Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Темная сторона луны

ModernLib.Net / Детективы / Карр Джон Диксон / Темная сторона луны - Чтение (стр. 13)
Автор: Карр Джон Диксон
Жанр: Детективы

 

 


      - Тогда как сторож находится с восточной! Все лучше и лучше!
      - Почему?
      - Камилла, школа "Джоэль Пуансет" меньше чем в пяти минутах ходьбы отсюда по Форт-Джонсон-роуд. Шутник - который вовсе не шутник, как считает доктор Фелл,- говорит, что в комнате 26 находится нечто, что расколет дело. Я собираюсь пойти туда и выяснить это.
      - Сейчас?
      - Конечно, когда же еще?
      - Алан, мне не надо напоминать тебе, что происходит. Разве не опасно идти туда?
      - Тут ничего не поделаешь. Эти люди - убийца, шутник, кто тебе еще нравится - запугали нас так, что мы уже больше не можем бояться. Да, моя дорогая. Не хочешь ли ты пойти со мной?
      - Ой, а можно? Я... я на самом деле ничего не боюсь, пока я с тобой.
      - Тогда давай собираться. Подожди! Хочешь переодеться?
      - Я бы не стала, если ты не хочешь.- Камилла оглядела свое розовое платье.- Вот только туфли на шпильках, и все. Если можно надеть туфли без каблуков и брюки, обещаю, это займет не больше пяти минут. И помнишь маленький электрический фонарик, который был у Мэдж в кабинете вчера ночью? Капитан Эшкрофт отнес его к ней в спальню, но я взяла его себе. Я его принесу, хорошо? Пять минут!- сказала Камилла и унеслась стрелой.
      Несмотря на его намерение покурить, она собралась быстрее, чем обещала. Камилла, должно быть, молниеносно сбросила с себя одежду и надела другую. Алан успел выкурить меньше половины сигареты, когда она появилась снова, гибкая, в темных брюках и в том же бронзовом свитере, в котором была днем.
      Когда они вышли из дома, под неверной луной и мчащимися тучами по парку метались дикие тени. Алан тут же включил фонарик. Он направился к главным воротам, но Камилла дотронулась до его руки.
      - Нет необходимости идти этим путем,- заметила она, показывая на юг.Там есть боковые ворота, которые выведут нас к большой дороге. Если уж ты должен это сделать...
      В сотне ярдов на юг, пройдя по промокшей от росы траве, мимо цветочных клумб, окруженные тонким писком москитов, они нашли в кирпичной стене другие ворота. За ними нестриженая трава мягко скатывалась к занавесу из дубов, охранявших эту сторону Форт-Джонсон-роуд. Алан заколебался, открывая ворота:
      - В знаменитую воскресную ночь второго мая, когда Мэдж встречалась с каким-то неизвестным мужчиной, он, скорее всего, ушел именно этим путем.
      - Да, надо думать. Это важно?
      - Камилла, в этом клубке проблем все важно. Вверх по дороге, потом повернем направо.
      Они двинулись на запад по Форт-Джонсон-роуд, Камилла шла рядом с ним, и Алан время от времени включал фонарик, когда переплетенные ветки деревьев над их головами становились такими густыми, что совсем не пропускали лунного света.
      - Ну вот,- сказал он,- что касается неизвестного нам Н. С., который давал нам столько указаний...
      - Новый комплект указаний каждый раз, как только мы отвернемся! А этого не может быть!
      - Чего не может быть?
      - Н. С.,- прошептала Камилла,- похоже, знает объяснение всего дела. Откуда Н. С. вообще может это знать?
      - Возможно, это просто подозрения. Или информация, с которой он или она не может выступить в открытую.
      - А в какую игру играет капитан Эшкрофт? Какое телефонное сообщение он получил из своего офиса, почему он выглядел так странно и сказал, что не будет допрашивать Мэдж до завтрашнего дня?
      - Все снова возвращается к Мэдж, не так ли? Возможно, ответ находится в комнате 26 в заброшенной школе. Чуть дальше по дороге, еще одна-две минуты...
      Справа позади них оставались земли Мэйнард-Холла. Слева ряд высоких дубов теперь исчез, и показалось открытое пространство размером в несколько акров. Сначала они увидели высокий проволочный забор, за которым виднелись деревья, кустарники, крыши оранжерей и коттеджа, где была цветочная ферма.
      Позади фермы их глаза разглядели выцветший оранжево-желтый кирпич и поблескивающие длинные окна - два этажа школы "Джоэль Пуансет". В этом неверном свете едва можно было разглядеть название, вырезанное на фасаде, и дату "1920".
      Они прошли мимо здания, ступая очень тихо и держась в тени, на северной стороне дороги. На западе от школы, отделенное от ее территории рядом деревьев, находилось заведение, которое Алан раньше не замечал. Покрашенный коричневой краской деревянный забор окружал территорию и скрывал ее от взглядов.
      - Я могу сказать тебе, что это,- прошептала Камилла.- Вывеска гласит: "Р. Гэйддон. Торговля". Вчера мы проезжали мимо, и ворота были широко распахнуты. Это самая настоящая свалка металлолома!
      - Тогда, по крайней мере, в это время здесь никого не должно быть. Посмотри на середину этой части школьного здания. Несколько ступенек ведут к полуподвальной двери, должно быть, к той самой, которая нам нужна. Пошли туда.
      Камилла взяла его за руку. Они не шумели, пока шли к двери, двигаясь по диагонали, по голой земле, трава на которой была вытоптана несколькими поколениями школьников. Но тени, в которых что-то или кто-то мог скрываться, становились чернее и плотнее под освещенными луной окнами. Они все еще были в нескольких ярдах от трехгранного каменного углубления, похожего на очень плоский колодец, в котором широкие, крутые ступени спускались к двери, как Камилла вдруг тихо прошептала:
      - Алан, а кто такой был Джоэль Пуансет?
      - Чарлстонский дипломат, первый американский посол в Мексике в восемьсот двадцатых, а потом министр обороны при Ван Бьюрене. Почему ты спрашиваешь?
      - Потому что мне это не нравится. Не думаю, что мы здесь одни. У меня такое чувство, что кто-то рядом, может быть, следит за нами.
      - У меня такое же чувство. Но это только воображение. Здесь нет ни души на расстоянии...
      Чей-то голос расколол ночь напополам.
      - А ну стоять!- проревел он.- Кто ты есть такой? Вот обрез, если ты не стоять и я смотреть, кто ты...
      Сердце Алана ушло в пятки. Он видел неясную фигуру, которая, казалось, материализовалась из стены. Только сейчас он осознал, что голос обращается вовсе не к ним. Он обращался к двум крупным мужчинам, стоявшим на ступенях внизу у двери. В правой руке менее крупный держал нечто, выглядевшее как огромный электрический фонарь. Раздался щелчок - свет засиял на золотом щите, зажатом в ладони его левой руки.
      - Полиция!- заорал в ответ капитан Эшкрофт.- А вы кто такой?
      Первый голос, в мгновение лишившись ярости, зазвучал уже обеспокоенно:
      - Фамилия Хендрикс, Хендрикс, цветоводы. Если вы точно полиция...
      - Посмотрите на этот значок. И не говорите, что мне нужен ордер на незанятое помещение!
      - Ничего не говорить вам, сэр. Просто быть осторожно с чертовы дети, все. Что-то не так?
      - Может, да, может, нет. Я здесь, чтобы это выяснить. Свет здесь есть?
      - Свет, вода, почти все. Не будете много пользовать, нет?
      - Я позабочусь об этом. Теперь идите отсюда.
      - Я только спросить, сэр...
      - Идите отсюда, слышите?
      Шаркающие шаги удалились, неясная фигура исчезла. Пока доктор Фелл продолжал стоять на том же месте, капитан Эшкрофт преодолел три каменные ступени. Луч света пересек двор, поднявшись сначала на Алана, потом на Камиллу, и фонарь выключили. Капитан Эшкрофт оглядел их.
      - Ну... вот!- сказал он, изучая Алана.- Вы вернулись, не так ли? Поняли, что означает "С.Ш.Дж.П.", и попытались попасть сюда вперед нас?
      - Да, что-то вроде того.
      - Ну, ничего плохого не случилось. Мы вернемся назад и...- Его тон изменился.- Я совсем не рад видеть здесь вас, мисс Брюс. Это не увеселительная прогулка, знаете ли!
      - Капитан,- воскликнула обезумевшая Камилла,- рядом с вашими школами обычно располагаются свалки металлолома?
      - Нет, не часто. Если вы имеете в виду старину Поки Гейддона, они выкупили его участок и расчистят, когда будут сносить школу. Нет, я не рад вас здесь видеть. Ну, да ничего не поделаешь, раз уж вы здесь.
      - Ничего не поделаешь?- прогудел голос доктора Фелла.
      Капитан Эшкрофт повернулся назад, включив свой фонарь, и спустился на три ступени. Широкая, тяжелая дверь, без ручки на внешней стороне, была примерно на четверть дюйма приоткрыта и придерживалась каким-то тонким и изогнутым металлическим предметом, вставленным между дверью и дверной рамой.
      - Пришлось открывать пальцами,- объяснил капитан.- Здесь не заперто на замок, но там есть засов, который опускается изнутри. Так что пришлось ее вскрывать...
      - ...И теперь не давать ей закрыться,- дополнил доктор Фелл,- с помощью исторического и ценного штопора, который я всегда ношу с собой. Архонты афинские!- просипел он, корча страшную рожу и кривясь от света.- Если мы собираемся войти, не лучше ли нам все-таки это сделать? Пока вы беседовали с нашими друзьями, я отважился открыть дверь чуть шире. Я не уверен, что расслышал внутри шаги; без сомнения, я слышу много лишнего. Но мне было бы интересно...
      - Что интересно?
      - Мне было бы интересно знать,- сказал доктор Фелл,- не мог ли кто-то еще пройти сюда до любого из нас.
      Глава 16
      - Кто-то еще?- выпалил капитан Эшкрофт.- Об этом мы скоро узнаем!
      Чересчур оптимистично, усмехнулся про себя Алан. Держа большую дверь открытой, пока остальные прошли вперед него вниз еще по двум ступенькам, капитан Эшкрофт оставил ее приоткрытой. Потом, направив луч своего большого фонаря прямо вперед, двинулся, чтобы догнать доктора Фелла. Камилла и Алан шли за ними, отставая на несколько футов.
      Довольно широкий коридор с бетонным полом тянулся по ширине здания. Или школу закрыли совсем недавно, решил Алан, или за ней очень хорошо присматривали все это время. Несмотря на духоту полуподземного прохода, здесь не чувствовалось ни затхлости, ни сырости.
      При входе он краем глаза заметил закрытую дверь с матовой стеклянной панелью. В правой руке у него был маленький фонарик, но он не стал включать его, чтобы рассмотреть все получше. Вместо этого с Камиллой, прижимавшейся к его левой руке, Алан следовал за лучом большого фонаря по мере того, как доктор Фелл и капитан Эшкрофт продвигались вперед. Их голоса убегали и отдавались гулким эхом.
      - Хрумпф!- издал звук доктор Фелл.- Поскольку за все мои грехи я сам был однажды школьным учителем...
      - Вы чувствуете себя как дома?- догадался капитан Эшкрофт.- Отлично! Но что мы здесь ищем?
      - Что-то,- ответил доктор Фелл,- на что шутник, который на самом деле не шутник, обратил наше особое внимание. Или это уже было здесь, как фотография По в Форт-Молтри, или же он положил это сюда, чтобы мы могли найти. До сих пор, по крайней мере, наш анонимный друг всегда был точен. Архонты афинские!- Он остановился, показывая вперед.- Там, разумеется, находится лестница на основной этаж?
      Так оно и было. Там, где поперечный коридор пересекался с центральным коридором, идущим сквозь здание, широкая лестница с бетонными пролетами и тяжелыми перилами из железа и дерева вела наверх, в еще более плотную темноту.
      - И это еще не все,- прошептал Алан на ухо Камилле.
      - Не все?
      Они прошли мимо других дверей, слева и справа. В сторону одной из них, на правой стороне, Алан послал мгновенный луч света. На ее панели не было номера, но на непрозрачном стекле выступали черные буквы: "Ручной труд". Камилла схватила его за запястье и быстро посветила лучом фонарика на другую дверь, расположенную значительно дальше слева.
      - "Домоводство",- прозвучал ее настойчивый шепот.- Ручной труд для мальчиков, домоводство для девочек. Точно так же, как в любой школе, построенной сорок с лишним лет назад. Но что ты имел в виду, сказав про лестницу, что "это еще не все"?
      - Иди за мной, постарайся идти тихо, я тебе покажу.
      Стараясь стать невидимым для капитана Эшкрофта и доктора Фелла, которые теперь взбирались по ступеням, он провел ее на еще на полдюжины шагов вперед, за лестницу. В углу стены, там, где центральный коридор встречался с поперечным, Алан прислонился плечом к высоким деревянным дверям и толчком открыл одну из них.
      Перед ними была галерея, окружавщая спортивный зал внизу. Искаженный лунный свет, пробивающийся сквозь неплотно прикрытые жалюзи, касался начищенного пола на расстоянии пятнадцати или двадцати футов внизу. На Алана словно повеяло знакомой атмосферой прошлых баскетбольных матчей, гимнастических упражнений давних времен.
      - Знаешь, это не подвал,- признался Алан.- Если ты посмотришь назад на лестницу, вот так, ты увидишь другие ступени, ведущие вниз. Под этим этажом есть еще один: раздевалки для спортивного зала, котельная, все, что нужно.
      - Я... полагаю, да,- выдохнула Камилла.- Но во всем этом есть что-то подавляющее и ужасно жуткое, не так ли? Я могла бы поклясться, что видела... Знаю, что ничего не пошевелилось, на самом деле нет. И все же!- Ее левая рука обвила его шею.- Давай поднимемся и присоединимся к остальным, ладно?
      И они поспешили наверх, предоставив двери на галерею захлопнуться самой. Наверху, на просторном основном этаже, выложенном гладкой плиткой, в величественной позе, используя луч фонаря как указку, стоял капитан Эшкрофт.
      - Нам нужно пересчитать комнаты, только и всего!- изрек он.- В этом месте их должно быть гораздо больше, чем двадцать шесть, только у некоторых нет номеров, одни названия. Как вон там!
      - Если вы имеете в виду офис,- прогудел в ответ доктор Фелл, следя за лучом, когда он двинулся вперед,- могу ли я предложить, чтобы мы безотлагательно осмотрели офис?
      - Хорошо! Вполне справедливо. Но почему офис?
      - Мой дорогой сэр! Поскольку здесь есть электричество и вода, возможно, и телефон тоже работает. А если телефон работает...
      Запах мела и школьных досок все еще преследовал эти стены. Впереди большие двойные входные двери здания были обращены к Форт-Джонсон-роуд над спуском из каменных ступенек, ведущим вниз во двор. Сразу внизу был широкий вестибюль, потом в стене справа, если смотреть вперед, показалась стеклянная дверь офиса. Капитан Эшкрофт освещал дорогу, пока доктор Фелл, неуклюже переваливаясь, подошел туда, толчком открыл двери и дотронулся до выключателя на внутренней стене.
      Это была довольно большая комната, когда-то служившая приемной. Одна лампа горела на потолке, другая на плоском столе секретаря, демонстрируя темно-желтые стены, заставленные шкафами для папок. Два окна в дюжине футов над землей были обращены на восток, в сторону садоводческой фермы. На стене над столом секретаря висела в рамке фотография Томаса Эдисона; на столе стоял телефон, а рядом лежала телефонная книга Чарлстона. Справа виднелась дверь из полированных коричневых панелей с надписью золотыми буквами: "Дж. Финли Сунер, директор".
      Доктор Фелл, с лицом еще более красным, чем обычно, уселся на стул, швырнул свою шляпу на стол секретаря, положил рядом с ней палку и замигал, как сова, глядя на дверь директорского офиса.
      - Воображаю, какой нескончаемый восторг у подростков вызывало такое имя, как Дж. Финли Сунер. "Наш Сунер, молодой парнишка, горазд обстряпывать делишки". Ладно, с этим все.
      Сипя, откашливаясь, он взял телефонную трубку и поднес ее к уху. В тишине ночи все четверо могли расслышать глухое гудение, показывающее, что линия свободна. Доктор Фелл положил трубку обратно.
      - Все вы слышите и наблюдаете,- сказал он триумфально,- что аппарат в полном порядке. Могу ли я задать вопрос, капитан: есть ли какие-либо другие телефоны в этой округе, расположенные ближе к Мэйнард-Холлу, чем этот?
      Капитан Эшкрофт уставился на него:
      - Нет, этот ближайший. Есть, разумеется, еще один на военно-морской исследовательской станции, но туда посторонних не пускают. На этом конце острова не так уж много народу. Единственный другой телефон, о котором я знаю, находится в магазинчике на перекрестке в паре миль вниз по дороге в противоположном направлении.- Он оживился.- Вы, вероятно, думаете о юмористе, который так усердно с нами развлекается?
      - Думаю.
      - Вчера после обеда он или она звонил мне со всей этой ерундой насчет томагавка! Вы думаете, звонок был сделан отсюда?
      - Думаю, это в высшей степени вероятно.
      - Хорошо, но что это доказывает?
      - Доказывает?- воскликнул доктор Фелл, поднимаясь.- Мой дорогой сэр, в качестве улики это не доказывает ничего. Но что касается юмориста, нам и не надо ничего доказывать. Личность юмориста - как противоположность личности убийцы - уже была выяснена, поскольку определенная особа слишком много знает.
      - Да,- выпалил капитан Эшкрофт,- именно это и сидит у меня в печенках. По мне, было бы просто замечательно, если бы мы могли разобраться со всем этим делом до начала слушания в понедельник. Мы знаем убийцу или, по крайней мере, почти уверены, что знаем. Но кто же этот чертов шутник и почему он шутил? Если вы не скажете мне, потому что все время повторяете, что это не важно, то что мы делаем сейчас?
      - Мы ищем комнату 26 и улики, которые нас там ждут. С вашего позволения, сэр, мы будем пользоваться школьным электричеством как можно меньше. Не достанете ли вы снова фонарь, пожалуйста, пока я погашу здесь свет?
      Камилла ближе прижалась к Алану, когда доктор Фелл, подхватив шляпу и палку, пошел обратно к выключателю на стене у двери.
      - В этом деле - простите меня!- я чересчур близко подошел к совершению очень глупой ошибки, когда случай или удача восстановили мое равновесие. Раз споткнувшись, и споткнувшись основательно, я не испытываю желания спотыкаться снова. Собственно говоря, если кто-то должен идти и следить за нами в этот момент...
      Доктор Фелл щелкнул выключателем. За исключением слабого неверного лунного света, проникавшего через окна, темнота накрыла их, как вполне физически ощутимый колпак. И в голове Алана Грэнтама зашевелилось целое царство кошмаров. Потому что за ними действительно наблюдали.
      За правым окном, подоконник которого находился в дюжине футов от земли, поднималась темная фигура, кто-то стоял снаружи и вглядывался в комнату. Казалось, фигура с любопытством двигала шеей, лунный свет отбрасывал бесформенную тень на пол.
      Капитан Эшкрофт, громко выругавшись, направил луч большого фонаря прямо на это окно. Кошмар исчез практически одновременно с воплем антикульминации.
      Выглядевшая кошмарной фигура оказалась всего лишь Янси Билом. Янси, в спортивной куртке и брюках, все еще стоял на коленях на внешнем подоконнике и, с трудом удерживая сомнительное равновесие, держался за выступы кирпичей по обеим сторонам окна. Он сказал или выкрикнул что-то, когда капитан Эшкрофт шагнул к нему, но через стекло никаких слов не было слышно.
      Окно открывалось не так, как обычно открываются подъемные окна. Если потянуть за металлическую ручку на нижней части рамы, вся нижняя часть открывается внутрь и вверх под острым углом, оставляя достаточно места, чтобы можно было пролезть.
      Кипевший негодованием капитан Эшкрофт открыл окно. Каким-то чудом Янси, бледный, с запавшими глазами, извиваясь, ухитрился просунуть ноги через отверстие. Оказавшись внутри комнаты, он встал и прислонился к окну спиной, чтобы закрыть его.
      - Ну?- требовательно спросил капитан Эшкрофт.- Что, интересно, вы здесь делаете? Вы же уехали домой, не так ли?
      - Я уехал домой несколько часов назад, да! Но я опять вернулся!
      - Это бросается в глаза. Что же вы здесь делаете?
      - Елиуй, бога ради, у вас сердце есть? Я должен был знать, как чувствует себя Мэдж, или нет? Я не мог бросить Мэдж!
      - Ну и?..
      - Я стал беспокоиться о ней,- сказал Янси, щурясь, так как свет светил ему в глаза,- так что я приехал обратно минут двадцать назад. Ваш цербер все еще стоял на страже у двери спальни, даже не позволил мне с ней поговорить. И если говорить о вопросах, старина,- взорвался он,- чего добиваетесь вы, полицейские? Полностью изолируете Мэдж или как?
      - Нет, разумеется! Зачем нам это делать?
      - Именно это я и хочу узнать, черт побери! Она сегрегирована и иммунизирована, ее нельзя было в большей степени отрезать от мира, даже посадив в тюрьму. Что это за игра, Хабаккук? Мне пришла в голову мысль, что адвокат девочке понадобится гораздо больше, чем доктор.
      - Может быть, и понадобится, коли на то пошло. Мы знаем, чего мы добиваемся, молодой человек, у нас есть для этого основания. Теперь вы мне расскажете...
      - Хорошо, хорошо!
      В сумраке офиса Янси вместо приветствия помахал рукой доктору Феллу, Камилле и Алану. Потом его снова понесло.
      - Я встретил Джорджа,- продолжал он,- когда тот шел спать. Джордж не запирает дом. Здесь никто никогда ничего не запирает, вот вам и результат! Ну, вся чертова компания уехала вечером в город.- Он посмотрел на Камиллу и Алана.- Я знал, конечно, что вы уехали вдвоем. Но оказалось, что Валери увезла Боба Крэндалла на своей машине куда-то там ужинать. Рип Хиллборо уехал за ними, чтобы успеть на последний сеанс в "Ривьере". Рип не вернулся, Боб не вернулся, Валери могла бы появиться на минуту или две, хотя бы для того, чтобы завезти Боба домой, но она этого не сделала. Никто не вернулся, а было уже почти одиннадцать часов!
      - По словам Джорджа,- его глаза снова нашли Алана и Камиллу,- вы двое вернулись значительно позже десяти, но потом снова исчезли, не сказав никому ни слова. Не надо обладать большим умом, чтобы понять почему.- Тут Янси собрался с духом и посмотрел на капитана Эшкрофта: - Вы спрашиваете, что я здесь делаю, так? Полагаю, то же самое, что все остальные. Правильно ли я вычислил, Иегесиф, что две группы - вы и доктор Фелл, с одной стороны, и парочка почти, но не совсем влюбленных голубков, с другой - пришли сюда по отдельности после того, как прочитали и поняли четвертое послание на доске, а потом столкнулись друг с другом на пороге?
      - Почему вы думаете, что столкнулись?
      - Потому что то же самое произошло со мной,- ответил Янси.- Пусть сгорят мои штаны! Поговорив наверху с Джорджем, я спустился вниз, прошел через библиотеку в оружейную и нашел длинное, скучное послание, которое подразумевало только школу "Джоэль Пуансет", комнату 26.
      Я был совершенно один, заметьте. Но я стоял там и громко разговаривал сам с собой, а это признак, что ты начинаешь сходить с ума. Должно быть, я действительно схожу с ума, если уж на то пошло. Потому что после того как я поговорил сам с собой (точнее, покричал сам с собой) насчет послания, я вышел в задний сад, чтобы охладить голову, прежде чем идти сюда. И голос из-за шпалеры с розами говорил со мной, когда говорить там было некому.
      - Да,- кивнул капитан Эшкрофт,- вы точно направляетесь прямиком в психушку. Или же,- завопил он,- хотите, чтобы мы проглотили эту глупейшую чертову историю, которая когда-либо приходила в голову человеку, вляпавшемуся в неприятности! И в том и в другом случае...
      - Вы можете понять, капитан, что я не валяю дурака?
      - Хорошо, вы не валяете дурака. Так что произошло?
      - Я пытался вам рассказать. "Мрак луны" - не так ли сказал сегодня однажды доктор Фелл? В том саду никого не было и быть не могло. Мэдж наверху под охраной; все остальные где угодно, только не там. И все же голос заговорил, шепчущий, бестелесный голос, когда я проходил мимо шпалеры с розами рядом с одним из стеклянных окон в вестибюле.
      - Как голос по телефону, так?
      - Да! Только из-за шпалеры, а вовсе не по телефону. "Если вы пойдете в эту школу, будьте настороже!" - и опять: "Если вы пойдете в эту школу, будьте настороже!" Я побежал к шпалере и заглянул за нее, но там никого не было.
      - Если вы были совершенно одни, как кто-либо мог узнать, что вы собираетесь идти сюда?
      - Потому что я говорил сам с собой, разве я не сказал? Я говорил сам с собой в оружейной, и французское окно там было распахнуто настежь, пока я не закрыл его от москитов. Любой на расстоянии нескольких ярдов мог услышать, как я бубнил насчет школы "Пуансет" и комнаты 26. Но кто был?
      Капитан, я ничего не могу поделать, если вы мне не верите. Может быть, я на это и не рассчитываю. И все же я говорю чистую правду! Объясните голос как вам будет угодно, у меня же от него внутри все перевернулось. Но это вовсе не означало, что он может меня остановить. Так что я пришел сюда с мыслью взломать окно и самому здесь поискать. Между прочим, где тут комната 26?
      - Пока не знаем, но скоро выясним. Вы знаете что-нибудь об этой школе?
      - Вообще ничего, никогда раньше не был внутри.
      - На некоторое время, мой мальчик,- сказал капитан Эшкрофт,- мы отложим суждение о вашем рассказе. Пойдемте лучше с нами, пока мы будем искать комнату; по крайней мере, это упасет вас от неприятностей и вы не будете слышать голоса, раздающиеся все равно из-за чего. Готовы, доктор Фелл? Все готовы?
      Следующие пятнадцать минут - Янси шел впереди с капитаном Эшкрофтом и доктором Феллом, остальные двое плелись сзади - они исследовали каждый закуток основного этажа. Большой фонарь капитана руководил операцией. Янси, все еще на пределе, зажигал спичку за спичкой.
      Они нашли небольшую аудиторию, находившуюся в том же месте, где ниже располагался спортивный зал. Они открывали одну за другой двери классных комнат. С темно-желтых стен на них смотрели те же самые фотографии усатых писателей девятнадцатого века, которые можно было найти в любой школе того же типа по всей стране. Они насчитали не больше двенадцати пронумерованных классов, когда, в отдающемся шепотом эхе, стали подниматься по другой широкой лестнице на следующий этаж.
      Но и здесь поиск не принес никаких результатов. Обнаружили учебный зал с крепкими столами и стульями, далее находились химическая аудитория, химическая лаборатория, лишенная оборудования, комната для "коммерческого курса", где у пишущих машинок на клавиатуре не было букв. Картины в еще одной дюжине комнат были хорошо узнаваемы: церковь в Стратфорде, римский Колизей, вид на Большой канал в Венеции.
      Но по-прежнему не было никаких признаков комнаты номер 26. Разочарованные, все собрались в холле вокруг фонтанчика для питья, чуть освещенного лунным светом. Доктор Фелл, возвышавшийся в тени, поднял руку, призывая к молчанию.
      - Мы считали очень тщательно,- с выражением произнес он.- Это верхний этаж, ведь их всего два, и самая последняя комната здесь имеет номер 24. Если только мы не оказались жертвами бессмысленного розыгрыша...
      - Это не розыгрыш,- сказала вдруг Камилла.- Я знаю, где это!
      Хотя она обращалась только к Алану, четыре головы повернулись в ее сторону.
      - Когда мы заходили через подвальный вход, а это на самом деле не подвал, там, в коридоре, было довольно много дверей, на которые мы и не посмотрели. Двери со стеклянными панелями по обе стороны входа. Вполне ведь могло случиться, что комната, которую мы ищем, была именно самой первой комнатой, мимо которой мы прошли, даже не заметив ее.
      - Камилла, милая!- воскликнул Янси.- Это самое настоящее озарение! Клянусь бородой Господа Бога Всемогущего, ты попала в самое яблочко! Комната 26 находится в подвале, она должна быть именно там, со всем тем, что там для нас приготовлено. Ну что, пошли?
      Он мгновенно повернулся, готовый бежать вниз.
      - Эй, погодите!- сказал капитан Эшкрофт.- Там пол скользкий, как в танцевальном зале. Вы хотите упасть и разбить себе череп? Полегче, полегче!
      - Нет, о пророк, определенно нет! Старина Янс просто не может полегче, хотелось бы, да не могу. Кроме того, если кто-то скрывается в засаде, чтобы выпрыгнуть на нас, я хочу прижать его к ногтю до того, как он прыгнет. Пошли!
      И Янси ушел сквозь тень и неверный лунный свет. Во время их собственного, гораздо более неторопливого спуска, отмеряемого постукиванием палки доктора Фелла, они услышали удаляющийся на бегу топот шагов Янси.
      Это была довольно обычная школа, сказал себе Алан, кошмарные ужасы исходили от нее только потому, что была ночь и все очень возбуждены и взволнованы. И все же неприятные ощущения все накапливались. Через двадцать секунд, когда четверо достигли конца лестницы в подвал, они обнаружили интересную картину.
      Справа от них поперечный коридор тянулся в темноте к боковой двери, через которую они вошли. Похоже, Янси Била не заботил поперечный коридор. Он сделал полдюжины шагов по центральному проходу, который делил коридор пополам. Он зажег спичку, поднял ее вверх и начал вглядываться в направлении двойных деревянных дверей, которые вели на галерею спортивного зала.
      Сначала капитан Эшкрофт, потом доктор Фелл, потом Алан и Камилла инстинктивно прошли за ним несколько шагов мимо поперечного коридора. На мгновение Янси оглянулся на них, крохотное пламя осветило часть его лица и темные глаза. Потом его внимание обратилось на двойные двери.
      - Да?- окликнул он вдруг.- Кто там? Кто тут есть?
      И он кинулся прямо к дверям, открыв их плечом, и исчез в темноте. Остальные теперь не могли видеть его, но они слышали топот его ног, доносившийся с галереи, в погоне бог знает за кем или чем.
      - Вернитесь!- завопил капитан Эшкрофт.- Вернитесь, олух! Я же говорил вам...
      - Все в порядке, не так ли?- закричала Камилла.- То есть я хочу сказать, с ним все в порядке? И думать не хочу, что...
      - Тогда не думайте,- посоветовал ей капитан Эшкрофт.- Парень безумен, как бешеный волк! Он гоняется за собственным воображением, только и всего; кроме нас, здесь никого нет. Одно время доктор Фелл думал, что, может быть, кто-то придет, но никого нет. Кроме нас пятерых, здесь нет ни единой живой души на расстоянии...
      И в эту минуту все застыли. Потому что все это услышали.
      Сначала раздалось треньканье банджо, потом легкий тенор запел песню. Приглушенные, словно им мешало какое-то препятствие, и все же громкие в ночной тишине, ноты доносились откуда-то с этажа.
      О, я пришел из Алабамы
      С банджо на моем колене;
      Я иду в Луизиану
      Повидать мою Сюзанну.
      О, Сюзанна!..
      Поддержанные мощным оркестром, множество мужских голосов хором подхватили и пропели еще три куплета. Потом, словно после некоторого раздумья, музыка и голоса слились в слащавом сентиментальном напеве:

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18