Читаю сейчас "Мой Карфаген обязан быть разрушен". Прочла восемь лекций. Нравится, интересно, читается легко. Не все понимаю.Буду разбираться. В процессе чтения заинтересовалась личностью Новодворской. Она мне становится более симпатична, чем раньше, когда я только слышала ее отдельные речи по нашему ТВ. Но все равно отношение неоднозначное. Я в молодости была очень принципиальна, а потом появились дети, а сейчас они взрослые, и моя принципиальность дальше кухни не идет. Вот если у Новодворской были дети, насколько она была бы верна своим политическим взглядам? Делаю вывод: Новодворские нужны, они жертвуют личным счастьем,они сознательно отказываются от материнства ( отцовства), но если таких, как они, окажется большинство, то человечество сойдет на нет и борьба потеряет всякий смысл.
Мистический рассказ "Мириэм",немного пугающий и привлекающий своей неясностью(кто эта девочка Мириэм?зачем пришла?призрак или игра воображения героини?)класс но было бы если б его экранизировали,отличная кроткомеетражка получилась бы!
Весь цикл "Песнь Льда и Пламени" дико потряс меня и ошеломил - своей суровостью, непредсказуемостью, прямотой. Конечно, сперва был сериал "Игра престолов", после него уже начал читать цикл. Джордж Мартин - гениальнейший современный фантаст, не побоюсь даже сказать, что он превзошел Толкина, так как история Профессора слишком уж линейна. У Мартина же практически нет полностью отрицательных или положительных персонажей (за исключением, быть может, Рамси и Джоффри), каждый характер раскрыт, и по ходу действия заставляет менять к нему свое отношение (самый яркий пример - Джейме). С этого цикла началось мое увлечение "темным фэнтези".
Я сам всегда не мог осознать, как могло вторжение иметь место. Это была вся Европа. Можно сказать, это был, её цвет. Ты не можешь понять, как к тому пришли мои потомки и твои предки. Они все здесь. Я бы сказал, их успех определялся их организованностью, нашей разобщённостью, они все были под одним началом. Неважно кто он был, он сам не хочет себя обнаруживать перед моим лицом. Они все, когда-то в юности, читали: «Кто был сам Святослав». Ясно, что наши книги расходились по всей Европе! Равняться со мной ему невыгодно, да и невозможно. Ты это понимаешь.