Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Последняя стычка у Йеллоу-Бат

ModernLib.Net / Вестерны / Ламур Луис / Последняя стычка у Йеллоу-Бат - Чтение (стр. 7)
Автор: Ламур Луис
Жанр: Вестерны

 

 


Она выстрелила из обоих стволов в упор. Пули попали Пойнсетту прямо в живот. Разорванный почти пополам на глазах у потрясенных людей, он рухнул на землю, судорожно глотнув воздух. Кровь окрасила серый гравий.

Женщина повернулась. Она была немолода, с опухшим, красным от слез лицом. Несколько прядей седых волос развевались по ветру. Ее загрубевшие от работы руки сжимали неопасное теперь оружие. Она подошла к убитому.

В этот миг никто не замечал ни ее полноты, ни толстых ног в уродливых башмаках. В голубых глазах сейчас не было ни слезинки. Только подбородок немного дрожал, когда она сказала:

— Таггарт был моим мужем. Он никогда не баловал меня, да у него и не было ничего, но по-своему он меня любил. Вы все его убили. Жаль, что у меня больше нет патронов.

Она отвернулась, не оглядывалась, вошла в дом и закрыла за собой дверь.

Помрачнев, бандиты стояли полукругом, и не одному из них подумалось, что они творили Неправедное дело.

Ли Гофф заговорил первым. Он стоял, широко расставив ноги, его массивное тело выпирало из одежды, светлые волосы были взъерошены.

— Если кто-нибудь тронет эту женщину, — сказал он, — я убью его.

Глава 13

Кейт со своими наемниками начал наступление незадолго до сумерек и потерял двух человек прежде, чем им пришлось отступить. Но атака оказалась не напрасной: они узнали о пещере. Дорни Шоу сидел на корточках у стены каньона, где близ русла начиналась равнина.

— Лучше всего воспользоваться динамитом, — сказал он.

Кейт поднял голову и увидел, что глаза у Дорни как-то странно блестят.

— Разве это не то, что нам нужно, полковник? Сбросим в трещину десять пакетов с динамитом, Бурвик получит то, что хотел — и ни одного трупа.

— Но если там пещера, — возразил Кейт, — они будут похоронены заживо.

Никто не ответил. Кейт оглядел своих приспешников, но все опускали глаза. Никому не хотелось брать на себя ответственность за этот поступок, и только Шоу план нравился. Кейт содрогнулся. Каким он был идиотом, что ввязался в это дело!

По камням застучали копыта. Скрипнуло седло, звякнула шпора — перед ними стоял Элтон Бурвик.

Кейт поднялся и вкратце объяснил положение. Бурвик время от времени кивал, потом сказал:

— Используйте динамит. Начните утром. Так мы покончим с этим раз и навсегда.

Он вынул из кармана сигару и откусил кончик.

— Нужно потянуть время. Пусть комиссия выезжает. А вы задержите их, чтобы они добрались сюда лишь через пару недель, не раньше. А там люди обо всем забудут, у них появятся другие темы для разговоров. А вы все получите вознаграждение.

Он уже повернулся к лошади, но вдруг остановился и кивком подозвал Дорни Шоу.

Шоу, сидевший у огня, встал и последовал за Бурвиком. Кейт проводил их настороженным взглядом. Что они задумали?


Отойдя от костра подальше, чтобы их не было видно и слышно, Бурвик остановился и подозвал Шоу поближе.

— Знаешь, Дорни, — сказал он. — Мы могли бы составить пару — ты и я.

— Да, — кивнул Дорни. — Мне кажется, что пары вполне достаточно.

— Замечательно, — Бурвик выпустил кольцо дыма. — Мне нужно, чтобы со мной работали достойные люди, хорошо, хоть Гюнтер больше не мешается под ногами.

— Все равно, мне кажется, в вашей компании, — Дорни. перешел на шепот, — слишком много компаньонов.

— Увы, — согласился Бурвик, — так оно и есть.

— Ладно. — Дорни поправил револьверы на бедрах. — Я навещу вас денька через два.

Бурвик повернулся и пошел прочь, Дорни видел, как он легко вскочил в седло. Шоу стоял на прежнем месте, глядя в темноту и прислушиваясь к медленным шагам лошади. У них был очень забавный звук — да, очень забавный.

Возвращаясь к костру, он насвистывал «О, зеленый куст сирени».


Наступление возобновилось на рассвете. Компания собрала двенадцать человек, двое из них несли пакеты с динамитом. Этот удар должен был стать последним. Со скваттерами нужно было покончить раз и навсегда.

Незадолго до прибытия Бурвика Кейт и Шоу, сопровождаемые Фессенденом, провели тщательную разведку каньона. То, что они обнаружили, их очень обрадовало. Было очевидно, что трещина расположена так, что больше двух человек не могли стрелять из нее одновременно, а разбросанные вокруг валуны обеспечивали отличное прикрытие наступающим. В сущности, они могли перебежками подойти на расстояние выстрела, появляясь в поле зрения противника не более чем на несколько секунд. Скваттерам же будет трудно целиться из-за возвышающихся перед ними валунов.

Наступление началось активно, явились все люди. Они, быстро передвигаясь, проникли в каньон на двенадцать ярдов. Но вдруг большие камни скатившиеся со склона Желтого холма, заставили их сгрудиться. Наступавшие остановились, и были расстреляны сплошной стеной оружейного огня — почти в упор!

Том Кедрик разбирался в искусстве ведения боя и прекрасно понимал, что укрытие в трещине могло стать местом их гибели. Он поставил себя на место Кейта и думал, что предпримет этот человек. Потом он и его отряд, вооруженный четырнадцатью ружьями, пробрались, подобно индейцам, под покровом темноты к тщательно выбранным огневым точкам в нижней части каньона, где Кейт никак не ожидал их встретить.

Пятеро атакующих погибло в первом шквале огня. Остальные кинулись к укрытиям, и по пути упали еще двое. Один, с раздробленной коленной чашечкой, с трудом дотащился до лагеря, где они остановились прошлой ночью. Он оказался там единственным.

Жена Таггарта начала, а лавина ружейного огня завершила операцию.

Наемники выбрались из каньона и бросились к лошадям. Кейт вскочил в седло, радуясь своему спасению. Дорни Шоу, наблюдавший за Кейтом, пристроился рядом, бок о бок. За ними отлично организованным боевым строем гнались защитники города, стреляя на ходу. Вот упала лошадь вместе с всадником. Человек сначала пополз по камням, потом поднялся и побежал. Это был Брокоу. От группы отделился Дэй Рейд и бросился за ним,

Кедрик повернулся к своему отряду.

— Быстрей, ребята. С женщинами все будет в порядке. Нам сейчас надо закончить это дело.

Пробежав с четверть мили, Брокоу обнаружил лошадь, стоявшую без седока, и бросился к ней. Но тут раздался голос:

— Стой!

Брокоу обернулся и увидел, что к нему приближается человек. Это был Дэй Рейд, вооруженный «спенсером». У Брокоу патроны кончились, он отступил назад, не спуская глаз со «спенсера».

— Ружье я потерял, — сказал он, — а кольт не заряжен.

— Тогда бросай его, -спокойно сказал Дэй. — Так даже лучше. Предпочитаю драться на кулаках.

Брокоу удивился, но револьвер бросил. Он был крупным мужчиной и признанным силачом. Дэй аккуратно положил на землю свой «спенсер», а за ним и кобуру, затем вразвалку приблизился к Брокоу.

Тот двинулся ему навстречу. Когда они сблизились, Брокоу размахнулся. Его твердый, как камень, кулак сильно ударил Дэя Рейда по подбородку. Но Дэй, и глазом не моргнув, ударил тоже. Брокоу ответил, но уже не так сильно и уверенно, как в первый раз. Дэй не сумел уклониться, и противники схватились врукопашную. Мощными пальцами Дэй сжал запястье Брокоу и вывернул его руку в сторону. Потом он схватил его за голову и ударил. Искры посыпались из глаз Брокоу, ему показалось, что переносица провалилась внутрь. Он зашатался, а здоровенные ручищи Дэя стиснули его горло и сжимали до тех пор, пока Брокоу не испустил дух. Тогда Дэй Рейд бросил наемника на песок, повернулся и пошел назад. Он не обратил внимания на лошадь, которая стояла поодаль. Это был жеребец мышастой масти.


После безумной бойни у входа в каньон, которая завершилась разгромом наемников, Ли Гофф решил, что сейчас самое время осуществить задуманное. Когда он увидел жену Таггарта, боец из Монтаны прозрел. Она напомнила Гоффу его мать, растившую семерых мальчиков и пятерых девочек на бесплодной земле в Монтане и давным-давно умершую от непосильной работы.

Ли Гофф отправился прямиком в Йеллоу-Батт к дому Таггарта. Он не сошел с лошади, но остановился у двери и тихо постучал. Дверь открыла миссис Таггарт с заплаканным лицом.

— Мэм, — сказал он, — я уезжаю. Не могли бы вы принять это, чтобы доставить мне удовольствие? Для меня одного здесь слишком много.

Он протянул ей толстую пачку банкнот, и его лицо густо покраснело. Миссис Таггарт мгновение колебалась, потом с достоинством приняла деньги.

— Спасибо, сынок. Ты хороший мальчик.

Гофф пришпорил коня и развернул его. Гнедой жеребец с белой отметиной на лбу исчез во тьме ночи. Ли Гофф был сыт по горло. Он держал путь в Колорадо или Юту… Куда угодно, только бы подальше отсюда.

Тем временем Том Кедрик скакал в Мустанг. С ним были Ларедо Шэд, Пит Лэйн, Дэй Рейд, Барт Вильямс и другие. Они ехали, тесной группой, лица их были мрачны, ружья лежали поперек седел.

А недалеко от них разыгрывалась другая драма. Среди всадников, которых преследовали скваттеры, кое-кого не хватало. Дорни Шоу и полковник Лорен Кейт, отделившись от остальных, держали путь на запад. У каждого из них были свои мысли и свои соображения о том, что следует делать дальше. Кейт решил, что с него довольно. Понравится это остальным или нет, Кейт оставляет их и уезжает из страны. В Мустанге у него осталось немного денег, он заберет их и отправится верхом в Калифорнию. Пусть Рэнсом проведет свое расследование. А через несколько лет Кейт вернется. Если их дело дойдет до суда, Кейт присягнет, что он в нем не участвовал, что он только представлял компанию в Вашингтоне, когда это предприятие начиналось.

О чем думал Дорни Шоу, никто никогда не знал. Однако сейчас он вообще ни о чем не думал, его ум не был приспособлен для усиленных размышлений. Его мало что интересовало. Он редко пил и мало ел. Ему нравились хорошие лошади и привлекательные женщины, ему нравилась Сью Лэйн. Но женщина, которая действительно очаровала его, была Конни Дьюн, хотя она, кажется, не подозревала об этом. Однако больше всего он любил оружие. Убить человека для него было так же просто и естественно, как дышать. Он был совершенным орудием разрушения. Ему не встретился еще человек, превосходивший его в искусстве владения револьвером, и он не действовал в бою ничем, кроме револьверов.

Оба всадника ехали быстро, и оба прекрасно держались в седлах. В то время, когда Кедрик со своими людьми, покинув Йеллоу-Батт, ехал в Мустанг, Шоу и Кейт добрались до берега Соленого ручья. Здесь Кейт соскочил на землю, чтобы подтянуть подпругу, пока лошадь пила. Шоу тоже спешился.

Кейт рассеянно произнес:

— Вот все и кончилось, Дорни. Куда ты собираешься отправиться дальше?

— Это не важно, полковник, куда отправляюсь я, — ласково произнес Дорни своим нежным мальчишеским голосом, — но вы уже приехали.

Потребовалось несколько мгновений, чтобы понять смысл этой фразы, и когда Кейт повернулся к Шоу, на его лице застыл ужас. Дорни Шоу стоял в небрежной позе и смотрел на него, слегка раздвинув в улыбке губы, глаза его были темными и пустыми.

Лорен Кейт похолодел. Дорни Шоу собрался убить его.

Он был полным дураком, позволив, чтоб такое случилось. Зачем он отстал от остальных и поехал с Шоу? Почему он не убил этого безумца раньше, в спину, как бешеную собаку?

— Что у тебя на уме, Шоу? — Он все еще, того не сознавая, говорил с Шоу, как с подчиненным. Шоу не почувствовал этой интонации. Он смотрел на портупею Кейта. Полковник набрал лишний вес за последнее время, подумал он, у него появился жирок.

— А я уже сказал. Вы пришли туда, куда привела вас ваша дорога. Не могу сказать, что сожалею об этом.

— Бурвику это не понравится, Дорни. Мы оба — люди, на которых он может положиться.

— Увы, это было раньше. А теперь уже не так. Вон там, — Шоу кивнул в сторону холма, — он сказал, что у него слишком много компаньонов. — Дорни сдвинул шляпу на затылок. — Попытаетесь достать револьвер? Он вам все равно не поможет, но попробуйте.

Кейт понял, что проиграл. Каждый мускул его напрягся, он не мог двинуться. Напоследок слова вырвались сами собой:

— Кедрик убьет тебя, Дорни. Он победит. И Бурвика он тоже осилит.

И вдруг Кейт вспомнил: правда, это было лишь мимолетное выражение на лице Дорни Шоу, но все-таки…

— Дорни! — в отчаянии выкрикнул он. — Тебя преследует тот — на мышастом!

Шоу смешался, побледнел, и глаза его яростно сверкнули. Когда он обернулся, Кейт, хрипло дыша, выхватил револьвер. Но разве ему одолеть такого стрелка, как Дорни. Шоу мгновенно оказался на земле, и пуля пронзила воздух там, где он только что стоял. Сам Дорни выстрелил снизу. Выстрелил раз, потом другой.

Пули попали Кейту в живот, как раз туда, где сосредоточился лишний жир, привлекший внимание Шоу.

Кейт упал и оказался в Соленом ручье. Заряжая револьвер, Дорни Шоу смотрел вниз, в остекленевшие глаза полковника.

— Как ты узнал? Как ты узнал? — угрюмо повторял он.

Глава 14

Фессенден ехал верхом, легко держа свое массивное тело. Он был погружен в мрачные раздумья. Как и других, поступок жены Таггарта потряс его. Он был жестоким человеком и совершил множество убийств. Но он убивал безжалостно, не задумываясь, в смертельной схватке, где и сам мог так же легко погибнуть.

Фессенден не раз служил наемником и всегда сражался на равных, с такими же, как он сам. Ему никогда не доводилось выгонять семьи из домов. Сейчас же ему пришлось делать именно это, и его мучила совесть. Люди, приехавшие на Запад, кем бы они ни были, нуждались в крове. Раньше он мало размышлял о своей работе. Несколько раз он помогал выгонять поселенцев с пастбищ, и это казалось ему справедливым. Люди едят мясо, а коровам нужна трава, тем более, что по большей части пастбища все равно непригодны для обработки.

Но тут было что-то другое, он понял это, задумавшись в первый раз. Сейчас людей выгоняли не ради скота, а ради прибыли. Кому-то это было выгодно, но Фессендену и ему подобным, увидевшим все в подлинном свете, это дело перестало нравиться.

Теперь он был подавлен и растерян. Победа, которую так жаждал Кейт, была совсем близка. Казалось, нет ничего проще, чем захватить несколько человек в каньоне. Не очень раздумывал Фессенден и по поводу динамита. Он пошел в каньон вместе с остальными, чтобы покончить с этим делом, получить деньги и убраться восвояси. И вдруг неожиданно налетел этот шквал огня, особенно губительный в тесном каньоне, где они оказались зажатыми между камнями.

Этот удар породил панику и отбил кое у кого охоту заниматься такими делами, по крайней мере, на время. Трудно было поверить, что Клаузон и Пойнсетт погибли, Ли Гофф ушел, а Брокоу исчез. Из всего отряда Ли Гофф только Фессендену сказал, что уходит, а причину он мог и не объяснять.

Позади Фессендена ехали братья Михусы, мрачные из-за неудачной атаки, обманувшей их ожидания. Они не испытывали никаких сомнений по поводу того убивать или нет, они не пощадили бы и женщин. Они не были воинами в подлинном значении этого слова, они были убийцами. Но даже Михусы почувствовали, что в отряде что-то изменилось. Они не знали, что случилось с Брокоу или Гоффом, но понимали, что отряд распадается, постепенно превращаясь в стаю голодных волков, изливающих гнев и ненависть друг на друга.

Когда наемники въехали в Мустанг, было тихо. Но это было затишье перед бурей. Город, подобно тому скупщику скота, который повернул обратно в Дюранго. чувствовал приближение яростной схватки. На улице не было ни одной женщины, лишь несколько смельчаков слонялись у баров и карточных столов. Кресла перед «Сент-Джеймсом» были пусты, а Клей Эллисон скакал к себе домой, на ранчо, безобразно пьяный.

Тихо было в освещенном солнцем городе, когда Фессенден остановился перед салуном и соскочил с усталого коня. Похлопав шляпой о колени, чтобы отряхнуть пыль, Фессенден встал, как огромный бык, и оглядел притихшую улицу. Он хорошо знал Запад и мог распознать признаки надвигающейся бури. Криво нахлобучив шляпу на взъерошенную голову, он протиснулся в дверь и подошел к стойке.

— Стакан ржаной, — сказал он, и его голос гулко отозвался в пустой комнате. Он окинул салун взглядом, потом посмотрел на бармена.

Тот не мог сдержать любопытства.

— Что случилось? — спросил он, нервно глотая слюну.

В суровых глазах наемника промелькнула ирония.

— Эти поселенцы, похоже, расположились тут надолго, — сказал он, криво улыбнувшись. — Они показали нам, что умеют постоять за себя. -Он опрокинул стакан. — Ловко они нас турнули. — И коротко объяснил: — Можно подумать, в этом каменном перешейке, где они засели, окопалась добрая тысяча человек. Никто не ожидал такого. Как будто в темноте собираешься наступить на ступеньку, а ступеньки-то и нет. — Он налил еще стакан. — А все этот Кедрик, — сказал он мрачно. — Если бы я знал, что он перелетел на другую сторону, я бы подпалил ему перышки.

— А Кейт?

— Он уже не вернется.

Они обернулись на голос. В дверях стоял улыбающийся Дорни Шоу. Не переставая улыбаться, он вошел и прислонился к стойке.

— Кейт не вернется, — повторил Шоу. — Он лежит у Соленого ручья.

Комната встретила известие молчанием. Человек за столом переставил ноги, и стул скрипнул. Фессенден облизнул губы и выпил второй стакан. Нужно было убираться из города, и побыстрее.

— Я видел, как недавно пришла Конни, — внезапно сказал бармен, — эта девочка Дьюн. Она, кажется, переметнулась на другую сторону?

Дорни поднял голову, его глаза вспыхнули и тут же погасли. Он поставил на стол свой стакан и небрежно пошел к двери.

— Не уходи, Фесс. Я вернусь. — Он ухмыльнулся. — Я получу для нас обоих со старика.

Бармен посмотрел на Фессендена.

— Думаешь, принесет?

Наемник рассеянно кивнул.

— Конечно. Дорни не вор. За всю свою жизнь этот мальчишка не стянул ни одной вещи. Он не придает им большого значения. Он не будет ни обманывать, ни клясться, Просто прострелит вам сердце, и при этом будет улыбаться в лицо!

Предприятие было свернуто. Облава окончилась. Нужно было сматываться. Фессенден знал, что пора идти, но странная усталость охватила его. Он заказал еще стакан, позволив налить его бармену. Но виски, который он пил, лился будто в бездонную бочку и не оказывал никакого действия.

На окраине города Том Кедрик натянул поводья.

— Будем держаться вместе, — сказал он. — Нам нужны Кейт, Шоу, Бурвик, оба Михуса и Фессенден. Есть еще человека четыре — я не знаю имена, но вам они знакомы. Действовать нужно быстро и не допускать промахов. Ты, Пит, возьми Дэя и еще двух ребят и пройдитесь по левой стороне улицы. Но не очень рискуйте. Арестуйте, если сможете. Мы будем их судить, — его лицо помрачнело, — и если они виновны, вынесем приговор: высылка из страны или виселица. Михусы и Шоу будут повешены. Они совершили убийство. — Том повернулся к техасцу: — Пойдем, Шэд, — сказал он, — возьмем двух ребят и осмотрим правую сторону улицы: платную конюшню и «Сент-Джеймс». — Потом Кедрик взглянул на Лэйна. — Пит, если тебе встретятся Эллисон или Кетчум, лучше не связывайся. Они нам не нужны.

Лэйн нахмурился.

— Я за ними не гоняюсь, — мрачно сказал он, — но если они сами нарвутся, то свое получат.

Обе группы въехали в город и двинулись каждая по своей стороне улицы. Ларедо улыбнулся Кедрику, но глаза его оставались серьезными.

— Сейчас никто не хочет ссориться с Лэйном, — шепнул он, — парень в ужасном настроении. А все из-за сестры.

— Интересно, что случится, когда они встретятся?

— Надеюсь, ничего, — сказал Ларедо. — Славная девчушка, только свихнулась на деньгах.

Два фермера стояли в нерешительности, ожидая распоряжений. Один держал «спенсер» 56-го калибра, другой — дробовик. Шэд взглянул на них.

— Пусть эти ребята прикрывают улицу, Том, — предложил он. — Ты бери «Сент-Джеймс», а я конюшню.

Кедрик задумался.

— Ладно, — наконец согласился он. — Только не очень рискуй.

Ларедо с усмешкой отмахнулся и вошел в широкие двери конюшни. Он остановился у входа, на первый взгляд спокойный и беззаботный, на самом же деле готовый к нападению, как свернувшаяся кольцами гремучая змея. Он уже увидел гнедого пони Эйба Михуса и понял, что оба головореза в городе. Ларедо сделал еще шаг и увидел дуло револьвера, торчащее из соломы на сеновале.

Шэд бросился вперед, на ходу вынимая шестизарядник, и налетел на Бина Михуса. Тот, потеряв равновесие, упал и покатился по полу, потом вскочил, нацеливая оружие. Ларедо пинком выбил из его руки револьвер, отшвырнув в широкий проход между рядами стойл. Взвыв, Бин Михус бросился следом, упал на колени и схватил револьвер. Прямо в стойле он увидел высокую темную фигуру Ларедо. Михус заметался, как крыса, загнанная в угол, стараясь прицелиться. Но Шэд опередил. Два выстрела прогремели в тишине конюшни. Бин Михус умер.

Снова раздался выстрел, и из опоры крыши около самой головы Ларедо полетели щепки. Он бросился к дверям, на ходу разрядив свой револьвер в кучу соломы. В сене зашевелились, потом снова прозвучал выстрел. Ларедо бросился к сеновалу, где спрятался Эйб Михус, и дважды выстрелил в потолок над своей головой, в то место где прятался убийца.

Поменяв револьвер, Ларедо положил разряженный в кобуру и стал ждать. Потолок скрипнул, наверху послышались шаги. Ларедо стал красться за Михусом, перебегая от стойла к стойлу. Вдруг задняя дверь скрипнула, и широкая полоса света прорезала темноту конюшни. Эйб кинулся туда, но выбежать не успел.

В дверях показался фермер с дробовиком. Это был Слоун. Когда Эйб бросился к выходу, они встретились: их разделяло не более двадцати футов. Эйб выстрелил. Пуля пробила корыто для воды рядом со Слоуном. Фермер разрядил левый ствол своего, дробовика. Заряд дроби угодил Михусу в плечо и шею, отбросив его от двери. Его длинное лицо вытянулось и застыло от ужаса, хлынула кровь. Эйб потянулся за револьвером, и Слоун шагнул к нему. В эту минуту ему вспомнились убийства Мак-Леннона, Стилмана и Слэгла. Короткая вспышка пламени вырвалась из второго ствола ружья.

Уже бездыханный Эйб сполз по дверному косяку, старая шляпа упала с головы, лицо уткнулось в серую пыль, смешанную с кровью.

Выстрелы прекратились, и в конюшне повисла тяжелая тишина. Первым нарушил молчание Ларедо.

— Так держать, Слоун! — Он вышел в дверь, не глядя на убитого. — Второй братец тоже не дождался виселицы, — сказал он. — Они были здесь вместе.

Оба отошли от конюшни, лицо Слоуна было серым и осунувшимся. Ему никогда не приходилось убивать людей, и он не хотел, чтобы это когда-нибудь повторилось. Он попытался свернуть самокрутку, но пальцы дрожали. Шед взял у него из рук бумагу и табак и сделал все сам. Фермер виновато посмотрел на него.

— Мне нехорошо, — сказал он, — с непривычки.

Техасец хмуро посмотрел на него.

— Это нормально, — сказал он, подавая Слоуну сигарету. — Возьми. Тебе станет легче. Интересно, как дела у Кедрика?

В дверях одного из домов на другой стороне улицы показался Пит Слэгл.

— Все в порядке? — крикнул он.

— Да, — отозвался фермер. — Михусов можно не искать.

Капитан Кедрик прошел вверх по улице и повернул ко входу в гостиницу «Сент-Джеймс». В просторном холле было пусто, пахло табачным дымом и кожей. Швейцар с морщинистым лицом поднял на него глаза и покачал головой.

— Сегодня тихо, — сказал он. — Вокруг ни души. Что-то не стреляют эти дни.

Тут с другого конца улицы донесся револьверный выстрел, потом еще. Краткий миг тишины вновь нарушил выстрел из дробовика.

Потом стало слышно, как переговариваются Лэйн и фермер. Швейцар кивнул.

— Узнаю родной город, — сказал он. — А то я подумывал, не вернуться ли мне в Огайо. Слишком уж спокойно в последнее время, даже страшно.

Том Кедрик прошел через холл и вышел в заднюю дверь. Солнце припекало. Он спустился по потемневшим от непогоды ступенькам и остановился на газоне за гостиницей. Там была старая водокачка.

Он подошел к насосу и начал качать воду. Сначала ржавый насос сопротивлялся, всхлипывая и вздыхая от непривычной работы, но, наконец, отчаялся и, поняв, что ему все равно не отвертеться, выбросил толстую струю воды в деревянную бадью. Покачав несколько минут, Кедрик подставил под струю бутыль и наполнил ее. Вода была чистая и очень холодная. Он пил жадно, иногда отрываясь от бутылки, чтобы передохнуть, потом снова припадая к ней.

Далеко за домами, на другом конце улицы человек махал топором. Кедрик видел солнечный блик на железе, когда топор ударял в стену дома.

Том постоял, затем вытер рот тыльной стороной ладони и, зайдя за дома, направился к салуну.

Он двигался очень осторожно, ровным шагом, все его чувства были напряжены. На нем была кобура с русским револьвером, и ему нравилось ощущать оружие, готовое к делу. Заднюю дверь салуна давно не красили, она покрылась пузырями от жаркого солнца и висела на ржавых петлях. Значит, дверь могла заскрипеть. Тут он увидел лестницу, прямо с улицы ведущую на второй этаж. Оглянувшись, он на цыпочках поднялся по ступенькам и скользнул в дверь.

Фессенден выпил уже полбутылки виски, но не преодолел того гнетущего ощущения бессмысленности, которое владело им в последние часы. Он сложил разбросанную колоду карт и ловко перебросил ее веером из руки в руку. Значит, еще не утратил своего мастерства, даже несмотря на изрядную порцию виски.

Фессенден раздраженно отшвырнул карты и уставился на бармена.

— Хоть бы Дорни вернулся скорее, — произнес он уже в который раз. — Я хочу уехать из этого города.

Он слышал выстрелы на улице, но не отошел от стойки.

— Какой-нибудь пьяный пастух, — сказал он недовольно.

— Посмотри лучше, — предложил бармен, надеясь избежать драки в салуне, — может быть, это кто-то из вашей компании.

— У меня нет компании, — коротко ответил Фессенден. — Я сыт по горло. Вылазка в Йеллоу-Батт отвадила меня от этого места. Больше я такого не хочу.

Он услышал звук шагов и прислушался к их мерному ритму, взглянул на бармена и усмехнулся:

— Чеканит шаг, как будто военный идет. Послушай-ка!

Вдруг Фессенден понял смысл собственных слов, и усмешка исчезла с его лица. Он распрямился, держась руками за стойку, и посмотрел в глаза бармену.

— Я так и знал! Я знал, что этот тип… — Он залпом выпил стакан. — Я же хотел уехать из города!

Фессенден повернулся и отошел от стойки, встал, широко расставив ноги, как огромный гризли, упершись руками в бока, поглядывая вверх, на лестничную площадку. Шаги затихли: наверху стоял Том Кедрик.

С минуту они молчали, ожидая, кто заговорит первым. Наконец Фессенден нарушил тишину:

— Не меня ли ищешь, Кедрик?

— Может, и тебя. А где Шоу? Где Кейт?

— Кейт умер. Его прикончил Шоу у Соленого ручья после того, как ты перебил наш отряд в каньоне. А где теперь Шоу, я не знаю.

Снова воцарилась тишина, оба собеседника рассматривали друг друга.

— Ты тоже был тогда в Чимни-Рок, Фессенден, — сказал Кедрик. — Это была нечестная засада, Фесс. — Кедрик шагнул на лестницу, которая сначала шла вдоль задней стены, — ступенек шесть, — а потом, после небольшой площадки поворачивала в комнату.

Фессенден стоял на прежнем месте, чуть покачиваясь на плотных, мускулистых ногах и выставив вперед звериную челюсть.

— А, черт! — сказал он и схватился за оружие.

Его револьверы как будто сами выскочили из кобур, извергая пламя. Одна пуля ударила в перила и отлетела в сторону. Другая пробила дыру прямо у плеча Кедрика. Том спустился еще на ступеньку, потом выстрелил: Его пуля задела Фессендена. Кедрик легко сбежал на несколько ступенек вниз, в то время как Фессенден выстрелил еще дважды.

Кедрик стремительно бросился на площадку, прислонился к стене и снова выстрелил в своего противника. Он попал Фессендену в ногу, и тот споткнувшись, налетел на стойку.

Фессенден был ранен уже дважды, но, не теряя присутствия духа, был по-прежнему опасен. Ухватившись левой рукой за стойку, он поднял правую и нажал на спусковой крючок. Кедрик сделал два быстрых выстрела из левого револьвера. Одна пуля оцарапала стойку и попала Фессендену в грудь.

Фессенден выстрелил снова, но промахнулся. Этот выстрел, уже отчаявшись, он сделал из левого шестизарядника, опустив правый в кобуру. Уже никуда не спеша, чувствуя, как жизнь уходит из тела вместе с кровью, но все еще держась на ногах, он переложил револьвер в правую руку.

— Налей-ка мне стаканчик, — сказал он спокойно.

Бармен, лежавший за стойкой вниз лицом, не шевельнулся. Кедрик стоял на краю лестничной площадки, глядя на Фессендена. Великан был ранен в плечо, в ногу и в грудь, но не выпускал оружия — огромный и несокрушимый. Он подался вперед и прицелился в Кедрика.

— Хотел бы я, чтобы на твоем месте был Дорни, — сказал он.

Кедрик спустил курок. Пуля снова угодила Фессендену в грудь. Великан шагнул назад раз, другой. Револьвер выскользнул из его руки, и он схватил со стойки стакан.

— А ну налей! — потребовал он. На его губах выступила кровавая пена.

Том спустился по ступеням, держа оружие наготове, и подошел к Фессендену, левой рукой снял с полки бутылку и наполнил стакан, потом подвинул другой стакан и налил себе.

Фессенден пристально посмотрел на него.

— Ты хороший парень, Кедрик, — сказал он, с трудом произнося слова. — И я тоже хороший парень, да только мы с тобой по разные стороны.

— Тогда выпьем за нас, — Кедрик поднял стакан, они чокнулись, и Фессенден криво усмехнулся.

— Поосторожней с Дорни, — посоветовал он. — Это настоящая змея.

На этих словах Фессенден запнулся и сморщился. Он выпил, закашлялся и попытался протянуть свою громадную лапу Кедрику, но вдруг упал вниз лицом. Опустив револьвер в кобуру, Том наклонился и крепко сжал руку Фессендена. Тот усмехнулся и испустил дух.

Глава 15

Конни Дьюн добралась до Мустанга раньше, чем туда начали прибывать уцелевшие в бою у Йеллоу-Батт. После того, как мужчины уехали в городок скваттеров, о чем только она ни думала — о предстоящем расследовании, о Фреде Рэнсоме, о роли своего дяди в этом деле. Все его бумаги в Мустанге. Конни понимала, что только эти документы помогут ей вернуть деньги. Она села на коня и покинула лагерь. Доехав до старой мортонской дороги, повернула на юг. На этой дороге ее застал рассвет, и вот тут-то она услышала звуки далеких выстрелов.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9