Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Максвеллы (№1) - Осенний любовник

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Лоуэлл Элизабет / Осенний любовник - Чтение (стр. 18)
Автор: Лоуэлл Элизабет
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Максвеллы

 

 


«Надо делать, как мужчины. Шаг за шагом».

Она оттолкнулась от ставня и медленно двинулась с места. Ноги повели ее в подвал, а не в спальню.

Хантер протянул руку остановить Элиссу, но тут же убрал. Раненым нужен уход после длинной ночи, а кто, кроме Элиссы, сможет это сделать?

Тихо выругавшись, он стал подниматься по лестнице.

Кейс посмотрел на брата, вошедшего в детскую. Мужчины уже не обращали внимания на резкий контраст между грудами стреляных гильз в колыбели и бабочками, пляшущими на стенах.

– Дай я выйду этой ночью, – без всякого вступления сказал Кейс. – Обещаю, на заре налетчиков станет меньше.

– Пока нет.

– Когда!

Это был не вопрос. Требование.

– Когда не останется никакого шанса и ни минутой раньше, – резко ответил Хантер.

– Это о каком шансе ты говоришь? Вчера ночью нас чуть не сожгли дотла!

В голосе Кейса не было надежды на чудо. Не было интереса к своей собственной судьбе. Он просто хотел узнать, чего такого он не видит и не понимает, что видит и понимает Хантер.

– Армия может заинтересоваться трехдневной пальбой и столбами дыма на Лэддер-Эс, – сказал Хантер. – Это заметит любой пьяница.

Кейс раздраженно хмыкнул.

– Армия – на дальнем конце Руби-Маунтинз, она гоняется за индейцами и занимается топографией. Вояки составляют карту здешних мест, – заметил Кейс. – Горстка мужчин, оставшихся в лагере Халлек, и не вспомнит про Лэддер-Эс.

Хантер не стал спорить.

Но он не мог заставить себя выпустить Кейса одного на верную гибель.

– Когда ты пойдешь, я тоже пойду с тобой.

– Нет, ты здесь нужен.

– Морган может…

– Нет, – перебил его тихо, но упрямо Кейс.

– Единственный способ остановить меня – убить.

– А как с Элиссой? – спросил Кейс. – Ты о ней подумал?

Веки Хантера дрогнули. Несмотря на жаркий бой, ему удавалось думать об Элиссе.

И мысли эти были тревожными.

Во время длинных дней и ночей осады Элисса ни разу не заговорила с Хантером о любви. Она не пыталась подойти, встать рядом, прикоснуться к нему. Сама получить успокоение от его присутствия. Или, наоборот, успокоить его.

Она даже не кинулась к нему в объятия, когда он, сумев обогнать преследователей, ворвался в дом едва не верхом. Она просто сказала, что беспокоилась о нем.

И сегодня утром, едва удерживаясь на ногах, прошла мимо, будто он чужой.

"Неудивительно, что она отказалась выходить за меня замуж, когда мы занимались любовью в пещере. Она уже поняла, что на самом деле меня не любит.

Но она же хотела меня! Боже мой, ни одна женщина на свете не хотела меня так.

Такая смелая, страстная, безрассудная, и, черт побери, слишком молодая, чтобы знать, чего хочет. Я-то это сразу понял, с первого раза, как увидел ее, я не мог перестать ее хотеть.

Я же обязательно женился бы на ней.

Хотя совершенно ясно, что мы оба скоро об этом пожалели бы.

Слишком молода. Элисса и Белинда в этом похожи. Разве что в этом. В остальном разные.

Грешишь быстро, а каешься вечно".

– Ну что, – давил Кейс, – что насчет Элиссы.

– Она молода. Жив я буду или умру, девушка до Рождества переболеет мною.

Левая бровь Кейса изумленно выгнулась.

– Ты не спал три ночи, поэтому плохо соображаешь.

– Я спал столько же, сколько и ты.

– Так это Элисса сказала тебе, что не любит? – спросил Кейс.

Взгляд Хантера потемнел, когда он снова вспомнил, как Элисса отказалась признаться в любви.

«Мы просто любовники».

Он никак не мог понять, почему это заявление Элиссы так глубоко его ранило.

– Да, – сказал Хантер. – Элисса.

Кейс начал говорить что-то, потом покачал головой. Он не так уж хорошо разбирался в женщинах, но Элисса казалась другой. По крайней мере в том, что касалось Хантера.

– Ну значит, она и меня одурачила, – бросил Кейс.

Он молча стал выглядывать в бойницы. Стоило их приоткрыть, и в комнату проникал свет – ясный, голубовато-белый.

– Когда совсем стемнеет, я выхожу. У меня есть мысль, где можно найти Эба.

Хантер закрыл глаза и кивнул.

– Мы выйдем в полной темноте, – согласился он, понимая: это то, чего ему меньше всего хотелось бы.

Когда Хантер осмотрел лазарет, шесть из семи коек были заняты, ранеными и теми, кто просто спал. Тяжелее всех ранили Фокса. Он схлопотал пулю в бок, страдал и мучился в горячке. И несмотря на это, интуиция подсказывала Хантеру, что Фокс через день-другой будет на ногах. Воина научила его: раненым надо несколько дней – они или выздоравливают, или умирают.

Пенни подходила к каждому, трогая лоб рукой. Нежное прикосновение, уверенность успокаивали мужчин. Казалось, и кожа горела уже не так сильно.

– Где Элисса? – тихо спросил Хантер.

– Я заставила ее пойти спать. Она не спала почти двое суток.

– А ты? – спросил он.

– Ну мне все же удается иногда поспать.

Хантер огляделся еще раз. Здесь он никому не был нужен.

И ему никто.

– Хантер.

Он повернулся к Пенни.

– Мы не справимся, да? – тихо спросила Пенни.

– Мы с Кейсом попытаемся переломить ситуацию.

– Как?

– Тебе не надо знать.

Пенни посмотрела Хантеру в глаза и быстро отвела взгляд.

– Когда? – шепотом спросила она.

– Сегодня ночью.

Она прикусила губу и кивнула. Потом подняла глаза и ищущим взглядом посмотрела на него.

– Если ты найдешь где-нибудь Билла, – с болью в голосе прошептала она, – помни, что…

Голос Пенни замер.

– Не думаю, что я найду Билла, – осторожно сказал Хантер. – Как ты себе представляешь – он среди бандитов, что готовы насиловать, убивать его дочь?

Слезы покатились по щекам Пенни.

– Ты думаешь, он уже мертв, да? Ты думаешь, они убили его?

– Не знаю. Ты тоже не знаешь. Биллу известна эта земля лучше всех. И если он сообразительный, то, как только убедился, что Калпепперы отправились в рейд, сбежал и где-нибудь отсиживается. Выжидает.

Пенни согласно закивала. Плечи ее ходили ходуном, видно было страшное напряжение.

– Я в порядке, – прошептала она.

Хантер притянул к себе Пенни и нежно обнял.

Сперва она сопротивлялась, но недолго – уткнулась Хантеру в грудь и выплакала все накипевшее. Больше уже не придется плакать.

Потом она вытерла ладонью щеки, улыбнулась Хантеру и оттолкнулась от него – пошла от койки к койке, прикладывая руку ко лбу каждого мужчины, проверяя температуру.

Хантер поднялся наверх. Прошелся по первому этажу. Все в порядке. И на втором тоже. Сонни наблюдал с одной стороны дома, Кейс с другой. Никто из мужчин не видел ничего, кроме солнечного света и медленно собиравшихся туч, день угасал.

Дверь спальни Элиссы была закрыта. Хантер постоял, прислушиваясь. Тихие прерывистые звуки донеслись до него.

Хантер осторожно приналег на дверь, подумав: интересно, не заперлась ли Элисса.

Но дверь открылась.

Хантер сказал себе, что только взглянет на нее и узнает, все ли в порядке. Она беспокойно заворочалась в постели. Луч света сквозь бойницу упал на лицо. На щеках блестели слезы.

Элисса плакала во сне.

Одним шагом Хантер пересек комнату, дверь закрылась, засов бесшумно упал на место. На цыпочках он подошел к кровати.

Взглянув на Элиссу, он понял: да, точно, она спит. Спит и сама не понимает, что плачет. Ночные кошмары мучили бедняжку.

На столике у кровати лежал заряженный револьвер. Хантер понял сразу: Элисса не собиралась сдаваться в руки Эба Калпеппера.

«Ну почему же ты не пришла ко мне, чтобы я успокоил тебя?»

Ответ всплыл немедленно, со всей жестокостью.

"Мы просто любовники.

Просто любовники".

Быстро, совершенно безрассудно, не заботясь о том, что мужчины могут подумать о них с Элиссой, Хантер скинул ботинки и залез к ней в постель. Когда он скользнул под простыню, запах ружейного дыма, розмарина и женского тепла ударил ему в нос. Желание и что-то еще, похожее на печаль, охватили Хантера. Он не понимал, откуда эта печаль. Но его разгоревшейся страсти она не мешала.

Элисса спала одетая, только без ботинок. Замшевая рубаха надета на фланелевую, которая когда-то была красной. Сейчас она выцвела и стала розовой.

Руки Хантера задрожали при мысли, что под этой одеждой он найдет упругое, белое, как сметана, тело. Он не хотел будить Элиссу, но он безумно нуждался в ней.

С нежностью, в которой были и жалость, и страсть, Хантер стал гладить спутанные волосы Элиссы. Полусонная, она повернулась к нему и пробормотала его имя.

– Не просыпайся, – шептал Хантер. – Я просто хочу обнять тебя, спи.

Но это была ложь, Хантер хотел гораздо большего. Если он для Элиссы только любовник, он хотел бы побыть им в последний раз.

Вздохнув, Элисса нырнула в объятия Хантера. Его тело дернулось, ощутив женское тепло. Его плоть готова. Он закрыл глаза, сдержал стон, не желая будить ее.

Когда Хантер снова смог дышать, несмотря на боль в чреслах, он открыл глаза. Элисса смотрела на него, и в ее глазах было то же самое – страсть и печаль.

– Не беспокойся, дорогая, – тихо сказал он. – Эб Калпеппер будет мертв, прежде чем взойдет солнце. Завтра ночью тебе не придется спать с заряженным пистолетом в изголовье, с мыслью, что тебе придется убить… кого-нибудь.

Вздрогнув, Элисса молча обняла Хантера и тесно прижалась к нему. И снова печаль охватила его и утоляя, и увеличивая жажду. Он нежно целовал ее волосы.

– Все будет хорошо, – шептал Хантер. – Мы с Кейсом уходим ночью.

– Нет, – раздался хриплый шепот Элиссы. Хантер не пытался спорить.

– Другого выхода нет. И если нам повезет, мы покончим с Эбом и всей его бандой.

– Нет!

– Даже если мы не сможем достать Эба. Единственное, на чем он держит свою банду, на жадности. Если кое-кто из них окажется с перерезанной глоткой, остальные разбегутся.

– Тебя убьют.

И снова Хантер не стал спорить.

Если бы он считал, что проскользнуть под носом у охранников Эба легко, он бы взял с собой и женщин, чтобы они могли убежать в безопасное место, в лагерь Халлек, еще несколько дней назад. Но остаться незамеченным – большое искусство, а им обладают только они с Кейсом, ну и еще кому-нибудь могло повезти.

Будь положение не столь отчаянное, Хантер об этом даже не подумал бы.

Он наклонился и легонько поцеловал Элиссу. Нежным поцелуем он хотел унять ее страхи и свои, но прикоснуться к ее губам – все равно что поднести к стогу сена зажженный факел.

С хриплым стоном Хантер впился в губы Элиссы, дрожащие и с готовностью раскрывшиеся для поцелуя. Его язык со всей страстью отчаяния проник внутрь.

Жаркий поцелуй вдавил ее голову в подушку. Она не заметила, как пальцами вцепилась ему в волосы и что изо всех сил прижимается к нему.

Кровь Хантера закипела; продолжая целовать, он быстро и нетерпеливо раздевал ее.

Она старалась помочь, они вместе стянули с нее штаны и отбросили.

– Я не собирался… – начал Хантер.

Элисса прижалась к его губам, а тело приникло к нему что было сил. Она потянула его руку вниз.

Хантер забыл все слова, Элисса была разгоряченная, мягкая и при первом прикосновении огонь, сжигавший ее, вышел из-под контроля. Рывком он расстегнул брюки и оказался на ней, желая лишь одного – поскорее попасть внутрь.

Быстрые движения бедер перекачивали жар Хантера в жар Элиссы. Она ерзала, что-то выкрикивала, дрожа от явного удовольствия.

Вдруг Элисса обняла его ногами и сама стала двигаться вверх-вниз, помогая Хантеру проникать в нее глубже. Он понял – она хочет его так же, как и он ее, и Хантер теперь двигался мощно, сильно, словно каждый удар – последний и после – ничего.

Элисса выгибалась ему навстречу, а он давал ей все, что она хотела, и даже больше. Внезапный экстаз охватил ее, она забилась в конвульсиях. Почувствовав, что она дошла до кульминации, Хантер тоже разрешил себе испытать наивысшее наслаждение. Разум заставил его поцелуями заглушить крики, готовые вырваться из обоих.

Потом они заснули, их тела переплелись, все еще вздрагивая в последних судорогах наслаждения.

* * *

Через час их разбудил стук в дверь.

Кейс сообщил: на Лэддер-Эс снова началась атака.

Глава 25

Элисса стояла возле бойницы, вглядываясь в нее, в свет клонящегося к закату дня. Хантер был за спиной и прикрывал ее своим телом. Он смотрел поверх светлых волос на сверкающий золотистый свет и чернеющую землю, лежащую по ту сторону бойницы.

Невольно Хантер глубоко вздохнул. Он так близко от Элиссы, что чувствовал смешанный запах розмарина и пороха, а также желанного женского тела.

«Просто любовники».

– Я ничего не вижу, – вздохнула Элисса.

Она выпрямилась и обнаружила себя зажатой между ставнями и телом Хантера. Чувства снова накинулись на нее, жар усиливался томящей тоской, но это совсем не то, что та страсть.

– Ты… видишь что-то? – хрипло спросила Элисса. Голос ее прозвучал как ласка. И пришлось затянуть с ответом, чтобы не выдать себя.

– Я думаю, – сказал Хантер, – они не дадут нам никакого отдыха. И поэтому, пока мы с Кейсом не остановим их, еще до зари они пойдут на нас с факелами.

Страх сковал Элиссу – Хантер окажется за стенами дома, в темноте, в страшной опасности он будет отыскивать этих змеенышей.

– Не ходи, – попросила она тихо. В ответ Хантер лишь выдохнул ее имя.

– Я бы хотела умереть с тобой, – прошептала она. – Пожалуйста, Хантер, не ходи.

– Это наш единственный шанс. И… – Хантер тронул губами волосы Элиссы. – Я не могу отпустить брата одного против Эба Калпеппера.

Элисса закрыла глаза.

«А чего я ожидала? Хантер любит своего брата».

Повисло молчание. Элисса открыла глаза и стала смотреть на сожженные земли, пытаясь понять, где спрятались бандиты.

– Элисса, – прошептал Хантер, взволнованный ее неестественным молчанием.

– Никого.

– Что?

– Никто не приближается.

– Я не о том.

Что бы Хантер ни собирался сказать, все потерялось в раздавшихся одновременно криках Моргана и Кейса. Они дежурили наверху.

– Ружейные выстрелы! С севера и с востока!

– Внимание! С запада и с юга тоже! Будьте готовы! Не стреляйте, пока не убедитесь в цели. И без промаха. У нас чертовски мало патронов.

Элисса схватила карабин.

Хантер повернулся и кинулся с ружьем к лестнице.

Грохот стрельбы несся отовсюду, значит, атака – не видимость и стрельба неспроста, думал Хантер.

Пока он бежал по лестнице, он понял, что его так насторожило. Выстрелы не приближались. И из дома никто не стрелял в ответ.

– Ну? – спросил Хантер, поднявшись в детскую.

– Я их слышу, но не вижу, – сказал Кейс.

– Морган! – окликнул Хантер. – А ты что видишь?

– Ничего.

Однако стрельба шла без передышки.

– Армия? – скептически спросил Кейс.

– Не знаю, – ответил Хантер.

– Может, сами налетчики схватились друг с другом?

Хантер улыбнулся, и улыбка была жесткой.

Затем наступило напряженное молчание. Мужчины прислушивались, выжидая. Они ничего не видели, кроме обожженной земли и яркого солнечного света середины дня.

– Что-то похожее на боевые кличи, – проговорил Хантер.

– Да, когда эти ребята работают или пьют виски, этим пытаются воспользоваться.

– Может, перебьют друг друга.

Молча Кейс поднял ружье, прицелился и стал ждать, не появится ли кто – индейцы или бандиты.

– Крикни, если что увидишь, – сказал Хантер.

Он повернулся и пошел по дому темным призраком, выглядывая в каждую бойницу, прислушиваясь и выжидая.

Ружейные выстрелы и боевые кличи неслись со всех сторон.

Хантер вернулся к Элиссе.

Как и Кейс, она тоже прицелилась в ожидании врагов. Но в отличие от него уперла ствол в бойницу, чтобы не держать на весу. Свет дня падал на глаза, и они блестели, как зелено-голубые драгоценные камни.

Хантер подошел и встал рядом. Он оперся о ставни, подался вперед и поглядел поверх головы Элиссы.

Через несколько мгновений их тела слились. Не отрывая взгляда, Хантер поцеловал ее в волосы – легонько, быстро, она даже не была уверена, произошло ли это на самом деле.

– Индейцы направляются к тополям! – крикнул Кейс.

Хантер отвернулся от Элиссы.

– Не стреляй! – кричал он. – Если они хотят перебить Калпепперов, я их не остановлю! Не стану!

Звуки выстрелов доносились от тополей. А потом резкие боевые кличи огласили тишину.

– Шевелитесь, ребята, они могут появиться в любой момент!

Элисса напряженно ждала и следила, как день клонился к вечеру. Тихо, не слышно даже птиц, которые обычно прилетали на ночь на болото.

Только когда Элисса убедилась, что индейцы ушли и не тронули Лэддер-Эс, Кейс снова крикнул:

– Индейцы! Пятеро. – И потом, не веря себе, добавил:

– Один с флагом переговоров!

– Не стрелять, – предупредил Хантер.

Невероятно, но четверо индейцев остановились возле крайних тополей, а человек с флагом въехал во двор ранчо.

– Ута, – сказала Элисса. – Разрисованы, как для войны, а не для переговоров.

Хантер подошел к главной двери, где уже стоял Морган. Элисса встала рядом.

– Отойди назад, – сказал Хантер. – Это может быть ловушка.

– Нет, если ты пойдешь, и я тоже.

– Морган.

Хантер больше не произнес ни слова, но когда дверь открылась, Морган ее просто оттащил без всякого труда. Она попыталась бороться, но потом устало сдалась.

Дверь за Хантером закрылась, он остался один на выжженной траве и взрыхленной земле. Ружья у него не было, только револьвер на поясе.

Воины у тополей были поджарые, крепкие, здоровые. Их лошади такие же. Но внимание Хантера было устремлено на ута с флагом.

Наблюдая за руками мужчины, Хантер понял то, во что не осмелился поверить. Индейцы не собирались воевать с Лэддер-Эс. Они просто пришли вернуть долг. Элиссе.

И только ей.

– Элисса! – позвал Хантер, не оборачиваясь и не отводя взгляда от индейца.

Тут же открылась дверь, и Элисса встала рядом с Хантером.

Индеец начал снова делать знаки. Его руки были изящные, сильные, знаками он пытался передать белому то, что хотел сказать.

– Он говорит, их вождь тебе много должен.

– Но…

– Жди, – перебил Хантер.

Он напряженно наблюдал за знаками и потом переводил.

– Его жена и сын были схвачены белыми мужчинами, – сказал он. – С помощью одного из них ей удалось бежать. Но бегство превратилось в охоту для других, они гнались за ней, как койоты за кроликом. Потом появилась одна смелая женщина на пятнистом жеребце.

Испуганно Элисса посмотрела на Хантера, а тот глядел только на руки индейца.

– Хотя она сама была белая, – перевел Хантер, – она застрелила белого мужчину, взяла сына и дала место на лошади его жене. Белая женщина забрала его жену и сына в свой дом и нежно заботилась о них, как мать о своих детях.

Индеец подождал, долгим взглядом посмотрел на Элиссу и продолжил.

– Тот-Который-Первый-Возвещает-О-Пожаре благодарит белую женщину, – перевел Хантер. – И пусть будет мир между нашими домами.

– Да, – тут же сказала Элисса.

Индеец понял. Он быстро махнул рукой. Пятеро галопом сбежали со склона, поросшего соснами, под которыми чернела обгоревшая земля. Трое ута вели трех кобыл аппалуза, прекрасных животных – длинноногих и широкогрудых.

– Хантер, – прошептала Элисса.

– Похоже, тебе удастся вывести пятнистых лошадей, как ты и хотела, – ответил он тихо.

Совершенно ошарашенная, Элисса взяла поводья, которые индеец положил к ее ногам.

Потом подошли еще двое. Один вел кобылу, на которой индианка убежала с фермы. К ее спине был привязан мужчина лицом вниз. А второй индеец подъехал верхом, но не один.

С ним был белый.

– Билл! – воскликнула Элисса.

Индеец освободил свою кладь, спустил Билла на землю, и это послужило сигналом – все тотчас умчались.

Открылась дверь, выбежала Пенни. Она кинулась к Биллу. Опустилась на колени.

Элисса тоже подошла и застыла, увидев человека, привязанного к кобыле. Он был с одной рукой.

– Мак! – в шоке проговорила она.

Если Хантер и был ошарашен, он не подал вида. Вынул нож из-за пояса, разрезал веревку, подхватил Мака, когда тот начал падать.

– Он… – начала Элисса.

– …едва живой, – закончил Хантер. Он понес Мака в дом. Только вошел, сразу позвал Кейса.

– Возьми двоих и проверь, остался ли кто живой из бандитов.

На следующий день, сразу после полудня, Элисса спустилась по лестнице в подвал. Дом казался странно пустым, большинство мужчин уехали загонять скот. При последнем подсчете его оказалось больше шестисот голов.

Бандитов зарыли там, где нашли. Среди мертвых был только один Калпеппер. Но не Эб.

Кейс нашел следы лошадей и устремился по ним, пока они не исчезли на склоне среди скал. После этого он вернулся к Хантеру упаковывать вещи.

Элисса поняла – Кейс не останется на Лэддер-Эс даже до захода солнца.

И Хантер тоже.

– Я не позволю брату пойти против Эба Калпеппера в одиночку.

Только Билл и Мак оставались в лазарете. Билл ранен был легко, но страшно истощен и сильно избит. Калпепперы бросили его умирать, отправившись в налет на Лэддер-Эс.

Мак был в гораздо худшем состоянии.

В конце лестницы, ведущей в подвал, Элисса остановилась, давая глазам привыкнуть к мраку. Мерцающий фонарь светил плохо. Койка Мака стояла на одной стороне, койка Билла – в другом углу, куда свет почти не проникал.

Пенни нигде не было видно.

Элисса хотела вернуться и подняться обратно, но заметила движение в углу Билла. Когда глазка привыкли, она увидела – на постели двое. Они лежали обнявшись.

Слова страсти и нежности раздавались из темноты, и Элисса поняла – Билл наконец ответил любовью на любовь Пенни. Как больно видеть чужое счастье! Хотя, конечно, она была счастлива за подругу!

Завтра на заре Морган, Сонни и пастухи-испанцы погонят скот в лагерь Халлек – выполнять контракт.

Хантер и Кейс отправятся в другую сторону, преследовать Эба Калпеппера.

«Я не могу позволить брату идти против Эба Калпеппера в одиночку».

Элисса начала подниматься по ступенькам, но Билл тихо позвал ее.

– Иди сюда, Сэсси. Ты первой узнаешь, что Пенни согласилась выйти за меня замуж.

Пенни испуганно вскрикнула и вылезла из постели.

– Поздравляю, – сказала Элисса.

– С тем, что наконец осмелился?

– Да, это редко случается с мужчинами, – Элисса печально улыбнулась ему, стараясь сгладить укол, прозвучавший в словах. Пенни громко рассмеялась. Даже глаза Билла засверкали на обветренном лице.

– Как дела у Мака?

Пенни расстроенно покачала головой.

– Я только что осмотрела его. Он то теряет сознание, то снова приходит в себя. Но каждый раз, когда… – И Пенни пожала плечами, ничего не добавив.

Мак впадал во все более глубокое беспамятство.

– Ну, в общем, нормально, – резко сказал Билл. – Значит, мне не придется его убивать.

– Что? – удивилась Элисса.

– Это Мак воровал твой скот, – сказал Хантер из-за спины Элиссы, он стоял на лестнице. Она резко повернулась.

– Ты что?

Хантер посмотрел на Билла.

– Скажи ей, – велел Билл, беря Пенни за руку. – А я лучше поцелую эту маленькую даму.

Пенни покраснела и улыбнулась от удовольствия, и как будто солнце осветило мрачный подвал.

Элисса отвернулась.

– Мак начал воровать у тебя скот, как только умер Джон Саттон, – сказал Хантер Элиссе. Она катала головой, не понимая.

– Билл рассказал: Мак считал, что дочь, прижитая твоей матерью на стороне, не достойна Джона, – объяснил Хантер. – И поэтому Мак начал создавать собственную ферму.

– Из поголовья Лэддер-Эс и с клеймом Слэш-Ривер? – спросила Элисса.

– Да, что-то в этом роде.

– Я, в общем, подозревал это, – сказал Билл. – Но меня тогда больше волновали пьянки.

Пенни тихо вздохнула и прикоснулась к лицу Билла.

– К тому времени, когда Пенни заставила меня понять, как я глупо себя веду, – сказал Билл, – Калпепперы уже начали наезжать. Маку не понравилось, но он не мог их остановить.

– И тогда он изобразил свою смерть и объединился с Калпепперами?

Билл кивнул. Хантер бросил косой взгляд в сторону Мака.

– Если он жив, – сказал Хантер, – я повешу этого сукина сына.

Элисса открыла рот, но не могла найти слов.

– Но людей не вешают за угон скота.

– Не вешают. Но Мак трижды пытался убить тебя. Я свидетель.

– Что? – спросила она потрясение.

– Это он натравил буйвола. Устроил обвал в ущелье. И целился в тебя ночью, когда посыпал солью огород.

– Мак? – звенящим голосом спросила Элисса. – Он так меня ненавидел? Но почему? Что я ему сделала?

– Он не тебя ненавидел, а Глорию.

– Что ты этим хочешь сказать?

– Мак и Джон были партнерами до появления Глории, – сказал Билл. – И Мак не простил ей перемен.

– Но какое отношение это имеет ко мне? – прошептала Элисса.

– А ты очень похожа на свою мать. – Билл заколебался, а потом просто сказал:

– Иногда посмотришь на тебя – и как ножом по сердцу.

Элисса покачала головой, не желая верить в столь сильную ненависть Мака. Неужели он готов был убить ее?

– Сэсси.

Сперва Элисса подумала, что шепот ей почудился, но она услышала снова:

– Сэсси.

Элисса медленно повернулась в угол, где лежал умирающий Мак.

Хантер кинулся к койке раньше Элиссы и рукой преградил ей путь.

– Я здесь, Мак, – сказала Элисса.

– Где? – прошептал Мак. – Не вижу.

Элисса обошла Хантера и взяла Мака за руку.

– Я здесь.

Мак посмотрел на нее.

– Ты знаешь… Мое клеймо…

– Слэш-Ривер? – спросила она.

– Даю его… тебе. Прости.

– Не разговаривай, – сказала Элисса, – Береги силы.

Что-то вроде улыбки возникло на лице Мака. Когда он заговорил, его голос стал громче, будто он собрал последние силы.

– Я умираю, Сэсси.

У Элиссы перехватило дыхание, она сжала руку Мака.

– Эти чертовы развратники Калпепперы, – сказал Мак с презрением в голосе. – Лишь бы поиметь женщину. Украли индианку.

Веки Элиссы дрогнули.

– Дураки. Я им прямо так и сказал. А потом… ушел в болото. – Он судорожно вздохнул несколько раз, и каждый вздох говорил, какую боль ему приходится преодолевать перед смертью.

– Это был ты? Ты застрелил Гэйлорда, прежде чем он успел выстрелить в Элиссу?

Мак медленно посмотрел на Хантера, а потом так же медленно на Элиссу, уставившись на ее одежду.

– Она была похожа на мужчину, – сказал Мак. – И дралась, как мужчина. Она вела себя храбро. Я никогда такого не видел. И не мог позволить им убить, Эб догадался, что это я. Он всадил мне пулю в живот, чтобы я умирал… медленной… трудной… смертью.

Мак дышал неровно, прерывисто, его рука, которую держала Элисса, была вялой и безвольной.

Слезы без остановки падали на руку Мака.

Но Мак не чувствовал. Он уже не чувствовал ничего.

В каком-то смысле Элисса завидовала ему, она знала – ее самая большая боль впереди.

Когда Хантер понял, что произошло, он накрыл Мака одеялом и повернулся к Элиссе.

– Не плачь, дорогая, – сказал он ей. – Он не достоин твоих слез.

– Я плачу не только из-за него. Я плачу из-за боли, гнева, предательства. О прошлом. Какое горькое наследство! Как все запутанно!

Хантер молчал. Элисса знала – он думает о споем прошлом. О предательстве, гневе, боли.

От этого сердце Элиссы обливалось кровью. Она могла оплакивать свое прошлое, но прошлого Хантера она не вправе касаться. И. ничем не могла ему помочь.

Она могла лишь потерять Хантера.

"Нет, это не совсем правильно, я не могу потерять то, чего никогда не имела.

Хантер никогда не отдавался мне. Он только взял то, что я предложила. И дал мне удовольствие.

Не сердце. Не доверие. И, уж конечно, не любовь. Просто удовольствие".

Когда Элисса снова посмотрела на Хантера, глаза ее были так же пусты, как и сердце.

– Что Кейс сказал о лошадиных следах? – спросила Элисса.

Хантер посмотрел на нее и поразился отрешенности, абсолютному отсутствию чувств. Все исчезло. Элисса стала совершенно другой. Он ощутил перемену.

"Да, пройдя войну, человек меняется. Узнав о предательстве близких людей – тоже.

Ведь это изменило и меня".

Но такая перемена в Элиссе отозвалась в душе Хантера неожиданной болью. Он много бы дал, чтобы темная тень в ее глазах сменилась светом веселья и страсти.

– Эб Калпеппер направился в Спэниш-Боттомз, – наконец сказал Хантер.

– Значит, вы с Кейсом скоро уезжаете.

Прежде чем Хантер успел что-то ответить, заговорил Билл.

– Хантер и шага не сделает с Лэддер-Эс, пока не женится на тебе, – сказал он.

Элисса испуганно повернулась к Биллу.

– Что?

– Ты слышала – что, – ответил Билл. – Из того, что рассказала Пенни и что я вижу своими глазами, я делаю вывод: на Лэддер-Эс нужен священник. Немедленно.

– Ну да, венчать вас с Пенни, – сказала Элисса.

– Это будет двойная свадьба, – заявил Билл.

– В этом нет необходимости.

– Ну да, – сказал Билл. – Вы с Хантером…

– Я же не беременна, – перебила его Элисса. Хантер издал странный звук.

– Ты уверена? – спросил он.

– Абсолютно.

– Тот факт, что он сам об этом спрашивает, означает – будет двойная свадьба. Я лично прослежу.

– Нет, – сказала Элисса.

– Сэсси, – начал раздраженно Билл.

– Нет, – повторила она.

– Почему? – резко спросил Хантер. – Ты знаешь, нам хорошо вдвоем.

Элисса повернулась к Хантеру, точно принимая вызов от мужчины, которого не теряла – ведь он ей никогда и не отдавался.

– Муж должен хранить верность своей жене, – сказала Элисса ровным голосом. – Ты верен своим умершим детям. И Кейсу.

Хантер поднял руку, будто хотел коснуться Элиссы или предотвратить удар.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19