Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сильнее времени (Книга 3)

ModernLib.Net / Казанцев Александр Петрович / Сильнее времени (Книга 3) - Чтение (стр. 1)
Автор: Казанцев Александр Петрович
Жанр:

 

 


Казанцев Александр
Сильнее времени (Книга 3)

      Александр Петрович КАЗАНЦЕВ
      Сильнее времени
      Книга третья
      Часть первая.
      БАРЬЕР ПОКОЛЕНИЙ
      Отечество славлю, которое есть, но трижды, которое будет!
      В. Маяковский, "Хорошо"
      Глава первая.
      СЮРПРИЗЫ КОСМОСА
      Весь обратный рейс "Жизни" ее экипаж с тревогой ждал последней встречи с танкером-заправщиком, несущим горючее для торможения. На подходе к Солнечной системе его сигналов уловить не удалось. Арсений по тревоге вызвал в радиорубку командира Тучу, а тот пригласил в кают-компанию весь экипаж. - Надо искать суперлокаторами, - сказал Арсений Ратов. - Что искать? Почему искать? - взорвался Каспарян. - Я говорил! Три минуты опоздания оборачиваются такими расстояниями, что ни о каких радиолокаторах и речи быть не может. Иголка в стоге Вселенной. - Я все же полагаю, что, поскольку предыдущие встречи с кораблями-заправщиками состоялись, ошибка, вызванная опозданием вылета звездолета, компенсирована, - обстоятельно выразил мнение Карл Шварц. - Какой там компенсирована! - замахал руками Каспарян. - Заправщиков около Релы догнали, да не в тех точках, которые предусмотрены графиком рейса. Все кувырком! Три минуты - это пятьдесят миллионов километров, дорогой профессор. - Все же я хотел бы выслушать нашего астронома. Его математические способности всем известны. - Я обменял бы миллионы его вычислений на сто восемьдесят секунд его опоздания... - Не надо было меня ждать на острове, - сурово заметил Ратов. - Ну вот! - совсем рассердился Каспарян. - С танкером, но без тебя? Так, скажешь? - Каков же выход? - поинтересовался профессор Шварц. - Очень простой, - вмешался биолог Кузнецов. - Оставшееся топливо предназначить для "машины пищи". - Вечный рейс повторить? - мрачно осведомился Арсений. - Рейс имени Эоэллы, - вставил Каспарян. - Скорее Эоэмма, - парировал Кузнецов. - А вечного на свете нет ничего! Но рейс должен быть возможно более долгим. Такова жизнь. - Лады, такова "жизнь", - имея в виду звездолет, отозвался Туча. - Как бы то ни было, но график, а следовательно, и рейс сорваны. - Значит, сорвалось, - вздохнул Кузнецов. - Но жить будем! Жить надо! Туча коротко скомандовал: - Лады! Жить будем! Лейе - выключить нейтринные двигатели, прекратить торможение. Топливо беречь! Ратову - бессменно дежурить в радиорубке у суперлокаторов. Двигатели снова включим не раньше, чем обнаружим заправщик, хоть в миллионе километров. - Если бы в миллионе! - вздохнул Каспарян. Он шел рядом с Арсением, когда все расходились. - Вечная у тебя фамилия, Ратов, - усмехнулся он. - Почему вечная? - удивился Арсений. - Как Ратов летит - Вечный рейс. - Шутник ты, Каспарян, - покачал головой Ратов. - Не надо было меня ждать на острове. - Вот это шутка! Очень злая шутка! - рассердился Каспарян. - Теперь на шутки большая нагрузка, - догнал друзей Толя Кузнецов. - Пойду разрабатывать рацион на ближайшую "звездную пятилетку". Принимаю заказы: соус морнэ с сыром, котлеты софи из телятины, баранина по-бордосски, каплун с грибами в сметане. Нейтринного инженера ради такого меню поставим поваром к "машине пищи". - Гарантирую превосходную французскую кухню! - пообещал чернявый инженер Лейе и шутливо закрутил колечком ус. - Шесть человек - это есть уже целый мир, - глубокомысленно изрек Карл Шварц. Толя Кузнецов всегда объяснял удивительную уравновешенность немецкого профессора его тройным подбородком. - Предлагаю считать "Жизнь" планетой... Правда, без "солнца", - возвестил Кузнецов. - "Солнце" будет, - заверил Арсений и добавил: - Ненадолго.
      Когда спустя полтора года по земному времени другой звездолет - "Жизнь-2" возвращался к Солнечной системе, никто на корабле не знал о судьбе первых звездолетчиков... - Тревога! Тревога! Тревога!.. Звездонавты выскакивали в коридоры, вваливались в кабины лифтов и поднимались в центральную рубку управления. Она располагалась на оси головной части "Жизни-2", напоминавшей исполинский барабан из труб, параллельных его оси вращения. Появился в рубке и этанянин Ан. Он страдал от искусственной гравитации, вызванной теперь режимом торможения. Из глубины огромных глазниц Ан всматривался в лица людей. Все они встревожено уставились на экран локатора. - Движение неизвестного тела точно совпадает с нашей трассой. Мы его нагоняем, - доложила Вилена Виеву и, подумав, добавила: - Если отклониться - уйдем в сторону от Солнечной системы и курс не выправить. - Что за чертовщина! - воскликнул геолог Михаленко. По мере приближения к Земле он совсем оправился от своей "космической ностальгии", стал по-прежнему энергичным, решительным. - С последним танкером-заправщиком мы уже повстречались. Больше ждать некого, Поэтому если попалось опасное препятствие на пути, то его надо уничтожить лазерным лучом, и дело в шляпке! - Уничтожить? - полуобернулся к нему Виев и перевел взгляд на экран. Попрошу вас, профессор, - обратился он к Анисимову. - Что-то вид космического странника мне кажется слишком "организованным". Проведите-ка на электронно-вычислительной машине анализ его размеров. - Что ж тут удивительного! - ответил Михаленко. - Планеты сферичны, хоть и естественного происхождения. - Планеты, а не такие крупинки размером с наш звездолет, - возразил Виев. - Прежде чем решиться на уничтожение чего-нибудь в космосе, надо быть уверенным, что имеешь дело не с чужепланетным кораблем. - Какая чепуха! - воскликнул Михаленко и добавил пренебрежительно: - Это напоминает сказку о древних космических пришельцах на Земле! - Извините, - задетый его тоном, вступился за любимую идею доктор Матсумура - ярый защитник того, что Землю в прошлом посещали звездные пришельцы. - Не выглядит ли такой сказкой наш новый друг, которого мы доставим с Этаны на Землю? Извините. Михаленко посмотрел на этанянина и смутился, замолчал. Виев изучал изображение на экране. - Тело имеет не сферическую, а правильную удлиненную форму, - уточнил он. - Состоит как бы из двух связанных одно с другим тел, как и подобает звездолету. - Топологический анализ даст на это исчерпывающий ответ, - заверил профессор Анисимов, забирая у Вилены все необходимые данные и фотографии загадочного препятствия на пути "Жизни-2". - Что предполагает, подразумевает, имеет в виду астроном? поинтересовался этанянин Ан. Во время пути "Жизни-2" для гостя землян удалось сделать приспособление, трансформирующее произносимые им ультразвуки в речь нормального для людей диапазона. Этанянина теперь слышали все и понимали благодаря его старанию овладеть "земным языком", как он называл русский. Трансформирующее устройство помогало и ему слушать своих спутников по звездолету. Профессор Анисимов, опускаясь вместе с Аном в лифте, объяснял ему: - У нас еще в двадцатом веке, внимательный Ан, ученые научились определять с помощью математического анализа, являются ли изучаемые геометрические формы природного или искусственного происхождения. Ан кивнул в знак понимания, как это делали люди. Анисимов ушел вперед, а Ан, цепляясь за сделанные специально для него перила, плелся сзади, заботливо поддерживаемый доктором Матсумурой. - Доктор, - обратился к нему Ан, - командир боится повредить чужой звездолет, астроном будет вычислять, не искусственны ли формы встречного тела. Разве есть подозрение, предположение, уверенность, что космос так населен, что мы можем в нем встретить разумных? - Когда мы будем на Земле, - пообещал Матсумура, - я покажу тебе множество следов, которые оставлены когда-то разумными с других миров, посетившими Землю. - Я ощущаю в тебе заинтересованность, уверенность, увлеченность, добрый доктор. - Я верил в посещение Земли чужепланетными пришельцами, потому и полетел к вам на Этану, в расчете, что вы летали к нам. - Увы, увлеченный доктор, с Этаны никто никуда не улетал. Слишком обращена сама в себя, углублена, отрешена от всего внешнего наша цивилизация вечноживущих...
      По вызову Виева все собрались в кают-компании слушать Анисимова. - Топологический анализ установил, - с особой торжественностью произнес профессор, - что форма замеченного на нашем пути тела может быть только искусственной! - Извините, - перебил Матсумура. - Значит, это корабль внеземной цивилизации! - Предвидя такое предположение, - продолжал Анисимов, - я позволил себе проанализировать с помощью электронного математика курс неведомого корабля и его намерения. Корабль летит к Солнечной системе в таком же режиме, как и "Жизнь-2". Более того - он летит к Земле. Наши трассы абсолютно совпадают. - Странно! - вставил Михаленко. - Это не только странно, но и многозначительно, - сделал вывод Виев. - И еще... позвольте мне закончить, командир. Нас не могли не заметить. - То есть... хотите сказать, что они ищут встречи с нами? - нахмурился Виев. - Это же такая радость! У меня даже дух захватило! - не выдержала Вилена. - Извините, что перебиваю, - вмешался японец. - Необходимо установить контакт с кораблем, если он ищет нас. - Остерегитесь! - крикнул Михаленко. - Может, это космические пираты! - Высший разум гуманен! - воскликнул Матсумура. - Ну, гуманен не гуманен, а я вовсе не хочу попасть в клетку зоопарка на какой-нибудь Планетостервии! - Ах, Игорь, что ты говоришь такое! - возмутилась Вилена. - Для чего же мы тогда летели? И ты с нами... Побывать на одной населенной планете и встретить в пути представителей другой - это же небывалое счастье! - Женщина звезд права, - вставил этанянин Ан. - Трудно представить, вообразить, предсказать большую удачу! - Остерегитесь! Предостерегаю! - снова запротестовал Михаленко. - Пусть не пираты, пусть не Планетостервия... Но кто может поручиться, что они не с планеты, где все состоит из антивещества? Ласковые объятия с такими "братцами по разуму" привели бы к аннигиляции и взрыву. - Спасибо тебе, внимательный Ан, спасибо Игорю за предупреждение, неторопливо сказал Виев. - Попробуем установить с "Летучим голландцем" радиоконтакт. Аннигиляцией это, во всяком случае, не грозит. - И он чуть насмешливо посмотрел на Михаленко. Звездолетчики уходили из рубки управления по своим местам до предела возбужденные. Близость чужепланетного корабля ощущалась каждым, и каждый из них представлял себе грядущую встречу по-своему. И вдруг Михаленко, идя рядом с Виленой, шепнул ей: - А вдруг это "Жизнь" с Релы летит, заблудилась в космосе? А? Вилена обернулась к нему и обожгла его взглядом. Геолог даже не подозревал, какую бурю вызвал он в ее сердце. Через некоторое время сигнал общего сбора снова прозвучал на звездолете. И опять порывисто открывались двери, слышались поспешные шаги, мчались вверх лифты... Виев вошел в кабину управления последним. - Радиограмма получена, - доложила Вилена командиру. - Профессор, - обернулся Виев к Анисимову, - прошу тотчас же попытаться расшифровать с помощью киберлингвистики... - Расшифровывать нужды нет, - упавшим голосом произнесла Вилена. - Не понимаю, - нахмурился Виев. - Я читаю: "Звездолету "Жизнь-2" предлагается взять у меня дополнительное горючее. Корабль не оставлять на околоземной орбите, а приземлиться на Полярном космодроме с помощью устройств, которые вас встретят. Звездолет предназначен для музея". Виев тяжело опустился на стул. Ан вопрошающе заглядывал в лицо каждому. Он ничего не понимал. Овладевшие людьми чувства были загадочны... - Все-таки это Земля приветствует нас! - облегченно вздохнул Михаленко. В этом самое главное!.. Фу!.. Полегчало! - Для музея! - с горечью повторил Виев. - Извините, командир, - сказал Матсумура. - Трудно представить, какая теперь стала наша Земля. Но музеи всегда останутся сокровищницами истории. - Да, - тяжело вздохнул Виев. - Мы принадлежим истории. В этом вся суть... - Мы будем делать историю! - вставил Анисимов. - Уверяю вас, командир! Нашей информации ждут. Вилена молчала, лицо ее застыло, окаменело... как у легендарной морячки из старой песни. И вдруг в рубке управления зазвучал четкий, совсем незнакомый человеческий голос: - Звездолету "Жизнь-2" предлагается взять у меня дополнительное горючее. Корабль не оставлять на околоземной орбите, а приземлиться на Полярном космодроме с помощью устройств, которые вас встретят. Звездолет предназначен для музея. - Это он так твердил здесь все годы? - спросил Михаленко. - Надо думать, сигнал Вилены с нашего звездолета включил передатчик "Летучего голландца", - поучительно заметил профессор Анисимов. - Но почему же для музея? Почему мы? - Вилена смотрела на экран широко открытыми глазами, и создавалось впечатление, что она обращается как бы ко всей Вселенной. - К тому же мы еще не можем установить прямой связи с Землей!.. - Наш звездолет представляет несомненный интерес для истории техники, пробормотал смутившийся почему-то профессор Анисимов, - поймите это. - А как вы не понимаете? - возмутилась Вилена. - Почему наш, а не "Жизнь", которая улетела раньше нас и должна давно уже вернуться? Почему? Значит, ее нет! Они погибли!.. А мой Арсений?! - Ну знаете ли, - развел руками Анисимов. - Я не счел бы возможным делать преждевременные выводы. - Какие же преждевременные? - взволнованно продолжала Вилена. - Вывод ясен. Старая конструкция нужна для музея. Звездолетов было два. Если просят приземлиться второй, значит, первый не вернулся.
      Да, звездолет "Жизнь" к назначенному сроку на Землю не вернулся и вернуться уже не мог. Без горючего для торможения он неодолимо двигался по прежней трассе, пересекая Солнечную систему. Солнце сначала из яркой звездочки превратилось в ослепительный кружок, потом стало косматым диском. Оно и радовало Арсения Ратова и его друзей, оно же и нагоняло на них тоску по Земле... Установить радиосвязь с Землей оказалось не просто. Там никто не ожидал позывных звездолета раньше чем через полгода. Сигналы его наконец были случайно приняты любителями-коротковолновиками. Первое их сообщение расценили было как неумную шутку. Потом на Земле всполошились. Звездолет приближался с огромной скоростью. Помочь ему было совершенно нечем. На Земле не имелось ни одного космического корабля, который в состоянии разогнаться до скорости звездолета. Подсчитали, нельзя ли послать вслед ему топливный корабль, но расчет оказался неутешительным он мог догнать "Жизнь" через двадцать семь лет. И все-таки стали срочно готовить такой корабль. Однако горючее, которым бы тот снабдил звездолет, едва хватило бы на его торможение. А ведь предстояло еще разогнаться для возвращения к Солнечной системе, а потом затормозить на подступах к ней. Глубокий старик Вольдемар Павлович Архис дожил до этих тревожных дней. Он поднялся с постели, чтобы самому все рассчитать, и... так и умер за письменным столом от кровоизлияния в мозг. И все же система спасательных рейсов кораблей разрабатывалась. Однако вернуть звездолет можно было не раньше чем через сорок лет по общему теперь для Земли и "Жизни" времени. И вот тогда-то Арсений впервые и услышал, что вне Солнечной системы находится звездолет "Земля". Он еще не вернулся с Геи, но только он один мог бы догнать "Жизнь", поскольку не зависит от заправки горючим. - То есть как это не зависит от заправки горючим? - переспросил Арсений. Ответ на свой вопрос он получил лишь через несколько часов - так далеко от Земли летел звездолет. И еще спросил Арсений, что за Гея? что за звездолет? Кто на нем летит? Ответы поражали Арсения один за другим, казались невероятными - и о минимире планеты, годной для переселения на нее части человечества, и о звездолете, который получает энергию прямо из космоса... - То есть как это из космоса? - вне себя от изумления спрашивал Арсений, хотя никто на Земле не мот его сразу услышать. Но кто-то там угадывал его вопросы и слал ответ на них раньше, чем они долетали до Земли. - Вакуум материален. Он лишь форма состояния вещества, которое способно отдать свою энергию связи. Это открытие было сделано около полувека назад великим физиком Земли Виленой Ланской-Ратовой. - Что такое? - хватался за голову Арсений. - Галлюцинации? Какой же физик Вилена? Она - музыкант! И Арсений с разрешения Тучи попросил Землю устроить ему видеосвидание с Виленой, когда звездолет войдет в Солнечную систему. В ожидании ответа Арсений был сам не свой. Он вспоминал последнее видеосвидание с Виленой... Кого теперь он увидит? Прославленную ученую женщину, очень знаменитую и очень старую, успевшую забыть и музыку и его, Арсения... Как же она выглядит? И как бы она встретила его, если бы "Жизнь" вернулась? И тут новое известие ошеломило Арсения. Оказывается, командиром звездолета "Земля" был его отец!.. - Ну, брат! Уж если твой отец вернулся из Вечного рейса, то и мы вернемся! - сделал неожиданный вывод Кузнецов. И снова радиограмма - ответ на просьбу Арсения: - К сожалению, устроить видеосвидание с Виленой Ланской невозможно... - Почему? Почему невозможно? - не удержался Ратов. - ...потому что Видена Ланская-Ратова, - продолжал звучать размеренный голос с Земли, - в качестве астронавигатора улетела в звездный рейс на корабле "Жизнь-2". - Ничего не понимаю! - воскликнул Ратов. - Как же я не позвал ее с нами? - Тогда бы к нам не послали сейчас на помощь звездолет на вакуумной энергии, - огорошил Арсения Каспарян.
      "Жизнь" продолжала свой беспомощный полет, подобно заблудившейся комете. Стало видно Землю. На эту разгоравшуюся звездочку смотрели с болью... Состоялся сеанс видеосвязи. С экрана говорили люди, которых никто не знал - они родились уже после того, как "Жизнь" покинула Землю... Звездолетчики попросили показать им земные пейзажи. И, пролетая в миллионах километров от своей планеты, они видели ее изменившиеся ландшафты, угадывали грандиозные преобразования, которые произошли уже без них. Тогда же узнал Арсений все и о Вилене... Потом земная звездочка стала тускнеть... видеоизображения ухудшались и... вскоре прекратились совсем. Радиограммы еще некоторое время принимались, но со все большим опозданием. "Жизнь" покидала Солнечную систему. Как ни старались звездолетчики держать себя в руках, на корабле воцарилось уныние. Желанная Земля осталась далеко позади. И желанная "Земля" не вернулась еще с Геи, чтобы идти на выручку звездному собрату. И еще неизвестно, сможет ли прийти...
      Глава вторая. СЮРПРИЗЫ ВРЕМЕНИ
      После встречи с "Летучим голландцем" Вилена изменилась. Горькие складки залегли у нее между бровей, печальными стали зеленые глаза. Матсумура подсел к ней в кают-компании и стремился вызвать на откровенный разговор. Он считал, что хуже всего ей оставаться наедине с собой, со своими терзаниями, тревогами. - Извините, Вилена, - заговорил он. - Только потому, что я выражаю общую любовь к вам всех, кто летит с вами, я решаюсь попросить вас открыться мне в том, что терзает вас. - Ах, доктор, доктор! - грустно ответила она. - Вы очень мягкий, очень добрый человек. Мне просто жутко подумать, куда я возвращаюсь... Там, может, уже никого не осталось из родных... Проклятый парадокс времени! Это было, конечно, несправедливо, но у меня, единственной из вас, было особое положение - я ждала, желала увидеть своего Арсения. Я любила, и космос расплачивается со мной... Жестоко расплачивается... - Простите, Вилена. Вы никак не можете быть на Земле одинокой. Разве все мы, ваши товарищи по полету, не будем с вами? - Ах, доктор, доктор! - только и могла произнести Вилена. Потом добавила: - Проклятый парадокс времени!.. И тут перед ней внезапно вырос Игорь Михаленко: - Парадокс времени?.. Да чепуха это теоретическая! Я знаю, вы великий физик и будете презирать меня, но сейчас вы для меня прежде всего женщина... ну, переживающая несчастье... хотя, может быть, и рано еще переживать... А может, ничего и не случилось... - Милый Игорь! Мне совсем не нужны слова утешения. Вилена вспомнила, что перед самым отлетом Костя Званцев уверял ее, что "Жизнь" с ее Арсением повернула будто бы назад, хотя по физическим законам это было невозможно. А Михаленко, словно прочтя ее мысли, заговорил: - Вы лучше моего знаете теорию относительности и то, что ее не уставали опровергать тысячи раз. Без конца повторяли опыт Майкельсона... - Милый мальчик, - вздохнула Вилена. - Моя бабушка тоже меня уверяла, что никакого парадокса времени нет. - Так вы еще увидите свою бабушку! И при встрече с ней сами подумаете: как же я могла верить в эту чертову относительность? А вдруг разгонялся в космическую бездну не звездолет, а земной шар со всем его населением? Разве не все равно, что считать движущимся, что неподвижным?! И выходит, что стариками за время полета должны стать звездолетчики! А люди на Земле и глазом моргнуть не успели... Вилена ничего не возразила. Она слишком хорошо знала, как еще в двадцатом веке Герберт Дингль таким способом пытался опровергнуть теорию относительности Эйнштейна. Но он не учитывал, что в гравитационных полях Вселенной можно разогнать до субсветовой скорости звездолет, а не земной шар. Их нельзя поменять местами. Вилена промолчала. Бестолково посматривала она на Игоря и думала об одном: "Арсения нет на Земле..."
      Узнал об этом первым Виев, едва ему удалось наконец установить связь с Землей. Однако Он не счел возможным сообщить своим спутникам о трагедии "Жизни", улетавшей в Вечный рейс. Звездолетчики и так были подавлены встречей с "Летучим голландцем" и лишь храбрились. Виев знал, что все они привыкли брать пример с Вилены. У Вилены же были особые основания тяжело перенести известие... И Виев решился разыграть из себя деспотического командира. Он объявил, что связь с Землей будет проходить только через него. Он ни о чем запрашивать Землю не будет, даже о том, который теперь год (верен ли парадокс времени!). Вилене поручалось рассчитать, когда был послан по кометной орбите "Летучий голландец". Вилена сделала необходимые расчеты и немного успокоилась. Дополнительный звездолет-заправщик должны были заслать еще до истечения срока возвращения "Жизни". Ей хотелось верить, что Арсений ждет ее... и она верила... Расчет Вилены был бы верен, если бы не открытая ею вакуумная энергия, которая позволила значительно позже, чем она рассчитала, забросить "Летучего голландца" на трассу "Жизни-2", затормозить его и снова разогнать до скорости, с какой будет возвращаться в этом месте звездолет с Этаны. И запустили с Земли в космос "Летучего голландца" уже после того, как стало ясным, что звездолет "Жизнь" вернуться не может. Вилена не знала этого. И это незнание помогло ей овладеть собой. Для звездолета же спокойствие Вилены было необходимо. Ведь она заменила пилота Кротова, от нее зависел благополучный исход экспедиции. Вера и самообладание вернулись к ней, она почувствовала в себе прилив новых сил и самозабвенно рассчитывала курс "Жизни-2", задавала программы электронно-вычислительным машинам и всевозможным автоматам. В сложном маневре посадки нужно было умело воспользоваться помощью посланных с Земли тормозных ракет, а уже в самой атмосфере - на последнем этапе посадки каких-то новых, незнакомых звездолетчикам летающих кранов... Сотни циферблатов, рассказывающих о работе разнообразных приборов, запрыгали в затуманившихся у Вилены глазах, когда она увидела внизу клубящееся море земных облаков и в их проемах темную родную Землю!.. Впервые привелось астронавигатору и пилоту "Жнзни-2" воспользоваться в рейсе носовым платком, вытирать им глаза. Длинный решетчатый хвост звездолета, заботливо подхваченный летающими кранами, ушел вниз под облака. Там он упрется в каменистый остров... И тогда начнет опускаться головная часть звездолета, его "каток", которым он в рейсе как бы укатывал звездные пути. Помощь, оказанная звездолету, была четкой, продуманной, безотказной. Многокилометровая ажурная форма "Жизни-2" легла на специально установленные здесь опоры, а нижние "трубы" "катка" с размещенным в них жилым отсеком коснулись земли. Звездолетчики нетерпеливо теснились перед выпускным шлюзом, без конца повторяя друг другу, что здесь он совсем уж ни к чему. И бесконечно долгим было то время, пока срабатывали автоматы. Но вот отзвучали последние их щелчки, и люк открылся. Звездолетчики и этанянин увидели голубое небо, а под ним - неправдоподобно синее море. Это показалось странным, ведь посадка совершена на Полярном космодроме... Но сейчас не об этом хотелось думать каждому. Первым вышел Виев и помог сойти на землю ошеломленному этанянину Ану. Он, единственный из всех прилетевших, был в скафандре и герметическом шлеме и походил на звездолетчика, забывшего переодеться в обычное платье. Легко спрыгнула в высокую траву космодрома Вилена. Сорвав пучок травы и прижав его к щеке, губам, она смотрела через пахучие травинки на приближающуюся группу встречающих. Сердце в ней колотилось, губы пересохли. Еще трудно было разглядеть лица спешащих к звездолету. Кружилась голова от острой, невозможной догадки... Кто это бежит впереди всех? Девушка с развевающимися косами!.. Да это же Авеноль!.. У Вилены захватило дух, она ловила открытым ртом воздух. Зажмурилась, открыла глаза. Видение не исчезло: сестренка, ее маленькая любимая сестренка, опровергая все теории относительности, бежала к ней, радостная, раскрасневшаяся, чуть постарше, чем была тогда, когда Вилена состязалась с машиной в звездном городке... А вот и бабушка! Как чинно шествует Софья Николаевна, не хочет показать, что торопится. Ах, бабуля, бабуля!.. А рядом с ней... Так ведь это же Владимир Лаврентьевич! Академик Руденко!.. Но где же папа и мама? И вдруг - Вилене схватило сердце. Она увидела могучую фигуру, родные любимые черты... Но что это? Не мог Арсений так состариться! Как же все это понять? Но Вилена была не только вернувшейся звездолетчицей, она была еще и физиком. Поэтому она шла навстречу бегущей Авеноль, а в ее мозгу, сменяя одна другую, промелькнули мысли: теория относительности с ее парадоксом времени возникла в пору "кризиса знаний". Физика помогала людям понять, казалось бы, все явления, но через некоторое время выяснялось, что по старинке нельзя объяснить всего. И тогда приходилось менять представления. А как теперь? Как научно обосновать, что на Земле люди не состарились они ведь не летели с субсветовой скоростью? Впрочем, почему же? Все зависит от точки отсчета. Может быть, где-то во Вселенной была точка, по отношению к которой Солнечная система тоже двигалась с субсветовой скоростью. Ведь разлетаются же галактики с такими скоростями! Но Арсений! Почему же в таком случае он состарился? Тоже можно понять! Очевидно, скорость его звездолета была направлена как раз к той точке Вселенной, от которой с субсветовой скоростью летела Земля... Вот он и старился, в то время как его Вилена да и Авеноль остались прежними. Вилена подняла руку, крикнула: - Ратов! Ратов! "Седой Арсений" приветно замахал рукой. "Какое значение имеет, что он седой, - продолжала думать Вилена, теперь уже не как ученый, а как женщина. - Важно, что он жив, что он прилетел, что он будет со мной! Значит, я могла и не лететь? - задала она себе коварный вопрос и сама же ответила: - Нет! Нет! Не для себя полетела! Не для себя!" Девушка с косами подбежала к Вилене и, почему-то смутившись, протянула ей букет цветов. Вилена нежно обняла ее и бросилась со слезами на глазах к подходившей бабушке. - Бабушка, милая! Бабуля! Я так счастлива, что ты здесь! - припав к ней, сказала Вилена. - А где же папа и мама? - и услышала, как старая женщина говорит незнакомым голосом, совсем не бабулиным: - Вилена, моя Вилена! Я все-таки дождалась тебя! Девушка с косами застенчиво улыбнулась и отдала наконец Вилене букет. Старая женщина, показывая на нее, говорила: - Познакомься, Вилена: это твоя внучатая племянница. Мы с Ваней назвали ее в честь тебя - Виленоль. Вилена ничего не понимала и отчаянно замотала головой, словно хотела прогнать видения, проснуться. - Ты не Авеноль? - наконец спросила она девушку, заранее не веря ответу, не желая ему поверить. Та засмеялась и показала глазами на старуху: - Вот бабушка Авеноль. Я - Виленоль Болева. Кровь, прихлынувшая было к лицу Вилены, теперь отлила. Бледная, напряженная, смотрела она перед собой, мысленно отмахивалась от "научных" объяснений всего, что увидела. Но все-таки что же это? Она в страхе смотрела на могучего седого человека, неторопливо приближавшегося к ней. "Может быть, и это не Арсений?" Тот, конечно, уж рванулся бы к ней, побежал. - Ратов, Роман Васильевич! Заместо сына пока, - сказал седой человек, протягивая Вилене огромную руку. - Как? - растерянно прошептала Вилена, сразу вспомнив мраморного пилота в мраморном кресле. - А Вечный рейс? - Вечный рейс позади. Впереди - Великий рейс на Гею. - А где Арсений? - требовательно спросила Вилена, смотря то на старую женщину, то на Романа Васильевича Ратова. Тот замялся: - Да вот... вроде как бы "обкатывает" ваш Арсений первый из серийных кораблей. Вместе со всем экипажем "Жизни"... - Испытательный полет? - ухватилась за эту мысль Вилена. - Серьезно? - Испытание серьезное, - пробормотал Ратов, смотря в сторону. - Голова идет кругом, - призналась Вилена и, увидев в приближающейся толпе Руденко, воскликнула: - Но ведь это же Владимир Лаврентьевич! Это же не сын его! Старик с белой бородой, подойдя, обнял Вилену: - Все-таки узнала меня, узнала! И я вас сразу узнал, дорогая моя Вилена. И серебристый костюм вам все так же к лицу. - Значит, и вы куда-то летали? - Куда там! - махнул рукой старик. - Кто же меня возьмет такого? Просто я оказался счастливее Лады. - Анабиоз? - догадалась Вилена. - Пришлось воспользоваться, поскольку в наше с вами доброе старое время не было еще современных достижений медицины, каковые позволили бы долгожителю дождаться вашего возвращения. - А вы как же вернулись, Роман Васильевич? - повернулась Вилена к Ратову. - Операция "диски". Мы ее сейчас повторяем. А не постарел я потому, что летал на Гею, куда теперь великое переселение намечается. Это поближе и Релы и Этапы будет. В рейс туда ходил звездолет "Земля" с использованием вакуумной энергии. Горжусь вами. Ваша идея-то. - А мама, папа? - не слушая Ратова, еще раз спросила Вилена старую Авеноль. Мрачная тень, легшая на лицо старухи, была Вилене ответом. - Мы проедем к ним, - тихо пообещала Авеноль. Звездолетчиков окружили встречающие. Они говорили, перебивая друг друга. Вилена слушала сразу всех, и ей казалось, что люди эти чего-то недоговаривают, у нее было ощущение, будто она стоит одна в пустыне и не может сдержать слез. И это после всего, что она перенесла на Земле, на Этане, в полете... Старая Авеноль и молоденькая Виленоль взяли ее под руки и повели по космодрому. В стороне, обнявшись, стояли Виев и Ратов. До Вилены донеслись сухо сказанные тяжелые слова ее командира: - Значит, не с тем звездолетом в рейс я пошел... Возле них стоял, поворачиваясь во все стороны, Ан. Он жадно всматривался в незнакомый пейзаж, прислушивался через звуковые трансформаторы к отрывистым фразам Виева. Этанянин привлекал к себе всеобщее внимание, но люди старались ничем не проявить особого любопытства к гостю Земли.
      Глава третья. БАРЬЕРЫ
      Старая Авеноль привезла свою юную старшую сестру в домик на опушке леса.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7