Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Идея метакритики 'чистой' любви

ModernLib.Net / Философия / Лукьянов Аркадий / Идея метакритики 'чистой' любви - Чтение (стр. 13)
Автор: Лукьянов Аркадий
Жанр: Философия

 

 


      ______________ * Струве П.Б. Patriotica. - СПб., 1911. - С. 446. ** Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-ое издание. - М.: Политиздат, 1955-1981. - Т.1. - С. 258. *** См.: Философы России XIX-XX столетий. Биографии, идеи, труды. - М.: Книга и бизнес, 1995. - С. 599. **** См.: Трубецкой С.Н. Метафизика в древней Греции. - М., 1890.
      Ценным в рассуждении данных философов было то, что они впервые проблему понимания идеи Абсолюта связали в единый узел с социальным мышлением, стремлением не к идее добра, а к вечному идеалу добра. Негативным было то, что порой постижение идеи Абсолюта подменялось постижением критериев и атрибутов идеи Абсолюта. Этим и можно объяснить тот факт, что в русской философии преобладало два направления понимания идеи Абсолюта. Первое понимало философию как восхождение к Абсолюту, второе, заранее представив Абсолют, пыталось вывести из этого "представления" цели и задачи философии.*
      ______________ * См.: Лукьянов А.В., Серегин А.В. Русская философия в свете двух тенденций развития метафизики Абсолюта // Культура философствования: проблемы и перспективы. Материалы Всероссийской научной конференции. Издание Башкирского ун-та. - Уфа, 1998. - С. 73.
      Здесь мы вплотную подходим к главному вопросу всех наших размышлений: что есть Абсолют? Разумеется, односложно ответить на этот вопрос невозможно. Абсолют можно понимать как некий идеал, стремление к вечному и бесконечному. Абсолют также можно понимать как стремление ухода в инобытие из обыденного бытия. Абсолют может находиться внутри человека, и человек усиленно пытается отыскать его внутри себя. Отсюда проистекают поиски смысла жизни и тесно связанные с этим идеи героического подвижничества. Также с поисками смысла жизни связано постижение идеи бессмертия. Бессмертие есть преодоление смерти; и поиски способов этого преодоления смерти и есть для многих людей смысл жизни. По сути, это аксиологическое осмысление идеи Абсолюта, ведь проблема поиска смысла жизни есть аксиологическая проблематика. Поэтому идею Абсолюта можно понимать и как абсолютную систему ценностей, ибо человек может искать эту абсолютную аксиологическую систему и внутри себя, и в окружающем его обыденном бытие. Здесь нужно отметить, что иногда, в данном случае, идея Бога и Абсолюта могут совпадать. Понимание идеи свободы - тоже аксиологическая проблема, а, как известно, еще Н.А.Бердяев отмечал, что "Бог присутствует лишь в свободе и действует лишь через свободу".* На примере понимания идеи Абсолюта в русской философии наглядно видно, как христианская идея "триединства" перерастает в идеи Вл.С.Соловьева о "всеединстве". Идея Абсолюта в русской философии - это тот драгоценный бриллиант, который всеми своими гранями излучает яркий и манящий к себе свет. Впрочем, с одной точкой зрения понимания идеи Абсолюта мы не совсем можем согласиться. Мнение о том, что Абсолют есть абсолютное знание, мы не можем полностью разделить. Мы ни в коей мере не ставим под сомнение справедливость высказывания Н.В.Громыко о том, что сегодня "снова встал вопрос о том, что есть Абсолютное знание как Абсолютный субъект".** Но, с одной стороны, русской философии "все же предстоит пережить фазу философии откровения, то есть теоретическую фазу".*** А с другой стороны, несовершенный человеческий разум не способен до конца постичь совершенный Абсолют. Мы даже не ставим под сомнение факт возможности постижения Абсолюта. Мы просто пытаемся себе представить, что будет, если человек постигнет идею Абсолюта. Ведь тогда он станет властелином своего собственного бытия. Но готов ли современный человек к тому, чтобы стать хозяином своего бытия? Наверное, на подобного рода вопросы также нет однозначных ответов. Да и ожидать данные ответы, видимо, не следует в ближайшем будущем.
      ______________ * Бердяев Н.А. Самопознание. - М.: Книга, 1991. - С. 56. ** Громыко Н.В. Указ. соч. - С. 63. *** Лукьянов А.В. Декабризм как разглашенная тайна мистерий: надежда на лучшие времена // Движение декабристов в историческом самосознании. Сборник научных статей. - Уфа: Издание Башкирского ун-та, 1998. - С. 98.
      Хабибрахманова Р.Р. (Уфа)
      ЛЮБОВЬ - ЭТО СТРЕМЛЕНИЕ ИЗБЕЖАТЬ ЗРЕЛИЩ
      Опасность любых зрелищ состоит в том, что они порождают процесс мифологизации действительности. Затушевывая реальную разорванность бытия и сознания, зрелище, а также различные виде зрелищного искусства порождают иллюзию всесильности персонифицированного духа. Тем самым искусство перестает удовлетворять людей в плане определенного смягчения трудностей их социальной жизни. Оно оказывается направленным на решительный разрыв с действительностью, что, безусловно, оказывается связанным с усилением волевого начала. Искусство перестает служить прекрасному, лишается мимесиса, происходит жестокая ломка его реальных форм.
      Понятно, что при таком положении дел искусство входит в противоречие с самими творческими потенциями человеческой души, одной из которых является любовь. На наш взгляд, разрушение творческих сил напрямую связано с ослаблением идеальных начал в культуре, каковыми являются музыка и поэзия. Ведь в древности, затем в эпоху средневековья, во времена Ренессанса особенной популярностью пользовались сонеты, поэмы, канцоны, словом, все, что позволяет как бы "отдохнуть душой", избежать шума и криков толпы, требующей ярких зрелищ и образных форм.
      Зрелищное искусство, усилившее свои позиции в Европе особенно к концу XVIII века, постепенно подрывало внутренний мир человека, его духовное спокойствие, так необходимое для истинного творчества и любви. В то же время необходимо заметить, что последняя, под воздействием массовых зрелищ, превращалась в своеобразного идола, который по мере усиления образности становился еще более могущественным, разрывая на части даже такие высшие и неуловимые силы, как музыка и поэзия. Эти духовные потенции сегодня также оказались не свободными от образности и материальности. Но в человечестве по-прежнему еще жива память о первоначальном предназначении этих сил, о той любви, которая, стремясь избегнуть зрелищ, имеет дело лишь с чистой субстанциальностью или чувством идеальной основы человеческой личности.
      Ханова Р.В. (Уфа)
      ЖИЗНЕУТВЕРЖДАЮЩАЯ СИЛА ЭРОСА
      Истинное стремление эроса есть стремление к бессмертию. Ведь любовь "вовсе не есть стремление к прекрасному", а желание "родить и произвести на свет в прекрасном"*, поскольку "рождение - это та доля бессмертия и вечности, которая отпущена смертному существу".** Такова точка зрения Сократа, которую передает Платон.
      ______________ * Платон. Пир // Собрание сочинений в 4-х тт.: Т.2. - М.: Мысль, 1993. - С. 117. ** Там же.
      Внимательное прочтение диалога "Пир" позволяет разграничить такие понятия, как любовь и эрос. Эрос есть, прежде всего, "любовь к прекрасному"*, но это не "предмет любви", а "любящее начало"**, которое имеет иной облик, чем предмет любви, который "в самом деле и прекрасен, и нежен, и полон совершенства, и достоин зависти".***
      ______________ * См.: Там же. - С. 114. ** Там же. *** Там же.
      Именно Платон философски развил те интуиции, которые насквозь пронизывали дионисийскую "религию", а также орфизм. "Через них, - пишет С.Г.Семенова, - в лоне греческого язычества с его пафосом приятия мира, культом телесной формы и земного наслаждения пробивалось всегдашнее, никогда не иссякавшее в человечестве стремление к иной, неприродной "небесной" форме бытия; этот порыв направляла, как всегда, жажда бессмертия".*
      ______________ * Семенова С.Г. "Любовь - это стремление к бессмертию..." // философия любви. Ч.1. - М.: Политиздат, 1990. - С. 165.
      Итак, истинное стремление эроса - это стремление к бессмертию. Разумеется, что речь здесь прежде всего идет о родовом бессмертии. "Но понимание его неабсолютности ведет к трансформации эротической энергии зачатия в "духовную беременность": творчество новых форм государственности, бытовой, экономической, художественной культуры".* Понятно, что такое бессмертие связано с проблемой личности, с личностным бессмертием. Однако сознание посмертной славы утешает далеко не всех. И дело здесь не в том, что не все люди стремятся оставить о себе память, а в том, что такое духовное бессмертие подвержено превратностям земного мира и, в конечном счете, также неабсолютно. Смертны не только наши дела, но и мысли, идеи. А если вообразить себе метафизический Абсолют, то есть неущербное и абсолютно бессмертное бытие, то отпадает необходимость и в человеческой личности, которая тонет и пропадает в созерцании "прекрасного самого по себе" (Платон).
      ______________ * Там же. - С. 167.
      Получается следующее: жизнеутверждающая сила эроса разбивается именно о те рифы, которые сам эрос создает на своем пути по мере продвижения к высшей метафизической цели. Каковы же эти рифы и препятствия, о которые разбивается эрос? Прежде всего, необходимо подчеркнуть, что живая материя постоянно стремится вернуться в более простое, неорганическое состояние, из которого она когда-то возникла. Поэтому эрос вечно соседствует с влечением к небытию.
      Что вообще означает само понятие "бессмертия"? Термин "бессмертие" можно понять с помощью указания на его антитезис - "смертность". "Оба слова, - замечает А.Н.Уайтхед, - указывают на те два аспекта вселенной, которые предполагаются в каждом переживаемом нами опыте".* И "смертность", и "бессмертие" совместно определяют и формируют конкретный универсум. Если эти понятия рассматривать изолированно друг от друга, то они будут представлять собой лишь пустые абстракции.
      ______________ * Уайтхед А. Избранные работы по философии: Пер. с англ. - М.: Прогресс, 1990. - С. 305.
      Однако понятийный анализ "смертности" и "бессмертия" оказывается все же поверхностным, чисто позитивистским рассмотрением самой проблемы бессмертия. Необходимо, на наш взгляд, обращение не к понятию, а к идее бессмертия, которая означает, прежде всего, энергийное, целостное восприятие жизни, смерти и бессмертия. Эрос, как идея, есть именно стремление к бессмертию, то есть универсальная космическая потенция, свободно парящая между стремлением к абсолютной полноте бытия и стремлением этой полноты раствориться в ничто. Танатос, таким образом, является не оборотной стороной эроса, а вполне самостоятельной космической силой, возникающей от абсолютности, от чрезвычайной полноты бытия.
      Хайруллин А.Г. (Набережные Челны)
      ЛИЧНОСТЬ И ЕЕ СВОБОДА В СВЕТЕ ПРОБЛЕМЫ ЛЮБВИ
      Для личности характерны два неотъемлемых свойства: свобода и нравственная ответственность. Одно без другого быть не может. В Древней Греции, где впервые в истории распустился цветок демократии, возникли и условия для расцвета личности. "Личное начало у древних греков, - пишет А.Н.Чанышев, - было не только в политике, но и в любви".* В то же время у Ф.Энгельса можно прочитать, что "...для классического поэта древности, воспевавшего любовь, старого Анакреонта, половая любовь в нашем смысле была настолько безразлична, что для него безразличен был даже пол любимого существа".** Однако у данного поэта такую мысль обнаружить трудно. Да и разве не любила Одиссея его верная супруга Пенелопа, осаждаемая многочисленными женихами. Разве могли возникнуть утонченные теории любви Платона и Аристотеля, не будь самой любви?
      ______________ * Чанышев А.Н. Любовь в античной Греции // Философия любви. Ч.1. - М.: Политиздат, 1990. - С. 41. ** Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. - Т.21. - С. 79.
      А если взять Древний Рим?! Именно здесь мы встречаем яркое имя Г.В.Катулла (I век н.э.), этого Римского Пушкина, который, как известно, пытался преодолеть серьезные препятствия в своей любви к замужней женщине.
      Древние греки различали несколько видов любви, о которых прекрасно говорит А.Н.Чанышев в своей статье "Любовь в античной Греции". Мы только отметим, что именно греки в лице Платона разработали самую фундаментальную теорию эроса (этой теории посвящены многие страницы книги А.В.Лукьянова "Идея метакритики чистой любви. Философское введение в проблему соотношения диалектики и метафизики"), которая, конечно же, никак не могла возникнуть на пустом месте, поскольку философские идеи не только приоткрывают новый эон, но и в какой-то мере являются отражением существующих экономических, социальных и духовных процессов.
      Впрочем, споры о том, была или не была в Древней Греции личность, упираются в само понимание проблемы личности. Еще И.Г.Фихте сформулировал тезис, неявно присутствующий во всех новациях социалистической мысли "личность должна быть приносима в жертву идее".* Под этой идеей он, разумеется, понимал жизнь всего человеческого рода. Такого крайнего героического подвижничества философская мысль еще не знала, и греки навряд ли об этом додумались. Принцип долженствования в фихтевской философии практически стал универсальным онтологическим отношением человека к миру. Никогда еще "дух" так не противопоставлялся чувственности. "Духовным, писал Фихте в "Фактах сознания", - следует считать то, само содержание коего не допускает вмешательства чувств".** По его мнению, духовное есть то, "что совершенно не есть предмет созерцания", то, что является "нечувственным, сверхчувственным".***
      ______________ * См.: Фихте И.Г. Соч. В 2-х тт. Т.2. - СПб.: Мифрил, 1993. - С. 395. ** См.: Там же. - С. 721. *** См.: Там же.
      Итак, личность - это "чистое Я" или "чистый дух". А поскольку, согласно Фихте, существует только духовная реальность, то индивид "должен погибнуть". Человеческий род есть единственно существующее.*
      ______________ * См.: Там же. - С. 395.
      Конечно, он имел в виду прежде всего духовную жизнь, сильную и светлую, диаметрально противоположную всему темному и неясному, слабому и чувственному. "Обнаружение немощи в Я, - читаем мы в "Основах общего наукоучения" (1794 г.), - называется чувством".* "Я", или самосознание, должно, следовательно, освободиться от всего чувственного, стать нечувственным и бесчувственным. Не случайно Л.Фейербах, размышляя над судьбами трансцендентальной философии, специально отметил следующее: "Сущность достается здесь разуму, существование - чувствам".** Л.Фейербах, по всей видимости, хотел провести ту мысль, что наше отношение к миру будет гуманным, если мы пойдем не от сущности к существованию, а, наоборот, от существования к сущности, от чувственного бытия к разуму. Данная тенденция прослеживается также у греков (в частности, у Аристотеля).
      ______________ * См.: Там же. - Т.1. - С. 293. ** Фейербах. Л. Основы философии будущего. Изд-е 2. - М.: Госуд. соц.-эконом. изд-во, 1937. - С. 36.
      Аристотель предпочитал называть "теологами" тех, кто находится под властью вдохновения. Но в одном месте своей "Метафизики" он все же говорит о теологах как о философах. Вероятнее всего, он имеет в виду экзистенциальных философов, которые выводят мир из действительно существующего Бога.
      Напротив, ионийские философы, Гераклит и другие, все стремились вывести из разума. Положение - "Все течет" - мысль, принадлежащая исключительно науке разума. То, что определяется как субъект, в следующий момент превращается в объект - "Все изменяется".
      К рационально мыслящим философам принадлежали и элеаты, которые сразу хотели объяснить все с помощью логики. Однако, по мнению Аристотеля, философия элеатов внесла лишь путаницу. Ведь чистое движение в сфере мысли на самом деле исключает все действительное. "Мыслители, - утверждает Шеллинг, - представляли себе самих себя, ограничиваясь познанием и полностью исключая бытие, в надежде, что с познанием будет легче управиться, чем с бытием, а затем, на основе познания, можно будет отыскать легкий и простой путь в бытие. Однако эта абстракция, если не видеть в ней иллюзии, рушится".* И в самом деле, если логическое хочет объяснить действительное, то такая философия возникает на самом деле в борьбе с действительностью и топчется на одном месте. Личность является, прежде всего, носителем экзистенциальной потенции, направленной на совершенствование самой себя. Но в то же время это самосовершенствование должно отталкиваться от действительности.
      ______________ * Шеллинг Ф.В.Й. Система мировых эпох: Мюнхенские лекции 1827-1828 гг. в записи Эрнста Ласо. - Томск: Издательство "Водолей", 1999. - С. 156.
      Уже у Сократа присутствовала диалектика, которая в то же время была далеко от желания быть чем-то экзистенциальным и которая стала в его руках лишь орудием разрушения, направленным не только против софистов, но и против рационального знания элеатов. Если следовать Платону, то софисты и элеаты весьма близки друг другу. Диалектика Сократа направлена как против поверхностности софистов, так и против напыщенности элеатов.
      Сократ высказывает свое отношение к ним следующим образом: "Хотя все другие ничего не знают, однако, они мнят, что что-то знают. Он же знает, что ничего не знает!" Прежде всего, здесь следует заметить, что Сократом отрицается не все знание, а только то, которым хвастают другие (элеаты) и которое он прямо приписывает себе, не считая в то же время его истинным знанием. Мышление - еще не знание; оно становится им только тогда, когда переходит к объекту.*
      ______________ * Schelling F.W.J. Philosophie der Offenbarung / M.Frank. Frankfurt a.M., 1993. - S. 140.
      Сократ пытается, таким образом, основать вне логической науки, пытающейся объяснить действительность, знающую, экзистенциальную науку. Тем самым признание незнания приобретает экзистенциальный смысл. Сократ, как видим, стоит на границе логической и экзистенциальной науки.
      Лучше всего данную позицию Сократа характеризует Платон - позицию, которая на вершине или в точке своего наивысшего просветления (в "Тимее") приобретает исторический характер. Здесь он полностью и, конечно, с большими усилиями осуществляет прорыв в экзистенцию. Но это все же, вероятнее всего, отказ от диалектического, чем действительный переход. Платон и Сократ относятся к этому экзистенциальному исключительно как к будущему.
      Тем не менее, Аристотель, при котором философия очистилась от всего пророческого, отвернулся от логического и обратился к эмпирическому, где "Что есть сущее" стало первым, а "Что есть сущее" - вторым.* Он отвернулся от чисто логического, поскольку, объясняя это "Что", захотел быть экзистенциальным мыслителем. Он упрекнул тех, кто, ведя разговоры о логическом, все же стремился постичь действительность. Именно он развил мысль о том, что от логической формы до реальности, от всеобщего до индивидуального существует большой скачок. Аристотель стал критиковать тех, кто, переворачивая формальные принципы бытия и науки, стремится внести путаницу в действительный ход событий.
      ______________ * Ibid.
      Априорное также мало исключает эмпирическое, как эмпирическое априорное; в противном случае эмпирическое будет стоять одной ногой в априорном. Но если есть хороший путь от логического к эмпирическому, то имеется и путь от эмпирического к логическому. На этот путь и вступил Аристотель, разработавший всеобщие категории в их применении, в их действительном и понятном употреблении. Именно он исследовал природу со всех сторон, постепенно достигнув "первой философии" или "метафизики".
      Философия Аристотеля - это дух, ввергнутый в пламя чистого анализа. Идя по данному пути, он неизбежно должен был столкнуться с рациональной философией. Аристотель начал свое исследование с "потенции", где свернуты все противоположности, где природа приближается к своему концу, которым она, особенно в настоящую эпоху, так сильно притягивается. На каждой ступени логический ряд имеет своей целью следующую причину. Ряд не должен продолжаться в бесконечность; всегда должна наличествовать последняя цель. По мере приближения к данной цели "потенция" (или, другими словами, материя) убывает.
      Аристотель исходит из понимания мира как действительного. Однако он вынужден иметь дело не с действительным, а только с "Что", так что последнее существует для него как сущность, а не в силу экзистенции. Поэтому Аристотель и не употребляет это последнее как нечто действительно существующее. Он рассматривает его лишь в качестве "производящей причины", а не в качестве способности к поэтическому творчеству. Оно сохраняет у него значение конца. Все существующее является лишь движением к этой высшей цели, и когда он пытается объяснить движение неба, то объясняет его посредством одного "стремления", которое низшие причины ощущает как высшие. Это и есть "сильная любовная страсть", то есть то, что движет, не двигаясь само. Бог, по Аристотелю, есть "ничего не совершивший, ничего не достигший", не способный ни на какое внешнее действие. Он может лишь вечно мыслить и мыслить исключительно себя самого. Таким образом, он есть сущее, вечно остающееся, не уходящее более от себя самого, вечный субъект-объект.*
      ______________ * Ibid.: - S. 142.
      Однако истинный Бог, говорит Шеллинг, "есть единственная свободная природа, которая совершенно не занята самою собой, которой нет до себя самой никакого дела".* "Действие Бога, - продолжает он развивать свою мысль, состоит не в самополагании (полагании себя самого) - он в этом не нуждается, - но в понимании иного. Мы ведь вообще часто видим, что чем выше стоит некое существо, тем более оно выходит из себя самого, а чем существо ограниченнее, тем менее оно отходит от себя и приходит к другому".** Плохой художник или актер изображает лишь самого себя. "И поэтому так восхваляется объективность, например, объективность Гомера, о котором один древний ценитель вполне справедливо сказал, что произведения этого божественного поэта вызывают повсюду такое восхищение, что люди почти забывают о его личности".***
      ______________ * Шеллинг Ф.В.Й. Система мировых эпох. - С. 170. ** Там же. - С. 230. *** Там же.
      Итак, человек проявляет себя как личность, когда свободно творит. Свобода - это подлинный источник достоинства личности, основа всех ее творческих сил. Но в то же время она может явиться основой для развертывания деструктивных потенций. Потому-то так необходимо исходить из понимания личности как силы бытия или истока бытия, который больше, нежели само бытие достигнутой свободы.
      Если говорить о бытии любви применительно к проблеме личности, то таким истоком является творческий эрос или некое любящее начало. Эрос приоткрывает новые горизонты личностного бытия, не позволяет личности изнурить себя в своей любви, формирует свободу действительно быть и действительно не быть, действовать и не действовать.
      Итак, личностное бытие пребывает в более свободном отношении к объективному, чем это до сих пор имело место. Развитие степеней свободы личностной активности означает рост ее опосредствующих моментов в коррелятивных связях между личностью и обществом, субъектом и объектом. На качественно новую роль субъективного рассчитана и программа демократизации современного российского общества. Старые "коммунистические" программы исходили прежде всего из "любви к дальнему". Такая любовь не могла стать силой и истоком бытия, потенцией субъекта к саморазвитию, поскольку оборачивалась ненавистью к тем, кто не склонен был уверовать в такую любовь.
      В результате наше сегодняшнее бытие как таковое не имеет особой ценности; ценностью обладает только личностное бытие, как возможность быть, как свободное экзистенциальное усилие, коренящееся в нашей, еще полностью не растраченной, молодой и свежей культуре.
      Файзуллин А.Ф. (Уфа)
      ПАРАДОКСЫ ЭСТЕТИЗАЦИИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ
      В КОНТЕКСТЕ ПРОБЛЕМЫ ЛЮБВИ
      Эстетическое, характеризующееся ощущением полноты жизни, чувством наполненности переживаемого, может быть весьма далеким от проявлений истинной любви, которая базируется не только на эстетических ценностях жизни и искусства, но и учитывает нравственный элемент. Безмерная любовь к эстетическому абсолюту повышает хрупкость жизни, поскольку при этом более высокие творческие потенции отрываются от самой действительности, где осуществляется взаимодействие самых различных начал: материального и духовного, телесного и душевного, нравственного и интеллектуального и т.д.
      Вместе с тем необходимо отметить следующее. Любовь-эрос можно рассматривать как желание и вечные поиски красоты. Но сущность прекрасного проявляется в грации, в свободе и непроизвольности наших чувств. Нельзя заставить любить. Каждый человек сам должен искать наивысшего.
      Вероятнее всего, уже в самой природе человека заложено стремление к красоте. Сама материя лишена красоты, но как раз отсюда, по мнению Л.Эбрео, возникает потребность в любви, то есть желание наслаждаться красотой. "Именно красота делает любимым каждого любимого и влюбленным каждого влюбленного и является началом, серединой и концом всякой любви".* По словам Эбрео, "для любви необходимы два обязательных условия: наличие красоты в предмете любви и осознание его отсутствия в любящем. Чем выше осознание этого отсутствия, тем выше степень любви. Именно поэтому материальный мир, лишенный красоты, наполнен огромной любовью к своему идеальному началу, находящемуся в Боге".**
      ______________ * Эбрео Л. Диалоги о любви // Эстетика Ренессанса. - М., 1981. - С. 328. ** См. Шестаков В.П. Эрос и культура: Философия любви и европейское искусство. - М.: Республика; ТЕРРА - Книжный клуб, 1999. - С. 69.
      Это - чисто эстетическая концепция мира. Все человеческое познание стимулируется поисками красоты и поэтому подчиняется законам любви. Однако мысль Моисея Маймонида о том, что "в мирском есть нечто высшее и большее, чем необходимое бытие"*, заключает в себе больше мудрости, чем все рассуждения о высотах духовного развития, к которым человек, якобы, пробирается способом подавления природных склонностей души, то есть особенностей своей чувственной и психической жизни. Поэтому мы полагаем, что совершенно резонно связывать эстетическую культуру, прежде всего, с самой духовностью чувств, которая крупным планом высвечивает способность человека наслаждаться прекрасным. При этом необходимо помнить о том, что говорил М.М.Бахтин: "Эстетическое видение есть оправданное видение, если не переходит своих границ, но, поскольку оно претендует быть философским видением единого и единственного бытия в его событийности, оно неизбежно обречено выдавать абстрактно выделенную часть за действительное целое".**
      ______________ * Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней. Т.2. Средневековье. - ТОО ТК "Петрополис", 1994. - С. 127. ** Бахтин М.М. Философия поступка // Философия и социология науки и техники: Ежегодник, 1984-1985. - М., 1986. - С. 94.
      Таким образом, эстетическая культура сопряжена не с преимущественной ориентацией на эстетическое начало, когда "эстетический мир в силу своей способности манить полнотой переживаний принят за весь мир"*, а со свободной индивидуальностью, основанной на универсальном развитии всесторонних потребностей и творческих потенций индивидов.
      ______________ * См.: Федотова В.Г. Практическое и духовное освоение действительности. М.: Наука, 1992. - С. 82.
      Одной из форм эстетизации действительности является стремление к ярким и острым ее проявлениям, которые достигаются "в любви как через другого открытом новом бытии, в творческой окрыленности и преодолении рутинного в себе".* Однако данный вид любви все же не проникается всеми оттенками существования объекта любви, которые могли бы каким-то образом приземлить, озаботить реальными проблемами отношение к другому.**
      ______________ * См.: Там же. - С. 81. ** Там же.
      Такой эстетизм не позволяет увидеть то внутреннее, чем постоянно живут люди; но в то же время он стимулирует раскрытие творческих сил человека. Таким образом, это такая духовность, которая признает в качестве подлинной реальности только бесконечно удаленный идеал, который, тем не менее, если им слишком увлечься, становится чем-то самодовлеющим. Безмерная любовь "к дальнему" часто оборачивается не только равнодушием, но и ненавистью к тем, кто не склонен уверовать в эту новую "любовь".* "Я не хозяин сердцу своему" - говорит Ф.Петрарка в одном из своих знаменитых сонетов. Никто не может ненавидеть человека за то, что он любит, поскольку это что составляет его сущность.
      ______________ * См.: Ивин А.А. Многообразный мир любви // Философия любви. Ч.1. - М.: Политиздат, 1990. - С. 399.
      Понятие эстетической культуры позволят, на наш взгляд, преодолеть разорванность духовного бытия на его различные типы. Эстетическая культура есть воплощение такой космической красоты, в которой неизбежно присутствует и человеческое измерение (семья, простое человеческое счастье и т.д.). М.М.Бахтин по этому поводу писал следующее: "Мир эстетического видения, полученный в отвлечении от действительного субъекта видения, не есть действительный мир, в котором я живу, хотя его содержательная сторона и вложена в живого субъекта".* Какого же субъекта? Именно такого, "который может быть свободен от ответственности и долженствования, присущих жизни. Пренебрегая этими жизненными обстоятельствами и целостностью жизни, эстетизм терпит крах".** В сущности, мы имеем здесь то же противоречие между наслаждением и долгом, так как эстетическое утверждается порой в коллизиях с ответственностью.
      ______________ * Бахтин М.М. Указ. соч. - С. 92. ** См.: Федотова В.Г. Указ. соч. - С. 82.
      Нам думается, что обнаружение и исследование парадоксов эстетизации действительности осуществляется лучше всего, когда мы анализируем многообразный мир любви. Так, любовь к родине и любовь к природе навряд ли исчерпываются сферой эстетического (сюда входят все нравственные силы человека). Напротив, любовь к игре, любовь к развлечениям, к постоянной новизне, любовь к жизни постоянно нуждаются в усилении эстетического начала (например, праздник создает эффект полноты эстетической включенности в мир).
      Однако в эротической любви и любви к самому себе наиболее велика все же именно эмоциональная составляющая любви. "Эти виды любви - парадигма всякой любви, независимо от ее предмета, их следы можно обнаружить едва ли не в каждом ее виде".* На наш взгляд, это - весьма сильное утверждение и часто не соответствует действительному положению вещей.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19