Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Жемчуг Кархайма (Ричард Блейд, Cтранствие 7)

ModernLib.Net / Лэрд Дж / Жемчуг Кархайма (Ричард Блейд, Cтранствие 7) - Чтение (стр. 8)
Автор: Лэрд Дж
Жанр:

 

 


      Когда вынесли последний мешок, набитый так, что он едва не расползался по швам, в комнате воцарилась напряженная тишина. Джентльмены удачи молча смотрели на таинственную драгоценность, возлежащую в своей прозрачной темнице, на это неделимое сокровище, магический символ власти и благоденствия, и в их глазах разгорался алчный блеск. Блейд понял, что пора принимать решительные меры. Он перевел взгляд на Аталира и поинтересовался:
      - Скажи-ка, славный капитан, что ты будешь делать с этой штукой, если она достанется тебе? Продашь?
      - Продать свое счастье? Никогда!
      - Хм-м... резонно! Ну, так что же?
      - Что? - ховестар слегка опешил. - Она приносит удачу... победу в сражениях...
      - И ты вставишь это чудо в рукоять своего ятагана? Или прицепишь к бушприту корабля? Будешь носить в кошельке? Проглотишь? - Блейд насмешливо прищурился, глядя, как Аталир неуверенно покачивает головой. Маги, до той поры с профессиональной отрешенностью исследовавшие содержимое своих кубков, внезапно оживились. Одни чуть подались вперед, другие, откинувшись в креслах, приняли вид важный и многозначительный. Колдовская братия явно старалась показать, что вопрос о применении волшебного перла должен решаться специалистами.
      - А ты, Коверг? Ты, Тоот? И все остальные? - Блейд поочередно оглядел капитанов. - Что вы собираетесь делать с зеленой жемчужиной? Полоскать в вине? Или нюхать на ночь? - он продолжал выдвигать самые абсурдные предположения, стараясь переключить ход мыслей своих соратников с проблемы дележа на более практические вопросы. Прежде чем делить, надо разобраться, что, собственно, они делят, и постепенно эта идея дошла до самых тупоголовых и упрямых.
      - Может, мы будем носить ее по очереди? - неуверенно предложил капитан "Цапли"; казалось, он воспринял всерьез каждое слово Блейда.
      - Невозможно, - отрезал один из магов, пухлый молодец со светлыми курчавыми волосиками, похожий на ангелочка. Тон его, однако, был далек от ангельского - чувствовалось, что этот парень не любит возражений. - Только безраздельное владение магическим предметом дарует хозяину удачу.
      - Это почему же, драгоценный мой собрат? - прозвучал скрипучий голос Эота. - Во-первых, совсем не обязательно владеть жемчужиной; достаточно находиться рядом, чтобы ощутить ее благотворное влияние. Во-вторых, о какой удаче ты толкуешь? Всем известно, - Эот покосился на своих коллег по ремеслу, - что магический жемчуг дарует бессмертие.
      - Вот как? - Еще один колдун решил высказаться по затронутому вопросу. - Значит, мы все будем жить вечно, раз таращимся на нее полдня?
      - Эта проблема, - глубокомысленно ответствовал маг с "Коршуна", требует отдельного обсуждения.
      - Так давайте обсудим ее, любезные маги, - покивал головой Аталир. Для того мы вас сюда и пригласили.
      - И с утра накачиваем вином, - добавил Коверг.
      Черная Сестра бросила взгляд на Онбола, и тот немедленно поднялся с кресла, стараясь выглядеть внушительнее; впечатление, правда, смазывалось его худобой и слегка трясущимися руками.
      - Любой недоучка знает, что указанный предмет, - он величественно повел рукой в сторону драгоценности, бросив ядовитый взгляд на Эота, - надо всегда носить с собой, а где именно - неважно. И он не дарует бессмертия, как надеются невежды... Это - талисман власти!
      - Ты назвал меня невеждой? Ты?! Старый ходячий скелет, ублюдок, рыбья кость... - Эот угрожающе стиснул кулаки и привстал с места.
      - Тихо, почтеннейший! - Айола, вытащив метательный нож, воткнула его в стол. - Каждый выскажется в свой черед. Ты кончил, Онбол?
      Тощий маг кивнул и потянулся к вину.
      - Кто станет возражать, что удача приносит и власть, и долгую жизнь? безапелляционно заявил пухлый ангелочек. - Онбол и Эот - выжившие из ума старики, которые не видят дальше собственного носа! Любой, кому доступны азы магической науки, сразу вспомнил бы, о чем говорится в Книге Святых Тайн... - он набрал в грудь воздуха, явно собираясь разразиться длинной цитатой.
      - Не стоит поучать старших, юнец! - длиннобородый маг с седыми волосами грохнул по столу пустой кружкой. - Мы все знаем, что написано в Книге! Прах и пепел! В начале там сказано одно, в середине - другое, а в конце - третье! И сами демоны моря не разберут, где истина!
      Ангелок свирепо уставился на старика, но возражать не посмел - кулаки у длиннобородого, несмотря на возраст, внушали почтение.
      - Однако Эот утверждает нелепые вещи, - вступил в дискуссию очередной маг, крепкий еще мужчина с огромными зубами. - Жемчуг может потерять всякую силу, подвергаясь воздействию со стороны. Каждую жемчужину Ринвел продавал конкретному человеку, и, я думаю, недаром.
      - Я же говорю, что этот недоумок с "Коршуна"... - начал кучерявый молодец, почувствовав поддержку, однако не успел завершить мысль. Внезапно толстяк Эот, видимо, решив, что в открытом споре ему не устоять, нырнул под стол, и через секунду комната огласилась пронзительным визгом ангелочка Эот вцепился зубами в ляжку оппонента.
      Все на миг оцепенели. Потом Онбол с неожиданным проворством выпростал одну за другой свои длинные ноги из-под стола и ринулся добивать пострадавшего. Подлетев к креслу ангелочка, старый маг вцепился в его пышную шевелюру, заодно пнув ногой Эота. Тот опрокинулся на спину и, пробормотав замысловатое ругательство, изо всех сил лягнул Онбола. Тощий маг рухнул прямо на зубастого, добавившего ему по ребрам. Остальные почтенные колдуны, повскакав с мест, с усердием ринулись в битву.
      Капитаны, опомнившись, теперь с любопытством взирали на потасовку, время от времени подбадривая "своего" мага лихими возгласами. В воздухе витали проклятья, клочья выдранных волос, мелькали ноги и кулаки, полы развевающихся балахонов и винные кружки. В самый разгар драки, когда вопли и хрипы ярости достигли апогея, Коверг мечтательно произнес:
      - Вот бы выпустить их на палубу ритолийского фрегата... Не завидую меченосцам короля!
      - Даю по мешку золота за каждого! - поддержал хозяина "Чайки" один из капитанов. - В моем турме оценят таких славных бойцов!
      - Два мешка! - кто-то решил составить ему конкуренцию.
      - Прах и пепел! И двадцать бочонков вина впридачу!
      - Ты не доставишь вино на корабли, - резонно заметил помощник Коверга. - Они вылакают его по дороге.
      - Хватит! - резкий голос Черной Сестры перекрыл гам, и ее нож, свистнув, воткнулся в стену. - Время идет, а дело стоит! Хватит, я сказала! - следующий клинок просвистел над самым ухом длиннобородого колдуна, тузившего Онбола. Почувствовав, что запахло кровью, маги постепенно начали успокаиваться. Айола повернулась к Блейду и уставилась на него горящими глазами. - Ну, советник, что делать? Кому достанется жемчуг? - Вероятно, она не сомневалась в ответе.
      Разведчик протянул руку, поднял бокал и вытряхнул на широкую ладонь предмет споров. С минуту он изучал таинственную жемчужину, все более утверждаясь в мысли, что старый колдун Ринвела действительно говорил правду: жемчуг столь необычной формы не мог зародиться в раковине моллюска. Значит, его и в самом деле добывали из жабр этих земноводных, как их... сагхартов? Странных тварей, размножавшихся непонятным способом... Пожалуй, стоит поинтересоваться не только тем, какую пользу может принести магический камень, но и как владыка Кархайма воспроизводит поголовье бесценных амфибий. Блейд был уверен, что герцог вполне компетентен в этом вопросе - как и во всех прочих.
      Он не успел еще раскрыть рот, когда один из капитанов не выдержал:
      - Бросим жребий? - хриплым от волнения голосом предложил он.
      - Это еще зачем? - Аталир, по-прежнему спокойный, чуть привстал, положив руку на эфес сабли.
      - Успокойся, - вмешалась Айола. - Жемчуг мой, и никакие жребии не нужны. Во-первых, мои люди нашли его, и, во-вторых. Черный из моего турма. А без него ни один из вас и близко не подошел бы к Кархаймскому проливу! Так что спорить нечего.
      Столь рискованное заявление было встречено мрачным молчанием. Никто не возразил вслух, но Блейд прекрасно знал, что случится, если Черная Сестра попробует подкрепить свои претензии действием. Несколько мгновений все настороженно посматривали друг на друга, стараясь в то же время не отрывать взгляда от жемчужины, покоившейся на ладони разведчика. Блейд стряхнул ее обратно в бокал и усмехнулся.
      - Я думаю, приятно стать владельцем магического сокровища, - заметил он, - но в десять раз важнее знать, на что оно годится. Наши мудрейшие маги не пришли к единому мнению, - его глаза скользнули по физиономиям, разукрашенным ссадинами и синяками. - Почему бы нам не прояснить дело у знающего человека? Хранителем тайны является старый Ринвел... Так давайте и спросим у него!
      В ответ на предложение советника ховестары недоуменно переглянулись. Вероятно, они были столь поглощены грабежом, что о герцоге никто не вспомнил. Блейд нахмурился; неужели эти болваны упустили самую ценную часть добычи? Такого он не ожидал - и Айола, и Аталир казались людьми предусмотрительными.
      Спустя полминуты раздался полный скрытого торжества голос Черной Сестры:
      - Неплохая мысль! И я побеспокоилась о том, чтобы было у кого спрашивать. Старый лис здесь, - она ткнула пальцем в пол, - сидит в подвале и ждет, пока мы не решим, что с ним делать.
      Нет, отметил Блейд про себя, он не ошибся в этой девушке! Из всех предводителей турмов лишь Айола позаботилась о сохранении столь важного источника информации!
      Присутствующие облегченно вздохнули; одни заулыбались, другие помрачнели, сообразив, что дали маху и что теперь претензии Черной Сестры получают веское подкрепление. Она не замедлила воспользоваться случаем.
      - Хочу напомнить, что эта жемчужина принадлежала самому Ринвелу, мы нашли ее в спальне старого сквалыги. Люди Аталира шли за нами по пятам и видели, как все было... - ее лицо на миг омрачилось при этом воспоминании; несомненно, Айола корила себя за то, что ей не удалось порасторопней оприходовать сокровище. - Итак, жемчужина была у Ринвела... Вы представляете, что это значит?
      Кое-кто уже сообразил, в чем дело. Блейд ухмыльнулся; его возлюбленная ловко приберегла козырную карту до самой последней минуты. Кивнув в сторону хрустального бокала, он пояснил самым непонятливым:
      - Эта штука не приносит ни удачи, ни власти, раз Ринвел сидит в своем собственном подвале. И прежде, чем хвататься за ножи, надо выяснить, на что она годна.
      - Я мог бы сделать это, - неожиданно голос Ратага нарушил воцарившуюся тишину, - Клянусь рифами Ховестара! Я вытрясу из старого ублюдка все!
      Взоры капитанов обратились на него; Ратаг не пользовался особым уважением, но все знали, что человек он безжалостный и хитрый.
      - Так Кривой Ринвел и расскажет тебе, что делать с жемчужиной, насмешливо протянул Коверг, окидывая помощника Айолы подозрительным взглядом.
      - Это легко уладить, - Ратаг хищно улыбнулся. - Я готов взять на себя неприятную работу и обещаю, что старик разговорится! - он многозначительно потер руки.
      - И потом ты передашь нам все, что узнаешь? - ухмыльнулся Аталир. Что-то не верится...
      - Не хочешь - не надо. Я готов уступить такую работенку кому угодно, спокойно заявил Ратаг.
      В конце концов сошлись на том, что Ратаг будет "расспрашивать" недавнего владыку Кархайма при свидетелях. Аталир, дородный Тоот, капитан "Сокола", а также достойный советник и адмирал Черный помогут ему запомнить речи Ринвела и в точности передать их остальным капитанам. Допрос был намечен на первые ночные часы, ибо дележ герцогских богатств сильно утомил присутствующих; всем хотелось перекусить и отдохнуть.
      Зеленую жемчужину оставили на столе, поручив ее охрану двадцати ховестарам - по одному от каждого турма, во избежание недоразумений. Еще двадцать головорезов стояли на страже в коридоре.
      После этого компания разошлась; одни устремились к обеденным столам, накрытым в соседнем зале, другие - на свои корабли, пересчитывать обретенные богатства. Айола же, цепко ухватив Блейда за руку, потащила его в спальню. Вероятно, она заранее облюбовала эти уютные апартаменты - здесь было уже прибрано, а на столике у окна их ждал обед.
      Едва они приступили к еде, как в дверь кто-то постучал; затем дюжий ховестар внес объемистый кувшин с вином.
      - Из герцогских подвалов, - пояснил он. - Ратаг велел передать.
      Блейд плеснул багряную жидкость в кубки, отпил и восторженно причмокнул. Вино обладало неподражаемым букетом с чуть заметной горчинкой и было холодным, как лед. Похоже, Ратаг стал догадываться, кто теперь его хозяин! Но надолго ли? Молоточки в висках разведчика стучали все настойчивей, все торопливей.
      Он поднялся, одобрительно взглянув на обширную кровать под золотисто-розовым балдахином, в высокую спинку которой было вставлено зеркало. Что ж, пока время не истекло, надо приобщиться к радостям жизни... тем более, что ночью предстоит весьма неаппетитное занятие. Блейд выпил еще вина и повернулся к Айоле. Определенно, напиток слегка горчил.
      Девушка, сбросив перевязь сабли, другой рукой уже стаскивала кожаные штаны.
      - Наконец то! - вздохнула она. - Ну и надоели мне все эти споры!
      - Мы свое получим, - заверил ее Блейд, привлекая к себе и пытаясь распутать узелок на ремешке, который стягивал пышные локоны Черной Сестры.
      - Да, мы свое получим... - рассеянно отозвалась она и нежно взъерошила волосы Блейда. - Не добром, так силой! - Айола коснулась горячими сухими губами шеи возлюбленного, прижалась к нему и чуть вздрогнула, ощутив его возбуждение. Немного отстранившись, девушка ловкими уверенными движениями стащила с него безрукавку и, не обращая внимания на увесистый мешочек с жемчугом, который Блейд пришпилил к изнанке, швырнула ее на пол Она приникла к обнаженной мускулистой груди разведчика, и он почувствовал, как напряглись соски высоких грудей.
      Словно бы со стороны он услышал стук крови в висках, заглушивший первых предвестников головной боли В следующий миг адмирал, советник, телохранитель исчез, испарился, превратившись в дикого зверя, охваченного пламенем страсти, неутолимого желания овладеть столь же дикой и прекрасной самкой. Опрокинув Айолу на постель, он торопливо расстегнул пояс. Девушка нежно провела ладонью по его лицу и прошептала:
      - Скорее, мой Черный Брат... Я хочу обнять тебя, а потом - потом уснуть... только уснуть. Я так устала... - ее руки ласкали нагое тело Блейда, глаза подернулись туманом.
      Внезапно Айола перекатилась на спину, крепко обхватив Блейда за плечи, раздвинула колени, и он ощутил, что она давно ждет его. Медленно, не торопясь, он коснулся своим клинком нетерпеливо раскрывшейся навстречу плоти. Девушка подалась к нему, легко вскинула ноги на спину, прижимаясь все тесней и тесней. Она коротко вскрикнула, потом застонала; на несколько секунд они замерли, лежа в объятиях друг у друга и наслаждаясь близостью.
      Наконец Айола, встрепенувшись, чуть приподняла бедра, и Блейд начал ритмично двигаться в такт с ее послушным телом. Движения ее все ускорялись, потом мышцы напряглись, затрепетали, острые белые зубки впились в плечо разведчика, и он услышал блаженный вздох.
      Через секунду она спала. Блейд вытянулся рядом на просторной кровати, чувствуя, что и его охватывает дремота. Неужели он так утомился? Конечно, препирательства на совете стоили немалых сил... Ничего, к ночи он успеет отдохнуть...
      Но все же странно... Как быстро уснула Айола! Тоже устала? Или они выпили слишком много вина? Пурпурного вина с чуть заметной горчинкой, которое прислал Ратаг?
      Ратаг... Ринвел... зеленая жемчужина... тайна... Слова крутились у него в голове, постепенно превращаясь в неразборчивое бормотание, в мерный гул прибоя; наконец они смолкли совсем. Ричард Блейд спал, сморенный усталостью, вином и сонным зельем.
      * * *
      В щель между занавесями проник солнечный луч и, шаловливо скользнув по лицу Блейда, разбудил разведчика. Он сел, потягиваясь, потом прислушался: во дворце царила тишина. Лишь негромкое дыхание Айолы раздавалось рядом; глаза девушки были закрыты, темные локоны рассыпались по подушке,
      Ратаг. Ринвел... зеленая жемчужина... тайна... ночь. Ночь! А сейчас уже утро! Правда, раннее - штора, прикрывавшая окно, чуть начала розоветь.
      Блейд потряс Айолу за плечо. Веки девушки поднялись, некоторое время она смотрела на него непонимающими глазами, потом сонно улыбнулась.
      - Вставай, малышка! - Скатившись с кровати, Блейд натянул штаны, набросил безрукавку. - Кажется, мы проспали самое интересное! - Он был уже на полпути к двери. - Ратаг, мерзавец, чего-то подлил в вино!
      - Я сейчас... - Айола приподнялась в постели.
      - Беги в зал, - Блейд махнул ей рукой. - А я проведаю старика в подвале!
      Торопливо застегивая пояс с клинком, он помчался вниз по лестнице.
      Тесная каморка, еле освещенная догорающим факелом... Низкие своды, стены из серого потемневшего гранита... Цепи, протянутые от массивных бронзовых колец... В цепях - бессильно обвисшее тело старика; из груди его с хрипом вырывалось прерывистое дыхание. Ни Ратага, ни Аталира, ни важного хозяина "Сокола"... Впрочем, что касается двух последних, Блейд не сомневался, что им тоже был преподнесен кувшин с подарком - и хорошо еще, если с сонным зельем, а не с чем-нибудь покрепче.
      Он перешагнул порог, всматриваясь в того, кто три дня назад был грозным властителем Кархайма, и споткнулся. Глянув вниз, Блейд похолодел; на полу валялся абордажный крюк, закопченный и залитый кровью. Рядом - кувшин с водой; видно, Ратага мучила жажда. Да, помощник Айолы не шутил, поклявшись, что заставит герцога разговориться! Вот только выслушивать его признания он собирался в одиночку.
      Блейд поднял с пола кувшин и выплеснул воду в лицо старику. Герцог закашлял, шевельнулся, пытаясь поднять голову, но сил не хватило. Он снова уронил ее на грудь и слабо застонал. Судя по всему, жить Ринвелу оставалось недолго.
      - Где... где этот?.. - Блейд схватил умирающего за плечи и с силой встряхнул. - Он давно ушел?
      - Нет... - шепнули бескровные губы. Потом герцог все-таки поднял голову. Лицо его оставалось нетронутым, лишь на месте левого глаза темнела пустая впадина.
      Разведчик ждал. Наконец Ринвел отчетливо произнес:
      - Ушел... недавно... Превращается в бессмертного... - губы старика подергивались, словно он пытался изобразить усмешку.
      - Значит, твой жемчуг в самом деле продлевает жизнь? - в голосе Блейда прозвучало удивление.
      - Правда, - Ринвел с трудом сосредоточил взгляд на лице стоявшего перед ним ховестара. - Если знаешь как... - по телу старика пробежала судорога, взгляд помутнел. Блейд снова встряхнул его.
      - Говори же, говори! Клянусь Святым Кругом, этот... этот, который замучил тебя, получит сполна за все!
      Вновь послышался стон, и герцог, не поднимая головы, с трудом выдавил:
      - Хорошо, я скажу... но я... я сам с ним рассчитался... сам...
      - Что надо делать с жемчугом? - медленно произнес Блейд, не обращая внимания на последние слова. Кому страшны угрозы умирающего?
      - Носить на теле... день - под сердцем... день - у печени... день - на виске... - герцог судорожно вдохнул, замолчал и с неожиданно просветлевшим лицом добавил: - Ни к чему тебе это, ховестар... уже ни к чему... Приятель твой... знает лучший способ... Поди спроси... если успеешь... - тело его странно напряглось, будто рванувшись из цепей, голова запрокинулась, глаз закрылся.
      Блейд вынул из кольца в стене факел, поднес к лицу Ринвела. Да, этот человек был стар, очень стар! Сто лет или больше... Трудно сказать... Во всяком случае, он пережил и своих детей, и внуков, и правнуков. Пережил всех, чтобы погибнуть в мрачном подвале собственного дворца от безжалостной руки случайного проходимца...
      Выскочив в коридор и перепрыгивая через три ступеньки, Блейд ринулся в зал вчерашнего совета. Сабля била его по бедру, увесистый мешочек давил на ребра, в висках ощутимо стреляло.
      Он вихрем промчался по широкой галерее первого этажа, колотя в двери,
      - Вставайте! Все сюда! - голос его гулким эхом грохотал под сводчатым потолком, и по топоту за спиной он понял, что ховестары мчатся следом. Он не стал оборачиваться, а, оттолкнув часовых, влетел в комнату. Бокал на столе был пуст.
      Взгляд Блейда метнулся к окну; там спокойно стоял Ратаг, и лишь глаза помощника да стиснутые кулаки выдавали владевшее им лихорадочное возбуждение У стен застыли стражи - и, впереди всех, Айола.
      - Не подходи, ты!.. - Ратаг напряженно усмехнулся. - Ты, приблудок, хотел отнять у меня все! Ты... - его левая рука вытянулась в сторону Блейда, правую он прижимал к губам. Капитаны сгрудились у двери, и разведчик, оглянувшись, увидел среди них Аталира. Лицо его было мрачным - как и у всех остальных.
      Внезапно Ратаг гордо выпрямился и с торжеством изрек:
      - Ринвел открыл мне тайну! Только я, один я, владею секретом! Старый лис был жаден и глуп, если сам не воспользовался магическим средством! - Он поднял руку, и все увидели небольшой зеленый диск, зажатый меж его пальцев. - Но я-то - другое дело! Я стану бессмертным и неуязвимым, и мы еще посмотрим, кто будет властвовать в Акроде!
      Ховестары переглянулись.
      - По какому праву ты собираешься присвоить жемчуг? - рявкнул Коверг. Клянусь мечом и порохом, мой клинок проткнет любую глотку, даже бессмертную!
      - Молчи, ублюдок! - Услышав гневный гул голосов, Ратаг снова прижал добычу к губам. - Знаешь, что я сделаю совсем скоро? Спущу кой с кого шкуру, вот так! Первым - с Черного, а затем, быть может, с тебя!
      Он безумен, подумал Блейд. И жемчужина - что этот мерзавец собирается делать с ней? Обнажив саблю, разведчик шагнул к окну, всматриваясь в серые глаза, горевшие мрачным торжеством. Ратаг плюнул ему под ноги, поспешно сунул магический камешек в рот и проглотил.
      Все оцепенели. Секунду Ратаг стоял неподвижно, будто прислушиваясь к собственным ощущениям; потом его затрясло, он согнулся пополам, руки и ноги вывернулись под немыслимым углом, на губах выступила пена. Он рухнул на пол.
      - Вот и все, - спокойно произнес Аталир. - Осталось только вспороть дураку живот и вытащить то, что нам надо. - Он повернулся к Айоле. - Прими мое сочувствие, Черная Сестра. Ты осталась без помощника.
      - Нужно ей твое сочувствие! - хмыкнул Коверг. - Девочка знает, кем заменить эту падаль.
      Айола, сверкнув глазами, подошла к окну и склонилась над неподвижным телом. Блейд, не двигаясь с места, ждал; голова у него болела нестерпимо. Что-то во всей этой истории ему не нравилось, что-то шло не так... Молнии, стрелявшие в висках, мешали сосредоточиться. Герцог... да, старый герцог... Он сказал: "приятель твой знает лучший способ"... и еще: "я сам с ним рассчитался"... Значит, это и есть расчет за все ночные муки? Примитивное отравление?
      Внезапно Айола вскрикнула и отскочила в сторону. Тело Ратага зашевелилось, туловище начало на глазах раздуваться, и то, что все уже считали готовым к препарированию трупом, перевернулось на спину. Закусив губы, Блейд смотрел, как страшно выпучились глаза этого ожившего зомби, чуть не вылезая из орбит; туго натянувшаяся одежда с треском лопнула, обнажая стремительно менявшую цвет кожу, которая начала покрываться грязно-зеленой чешуей. Кисти рук и ступни уродливо вытянулись, пальцы растопырились, обнаруживая разрастающиеся перепонки.
      Руки! Он вспомнил, где ему показывали такую же кисть, с закостеневшими пальцами и длинными когтями!
      Превозмогая боль в голове, разведчик отступил на пару шагов, прикрывая Айолу.
      - Сагхарт! - вырвалось у него. Вот, значит, как герцог разводил этих тварей! Что ж, рабов у него хватало... Одна жемчужина шла на продажу, а вторая...
      - Что? Что это? - Айола судорожно цеплялась за его плечо Ховестары, очнувшись от изумления, потянули из ножен сабли.
      - Сагхарт, - повторил Блейд, - тварь, в жабрах которой водятся те самые зеленые камушки... Только с нашего друга ничего не получишь - слишком молод. Надо подождать лет сто... или двести.
      Все было кончено. Растопырив уродливые лапы, на лохмотьях, которые еще недавно были одеждой Ратага, сидел чешуйчатый монстр, поглядывая на людей бессмысленно выпученными глазами. Он был отвратителен, как смертный грех, как жадная и завистливая душа первого помощника с "Жаворонка", и Блейд ощутил, как его желудок подкатывает к горлу.
      Так вот в чем заключалась тайна, которую герцог поведал Ратагу! Вот какую месть уготовил Ринвел своему мучителю! Что ж, эта тварь и в самом деле будет жить долго, очень долго...
      Ховестары стояли неподвижно, сжимая в руках клинки, словно парализованные ужасом при виде этого жуткого перевоплощения. На их глазах человек - правда, совсем дрянной человечишка! - превратился в чудовище, в демона, какой мог привидеться только в ночных кошмарах. Потом кто-то поднял саблю и шагнул к сагхарту, намереваясь прикончить отвратительную тварь.
      - Стойте! - воскликнул Блейд. - Не надо!
      Он хотел сказать - "Отпустите его", но тут в затылок разведчика ударила острая игла боли. Он понял, что компьютер Лейтона снова нашел его среди мириадов миров Измерения Икс и что сейчас начнется мучительный путь домой. Прижав локти к груди, Блейд обхватил ладонями раскалывавшуюся на части голову и глухо застонал. Мрак наступал на него со всех сторон, затмевая синевшее за окном море, что-то твердое давило в ребра. Боль ударила опять; нестерпимая боль, крестная мука возвращения. Последнее, что он видел, проваливаясь в беспамятство, были надвигавшиеся на него со всех сторон чудовищные морды сагхартов. Одна из них, похожая на Ратага, расплывалась в отвратительной ухмылке.
      ГЛАВА 8
      Омар был великолепен. Блейд покончил с ним, ловко орудуя серебряными крючочками и не забывая прихлебывать ледяное белое вино. Оно тоже оказалось неплохим; может быть, не столь изысканного букета, как напиток из погребов герцога Кархаймского, зато уж наверняка без всяких инородных включений.
      Теперь его ждали фрукты, сыр и французский коньяк. Блейд опрокинул первую рюмку, провозгласив тост за свое здоровье - как-никак, сегодня он являлся виновником торжества и отмечал свое тридцатишестилетие. То, что кресло напротив него оставалось пустым, ничего не значило; он легко мог вообразить, что в нем сидит Зоэ.
      "Дик, - сказала бы она, - как я рада, что мы вместе! Что ты снова вернулся, живой, без единой царапинки! Что мы сидим в этом уютном ресторане и празднуем твой день рождения!"
      Такие простые слова, женская болтовня по сути дела, но он слушал бы ее с замиранием сердца.
      "Дик, - сказала бы она, - ты вспоминал обо мне - там, где ты был? В тех краях, о которых тебе нельзя говорить?"
      "Зоэ, - ответил бы он, - я не буду лгать. Возможно, я вспоминал о тебе, но очень редко, потому что в тех краях жизнь не проста... И если слишком часто вспоминать про девушку с Земли, можно в два счета очутиться на рее или получить нож под лопатку..."
      И Зоэ не обиделась бы, она бы поняла...
      Блейд опрокинул вторую рюмку, пристально рассматривая компанию за соседним столиком. Там веселились трое мужчин и четыре женщины - то есть наблюдался переизбыток слабого пола. Одна девушка - конечно, самая хорошенькая, - была, по его мнению, явно лишней. Мужчины наперебой увивались за этой стройной брюнеткой, почти забыв про остальных дам. Джентльмены так себя не ведут! Блейд решил, что прикончит бутылку коньяка и восстановит справедливость.
      "Дик, - сказала бы Зоэ, - я приготовила тебе подарок".
      Она полезла бы в сумочку и вытащила что-нибудь удивительное и необычное - редкостную японскую статуэтку, серебряный портсигар с перламутровой инкрустацией, филигранный мужской перстень или маленький кинжал толедской работы. Он долго рассматривал бы вещицу и восхищался, нахваливая ее вкус и любуясь милым раскрасневшимся личиком. Потом они бы выпили, и он сказал:
      "Милая моя, когда я отправился в обратный путь - из тех самых краев, о которых я не могу говорить, - я тоже прихватил тебе подарок".
      Блейд опрокинул третью и четвертую рюмки и с неодобрением покачал головой: мужчины за соседним столиком совсем распоясались. Они чуть ли не лезли к смущенной брюнетке под юбку, а три остальные дамы сидели с надутым и обиженным видом.
      Конечно, Зоэ захотела бы сразу посмотреть подарок.
      "О, Дик, - сказала бы она, - это так мило! Покажи его скорей, не мучай меня!"
      И тогда...
      Блейд расстегнул пиджак, вытащил из внутреннего кармана бумажник и раскрыл его. Одно маленькое отделение круглилось бугорком; он осторожно сунул туда пальцы и извлек нечто, завернутое в папиросную бумагу. "Вот, Зоэ", - прошептал он, покачивая на ладони жемчужину, серебристо-розовую, как заря над бескрайними просторами Акрода, Океана Среди Земель. "Вот, Зоэ", повторил он чуть громче, но Зоэ была далеко и не слышала его. Он снова выпил за свое здоровье и спрятал жемчуг. На сей раз лорд Лейтон и британское казначейство выделили ему законную долю добычи - примерно один процент. Блейд не был жаден, но полагал, что Черная Сестра дала бы ему гораздо больше.
      "Зоэ, - сказал бы он, - это мое странствие оказалось на редкость успешным. - Я не сидел в тюрьме, не ломал камень в горах и не спасался бегством от каких-нибудь разъяренных каннибалов. Представляешь, я сразу угодил туда, куда надо! Правда, для этого пришлось снести три головы... и потом еще пару десятков... зато, как ты заметила, я не получил ни царапины. Большая удача - для тех краев, о которых я не могу тебе рассказать".
      "О, Дик, - ответила бы Зоэ, - я не любопытна. Странствуй в тех краях, если ты не можешь жить иначе, только возвращайся ко мне. Я буду ждать тебя и приму всякого, израненного и больного, лишь бы ты только вернулся... - Потом она помолчала бы и добавила: - Ты привез замечательный подарок, милый... Значит, все же помнил обо мне..."
      Блейд налил рюмку и выпил за прекрасных дам. Хорошенькая брюнетка за соседним столиком, которую кавалеры допекли окончательно, бросала на него отчаянные взгляды. Но в бутылке кое-что еще оставалось, и Блейд решил не торопить события.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9