Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездный лабиринт - ДИП-СКЛЕРОЗ(Сборник)

ModernLib.Net / Кулагин Олег / ДИП-СКЛЕРОЗ(Сборник) - Чтение (Ознакомительный отрывок) (Весь текст)
Автор: Кулагин Олег
Жанр:
Серия: Звездный лабиринт

 

 


ДИП-СКЛЕРОЗ
(Сборник)

Сергей Лукьяненко
 ТРУДНО ПИСАТЬ ПРЕДИСЛОВИЯ

      Трудно писать предисловия. Это все равно что стоять в книжном магазине и рассказывать покупателям содержание новой книги. Если не можешь этого сделать кратко — то зачем пытаться? А если можешь — то зачем было писать такую большую книгу?
      Еще труднее писать предисловия к чужим книгам. Все равно ты видишь ее не так, как автор, и сказанное будет больше говорить о тебе самом, чем о книге.
      А труднее всего писать предисловие к вещам, созданным на основе твоих книг. В сети Интернет такие произведения называют "фанфиками", как правило, они не претендуют на излишнюю серьезность, но… нет правил без исключения.
      Перед вами, уважаемый читатель, как раз три "фанфика". Их авторы не слишком широко известны за пределами сетевой литературы, но у них есть все шансы на дальнейший творческий рост. Данные произведения созданы под впечатлением и с использованием реалий моих книг "Лабиринт отражений" и "Фальшивые зеркала", наверное, и адресовать их стоит в первую очередь тем, кому понравилась эта дилогия. Это вовсе не значит, что авторы поленились или не сумели создать отличный от Диптауна мир — скорее им просто захотелось в чем-то его улучшить, дополнить, а может быть — и посмеяться немного. У них есть и другие, уже собственные истории… но я благодарен им за то, что они вместе со мной прошли по улицам виртуального города Диптауна, рассказали те истории, которые у меня не хватило времени рассказать, поглядели на происходящее глазами других персонажей, подружились с Леонидом и Викой, Маньяком и Компьютерным Магом, Чингизом и Падлой…
      Добро пожаловать в Диптаун! Сергей Лукьяненко

ОЛЕГ КУЛАГИН
ДИП-СКЛЕРОЗ

      Сергею Лукьяненко, Человеку и Психиатру

 
      Это похоже на кошмар.
      Бескрайняя, гладкая, словно стол, равнина цвета запекшейся крови. Серо-свинцовое небо. И огромные льдисто-холодные кубические глыбы. С грохотом они падают с неба, громоздятся правильными рядами — справа, слева, впереди, сзади…
      Я начинаю метаться, уворачиваясь от чудовищного, геометрически правильного камнепада. Глыбы ложатся все ближе и ближе, преграждая дорогу. И негде укрыться среди проклятой выжженной равнины…
      Я в ловушке, я захлебываюсь отчаянным криком…
      И в это мгновение мир вокруг вздрагивает, будто при землетрясении, окутывается темнотой…
      — Леня! Опять ты по ошибке вошел в "Тетрис"!
      Я помотал головой, поморгал. Проклятый дип-склероз!
      Вика отшвырнула снятый с меня виртуальный шлем:
      — Тебе надо лечиться, Леня!
      Сам знаю. Но можно было намекнуть и как-то поделикатнее.
      — Успокойся, милая…
      — Ты уже забыл, что случилось вчера?! — Вику прямо-таки переполняло возмущение.
      — А что? Ничего особенного.
      — Я просила тебя купить два кило картошки!
      — А разве я не купил?
      — Купил! Не выходя из глубины — нарисованную картошку в нарисованном магазине!
      — Ну и что? Зато там дешевле.
      — И тебе не стыдно?
      Я виновато вздохнул. Недавно было еще хуже — только Вика об этом не знает. Как-то после плотного обеда мне потребовалось посетить туалет. Я и посетил… Потом пришлось срочно стирать виртуальный комбинезон. Дип-склероз — беспощадный недуг, скажу я вам.
      Вика взяла сумочку с трюмо и подарила мне прощальный испепеляющий взгляд:
      — Не вздумай опять напиваться в глубине.
      И откуда она все знает? Ведь запаха-то нет! Хотя, конечно, да… Последний раз после трех бутылок виртуального скотча я попытался у нее на глазах повторить свой коронный дайверский трюк — с разгону пройти сквозь стену. Вот только стена была не нарисованная, а бетонная… Подумаешь, одна шишка и пара ссадин — было бы из-за чего шуметь!
      Хлопнула дверь, и значит, часов до пяти вечера мне никто не будет мешать… deep.
      Ввод…
      Поднимаю руку и через мгновение у тротуара притормаживает желтый лимузин. Я сажусь в машину, водитель — улыбчивый парень, оборачивается:
      — Как будете оплачивать?
      Улыбаюсь в ответ и сильно бью водителя в ухо. Можно было обойтись и без этого, но, что поделаешь, старая дайверская привычка. Дурная привычка, надо сказать…
      — Харчевня "Три медведя".
      — Заказ принят! — радостно кивает водитель. Похоже, после моей плюхи он повеселел еще больше…
      Однажды на Кутузовском проспекте я сел в такси и… Привычка — страшная вещь! Поверьте, с виртуальными таксистами иметь дело гораздо приятнее…
      Он гнался за мной не меньше пяти километров. Представляю, что подумали прохожие: бьющий все спринтерские рекорды растрепанный тип и следом — разъяренный водитель с монтировкой. Помню, я орал: Глубина, глубина, я не твой! так, что на десять кварталов в округе люди испуганно оборачивались…
      К черту неприятные воспоминания!
      Вхожу в бревенчатый сруб "Трех медведей". Сейчас здесь немноголюдно. Присаживаюсь за любимый столик. Появляется официант — услужливый бурый медведь в накрахмаленном фартуке и с белоснежной салфеткой на сгибе лапы. Меню мне не нужно.
      — Двух жареных кабанов на вертеле и десять бочонков "Будвайзера"!
      Вполне достаточно для легкого завтрака.
      Медведь-официант изумленно приоткрывает пасть, но ничего не говорит и отправляется на кухню.
      Глубина — замечательная штука! А после того как Маньяк поставил мне расширитель виртуального желудка на 500 Гигабайт, передо мной просто открылись новые горизонты!
      Ждать приходится недолго. Только вместо жареной свинины возникают три медведя собственной персоной: здоровенный двухметровый, средний и маленький мишутка.
      — Кто-кто ел из моей тарелки? — скрестив лапы на груди, грозным басом вопрошает здоровенный.
      — Кто ел из моей тарелки? — угрожающе вторит средний.
      — Кто ел из моей тарелки? — тонким обиженным голоском присоединяется мишутка и… бац меня лапой по морде! Ах, сволочь!
      Слетаю со стула, а медведи-вышибалы грозно нависают, надо мной.
      — Еще раз поймаем с фальшивой кредитной карточкой — сдадим в полицию. Усек, фраер? — злым детским голоском цедит подлец-мишутка.
      Не успеваю ничего ответить — здоровенный медведь берет меня за шиворот, так что ноги болтаются над полом, доносит до дверей и дает более чем чувствительного пинка. С проклятиями я перелетаю проезжую часть и приземляюсь на экскурсию американских туристов.
      Изумленные возгласы. А находчивый экскурсовод уже объясняет пожилой американской чете:
      — Именно таким нетрадиционным способом предпочитают перемещаться в глубине русские дайверы!
      Бросаю на экскурсовода свирепый взгляд, оборачиваюсь и делаю выразительный жест кулаком в сторону "Трех медведей":
      — Я вам еще покажу пару сцен из народных сказок!
      Добавляю несколько выражений из тех, что электронные переводчики отказываются понимать. Тоже, между прочим, фольклор…
      Испортили настроение, гады… А ведь Маньяк уверял, что проблем не возникнет. Дескать, деньги будут сниматься прямиком с личного счета Билла Гейтса.
      Подставил меня, хакер доморощенный…
      Глубина, глубина, а пошла бы ты на хер!
 

***

 
      Картинка расплылась, потеряла реальность. Я снял виртуальный шлем. Сейчас позвоню Маньяку и скажу все что думаю…
      Из прихожей со стороны входной двери донеслась протяжная трель — кого это еще принесло?
      — Кто?
      — Я, — раздался тоскливый голос.
      Вот те на! На ловца и зверь бежит! Я рывком распахнул дверь — на пороге стоял Маньяк. Я приоткрыл было рот, чтобы разразиться обличительной речью, но сразу осекся.
      — Ой-ой-ой… Где это тебя так? — Я торопливо пропустил приятеля внутрь.
      — Где, где, — уныло вздохнул Маньяк. — В глубине.
      — Чего? — изумленно переспросил я, рассматривая почти неузнаваемую физиономию хакера. Левый глаз его наполовину скрывался под огромным багрово-синим кровоподтеком, губа распухла так, что говорил он слегка невнятно и иногда морщась от боли:
      — Все в глубине, Леня. В ней, проклятой… Пиво есть?
      Я ошарашенно кивнул. Интересно, у кого дип-склероз — у него или у меня? Максимум, что возможно в глубине, — заслать на компьютер парочку вирусов. Это ведь Диптаун, а не Москва!
      Маньяк снял свой потертый рюкзачок и тяжело опустился на стул, я поставил перед ним бутылку "Балтики". Прихлебывая пиво из горлышка, он начал рассказ:
      — Ну это, значит, решил я малость хакнуть одну фирмочку. "Pampers and Snikers" называется. Заказ не особо денежный, ну так и дело плевое, на полминуты зеленому новичку. Надо было взять материалы о "Суперпамперсах".
      Я округлил глаза, и Маньяк пояснил:
      — Секретная модель, разработаны по заданию Пентагона специально для американских пилотов. Ну, наверное, чтоб сербские зенитчики не могли обнаружить "Стелс" по запаху.
      — А-а…
      — Сначала все шло чин чином. Уже беру файл и тут срабатывает сигнализация. Распахиваются двери, заваливает толпа здоровых лбов — начинают вирусами палить. А мне по барабану, от меня все отскакивает. Антивирусная защита у меня блеск, сам знаешь. В общем, делаю изящный жест, машу им ручкой на прощание и собираюсь уйти через спецканал. А тут откуда-то, как из-под земли, двухметровый амбал наперерез. Ну, думаю, сейчас ударит вирусом…
      — Ну и?..
      — Он и ударил… Только не вирусом, а кулаком…
      — А что было потом?
      — А по моему лицу не видно? Очнулся я уже дома, возле компьютера. Таймер сработал. Хорошо, что я его в аккурат на две минуты выставил.
      Маньяк замолчал и в один глоток высосал до дна свою бутылку. Воцарилась гнетущая тишина.
      — Шурка, — сказал я, открывая вторую бутылку пива, — ты хоть понимаешь, что произошло?
      — Понимаю, — кивнул Маньяк. — Мне дали по морде.
      — Нет, ты не понимаешь. Ведь это конец глубине. Конец нашей мечте. Если кто-то сегодня сумел начистить тебе физиономию, значит, завтра кто-то еще сможет это сделать…
      — Нет уж, лучше не надо, — замотал головой Маньяк.
      — Так будет, Шурка, так обязательно будет, если мы не остановим это… Иначе — конец Диптауну, конец мечте о мире абсолютной свободы… Сам посуди, что раньше грозило хакеру или дайверу? В худшем случае — форматирование винта. А теперь… — с болью вздохнул я. — Теперь, если поймают — заберут в ментовку и так отметелят, что мама родная не узнает.
      — Это надо остановить! — Маньяк ударил кулаком по столу. — И я знаю крутого спеца, который нам поможет! Сам Дибенко его боится!
      Я изумленно приподнял брови:
      — Неужели… Темный Дайвер?
      Шурка покачал головой:
      — Круче, Леня, намного круче!
      — Но кто? — Я почувствовал, как по спине ползут мурашки.
      И тогда Маньяк перегнулся ко мне через стол и, бледнея от волнения, почти прошептал:
      — В глубине его кличут Писателем.
      Я едва не выронил бутылку с пивом. На пару минут опять воцарилось молчание. Потом я сумел наконец осилить свое пиво, перевел дух и покачал головой:
      — Это ты загнул. Ну Дибенко еще куда ни шло, ну Темный Дайвер там… но этот, этот с нами даже разговаривать не станет.
      Маньяк криво усмехнулся:
      — Думаешь, ему все равно?
      Шурка в легкой задумчивости почесал подбородок:
      — Когда там у него намечается ближайшая читательская конференция? Кажется, через неделю?
      — Ну и?..
      — Вот тебе и ну! Это раньше такие посиделки заканчивались легкой и безобидной руганью с поклонниками Рыбакова и Пелевина. А теперь?.. Соображаешь?
      Я кивнул, тяжело вздыхая:
      — Дело пахнет членовредительством в особо крупных размерах… А если еще и "тюринцы" на огонек пожалуют…
      Маньяк поперхнулся пивом и закашлялся:
      — Не надо про "тюринцев" — еще накличешь на нашу голову!
      Уничтожив запасы выпивки и закуски, вдвоем мы выработали план. Решено было действовать немедленно — ведь глубина в опасности.
      — Каждая минута дорога! — без ложной патетики объявил Маньяк. После чего завалился на мой диван и попросил в ближайшие два часа его не беспокоить. Когда он так говорит, лучше действительно его не беспокоить. Все равно бесполезно.
      — Послушай, Шурка, — спохватился я, — кредитка "сгорела"…
      Маньяк сладко зевнул:
      — Какая, та что от Билла Гейтса?..
      — Ага.
      Хакер сонно поморгал:
      — Там такое дело… В общем, извини, Ленька, накладка вышла. Только сегодня узнал — ребята из Урюпинска его до нас обчистили.
      У меня отпала челюсть:
      — Что? ВСЕ ДЕВЯНОСТО МИЛЛИАРДОВ?!
      — Да ну, что ты, зачем им столько. Не переживай, сделаем тебе карточку, с другого счета…
      Маньяк отвернулся, и очень скоро квартиру огласил могучий храп — даже трудно было поверить, что щуплое хакерское тело могло порождать столь грандиозные звуковые эффекты.
      Да. Видно, и впрямь нелегко ему пришлось этой ночью!
      Я торопливо напялил на голову виртуальный шлем — пожалуй, только так и можно спасаться от Шуркиного храпа! deep.
      Ввод…
      В глубине у меня кой-какие дела. И после того как накрылась кредитка, откладывать их нельзя.
      Сажусь в такси:
      — Ателье "Боди-Арт"!
      Последнее время самая банальная проблема — деньги — встала для меня с особенной остротой. Еще немного и Вика выгонит меня из дома. Или, что еще страшнее, перестанет оплачивать счета за глубину.
      Когда-то я работал грузчиком в русском квартале Диптауна. Таскал всякие холодильники и рояли. Тоже работа и тоже платят деньги.
      Однако спустя некоторое время соотечественникам удалось добиться колоссальных успехов в виртуальных технологиях. Грань между глубиной и реальностью была стерта начисто: щедро исписанные народным фольклором лифты не только приобрели привычный русскому глазу вид, но и перестали ходить.
      И однажды мне вдвоем с напарником пришлось тащить тяжеленный нарисованный шифоньер по лестнице на семнадцатый этаж нарисованного небоскреба. В тот день я понял, что с ремеслом виртуального грузчика пора завязывать — еще немного и я заработаю себе самую настоящую виртуальную грыжу.
      После этого мне посчастливилось устроиться боди-дизайнером — я ведь все-таки художник! Правда, мелких деталей мне не доверяли — занимался сборкой тел из готовых элементов. Но, ничего, тоже нормально. Платили даже больше, чем грузчику. Но я сам все испортил.
      И выпил-то пустяк — канистру "Гиннесса". Но бдительность утратил. Собирал шикарное женское тело — одна богатая американка заказала его специально для первой брачной ночи — они ведь там в Штатах все помешаны на виртуальном сексе. Заказ был срочный, платила эта миллионерша втройне — короче, все делалось в жуткой запарке и спешке… Собрал, нарядил в роскошный пеньюар. А служба доставки торопит: давай, давай! Дескать, опаздываем! В общем, я и не успел толком ничего проверить…
      Доставили прямо к брачному ложу. Американка, конечно, вне себя от удовольствия, напяливает шикарное тело и предстает перед женихом. Томно вздыхает и изящным, отрепетированным движением сбрасывает пеньюар… А у суженого — глаза на лоб лезут.
      Дело в том, что обнаруживается небольшой изъян… Или даже не изъян. Тело действительно — высший класс, все голливудские секс-бомбы отдыхают. Ребята-дизайнеры поработали на совесть, настоящие профессионалы. В общем, не изъян, а скорее — деталь. Лишняя…
      Бог ты мой, какой был скандал! И из за чего! Попробовали бы они сами одновременно собирать несколько заказов, да еще в такой спешке…
      В общем, эту работу я тоже потерял.
      Куда я только не пытался устроиться после этого!
      Одно время даже нанялся дизайнером виртуальной сантехники. Признаюсь — платили мало и работал я спустя рукава. Даже под воздействием дип-гипноза клиенты не могли поверить, что сантехника настоящая. Приходилось по нескольку раз переделывать уже готовое изделие, но все равно бачки текли, прокладки в кранах не держали, и я вынужден был по совместительству выполнять обязанности виртуального сантехника.
      Короче, через пару дней я сам сбежал из той фирмы.
      Дошло уже до того, что я начал подумывать о ремесле нищего на улицах Диптауна. Но потом узнал, сколько стоит хороший прикид виртуального нищего, и понял, что на эти деньги я вполне безбедно смог бы прожить целый год.
      В общем, у меня остается последняя возможность получить непыльную и прилично оплачиваемую работу. Очень долго я откладывал этот, скажем прямо, отчаянный и трудный для меня шаг… Надеялся на Шуркину помощь. Однако его кредитки хватило всего на пару дней.
      Что ж, видно, так тому и быть. Жребий брошен!
      Такси останавливается во французском квартале прямо перед парадным подъездом роскошного двухэтажного здания а-ля XIX век. Выхожу. Два швейцара: симпатичные мужчина и женщина в нарядных ливреях гостеприимно распахивают передо мной двери. Я улыбаюсь им в ответ, хотя и прекрасно понимаю, что это всего лишь программы. Слышится приятная классическая музыка — что-то из Шопена. Обстановка мгновенно настраивает на лирический лад, и проходя, я дружески шлепаю по заду блондинку-швейцара.
      — Убери лапы, придурок! Ого.
      Неужто я ошибся?
      — Мадам, зачем же так грубо… Ведь это просто бескорыстный жест моего восхищения.
      — Ну ты че, балбес, русского языка не понимаешь, — вмешивается швейцар-мужчина.
      Надо же, повезло. Нарвался на соотечественников!
      Прохожу просторный вестибюль и оказываюсь в холле-приемной. Здесь небольшая очередь. Жду. И наконец попадаю к самому Маэстро, человеку средних лет и располагающей внешности. Одет он тоже в стиле а-ля XIX век: белоснежная сорочка, красный галстук в зеленый горошек, расшитый золотом жилет малинового шелка и голубые панталоны, в смысле брюки.
      Обмениваемся любезностями и я объясняю ему свой заказ.
      Маэстро расплывается в улыбке:
      — О, месье, это наше ремесло! Вы будете довольны, месье!
      Он торопливо листает пухлый каталог:
      — Это обойдется вам… в тысячу долларов США.
      Глаза у меня округляются:
      — Маэстро… Тысяча долларов… за такую мелочь.
      Француз ухмыляется:
      — Я бы не сказал, что это такая уж мелочь.
      Да, расценки у них здорово выросли! Всего полгода назад за эти деньги можно было заказать вполне приличное тело.
      Впрочем, тело мне и не нужно. Тело у меня и так есть — из стандартного набора "Майкрософта". Мне и нужна-то всего одна маленькая деталь, которой нет в стандартном наборе. Та самая, что оказалась совсем лишней для той американской миллионерши.
      — Маэстро, а у вас нет чего-нибудь подешевле?
      Француз вздыхает:
      — Ну, у нас есть кое-что уцененное…
      Он вновь погружается в изучение каталога.
      Да, этот элемент мне необходим позарез. Причем не ширпотреб, а штучная работа. В "Невинных Забавах" осталась всего одна мужская вакансия.
      Честное слово, мне нелегко далось это решение. Мне пришлось собрать в кулак всю свою волю и мужество. И если это единственный способ обеспечить семью — что ж, я готов.
      Конечно же, я не собираюсь изменять Вике. Я даже отключил секс-стимулятор в своем костюме — все равно он китайского производства и в самые ответственные интимные моменты бьет током.
      Я ведь дайвер. Когда будет нужно — выйду из глубины и поработаю "мышкой". Главное, что клиентки будут довольны. А в месяц это выйдет около двух штук баксов. Давно я уже не приносил Вике таких денег!
      Дизайнер вновь подымает на меня глаза:
      — Мы могли бы предложить вам прекрасный вариант всего за четыреста девяносто девять долларов.
      Ну, знаете ли! Терпение мое лопается:
      — Да вы че, охренели, маэстро — пятьсот зеленых за нарисованный!.. Да на любом заборе его рисуют совершенно бесплатно!
      С видом оскорбленного достоинства француз захлопывает каталог и нажимает какую-то кнопку. Из ничего материализуются два плечистых охранника и вежливо, но твердо выволакивают меня из кабинета. Слабо упираюсь и выкрикиваю уже почти без надежды:
      — А долларов за сто у вас ничего не найдется?
      — За сто долларов можете нарисовать себе сами! — небрежно бросает Маэстро.
      Конечно, смог бы. Вот только боюсь, что в таком виде я всех клиенток распугаю. Кроме разве что самых извращенных.
      Эх, сорвалось!..
      Снова оказываюсь на улице и тоскливо вздыхаю: во времена моего боди-дизайнерства этого добра у меня было хоть завались! И чего я, идиот, не прихватил с собой хотя бы пару штук в качестве выходного пособия!
      Попросить, что ли, у Маньяка денег взаймы? Нет, ни за что на свете! Если догадается зачем… Даже думать об этом не хочется!
      — Ну и чем мы тут занимаемся?
      Шурка! Легок на помине!
      Оборачиваюсь и невинным тоном объясняю:
      — Да вот, провожу разведку на местности. Ищу подходы…
      — Какие еще подходы? — недоумевает Маньяк и с подозрением оглядывается на яркую вывеску "Боди-Арта".
      — Подходы к проблеме… — Я спохватываюсь, торопливо меняя тему. — Кстати, а откуда ты взялся?
      — Как это откуда — ноутбук с радиомодемом и облегченный шлем всегда при мне! Ты был у Писателя?
      — Нет еще…
      Маньяк укоризненно качает головой:
      — Ну ты даешь! Каждая минута дорога!
      Ага, кто бы говорил!
      Шурка прямо-таки кипит энергией и готов горы свернуть. Я с интересом рассматриваю его новое тело. От прежнего облика осталась только голова — все остальное позаимствовано то ли у Терминатора, то ли у Рэмбо. В общем, стандартный голый торс, обвешанный всем, что только могут вообразить воспаленные хакерские мезги — от гранатомета до… маникюрных ножниц?
      — А это зачем?
      — Последняя разработка, — с гордостью объясняет Маньяк.
      — И как ты собираешься их использовать?
      — Все просто. Сначала надо поймать противника, а потом…
      — Сделать ему маникюр?
      — Да нет. Отредактировать setup-овские файлы. Главное, чтобы он никуда не убежал, пока ты их редактируешь.
      — Круто, — соглашаюсь я и машу рукой ближайшему такси.
      — Обойдемся, — останавливает меня Шурка, и я только теперь замечаю, что виртуальный Рэмбо обут в домашние тапочки на босу ногу и на реактивной тяге — последний подарок Зуко.
      — Держись за меня!
      Взмываем в воздух.
      Зукины тапочки домчали нас за пять минут. Хорошо, что так быстро, иначе я бы точно свалился: не слишком-то приятно болтаться, вцепившись мертвой хваткой в скользкую терминаторскую шею. Какой дрянью она намазана — вазелином, что ли? Шурка явно перегнул с реализмом. Мог бы вырастить себе на заднице удобную скамеечку для пассажиров — для него, как для программиста, это пустяк, а нам, юзерам, было бы приятно.
      Оцениваю обстановку. Да, все внушительно. Сразу чувствуется, что это резиденция самого Писателя. Глухая серая стена, без малейшего намека на вход. Стена уходит вверх, упираясь прямо в низкие свинцовые облака. Время от времени мутная облачная пелена озаряется вспышками молний и в ответ на раскаты грома доносится чей-то далекий и тоскливый утробный рев. В общем, красиво сделано, со вкусом.
      — Вот тебе тест на интеллект, Шурка. Вправо и влево на несколько километров тянется стена. Твои действия?
      Маньяк чешет затылок:
      — Ну если подходить интеллигентно… Я бы попробовал динамит.
      — А я бы попробовал постучать. Может, откроют?
      Стучу. Никакого эффекта. Подключается Маньяк и изо всех сил молотит в стену пудовыми тер-минаторскими кулачищами. Через минуту на стене возникает большая красная надпись: "Не влезай — убьет!"
      — Есть кто дома?! — орет Маньяк и снова принимается орудовать кулаками.
      Надпись меркнет и на стене вдруг явственно начинают проступать контуры двери. Ну наконец-то!
      Бронированная металлическая дверь приоткрывается и… наружу показывается покрытая шерстью недовольная физиономия. Крыса! Полтора метра ростом и с бластером наперевес.
      — Вам что, назначено? — Грызун-переросток сверлит нас пронзительными злыми глазками.
      — Нет. Но нам очень надо встретиться с хозяином.
      — Лорда нет дома. — Крыса сплевывает себе под ноги. — Лорд ушел в Ночной Дозор.
      — Это срочно! Вопрос жизни и смерти!
      — Ничего не знаю. Вам не назначено!
      Маньяк теряет терпение:
      — Ну-ка отойди, Ленька! Щас я его…
      Не дожидаясь продолжения, крыса с нецензурными проклятиями захлопывает дверь прямо у меня перед носом.
      — Погоди, Шурка. Неудобно как-то…
      — Неудобно "Винду" с дискет ставить! — ухмыляется Маньяк и поднимает некий устрашающего вида ствол. Торопливо убираюсь в сторону. Вспышка огня, грохот… Когда клубы дыма рассеиваются, мы стоим перед вывернутой с мясом бронированной дверью.
      — Вот тебе и тест на интеллект! — подмигивает Шурка. — С динамитом оно всегда как-то вернее!
      Входим внутрь. Странное ощущение. Здесь висит густой и словно осязаемо плотный туман.
      — Знаешь что… по-моему, не стоило нам входить, — говорю я вполголоса.
      — Не боись, — бормочет Маньяк. — С моим снаряжением…
      Белая пелена вдруг становится настолько плотной, что мы на мгновение теряем друг друга из виду. А в следующий миг туман начисто рассеивается, словно по мановению волшебной палочки.
      — Ого, — почти синхронно выдыхаем мы с Шуркой. Перед нами — огромный, тускло освещенный зал ромбовидной формы. И зал этот битком заполнен здоровенными — почти в человеческий рост — крысами, как две капли воды похожими на нашего недавнего собеседника.
      Маньяк нервно хихикает:
      — Кошмар кота Леопольда.
      Он вдруг спохватывается, ощупывает себя дрожащими руками и на глазах белеет, словно полотно:
      — Ленька! Ничего же нет! Нич-чегошеньки!
      И впрямь. Обширный Шуркин арсенал растворился вместе с туманом. Даже маникюрных ножниц не осталось!
      — И тапочки не работают! Гады!
      От всего тщательно подобранного устрашающего антуража — только торс Шварценеггера. Интересно, оценят ли крысы замечательную Шуркину мускулатуру?
      — Ну что? — криво усмехаюсь я. — Динамит, говоришь?.. Чувствую, сейчас отдинамитят нас по высшему разряду!
      Однако пока крысы словно и не замечают нас. Грызуны сидят за столами, а столы ломятся от выпивки и закуски. Дым, что называется, стоит коромыслом и вечеринка — в самом разгаре.
      Я вижу приоткрытые двери в противоположном конце зала и вдруг понимаю, что именно туда нам надо попасть. Задеваю что-то ботинком, опускаю глаза: почти у наших ног два эмалированных ночных горшка. И тут меня окончательно осеняет:
      — Шурка, это же испытание!
      Маньяк смотрит на меня так, словно у меня у самого отрос хвост.
      — Испытание, которое может выдержать только настоящий дайвер!
      Хватаю с пола один ночной горшок, второй вручаю приятелю:
      — Мы пройдем, Шурка, мы пройдем!
      Маньяк тоскливо смотрит на меня:
      — Я ведь не дайвер, Леня. Я не смогу… Не умею!
      — Умеешь! Можешь! Должен! — кричу я. И отвешиваю ему пощечину. Со всей дури. А в ответ получаю плюху. От всей души.
      — Нечего руки распускать, — бормочет Шурка, помогая мне сохранить вертикальное положение. Когда в глазах слегка светлеет, я обнаруживаю, что штук двести любопытных крысиных глаз увлеченно наблюдает за нами. Многие повставали из-за столов, чтобы лучше видеть. Вся вечеринка затихает, по залу идет ропот. Напрягаю слух и разбираю, что делаются ставки. В основном на Маньяка. Но некоторые, особо рисковые грызуны ставят и на меня. Доносятся подбадривающие возгласы:
      — Врежь ему! Врежь! Размажь по стенке!
      Откуда-то появляется пожилая упитанная крыса с бабочкой рефери:
      — Брэк! Бокс!
      Я вам покажу, бокс! Размахиваюсь ночным горшком — бум! Хвостатый рефери в нокауте.
      — Ты сможешь, Шурка, сможешь! Это легко!
      Маньяк мучительно кривится.
      — Надо просто поверить в себя! Поверить, что крысы — не настоящие! И только ночной горшок в твоей руке — реальное, весомое оружие.
      Я смотрю в Шуркины глаза. Я вижу его страх, вижу его отчаяние…
      Глубина…
      И что-то происходит.
      Будто осколки синего льда, будто лепестки алого пламени пляшут теперь в глазах Маньяка…
      Он размахивается, бум! И ближайший грызун валится, сраженный Шуркиным горшком.
      — Мы пройдем! Пройдем! — кричу я и, крепко сжимая за ручку свое оружие, врезаюсь в ошеломленную крысиную толпу. Маньяк не отстает — под крики и вопли мы шагаем плечом к плечу. Ночные горшки мелькают направо и налево, так что гулкое эхо ударов сливается в ровный гул.
      Двери в противоположном конце зала все ближе, ближе… Крысы уже не пытаются нас остановить. Закрыв головы лапами, пригнувшись, они разбегаются в стороны.
      Мы прошли! Прошли! Сердце бешено колотится от почти эйфорического ощущения победы. Распахиваем заветные створки дверей и вслед нам несутся возмущенные крысиные вопли:
      — Такую вечеринку испортили! Психи!
      Миновав небольшой коридор, мы почти вламываемся в огромный отделанный темным деревом кабинет. И навстречу из-за стола встает… нет, увы, не Писатель. Крыса в роскошном адмиральском мундире.
      — Поздравляю. Это было нечто… оригинальное. Лучший результат за последний месяц.
      Я криво усмехаюсь и переглядываюсь с Маньяком:
      — Нам бы встретиться с Писателем…
      Хвостатый адмирал будто не слышит. Наклоняется куда-то под стол и извлекает… ночной горшок. Почти такой, как те, что у нас в руках. Только из хрусталя.
      — Это ваш. Переходящий Кубок Регрессоров…
      — Нам бы с Писателем поговорить. По очень важному делу.
      Крыса недоумевающе разводит руками:
      — Вам же говорили: он — в Ночном Дозоре.
      — В каком еще ночном дозоре! — взрывается Маньяк. — В одиннадцать часов утра!
      Грызун пожимает плечами:
      — Ну, тогда в Дневном…
      Шуркин горшок со свистом рассекает воздух, но крыса-адмирал успевает увернуться и нажать на столе какую-то кнопку. Пол проваливается из-под наших ног. Падаем в густой туман, теряю Шурку из виду. Только по отчаянным ругательствам понимаю, что он где-то рядом. Зукины тапочки по-прежнему не работают.
      Удар. Вопль Маньяка.
      Ой-ой-ой… Мы приземлились на что-то чертовски твердое. Мотаю головой. Туман рассеялся. Где это мы?
      Оглушительный леденящий хохот над головой. Голос, словно гудок тепловоза:
      — Ага! Незаконное использование лицензионного продукта!
      Запрокидываю голову и чувствую, как шевелятся на ней волосы. Мама родная!
      Гигантская бронзовая физиономия ухмыляется:
      — Нарушение права собственности компании "Майкрософт"…
      Да ведь это же статуя Билла Гейтса работы скульптора Церетели! (На месте Гейтса я бы давно подал в суд на Церетели.) Но, что хуже всего, мы с Шуркой словно два таракана барахтаемся на ладони сорокаметрового монстра!
      — …карается в соответствии с законодательством США и международными соглашениями!
      Вторая ладонь статуи многотонной тяжестью обрушивается сверху. Глубина, глубина, я не!.. О-ой… Теперь понимаю, что чувствуют тараканы…
      Мы стащили шлемы, переглянулись и, не говоря ни слова, оба направились к холодильнику. Осушив две последние бутылки пива и вновь обретя способность к логическому мышлению, рухнули на диван.
      — Похоже, пока вариант с Писателем отпадает.
      — Угу, — кивнул Шурка. — После Дневного Дозора он наверняка отправится куда-нибудь на Холодные Берега или вздумает нанести Осенний Визит в пивной ресторан. Сегодня ему явно не до нас.
      — Что ты предлагаешь?
      Маньяк почесал затылок:
      — Ну, для начала… Сгонять за пивом!
      Я в сердцах выругался:
      — Ты можешь хоть пять минут думать о серьезных вещах!
      Шурка пожал плечами:
      — Я серьезен, как винвордовский хелп! Все равно без Писателя это дело не поднять!
      — Давай рассуждать логически. От кого все неприятности в глубине?
      Маньяк хмыкнул:
      — Ну это каждый знает. От Димы Дибенко.
      — Значит, почти с полной уверенностью можно сделать вывод, что и в нашем случае без него не обошлось.
      — Ну конечно. Ни одна гадость без него не обходится. Только что это меняет для нас?
      — Ты, помнится, говорил, что у тебя обширные связи в хакерском мире?
      — Еще бы! — с гордостью выпятил грудь Маньяк.
      — По-моему, нам пора кое с кем встретиться! deep.
      Ввод…
      Такси доставляет нас на глухую окраину Диптауна.
      Иду вслед за Маньяком и оглядываюсь по сторонам. Никогда раньше не бывал в этом районе.
      Да. Похоже, здесь поработали настоящие профессионалы пространственного дизайна. Тут и там заботливо прорисованные выбоины в асфальте, обширные лужи, кучи мусора… А вон тот дом — просто шедевр! Полное впечатление, что он вот-вот развалится. Узнаю неподражаемый почерк отечественных мастеров. Разве какой-нибудь занюханный американец сумел бы так точно передать блеск грязи поперек разбитого тротуара!
      Вдоль покосившихся заборов и обшарпанных стен — размашистые надписи. Большей частью — нецензурные. Самая популярная, повторяющаяся в разном исполнении: "Майкрософт" — на…!" Количество восклицательных знаков в конце — от одного до десяти — видимо, в зависимости от степени переполнявших автора чувств.
      Попадаются и более спокойные пожелания, типа "Гейтса — на мыло!" и "Долой провайдеров!" Есть и простая констатация фактов, например: "Билл — дебил!" или "Винда — дерьмо!"
      Маньяк шагает вперед, не обращая внимания на всю эту художественную роспись. Похоже, он бывал здесь не один раз. Ловко перескакивает через лужи, ни разу не замочив Зукины тапочки, привычно обходит самые грязные места.
      — Здесь! — машет он рукой.
      Осторожно ступая по кирпичикам, переходим через громадную лужу и оказываемся перед одноэтажной хибарой с какими-то закопченными окнами. Вход украшает покосившаяся вывеска: "НАД УБИТЫМ ВИНТОМ".
      Внутри это заведение выглядит ничуть не привлекательнее. Чувствуется тонкий художественный вкус и строго выдержанное стилистическое единство: грязные столики, колченогие табуреты, за стойкой — мрачный бармен с опухшей физиономией, покрытой недельной щетиной. Под глазом — замечательно прорисованный синяк.
      Маньяк, нисколько не смущаясь, с порога кивает бармену:
      — Привет. Дос у себя?
      Тот хмуро косится в мою сторону. Улыбаюсь как можно более приветливо:
      — Здрасьте!
      — Что будете заказывать? — равнодушно интересуется бармен.
      Шурка нетерпеливо барабанит ладонью по стойке:
      — Ты что, не узнаешь? Дос мне нужен!
      — Не знаю. Заказывайте, ждите. Может, и появится, кто вам нужен.
      — Пожалуйста, две бутылки "Будвайзера"! — торопливо вмешиваюсь, чтобы разрядить обстановку.
      — Нет "Будвайзера".
      — Ну… тогда "Гиннесса".
      — Тоже не держим.
      Это даже интересно.
      — А что же есть?
      — Разливное "Жигулевское". Правда, не очень свежее. Но пить еще можно.
      Вот это здорово! Честно говоря, еще ни разу не пробовал прокисшего виртуального пива.
      Присаживаюсь за стойку. Антисанитарию они тут развели! Смахиваю на пол рукавом несколько крохотных орков.
      Хотя, конечно, есть в этом и моя вина. Когда два года назад я насквозь дырявил глубину Шуркиным "Варлоком" — совсем не думал о последствиях. Ладно там "Лабиринт Смерти". Я ведь тогда и "Варкрафт" зацепил. Дырку-то быстро залатали, но эта пакостная мелочь успела разбежаться по всей глубине. Заняла экологическую нишу тараканов. И главное, ни один вирус их не берет. Единственное, что помогает, так это естественные враги. То есть эльфы. Но, похоже, в этом заведении на эльфах экономят.
      — Пожалуйста, — мрачно изрекает бармен, ставя передо мной кружку темно-мутной жидкости.
      — Спасибо, — натужно улыбаюсь я. Но пить отчего-то расхотелось. Оглядываюсь по сторонам: интересно, получают ли остальные клиенты удовольствие от подобной экзотики?
      М-да. Большинство здешних посетителей выглядит не менее экзотично, чем прокисшее "Жигулевское". Господи, неужели им приятно щеголять в грязных лохмотьях? Либо они все сплошь — миллионеры, либо — полные киберпанки…
      Маньяк морщит лоб, раскачивается на стуле и что-то бормочет себе под нос.
      — Шурка, пиво будешь? — ухмыляюсь, пододвигая ему свою кружку.
      — Не мешай… — отмахивается Маньяк. Не глядя, он машинально хватает кружку и осушает ее в один глоток. Я с некоторым опасением жду, что же будет дальше. Шурка нервно царапает ногтями стойку бара, закатывает глаза в потолок и вдруг радостно вопит:
      — Вспомнил!
      Чего это с ним?
      Маньяк поворачивается в сторону бармена и выпаливает:
 
Товарищ, верь! Пройдет пора
"Винды" и ламерского софта!
И на обломках "Майкрософта"
напишут наши имена!
 
       Ой-ой-ой! Это что, "Жигулевское" на него так подействовало? Бармен хмурится, и я начинаю бояться за Шурку. Но все оканчивается благополучно.
      — Давно бы так! — вполне дружелюбно говорит бармен.
      — У меня на стихи плохая память, — оправдывается Маньяк. — И до этого мы прекрасно обходились без всяких сонетов!
      — До этого ты не приводил чужих. К тому же первый раз вижу тебя в этом теле, — указывает тот на Шуркины бицепсы.
      — Нормальное тело, — ревниво замечает Маньяк. — Сам делал. И кстати, — произносит он с оттенком мстительности в голосе, — я что-то до сих пор не слышу "отзыва"!
      Бармен мрачнеет, сопит и, наконец, потупившись, изрекает:
      — Пока свободою горим… Пока, это… для глубины мы живы — "Линуксу", братья, посвятим, это самое… Души прекрасные порывы.
      — Да, — хмыкает Маньяк. — До Пушкина малость не дотягиваешь. Но Кюхельбекер — это точно!
      — Только выражаться не надо, — обижается бармен. — Я, что ли, это придумал?
      — Хватит поэзии, — отмахивается Шурка. — Дос у себя?
      — У себя, у себя, — кивает бармен и, приоткрывая дверцу в стойке, приглашает: — Проходите.
      Отодвинув тяжелую пыльную занавесь, оказываемся в небольшом коридорчике, тускло освещенном единственной, должно быть, сорокаваттной лампочкой. В дальнем конце коридора — дверь с многообещающей табличкой "00". Именно туда уверенной походкой и направляется Маньяк. Не задавая лишних вопросов, следую за ним.
      Помещение за дверью, вопреки моим ожиданиям, полностью соответствует надписи. М-да. Скажем прямо, странноватое место для хакерских посиделок. То есть сидеть-то здесь, конечно, можно… Шурка подходит к одной из кабинок и распахивает дверцу, поперек которой масляной краской неряшливо выведено: "Не работает!" Внутри — обычные сантехнические аксессуары.
      Я в нерешительности топчусь у порога. И где же прячется этот Дос?
      А Маньяк как ни в чем не бывало входит в кабинку, оборачивается и недовольно машет мне рукой:
      — Ну где ты застрял! Иди сюда!
      С довольно глупым видом подхожу ближе, и нетерпеливый Маньяк почти втаскивает меня внутрь.
      — Э-эй, Шурка! Ты чего! Это ведь одноместная кабинка!
      Мой приятель, не говоря ни слова, захлопывает за нами дверцу и… дергает за цепочку сливного бачка. С шипением и урчанием проносится в канализацию поток воды, а я с окончательно офонаревшим видом смотрю на Шурку и никак не могу решить, у кого же из нас дип-склероз в более запущенной стадии?
      Маньяк видит мое лицо и давится смехом:
      — Леня, помнишь "Варлок"-9000?
      — Угу…
      — А это его продвинутая версия. "Клозет"-2000 называется. Прямое внепрограммное перемещение через глубину.
      — Я так и понял, — торопливо киваю.
      — А ты что подумал?
      Шурка распахивает дверцу кабинки.
      Никакого кафеля, никакой сантехники.
      Поляна посреди тропических джунглей. Закат. И на фоне заката, вполоборота спиной к нам, маячит гигантская фигура. Слава богу, на этот раз не Гейтс работы Церетели. Всего лишь тираннозавр. Без всяких модерновых изысков. Скромный и даже в чем-то обаятельный доисторический живоглот.
      Похоже, мы заглянули не вовремя: у динозавра перерыв на ужин. Приоткрыв пасть в широкой "американской улыбке", обаяшка-Тирекс склоняется над группкой оцепеневших туристок. Физиономии у них еще те. Сразу видно — новички.
      Вот только где же обещанный Дос?
      Маньяк озабоченно сопит и вполголоса ругается. Похоже, что-то идет не так.
      — Эй! — машет он рукой в направлении девиц. — Э-эй!
      Никакой реакции. И динозавр, и туристки слишком увлечены друг другом.
      — Эй!
      Тирекс издает утробный рев, девицы отчаянно визжат.
      Шурка вежливо покашливает:
      — Я, конечно, извиняюсь… Не подскажете, это "Парк Культуры и Отдыха имени Стивена Спилберга"?
      Наконец-то на нас обращают внимание.
      Не девицы. Девицам по-прежнему наплевать на двух психов, путешествующих в передвижном сортире.
      Царственным вниманием нас удостаивает лично крошка Тирекс. Даже удивительно, как это при его размерах ему удается так быстро двигаться! Щедро оснащенная полуметровыми зубами пасть оказывается всего в нескольких метрах от нас.
      Ого! А ведь эти девицы визжали не зря! До Гейтса этот малыш, конечно, не дотягивает, но честное слово… Потихоньку отступаю назад.
      М-да. Настойчивости Шурке не занимать. Вместо того чтобы дергать за спасительную цепочку, он продолжает допытываться:
      — Девушки, я еще раз дико извиняюсь… Это "Парк Культуры и…
      Девицы тупо пялятся на Маньяка. Тирекс вновь оглашает джунгли громоподобным ревом, делает еще один шаг, нависает над нами многотонной горой мяса и… вполголоса бормочет:
      — Да Парк! Парк! Вот привязались! Не мешайте работать!
      — Большое спасибо! — Шурка улыбается улыбкой примерного первоклассника, захлопывает дверцу и спускает воду.
      Переглядываясь, ждем пару минут. Кабинку слегка трясет, сверху над головой клубится плотный белый туман и пару раз кто-то пытается открыть дверцу снаружи.
      — Занято! — одной и той же фразой пресекает Маньяк эти попытки.
      Наконец все стихает. Пора.
      Выбираемся наружу.
      Просторная прихожая, толстый цветастый ковер на полу.
      Похоже, на этот раз Шурка вполне доволен результатом:
      — Добро пожаловать в убогий приют хакеров!
      Впрочем, убогостью здесь и не пахнет. Хрустальная люстра, например, настоящее произведение искусства, да и стены, обшитые моренным дубом, — это вам не ширпотреб из стандартного набора "Майкрософт-Дизайнера".
      Покинув прихожую и миновав небольшой коридорчик, раздвигаем тяжелые шторы темно-красного бархата и… предстаем перед всей честной хакерской компанией.
      Следует немая сцена а-ля "Ревизор". Воспользовавшись заминкой, беззастенчиво разглядываю собравшихся… Ого. Куда это я попал?
      После "души прекрасных порывов" резонно было бы обнаружить, если не Северное или Южное, то по крайней мере какое-нибудь "Северо-Западное общество".
      Однако.
      Длинный стол с остатками отнюдь не аскетичной трапезы. Во главе стола — седовласый здоровяк с грубыми чертами лица. Направленный на меня взгляд — внимательный и ничего доброго не предвещающий.
      Впрочем, и остальные физиономии словно срисованы со стенда "Их разыскивает милиция". Неужели это и есть те самые благородные "декабристы", поклявшиеся свергнуть ненавистного узурпатора Билла? Не хотел бы встретиться с ними в темном переулке. Фу-ты, о чем я думаю. Уже встретился…
      Бр-р-р… По-моему, кто-то смотрит на меня весьма заинтересованно. И даже слишком. Двухметровый, весь покрытый татуировками громила в углу подмигивает и как-то таинственно улыбается.
      Ну, Маньяк, ну удружил! Если это — цвет хакерского общества, уж лучше иметь дело с Гейтсом! У того хоть ориентация стандартная!
      Глубина-глубина… Спокойно, дайвер, спокойно…
      Незаметно, бочком подвигаюсь ближе к выходу. На всякий случай. А то и считалочку свою не успеешь договорить.
      Шурка совсем не замечает моих терзаний и озаряет комнату улыбкой:
      — Всем привет!
      Седовласый здоровяк ухмыляется, пряча колючий взгляд в ласковом прищуре:
      — Привет, привет. Давно не виделись.
      Голос у него низкий, чуть глуховатый, с хрипотцой:
      — Присаживайтесь, в ногах правды нет. Покалякаем о делах наших скорбных.
      Он пододвигает Маньяку стул, и я замечаю, что у седовласого горб. Тьфу ты, ну есть тут хоть один нормальный человек!
      Садимся.
      — Это — Леонид, — представляет меня Шурка. — Он — дайвер.
      Кто-то хихикает. Хакеры переглядываются. На физиономиях у них расплываются издевательские ухмылки.
      Маньяк недоуменно хмурится, но продолжает:
      — Все уже слыхали про "Pampers and Snikers"?
      — Это про то, как тебе интерфейс начистили? — щедро намазывая бутерброд икрой, хмыкает упитанный мордоворот. — Как же, наслышаны.
      — А тебе это кажется забавным, Жирдяй? — злится Шурка.
      — Не-а, не очень. Подумаешь, спьяну мордой в клавиатуру упал. Со всяким бывает.
      Маньяк не выдерживает и швыряет в обидчика тарелку с мелко нарезанными маринованными огурчиками. Тот пригибается, тарелка пролетает мимо, и Жирдяй, в свою очередь, готовится запустить в Маньяка блюдцем с икрой.
      — Ну-ну, успокойтесь, горячие финские парни, — машет рукой седовласый.
      — Это просто какая-то обструкция, — возмущается Шурка.
      — Чего-чего?
      — Говорю, хренотень какая-то выходит. Серьезные дела творятся, угроза для всей глубины! А этой обожравшейся скотине — все хиханьки да хаханьки! Честное слово, Дос, — пора его форматировать!
      — Ну-ну, — грозит кулаком Жирдяй. — Я тебя сам так отформатирую, что родной БИОС не узнает!
      — Хватит! — грохает кулаком по столу седовласый. — Поцапались, как два сопливых юзера. Тут надо не криком… Обмозговать надо…
      — Кого ты слушаешь, Дос, — увещевающе бормочет Жирдяй, вновь принимаясь за икру. — Забыл, что ли, как он пиво в глубине "мышкой" закусывал? Он же ее за тарань принял и наполовину сжевал. Вместе с проводом.
      — Подлая клевета! — искренне возмущается Шурка.
      — Да ты же сам показывал, что от нее осталось, — хихикает Жирдяй, и в физиономию ему немедленно летит котлета.
      Из всей этой дискуссии я извлекаю единственную полезную информацию. Выходит, седой горбун — это и есть прославленный Шуркин Дос. Честно говоря, я представлял его совсем другим. Скорее, уж похожим на самого Шурку. А этот… Этот…
      Словно уловив мои мысли, седовласый поворачивается ко мне и широко улыбается:
      — Давайте дадим слово нашему гостю. А то он уже заскучал. С чем к нам пожаловал, дайвер Леонид?
      Честное слово, от этой его "ласковой" улыбки — мороз по коже! У любого. Но не у меня, конечно. Я в глубине всякое повидал. Меня на такие дешевые трюки не возьмешь.
      Смотрю этому Досу прямо в глаза и спокойно излагаю свой план. Ну разве что слегка заикаюсь. А еще, по-моему, колено у меня дрожит… Но это ничего, это мелочи…
      Дос сидит с каменным лицом. Остальныек по мере моего выступления, качают головами и начинают перешептываться.
      — Это все? — спрашивает горбун, когда я замолкаю.
      — Да.
      Целую минуту длится гробовая тишина. Потом откуда-то из угла, из-за пианино доносится возмущенный женский голос:
      — Да что вы его слушаете! Он же подосланный! Штаб квартиру Дибенко брать — нашел идиотов!
      — Он знает что говорит! — заступается за меня Шурка. — Он — дайвер!
      — Ха! Дайвер! — ухмыляется бдительная женщина. — Какой там из него дайвер! У него же "Виндоус-2000" на лбу написано!
      — Но-но!.. — возмущается растерянный Маньяк. — Я…
      — Успокойся, Шурик, сядь, — твердо говорит Дос. Седовласый поворачивается ко мне и качает головой:
      — Бабу не проведешь. Баба — она сердцем чует… На лице его снова расплывается та самая, убийственно ласковая ухмылка:
      — Обмануть нас хотел… Дури-илка "экстишная"!
      Укоризненно цокает языком:
      — Думал, мы не знаем дайверов? У вас что в "Майкрософте" — одни придурки? Или мы на придурков похожи?
      — Да нет, что вы, — торопливо заверяю его. — Абсолютно никакого сходства!
      Дос вздыхает:
      — Череп, дружок, подойди ближе, пожалуйста. Пускай он увидит напоследок, как выглядит настоящий дайвер.
      Несмотря на всю пиковость ситуации, едва сдерживаю нервный смех. Это даже становится забавным. Окидываю почтенное собрание любопытным взглядом: кого же из них поставят мне в пример?
      И вдруг замечаю, что из-за стола встает… тот самый покрытый наколками двухметровый громила нестандартной ориентации.
      Хорошего они мнения о дайверах!
      Череп приближается вальяжной неспешной походкой, и к своему ужасу, я обнаруживаю на его волосатой груди свежую татуировку: "Не забуду Леонида!" Рядом — проткнутое стрелой маленькое сердечко. И когда ж он, гад, успел!
      Череп подмигивает, сладко улыбается, и мне становится совсем нехорошо.
      Глубина-глубина!.. Нет. Не буду. Проклятый дип-склероз… Драпать, словно сопливый "чайник", — не дождетесь!
      Я ведь все еще дайвер! Пускай, как и остальные, растерявший большую часть своих способностей… Но с какой стати я должен бояться нарисованных уголовных рож?! Да я им сам такого могу нарисовать, что у них глаза на лоб полезут! Меня на такие дешевые штучки не купишь!
      В конце концов — чего бояться! Вирусная защита у меня Шуркиного производства — а уж он в этом деле ас! Во всяком случае, компьютер отключить успею! А если и не успею — плевать! Дайверы не сдаются!
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2