Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Твое место на зоне

ModernLib.Net / Криминальные детективы / Колычев Владимир / Твое место на зоне - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 4)
Автор: Колычев Владимир
Жанр: Криминальные детективы

 

 


И она добилась своего. Модная прическа, косметика, на шее бусы из крупного речного жемчуга. И все это на фоне природной красоты. Оксана была девушкой более чем просто симпатичной, такая же стройная, красивое вечернее платье отлично смотрелось на ней. Но все же это было не то. Не было того волшебного магнетизма, каким обладала Даша, который притягивал к ней мужские взгляды.

Даша сразу же оказалась в центре всеобщего внимания. И поначалу Сергей даже ощутил неловкость.

Олег был без палочки. Не хромал, шел с высоко поднятой головой, но ни капли зазнайства в его взгляде. Вроде бы налицо манеры породистого царского офицера, но, по своей сути, он свой в доску советский парень. Но Сергей косился на него с плохо скрытым недовольством. Ему не нравилось, что Даша оказывает Олегу знаки внимания – то мило ему улыбнется, то одернет Сергея, если он его вдруг перебьет.

Олег сделал заказ с таким видом, будто всю свою жизнь ужинал в ресторанах.

Разнообразием ассортимента ресторан похвастаться не мог. Совковый стандарт – котлета по-киевски, шницель по-министерски, лангет, ромштекс... Рыба, икра, овощные салаты, «Оливье»... Шампанское, коньяк, водка... И все. А больше и не нужно. Ведь в ресторане погоду делают не деликатесы, а сама обстановка – ощущение праздника, иллюзия свободы. Народ приходит сюда на людей посмотреть и себя показать, культурно выпить под хорошую закуску, потанцевать, кто-то ищет волнующих знакомств, не без этого... Только, увы, не всегда и не все ведут себя культурно. Кабаки притягивают к себе не столько сознательных граждан, сколько всякую уголовную шушеру. Потому и случаются здесь шумные гулянки, драки, поножовщина. Но пока что Сергей ничего подозрительного не наблюдал. И это успокаивало. Ведь его принадлежность к правоохранительным органам не позволит ему в случае заварушки оставаться в стороне. А так хотелось, чтобы вечер прошел спокойно.

Девушки пили шампанское, мужчины – коньяк. Сергей плотно закусывал, поэтому нисколько не пьянел. Зато Даша после третьего бокала слегка окосела. Щечки зарумянились, глаза заблестели. На Сергея почти не смотрит, зато Олег в центре внимания.

На эстраде играл вокально-инструментальный ансамбль. Репертуар Юрия Антонова, «Земляне», «Машина времени», «Динамик»... Люди потянулись на площадку перед эстрадой. Когда зазвучала медленная мелодия, из-за стола поднялась Оксана. Улыбнулась Сергею и пригласила его на танец. Он хотел было отказаться, но Даша сама подтолкнула его. Иди, мол, не обижай девушку. Он пошел. И Даша тоже пошла. Вместе с Олегом. Сама пригласила его на танец.

У Сергея внутри все похолодело, и это при том, что Оксана плотно прижалась к нему.

– Ты что, расстроился? – удивленно спросила Оксана. – Должна же Даша с кем-то потанцевать.

– Должна. Со мной.

– А мне с кем, с Олегом? Он же мой брат. Да не волнуйся ты, Даша с тобой хочет, а с Олегом она так, чтобы ты поревновал. Она мне сама об этом говорила. А я хочу, чтобы она тебя ко мне ревновала, – уже тише, но жарче прошептала Оксана.

Но на страстную волну Сергея настроить не могла. Оксана его не волновала, ему только Даша нужна.

А она словно чужой стала. После танца на Олега больше не глядит, но и Сергея не замечает. Сидит, куда-то в одну точку смотрит.

Снова зазвучала медленная мелодия. Сергей пригласил Дашу на танец. Она пожала плечами, неохотно подала ему руку.

– Что происходит? – с досадой спросил он.

– Ничего...

– Ты что, в Олега влюбилась?

– О! Какие страсти!.. – закатила она глазки. – Нужен он мне больно...

– А я тебе нужен?

– Ну ты же мой жених... – не без сарказма сказала она.

Сергей понимал, что теряет Дашу, но сдаваться не собирался.

– Олег – мой друг. Мы с ним Афган прошли. Ты что, поссорить нас хочешь?

– Да я как-то и не думала... Знаешь, он мне то же самое сказал. А ведь я ему нравлюсь, – просияла она. – Я знаю.

Обратно к столику Сергей шел на негнущихся ногах. Вернул Дашу на место, сел рядом с ней. В голове пульсировала жуткая по своей несуразности мысль: «Даша влюбилась в Олега!»

Но следующий танец успокоил Сергея. Даша пригласила его на белый танец и заверила, что симпатизировала Олегу только для того, чтобы подразнить своего кавалера. Только почему-то на следующий танец она снова пригласила Соломина.

Олег не отказал ей, вместе с ней пошел в круг. Вернулся красный как рак. Прячет от Сергея глаза, боится посмотреть на Дашу. Видно, что неловко парню. И хочется быть с ней, и колется.

Обстановка разрядилась самым неожиданным образом. К ним за столик подсел какой-то грузин с орлиным носом и ястребиным взглядом. Неестественно грозный вид, презрительная усмешка на тонких губах.

Он пренебрежительно глянул на Сергея, перевел взгляд на Олега. Насмешливо повел бровью.

– Я глажу, рамсы здэсь у вас! Дэвушку падэлить не можете... Давайтэ я вам памагу! Дэвушка мнэ, а вы гуляй!

Сергей видел, сколько радости появилось в глазах у Олега. Джигит этот возник очень кстати. Сейчас Олег даст ему по голове, завяжется драка, которая освежит их с Сергеем дружеские отношения.

Но неожиданно появилось еще одно действующее лицо. Вернее, морда. Узкое вытянутое книзу рыло, широкая переносица, сдвинутый набок нос. Одет по фирме – весь в джинсе, кроссовки. Но Сергею показалось, что ему больше подошла бы тюремная роба с кирзовыми «прохорями». Сказать, что парень был под мухой, значит, ничего не сказать. Он был сильно пьян.

– Ты чо, мазый! Ты чо на людей наезжаешь! – с ходу набросился он на грузина.

Схватил его за грудки, сорвал со стула и сбил с ног. И тут же из-за соседнего столика выскочили другие джигиты. Но дорогу им преградил еще один уголовного вида тип. Среднего роста, худощавый, в резких порывистых движениях – сила и уверенность.

Он метнул злобный взгляд на своего подвыпившего дружка. Развернулся к восставшим джигитам лицом, распахнул пошире полы кожаного пиджака. Мужик этот был повернут к Сергею спиной, поэтому он не мог видеть, что за штуку тот показал грузинам. Но те испуганно попятились назад. Загомонили:

– Э-э, братан, все путем!

– Все нармальна!

– Извины, да!

Обескураженные грузины вернулись за столик. Мужик в кожаном пиджаке схватил своего дружка за куртку, но тот вырвался и снова оказался за столиком. Вперил в Дашу похотливый взгляд, сально ухмыльнулся.

– Это из-за тебя черные наезжали, а, киса?

Окинул мутным взглядом Сергея и Олега.

– А вы чо, чуваки, в штаны навалили? Баба вам не нужна, да?.. Зато мне нужна!

На его плечо опустилась тяжелая длань. Это за его спиной встал парень в кожаном пиджаке.

– Рыбец, что тут за дела? – недобро усмехнулся он.

– Это тут фраера телками знойными швыряются, да... Гля, Холод, одна мне, другая тебе. Смотри, какие клевые? Гадом буду, если их уже пахали! Целинниками, бляха, будем!

– Братан, а это вариант! – криво усмехнулся мужик.

Ему было лет двадцать семь – двадцать восемь. Неправильные черты лица, близко посаженные глаза, выдвинутый вперед раздвоенный подбородок. Ледяной змеино-гипнотический взгляд пробирал до костей. Сергею стало не по себе. Невольно вспыхнула предательская мысль – опасно связываться с этим типом. Но он тут же взял себя в руки. Нет, не боится он этого монстра...

Сергей поднялся, смело заглянул ему в глаза. Такое чувство, будто стоишь на ледяном ветру. Но язык не примерз к небу:

– Старший сержант милиции Комиссаров! – дрогнувшим голосом, но достаточно грозно представился он. – Прошу покинуть помещение!

Он ожидал, что на этом инцидент будет исчерпан. Возмутители спокойствия уберутся прочь, и все вернется на круги своя... Ожидал, что все обойдется. Но не желал мирного исхода. Эти уроды оскорбили Дашу и Оксану. И как минимум должны получить за это по морде.

– Так ты мусор! – в лицо ему рассмеялся тип, которого его дружок называл Холодом. – Так это твоя телка! – ткнул он пальцем в Дашу. – Всю жизнь мечтал вспахать мусорскую шалаву!

– На двоих поделим, брат! – склабился его дружок по кличке Рыбец.

Уголовник потянулся к Даше, но вмешался Олег. Он резко схватил его за вытянутую руку, стремительно развернул к себе лицом и коротко ударил его раскрытой ладонью в лоб. Рыбец даже назад не подался. Лишь слегка пошатнулся и сполз себе же под ноги.

– Ах ты, сука! – заорал Холод.

И подло, сзади ударил Олега в область правой почки. Удар был хоть и с оттяжкой, но быстрый. И мощный. Олег попытался поставить блок, но кулак противника все же врезался в спину.

Олег закусил губу, пытаясь сдержать стон. Взгляд его заволокло болью. А подлец ударил его еще раз, в то же место собранными в «замок» руками. На пол Олег падал без сознания.

Противник занес было над ним ногу, но ударить не успел. Сергей в прыжке ударил его кулаком под ухо. Тут же провел подсечку. Но скрутить его не успел. На него надвигался Рыбец. Быстро же оклемался гад... Сергей быстро вскочил на ноги, развернулся лицом к опасности. Захват, бросок, добивающий удар. И снова нет возможности связать хулигана. На Сергея надвигался его дружок.

Уголовник уже держал в руке пистолет «ПМ». Но левая рука еще только на затворной раме – оттягивает ее назад. У Сергея в запасе есть еще секунда-две.

– Замочу, мусор! – в ярости захрипел Холод.

И можно было не сомневаться, что ему хватит дури привести свою угрозу в исполнение. Но Сергей не позволит ему этого сделать.

Боевые рефлексы отбросили его в сторону. Сейчас он был бойцом спецназа, а перед ним стоял вооруженный «дух», которого нужно было уничтожить. Никаких условностей, никаких тормозов. Все в соответствии с реальной боевой обстановкой.

Левая рука намертво впилась в запястье врага. Резкий удар костяшками пальцев по внешней стороне кисти, сжимающей оружие. Кисть разжимается, пистолет летит через весь зал, падает кому-то на столик. Противник обезоружен, но еще не совсем обезврежен. Сергей выкручивает руку назад, заставляя врага коснуться головой пола. Удар по выпрямленной ноге – по голени. Холод с воем падает корпусом вперед. Добивающий удар в шею. Враг в отключке. Но он все еще жив. А он должен быть уничтожен.

В себя Сергей пришел в тот момент, когда его руки кольцом сомкнулись на голове противника. Еще один рывок, и шейные позвонки пойдут вразнос под натиском крутящего момента. Нет, так нельзя!

Он сумел осадить себя, оставил в покое бесчувственное тело. Поднялся на ноги и увидел людей в милицейской форме...

Уголовников заковали в наручники, бросили в дежурную машину и отвезли в отделение. Пистолет, разумеется, забрали, чтобы приобщить к делу. Сергею же было не до того. Он очень переживал за Олега, который так и не пришел в себя после удара.

Соломина отвезли в больницу. Сергей отправился было за ним, но дальше приемного покоя его не пустили. Пришлось возвращаться домой. С надеждой на благополучный исход...

Через неделю Сергею объявили благодарность за задержание особо опасных преступников. Выяснилось, что пистолет, из которого его пытались застрелить, принадлежал лейтенанту милиции из Ленинского РОВД. Зимой этого года неизвестные преступники нанесли ему тяжелую черепно-мозговую травму и похитили оружие. Предположительно, преступление совершили задержанные Сергеем рецидивисты Матвей Иткин и Михаил Рыбаков. Истину должен был установить суд, но еще до того старший сержант Комиссаров был поощрен начальником ГУВД – в торжественной обстановке ему были вручены именные часы.

Но радость была омрачена горькой новостью. Его друг Олег Соломин получил травму позвоночника. Ничего страшного бы не произошло, если б это была первая травма. Одно легло на другое, и как итог – у Олега отнялась нижняя часть тела. Его отправили в Москву. Оставалось только надеяться, что и на этот раз врачи совершат чудо...

Глава четвертая

1

В камеру Матвей заехал как к себе домой.

– Мир вашему дому, братва! – уверенно поздоровался он.

Хата большая, квадратов тридцать, не меньше. Шконари в три яруса вдоль стен. Но людей не так много. Беглым взглядом Матвей прошелся по пустующим койкам.

Основное его внимание было приковано к группе людей. Они сидели за столом и с интересом разглядывали очередного «пассажира». До его появления они резались в карты, но вертухай вспугнул их, поэтому они спрятали стиры. Дверь за Матвеем закрылась, но карты так и не появились. Сначала нужно было разобраться с новичком, а затем уже можно будет продолжить игру.

Первым к нему обратился смотрящий – крепкого сложения низкорослый мужичок лет сорока. Мощный, будто бронированный лоб, нос – равнобедренный треугольник, щеки гладко выбриты, в коричневых от чифиря зубах дымится папироса.

– Ну и каким ветром тебя к нам занесло? – миролюбиво спросил он.

Нюхом опытного арестанта он определил в Матвее родственную душу.

– Да на бабу одну запал, – ухмыльнулся Холод.

– Неужто мохнатый сейф? – насторожился смотрящий.

Мохнорылых насильников братва не жаловала, и уж Матвей это знал хорошо. Сам как-то лично лохмача опускал...

– Да западло мне такие сейфы вскрывать, – ухмыльнулся Матвей. – Но этой бы вскрыл. Потому как мусорская баба. Я бы ее прямо на глазах у этого мусора сделал.

– Ну если мусорская баба... А чего ж не сделал?

– Да на ментов нарвался. Я одного из шпалера шмальнуть думал, а волыну заклинило. Ну менты надроченные меня и повязали...

– Да, брат, ты попал.

– Да не вопрос, косяк за мной. Мента валить надо было, а я облажался.

– Теперь за мента тебе вкрутят и за ствол.

– Да пусть вкручивают. Мне за год на воле – во! – с бравурным видом Матвей провел пальцем по горло. – Тюрьма – дом родной, дача – Колыма.

– Да ты чего стоишь-то, брат? Присядь! – Смотрящий показал ему на свободное место за столом.

Матвей бросил скатанный матрац с вещами на свободную шконку и занял указанное место. Он чувствовал себя своим среди своих.

– А звать-то тебя как? – продолжал смотрящий.

– Зовут Матвей. А по крещению – Холод.

– Холод, Холод... Что-то знакомо... Ты, случаем, не из Новожильска?

– Да был как-то. Проездом, – хмыкнул Матвей.

– Все мы на воле проездом... – понимающе кивнул смотрящий. – Слыхал я про такого Холода, который с карасей жирок скачивал. Уж не ты ли это?

Матвей хотел ответить, но в это время из-за стола вскочил браток с обритой головой и багровым шрамом через все лицо. Он сорвал со шконки какого-то мужика, опрокинул его на пол и с ходу стал бить ногами.

– Ах ты, гад! Сука! Наседка! Ты чо уши растопырил, козел?

Он бил мужика до тех пор, пока его не одернул смотрящий.

– Лютый, хорош!

Парень оставил жертву в покое и вернулся на место. Перевел дух.

– А чо, братва, смотрю, этот козел уши развесил! – уже спокойно объяснил он. – Сегодня слушает, а завтра куму все сольет... Знать бы стопудово, что наседка, я бы его, падлу, на куски порвал.

– А так не знаешь, наседка или нет, – внимательно посмотрел на него Матвей.

– Знаю, что есть где-то сексот, нутром чую. Так что ты, брат, не расслабляйся и базар не распускай.

Лютый был прав. То, что менты не могут вытащить из арестанта на допросе, они могут добыть через стукача. На зоне кум по этой теме четко работает. И на крытом опера не спят.

Его самого целых пять дней держали в КПЗ при районном отделении. Сначала наводили справки, допрашивали влегкую. А когда узнали, кто он такой да что за ствол у него был, началась настоящая прессовальня. Противогаз на голову надевали, мешочками с песком до потери пульса лупили. Но Матвей ни в чем не сознался. Ствол он нашел. Вот так шел, шел да нашел. Пробовали его на понт брать. Типа, Рыбец во всем сознался. Но Мишка-то не удод безмозглый, он хорошо понимает, что будет, если их привяжут к менту, которому они череп проломили. К тому же они успели обо всем договориться – когда их в одном «луноходе» в «абвер» везли. Ствол Матвей нашел в сортире кабака, собирался отнести в мусарню, да не успел – повязали. И в Новожильске они ничего не делали. Просто после зоны прохлаждались. Да, нарушали правила надзора, да, тунеядствовали. Но за это же не расстреливают...

Ну хулиганку в кабаке менты им жестко пришили, от этого никуда не деться. А до их гастролей в Новожильске не докопались – чисто все там: терпилы в ментовку не обращались. Так что не все страшно. Главное, твердо на своем стоять – ствол в сортире нашел. Лишь бы Рыбец не раскололся. Но ведь пока что не раскололся...

– Мне бы коня корешу своему пустить, – обратился к смотрящему Матвей.

На крытом должна работать воровская почта – нитяные дороги от камеры к камере, перестук через стену, прикормленные вертухаи. Матвей должен как можно скорей связаться с Рыбцом. Он уже здесь, в изоляторе, должен быть.

– Это без проблем, – кивнул вор. – Наведем коны...

– Я организую, – пообещал Лютый и приятельски подмигнул Матвею. – Ты маляву черкни, а я коня пущу...

– Ну благодарствуй, брат! – пристально посмотрел на него Матвей.

– Да ладно, чего там. Свои – сочтемся... Костыль, – обратился Лютый к смотрящему. – Пацану место бы потеплей надо. Организовать?

Смотрящий согласно кивнул.

Лютый подобрал для Матвея неплохое место на втором ярусе по соседству со своей же персоной. Для этого ему пришлось согнать мужика. Тот даже не пикнул. Покорно собрал пожитки и перекочевал на свободное место.

К вечеру Матвей нацарапал маляву. Передал привет, заверил, что все будет в цвет, и просил отозваться.

Но первым отозвался Хруль. На следующий день после заезда Матвей получил грев – дачку килограммов на пятнадцать. Сигареты, чай, тушенка, сгущенка, балык, баночка красной икры, конфеты. Письмо от Хруля. Типа, держись, братан, у нас все путем, нос не вешаем, нашли тебе адвоката.

И это было еще не все. Вечером того же дня вертухай тайком передал Матвею упаковку таблеток этаминала натрия. «Фурункул», если по фене. Это Хруль его так зарядил. Надо же, красноперого прикормил. Далеко пойдет пацан...

Дачку Матвей по-братски разделил между своими. С удовольствием «залез под колеса», угостил и других.

Есть такой неафишируемый закон на крытке – у кого грев больший, тот и авторитетней. Но авторитет его должен строиться не только на этом. С воли, аж из Новожильска, пришла малява от старого вора Босого. Он писал, что Матвей человек правильный и уважаемый. Еще бы, он же исправно отстегивал в «общак», косяков за ним не водилось. А то, что Воронца на «стрелке» опустил, так это лишь добавило ему авторитета. Как вора Воронца немногие признавали. Зато многие хотели бы с ним поквитаться...

Через два дня Хруль снова прислал дачку. Все те же пятнадцать килограммов. И дурь через вертухая тоже передал. Упаковку таблеток реланиума. Матвей был доволен. Правильного пацана воспитал. Да и то, что бабла в бригадном «общаке» навалом – тоже в масть.

– Не кисло тебя с воли греют, – заметил Лютый.

– Кенты на воле остались, вот и греют.

– Так и грев жирный.

– А что посеяли, то и жнем...

– Не хило, видать, сеяли.

Обычно он не подмазывался к нему с разговорами. Да и сам много не болтал – вроде как наседок опасался. Поговаривали, что в самом деле у здешнего кума каждая хата с ушами.

Но сегодня Лютый хорошо раскумарился. Язык развязался.

– Я слышал, ты в Новожильске барыг конкретно строил? – как бы невзначай спросил он.

– Да люди там хорошие живут. Подходишь к человеку и говоришь, что делиться надо. Делятся. Тут главное – человека найти, у которого есть чем поделиться.

– Прикалываешь? – ухмыльнулся Лютый. – Знаю я таких правильных. Пока нож к горлу не приставишь, хрен с тобой поделятся... Ну да у тебя же ствол был... Ты что, в натуре, мусорка глушанул из-за «плетки»?

– Хороший ты парень, Лютый, – усмехнулся Матвей. – Я тебе как самому себе верю... Вот тебе как на духу признаюсь. Не трогал я мусорка, а «плетку» на толчке нашел. Отлить зашел, смотрю, лежит. Знаю, что с пола ничего нельзя поднимать, но тут ствол. Не удержался, взял. Только ты, братан, никому не говори.

Лютый косо глянул на Матвея, надулся. Обидно ему, что его за дурака держат. Но нет, Матвей-то как раз за дурака его не держал.

* * *

Вертухай нервно оглянулся назад.

– Да не ссы ты, Вася, никто за тобой не гонится, – презрительно хмыкнул Хруль.

Сам он ничего в этой жизни не боялся. Натура у него такая дурацкая. Люди любят баньку с парилкой погорячей. А он любит такую жизнь, чтобы жарко было, чтобы плавилось все вокруг. Видно, в крови ему чего-то не хватало, если его так сильно на рисковые дела тянуло. Чем опасней, тем больше кайфа.

Его после профтехучилища в армию призвали, так он в Афган хотел – жарко там, смерть с косой в полный рост ходит. Но ничего не вышло. Судимостей у него не было, зато куча приводов в милицию, пару раз по пятнадцать суток мотал. То морду с пацанами кому-нибудь набьют, то нахамят какой-нибудь козе. В общем, весело было. И это веселье до стройбата его довело. Там сначала его лупили, затем он сам на молодых отрывался – каким-то чудом от дисбата увернулся. А после армейки с Чириком скентовался. Тот его конкретно наблатыкал – воровской закон, понятия, все такое. Со временем он и сам стал вором – к воровской бригаде примкнул. Холод – старший, Рыбец – справа, Буйвол и Чирик – бойцы, а Хруль на подхвате.

Но теперь у него появился шанс взять под себя всю бригаду. Дело-то хлебное – башли из барыг выбивать. И навар пенный, и риску хоть залейся. То, что людей в бригаде кот наплакал, – так это чешуя. Главное, что имя Холода было на слуху. И если Хруль станет его преемником, то резко прибавит в авторитете. Но самое главное, бригадный «общак» битком набит бабками. Триста сорок тысяч! Двадцать «Волг» купить можно.

Пока что в бригаде за старшего Чирик. Но с него толку, как шерсти со свиньи. Не мычит пацан, не телится. Это Хруль сразу сообразил, что Холод и Рыбец нуждаются в помощи. Подъехал к отделению, при котором их держали. Парень он веселый, компанейский, уголовным душком от него не отдает. К тому же бабки на кармане. Выследил одного сержантика из патрульно-постовой службы. Салага еще – служба только в урочное время, а в свободное – гуляй да девки на уме. Хруль целую операцию по вербовке провернул. Можно было и попроще дело оформить, но ему приколоться хотелось. Снял на пару с Чириком двух телок поблизости от дома, где жил сержант, гульнули с ними в кабаке, употребили по пьяной лавочке. А на следующий день он сам на «тройке» подтянулся к нужному дому, затаился – ждет. Смотрит, сержант идет, он за ним, на машине. Так, мол, и так, как такой-то дом на улице Пролетарской найти?

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4