Тайный круг - Тайный Круг. Преследование

Л. Дж. Смит

Тайный Круг. Преследование

1

Кэсси держала в руках Книгу Tеней, когда-то принадлежавшую отцу, и дрожала.

– Теперь пути назад не будет, – сказала мать и выжидающе посмотрела на Кэсси.

Книга с золоченым обрезом была плотно стянута кожаным ремешком, похожим на тонкий узкий поясок. Кэсси потянула за него, и пылинки заплясали в воздухе, когда узелок развязался. Обложка Книги оставалась неподвижной.

– Слишком поздно, чтобы передумать, – сказала мать. – Ты уверена, что готова?

Кэсси кивнула. Если книга содержит секреты, которые помогут ей победить сводную сестру Скарлетт и спасти Круг от тех, кто ему угрожает, то все остальное неважно. Книгу непременно надо изучить.

Кэсси осторожно раскрыла ее; хрустнул корешок, и взгляд героини буквально растворился в увиденном. Текст на желтоватых листах сплошь состоял из волнистых линий и каких-то старинных символов. Каждая закорючка таила нечто запретное, будто Кэсси открыла нечто, не предназначенное для ее глаз.

Но прежде чем Кэсси успела все хорошенько рассмотреть, книга начала нагреваться в ее руках, очень быстро став нестерпимо горячей. Боль в обожженных пальцах была такой, что девушка не удержалась и вскрикнула. Пальцы словно приклеились к книге, и Кэсси, несмотря на нестерпимую боль, не могла оторвать от нее руки.

Мамино лицо исказилось от страха, но действовала она быстро, одним широким, резким взмахом ладони сбросив книгу на пол и освободив руки Кэсси. Из груди Кэсси вырвался стон облегчения, но на ладонях пузырились красные ожоги, и в них пульсировала боль.

Она с ужасом посмотрела на маму.

– Ты говорила, что это всего лишь книга.

– Она и была всего лишь книгой. Или мне так казалось.

Мама осмотрела руки дочери, оценивая, насколько серьезны ожоги, и перевела взгляд на книгу, лежащую на деревянном полу. Осторожно подошла к ней, подняла с пола, закрыла и плотно перевязала кожаным ремешком. Книга не причинила ей никакого вреда.

– Я пока спрячу ее, так будет спокойнее, – сказала мама. – Прости, Кэсси. Я не представляла, что такое может случиться. Никогда не видела ничего подобного.

Кэсси отстранилась, ошеломленная маминым ответом.

– Но ты говорила, что мне нужна эта книга, чтобы победить Скарлетт. Как же я узнаю, что в ней написано, если я даже не могу держать ее в руках?

Мама покачала головой:

– Я не знаю. Вероятно, она заклята, чтобы никто, кроме владельца, не мог ее открыть.

– Значит, я должна выяснить, как снять это заклятие. Скарлетт где-то поблизости и хочет убить меня. Книга – моя единственная надежда на спасение.

Мама подняла руку в успокаивающем жесте:

– Не спеши. Давай сначала займемся твоими ожогами. Я думаю, что на сегодня с тебя довольно волнений.

Мама с мимолетной лаской сжала плечо Кэсси и убрала книгу.

Когда она вернулась с бинтами и мазью, мысли Кэсси метались между новыми вопросами и тревогой о подругах, которые получили метки охотников.

– Жизни Фэй и Лорел могут зависеть от того, смогу ли я открыть эту книгу, – сказала Кэсси. – Я должна попытаться сделать это еще раз.

Мама, усаживаясь рядом с Кэсси, выглядела очень одиноко.

– Фэй и Лорел в смертельной опасности, – она начала бинтовать руки Кэсси. – Но охотники обычно убивают ведьму как бы в два приема: вначале, застав за колдовством, ставят метку и только после этого насылают смертельное проклятие. Если мы не позволим охотникам выполнить вторую часть этого плана, ничего плохого не случится.

Смертельное проклятие. Кэсси вспомнила день смерти Констанс, тетушки Мелани, и метку охотников на ее лбу. Круг даже не подозревал об этой метке до тех пор, пока не стало слишком поздно.

– Почему охотники не насылают смертельное проклятие сразу после того, как поставили свою метку? – спросила Кэсси. – Чего они ждут?

– Чтобы поставить на жертве метку, требуется лишь один охотник, а для смертельного проклятия нужно, чтобы их было несколько. – Мама забинтовала ожоги быстро и ловко, как военно-полевая сестра. – Это во многом похоже на плетение чар; охотники не могут наслать смертельное проклятие в любой момент.

Кэсси поморщилась от боли, когда бинт прикоснулся к обожженной коже.

– Так что, – сказала мама, – Фэй и Лорел, конечно, нужно защитить. Но сегодня вечером ты должна отдохнуть.

Кэсси кивнула. У нее было еще много вопросов, но она устала от боли. Удобно устроившись в кровати, Кэсси почувствовала, как веки стали тяжелыми, позволила им сомкнуться, окунулась в мягкий сумрак и заснула. Но, даже засыпая, она видела сияющий на черном фоне контур отцовской книги.

* * *

На следующее утро, пока Кэсси ждала на веранде Адама, который должен был отвезти ее в школу, в голове крутились одни и те же мысли. Она пыталась отвлечься от них, любуясь, как солнце отсвечивает красным от окон каждого дома на мысу, но слишком многое ее беспокоило. На прошлой неделе Кэсси узнала, что сводная сестра, Скралетт, хочет убить ее и занять ее место в Круге. И это почти удалось. Полусестренки встретились лицом к лицу на Кейп-Коде, но тогда Кэсси обратила Скарлетт в бегство. Правда, врагиня прихватила с собой Инструменты Мастера.

Вдобавок, как будто этого было недостаточно, появились охотники. Сейчас Круг уже не сомневался, что Макс и его отец, директор Бойлан, были охотниками на ведьм. Они поставили свои метки на Лорел и Фэй и, вероятно, уже точно знали, кто именно входит в Круг.

Кэсси посмотрела вниз и заметила, что серая краска, которой был покрашен пол веранды, шелушится. Этот старый дом, подумала она, этот старинный город. Нельзя убежать от его древней истории.

Стоял солнечный безветренный день, но как Кэсси могла наслаждаться им? Она натянула рукава своего фиолетового худи пониже, чтобы скрыть ожоги на руках. Кэсси хотела бы полностью раствориться в этом мягком хлопке. Вдруг в кустах послышался какой-то шорох. Это всего лишь бриз, сказала она сама себе, но не увидела, чтобы шевельнулась хоть одна травинка.

Раздался хруст листьев. Звук шел слева, от ряда кустов, обрамлявших дорожку, ведущую к боковой двери дома, – незваному гостю или Скарлетт легко было бы проникнуть в дом Кэсси этим путем.

Бесшумно прокравшись по шаткому деревянному настилу, Кэсси приблизилась к источнику звука. Кусты опять шевельнулись; на этот раз она увидела, как что-то мелькнуло в них, и выкрикнула: «Скарлетт!»

Рыжая кошка сорвалась с покачнувшейся изгороди, молнией проскочила мимо Кэсси и вскарабкалась на дерево в соседнем дворе. Ее добыча – мышь-полевка – с виноватым видом осталась в нескошенной траве. Кэсси выдохнула. Она бы громко посмеялась над собой, если бы не была в таком смятении.

Кэсси вернулась назад, обогнув веранду как раз в тот момент, когда Адам притормозил у обочины. Ее сердце все еще учащенно билось, когда она села на пассажирское сиденье его старого мустанга и наклонилась для поцелуя.

– Что ты делала на заднем дворе? – спросил Адам, выезжая на дорогу, ведущую в сторону Вороньей Слободки. – Тусовалась вокруг дома? Ты вся взмокла.

– А можно как-то иначе поздороваться с подружкой? – пошутила Кэсси. – Не начиная с того, что она вспотела?

Адам улыбнулся:

– Я только сказал, что ты разгорячилась. Вся такая горячая и влажная. – Он ждал, что она засмеется, и, когда это произошло, наклонил голову, словно извиняясь.

Кэсси нравилось его чувство юмора, даже когда он подшучивал над ней. Несмотря на то что ситуация с охотниками и Скарлетт была ужасной, Адам все же умел ничего не усложнять. Сейчас Кэсси нуждалась в этом как никогда.

Кэсси смотрела на искорки в его серо-голубых глазах и думала о серебряной нити, которая мистическим образом соединила душу Адама с ее душой. Но что значила та нить, которую она увидела между Адамом и Скарлетт в ночь битвы? Могла ли она ей просто померещиться? Кэсси отогнала неприятные мысли, протянула руку к руке Адама, и их пальцы сплелись.

– Ты на Кейп-Коде так обожглась? – спросил Адам. Он приподнял рукав Кэсси и увидел ожоги на левой руке. – Я и не знал, что у тебя такие сильные ожоги. Они совсем не заживают?

Кэсси не ответила на его вопрос, не зная, как объяснить, откуда взялись ожоги. Но ее молчание только убедило Адама, что его догадка верна.

– Мы должны найти Скарлетт, – сказал он. – Пусть заплатит за это и за все остальное.

Кэсси не знала, что ответить: ситуация была гораздо сложнее.

– Как ты можешь сидеть так спокойно? – Он отвел глаза от дороги и быстро взглянул на Кэсси. – У тебя, наверно, навсегда шрамы останутся по ее милости. Нельзя позволить ей так просто смыться.

– Эти ожоги не от битвы со Скарлетт, – сказала Кэсси более резко, чем следовало. – Они появились прошлой ночью.

Кэсси взглянула на обогнавший их переполненный школьный автобус. Водитель следовавшего за ними автомобиля резко нажал на сигнал.

– Я не хочу от тебя ничего скрывать, – сказала она, – но только пусть все останется между нами.

Понимая, что предстоящий разговор потребует все его внимание, Адам припарковался на обочине и выключил двигатель.

– Думаю, незачем напоминать мне об этом. Ты можешь мне доверять.

Они стояли у магазина пончиков «Спринклз». В воздухе пахло сахарной пудрой и глазурью.

– Вчера вечером мама кое-что дала мне. То, что долгие годы было спрятано в бабушкином доме, – сказала Кэсси и замолчала. Она знала, что может все рассказать Адаму, и он поймет ее, но найти нужные слова было непросто.

– Неужели есть еще один комплект Инструментов Мастера, о котором мы не знали? Обалдеть, – в голосе Адама звучала такая надежда, что сердце Кэсси замерло.

– Нет. Кое-что, принадлежавшее Черному Джону.

Адам выпрямился, услышав имя Черного Джона, и застыл, будто скованный льдом.

– У меня его Книга Теней, – сказала Кэсси.

Она видела, как на лице внимательно слушавшего ее Адама появились признаки волнения.

– Ты серьезно? – закричал он. – Ты понимаешь, как много мы можем узнать из этой книги?

– Это еще не все, – сказала Кэсси, не дожидаясь вопросов Адама. – Когда я открыла Книгу, оказалось, что она сопротивляется мне. Она словно ожила в моих руках. Точно так же, как Инструменты Мастера обдали меня огнем во время боя со Скарлетт.

Адам кивнул, вспомнив, что Инструменты, повинуясь темным чарам Скарлетт, сорвались с тела Кэсси, оставляя на коже ожоги, и перелетали в протянутые руки Скарлетт.

– Теперь понятно, откуда у тебя эти ожоги, – сказал он. – Но какая тут связь?

– Я думаю, на Книге лежит заклятие, – сказала Кэсси, – которое не дает непосвященным завладеть ею. К тому же я, кажется, все равно не смогу ее прочитать. Она написана на каком-то древнем языке, которого я раньше никогда не видела. Там символы, они даже не похожи на слова.

– Надо, чтобы Диана порылась в своей Книге Теней, может быть, там найдется что-нибудь полезное, – Адам немедленно начал разрабатывать стратегию. – Должен же быть способ снять с Книги заклятие. И тогда все мы можем попытаться расшифровать эти записи. Возможно, это шумерский язык или ассирийская клинопись, ведь родословная Черного Джона наверняка очень древняя.

– Адам, – прервала его Кэсси, – помнишь, ты обещал, что все останется между нами?

Лицо Адама погрустнело, он на мгновение отвел взгляд.

– Но я обещал до того, как узнал, в чем дело.

– Извини, – сказала Кэсси, – но мне нужно самой узнать об этом побольше, прежде чем вовлекать остальных членов Круга. Это касается меня и моего отца.

– Как врубишься, – в голове Адама зазвучали нотки, которые обычно появлялись, когда он был раздражен, – но в конце концов придется рассказать об этом Кругу.

– Я знаю, – сказала Кэсси как можно мягче. Она подумала, что в Адаме ей больше всего нравились именно его энтузиазм и упорство. – Мне просто нужно немного времени. – Она отвела пальцами прядку рыжевато-каштановых волос, упавших ему на глаза. – А пока пусть это будет нашей тайной.

Адам кивнул, понимая, что был слишком напористым:

– Хорошо, но я готов помочь, чем смогу. Я буду делать все, что тебе потребуется. Только скажи.

Кэсси почувствовала, как спадает напряжение.

– Спасибо, – сказала она, подвигаясь к нему. – Сейчас мне нужна только твоя поддержка.

– Всегда, – Адам поднес обожженную руку героини к своим теплым губам и поцеловал ее.

– А еще мне нужен пончик с шоколадной глазурью из «Спринклз», – добавила Кэсси.

– Все, что пожелаешь, – Адам наклонился к ней, их губы встретились. Они отдались поцелую. Это было прекрасно. Так, как должно быть. Возможно, этот день все еще оставлял место для надежды.

2

Кэсси корпела над тестом по третьему периоду истории дебатов между Съездом колоний и Палатой представителей, когда дежурный по школе подошел к двери и передал мисс Дарби листок розовой бумаги.

– Лорел, – сказала мисс Дарби. – Мистер Бойлан просит, чтобы ты пришла к нему в кабинет прямо сейчас.

Кэсси насторожилась. Она не может допустить, чтобы Лорел оказалась наедине с директором – охотником за ведьмами. Тем более что на Лорел была метка.

Лорел посмотрела на Кэсси, потом на мисс Дарби.

– Но я еще не закончила свой тест.

– Ты можешь закончить его после занятий. Директор не вызвал бы тебя с урока по пустякам, – сказала мисс Дарби.

Лорел колебалась.

– Иди, – мисс Дарби указала на дверь. – Если у тебя проблемы, а ты стоишь здесь и заставляешь его ждать, то будет только хуже.

– Да, мэм, – сказала Лорел.

Кэсси видела, как испуганно она собирает учебники. Как этому помешать?

Лорел отдала тест мисс Дарби, покорно пошла за дежурным и в последний момент оглянулась на Кэсси через плечо.

В классе не было других ребят из Круга, и поэтому Кэсси должна была действовать.

Ей нужно было непременно попасть в кабинет директора. Жизнь Лорел в опасности.

Кэсси быстро кое-как заполнила пустые строки теста и бросилась к учительскому столу.

– Я закончила, мисс Дарби. – Кэсси держалась за бок и кусала губу. – Мне что-то нехорошо. Можно я пойду к медсестре?

Мисс Дарби внимательно посмотрела на Кэсси, пытаясь понять, не симулирует ли та. Кэсси с трудом сглотнула, кашлянула и наклонилась вперед, как будто ее сейчас вырвет прямо на стол мисс Дарби.

– Иди, – сказала мисс Дарби, и Кэсси бросилась в коридор. Она промчалась по школе, не обращая внимания на замечания преподавателей, и, тяжело дыша, остановилась у двери кабинета директора. Она сразу же ощутила энергетику этого места – темную и гнетущую. Дверь в кабинет директора была закрыта.

– Привет, Кэсси. Чем тебе помочь? – спросила миссис Кэрол, секретарь директора с вечно румяными щеками.

– ЧП, – сказала Кэсси, застав миссис Кэрол врасплох. – В спортивном зале. Драка или еще хуже. Я не уверена, но слышала, как кто-то кричал, чтобы вызвали немедленно директора.

– Только не это, – миссис Кэрол вскочила и бросилась к двери в кабинет директора. Встревоженная, она постучала в дверь и сразу же повернула ручку, чтобы войти.

– Извините, что прерываю, – сказала она, – но у нас в спортивном зале драка.

В миг, когда открылась дверь, мистер Бойлан отпрянул от Лорел. Он пригладил черные с проседью волосы и одернул серый пиджак:

– Я сейчас немного занят.

Он вернулся на свое место за столом и, стараясь выглядеть официально, схватил ручку и матерчатую папку.

– Кроме того, я уже неоднократно говорил вам, что нельзя вторгаться в мой кабинет подобным образом.

– Полно, перестаньте, – сказала миссис Кэрол, продолжая широко улыбаться. – Я не виновата, что ваши ученики ведут себя как дикие животные. – Она вошла в кабинет и взяла директора за локоть его пиджака, пошитого у хорошего портного. – Поторопитесь, только вы сможете навести порядок.

Кэсси увидела, что Лорел сидит напротив директора за большим дубовым столом, и махнула рукой, пытаясь привлечь ее внимание, но подруга не реагировала на происходящее. Она была бледна, как призрак, и смотрела в какую-то невидимую точку перед собой.

Раздраженный мистер Бойлан вышел из кабинета вслед за миссис Кэрол и направился в сторону спортивного зала.

– Давайте быстрей, – сказал он и только тут заметил Кэсси. – Я сразу же вернусь, – вроде бы он обращался к Лорел, но смотрел при этом прямо на Кэсси, – и мы продолжим с того момента, на котором остановились. Не сомневайся.

В его словах звучала угроза обеим девушкам. Кэсси содрогнулась от мысли, что она могла бы застать, придя на несколько минут позже.

Даже когда директор и миссис Кэрол скрылись из виду, Лорел продолжала сидеть так же неподвижно. Кэсси подбежала к ней и встряхнула за узкие изящные плечи.

– Как ты? Что он сделал с тобой?

Лицо Лорел постепенно оживало, и, наконец, она увидела, что рядом стоит Кэсси.

– Надо валить отсюда, – сказала она, сорвалась со стула и бросилась к двери.

Кэсси схватила ее за руку и повела через вестибюль в сторону научного корпуса.

– Подальше от спортивного зала, – сказала она, уводя Лорел в противоположном направлении. Неизвестно, сколько времени понадобится мистеру Бойлану, чтобы выяснить, что в спортивном зале не было никакой драки. – Нужно спрятаться, как минимум, до звонка.

В конце научного крыла была незапертая кладовка. Кэсси впихнула в неё Лорел и закрыла дверь.

– Здесь пахнет формальдегидом, – сказала Лорел.

Кэсси не хотелось пугать эльфоподобную Лорел, большую любительницу животных и вегетарианку, тем, что прямо за ее спиной стоит стеклянная банка с зародышем свиньи.

– Не то слово. Воняет просто, – только и сказала Кэсси, обняв Лорел. – Я рада, что ты в порядке.

Стоя среди бесчисленных полок со стеклянными мензурками и защитными очками-масками, Лорел расплакалась. Она рассказала, как мистер Бойлан пытался получить от нее информацию о друзьях.

– Он расспрашивал меня о каждом из Круга, – сказала Лорел, – и о наших семьях. Он знает, что мы ведьмы, Кэсси, и хочет поставить метку на каждом из нас.

Кэсси постепенно складывала разрозненные фрагменты в единое целое.

– Нам вообще нельзя колдовать до тех пор, пока мы не придумаем, как остановить его.

Глаза Лорел снова наполнились слезами.

– Сейчас все нормально, – подбодрила ее Кэсси. – Ты не одна. Мы придумаем, как спасти тебя. Я обещаю.

– Как? Мы не сможем, Кэсси. Это не похоже на то, с чем мы сталкивались раньше.

Лорел заплакала так отчаянно, что Кэсси испугалась, как бы кто-нибудь не услышал их из вестибюля.

– Я не хочу умирать, – сказала она.

– Тише, никто не умрет, – Кэсси понизила голос до шепота. – Как раз вчера вечером я разговаривала с мамой об отце и узнала кое-что важное, Лорел. Древние знания, которые помогут нам.

Лорел перестала всхлипывать и вытерла слезы с розовых щек.

– Правда? – спросила она.

– Правда. Когда мама была молодой, отец спас ее друга, на котором была метка. Я знаю, что это возможно.

– И ты думаешь, что сможешь выяснить, как он это сделал?

– Я знаю, что смогу, – ответила Кэсси. Она говорила все, что приходило в голову, лишь бы успокоить Лорел, но ей не давала покоя мысль, что они упустили время. С этим – и с книгой отца – надо было что-то делать, пока охотники не переловили их поодиночке.

3

Стены школьного кафетерия пестрели бело-розовыми плакатами, объявляющими о весеннем бале. В другое время, или, может быть, в другой жизни, Кэсси с нетерпением ждала бы этого вечера. Но сегодня все отложили свои дела, чтобы собраться за ленчем. Сюзан пришла на несколько минут позже остальных и с энтузиазмом грохнула на стол свой поднос, не обращая внимания на настроение друзей.

– Я не опоздала? Мы должны успеть на шоппинг, а то все хорошие платья раскупят.

– Ты в самом деле можешь сейчас об этом думать? – с набитым ртом спросила Мелани. – О дебильных танцах?

Ванилька-Сюзан скрестила руки поверх небесно-голубой блузки.

– Мы должны вести себя как обычно, так? Нельзя показывать, что мы в чем-то подозреваем директора… или еще кого-то. Вот я и веду себя как обычно.

– Ты можешь вести себя как угодно, пока не начнешь колдовать, – заявила Кэсси. – Директор знает, кто мы. Сегодня утром он убедился в этом.

Сюзан села между Фэй и Деборой и в унынии оттолкнула поднос:

– Печалька. Мне никто не сказал. Я все узнаю последняя.

Кэсси обвела взглядом своих сидящих за столом друзей. Неудивительно, что охотники их вычислили. И не только потому, что они всегда держались вместе, но и потому, что каждый из них отличался от окружающих. Адам и красавчик Ник, шальные братья Хендерсоны и даже Шон держались гордо и независимо, и это выделяло их среди других ребят. Остальные школьники относились к ним с благоговейным страхом. То же самое можно было сказать и о девочках. Златовласая Диана вызывала всеобщий восторг, брюнетистая бестия Фэй – всеобщий ужас, а рассудительная Мелани, бесстрашная байкерша Дебора, безупречная красотка Сюзан и эльфоподобная Лорел всегда были в фокусе восторженного интереса одноклассников. Все они были очень привлекательны, сильно отличались от других школьниц и интересовались далеко не только парнями и тряпками. На месте Кэсси глупо было надеяться, что охотники не обратят на них внимания.

– После того что случилось сегодня утром, – сказала Диана спокойным голосом, – тем из нас, кто получил метку, небезопасно находиться в школе.

Она имела в виду Лорел и Фэй. Лорел в этот момент вертела в руках сэндвич, ни разу не откусив от него. Кэсси никогда не видела подругу в таком подавленном состоянии, даже когда охотники выжгли свой символ на лужайке перед ее домом.

Фэй тоже сделала вид, что не услышала предостережения Дианы. Она не желала признавать, что получила метку. Кэсси заметила, что она продолжает носить кулон из опала, который ей подарил Макс: тот самый, на котором была зловещая метка.

– Ты бы сняла его, – сказала Кэсси, указывая на агат. – Незачем продолжать носить его, как Алую букву.[1]

Фэй отмахнулась:

– Я не собираюсь показывать, что знаю о метке. Не только он может косить под того, кем не является. Я тоже умею притворяться.

Дебора закивала головой, указывая на Фэй пластиковой вилкой, как копьем.

– Правильно, накорми его собственной конфеткой. Макс дурачил тебя, а теперь поменяйтесь ролями.

– А вот и он, – Шон перевел взгляд маленьких блестящих глаз в ту часть кафетерия, где появился Макс, а Фэй быстрым движением освежила красный блеск на губах.

– Ты на самом деле думаешь, что сейчас самое подходящее время для мести? – спросила Диана. – Сегодня мы уже вляпались в проблемы с охотниками. Повторения нам не нужно.

– Расслабься, Ди, – губы Фэй скривились в улыбке. – Нам нужна информация об охотниках, а он – один из них. Я собираюсь пошпионить. Смотри и учись.

Фэй встала и пошла навстречу Максу, перехватив его на полпути к столику Круга. Молодой охотник был одет для тренировки по лакроссу[2] и держал в руке спортивную сумку. Фэй забрала у него сумку, бросила ее рядом с собой и изобразила пылкую страсть, прижавшись к Максу и страстно поцеловав его в губы.

– Я скучала по тебе, – громко, чтобы слышал Круг, сказала она.

Макс пальцами коснулся своих губ, на которых теперь был красный блеск с губ Фэй, и ответил:

– И я по тебе соскучился.

Макс, высокий мускулистый юноша со светло-каштановыми волосами, низким голосом и вечной дерзкой усмешкой на губах, был из тех парней, которые приводили Фэй в обморочное состояние. Неудивительно, что черноволосая бестия совершенно утратила бдительность, и Максу удалось всучить ей метку.

Члены Круга наблюдали, как Фэй и Макс о чем-то тихо воркуют нежными голосами.

– Как думаете, он повелся? – спросил Шон.

– Похоже, – сказал Даг и кивнул растрепанной белокурой головой. – Он ведет себя как и раньше – вроде тряпки влюбленной.

– Но это еще не значит, что она добудет хоть какую-то инфу, – вставил его брат-близнец.

Мелани, как обычно, сомневалась:

– Он никогда не сболтнет об охотниках. Считает ли он, что Фэй запала на него или нет, он не дурак.

– Может, Фэй удастся перехитрить его, и он выведет нас на остальных охотников, – сказал Ник, который сидел на столе, поставив ноги на стул. – Есть же в городе еще охотники, кроме Макса и директора?

Мелани закатила серые глаза.

– Да, я уверена, Макс будет счастлив представить нас своим приятелям-охотникам. Может, даже затусим где-нибудь вместе, выпьем.

Кэсси продолжала наблюдать, как Макс и Фэй прохаживаются по кафетерию. Было очень забавно наблюдать, как заклятые враги притворялись влюбленными. Лицо Макса не выдавало его истинных чувств, он был участником шоу. Кэсси понимала, что охотник слишком хорошо справляется со своей ролью, чтобы так легко расколоться.

Через несколько минут игры Фэй окончательно сдалась. Прежде чем вернуться к ребятам, она прильнула к Максу и поцеловала его на прощание. Проходя мимо, Макс помахал им и сверкнул своей идеальной улыбкой. Затем он вышел из кафетерия, но Кэсси показалось, что его улыбка предназначалась Диане.

– Да, – сказала Фэй, – облом. Или он реально хороший актер, или не в курсе того, что произошло сегодня в кабинете директора. Я упомянула о своей подруге Лорел, а он спросил, как она выглядит.

– Может, оно и к лучшему, – сказала Диана. – Самое время оставить в покое Макса и его папочку.

– Я думаю, Диана права, – сказала Кэсси. – Нам нужно установить несколько новых правил.

– Ах, вот что нужно этому Кругу! – Фэй вернулась на свое место за столом. – Больше правил.

– А ты что предлагаешь? – спросила Диана у Фэй. – Мы слушаем.

Кэсси увидела, что ребята внимательно смотрят на нее. Смотрят с надеждой, как будто она знает решение всех проблем. Она откашлялась, пытаясь быстрей собраться с мыслями.

– Мы выяснили, что охотники не могут поставить метку ведьме, пока не застукают ее за колдовством. Но если уж ведьма получила метку, следующим шагом охотников будет смертельное проклятие, которое означает смерть. Неизбежную смерть.

– Круто звучит, – вставил Шон.

– Дай ей закончить, – оборвал его Ник и пристально посмотрел на Шона темно-вишневыми глазами.

– Я думаю, нам надо разбиться на группы. Охотник не может в одиночку наслать на ведьму смертельное проклятие. Поэтому самое лучшее для нас – тоже не ходить по одному, – сказала Кэсси.

Дебора засмеялась:

– Это и есть твоя выдающаяся идея? Держаться за ручки в вестибюле, как дошколята?

– Я не говорила, что эта идея – выдающаяся, – возразила Кэсси, – но тем, кто уже получил метку, имеет смысл все время находиться вместе с кем-то из Круга. Даже ночью.

Медовые глаза Фэй вспыхнули.

– Ни за что. Я не нуждаюсь в нянечке, лучше уж умереть.

– Ты как раз и умрешь, если не согласишься, – сказала Мелани. – Соглашайся с Кэсси: так у вас с Лорел будет хороший шанс остаться в живых.

Лорел подняла взгляд от ленча, к которому даже не притронулась. Она так же, как и Фэй, не горела желанием принимать это новое правило.

– Но, Кэсси, ты же сказала, что говорила со своей мамой об отце и теперь изучаешь древние знания, которые могут нам помочь.

Кэсси почувствовала, как внутри нее все напряглось. Она видела, как наблюдают за ней глубоко посаженные глаза Адама, и могла поклясться, что слышала, как отпала челюсть Дианы, прежде чем та заговорила.

– Какие древние знания? – выдавила из себя златовласка, и в ее голосе сквозило недоверие.

Кэсси показалось, что в школьном буфете стихли все звуки. Ей стало очень неуютно.

– Я всего лишь рассказала Лорел, что отец однажды спас помеченного. Я стараюсь выяснить, как ему это удалось.

Глубокая складка пролегла меж бровями Дианы при виде смущения Кэсси. Она не хотела, чтобы этот вопрос замяли.

– Ты думаешь, он использовал что-то вроде проклятия «ведьма – охотник» из моей Книги Теней?

– Ну типа, да, – ответила Кэсси, стараясь, чтобы ее голос звучал беспечно и оптимистично.

– Почему мы не можем использовать проклятие из Дианиной Книги? Мы же теперь знаем, что Макс и его отец – охотники, – спросила Сюзан. – Я не понимаю, чего мы ждем.

– Я тоже хотел об этом спросить, – сказал Ник.

Диана расстроенно вздохнула. Такое с ними бывало и раньше.

– Потому что у нас есть шанс использовать неосведомленность охотников для получения дополнительной информации. Внезапность тоже нам на руку. Они не знают, что мы знаем, кто они. Но и мы не знаем наверняка, как работает это проклятие и что именно оно может сделать. У нас есть лишь его приблизительное толкование, поэтому прибегнуть к нему можно только в крайнем случае. Если мы используем эти чары, и они не сработают, мы все в ту же секунду получим метки.

– Другими словами, – сказала Фэй, – мы не знаем, что именно разучили: крутое проклятие или детсадовскую считалочку.

Несколько секунд Диана сидела молча и нервно жевала губу.

– Мы не можем доверять этому сомнительному переводу из книги Дианы, – сказал Адам. – Не обижайся, Диана, но, когда мы пойдем на охотников, нам нужно только проклятие Черного Джона, каким бы оно ни было.

Диана кивнула и перевела взгляд на свои руки. Адам повернулся к Кэсси, которая была уверена: любимый с трудом удерживается от того, чтобы рассказать ребятам о книге Черного Джона. Но она также знала, что он никогда не предаст ее доверия, чего бы ему это ни стоило.

– А как насчет защитного заклинания? – спросила Лорел. – Сможет ли оно обезопасить нас с Фэй настолько, чтобы мы могли вести нормальный образ жизни?

– Кажется, сможет, – Диана нерешительно подняла голову. – Но мы не знаем, насколько его хватит. Это заклинание невозобновляемое. Со временем оно ослабевает и перестает действовать.

– Но, – сказала Мелани, – даже если оно работает, у нас нет уверенности, что оно сильнее смертельного проклятия охотников. Возможно, это не так.

Фэй смотрела в пространство, слишком расстроенная, чтобы возражать.

Кэсси мгновенно подумала о положении, в котором оказалась она сама. Если защитное заклинание перестанет действовать, то она окажется бессильной против Скарлетт. Кэсси и так вздрагивала от любой тени и замирала при виде каждого обладателя рыжих волос, который проходил мимо.

– Как ты собираешься это сделать? – Фэй обратилась к Кэсси, как будто только что очнулась от сна. – Как ты собираешься узнать, какое проклятие использовал Черный Джон?

Кэсси взглянула на Адама и поняла, что ее секрет в надежных руках.

– Я стараюсь, насколько это возможно, расспросить маму, – сказала Кэсси. – Она не рассказывает о своем прошлом, но, когда мне удается разговорить ее, иногда кое-что всплывает.

Это был хороший ответ, который звучал правдоподобно и создавал впечатление, что ситуация под контролем. Но Кэсси знала: чтобы спасти друзей и победить охотников, потребуется нечто гораздо большее, чем просто убедить маму рассказать о прошлом. Она должна вернуть книгу отца.

4

Мама появилась на верхней ступеньке лестницы в тот момент, когда Кэсси вошла в дом.

– Хорошо, что это ты, – сказала она. – Я рада, что ты дома.

– А ты ждешь еще кого-то?

– К чему этот сарказм? – Мама начала спускаться по лестнице. – Я беспокоюсь о тебе со вчерашнего вечера, после того случая.

– Случая, – повторила Кэсси и бросила сумку на кухонный стол. – Можно назвать это случаем.

Мама прошла на кухню вслед за ней:

– Закатай рукава. Покажи мне руки.

– Мне совсем не больно, – солгала Кэсси, закатывая рукава и открывая ожоги, которые причиняли боль. – Наверно, заживут за несколько дней.

Мама внимательно осмотрела ожоги.

– Я сделала для тебя мазь из нескольких трав, которые собрала в нашем саду, и поставила ее застывать в холодильник.

Кэсси вздохнула в ответ на материнскую заботу, но, говоря по правде, была очень благодарна. Она с самого утра не слишком хорошо себя чувствовала: ожоги весь день напоминали о себе.

Мама достала из холодильника каменную ступку с пестиком, полную мази, и села за кухонный стол напротив Кэсси.

Мазь была светло-зеленого цвета и воняла, как скунс. Мама пальцами перемешала ее и коснулась руки Кэсси.

– Я никогда не видела ничего подобного, – сказала она. – Я имею в виду то, что Книга так накалилась в твоих руках. Я все время думаю об этом. – Сосредоточенно и осторожно мама ровным слоем наносила мазь. – Я хочу, чтобы ты честно рассказала мне, есть ли еще какие-то последствия того, что случилось.

– Я сегодня каждый раз морщилась от боли, когда открывала один из моих учебников. Такие последствия считаются?

Мама нахмурилась:

– Это серьезно, Кэсси. Я не хочу, чтобы ты даже близко подходила к Книге. По крайней мере до тех пор пока мы не выясним, как снять наложенные на нее охранные чары. Это слишком опасно.

Да, для того чтобы забрать книгу у мамы, потребуется больше усилий, чем предполагала героиня.

– А каким еще образом мы сможем узнать, как снять эти чары? – спросила она. – Нам ведь не у кого спросить.

Мама немного помолчала:

– В такие моменты мне так хочется, чтобы твоя бабушка была с нами. Она знала о таких вещах гораздо больше, чем я.

Кэсси подумала о том же, но не осмелилась сказать это вслух. Бабушка умерла и унесла с собой мудрость и знания, накопленные годами. Никто не сможет заменить ее.

– По крайней мере у меня есть ты, – произнесла Кэсси то, о чем ей подумалось. Они с мамой за последние несколько месяцев проделали длинный путь, и Кэсси верила, что может сказать маме почти все.

Пока та меняла бинты на руках, Кэсси рассказала ей, что произошло утром у директора – все до мельчайших подробностей: она хотела убедить маму, что необходимо еще раз попытать счастья с книгой.

– Я бы хотела, чтобы мы нашли способ спасти Фэй и Лорел, – сказала она. – Может быть, ты вспомнишь еще что-нибудь о том, как в молодости Черный Джон спас твоего друга от охотников?

Мама на минуту задумалась:

– Это было что-то вроде заклинания. Фактически проклятие. Я думаю, что оно есть в его Книге Теней.

Книга. Кэсси знала, что ее вопрос приведет прямо к ней.

– Я помню, твой отец сказал однажды, – продолжала мама, – что у самих охотников силы нет. Они не владеют магией, но на протяжении многих веков передают друг другу реликтовые камни, которые обладают необычайной силой. Если бы удалось разорвать связь между охотниками и реликтами, то и связь между метками и ведьмами разорвалась бы тоже.

У Кэсси загорелись глаза: так вот он, путь! Мама сделала паузу и сказала серьезным тоном:

– Я знаю, Кэсси, о чем ты сейчас думаешь. Ты хочешь найти это проклятие, чтобы спасти своих друзей, но поверь мне, ты не сможешь воспользоваться магией, которую не понимаешь. Нельзя прибегать к темным чарам без смертельных последствий. Эти ожоги на твоих руках – только начало.

Чтобы не волновать маму, Кэсси кивнула в знак согласия.

– Но я думаю, что, пока мы не научились пользоваться книгой, не причиняя себе вреда, – продолжила мама, – мы может использовать еще один метод. Я знаю идеальное место, где Фэй и Лорел будут в безопасности.

Кэсси не была готова к такому повороту событий.

– Где?

– Прямо здесь. В нашем доме есть тайная комната.

Кэсси недоверчиво посмотрела на маму:

– Ты шутишь.

Мама засмеялась:

– Наша бабушка устроила ее, когда шестнадцать лет назад напряжение между жителями городка и ведьмами стало расти. Незадолго до того урагана, который унес столько жизней. – В молчании матери было что-то скорбное. – Так много жизней наших друзей. Она заколдовала ее на случай, если понадобится особая защита. Пойдем, я покажу тебе.

Кэсси вслед за мамой спустилась по ступенькам в подвал и спросила:

– Почему ты не сказала мне об этом раньше?

– Раньше тебе это было не нужно. – Они пересекли темный подвал, где пахло плесенью, и остановились перед старым книжным стеллажом. – А теперь нужно. – Мама подняла руки и положила ладони на одну из покрытых пылью полок. – Я немного забыла, – сказала она, – но думаю, что смогу сделать это. – Она закрыла глаза и сосредоточилась, направив свою энергию на стену из книг, а потом начала непривычным голосом произносить монотонно звучащие слова:

Зачарованная грань

И невидимая дверь,

Для меня ты явной стань

И откройся вмиг теперь.

Края стеллажа постепенно начали светиться, словно солнце прорвалось сквозь пелену облаков. Затем появился дверной проем. Кэсси не верила своим глазам. Это был заколдованный проем – зыбкий вход явно выступил в центре полок, достаточно широкий, чтобы войти в него.

Мама Кэсси была довольна результатом.

– После стольких лет я смогла это сделать, – сказала она. – Проходи вовнутрь.

Кэсси осторожно переступила через порог и огляделась. Перед ней была большая комната типа студии. Там стояла железная кровать, лампы ручной работы и украшенная кисточками софа. Вся мебель была настолько старомодной, что выглядела как антиквариат – неожиданно элегантно – и напоминала гостиную девятнадцатого века.

– Непременно надо хорошенько вытереть пыль, – сказала мама. – Ну это можно сделать. Пожалуй, я начну подготавливать комнату для твоих друзей.

Кэсси кивнула, продолжая осматриваться, и обнаружила, что тут были еще и кухня с ванной, а в жилой зоне даже стоял старенький телевизор.

– Отлично, – сказала она маме, – спасибо тебе.

Они немедленно приступили к уборке. Мама принесла все чистящие и дезинфицирующие средства, которые нашлись в доме, и они с Кэсси сняли постельное белье, почистили ковер пылесосом, отдраили ванную комнату и отмыли поверхности кухонных столов. Кэсси принесла свежие простыни и положила в холодильник немного продуктов.

«Фэй и Лорел тут понравится», – подумала Кэсси. Из всех мест, где можно было спрятаться на ночь, это было самым лучшим.

Когда они закончили уборку, мама ласково обняла Кэсси, и они вместе поднялись по лестнице в дом. Мысли Кэсси вернулись к книге отца. Ей нужно было догадаться, где она спрятана.

Девушка осмотрела тайную комнату. Мама так хорошо умела хранить секреты – слишком хорошо.

Сможет ли Кэсси когда-нибудь узнать, где она спрятала книгу?

И вдруг ответ пришел сам собой. Эта комната была заговорена для защиты. Значит, Кэсси может наложить заклинание вызова на поиск Книги, не боясь, что кто-нибудь – мама или охотники – застанет ее за этим занятием.

Она прислушалась, чтобы убедиться, что на лестнице никого нет, и плотно закрыла глаза. Затем сконцентрировалась и прошептала простое заклинание:

Книга Теней, тебя я зову,

Покажись, Книга, мне наяву.

Сначала ничего не происходило, а потом Кэсси ощутила необычное, дергающее чувство в горле: это цепочка стянула шею. Героиня быстро расстегнула застежку, сняла серебряную цепочку и, держа на весу перед собой, посмотрела на кулон. Он не зря был из чистого кварца – этот камень обладает даром видеть скрытое. Кулон подрагивал, возможно начав притягивать частицы энергии книги.

Продолжая держать цепочку на весу, она наблюдала за слабым вращением кулона до тех пор, пока тот не замер. Пауза – и вот он уже раскачивается подобно маятнику, описывая широкие размашистые дуги.

Кэсси медленно пошла в том направлении, которое указывал кварц, стараясь не двигать рукой. Траектория ее пути оказалась извилистой и вела куда-то в сторону выхода из комнаты, к дивану в жилой части тайной комнаты. Могла ли мама спрятать книгу здесь, в подвале? Кэсси ощутила в груди странное возбуждение, когда серебряная цепочка вытянулась в тонкую вертикальную линию. Кристалл прекратил свое движение. Он подрагивал и указывал на пол прямо под ноги Кэсси.

Кэсси взволнованно подняла коврик и воззрилась на дощатый пол. На одной из досок виднелась едва заметная отметина, почти невидимая для глаз, но достаточная, чтобы поддеть ее ногтем. Понадобилось несколько попыток, чтобы поднять первую половицу, но, когда это удалось, остальные легко поддались. Книга была там – покоилась, как в могиле, в аккуратно вырезанном дерне.

Некоторое время Кэсси смотрела на темную книгу, как на спящего врага, а потом наклонилась к ней и ткнула ее указательным пальцем. Затем, решив, что это безопасно, взяла книгу в руки.

Она не могла допустить, чтобы Фэй и Лорел бездельничали совсем близко от такого сокровенного и могущественного предмета. Вернее, ее беспокоила именно Фэй, а не Лорел. Нужно непременно сделать так, чтоб Фэй ни при каких обстоятельствах не обнаружила эту книгу. А значит, подвальная комната определенно не годилась для тайника.

Кэсси уложила на место половицы и коврик, поднялась и направилась к лестнице. Крепко прижав свою находку к груди, она прикидывала, удастся ли незаметно пронести ее мимо мамы, спрятав под рубашку. Девушку вдруг охватило неизвестно откуда взявшееся незнакомое мистическое чувство. Она посмотрела на книгу и испытала непреодолимое желание открыть ее здесь и сейчас. Кэсси не могла объяснить, откуда взялась уверенность, что во второй раз книга не причинит ей вреда. Стремление несмотря ни на что открыть книгу было таким сильным, что его можно было сравнить только с жаждой. Оно исходило откуда-то из глубинной сущности Кэсси.

Кэсси огляделась и прислушалась, не слышно ли на лестнице маминых шагов. Никто не должен ничего знать – ни мама, ни Круг. Это будет ее тайной, только ее.

Ей казалось, что книга зовет и манит.

Кэсси вспомнила мамино предостережение и тряхнула головой, избавляясь от навязчивого желания. Чтобы не передумать, она быстро спрятала книгу под рубашку и побежала по лестнице в свою спальню.

Она подождет, когда придет Адам, и тогда откроет книгу. Это разумное решение. Она знала, где спрятать свою находку: под кроватью стоял металлический ящик для ружей, который запирался на ключ. Опустившись на колени, Кэсси вытащила ящик и сунула в него книгу. Какая жалость, что приходится с ней расстаться, когда так хочется не выпускать ее из рук! Кэсси заставила себя закрыть ящик, заперла его на ключ и задвинула под кровать.

Ладонь Кэсси ощутила тепло драгоценного ключа. Крепко сжав его в кулаке, она подумала, что ключ тоже надо спрятать в укромном месте. Выбор пал на старую деревянную шкатулку для украшений со вторым дном, о котором никто не знал.

Кэсси осторожно положила ключ рядом с подарком Адама – халцедоновой розой, подумала: «Эти две вещи будут присматривать друг за другом», – и поняла, насколько нелепа эта мысль.

Неодушевленные предметы не умеют жить и дышать. Ведь так?

5

Посреди ночи, когда было темно и тихо, Кэсси открыла ящик для ружей и вынула из него отцовскую Книгу Теней. Кэсси поднесла ее к лицу и втянула воздух носом. Книга пахла чем-то старым, затхлым. Героиня погладила ладонью мягкую, блеклую обложку и обвела надпись пальцем, стараясь впитать в себя каждую деталь. Затем она коснулась овального углубления с края обложки – это был отпечаток пальца Черного Джона – и обнаружила, что ее палец идеально соответствует овалу.

Кэсси понимала, что поступает неверно. Она ведь дала себе слово не открывать Книгу без Адама! Но собственные руки не слушались ее. Пальцы дрожали от волнения, пролистывая пожелтевшие страницы. Начертанные на них слова по-прежнему были похожи на закорючки и древние знаки, но теперь они почему-то казались Кэсси знакомыми. Она чувствовала их значение, могла вкусить их смысл. По мере того как героиня вглядывалась в каждую страницу, изучая ее сверху донизу и слева направо, она чувствовала, что книга поглощает ее саму, что она становится частью Книги, а Книга – частью ее. Темное чувство, которое она уже так хорошо научилась распознавать, подступило к желудку, а затем к сердцу. Вскоре по всему телу побежала дрожь.

Вздрогнув, Кэсси в испуге проснулась. В комнате было тихо и спокойно. «Это всего лишь дурной сон», – подумала она, но болезненный трепет пробежал от кончиков пальцев до запястий.

Кэсси потянулась к лампе на ночном столике и поняла, что не может повернуть выключатель. Когда ей удалось включить свет, лампа осветила ужасную картину: отметины от ожогов на руках приобрели малиновый оттенок. Кэсси также обратила внимание на ужасный темно-красный рубец на левой ладони. Раньше его не было.

Но ведь книга была по-прежнему заперта, Кэсси не могла дотронуться до нее. Или все-таки могла?

Кэсси быстро наклонила голову и заглянула под кровать, чтобы проверить, на месте ли оружейный ящик. Он стоял, как она его поставила, вровень с малозаметной линией на одной из половиц. Она сразу заметила бы, если бы кто-нибудь пытался открыть замок.

Ящик был на месте, замок заперт. Тогда Кэсси проверила шкатулку для украшений. Ключ тоже лежал там, где ему полагалось, – рядом с халцедоновой розой, именно на том месте, где она его оставила.

Кэсси не сомневалась, что держала Книгу в руках, – как иначе можно объяснить эти свежие раны? Она была уверена, что на самом деле читала книгу. Она чувствовала, как в ней что-то изменилось. Странная энергия струилась по ее жилам, даря ощущение силы, неиспользованных возможностей, власти, могущества.

* * *

Проснувшись на следующее утро, Кэсси увидела, как мама раздвигает в ее комнате шторы. В окно хлынул яркий солнечный свет.

– Ты очень крепко спала, – сказала мама. – И прохрапела свой страх.

Кэсси посмотрела на руки и спрятала их под одеяло.

– Твои друзья заходили около часа назад, – продолжала мама, – но я отправила их по домам.

Кэсси села на кровати и начала одеваться.

– Ты их сплавила? Но у нас сегодня собрание.

– Похоже, тебе надо еще отдохнуть. – Мама похлопала ладонью по дивану, жестом приглашая Кэсси сесть рядом с собой. – Кроме того, я рассказала твоим друзьям о тайной комнате в подвале. Я уже поговорила с мамой Фэй и опекунами Лорел и попросила разрешить девочкам ночевать у нас. Все улажено. Теперь у тебя одной заботой меньше.

У Кэсси пересохло во рту, мысли путались, но она уже проснулась настолько, чтобы понять: мама полностью поддерживает ее на этом новом пути. Мама провела собрание Круга Кэсси, решив все вопросы повестки дня! И это ее мама, которая всего год назад отказалась даже произносить слово «колдовство»!

– И еще, – сказала мама, – вы с друзьями отправляетесь на весенний бал. Это решено.

На секунду Кэсси решила, что все еще спит, но тут она увидела лукавую улыбку матери.

– Неужели, – сказала Кэсси, – Круг так решил? И я уверена, что ты никак не повлияла на это решение.

– Виновата, – мама подняла руки вверх, – сдаюсь. Я думаю, вам надо немного развеяться. Не мешало бы вспомнить, что вы старшеклассники, а это лучшие годы жизни.

«В самом деле», – подумала Кэсси. Она всего лишь школьница, но в ее руках жизни других людей, не говоря уже о ее собственной.

– Проголодалась? – спросила мать, сменив тему разговора, прежде чем Кэсси смогла возразить против весеннего бала. – Пора. Время ленча. Я сейчас что-нибудь приготовлю.

Она уже выходила из комнаты, направляясь в кухню, когда Кэсси окликнула ее:

– Мама, спасибо. – Кэсси понимала, как ей повезло. Не только потому, что у нее есть мама – в отличие от большинства друзей, – но еще и потому, что ее мама такая.

Мама скромно хмыкнула в ответ, будто ничего не услышала.

Кэсси опустила голову на подушку, и в голове немедленно завертелись разные мысли. Нужно рассказать Адаму о вчерашнем сне, если это вообще был сон. Даже сейчас, когда Кэсси чувствовала себя такой обессиленной, ей хотелось схватить книгу и искать на ее страницах проклятие «ведьма – охотник».

Она взяла мобильник и быстро написала Адаму смску: «Что делаешь? Можешь приехать?» Он немедленно ответил: «Не могу. Везу бабушку к врачу. Я тебе говорил. Увидимся вечером».

Да, верно. Она знала, что днем Адам занят. Они планировали встретиться только вечером. Как она могла забыть? После беспокойной ночи мысли были туманными и путанными. Кэсси обязательно должна остаться вечером наедине с Адамом. Кроме книги и сонливости, Кэсси преследовала назойливая мысль, куда более важная, чем все остальное: она должна поговорить с Адамом о той связующей нити, которую видела между ним и Скарлетт в ту ночь, когда Скарлетт бежала из заброшенного дома.

Неважно, видел Адам эту нить или нет. Даже если этот разговор, подобно удару молотка по стеклянной стене, разобьет их отношения, необходимо, чтобы он состоялся сегодня вечером. У них не должно быть секретов друг от друга.

Кэсси нехотя встала с постели и направилась в кухню, откуда доносились аппетитные запахи. Ей надо подкрепиться, силы еще понадобятся.

* * *

После обеда на пороге дома появились Фэй и Лорел с чемоданами.

– Открывай шампанское, – саркастично сказала Фэй, войдя. – Я пришла принять участие в продолжительном девичнике.

Лорел вошла следом и спросила, где тайная комната. Она, очевидно, не хотела тратить время на пустые разговоры.

– Идите за мной, – сказала Кэсси. Она все еще была под впечатлением от ночного кошмара и, услышав дверной колокольчик, понадеялась, что это Адам смог прийти пораньше. Ради Фэй и Лорел она постаралась, чтобы гостьи не заметили ее разочарования. Кэсси вдобавок не хотелось, чтобы девушки увидели ожоги на ее руках, но прятать их становилось все труднее. Сейчас рукава рубашки были опущены, хотя обычно она их закатывала.

– Это напоминает мне рассказы Эдгара Алана По, – сказала Фэй, когда они спустились по лестнице и пошли по подвалу. – Он, как известно, был любителем хоронить людей заживо.

Лорел кивнула.

– В катакомбах. Это такие подземные хранилища мертвых.

– Думаю, ваше мнение изменится, когда вы все увидите, – сказала Кэсси.

Девушки подошли к книжному стеллажу, и она рассказала, как работает тайная дверь, а потом закрыла глаза, направила всю энергию на книжную стену и повторила слова, которые говорила мама:

Зачарованная грань

И невидимая дверь,

Для меня ты явной стань

И откройся вмиг теперь.

Удивленным взглядам Фэй и Лорел предстал дверной проем в книжной полке.

– Твоя бабушка была коварной леди, – сказала Фэй. – Вроде меня.

Лорел вошла в комнату и подняла с пола плюшевую диванную подушку.

– Мы как в викторианскую Англию попали.

– Рада, что вам нравится, – улыбнулась Кэсси. – Я хочу, чтобы вам здесь было удобно.

– Не так смахивает на бомбоубежище, как я боялась, – сказала Фэй. Фраза прозвучала как комплимент.

Облюбовав себе место, Фэй немедленно начала распаковывать чемодан и раскладывать свои вещи: несколько свечей, пузырьки с духами, косметичку и любимые украшения.

– Нам нужно, – сказала Фэй, расставляя на туалетном столике по цвету лаки для ногтей и губную помаду, – что-то делать с Максом и его отцом. Я не понимаю, чего мы тормозим.

– Мы как раз и собрались что-то сделать. Но важно, чтобы вы обе находились под надежной защитой.

– Это несправедливо, – выпалила Лорел. Она стояла над закрытым чемоданом, не в состоянии освоиться так же быстро, как Фэй.

– Знаю, – сказала Кэсси с сочувствием, – но я обещаю, Лорел, что мы сделаем все от нас зависящее. А пока, чтобы не рисковать, вам лучше держаться поближе к Кругу.

– Я все-таки хочу пойти на весенний бал, – сказала Фэй, не поднимая взгляда от своей красочной коллекции. Цвет крошечных флаконов варьировался от безобидно-коричневого до зловеще-пурпурного. – Все члены Круга будут там, и у нас с Лорел нет причин, чтобы пропустить это мероприятие.

Кэсси и глазом не моргнула.

– Никто не запретит вам тусить на танцах, если уж так приспичило. Но там будут мистер Бойлан и Макс и лишь пара охранников на целые мили темных коридоров. Может быть, вам напомнить о Джеффри Лавджое, которого нашли повешенным в ночь ежегодной встречи выпускников в прошлом году? Фэй, ты хочешь, чтобы и с тобой такое случилось?

Кэсси поняла, что кричит, в тот момент, когда уже было поздно. Ее бросило в пот, кровь прилила к лицу и шее.

Взрыв эмоций Кэсси застиг Фэй врасплох, ее единственной реакцией стало ошеломленное молчание. А Лорел в страхе отпрянула.

Руки Кэсси были сжаты в кулаки. Когда она разжала их, ожоги горели.

– Кэсси права, – сказала Лорел и встревоженно посмотрела на Фэй. – Забудь об этой тупой вечеринке. Зависнем здесь, посмотрим кино по твоему выбору. Договорились?

Фэй кивнула. Это был единственный жест согласия, на который, по мнению Кэсси, она в данный момент была способна. Не в обычае Фэй так легко соглашаться, и Кэсси была ей благодарна.

– Извините, – сказала Кэсси, стараясь, чтоб ее голос звучал спокойно, – я не хотела так орать на вас.

Фэй вернулась к чемодану и продолжила распаковывать вещи, но было видно, что она не хочет встречаться с Кэсси взглядом.

– Фэй, – окликнула ее Кэсси совсем ровным голосом. – Я не знаю, что на меня нашло. Я думаю, что сорвалась из-за всего этого трэша, который с нами происходит.

Это было лучшее, что она могла сказать, чтобы помириться, но Фэй не клюнула на наживку.

– Все в порядке, Кэсси, – сказала Лорел. Она наконец открыла чемодан и начала доставать из него вещи, аккуратно укладывая их на туалетный столик. – Мы все последнее время не в себе.

Фэй побрызгала духами шею и запястья и потерла руки.

– Я чувствую себя прекрасно, – сказала она после того, как воздух вокруг нее наполнился бодрящим ароматом. – Да, даже великолепно. В отличие от некоторых, я полностью себя контролирую. – Она наконец посмотрела на Кэсси с таким видом, словно решала, продолжать говорить или промолчать.

– Ты более сильная личность, чем я, – сказала Кэсси, зная, что именно эти слова улучшат настроение Фэй. И попала в точку. Через несколько секунд брови Фэй опустились, и она сказала:

– Похвально, что ты сознаешь это. – Затем она подошла к кровати, открыла ноутбук и спросила: – Можем ли мы в этом подвале рассчитывать на вайфай?

Кэсси улыбнулась:

– Ну уж это я вам обеспечу, – сказала она, заработав тем самым окончательное прощение.

6

– Я знаю, мы договаривались провести этот вечер вдвоем, но Радж в последнее время очень сильно беспокоится. Я уделяю ему мало внимания. – Адам стоял на пороге дома Кэсси с коробкой пиццы в одной руке и собачьим поводком в другой.

– Все в порядке. – Кэсси наклонилась и ласково потрепала лохматого пса. – К тому же мы не одни в доме, в подвале еще Джеккил и Хайд. Радж хотя бы не станет помыкать мною, как служанкой. Глаза Адама смягчились.

– Все так плохо? – спросил он, кивнув в сторону подвала.

– Скажем так, я бы с удовольствием взяла эту пиццу с собой на прогулку.

– Пикник на утесе. Классная мысль. Согласен. – Адам потянул за поводок, собака принюхалась и фыркнула. Пес был так возбужден, что Адам едва его удерживал.

Кэсси схватила куртку и выскочила вслед за Адамом. Она не могла обсуждать свои переживания с Фэй и Лорел, но не могла и заставить себя рассказать Адаму о ночном кошмаре и о нити, которую она видела. Были ли все предыдущие события чистой паранойей или нет, уже не имело значения. Как замечательно было оказаться на свежем воздухе, на обрыве, наедине с Адамом!

Адам вел Раджа на поводке. Взявшись за руки, они с Кэсси шли по Вороньей Слободке, вдыхая аромат прекрасной ночи. Хотя рядом с Адамом Кэсси чувствовала себя в полной безопасности, она все же ничего не могла с собой поделать, сосредоточенно глядя по сторонам, ощупывая взглядом каждое дерево и тень, и чутко прислушивалась к любому звуку. Она не забывала, что Скарлетт или охотник могут притаиться, например, за одним из криво стоящих почтовых ящиков или наклоненных фонарных столбов вдоль дороги.

На одиноком скалистом утесе царил покой. Ночь была тиха той особой тишиной, которая всегда вселяла в Кэсси умиротворение, но сегодня ей хотелось громко крикнуть и расколоть эту тишину.

Адам велел Раджу лечь, открыл коробку и протянул Кэсси аппетитный кусок:

– Купил твою любимую, гавайскую.

Прежде чем заговорить, Кэсси взяла из его рук пиццу и откусила маленький кусочек.

– Я должна рассказать тебе кое-что, – сказала она, и ночь эхом отозвалась на ее слова. – Вчера я видела сон.

– Судя по твоему тону, это был плохой сон, – заметил Адам, продолжая жевать.

Кэсси кивнула:

– Да, и слишком похожий на явь. Я не уверена, не случилось ли все на самом деле.

– Если это был сон, Кэсси, то, конечно, нет. Ты хочешь сказать, что тебе было какое-то видение? Скарлетт?

– Нет, кое-что другое. – Кэсси посмотрела на плескавшийся под обрывом океан. – Во сне я читала отцовскую Книгу Теней, впитывая ее энергию. А когда проснулась, на руке появился новый ожог. Видишь? – Отложив кусок пиццы, Кэсси закатала рукав, чтобы показать Адаму ожог на внутренней стороне руки. – Его не было, когда я ложилась спать.

Адам внимательно осмотрел ожог.

– Странно, – сказал он. – Думаешь, ты читала эту книгу во сне?

Кэсси опустила рукав и взяла с пиццы кусочек ананаса.

– Я не знаю. Когда я проснулась, книга лежала под замком, там, куда я положила ее вечером. Бессмыслица какая-то.

– Ты говорила об этом кому-нибудь?

– Нет, только тебе. И я хочу, чтобы это осталось между нами.

Лицо Адама стало серьезным, а взгляд продолжал скользить по утесу. Кэсси казалось, что Адам пытается найти всему какое-то объяснение, но ему это не удается.

– Нужно как можно больше узнать об этой книге, – сказал он. – Пора понять, как работает черная магия.

Кэсси окаменела, когда он произнес «черная магия».

Меньше всего на свете ей хотелось оказаться причастной к черной магии, особенно в глазах Адама. Но Адам был прав.

– Я собиралась попытаться открыть книгу, – сказала Кэсси, – когда ты будешь рядом. Я уверена, что там есть проклятие, которое использовал мой отец, и я хотела, чтобы мы вместе с ним разобрались.

– Верная мысль, – Адам отложил в сторону наполовину съеденный кусок пиццы и обнял Кэсси за плечи. – Я понимаю, ты боишься рассказать об этом нашим, но вдруг они смогут помочь? В Дианиной Книге Теней много сведений, хорошо бы посоветоваться с ней.

Кэсси покачала головой:

– Пока нет.

– Диана тебя не осудит, – сказал Адам. – Ты это знаешь.

– Дело не только в этом, Адам.

Кэсси понимала, что Адам совершенно не согласен с ней, но решила твердо стоять на своем.

– Это – очень личное, – сказала она. – Семейное дело. И не тебе решать, кто должен знать о нем, а кто нет.

– Окей, – Адам громко выдохнул, – подождем, когда ты созреешь. – Он помолчал несколько секунд, стараясь скрыть разочарование, поднял с земли камешек, покрутил его в пальцах, зашвырнул в воду и внимательно посмотрел на Кэсси. – Я за тебя и хочу, чтобы ты об этом знала, – сказал он.

Кэсси прижалась к Адаму и спрятала лицо у него на груди. Он зарылся подбородком в ее волосы. Радж подпрыгнул и ревниво залаял. Он терся носом и лапами об их ноги до тех пор, пока Кэсси, сдавшись, не наклонилась к нему и не погладила по голове. Адам засмеялся и взъерошил растрепанную шерсть собаки.

– Думаю, что Радж прав. На сегодня хватит серьезных разговоров. – Он потянулся к пицце и откусил от нее большой кусок.

– Есть еще кое-что, – сказала Кэсси, глядя в покрытую росой землю. Как бы ей ни хотелось забыть все свои неприятности и насладиться обществом Адама, но мысль о нити не давала покоя. Она больше не могла молчать об этом.

– Еще одна плохая новость? Ты что, специально приберегла их для этой прогулки?

– Ну типа того, – героиня с трудом изобразила поддельную ветреность. – Я думала об этом, но не говорила.

Приказав Раджу сидеть, Адам вгляделся в лицо Кэсси:

– О чем?

– Я видела кое-что, – сказала Кэсси едва слышно. – В ту ночь на Кейп-Коде, когда ты поднял меня с пола. Я видела нить, нашу нить.

– Верно.

– Но я видела и вторую нить, которая связывала тебя и Скарлетт.

– Не понимаю, о чем ты, – сказал Адам, но Кэсси видела, что он прекрасно все понимает.

– Она выглядела точно как наша, – пояснила Кэсси, – но связывала тебя и ее. Как ты думаешь, что это означает?

Адам покачал головой:

– Я ничего не видел.

Может быть, Кэсси и хотела бы поверить, но простое отрицание уже не помогало ей. Нельзя было больше притворяться, что все по-прежнему.

– Я видела ее собственными глазами. Я могла дотянуться и оборвать ее.

– Кэсси. – Адам взял лицо Кэсси в свои ладони и заставил ее посмотреть ему прямо в глаза. – До чего бы ты сейчас ни додумалась, выброси это из головы. Когда тебе померещилась эта нить, ты была при смерти. Наверно, у тебя просто глюки начались от дыма.

– Адам, – начала было Кэсси, но он прервал ее:

– Серебряная нить есть только между нами. Это значит, что мы – родственные души.

– А что, если у тебя не одна родственная душа? Вот о чем я спрашиваю.

– Я думаю, это невозможно. – Адам обвил руками талию Кэсси. – И какая бы нить от меня ни тянулась, я люблю тебя, Кэсси. Только тебя. Всем своим существом.

– Я тоже люблю тебя, но…

Адам поцеловал Кэсси в губы сначала нежно, а затем более страстно. У Кэсси закружилась голова от поцелуев, и ей захотелось громко и легкомысленно засмеяться. Более того, она чувствовала, как все его существо переплелось с ее внутренней сущностью. И вдруг Адам резко отстранился:

– Ты почувствовала это?

– Да. Конечно.

– Вот тебе и доказательство. Нить не нить… забудь о том, что ты видела в полубессознательном состоянии. – Адам вновь поцеловал Кэсси. На этот раз в щеку.

Теплые губы Адама с любовью касались ее кожи. Она не могла отказаться от чувства, которое каждый раз охватывало ее от поцелуев Адама. Он был прав – это слишком.

– Только я бы хотел, чтобы ты рассказала мне об этом раньше, – сказал Адам. – Мне неприятно, что тебя это тревожило.

– Ты бы сказал мне, если бы увидел нить, правда? – Кэсси не знала, почему спросила об этом. Раньше она никогда не сомневалась в том, что говорил Адам. У нее никогда не было для этого причин.

Ей показалось, что Адам колеблется. Его ответ не прозвучал так незамедлительно, как подобает честному ответу. Произошла некоторая заминка.

– Конечно, сказал бы, – его голос прозвучал спокойно и отстраненно. – Я не видел нити. И не думаю, что ее видела ты.

Возможно, Кэсси все это только вообразила, но то, что говорил Адам, было недостаточно убедительно. Может быть, все было более запутанным и параноидальным, чем она даже могла себе представить.

Кэсси отвернулась и начала внимательно рассматривать длинную темную линию домов Вороньей Слободки, которая тянулась вдалеке за их спинами.

Адам прав, дело не только в нити. Их отношения росли и развивались в нечто большее, чем любовь с первого взгляда.

– Знаешь, что я думаю? – бодро сказал Адам. – Тебе пора позволить себе расслабиться. Твоя мама права – ты слишком много на себя взвалила.

– Она так сказала?

Адам кивнул:

– Сегодня на утреннем собрании, которое ты проспала. Но она могла этого и не говорить. Мы все видим, Кэсси. Но ты не одна. – Кэсси хотела возразить, но тут Адам состроил глупую гримасу. – Окажете ли вы мне честь сопроводить меня на весенний бал в качестве моей дамы? Мы могли бы как следует поколбаситься, а охотники пусть идут к чертям. Мне не найти лучшей спутницы.

Кэсси хихикнула, хотя и не хотела этого. Она опять посмотрела на дорогу к Вороньей Слободке, проследив взглядом весь путь вплоть до темнеющих впадин у подножия холма.

– Звучит заманчиво. Только я не уверена, что самое главное сейчас – поколбаситься. – Кэсси замолчала, чтобы еще раз подумать над предложением Адама. – Хотя, если вдуматься, – сказала она, – там мы сможем попробовать подобраться к директору и Максу. Может, удастся разузнать кое-что об их слабостях или о каменных реликтах.

– Кэсси, ты упускаешь главное. Твоей единственной заботой должен быть правильно подобранный цвет моего галстука-бабочки.

– Да ладно, Адам, я тебя неплохо знаю. На первом месте у тебя всегда дела Круга, а потом все остальное.

Адам виновато покраснел:

– Ты права. У меня тоже была мысль, что на балу можно подобраться к охотникам, но есть еще более важная причина – нам обоим нужно отключиться хотя бы на один вечер. – Он взял Кэсси за руку, его глаза мерцали в лунном свете. – Никакого колдовства. Просто потанцуем, хорошо проведем время – как сейчас.

Адаму намного лучше, чем Кэсси, удавалось в эти дни быть счастливым. Может быть, немного отвратительного пунша и глупая тусовка с друзьями и бойфрендом как раз и нужны, чтобы рассеять черное облако, обосновавшееся у нее в груди. На худой конец, она может притвориться, что рада балу, – ради Адама и спокойствия мамы.

Кэсси приняла руку Адама, словно они были в бальной зале.

– Розовый, – прошептала она ему на ухо. – Надень розовую бабочку.

Адам сделал шаг назад:

– Ты серьезно? Может быть, ты выберешь более мужской цвет?

– Никакой другой. Розовый.

7

Для танцулек в спортивном зале весенний бал был очень неплох. Стены украшали яркие гирлянды и разноцветный серпантин, с потолка свешивались мерцающие светильники, похожие на падающие звезды. Баскетбольные корзины были заполнены пестрыми, резко пахнущими цветами: примулами, тюльпанами и хризантемами, аромат которых перебивал запах подросткового пота.

Спортивный зал полностью преобразился.

Как и было задумано, бабочка Адама прекрасно соответствовала вечернему розовому платью Кэсси. Она поправила узел бабочки исключительно для того, чтобы прикоснуться к Адаму.

– Ты предложишь мне стакан пунша? – спросила она. – Или я уже могу начинать целовать тебя?

Адам усмехнулся:

– Я сейчас вернусь.

Кэсси на некоторое время осталась одна и оглядела зал. Пришли все члены Круга, за исключением Фэй и Лорел, а также Мелани, которая считала, что Лорел, запертой наедине с Фэй, понадобится моральная поддержка. Кэсси подумала, что надо позвонить им и узнать, что они там делают, и тут перед ней появился Ник.

– Прекрасно выглядишь, – сказал он. Он возник так внезапно, что Кэсси смутилась, хотя и рассмеялась.

– Спасибо. А ты мог бы выглядеть получше.

Ник осмотрел себя: повседневные джинсы, футболка и кожаная куртка.

– Я действительно одет не в тему, – сказал он. – Но футболка точно чистая, а это уже немало.

Кэсси опять засмеялась, и внезапно к ее щекам прилила теплая волна.

– Хочешь потанцевать? – спросил Ник.

Кэсси колебалась. Лицо Ника стало озорным.

– Я всего лишь спросил, потому что знаю, что ты, Кэсси Блейк, пришла сюда сегодня с очень важной миссией – оттопыриться. Я не могу позволить тебе вернуться домой, не выполнив ее.

– Тогда как я могу ответить тебе отказом? – Кэсси позволила Нику отвести ее на танцпол.

Хотя группа играла чересчур громко и неистово, Кэсси все равно наслаждалась танцем, испытывая простое удовольствие – быть девушкой на школьном балу. Ник прыгал и вертелся, стараясь ее развеселить. Она знала, что он терпеть не может танцы и старается исключительно ради нее. Кэсси была благодарна ему за усилия и дала вести себя, стараясь, чтобы их движения были синхронными, как у хорошей танцевальной пары.

Примечания

1

Символ позора у пуритан Америки: виновные в прелюбодеянии должны были носить его на груди.

2

Лакросс – командная игра, некогда изобретённая американскими индейцами для мирного разрешения конфликтов. Игра заключается в том, чтобы при помощи ног и специальной клюшки загнать как можно больше мячей в ворота противника.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.