Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Убийство в токийском Американском клубе

ModernLib.Net / Детективы / Коллинз Роберт / Убийство в токийском Американском клубе - Чтение (стр. 5)
Автор: Коллинз Роберт
Жанр: Детективы

 

 


      Приятной неожиданностью для Энджи, наконец покинувшей своё заточение на кухне и переместившейся в гостиную, стал визит полицейского детектива капитана Кавамуры. Он принёс японские рисовые печенья и липкие пончики с пастой из красной фасоли внутри - подарок от жены. Кавамура спокойно сидел, пока Энджи приготовила чай и съела два пончика. О Пите он мало говорил, но, казалось, искренне интересовался друзьями Энджи и её ближайшими планами. Может, оттого, что он умел хорошо слушать - или плохо понимал английский Энджи обнаружила, что рассказывает о своей жизни и чувстве безысходности, давно не отпускавшем жену генерального менеджера клуба. Капитан Кавамура, кстати, не пытался осудить её любовное увлечение, что непременно сделали бы другие. Он лишь заметил, что "по-человечески это очень понятно". Также он сообщил, хотя необходимости не было, что распорядился поставить у входа в её квартиру полицейского, на случай, если ей понадобится помощь. Хороший он человек.
      Хуан Карлос, шеф-повар клуба, он её, конечно, не забыл. Отец Энджи родился в Испании, однако в двадцать лет эмигрировал в Соединённые Штаты. Она не была знакома с родственниками со стороны отца, пока однажды, накануне её замужества, в Пенсильвании не объявился Хуан Карлос. Оказалось, отец Энджи и отец Хуана Карлоса - братья. Хуан Карлос на три года моложе Энджи и, как это ни забавно, он её двоюродный брат. Когда он остановился в своей "американской семье", он планировал поступить учеником в какой-нибудь отель на Гавайях. Несмотря на его протесты и слёзы, Хуана Карлоса пригласили на свадьбу, и он публично унизил Энджи, поцеловав её мужа игрока в софтболл из Скрантона, штат Пенсильвания - прямо в губы. Хуже того, он вопил как ребёнок, когда Энджи оставила свою работу секретарши и уехала на медовый месяц в Атлантик-сити. С тех пор, пока Энджи оставалась с первым мужем, его друзья не упускали случая высказаться по поводу того поцелуя.
      - Ну вот, Анхела, - произнёс Хуан Карлос, войдя к ней в дом, - похоже, ты вернёшься в свой банк в Филадельфии. - Хуан Карлос не очень-то одобрял её второе замужество - брак с Питом.
      - Я не нуждаюсь сейчас в твоих советах, - ответила Энджи. - Мне нужно время, чтобы подумать о своём будущем, не спеша и серьёзно. - Отношения Энджи и Хуана Карлоса вполне допускали подобную прямоту в высказываниях.
      - Но тебе лучше убраться отсюда поскорее, Анхела. У тебя ведь нет здесь настоящих друзей.
      - Я знаю.
      Хуан Карлос подошёл к стулу рядом с телескопом, сел и начал наводить фокус на "отель любви".
      - Анхела, кто, по-твоему, убил Пита? - спросил шеф-повар, погрузив один глаз в телескоп. - Мне кажется, этого человека мы знаем оба.
      - Возможно, - согласилась Энджи. - Но дела мне до этого нет никакого. Пита этим открытием не вернёшь.
      - Кстати, полиция меня подозревала... - признался Хуан Карлос.
      - Это ты?
      - Нет, конечно. Анхела. Пит никогда не бывал на кухне. Он ко мне не лез.
      Несколько минут они провели в молчании: Хуан Карлос смотрел в телескоп, а Энджи похрустывала рисовым печеньем.
      - Этот телескоп, мне кажется, имеет отношение к смерти Пита, - сухо проговорила Энджи.
      - Что? - переспросил Хуан Карлос, поворачиваясь к кузине лицом.
      - С этим телескопом что-то связано...
      - Я слышал, что ты сказала, но не возьму в толк, при чём тут телескоп?
      - Питу показалось, что он увидел его с одной девкой из бухгалтерии. Подтяжки ему показались знакомыми.
      - Да о чём ты говоришь. Анхела?
      - Они разноцветные были, эти подтяжки. Он успел их рассмотреть, прежде чем там зашторили окна...
      - Кто?
      - И, я думаю. Пит пригрозил всем рассказать. Из-за конфликта с продлением контракта, разумеется.
      - Кто, Анхела, кто? - потрясённый Хуан Карлос вскочил со стула и приблизился к кузине.
      - Калхэйн.
      - Бог ты мой! - Хуан Карлос от неожиданности рухнул рядом на диван. Бог ты мой!
      - Впрочем, - Энджи поднялась и направилась в сторону кухни, - Пит сказал, что, возможно, он ошибся.
      - Постой-ка, Анхела, для меня не надо ничего готовить.
      - Может, чашечку кофе?
      - Да нет же. Мне пора домой. Я только хотел отдать тебе вот это, Хуан Карлос последовал за Энджи на кухню, там он положил на стол пакет. - Я тут колбаски приготовил, так что подкрепись.
      Энджи проводила Хуана Карлоса до дверей и, остановившись, смотрела, как её кузен надевает ботинок. По причинам, ясным лишь для Хуана Карлоса, он, когда входил, снял только один ботинок.
      - Калхэйн? - переспросил Хуан Карлос, прежде чем уйти.
      - Да, Калхэйн, - подтвердила Энджи и закрыла дверь.
      ГЛАВА - 29
      Примерно пятнадцать минут оставалось до встречи с Такэсита, и капитан Кавамура, пользуясь относительным затишьем, решил привести результаты своих расследований в надлежащий порядок. Устроившись за столом, который раньше занимал Пит Питерсон, Кавамура ощутил ауру тайны - так с ним часто бывало, когда он оставался наедине с вещами жертвы, которую постигла неожиданная смерть. Стол Пита был усеян всяческими деловыми бумагами с загадочными пометками, рядом стояла полная корзина для бумаг, особое место в середине стола занимала аккуратная стопка исходящих на подпись. Полуистлевшая сигара, которую дактилоскописты вернули в пепельницу, сняв отпечатки пальцев, как бы дожидалась хозяина...
      Повсюду были фотографии: в рамках, просто прислонённые к стене, на стопках меню и прочих документах клуба или сложенные по нескольку штук вывод, что Пит был человеком общительным, напрашивался сам по себе. Ежели судить по фотографиям, Питу обычно было веселее всех. И возраст его не особенно портил. Вот раннее фото - он стройный, красивый, с шевелюрой тёмных волос. Возраст легко угадывался: ёжик - Пит молодой, со зрелостью пришла седина и волосы стали длиннее, затем появились бакенбарды, что, на взгляд Кавамуры, лицу Пита придавало несколько зловещий вид. На всех фотографиях в глазах читалось одно - твёрдость характера и решительность. Даже на последних, особенно где Пит с Дж.Б.Калхэйном на инаугурации в президенты клуба: он выглядит так, будто контролирует не только себя, но и окружающих. Волосы снежно-белые.
      Тим Кавамура сделал себе мысленную пометку, не меньше чем в сотый раз за годы в полиции, привести свои дела в порядок - на всякий случай - и переключил внимание от окружающего к резюме, которое он составил по проведенному к настоящему времени расследованию убийства. Да, жуткая смерть...
      Дж.Б.Калхэйн, похоже, к убийству Пита не причастен. Он весь вечер занимал внимание гостей, когда с Питом расправлялись внизу. И вообще, он как-то искренне несведущ в делах клуба, всего того, что происходило за пределами конторки администратора. Ну и наивность проявил, полагая, что любовную связь умеренной интенсивности можно утаить от служащих-японцев. А ведь двадцать семь штатных сотрудников сочли необходимым донести о флирте президента клуба с кем-то по имени Мидори из бухгалтерии. Однако эта ситуация, плюс неясности с деятельностью Пита не давали развиться сценарию по формуле "мотив-средство-возможность". Калхэйн, человек в своём роде совершенный и в то же время совершенно поверхностный, в подозреваемые совершенно не годился.
      Кавамура взглянул на следующее имя в списке. Энджи Питерсон напомнила ему подружку одного из олимпийских копьеметателей, охранять которого ему поручили когда-то много лет назад. Мужчина, подумал Кавамура, может на многое пойти ради интимной связи с такой женщиной. Для иностранцев, возможно, золотистый цвет волос не столь привлекателен, как для него лично, однако красоту мисс Питерсон общий мужской консенсус наверняка поставил бы достаточно высоко. Конечно, она не убивала Пита, так как из танцевального зала тоже не выходила. Но вот создать мотив убийства - могла бы. От её имени Кавамура провёл карандашом стрелку к Батчу Перси.
      Перси не очень-то поддавался на расспросы, и его нежелание раскрыть свои отношения с людьми в клубе, возможно, связано с миссис Питерсон. Она сказала Кавамуре, что этот человек безопасен - но тем не менее именно он получит выгоду, если выгонит свою жену, от смерти мужа своей любовницы. Он вполне годится в подозреваемые - и Кавамура рядом с его именем поставил вопрос. Связь с охранником тоже пока не ясна.
      Шеф-повар Хуан Карлос, на первый взгляд, больше всех подходил на роль убийцы: неустойчивая психика, под рукой орудия убийства, очень натянутые отношения с Питом, хорошо ориентируется в помещениях нижнего уровня. И посты охранников он тоже, вероятно, знал.
      Однако откровенность его поведения и отношения - он не раз грозился убить Пита, если тот переступит порог кухни - сводили мотив преступления на нет. Может - Кавамура, задумавшись, нарисовал ещё один знак вопроса - с этим шеф-поваром следует побеседовать иначе... ?
      Горди Спаркс - сам сплошной вопрос, а не человек. Нервозен, неуравновешен - очевидные признаки вины. С другой стороны, он всегда такой. Разволновался, когда его расспрашивали о теле в бассейне, увиденном им из окна четвёртого этажа, точно так же отреагировал на вопросы о его работе. Все его заявления звучали очень искренне, говорил ли он о своём восхищении Питом или о том, что совсем не знал охранника, или просто называл своё имя. К Спарксу имело смысл присмотреться, но почему, Кавамура не мог бы сейчас сказать.
      Были, конечно, и другие подозреваемые, считай хоть сотнями. Судя по их записанным показаниям, более пятидесяти человек успели побывать в туалетах в период убийства Пита, да и опоздавшие вполне могли с ним столкнуться на пути в клуб. Связь гостей с охранником сложно вообразить, как, впрочем, и работников тоже. В такой крупной организации наверняка кого-нибудь задел... охранник... и кто-то - член клуба, работник или посторонний, случайно оказавшийся на территории.
      Капитан Кавамура отбросил карандаш на стол и, прикрыв глаза, откинулся в кресле Пита - оно было удобное, не сравнить с тем, что стояло в полицейском офисе. В минуты, когда появлялось ощущение, что нить расследования теряется, Кавамура вспоминал прохладные чистые озёра на родном юге Японии: прогулки вдоль извилистых берегов, а ещё лучше - он в гребной лодке с удочкой - какое сладкое ощущение покоя, когда просто смотришь на поплавок и ни о чём не думаешь.
      Кавамура, погрузившись в грёзы, чуть не уснул - и не удивительно, ведь с момента вызова в ту пятницу в Американский клуб по сегодняшний воскресный вечер он едва ли отдохнул шесть часов - но в дверь постучали. Один из его сержантов доставил в клуб менеджера по закупкам, Такэситу, как и договаривались - в два часа. Кавамура, взглянув на вошедшего, понял, как повести беседу. А говорить на сложные темы легче, всё-таки, по-японски.
      ГЛАВА - 30
      Горди Спаркс всё видел. Он из окна своей комнаты в Адзабу Тауэрс глазел на площадку Американского клуба, как вдруг заметил капитана Кавамуру и Такэситу, прогуливавшихся в районе бассейна в сопровождении крепко сложенного полицейского в серой форме, такую обычно носят спецотряды полиции.
      Капитан Кавамура и Такэсита что-то увлечённо обсуждали, хотя говорил в основном менеджер по закупкам. Судя по их поведению и жестам, беседа была не из простых. Полицейский в серой форме не отставал от Такэситы, всё время держался сзади.
      Горди осознал, что игра закончена, когда увидел их всех входящими в заднюю дверь главного здания клуба - рядом с баром-закусочной на площадке бассейна. Такэсита после некоторого раздумья указал в сторону квартиры Горди, прежде чем его втащили внутрь и он скрылся из виду. Горди инстинктивно отшатнулся от окна в тот момент, когда на него указали, но тут же понял, что это уже не имеет значения.
      Скользящая дверь в гостиной квартиры Спаркса открывалась на выступ, обегавший снаружи, всю квартиру по периметру. Фактически выступ этот был крышей самого здания - пентхаус Горди представлял собой отдельное сооружение наверху - и служил более опорой для растений и деревьев в кадках под открытым небом, нежели как обычный балкон. Горди выходил на этот выступ только один раз прежде, в тот день, когда они с женой сняли эту квартиру.
      Горди прикрыл дверь и осторожно шагнул к ограждению. Он всегда боялся высоты. Вообще-то самым высоким для него зданием до окончания колледжа в Бостоне был трёхэтажный универмаг, куда он время от времени приходил со своей бабушкой в юные годы. На просторах Монтаны не было нужды строить высотные здания.
      Сколько себя Горди помнит" ему постоянно приходилось преодолевать свои страхи, самые разные. Он единственный знает, каких усилий ему стоили публичные выступления в колледже, страх же высоты он сполна ощутил на своей первой работе в центре "Манхэттэн Тауэр", а узы вдруг замаячившей семейной жизни тоже его не обрадовали. Настойчивая решимость, а вовсе не психологическая установка, помогла Горди справиться со всеми трудностями. Даже нынешняя работа представителя Западной ассоциации производителей мяса в Японии стала возможной в результате развившихся у него силы воли и упорства в борьбе за достижение цели.
      Когда его повели осматривать бойню вблизи его родного города в Монтане, владелец престижных дипломов по маркетингу и экономике упал в обморок на посыпанную опилками землю, подпортив свой модный дорогой костюм. Горди, однако же, улыбнулся, вспоминая добродушные насмешки своих новых работодателей.
      Тени от здания центра отдыха сейчас, при заходящем солнце, протянулись почти по всей площадке бассейна. Зимой в Японии темнеет рано, часам к пяти. Вдруг Горди заметил, что с особым вниманием рассматривает тень, пролегшую по зыбкой поверхности воды.
      Самой колоссальной ошибкой в его жизни было объединиться с Такэсита, хуже того, эта связь была порождена слабостью - его слабостью.
      Ассоциация, конечно, по окончании контракта рассталась бы с ним, если бы не неожиданные и большие успехи в "японском секторе". Горди вменили в обязанность расчистить, насколько возможно, каналы поставки мяса в Японию и найти новые, более эффективные пути. Главным было повести дело так, чтобы ограничения на импорт американской говядины постепенно уменьшались. И второе - в период расчистки и определения новых путей торговля должна расти. Ведь бизнесмены, а не государственные деятели, платили ему заработную плату.
      Откровенно говоря, со стороны американских экспортёров не обошлось без наложения интересов. Зернопроизводители США, к примеру, получали куда больший доход от своих поставок в Японию, нежели производители мяса. Японский скот, из которого в дальнейшем получалась японская говядина, не только пожирал американское зерно, но также и обеспечивал выгодную субиндустрию, а именно: экспорт американской люцерны для грубых комбикормов. Стебли сухого риса для этого не годились.
      В ходе войн из-за торговых интересов конфликтующие стороны в США так или иначе стремились оказать давление на японское правительство. А поскольку японцы считали это признаком слабости, барьеры должны были продержаться до разгромного конца. Работа Горди была не из лёгких, что бы о ней ни думали другие.
      Сделка, согласно которой Такэсита производил закуп огромного количества американской говядины для клуба и затем перепродавал её через задние ворота, была лишь кратковременным решением проблем Горди, однако она позволяла поднять планку плановой кривой на три-четыре процента. В общем-то это пустяк, но позитивный показатель в работе гарантировал продление срока пребывания в Японии.
      Горди не искал мелких выгод от союза с Такэсита, он просто поверил уверениям этого человека, что значительная часть доходов уходит на нужды шефа. Всё, чем занимался Такэсита, Горди казалось далёким, он и не беспокоился. Однако неожиданно его спокойствие было нарушено признанием в убийстве. Чёртов охранник из Советского посольства случайно узнал о происходящем на складах снабжения в клубе. Один из его постов располагался почти у входа, и ночные выдачи из складов, естественно, вызвали подозрения. Такэсита поклялся справиться с неуклюжими попытками охранника шантажировать его, пообещав, что возьмёт его на работу официантом и, уже оказавшись на этом месте, тот сможет участвовать в прибылях. Горди до некоторой степени был согласен в этом с Такэсита, ибо, по мнению последнего, это было "нормальным японским решением" вопроса в обстоятельствах, где знание равнялось силе.
      Горди едва услышал жену, чей голос донёсся из квартиры, она его звала. Он, стоявший снаружи за дверью гостиной, тут же шагнул к выступу напротив сплошной стены между гостиной и кухней. Жена пришла от Энджи Питерсон, но он не готов был её сейчас выслушать.
      Невероятные откровения Такэситы в ночь вторника - что он уже позаботился об охраннике - повергли Горди в самый что ни на есть шок, такого ужаса в своей жизни ему ещё не приходилось испытывать. Как каменный - в баре "Хайлэндер" отеля "Окура" - он сидел и слушал Такэситу о подробностях совершённого убийства.
      Такэсита велел охраннику явиться в клуб в смокинге для "генеральной репетиции" обслуживания, которое готовилось для пышного ежегодного обеда с танцами, назначенного на следующий вечер. Так как охранник не относился к категории "штатного" работника, ему было предложено проникнуть в клуб через задний ход, прикрытый ржавыми дверями. Ничего не подозревая, тот именно так и поступил.
      Под предлогом ознакомления охранника с "рабочим оборудованием" Такэсита увлёк его в мясной морозильник, в секцию, где мороженное мясо оттаивалось двадцать четыре часа, прежде чем поступить наверх в главную кухню. Вот когда Такэсита объяснял всё это, Горди извинился и убежал в туалет, где его вырвало - Такэсита, однако же, успел описать ему, как отрубал охраннику голову огромным мясницким ножом, специально взятым для этого в кухне.
      В трансе - мысли разом все спутались - Горди попытался взвесить все за и против этой ужасной ситуации. Такэсита утверждал, что расчленённое тело там в безопасности: никому из работников, которые озабочены приготовлениями к ужину и танцам в пятницу и в голову не придёт оказаться рядом с мясным морозильником, однако вещественное доказательство, а именно тело ёсио Эндо, можно убрать с территории клуба следующей ночью вместе с излишками говядины, предназначенными для популярных токийских заведений, где готовят "сябу-сябу" и "тэппанъяки". - Что касается тела, - добавил Такэсита, - пока пусть оно полежит в морозильнике.
      Горди, со своей стороны, утверждал, что если случайно найдут мёртвое тело и голову (Бог ты мой, неужели это правда?) в любом месте клуба, хоть отдалённо связанном с мясом, последует соответствующее расследование. Тогда аферы с перепродажами непременно вскроются.
      Встреча в эту ночь накануне ужина с танцами в клубе закончилась кисло. На Такэсите висели почти шестьдесят миллионов иен, Горди вместо продления срока работы ещё на пару месяцев мог быть публично изобличён. А тут как раз Такэсита плеснул масла в огонь, заявив, что "ещё не разобрался с шеф-поваром".
      В квартире жена Горди включила свет. Бассейн полностью покрыли тени. В фойе клуба вскоре зажглись огни. Смеркалось.
      Во время коктейлей, то есть перед ужином с танцами, Горди решился действовать. Внизу, как бомба замедленного действия, лежал мертвец, посторонний, никому не нужный, самая что ни на есть головная боль. Горди воспользовался общим хаосом в промежутке между тем, как все расселись, и тем, когда был подан суп, чтобы спуститься на склад и избавиться от улик отделить мясо от мяса. Чёрт бы его побрал, этого придурка Такэситу...
      Несколько драгоценных минут ушло на то, чтобы определить местонахождение расчленённого охранника. В общем-то, глаз случайного посетителя этой довольно объёмной секции вряд ли сразу обнаружил бы жертву. Голова находилась в картонной коробке на полке чуть выше уровня глаз. Тело, одетое в смокинг, покоилось за рядами подтаявших окороков, приготовленных для воскресного буфета. Мясницкого ножа не было видно, Такэсита упоминал, что забросил его рядом, в главный морозильник.
      Закинуть голову в тележку из прачечной оказалось несложно: Горди ощущал лишь картон коробки. Однако тупой удар о кучу грязных полотенец на дне заставил его содрогнуться и быстро сглотнуть - подташнивало. С телом всё было иначе. Ухватив за лодыжки, Горди потащил его к тележке. На полпути опустил, подошёл к двери и выглянул поверх громоздившихся ящиков, переводя дыхание. Взять и всё бросить или заболеть он уже не мог, так как зашёл слишком далеко. Горди вернулся к телу и, рывком схватив его и стараясь не смотреть на морщинистый обрубок, торчавший из-за белого воротничка рубашки, втолкнул труп в тележку. Руки чувствовали холод ткани, само же тело, лишённое тепла, меньше всего напоминало что-либо человеческое.
      Горди особо не представлял, куда везти голову и тело. Им двигало единственное желание - избавиться от соседства со столь серьёзными уликами, и чем дальше они от мяса, тем лучше. Если удастся поднять всё это на первый этаж, у него будет выбор - центр отдыха, автостоянка, даже можно перекинуть через забор, пусть проблему решают соседи.
      Когда на уровне кухни Б1 замер лифт, сердце Гордона Спаркса чуть было тоже не остановилось.
      ГЛАВА - 31
      Двери лифта открылись в коридор, сейчас пустой, вёл он на кухню. Горди напряжённо ждал, одна рука прикрывала рот, другая удерживала за край тележку из прачечной, внутри которой лежали голова и тело охранника. Из кухни доносилось звяканье кастрюль и сковородок вперемешку с голосами. Пока ещё никто не помешал, дошло до сознания Горди.
      Вдоль коридора у стены стояли точь-в-точь такие же тележки. Слева в открытую дверь виднелись круглые разносы, справа - шкафчики раздевалки. Жужжание автоматически закрывающихся дверей заставило Горди очнуться. Что-то нужно предпринять. Срочно. Он вжал ладонью кнопку "откр.", выкатил из лифта тележку в комнатку слева. Похоже, его не заметили. Он стоял, упершись руками в тележку и соображая, как быть дальше. Двери лифта закрылись, мелодично заурчали шестерёнки - лифт вызвали на другой этаж. А это значит, что обратно он вернётся не пустой. Меньше чем через минуту здесь появится человек.
      А если просто оставить здесь тележку? Но ведь комната эта используется, отсюда отправляют наверх еду. Значит, содержимое тележки обнаружится почти сразу - Горди даже не успеет занять своё место за столиком. То же самое случится, если он просто задвинет тележку в ряд прочих. Горди знал, что это затишье краткое: скоро набегут официанты, и здесь станет по-настоящему шумно. Жужжание лифта прекратилось, где-то наверху открылись двери.
      Горди схватил ведро для мытья полов и швабру, стоявшие в углу комнатки за кучей покорёженных разносов. Уперев швабру в плечо жертвы, он потянулся внутрь тележки и, вытащив за волосы голову ёсио Эндо, бросил её в ведро, задвинул ведро в дальний угол, накрыл сверху куполообразной крышкой и закидал разносами. Жужжание лифта возобновилось.
      Горди снова уцепился руками в тележку и лихорадочно соображал - что же делать, как вдруг до него дошло, что жужжание прекратилось. Лифт на его этаже.
      Бросив тележку, Горди ринулся через коридор в раздевалку для служащих. И успел скрыться: двери лифта только-только открывались. Однако краем глаза он заметил, что на другом конце коридора, у входа на кухню, находились повара, он не был уверен, но молил Бога и надеялся, что они стоят к нему спиной.
      У ближнего края шкафчиков, тянувшихся в несколько рядов в сторону кухни, Горди заскочил в туалет, предназначенный, как это принято "за кулисами" в Японии, для обоих полов. В одной из кабинок европейского стиля он опустил крышку унитаза и сел - в надежде собраться с мыслями. Мой Бог, умолял он, не позволь женщине войти сюда. В животе появились знакомые спазмы, он только сейчас понял, что от ужасов последних дней даже заболел. Горди взглянул на часы: с момента окончания коктейля прошло всего десять минут, однако пережитого хватит до конца жизни. Тело ёсио Эндо - стучало в голове - от него нужно избавиться немедленно.
      Горди вышел из кабинки и направился к двери, приоткрыл её, уже хотел было войти, как вдруг заметил смокинг, скользнувший в сторону шкафчиков. Произошло это до странности быстро, да и шкафчики не давали рассмотреть толком.
      Ну, подумалось Горди, пусть всё остаётся на своих местах. Он неожиданно осознал, что вполне успевает к ужину: до тех пор обезглавленное тело охранника не обнаружат. Горди на цыпочках приблизился к металлической двери и опасливо выглянул в коридор. Он был пустой - повара, недавно стоявшие в конце коридора, ушли, вероятно, на кухню. Двери лифта закрыты, на табло светится лампочка уровня Б1. Плохо, конечно, если тело найдут в тележке из прачечной, однако то обстоятельство, что оно без головы, может отвлечь всеобщее внимание от мяса. Жаль, что голову тоже скоро найдут: ведь она в той же комнатке...
      Втянув воздух, Горди побежал к лифту. По пути, желая убедиться, на месте ли тележка, заглянул в комнатку. И буквально застыл, шокированный её отсутствием. Сама же жертва, без головы, привалившись к стене, покоилась на полу, как бы давая понять, насколько танцы были утомительны.
      Боже, да как такое могло случиться?
      Горди выхватил из ряда последнюю тележку и, прикатив в комнату, снова втолкнул в неё обезглавленный труп. Тело не было холодным, оно обмякло, видимо, от комнатной температуры, и на обрубке снова показалась кровь. Горди нажал кнопку лифта и вкатил тележку. Двери сомкнулись, тут вдруг донёсся топот ног: кто-то очень торопился к лифту. Заурчали шестерёнки и лифт тронулся - только сейчас Горди убрал палец с кнопки "закр."; внизу злобно стукнули по дверям шахты кулаком. Поднимаясь на первый этаж Горди размышлял, куда сбросить тело. И вовсе не о плавательном бассейне он думал.
      Сейчас, обозревая с выступа пентхауса "Адзабу Тауэрс", Гордон Спаркс принял решение. Ему предстоит смириться с унижениями и потерей работы. Жене придётся нелегко - в токийскую жизнь она влилась с такой же энергией, с какой поначалу противилась переезду в Токио. Сейчас она там, внутри, наверное готовится к завтрашнему ленчу, который устраивает для Женской группы.
      Он влип, влип по уши, просто так не отвертеться. Вероятно, будет суд, его имя растопчут, но в конце концов всплывут факты, и они покажут, что он изначально невиновен. Арест банковских счетов и изучение документов по инвестициям только подтвердят, что он к аферам Такэсита с его перепродажами не имеет никакого отношения.
      Стало темно, на улицах вспыхнули фонари. Очертания центра культуры едва угадывались - непривычно видеть его без огней, да и этажи главного здания, выше кухни, тоже тёмные. В понедельник, по идее, всё будет обыденным, за исключением семьи Спарксов. Горди услышал телефонный звонок. Ну вот, сейчас жена поднимет трубку и капитан Кавамура сообщит, что желает прийти. Петля затягивается...
      Горди стоял, прислонившись к ограждению на самом краю; времени, должно быть, прошло много, солнце уже скрылось за горизонтом. Горди оттолкнулся руками, желая выпрямиться, но ограждение вдруг пошатнулось. И вообще, оно служило больше декоративным придатком к выступу снаружи квартиры. Мгновение Горди балансировал на краю десятиэтажного здания. Он взмахнул руками назад, надеясь сместить центр тяжести, но не получилось. Он продержался ещё, сколько мог, и, вопреки всей логике, шагнул в пропасть. В полёте ударился головой о соседний балкон и уже без сознания приземлился на автостоянке "Адзабу Тауэрс" - скорость за время падения он набрал страшенную.
      ГЛАВА - 32
      - Это звонил капитан Кавамура, - сообщил своей жене Бампи Дж.Б.Калхэйн, вернувшись в гостиную. Ранний воскресный вечер, служанка-филиппинка в свой выходной поспешила на Роппонги прошвырнуться, дети притихли в своих комнатах - притворяются, что делают домашние задания. Один раз в неделю семья ужинает "по-дикому": пицца, якитори или китайские блюда с доставкой на дом. - Он хочет, чтобы я немедленно явился в клуб, продолжил Дж.Б., - говорит, что дело продвинулось.
      - О, мне жаль тебя, - всплеснула руками Бампи Калхэйн, - не нужно было отвечать на телефон. Я так и думала, что добром это не кончится.
      - Он ответил, что дело очень срочное. Может, преступление удалось раскрыть.
      - Хотелось бы. А то все...
      - Знаю, - вставил Дж.Б., - об этом все только и говорят.
      - Вот именно, это я и собиралась...
      - Послушай, Бампи, - прервал её Дж.Б., - Кавамура посоветовал дождаться его машины, меня бы подвезли. Но, чёрт возьми, я не хочу зависеть от них и торчать там всю ночь. Так что отправлюсь к нему на своей машине. До полуночи, конечно, я не вернусь... или сколько они меня там продержат. Если кто-то из его людей здесь появится, скажи, что я уже выехал в клуб.
      - А как же быть с ужином?
      - Перехвачу там чего-нибудь.
      - Я имею в виду нас здесь, - уточнила Бампи.
      - Ох, э... вели кому-нибудь из детей сделать заказ. А ещё лучше колбаски шеф-повара. Они, я знаю, вкусные. - Иногда, подумал Дж.Б. и, накинув на плечи спортивную куртку из твида от Харриса, вышел из дому.
      Гаражом в подвале резиденции Калхэйнов пользовались многие жильцы этого дома. Здесь всегда было идеально чисто, чего о других местах не скажешь. По какой-то причине - или благодаря особой конструкции автомобилей, или благодаря вмешательству сверхъестественных сил - обычные лужицы машинного масла никогда не образовывались под машинами. И конечно, зачищать место парковки Дж.Б. не приходилось.
      У него был выбор - две машины: одна принадлежала компании, водил её шофёр, и ещё - маленькая "Хонда" жены со свежей вмятиной на дверце. "Хондой" легко управлять, но, так как водитель не терпел посторонних за рулём, Дж.Б. выбрал именно автомобиль компании. В этом он видел путь к завоеванию авторитета.
      Вероятно, Дж.Б. остался жив лишь потому, что ему пришлось повозиться у дверцы с непривычными ключами.
      Стальной прут с опозданием в долю секунды обрушился вдогонку Дж.Б., склонившемуся за оброненными на бетонный пол ключами. Рванув край крыши и со звоном разбитого стекла вонзившись в дверцу, прут жестоким ударом прошёлся по спине Дж.Б.. Вслед за шоком от неожиданного насилия Дж.Б. почувствовал мучительно растекшуюся боль, он лежал на животе, ноги будто отнялись. Когда он поднял глаза, прут снова навис над ним. Кто-то пытался его убить. Дж.Б. резко отдёрнул голову, стальной прут врезался в пол у щеки, посыпались огненные искры с запахом гари, отскочивший осколок етона пробороздил Дж.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7