат. Очевидно, для Джеймса Блэка Эйми была гамбитом в деловом маневре.
      Что ж, теперь этот старик не сможет больше использовать ее.
      Николо взглянул в нос самолета. На Эйми, свою жену, которая сидела так напряженно в кресле. О чем она думает? Меньше чем за два дня ее мир перевернулся с ног на голову.
      Ее дед сделал ее пешкой в своей игре. Она узнала, что беременна. И вынуждена была выйти замуж.
      Но она не утратила гордости. Достоинства. Силы воли.
      Николо представил, как подойдет к ней. Обнимет. Скажет, что все будет хорошо, что она может довериться ему, что он… он…
      А что он?
      Николо тоже использовал Эйми. Ему нужен был банк, и теперь он получит его.
      Николо разложил кресло, закрыл глаза и постарался отключиться от всего и ни о чем не думать.
      Через час полета стюард появился в салоне с бутылкой «Дом Периньон» и парой бокалов.
      – Надеюсь, вы не возражаете, сэр. Мы все подумали… – он замолчал в ожидании.
      – Спасибо, – поблагодарил Николо. – Но моя жена устала, и я не хотел бы беспокоить ее. Возможно, мы выпьем шампанского позже.
      – Как угодно, сэр.
      Николо улыбнулся. Надо надеяться, это хотя бы похоже на улыбку. Неужели он только что оправдывался перед служащим? Николо Барбери никогда ни перед кем не оправдывался.
      – Если мы передумаем, я вас позову.
      – Да, сэр. – Стюард забрал бутылку и бокалы и отправился на свое место.
      Эйми остановила его.
      – Подождите.
      Стюард склонился над ее креслом, выслушал Эйми и улыбнулся.
      – Вы очень добры, принцесса. Спасибо.
      Николо дождался, пока они остались одни в салоне, и сел в кресло рядом с Эйми. Она отвернулась к окну.
      – Ты проснулась?
      По правде говоря, Николо это не интересовало. Он устал от ее безмолвия и холодности. Оттого, что она выставила его дураком на церемонии и теперь снова.
      Пора расставить все по своим местам.
      Эйми его жена. И должна уважать его.
      – Думаешь, я могу нормально спать?
      – Твое поведение переходит все границы.
      Она смотрела на него так, будто его слова ранили ее в самое сердце.
      – Ты, наверное, не слышал, но я извинилась.
      – Ты, должно быть, прошептала свои извинения.
      – Я принесла их стюарду. И сказала, что не хотела показаться грубой. Ты прав. У меня нет причин неуважительно относиться к твоим сотрудникам.
      – Что ж, очень великодушно с твоей стороны. – Николо подосадовал на себя. Ему нужно успокоиться. Нельзя же все время только и делать, что скандалить. – Пообедаешь со мной?
      – Я не голодна.
      – До посадки еще три…
      – Я сказала, я не голодна.
      Могла бы проявить побольше интереса ко мне, заключил Николо со злостью. И к своей новой жизни. К тому, куда она летит.
      – Я живу в Риме, – заговорил Николо, когда тишина стала совсем невыносимой. – В старейшей части города. Дворец принадлежал моей семье веками. Он был в запущенном состоянии, пока я…
      – Мне все равно.
      И тут Николо потерял хладнокровие. Он выдернул Эйми с ее сиденья и усадил себе на колени. Она начала кричать, но он впился в ее губы и запустил руку под юбку.
      Она била его. Била по плечам кулачками. Это его не остановило. Хватит уже миндальничать.
      Николо проник в ее трусики. Ее крик приглушил еще один поцелуй.
      – Какая ты милая, Эйми, – прошипел Николо прямо ей в губы. – Вся из себя хорошая и вежливая. Со всеми, кроме меня.
      – Николо, если ты сделаешь это, я…
      – Что? Закричишь? Давай. Только голос сорвешь. Я – Николо Барбери. Чем скорее ты усвоишь, что это значит, тем лучше.
      Он целовал ее снова и снова, его рука творила свою магию у нее в трусиках. Он хотел, чтобы события той волшебной ночи повторились снова…
      Но не так.
      Его поцелуй смягчился.
      Его ласки стали нежнее. Он шептал имя Эйми между поцелуями, и она сдалась.
      Обняла его за шею, отдаваясь его рукам и губам.
      Николо простонал. Эйми потянулась к молнии на его брюках…
      И тут он осознал, что она плачет. Плачет, даже целуя его.
      – Не надо, – прошептал он. – Любимая моя (слава богу, он произнес это по-итальянски!), не плачь.
      Николо гладил ее по голове и шептал приятные слова, чтобы успокоить. И Эйми затихла. Он ощутил, как выровнялось ее дыхание.
      Она заснула. Заснула в его объятиях.
      Николо сидел без движения. Его сердце наполнилось неведомым сладким чувством. Нежность, удивленно заключил мужчина.
      Нежность.
      Шло время. Наконец Николо осторожно опустил сиденья и убрал разделитель. Затем лег и прижал Эйми к себе, зарывшись носом в ее медовые локоны. Он лежал, обнимая ее, пока не увидел огни посадочной полосы аэропорта в Риме.
      Тогда он осторожно встал и вернулся на свое прежнее место в салоне.
      Там он чувствовал себя в большей безопасности.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

      Кто-то осторожно потряс Эйми за плечо. Она медленно открыла глаза. На губах заиграла мягкая улыбка.
      – Николо? – прошептала она.
      – Нет, принцесса, простите, – виновато замялся стюард. – Принц в конце салона. Позвать его?
      – Нет! – Эйми сонно пошевелилась, затем села и поправила локоны. – В этом нет необходимости.
      – Мне очень не хотелось вас беспокоить, но самолет приземлится через пару минут. По правилам безопасности нужно пристегнуть ремни безопасности и привести кресло в вертикальное положение.
      – Конечно. Спасибо.
      Эйми посмотрела на часы. Неужели она действительно проспала большую часть полета? И то, что она заснула в объятиях Николо, ей только приснилось?
      Но Эйми отвечала на его ласки. Господи, да, отвечала же.
      И она расплакалась, зная, что это неправильно. Неправильно хотеть его, нуждаться в нем, жаждать его поцелуев.
      – Шшш, – прошептал Николо, когда страсть сменилась нежностью. Он прижимал ее к себе, гладил по голове, успокаивал приятными словами, обещал, что позаботится о ней, защитит…
      Это был всего лишь сон.
      Если бы Николо попытался заняться с ней любовью, она бы не позволила ему. А он не был бы удовлетворен, просто держа ее в объятиях. Он женился на ней не из-за этого.
      Из-за банка. Из-за ребенка в ее чреве.
      Из-за секса.
      Шасси коснулись взлетной полосы. Эйми отстегнулась. Когда она встала, Николо уже был рядом, поддерживая ее за локоть.
      – Спасибо, – вежливо поблагодарила она. – Но я вполне могу справиться сама.
      Вырвавшись, Эйми пошла к двери. Пилоты с улыбкой смотрели на нее, приподнимая фуражки.
      – Добрый вечер, принцесса, – сказали они в унисон по-итальянски.
      Принцесса. Вот кто она теперь. Означает ли титул потерю независимости? Ведь что ни говори, а он налагает определенную ответственность.
      Эйми выдавила улыбку и попрощалась с пилотами. Затем спустилась по трапу.
      Стояла ночь. Эйми предполагала, что так и будет. Или у нее потемнело в глазах, закружилась голова. Все поплыло перед глазами. Николо едва успел удержать ее от падения.
      – Я же ска…
      – Я слышал, – перебил он, но лишь притянул ее ближе и повел к ожидающему их черному «Мерседесу».
      При их появлении одетый в униформу водитель прищелкнул каблуками, козырнул и открыл перед ними дверцу.
      Как будто в том, что его хозяин усаживал какую-то женщину, которая не держалась на ногах, не было ничего необычного.
      – С приездом, принц, – произнес водитель на итальянском.
      – Спасибо, Джорджо. Эйми, это мой водитель Джорджо, Эйми – моя жена.
      – Принцесса… – водитель снова коснулся фуражки.
      В Америке, особенно на Манхэттене, представители голубых кровей являются всего лишь частью высшего света. Колонки светской хроники пестрят сообщениями о них, но простые люди едва ли замечают власть имущих.
      Но это не Нью-Йорк.
      Рим. Здесь, если ты принц, это что-то значит.
      Эйми задрожала. Впервые она столь явственно осознала перемену в своей жизни.
      Она оставила позади не только свое прошлое, но и себя – такую, какой она была и какой могла бы стать.
      Девушка всегда сторонилась людей, подобных Николо, но оказалась бессильной перед ним и его требованиями. Хуже того, она желала его и таяла в его объятиях.
 
      Эйми дрожала. И чем больше она пыталась унять эту дрожь, тем сильнее ее трясло. Она постаралась отвлечься, заговорив с Николо, но он заметил ее состояние и забеспокоился.
      – Тебе нехорошо?
      – Все в порядке.
      Ее зубы стучали, как кастаньеты. Николо тихо выругался и прижал жену к себе.
      – Не надо, – возразила Эйми, отстраняясь, но он не отпустил ее.
      – Перестань вести себя как ребенок. Я не собираюсь сидеть и молча слушать, как стучат твои зубы.
      Эйми сдалась и окунулась в тепло мужских объятий. Она знала, что, несмотря на все ее протесты, это то, что ей сейчас нужно больше всего на свете. Так Эйми чувствовала себя в безопасности.
      Они ехали в тишине, которую нарушал лишь гул мотора, по темным улицам спящего Рима. Спустя какое-то время Эйми ощутила, что они едут вверх.
      – Серпантин, – пояснил Николо, словно прочитав ее мысли. – Мой дом… наш дом – на вершине горы.
      Высокие железные ворота медленно отворились. Машина въехала на дорогу, показавшуюся Эйми черной атласной лентой среди зеленой травы.
      А впереди, поражая красотой и величием, во всем своем великолепии возвышался дворец.
      – Дворец Барбери, – с нежностью произнес Николо. – Он принадлежал нашей семье со времен Цезаря.
      Дворец был еще далеко, но Эйми не нужно было видеть деталей, чтобы понять, что он окажется сумрачным даром античности.
      Который поглотит все ее существо.
      Эйми снова задрожала, и Николо, взяв ее лицо в свои ладони, заглянул ей в глаза.
      – Не бойся, дорогая моя.
      – Мне не страшно, – поспешно заверила его Эйми. – Я никогда ничего не боялась.
      Николо смотрел на жену, подозревая, что она не лжет. Или она рано научилась тому, что показывать свой страх опасно.
      Николо сам хорошо усвоил этот урок.
      Смелость и кураж помогали ему добиться успеха. Наверняка то же самое спасло Эйми от попыток Джеймса Блэка контролировать ее жизнь.
      Эйми.
      Эта красивая храбрая женщина – его жена. Он гордился тем, что она стала его принцессой, и ему хотелось признаться ей в этом. Сказать, что хотя у них был не очень хороший старт, но он постарается сделать ее самой счастливой женщиной на свете. Что он не жалеет о ребенке, потому что так и должно быть. Он…
      – Принц Николо, мы прибыли.
      Николо не сразу очнулся от своих мыслей. Джорджо стоял рядом с открытой дверцей, вытянувшись в струнку.
      Сколько раз Николо просил его вести себя не так показушно и не носить эту дурацкую фуражку!
      Ладно. Пора сделать глубокий вдох и успокоиться. У Николо уже начинало входить в привычку отыгрывать свое дурное настроение на других.
      Он вышел из машины и взял Эйми на руки.
      – Николо, я, правда, в порядке.
      – Эйми, ты, правда, не в порядке, – передразнил он ее. – Уже поздно. Ты устала, и ты ждешь ребенка.
      – Николо! – Эйми бросила взгляд на шофера.
      – Моя жена беременна, Джорджо, – пояснил Николо и понес ее по ступеням замка.
      Водитель улыбнулся, а Эйми вспыхнула.
      – Завтра первым делом мы пойдем в эту твою женскую консультацию.
      – Об этом ты тоже раструбишь всему свету?
      – Почему я не подумал о докторе раньше? Боже, тебе нельзя было совершать такой длительный перелет.
      – Ради бога, – фыркнула Эйми, – я беременна, а не…
      Услышав какой-то шелест, похожий на вздох, она оглянулась. Двери замка были распахнуты в огромный холл. Она объявила это перед шестью… боже, перед семью людьми. Все с удивлением смотрели на них.
      – Доброй ночи, – поздоровался Николо. – Эйми, это мои работники.
      Он перечислял имена и должности. Экономка. Два повара. Три горничные. Садовник. Все они перешептывались, неловко переминались с ноги на ногу и улыбались.
      Эйми ворочалась у Николо на руках, желая сквозь землю провалиться от стыда.
      – А это… – он сделал многозначительную паузу, – моя жена.
      Вздохи, хихиканье, открытые от удивления рты. Кто-то даже прищелкнул языком.
      – Как вы уже слышали, она ждет от меня ребенка.
      Эйми смущенно уткнулась мужу в шею.
      Сначала он был в шоке, узнав о ребенке, потом смирился и признал свою ответственность. А теперь его голос звучал гордо. Николо говорил так, будто был счастлив, что его женщина носит его ребенка.
      Эйми подняла на него глаза. Какое-то время они молча смотрели друг на друга.
      И тут прислуга разразилась аплодисментами.
      Эйми покраснела. Николо рассмеялся и запечатлел нежный поцелуй на ее губах. А потом понес ее вверх по лестнице.
      Сладкий момент мрачного дня, заключила Эйми.
      Николо внес ее в комнату и поставил на ноги. Спальня. Его спальня. Не нужно таблички на двери, чтобы понять это.
      Комната была огромная и милая. Если понятие «милый» для вас включает в себя камин, где поместился бы бык, два кожаных кресла, потрепанных временем, и урна с прахом над камином.
      И кровать, конечно. Большущая. Размером с ее квартиру на Манхэттене.
      Николо закрыл дверь и бросил куртку на стул.
      – Это твоя спальня, – пробормотала Эйми невнятно.
      Николо взглянул на нее как на пятилетнего ребенка.
      – Ты умна не по годам, дорогая.
      Спокойно, Эйми, сказала она себе, спокойно.
      – А где, – она кашлянула, – где моя спальня? Я же говорила…
      – У меня отличная память, – холодно отозвался Николо, расстегивая ремень. – Я все помню. У нас – как это называется? – брак по расчету.
      – Да. И ты… – Ремень упал на пол. – Что ты…
      – Что?
      – Ты… ты раздеваешься…
      Николо стянул футболку. На его теле заиграли мускулы. Не смотри, приказала себе Эйми. Но только статуя смогла бы отвести взгляд от его широких плеч, поросли волос на груди и невозможно сексуального торса.
      – Да, раздеваюсь. Обычно я так делаю, когда устал, – их глаза встретились, – и собираюсь в постель.
      У Эйми задрожали колени. Сердце бешено забилось в груди. Не смотри. Молчи. Не позволяй ему вовлечь тебя в свою игру.
      – А ты уже готова ко сну, дорогая? – Николо подошел к ней и провел рукой по ее изящной шее. – Эйми, – прохрипел он, – пойдем в кровать.
      Эйми, как завороженная, глядела на него. Ее глаза подернулись дымкой желания. Она хотела его, хотела, хотела…
      – Нет! – прошептала она и бросилась в ванную.
      – Эйми, – Николо ударил кулаком в закрытую дверь, – Эйми, открой эту чертову дверь!
      Она покачала головой, словно он видел ее. Ни за что не сделает этого. Если отопрет дверь, то он сможет сделать с ней все, что захочет.
      И что тогда останется от Эйми Блэк? Ничего. Она исчезнет. Все, чего она добивалась всю жизнь, вся ее независимость сгорит в огне их страсти.
      Ах, если бы только Николо испытывал к ней больше, чем просто желание: Если бы он… он…
      – Проклятье, Эйми! Ты перестанешь прятаться и убегать? Когда ты признаешь, что хочешь того же, что и я?
      Никогда, подумала она, никогда!
      Еще один удар. Не кулаком. Плечом. Дверь распахнулась, ударившись о стену.
      Эйми закричала и отскочила, приготовившись к борьбе.
      – Иди к черту, Николо!..
      – Ты моя жена, – произнес он зловеще. – И будешь делать то, что я захочу. И я устал от твоего притворства. Не делай вид, что я тебе безразличен. Мы оба знаем, что это не так.
      Он настиг ее, завел ее руки за голову и поцеловал.
      И ощутил соленый привкус слез, как тогда, в самолете.
      И подумал: боже, что же я делаю?
      – Эйми…
      Николо попытался заставить ее посмотреть ему в глаза. Она не позволила.
      – Эйми, дорогая моя…
      Ее слезы убивали его. Николо прижал жену к себе, целуя в висок.
      – Не плачь, – прошептал он, – Эйми, сокровище мое, умоляю, не плачь.
      Она беременна, измучена, больна, а он думает только о себе. Николо покрыл поцелуями ее лицо. Эйми затихла.
      – Умница, – произнес он с нежностью.
      Взяв на руки, он уложил ее на кровать. Затем сел рядом и заключил ее в объятия.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7