Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Солнечный свет

ModernLib.Net / Классическая проза / Лао Шэ / Солнечный свет - Чтение (стр. 2)
Автор: Лао Шэ
Жанр: Классическая проза

 

 


Не было только любви, все остальное меня устраивало. Но какова цена любви, кто знает! Я с радостью бросила институт. Лучше не видеть подруг, которые донимают насмешками. Они познали любовь, только она увела их в грязь! Но я не так глупа. Я снова повеселела, помирилась с родителями. Стала готовить свадебный наряд, тайком примерять его. Надела ожерелье и кольцо с брильянтами. А ведь, правда, перед этим никто не устоит! Я гордилась собственной рассудительностью и была несказанно рада, что так умно распорядилась своей судьбой. Нет счастливее невесты. Пусть все мне завидуют! Что было бы со мной, влюбись я в какого-нибудь голодранца? В волосах бумажный цветочек, медное колечко на пальце, а фата длиною чуть более чи. Умерла бы со стыда!

31

И все же я никак не могла отказаться от мысли, что существует на свете такая" удивительно приятная, хотя и бесполезная вещь, как любовь. Но что можно было изменить? Пойти на жертву? Так ведь я с детства ничем не жертвовала; остается лишь, не раздумывая, отбросить эту никчемную штуку – любовь. Да и нужно ли жертвовать? Есть иной способ самоутверждения – деньги. Мои наряды, туфли, прическа – всего этого достаточно, чтобы стать первой среди сверстниц. Да, главное – деньги. Я смогу танцевать, заводить знакомства, бывать в самых интересных и многолюдных местах. Деньги создают человеку положение, вызывают у него интерес к жизни – словом, приносят весьма ощутимую пользу. Я представила себе, какой веселой и в то же время респектабельной будет моя свадьба, какое счастье и радость познаю я в супружестве. Мое будущее озарено лучами солнца, его не омрачит ни единая тучка. Я стала даже суеверной. Мне показалось, будто родители только из любви ко мне выбрали счастливый день для свадьбы. И хотя свадебная церемония совершается теперь по новому обряду, вовсе незачем возражать против выбора счастливого дня. Они так стараются ради моего блага. У меня уже приготовлена красная курточка, которую я надену в день свадьбы.

32

Конечно же, я поступила правильно! Мой муж знатен, богат, вполне респектабелен, высоко чтит мораль. К тому же он умен и опытен не по годам. Он против свободного брака. В делах он сторонник нового, а мораль хочет сохранить старую. Брак, по его мнению, должен совершаться по воле родителей и через свах. Он хотел подать хороший пример взбалмошным молодым людям, чтобы спасти общество от падения нравов. Он – Кун-цзы и Мэн-цзы двадцатого века. Наша свадебная фотография была помещена во всех газетах нас называли посланцами неба, спасающими нравы. Во мне заговорила совесть, ведь я собиралась противиться этому браку и совсем еще недавно ратовала за свободную любовь. Хорошо, что вовремя опомнилась! Не то…

33

От счастья я еще больше похорошела. Я чувствовала, что каждая клеточка моего тела источает какой-то новый аромат. Я немного пополнела, но стала еще более легкой и подвижной. Я походила на жар-птицу. Не только радость от сознания собственной красоты переполняла меня. Я купалась еще и в лучах славы моего мужа. Я считалась самой знатной, самой богатой. Мне завидовали. Что бы я ни говорила, всегда находились благодарные слушатели. В бытность мою барышней подобное почтение мне и во сне не снилось. Барышня – это чистый источник, а госпожа – что гора, величавая, усыпанная цветами, сияющая под лучами солнца всеми красками. Я и казалась себе такой горой в весеннем цвету, а муж был моим солнцем. Лучи солнца озаряли склоны горы, а цветы персика на моих щеках улыбались солнечным лучам. Эти лучи принадлежали мне одной.

34

Однако радовалась я прежде всего славе, выпавшей на мою долю. Я, как цветок, нежилась под солнцем. Но разве ведома цветку настоящая радость? Так и сердце мое не знало иных радостей, кроме славы. И радость эта была утлой лодчонкой, несомой ветром по лазоревому морю в ясный день. Я охотно бывала на людях и сама принимала гостей, а когда оставалась одна, ощущала пустоту, чувство, близкое к печали, и потому боялась одиночества. Мои паруса всегда были наготове, я ждала попутного ветра, чтобы отправиться в путь и хоть так заглушить в себе неудовлетворенность. Пусть видят меня всегда веселой, пусть завидуют мне. Только надо быть осторожной – мой муж строгий блюститель морали. Я не вправе его огорчать; запятнать славу, которую он мне подарил. Моя слава и положение в обществе стоят того, чтобы их беречь. Но отчего же моя радость порой кажется зыбкой и переменчивой – как погода, то ясная, то пасмурная. Однако обратного пути нет. Раскаяния бесполезны. Так не лучше ли идти за попутным ветром и прожить свою жизнь в блеске славы? Ветер сопутствовал мне всегда, оставалось только одно – идти вперед.

35

Прошлое, казалось, навсегда ушло от меня. Я и предположить не могла, что это случится так скоро. Я будто забылась сладким сном, а когда открыла глаза, все вокруг оказалось новым. Но потом я все чаще стала мысленно возвращаться к прошлому и одно за другим, как жемчужинки, собирала воспоминания. А собрав, испытала неизбывную радость. Но надеть жемчужную нить или хотя бы взять ее в руки я уже не могла. Моральные принципы мужа изменили и мои взгляды – я на все смотрела по-новому. Я почти раскаивалась в том, что прежде вела такой вольный образ жизни. Почему он, можно сказать один из столпов общества, выбрал в жены именно меня? Неужели он не слыхал о моем поведении? Слыхал, конечно! И о том, что я была в институте королевой, тоже знал. Но его устраивало положение моей семьи. А я не смела заговорить с ним об этом и оттого еще больше мучилась. Страха перед ним я не испытывала. Просто мне хотелось его понять. Он относился ко мне безупречно, но, признаться, я не очень его понимала, он был моим солнцем, дарил мне свой свет, но близко не подпускал. На людях он бывал мне понятен больше, чем дома. Из почтения к нему все относились с уважением и ко мне. Но, оставаясь наедине с ним, я забывала о нашем высоком положении, и он казался мне далеким и непонятным. Мне было приятно встречать в газетах его фамилию, но, сидя перед ним, я порой забывала о его величии. Он был предельно деликатен и вежлив. Мне даже казалось, что он – мой наставник, покровитель, кто угодно, только не муж. В такие минуты мое солнце завола кивали темные тучи.

36

А когда солнце прячется, даже весенние дни становятся пасмурными. Радость моя постепенно угасала. Чего стоят слава, положение и даже муж, когда рядом нет настоящего мужчины? Мужчина… Пусть он будет грубым, пусть бьет, ругает, пусть зацелует до смерти. А у меня всего только муж, одетый с иголочки, умеющий изысканно поговорить, воплощение благопристойности, как Ян Сылан или другой актер в роскошном вышитом халате. Каждое его движение, каждое слово были изысканны, как у актера. И это на всю жизнь. Изменить что-нибудь так сразу я не могла. Пренебречь положением дело не шуточное. Но ведь иначе я не избавлюсь от пустоты. Жизнь! Как нелегко ее устроить! В родительском доме ко мне теперь относились с таким почтением, что я не то что пожаловаться, слова не могла сказать. Они мною гордились. Я даже поплакаться не могла, как любая другая женщина, должна была все сносить молча. Из барышни я стала госпожой. А у госпожи характер должен быть еще тверже. И если я матери не могла ничего сказать, потому что она принимала ценя как гостью, то в доме мужа и подавно не с кем было поделиться. Не пускаться же госпоже в разговоры с прислугой. Приходилось молчать. А заговори я, меня же подняли бы на смех. Самой надо справляться с бедами. Быть может, попытаться найти свою любовь? Ну, а муж, а родители? Впрочем, что мне за дело до них? Но кому, как не им, я обязана своим положением и роскошью, в которой живу? Потому я и повиновалась им вначале, и раскаиваться в этом просто недостойно. Единственное, что мне оставалось, это выбросить из головы все соблазны и быть хорошей женой. Тогда путь мой всегда будет озарен лучами солнца.

37

Но человек сделан из плоти. Я молода, красива, не обременена заботами, я должна окунуться в мир упоительных чувственных утех. Глупо рассматривать себя в зеркале, всякий раз замечая, как увядаешь от холода и скуки. Надо наполнить свою жизнь до краев – я не глиняная кукла. Эти мысли вытеснили все остальные. Главное – осторожность, и я добьюсь своего. Я ведь умница! Муж сохранит мое положение в обществе, а я найду себе то, чего он не может мне дать. Ведь я само совершенство! Я – госпожа. Романтика, наслаждения – все мое, все должно быть моим. Медлить дальше – значит не уважать себя. Я и так жертва, опасность грозит мне одной. Что бы ни случилось, пострадаю я – потеряю свое положение в обществе. Ни родители, ни муж здесь ни при чем. Не хотелось бы, разумеется, терять положение. Но зачем предвосхищать события и думать о худшем? Просто глупо при моем уме без конца колебаться. Голодный ястреб ничем не брезгует.

38

На поверхности моря снова появились лепестки цветов. Далекие звезды напомнили о весеннем свете. Словно ранняя бабочка, я искала цветок, сама не знаю какой, Вспомнилась свобода студенческих лет, прежние легкие увлечения. Но сейчас я стала более пылкой. Я преуспела во всем, не хватало только любви. Этот пробел надо восполнить. Надо все изведать. Я знала, чего жаждет мое тело. Цветок должен распуститься, пусть потом его побьет градом, пусть он утратит свой аромат, только бы не увял он во мраке. Однако положение в обществе обязывало, нужно найти человека, который по чипу был бы выше мужа. Чтобы испытать настоящую радость, надо подняться еще на ступеньку. Я мечтала наслаждаться любовью в хрустальном дворце: цветы нежны. Моей любви нужна еще большая слава– я не простушка.

39

Мне казалось, что не так уж это трудно. И я не ошиблась. Я быстро нашла то, что искала. Это был красивый, не лишенный благородства человек, по-мужски грубый – словом, весьма опасный мужчина. Как раз то, что мне нужно. Он потребовал сразу всего. В порыве страсти он готов был растерзать меня. Я получила все, чего мне недоставало, и мне снова захотелось встретиться с ним. Он научил меня искренне плакать и от души смеяться. Он был дик, как тигр, с ним я не знала ни минуты покоя. Ему нравилось, когда я, вся дрожа, готова была сгореть в жарком пламени. Но стоило мне прийти в себя, как к сладости примешивалась горечь. Он мог то оттолкнуть меня, то снова приласкать. От любви кружилась голова. Я была в каком-то полузабытьи, на грани жизни и смерти. Жила как во сне, весь мир казался мне усыпанным красными цветами. Наконец-то я поняла, что такое любовь, чувственная, грубая, сильная, самозабвенная.

40

Любовь придала мне смелости, и я пошла на измену мужу. Я знала, что глаз у него наметанный, но не боялась и с подлинной артистичностью умела прошмыгнуть у него перед самым носом на свидание. Я по-прежнему была ему благодарна за то, что он дал мне положение в обществе, но отказаться от всего остального не могла. Хоть бы поссориться с ним – и пропади все пропадом. От радости и теряла голову. А он молчал. Просто удивительно! Он, кажется, одобрял мое поведение своими намеками, словно хотел сказать: «Ты поступаешь правильно!» Невероятно! Ведь он блюститель нравственности. Его добропорядочность поумерила мой пыл. Без ссор и скандалов неинтересно! Но вскоре все разъяснилось: его повысили в должности, разумеется, не без содействия моего благородного возлюбленного И я поняла – у мужа была нравственность, но ему недоставало еще более высокого положения в обществе, подобно тому, как у меня было положение, но недоставало любви. Я получила то, чего жаждала, он – тоже, оттого и молчал. Мой пыл поостыл. Такое не входило в мои расчеты. Ничего подобного я просто не могла предположить. Он, моралист, оказывается, ничего не потерял, выбрав в жены бывшую «королеву». У него были свои расчеты. Как низко я пала! Я оказалась игрушкой в его руках, и теперь мне не избавиться от этого ужаса. Мне хотелось легкого флирта, а пришлось ублажать двух мужчин. Пожелай я только, и у меня была бы уйма поклонников. Но я не женщина легкого поведения и не хотела быть игрушкой. Муж должен кормить жену, доставлять ей радости, но использовать ее для достижения корыстных целей просто неприлично, недостойно!

41

Я не знала, как мне поступить. Заговорить об этом с мужем? Но он может сказать: «За все мое добро не грех помочь мне». Или рассердится и крикнет: «Нечего было выходить за меня замуж!» Мне его не переспорить. Порвать с любовником? Это выше моих сил! Я его люблю. И не могу лишиться радости из-за обиды на мужа. Но если бы даже я охладела к моему возлюбленному, он потребовал бы от меня платы за то, что облагодетельствовал мужа. Я нала так низко, что мне остается лишь, закрыв глаза, катиться дальше. Хорошо еще, что положение мое в обществе не пошатнулось. Я испытала те наслаждения, которых жаждала. Только на мужа я досадовала: до чего же он презирал меня, если мог преподнести в подарок другому. Как бы его наказать? Поразмыслив, однако, я поняла, что служившееся давало мне еще большую свободу. Раз он использовал меня в своих целях, а я не воспротивилась, значит, в дальнейшем я вольна в своих поступках. Он не вправе связывать меня. Это было бы несправедливо. Я не знала, как наказать его, да и не собиралась. Я просто буду независима, и все. Кто знает, быть может, благодаря мне он поднимется еще выше. Я радовалась. В конце концов это выход. И надо мной снова засияло лучезарное солнце.

42

Смоковницу я видела лишь на картине. И сразу решила, что если она действительно такая, я очень на нее похожа. Из каждой веточки может вырасти деревце, которое не теряет связи с прежним корнем. Я была мужней женой, но без конца обзаводилась знакомыми, если можно так сказать, основными и побочными. Я везде пускала свои корни, как бы превратившись в древо любви. Бывало., мужа приглашали куда-нибудь прочесть лекцию о нравственности. Я сидела рядом. Он ратовал за мораль, а я обдумывала свои планы. Это казалось мне весьма забавным. В обществе знали о моих похождениях, но мужа по-прежнему считали поборником морали. К нему относились с почтением, ко мне – с завистью. Ничего, были бы положение и деньги – все спишется. В этом мире неизвестно, что добро, а что зло. Я отлично это усвоила.

43

«Если и впредь все будет идти, как сейчас, не так уж это плохо»,– думала я. Но действительность всегда расходится с мечтами, словно запрещает людям иметь свои идеалы. Я возненавидела этот мир, мир, лишивший меня идеалов. Мой муж привел в дом наложницу. Блюстителю морали дозволено привести наложницу, блудницу. Только бы не свободный брак и не развод, все остальное не противоречит морали. Я/давно это поняла и возненавидела мужа. Однако беспокоило меня другое – подуло каким-то недобрым ветерком. Я катилась по наклонной плоскости. Он взял наложницу не потому, что ему нужна была женщина. Он что-то задумал. Наверняка. Теперь я не была единственным орудием, с помощью которого он мог получить очередное повышение по службе и еще больше разбогатеть. И если эта женщина заменит меня, я погибла. Ссориться с ним я не могла. Все, что он делал, было в высшей степени пристойно и справедливо. Даже наложница. Лучше не раздражать его, не то он лишит меня свободы. Я больше не нужна ему. Я с детства мечтала нокорить мир, но не рассчитала силы! Я все понимала и не хотела неприятностей. Мы просто перестали замечать друг друга. Это был наилучший выход. Чтобы развеять скуку, я теперь часто отлучалась из дому и бродила по улицам.

44

Мне не везло буквально во всем. Как тут не поверить в судьбу? Мой возлюбленный нашел себе другую любовницу. Это было ударом посильнее, чем наложница мужа. Я не могла, оказывается, удержать ни одного мужчину. Все эти годы я верила в свой ум, в свои женские чары. Значимость, положение в обществе, любовь, деньги, наслаждения – все у меня было. Было да сплыло! Состарилась? Вовсе нет! Я была уверена в своей красоте и по-прежнему оставалась законодательницей мод. Быть может, мне не хватает опыта, умения? Тоже нет! Ведь я всегда пользовалась успехом. Это судьба! Солнце тоже заволакивают тучи. Не следует только падать духом! Надо набраться терпения и преодолеть злосчастную судьбу, а там видно будет. С поражением я не смирюсь. Главное – не растеряться и сохранить ясность ума. Тогда непременно найдется выход.

45

Кончилось тем, что я совершила непростительную глупость. Размышляя в одиночестве, я, видимо, потеряла самообладание. Мне вдруг вспомнился один фильм: девушка из богатой семьи после многих любовных похождений вышла замуж за сельского парня и познала с ним счастье. Неподалеку от этой деревни высились горы, поросшие деревьями с легкими, как пух, листьями, трепещущими на ветру. Домик был обращен окнами к горам, во дворе цвели розы. Часто женщина, взяв шитье, устраивалась– под розами, белая пушистая кошка лежала рядом, неотрывно следя за работой хозяйки. Муж уходил в горы обрабатывать землю, время от времени она откладывала шитье, вставала и смотрела в ту сторону, где работал любимый. А когда он возвращался, она подавала ему простую еду, кошка садилась рядом и ждала молока или мяса. Разговаривали они мало, зато глаза их светились радостью. Вспомнив эту историю, я подумала о себе. Мне показалось, что я готова бросить все: и треволнения, и красивые наряды-и уехать куда-нибудь в глушь, чтобы начать заново жизнь, простую и прекрасную.

Я понимала, что это пустые мечты. Но когда я сердилась, то верила, что такое может случиться. Только бы встретить любящего юношу, я ушла бы с ним, забыв обо всем.

Мои мысли постепенно вернулись к прежним друзьям. Чем они теперь занимаются? Вспомнила первого своего возлюбленного. Что-то он сейчас поделывает? И хотя рассталась я с этими людьми давно, их образы оживали в памяти, как цветы весной. Захотелось встретиться с ними. Они, по крайней мере, развеют тоску, внесут что-то новое в мою жизнь. Я думала о них, как о лакомствах далекого детства! Найти бы кого-нибудь из них – сразу почувствуешь себя молодой.

Не раздумывая, я отправилась на поиски. Если не их самих, так хоть кого-нибудь похожего найду. Надо изведать еще одну сторону жизни – простоту. Роскошью я сыта по горло.

46

Я разыскала одного своего старого друга, и хотя он не был сельским жителем, но вполне соответствовал моему новому идеалу. Служащий с мизерным жалованьем, зато какой ласковый, нежный, мягкий. Он ничуть не походил на тех, с кем мне доводилось встречаться. Он перенес меня в иной мир, где все было так ново, так интересно. Наверно, подобное чувство испытывает пресытившийся развлечениями человек, когда вдруг попадает на лоно природы. Мой друг был робок и о близости со мной, видно, и думать не смел. Судя по всему, он и так был доволен, как бедняк, нашедший несколько монет. Я тоже не стремилась к близости. Он был для меня простой пищей, которую я хотела отведать и только. О! Как нелепо все получилось. Нас, увидел мой муж! Я и не подозревала в нем такой ярости. Я опозорила его, сказал он. Богачи могут позволять себе любые безобразия, но лишь с людьми своего круга. А круг этот строго ограничен. Я совершила непростительную ошибку.

47

Итак, я лишилась свободы. Муж везде сопровождал меня. Или запирал в комнате, когда я не была нужна. На людях я по-прежнему была госпожой, дома – узницей. Я научилась плакать, никогда не думала, что у меня появится причина для слез. Но что толку плакать! Надо что-то придумать. Из любого положения есть выход! Лучше всего – бегство. Бросить все – и бежать в какой-нибудь городок или деревню и там наслаждаться свободой, как та женщина, которую я видела в кино. Но как я поеду? Ведь я ничего не умею. Без прислуги я и поесть не смогу. Даже если бы мне приказали, я все равно не двинулась бы с места!

48

Выход найден! Развод! Муж обеспечит меня, и тогда ничего не страшно. Буду любить, кого захочу. И я, не медля, принялась за дело. Мне удалось подкупить слугу, которого ко мне приставили. Он нашел адвоката..0! Как я была глупа! Как только жалоба попала в вышестоящую инстанцию и была опубликована в прессе, мой муж тотчас потерял все: ведь он же ратовал за старую мораль. Как могла я забыть об этом? Развод! Это – самое страшное для него. Все высокопоставленные знакомые тотчас от него, отвернулись. И от меня тоже. Мои прежние любовники, от которых я никогда не слышала и слова упрека, презирали меня. Неужели развод – это все, на что я способна? Родители порвали со мной всякие отношения. Еще до суда мой муж стал простым смертным, ни к чему было и судиться. Останься я его женой, лишилась бы только свободы, сохранив положение в обществе. А сейчас я потеряла все!

49

Но этим не кончилось. Муж был полностью уничтожен. Стена рушится – гибнут люди. Все подали на него жалобы в суд, обвиняя в дурном поведении. Богачи смотрели на него с холодной ухмылкой, ни один не помог. Все наше состояние ушло на судебные издержки. Как я буду жить дальше? Ведь мне нет еще и тридцати. Никогда не взойдет надо мной солнце. Такая красивая, такая умная – и до чего докатилась! Кто бы мог поверить? Кто бы мог подумать?


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Линь Дайюй – героиня классического китайского романа Цао Сюэциня «Сон в красном тереме».

[2] «Сад Роскошных зрелищ» – парк из того же романа.


  • Страницы:
    1, 2