Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сквозь перекрестный огонь

ModernLib.Net / Вестерны / Ламур Луис / Сквозь перекрестный огонь - Чтение (стр. 4)
Автор: Ламур Луис
Жанр: Вестерны

 

 


Бо Марш следовал за ним по пятам. На лице молодого ковбоя не было привычной улыбки, а сопровождал он Брюса Баркова. На мгновение его глаза встретились со взглядом Карадека.

— Это простая формальность, гладко сказал Барков. В Пайнтед-Роке пошли разговоры, и суд должен очистить атмосферу. И конечно же, Карадек, если вы не виновны, нас немедленно освободят.

— Вы в этом уверены? язвительно спросил Карадек. Вы же ненавидите меня, Барков. Вели я и выйду живым из тюрьмы, то только по вашей ошибке.

— Думайте, что хотите, пожал плечами Барков. Я верю в закон и порядок. У нас в Пайнтед-Роке хороший народ, и мы хотим, чтобы так оставалось и впредь. Войн вызвал вас и это одно дело. Но Бонаро в дуэли не участвовал.

— Нечего здесь спорить, вмешался Гомер, для это есть суд. Поехали.

Текс Бриско, заложив большие пальцы за пояс, спустился с крыльца. Он в упор глядел на Гомера.

— Ты не нравишься мне, произнес он спокойно. Ты ничуточки мне не нравишься. По-моему, ты желтый, как койот. И, по-моему, ты прыгаешь всякий раз, как велит Барков.

Гомер побледнел и отвел глаза.

— У тебя не оснований затевать ссору! сказал он. Я только исполняю свой долг.

— Ну, протянул Текс, не отрывая жесткого взгляда от Гомера, значит так. Я седлаю и еду в город, придерживаясь холмов. И если шайка шютовых ковбоев затеет что-то, не премину заполучить шерифа… И, может быть, кое-что еще.

— Это что, угроза? пренебрежительно поинтересовался Барков. А по-моему, дешевая болтовня.

Хочешь посмотреть, насколько дешевая? Текс явно провоцировал Баркова. В глазах его полыхала ярость, ом жаждал сражения. Хочешь, чтобы я сделал ее дорогой?

Брюс Барков не был дураком, он не видел Текса Бриско в деле, но во всем облике высокого техасца сквозило нечто холодное и смертельно. Барков пожал плечами.

— Мы представляем здесь закон. Это что, сопротивление, Карадек?

— Нет, сказал Рейф. Поехали.

Трое повернули лошадей и шагом начали спускаться к Лонг-Вэлли. Текс Бриско во мгновение ока оседлал свою лошадь. Увидев, что техасец направился к лесу. Под Гомер злобно выругался.

Карадек ехал с легким сердцем. Сейчас ничего не произойдет. Он, был убежден, что а намерении Баркова входило увезти его с Бар М, в лотом объявить в городе, что ковбои Шюта отбили Рейфа у представителей закона. Но теперь он был в, не меньшей степени; уверен, что ничего подобного не случится. Под Гомер, знает, что винчестер Бриско находится на расстоянии выстрела. Да и револьверы Рейфа на своем месте. И все же он соблюдал осторожность, держась чуть-чуть позади шерифа. Он посмотрел на Баркова, но лицо ранчеро оставалось бесстрастным.

Вскоре показались ковбои Шюта. Первыми, кого узнал Рейф, были братья Блейзеры. Узнал он — и еще одного, по имени Джо Горман. Рыжий Блейзер рванулся вперед.

— Он пришел, пришел! Теперь мы ему покажем!

— Назад, резко приказал Гомер.

— Что? Рыжий яростно воззрился на шерифа. Кто сказал «назад»?

— Сдай назад! повторил Гомер. Мы везем этого человека на суд. Рыжий Блейзер расхохотался.

Давай, ребята! завопил он. Повесим вонючку!

Я бы тебе не советовал. Рыжий, спокойно произнес Карадек. Револьверы при мне. Или ты быстрей, чем Триггер Злобное лицо Блейзера побледнело, он повернул лошадь.

— Эй! закричал он. Что за черт! Я думал…

— …что это будет совсем просто? докончил за него Рейф, протискиваясь на своем вороном между Гомером и Барковым и выдвигаясь вперед. Запомни, Блейзер! Когда бы вы ни попытались меня убить, я буду с револьвером в руке, ясно? Он уже настолько приблизился к Блейзеру, что большой вороной толкнул лошадь Рыжего. Вы просто стая обезумевших койотов! Хотите суда Линча? Попробуйте, будьте вы прокляты! Попробуй прямо сейчас. Рыжий, и я выброшу тебя настолько нашпигованным свинцом, что ты на фут уйдешь под землю! Рейф окинул взглядом толпу. Думаете, что это шутка? Это относится и к каждому из вас. А что до Гомера, так он знает: если вы захотите драки, он свое уж точно получит. В Холмах человек с винчестером, и если вы полагаете, что он не сумеет вышибить любого из седла, попробуйте затеять что-нибудь. В этом винчестере шестнадцать зарядов, и я видел, как то человек опустошал магазин, подстрелив шестнадцать кроликов. У меня два револьвера. Так что если хотите заполучить меня начинайте. Может, вам это и удастся, но трупов здесь будет куда больше, чем вы думаете!

Джо Горман быстро сказал:

— Берегись, ребята! На горе человек с винтовкой, я его видел!

— Что это, к черту, значит? повторил Рыжий Блейзер.

— Шутки кончены, коротко ответил Рейф. Можете возвращаться домой и сказать Дэну Шюту, чтобы он загребал жар своими руками. Револьверы при мне и останутся со мною впредь. На суд я явлюсь, но вы не хуже меня знаете, что Бонаро получил по заслугам. Карадек повернулся к Блейзеру. А тебе лучше держаться от меня подальше. Больно уж ты рвешься накинуть пеньковый воротник на шею человеку, которого считаешь беспомощным. А я терпеть не могу вонючек. И никогда не любил.

— Не смей называть меня вонючкой! взревел Блейзер. Рейф посмотрел на него.

А я как раз и назвал, спокойно проговорил он.

ГЛАВА 7

Целую минуту они смотрели друг другу в глаза. Рука Рейфа лежала на бедре, в каком-нибудь дюйме от револьвера. Если сейчас начнется пальба, он, конечно, будет убит, но и Блейзер с Барковым тоже. И кое-кто еще. Карадек ничуть не преувеличивал, говоря о меткости Текса при стрельбе из винтовки. Взяв в руки огнестрельное оружие, этот человек становился волшебником.

Рыжий Блейзер почувствовал себя в ловушке. С побледневшими губами он смотрел на Рейфа и видел в его взгляде холодную, неминуемую смерть. Больше он не мог выдержать.

— Да сделайте же что-нибудь, парни! взревел он.

Джо Горман сплюнул.

— Кончай болтать. Рыжий.

— К черту все! Блейзер повернул лошадь, тронул шпорами и умчался галопом.

Рука Брюса Баркова блуждала возле револьвера. Быстро вытащить, выстрелить и человек умрет. Всего-навсего. Он закусил губы и согнул руку в локте. Гомер схватил его за запястье. Не надо, Брюс! Не надо! Смотри там, наверху, Этот!

Барков повернул голову. Текс Бриско был на виду, винтовка оперта на сук. С такого расстояния он не мог промахнуться. Зато сам находился за пределами дальности револьверной стрельбы. Правда, кое у кого из шютовых ковбоев тоже были при себе винтовки, но все они скучились на открытом месте, не имея никакого укрытия. Барков отдернул руку и повернул лошадь к городу.

Рейф Карадек выстоял один против всех. И заставил их почувствовать себя дураками. При этом Барков, как и все остальные, помнил, что в той уличной перестрелке Рейф сделал всего четыре выстрела, и каждый из них попал в цель.

Когда кавалькада достигла «Националя», Рейф повернулся к Поду Гомеру.

— Начинай суд, спокойно сказал он. Пусть судебное разбирательство произойдет сейчас и здесь.

— Слушай-ка! вскинулся разъяренный Гомер. Ты слишком много себе позволяешь! Суд будет тогда, когда мы к нему как следует приготовимся.

— Нет, возразил Рейф. Суд будет сегодня после полудня. Сейчас. У вас нет никакого расписания, которое бы из-за этого нарушилось. А у меня есть дела, которые не могут ждать. И я ждать не стану. Или суд будет сегодня, или можете снова приходить меня арестовывать.

— Кому это ты указываешь, что делать? сердито спросил Гомер. Я могу…

— Тогда прикажите ему вы, Барков. Или он получает указания от Шюта? Зовите своего судью и давайте с этим кончать. Брюс Барков сжал губы. Он видел, что в дверях магазина, прислушиваясь к происходящему, стояли Джин Бенкер и Энн Родни.

— Хорошо, сказал зло Барков. Зови судью сюда.

Вскоре в помещение почтовой станции вошел судья Рой Гарган. Высокий, чуть сутулый человек с лицом висельника и круглыми глазами, он огляделся по сторонам, потом подошел к столу и сел. Брюс Барков выбрал себе место в сторонке, откуда он мог одновременно видеть и судью, и аудиторию. Заметив это, Рейф Карадек встал так, чтобы видеть обоих. Барков раздраженно передвинул стул. Подняв глаза, он увидел, как в сопровождении Бейкера и Пата Хигли вошла Энн Родни. Он снова нахмурился. Почему они не могли остаться в стороне от всего этого?

Мало-помалу собирались зрители. Вошел Джо Бенсон и сел невдалеке от Баркова. Они переглянулись. Вопросительный взгляд Бенсона привел Баркова в ярость. Если они так много хотели сделать, почему не послали кого-нибудь вместе с ним?

Барков поднял голову. В окне, справа и позади судьи, стоял Текс Бриско. В тот же миг, как Барков заметил его, техасец приветственно поднял руку.

— Эй, Джонни! Рад тебя видеть!

Лицо Брюса Баркова окаменело. Джонни Джилл и Бо Марш оба здесь. Если будет разыгран какой-нибудь фокус, от этого места останутся одни развалины. Может, и прав был Дэн Шют если уж идти против закона, так выстрелить раз в спину, и все тут? Все, казалось бы, так тщательно продуманные планы Баркова расправиться с Карадеком рушились на глазах.

Было три удобных случая. Сопротивление, которое оправдало бы убийство при аресте. Попытка к бегству, если бы он сделал хоть одно подозрительное движение. И суд Линча, совершенный ковбоями Шюта. И все три опасности Карадек сумел разгадать.

Судья Гарган постучал по столу рукояткой револьвера.

— К порядку! призвал он. Суд начался! Я назначаю жюри. Шести человек достаточно. Присяжными будут Джо Бенсон, Том Блейзер, Сам Моусон, Док Отто и…

— Заявляю отвод Джо Бенсону, прервал Карадек.

— Кто здесь судья? нахмурился Гарган.

— Предположительно, спокойно заметил Карадек, вы. Предположительно вы осуществляете закон. И предположительно в интересах правосудия. Джо Бенсон был свидетелем стрельбы и должен предстать перед судом в качестве свидетеля.

— Кому ты говоришь, как судить? воинственно поинтересовался Гарган.

— Разве обвиняемый не имеет права защищать себя? мягко спросил Карадек. Он поглядел на собравшихся. Думаю, вы все согласитесь, что когда человека судят, и ему предъявлены серьезные обвинения, он имеет полное право защищать себя. Что ему должно быть предоставлено право вызывать и допрашивать свидетелей. Что он должен иметь защитника. Но поскольку суд не предоставил мне адвоката, и потому, что я сам так хочу, я буду защищаться сам. А теперь… Он оглянулся по сторонам. Судья назначил трех членов жюри. Я хотел бы выбрать трех других присяжных. Я хотел бы видеть на их месте Пата Хигли, Джина Бейкера и Энн Родни.

— Что? взревел Гарган. Пока я в суде, женщины не будут присяжными!

— Похоже, Ваша честь, вы не знакомы с законами штата Вайоминг. Законом, одобренным в декабре 1869 года, первое законодательное территориальное собрание даровало женщинам равные с мужчинами права. В Ларами женщины заседают в составе жюри с 1870 года, а в этом году одна из них избрана мировым судьей, голос Рейфа звучал ровно.

Гарган сглотнул: он явно чувствовал себя неуютно. Барков выпрямился, собираясь что-то сказать, но не успел и рта раскрыть, как Карадек предложил:

— Насколько я знаю, жюри выбирается совместно обвинителем и защитником. Поскольку суд взял на себя назначение жюри, я лишь предложил в его состав трех достойных граждан города, которых искренне уважаю. Полагаю, что никто из этих троих граждан, как это ни прискорбно, не может считаться моим другом. Конечно, прибавил он, если суд возражает против какой-либо из этих трех кандидатур, если суду известно о них что-нибудь порочащее, я возьму свое предложение назад. Он повернулся и в упор посмотрел на Баркова. Или, может быть, мистер Барков возражает, чтобы Энн Родни была членом жюри?

Барков выпрямился, к лицу его прилила кровь. Он прямо-таки кипел от злости. Все шло не так. И почему все так повернулось? Он остро чувствовал на себе взгляд Энн, видел, как покраснела она, заметив его колебания.

— Нет, яростно отозвался он. Конечно же, нет. Пусть она займет место в жюри, и давайте начинать!

Под Гомер развалился на стуле, цинично наблюдая за развитием событий. Не без некоторого любопытства он посмотрел на Баркова. Планы и сговоры рушились на глазах. А ведь это была его, Баркова, идея публично судить и прилюдно повесить.

— Вы обвинитель? обратился к Баркову Гарган. Барков встал, проклиная про себя затею, приведшую к скверной ситуации. Как ни неприятно сознавать, но первый раунд Карадек выиграл. Вот и сейчас при назначении жюри.

— Ваша честь, начал Барков, и джентльмены, члены жюри. Вы все знаете, что среди нас нет юристов. Цель нашего суда поддерживать соблюдение закона и порядка в нашей общине, и так будет до тех пор, пока все на этих новых землях не будет как следует организовано. Обвиняемый участвовал в дуэли с Лемюэлем Воином, известным также под прозвищем Триггер Бойн. Бойн вызвал обвиняемого причины некоторым из присутствующих известны и Карадек принял вызов. Во время дуэли на улице Карадек попал в Война и убил его. Однако почти в тот же самый миг он поднял револьвер и застрелил Джи Бонаро, невинно наблюдавшего за дуэлью из окна. Если это не будет наказано, то любой окажется вправе застрелить всякого, кто ему не понравится, в любое время и в любом месте, зная, что все ему сойдет с рук. Мы все слышали уверения Карадека, будто у Бонаро была винтовка, и тот собирался в него стрелять. Это могло бы послужить оправданием, но только не в данном случае. Мы знаем, что Карадек поссорился с Бонаро в магазине и тогда же почти ввязался в драку. Я считаю, что Карадек виновен в умышленном убийстве и подлежит повешению.

Барков повернул голову и дал знак Рыжему Блейзеру.

— Встань, Рыжий, и расскажи жюри, что тебе известно. Рыжий подошел к стулу, игравшему роль скамьи для свидетелей, уселся и, вытянув ноги, засунул за пояс большие пальцы. Он был небрит и непричесан. Перекатив во рту жвачку и сплюнув. Рыжий заговорил:

— Я видел, как этот Карадек застрелил Война. Затем он раз, два со своим револьвером и застрелил Бонаро, который стоял себе в окне и смотрел.

— Делал ли Бонаро какие-либо движения, которые Карадек мог бы принять за угрозу?

— Ему? Рыжий широко раскрыл глаза. Ну уж нет. Джи просто стоял там. Карадек его попросту боялся, а тут представился шанс убить безнаказанно, вот и все.

Рейф задумчиво посмотрел на Баркова.

— Мне показалось, или свидетель действительно не присягнул, как положено на суде? Или совесть его слишком нежна в вопросах лжесвидетельства?

— А? Блейзер приподнялся. Что он говорит? Барков покраснел.

— До сих пор это не было здесь принято, но…

— Пусть присягнет, спокойно потребовал Карадек. И пусть повторит все сказанное под присягой.

Он подождал, пока все это было сделано, но когда Рыжий уже собирался покинуть свидетельское место, остановил его.

— У меня есть несколько вопросов к свидетелю.

— А? воинственно вопросил Рыжий. Разве я обязан отвечать на его вопросы?

— Да, обязан, голос Рейфа был совершенно спокоен. Вернись на место.

— Я должен? повернулся к Баркову Рыжий и тот кивнул утвердительно.

«Если бы можно было как-то выскользнуть из этой истории!» подумал Барков. Он начинал смотреть на Карадека совсем другими глазами.

Рейф встал и обратился к жюри.

— Джентльмены, сказал он, никто из вас хорошо меня не знает. Никто из нас, как справедливо отметил Барков, не знает, как в точности должен проводиться суд. Все, чего мы хотим это установить истину. Только что Рыжий Блейзер показал, что я застрелил человека, который ничем не угрожал мне. Свидетель утверждает, что Бонаро просто стоял в окне и наблюдал.

Карадек задумчиво посмотрел на Блейзера. Потом подошел к нему, присел на корточки и заглянул в глаза, сначала с одной стороны, лотом с другой. Блейзер вспыхнул.

— В чем дело? заревел он. С ума ты сошел, что ли?

— Нет, ответил Карадек. Просто смотрю на твои глаза. Мне любопытно посмотреть на человека, способного видеть сквозь потолок и драночную крышу.

— А? вылупил глаза Блейзер. Члены жюри зашевелились, но у Баркова сузились глаза, а в зале повисла настороженная тишина.

— Ты видно, забыл, Рыжий, продолжал Карадек. Когда я убил Бойна, вы были в «Национале». Ты стоял позади Джо Бенсона. Ты был первым, кого я увидел, оглянувшись. Ты мог видеть меня, мог видеть Бойна, но ты не мог видеть окна второго этажа в доме через улицу.

Кто-то крякнул, а Пат Хигли улыбнулся.

— Похоже, он прав, спокойно проговорил Пат. Я как раз стоял рядом с Рыжим.

— Точно! закричал кто-то из задних рядов. Блейзер пытался улизнуть, не заплатив за выпивку, а Джо Бенсон его остановил!

Все засмеялись, а красный, как рак, Блейзер пытался разыскать взглядом говорившего, но не сумел. Улыбаясь, Рейф повернулся к Баркову.

— У вас есть другой свидетель?

Вопреки собственному желанию Энн восхищалась Рейфом Карадеком, его манерой держаться, умением владеть собой. Ее любопытство было возбуждено. Что он за человек? Откуда? Где вырос? Был ли он просто бродягой или совсем иным? Его речь, если не считать характерного техасского выговора, свидетельствовала о полученном некогда воспитании и, может быть, образовании.

— Мой следующий свидетель Том Блейзер, заявил Барков. Пусть присягнет.

Том Блейзер, громоздкий рыжий детина, еще крупнее, чем Рыжий, подошел к свидетельскому месту. Во взгляде его сквозила враждебность.

— Вы присутствовали при дуэли? спросил Барков.

— Чертовски правильно, я ее видел, проговорил Том, глядя на Рейфа. Я видел, и я не был в салуне. Я был на улице!

— Вы могли видеть Бонаро?

— Разумеется, мог.

— Поднимал ли он винтовку?

— Уж точно нет!

— Делал ли он какие-либо движения, из которых можно было бы заключить, что он собирается стрелять?

— Нет. Никаких. Отвечая на каждый вопрос, Том Блейзер торжествующе поглядывал на Карадека. Барков повернулся к жюри.

— Ну, вот. Полагаю, этого свидетельства достаточно. Думаю…

— Пусть задаст свои вопросы Карадек, сказал Пат Хигли. Мы хотим выслушать обе стороны.

Рейф встал, подошел к Тому Блейзеру, затем взглянул на судью.

— Ваша честь, я хотел бы задать вопрос одному из присутствующих в зале. Он может быть приведен к присяге или нет, на ваше усмотрение.

Гарган колебался. До сих пор судебные разбирательства всегда проходили гладко. Заседания катились по рельсам, возражения отметались, да и что могли сделать бессловесные мелкие ранчеро или другие, оказывавшиеся на пути у Баркова и Шюта?.. Но в этом случае надо было подготовиться получше.

— Хорошо, вымолвил судья, наконец. И в тоне, и в выражении лица сквозило дурное предчувствие.

Карадек повернулся и посмотрел на, невысокого коренастого мужчину с каштановыми с проседью усами.

— Грант, спросил он, какие занавески у вас на окне комнаты над лавкой?

— Там нет занавески, поднял глаза Грант. Там одеяло.

— Окно занавешено им все время?

— Разумеется. Иначе комнату слишком нагревает солнцем. При занавешенном окне прохладнее.

— В день дуэли оно тоже было занавешено?

— Конечно.

— Где оказалось одеяло после стрельбы?

— Оно висело на подоконнике часть внутри, часть снаружи.

Рейф повернулся к жюри.

— Мисс Родни и джентльмены, я полагаю, что свидетельство не требует комментариев. Окно было занавешено одеялом. Когда Бонаро упал после моего выстрела, он перевалился через подоконник, сорвав одеяло. Согласны?

— Конечно, подал голос Джин Бейкер. Убийство из-за угла было вполне в духе Бонаро. Не будь окно занавешено одеялом, Бонаро не смог бы при падении частично вытащить его наружу.

— Совершенно справедливо, Рейф повернулся к Тому Блейзеру. Твои глаза столь же удивительны, как у твоего братца. Ты способен видеть сквозь шерстяное одеяло!

Блейзер привстал, лицо его налилось кровью.

— Слушайте, я вам скажу…

— Подожди-ка минуту, перебил его Рейф, наставив палец прямо в лице Блейзеру. Ты не только лжесвидетель, ты еще и вор! Что ты сделал с винчестером, который Бонаро уронил из окна?

— Это был не винчестер! яростно взревел Блейзер. Это был «генри»!

По выражению лица Баркова Блейзер понял, что проговорился. Он привстал было, потом снова опустился на стул, сердитый и сконфуженный.

Рейф Карадек повернулся к жюри.

— Свидетель поклялся, что у Бонаро не было винтовки, однако только что засвидетельствовал, что винтовка, которую Бонаро уронил, была марки «генри». Мисс Родни и джентльмены, я собираюсь просить вас рекомендовать суду прекратить дело, а также арестовать Рыжего и Тома Блейзеров за лжесвидетельство.

— Что? вскочил со стула Том Блейзер. Арестовать? Меня? Ну, ты…

Он прыгнул, замахиваясь громадным кулаком с намерением ударить наотмашь. Рейф Карадек шагнул ему навстречу, ударом левой разбил губы, а правой свалил с ног. Потом посмотрел на судью.

— А это, я думаю, спокойно заметил он, является оскорблением суда.

Пат Хигли резко встал.

— Думаю, Гарган, вам лучше прекратить это дело. У вас нет никаких доказательств, ничего, хоть отдаленно напоминающего доказательства. По-моему, все знают, как вел себя Карадек во время столкновения с Бонаро в магазине. Захоти он застрелить Бонаро, у него еще тогда была полная возможность.

— Дело прекращено, сглотнув, проговорил Гарган. Брюс Барков поспешил к Энн Родни. Она же смотрела на Рейфа Карадека. Какое тонкое лицо! И какая сила! Как чувствуются в нем характер и искренность! Вздрогнув, она очнулась. Брюс говорил ей;

— Гомер уверил меня, что располагает доказательствами, иначе я бы в этом деле не участвовал. Он несомненно виновен, но уж очень скользкий тип.

Энн посмотрела на Брюса Баркова и неожиданно он предстал ей в совсем новом, непривычном свете.

— Он может быть виноват в чем угодно, язвительно проговорила она. Но если когда-нибудь бывал самый бесчестный, состряпанный процесс, то он только что закончился. И всем в городе это известно. На вашем месте, Брюс Барков, мне было бы стыдно за себя!

Она резко отвернулась от Баркова и направилась к выходу, но, проходя мимо Карадека, на мгновенье встретилась с ним глазами. И тогда в ней что-то перевернулось, словно перехватило дыхание. С гордо поднятой головой девушка прошла мимо Рейфа. Ей показалось, что до магазина очень далеко.

ГЛАВА 8

Когда Барков вошел в контору шерифа. Под Гомер сидел на своем вращающемся стуле. В другом конце комнаты расположился в глубоком кожаном кресле Дэн. Шют. Он посмотрел на Баркова и грубо сказал:

— Ну и сел же ты в лужу!

— Парень хитер, вот и все, парировал Барков. В следующий раз подготовимся получше.

— В следующий раз? переспросил Дэн Шют, откидываясь на спинку кресла и глядя на Баркова с нескрываемым презрением. Следующего раза не будет. С тобой покончено, Барков. С этой минуты я беру дело в свои руки, и буду делать его по-своему. Нет! он поднял руку, едва Барков попытался заговорить. Подожди! Ты настаивал, чтобы провести все дело гладенько. И девушку выиграть, и ранчо заполучить в собственность легким, законным путем. К черту все это! Этот Ка-радек сделал из тебя обезьяну! Ты попросту деревенщина, пытающаяся тягаться с по-настоящему хитрым парнем! К черту все эти гладенькие приемчики! Предъявляй закладную и побыстрее! А о мистере Рейфе Карадеке я сам позабочусь. Собственными руками. Или револьверами если понадобится.

— Так не выйдет, запротестовал Барков. Дай мне самому с этим управиться. Я обо всем позабочусь.

Дэн Шют взглянул на Баркова со злобной насмешкой.

— Этим спектаклем управляю теперь я. А ты, Барков, отныне сидишь в заднем ряду. Все, чего ты добился это выставил нас дураками. Девушку, прибавил он спокойно, я тоже возьму себе.

— Что? В смятении Барков обернулся, лицо его мертвенно побледнело.

— Ты меня слышал, ответил Шют. Она скромная маленькая леди, и для нее найдется место на моем ранчо.

Барков засмеялся, но в этом смехе звучали не сила, не уверенность, не ирония только страх. До сих пор Дэн Шют огромный, угрюмый, неразговорчивый предоставлял Баркову право планировать и руководить. Барков всегда считал этого человека грубой силой, которую надо лишь уметь вовремя применить. А теперь вдруг выяснилось, что этот человек полностью уверен в себе и с презрением относится к нему, Баркову! И этот человек похоже, переступит через все.

— Дэн, запротестовал Барков, пытаясь собраться с мыслями, ты не можешь играть чувствами девушки. Она меня любит. И с этим ты ничего не поделаешь.

— Кто говорит о любви? усмехнулся Дэн Шют. Можешь говорить о ней сколько угодно сам с собой. А я хочу эту девушку и получу ее. Мне наплевать, кто говорит «нет». И это относится и к Джину Бейкеру, и к ней, и к тебе.

Брюс Барков побледнел. Он почувствовал себя разбитым. Значит, свершилось. Он кончен. Дэн Шют прямо заявил ему об этом в присутствии Пода Гомера. Краем глаза Барков видел циничное выражение, застывшее на лице шерифа. А под прямым, ироничным взглядом Шюта почувствовал себя маленьким и жалким.

— Ну хорошо, Дэн, если ты так настроен… Думаю, нам лучше расстаться.

— Нет, усмехнувшись, грубо сказал Шют. Мы не расстанемся. Ты сиди тихо. У тебя закладная, а я хочу эту землю. Хорошая у тебя была идея, Барков, да ты сам оказался для нее слаб в коленках. Если поведешь себя тихо и станешь слушаться, я прослежу, чтобы и тебе кое-что досталось. Брюс Барков яростно взглянул на Шюта. Он впервые понял, что такое ненависть. Его только что уничтожили. Уничтожили за несколько минут. Этого не утаишь. Еще до вечера об этом узнает весь город. Раздавленный, Барков смотрел на Шюта с ненавистью в глазах.

— Не слишком ли далеко ты заходишь? злобно спросил он.

— Ты можешь сохранить жизнь и даже выбраться из этой истории с несколькими долларами в кармане, спокойно пожал плечами Шют. А можешь и умереть. Убить тебя очень просто, Барков! Он взял шапку. У нас было прекрасное дело. Идея зашанхаить Родни принадлежала тебе. Почему ты его попросту не пристрелил, я никогда не пойму. Пристрели ты его и этот Карадек никогда бы с ним не встретился, не явился бы сюда мутить воду. Ты мог давно уже предъявить закладную, и мы сейчас занимались бы нефтью.

— Об этом Карадек ничего не знает, запротестовал Барков.

— Черта с два! глумливо усмехнулся Шют. Мои люди следят за Карадеком уже несколько дней. Он что-то почуял и облазил все вокруг. И за холмом побывал. И долго любовался этим выходом нефти. Он не дурак, Барков.

Брюс Барков поднял глаза.

— Да, неожиданно легко согласился он. Карадек не дурак. И к тому же ловок с револьвером, Дэн! Он ловок с револьвером! Он управился с Бойном!

— Бойн был ничтожеством, пожал плечами Шют. Я мог отшлепать Война его же собственным револьвером. Когда-нибудь я убью Карадека, но сначала я хочу его избить. Избить собственными руками!

Он встал и прошествовал к выходу. Мгновение Барков смотрел ему вслед, потом перевел взгляд на Пода Гомера. Шериф рассеянно строгал палочку.

— Ну что ж, проговорил он, Шют тебе все сказал. Барков мрачно сжал губы; Итак, Гомер тоже участвует в игре. На стороне Шюта. Барков пожал плечами.

— Дэн повел дело неправильно, сказал он. У меня еще есть туз в рукаве. Он посмотрел на Гомера. По-моему, тебе лучше было бы играть на моей стороне.

— Я с выигрывающим, усмехнулся Гомер. Здоровье у меня отменное. Так что не хватает мне только денег.

— Думаешь, выиграет Шют?

— А ты думаешь иначе? вопросом на вопрос ответил Гомер. Он тут тебе много чего наговорил, а ты проглотил.

— Да, потому что знаю в стрельбе «мне до него далеко. До тебя тоже. Барков глубокомысленно посмотрел на шерифа. Это будет славное дело. Под. И хорошо поделится на двоих.

Гомер встал и со щелчком закрыл складной нож.

— Покажи мне цвет твоих денег, сказал он, в отсутствие Дэна Шюта. Тогда мы сможем поговорить. Кроме того, добавил он, если ты расскажешь об этом разговоре Дэну, я назову тебя лжецом на улице или в «Национале». Я заставлю тебя схватиться за револьвер.

— Я буду молчать, пообещал Барков. Я кое-что узнал. Когда мы получим ответы на некоторые твои и мои запросы, то узнаем еще больше. Добровольно Борджер ни за что не отпустил бы Карадека с корабля после знакомства с Родни. Полагаю, Карадек дезертировал. И похоже, мы сможем обвинить его в мятеже на борту. А это означает повешение.

— Может и так, согласился Гомер, уходя покажи, что у тебя хорошие карты, и я тебя полностью поддержу. Брюс Барков долго смотрел вслед удаляющейся спине Пода Гомера. Этого он, по крайней мере, понимал. Барков знал, что не нужен Гомеру. Но если он сможет доказать, что выйдет из игры победителем, то Гомер окажется сильным союзником. А к его голосу всегда прислушивается судья.

Карты лежали на столе. Заправлял колодой теперь Дэн Шют. Барков не был уверен в том, что именно предпримет сейчас Шют. С некоторым волнением он осознал, что несмотря на всю близость с Шютом, слишком мало знает о том, что скрывается за этим грубым и жестким лицом. Но уж склонным тянуть и медлить Шюта не назовешь. Что бы ни предпринял Дэн, это окажется жестким, неожиданным и решительным действием.

Больше всего потрясли Баркова намерения Шюта в отношении Энн Родни. Почему-то Барков всегда был уверен в Энн. Он, действительно, хотел на ней жениться. Правда, ему нужна была и ее земля, поскольку Барков дальновидно предвидел, какое значение приобретет нефть в будущем. Но Энн Родни сама по себе была ему мила и интересна. Существовал лишь один способ разрушить планы Шюта, нанести ему поражение немедленно жениться на Энн. Рейф Карадек тревожил его теперь куда меньше, чем Дэн Шют. В его представлении ранчеро вырос в большую и грозную фигуру: Барков видел, как Шют с одинаковым равнодушием убивает и людей, и скот.

Брюс Барков решился. Будь что будет он женится на Энн Родни и навсегда увезет ее из этих мест. Бежать на северо-запад, в лагеря золотоискателей, глупо, в земли индейцев юта ничуть не лучше. Оставался единственный путь форт Фил-Кирни, и это не слишком далеко. А оттуда с эскортом или без него они смогут добраться до Йеллоустона.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8