Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Игры, в которые играет Я

ModernLib.Net / Психология / Калинаускас Игорь / Игры, в которые играет Я - Чтение (стр. 11)
Автор: Калинаускас Игорь
Жанр: Психология

 

 


Исходное решение состоит здесь в отказе от воздействия. В некоторых ортодоксальных традициях этот отказ доводят до полной неподвижности. Есть некоторые факирские традиции, где человек достигает того, что однажды садится в позу лотоса и больше не двигается. Ученики переносят его с места на место, пыль сдувают. Но несмотря на то что биологическое существование в нем еле теплится, фактом своего существования он производит для объективного наблюдателя большие, иногда очень большие изменения в окружающем его мире. Но такое удавалось немногим.

Для человека, который встал на этот путь, существенно раскрытие внутренней жизни, внутреннего мира, внутреннего качества своего бытия, и соответствующие этому внешние проявления совершаются как бы сами. Поэтому это в определенном смысле путь святого. Человек погружается во внутреннюю реальность, раскрывает свои внутренние резервные возможности, без желания применять их вовне. Это принципиально, потому что если человек раскрывает свои внутренние резервы, но его основная мотивация связана с воздействием, то практически он не раскрывает этих резервов, он только функционально по отношению к воздействию совершенствуется как орудие.

Без внутреннего глубокого осознания отказа от воздействия качественного перехода в эту ситуацию не происходит. Нужно понять, что каждый вариант имеет свои ограничивающие условия. На медитативном пути первым ограничивающим условием является отказ от воздействия до той степени, до какой это реально для вас, возможно и доступно. Все воздействие сводится к факту, что я вот такой существую. С неизбежностью этот путь сводит до минимума возможную для данного субъекта внешнюю активность, как мы ее обычно понимаем. Проповеди и те постепенно перестают читать. По словам Раджниша – он сидит, светится, вы пришли, прикоснулись, поняли, что да, есть еще святость в этом мире, и пошли дальше. Для этого человека контакты с реальностью происходят иначе.

Я беру предельность, предельную выраженность этой ситуации. Блок традиций, связанных с этим путем, обогатил психотерапию, психологию, видимо, больше, чем другие. В современной практической психологии используется многое из добытого представителями этих традиций. Они добыли эту информацию, оформили ее, и потом пошли модификации.

По мере продвижения по этому пути возникает необходимость создавать себе пространство свободы от внешней деятельности. Представители такой традиции в социальном плане выбирают себе максимально пассивную позицию. Они или примыкают к религиозным общинам, или выбирают пассивную позицию, без активного социального функционирования в любом аспекте: от научного до общественно-политического. Самый активный представитель этой традиции, из реально достигших, Кришнамурти. Кришнамурти позволяет себе общаться с людьми один на один. Несколько книжек этих бесед он выпустил в свет. Для этой традиции он очень активный представитель.

В г. Ош был человек, который раз в год, в определенный день, появлялся на горе. Он сидел один день и ничего не говорил. Люди шли бесконечной чередой, чтобы только мимо него пройти. Потом он исчезал до следующего года. Те, кто с ним соприкасался, утверждают о своих исцелениях, внутренних изменениях, но это их дело, а он что-то только сидит.

Условия покоя

Главным техническим условием профессионализма в этом деле является покой и деконцентрация, умение деконцентрироваться, умение победить локальность внимания, включить расширенное внимание, освободиться от привязанности к внешним объектам.

Медитативное состояние, погружение, является главным техническим приемом этого блока традиций. Самое главное, чему необходимо научиться физически, – это сидеть неподвижно. Во всех медитативных традициях существует очень долгая, а иногда и очень жесткая практика канонической позы, в которой последователь должен уметь пребывать очень длительный для нас срок (минимум трое суток неподвижного сидения).

Умение замереть, создать максимально пассивную позицию по отношению к внешней реальности – это сложно для современного человека. Это особое состояние – когда вы тренируете, развиваете навык деконцентрации, этого сидения, этого выключения, этого погружения, тогда и организм приобретает эти навыки. На организме это видно наглядно, т. к. каждая такая способность имеет свою цену на уровне организма. И здесь нужно разобраться, проследить, какую цену с вас начинает брать тот или иной способ приложения ваших возможностей, насколько вы внутренне для этого предназначены, насколько ваша конструкция подходит для этого варианта.

Естественно, можно не делать этого глубоко, но мы разбираем эти ситуации всерьез. Важно учесть, что есть две принципиально разные медитации: с открытыми и с закрытыми глазами. Процессы, происходящие в мозгу в одном и в другом случае, абсолютно не совпадают. Я сторонник того, чтобы любые медитации делались с открытыми глазами. Можно чередовать, но быть внимательным. Далее нужно устанавливать контакт со своей внутренней, субъективной реальностью, изначально приняв ее всю как нечто, что мне способствует, помогает. Даже та некая часть вас, которую вы считаете дурной привычкой, может делать эту работу для какого-то вашего блага. Весь вопрос, для какого блага и как найти другие пути к этому благу.

Мне встречалось относительно много серьезных людей, принадлежащих именно этому блоку традиций. У них получалось по три-шесть дней в процессе обучения входить в медитативное состояние. Самая опасная ловушка – использовать это не для общения с собой, со своей субъективной реальностью, а в качестве наркотика для появления переживаний, видений. Есть тибетская книжка «Океан удовольствия для мудрого», в которой объясняется, что любые проекции твоего сознания – это лишь проекции твоего сознания, не более. В тибетской «Книге мертвых» в конце есть специальная страница, где написано: «Это проекции твоего сознания, это проекции твоего сознания, не забывай, что все это проекции твоего сознания».

Когда человек под видом медитации настроен на воздействие, на изменение внешней реальности, на самоутверждение себя как внешнего, действующего существа, то он начинает использовать медитативную технику погружения для установления контактов с иными мирами (миром Бога, миром сил, инопланетянами и т.д.). С точки зрения моих знаний и опыта это неграмотно, потому что все эти визуализации, достигаемые в процессе погружения, есть не более и не менее, согласно самым строгим источникам, как способы представления самому себе своей субъективной реальности. И когда человек встает на внутренний путь, он должен набраться мужества для встречи со своей субъективной реальностью в том объеме, в котором обычно человек с нею не общается.

Путешествие по субъективной реальности не менее опасно, увлекательно и безгранично, чем путешествие по Вселенной. «Господи! Зачем такая бесконечная Вселенная внутри?» Людей, которые прошли или идут этим путем, которые смогли бы избежать соблазна деления внутренней реальности опять на две реальности (или больше), очень немного. И путь медитативного погружения во внутреннюю реальность один из самых трудных, его реально осуществить, в предельном выражении безумно сложно.

Погружение во внутреннюю реальность – дело, требующее подготовки, инструктора или проводника, который имеет и знает карту этого пространства. Очень много также зависит от системы образных обозначений областей субъективной реальности. Ведь проблема еще и в том, как передавать эти знания, ибо много ушедших и не вернувшихся оттуда, потерявших мотивацию рассказывать другим о том, какие события происходят в его внутренней реальности. Поэтому особенно напоминаю, что играть можно до тех пор, пока вы помните, что это игра и она принесет вам пользу. Можно играть в просветление, медитацию. Но как только вы решаете, что хотите не играть, а заниматься этим всерьез, тогда вы должны становиться внимательным профессионалом, тщательно изучающим предмет.

Это безумно мужественный путь – путь медитативного погружения в свою внутреннюю реальность. Тем из вас, у кого есть скепсис по отношению к людям, которые этим способом пытаются что-либо постичь, советую от этого пути отказаться. Пространства субъективной реальности настолько плохо описаны и настолько мало изучены (в основном они изучались в старинных духовных традициях и описаны экзотично), что необходимо найти для себя способ перевода доступных вам по литературе описаний внутренней реальности на максимально упрощенный язык. Упрощенный – значит, максимально приближенный к вашим возможностям реализации. Такая рабочая установка обязательна.

Принципы структурирования субъективной реальности

Традиции, принадлежащие этому блоку, отличаются друг от друга принципом структурирования субъективной реальности. Как только мы ставим вопрос о подлинности-неподлинности, истинности-неистинности содержания субъективной реальности – мы выпадаем из этих традиций. Вначале я писал, что все содержание субъективной реальности подлинно для меня как для субъекта, истинно для меня как для субъекта, это моя субъективная реальность, для меня она всегда подлинна.

Способ ее структурирования может быть иерархический, линейный, например по принципу – это богово, а это кесарево. Богово выше кесарева и так далее… В «Книге мертвых» единый мир субъективной реальности разбивается на энное количество миров, между которыми устанавливаются определенные взаимоотношения, и в рамках этих взаимоотношений происходит иерархическая организация пространства субъективной реальности.

Естественно, субъективная реальность – сверхсложная система, которая принципиально не может быть исчерпана линейным описанием. Мы вынуждены делить ее на блоки, объемы, чтобы в конечном итоге представить ее себе самому как некое целое. Практически конечной целью будет интегрирование, представление себе самому своей субъективной реальности как целого. Путь к этому есть вопрос традиции, вопрос психотехники, психотехнологии данной традиции.

Другое дело – медитативное состояние как некий способ активизации умственного или эмоционального процесса – легкое медитативное погружение. Вот это – игра, это театр, по-моему. Игра в том смысле, что это нечто среднее между искусством и жизнью. Как театр – немного искусство, немного жизнь. Практическая психология – немного наука, немного искусство. Такие пограничные вещи. В данном случае медитация тоже пограничная вещь.

Есть своеобразная форма медитационного упражнения, она обычно используется как часть пути трансформационного – это созерцание пустоты. Не путешествие по субъективной реальности, а выход как бы за пределы любого содержания, так называемая «пустотная медитация». Принцип Великой Пустоты. Она тоже требует соответствующей подготовки. В этом деле всегда есть риск. И инструктор должен знать, подходит эта технология этому человеку или не подходит, как его провести и прочее. Здесь вопрос ответственности, договора, условия обговариваются. Иногда выбор очень простой: «Или ты пройдешь, или сойдешь с ума. Согласен? Согласен. Все». Бывает и так.

Я сторонник того, чтобы описания эти становились доступными людям, чтобы в определенном смысле упрощать отношение к этому, упрощать технологию, извлекать оттуда максимум того, что может быть общедоступным, просто общедоступным.

Что нужно усвоить

Итак, мы выяснили: в этом варианте путей основное – это постижение внутренней реальности. Основным требованием на этих путях является покой, умение быть спокойным, умение снизить до максимального предела уровень внутренних шумов, выработать устойчивость, умение деконцентрироваться. Основное техническое средство – медитация.

Что нужно здесь усвоить? Главное – что медитация как таковая есть образ жизни человека, идущего по такому пути. Образ жизни… Все. Остальное – это медитативные упражнения. Эти понятия нужно четко развести. Потому что в тех восточных книгах о медитациях, которые мы читаем, чаще всего они не разведены. Нужно твердо для себя усвоить, что между медитативными упражнениями и медитацией как образом жизни огромная разница.

«Сядем помедитируем» – это выражение несколько условное, потому что сесть помедитировать в строгом смысле слова – это нонсенс. «Сядем помедитируем» – это сделаем какое-нибудь медитативное упражнение. Упражнение, которое позволяет наработать овладение медитативным состоянием как особым состоянием сознания, позволяет осознать часть своей проблематики и отработать какую-нибудь грань.

А для этих путей медитация, она же молитва, есть образ жизни. В чем внешне выражается такой образ жизни? Прежде всего в том, все главные ценности переносятся в пространство субъективной реальности, естественно, поскольку познание, постижение и устремленность носят такой характер. Крайний случай проявления таких путей описан в рассказах о йогах, застывших в определенной позе и ушедших полностью в состояние медитации, как пишут (наполовину с юмором), что ученики их переносят с места на место, пыль с них сдувают.

Люди, ушедшие в медитацию, в свою внутреннюю реальность, практически не едят, не пьют, медленно усыхают, доходят почти до мумифицированного состояния, хотя и живут. Это крайняя степень погружения. Есть красивая поэма о том, как такой человек сидел на скале совершенно неподвижно. У него в руках ласточки свили гнездо, прилетали каждую весну, выводили птенцов и улетали. Многие люди были вокруг него. Некоторые приходили просто прикоснуться к нему. И вот однажды он заплакал. Это было как извержение вулкана. Народ впал в ужас, думая, что грянет катастрофа мирового масштаба. Ближний ученик спрашивает у него: «Учитель, что такое? Что случилось?» Учитель ответил: «Ласточки не прилетели. Что-то во мне не так. Ласточки не прилетели».

Это трудный Путь. Если относиться к нему всерьез, он требует большой работы, впрочем, как и все остальные пути, которые, в отличие от убежищ, требуют очень серьезного к себе отношения. И самое главное, что в этом пути, пути медитативном, очень много требуется отказов – с точки зрения постороннего наблюдателя. Но нужно помнить, что отказы для человека, идущего по пути, не являются отказами, просто лишнее отпадает само собой. Иногда с болью отпадает, но это не есть отказ. Это со стороны глядя иногда трактуют: он отказался. А он ни от чего не отказался, это просто отпало по пути.

Вот притча: жили-были два брата-царевича. Один бросил царство и ушел в монахи. И вот однажды их пути пересеклись, и царь говорит брату: «Ну, брат, ты герой. Бросил царство ради Бога, я тобой восхищаюсь». А брат ему отвечает: «Да брось ты. Я эгоист. Я променял дерьмо на алмаз. Вот ты герой действительно».

Первый принцип

На примере медитативных путей, как мы их условно назвали, путей постижения истины через погружение во внутреннюю реальность, особенно обнаженно выступает принцип необходимости растождествления с механизмами жизни.

И поскольку мне хочется дать вам что-нибудь практическое, а не только общетеоретическое, то я хотел бы вам раскрыть первый принцип любой духовной традиции (хотя я рассказываю о нем в связи с медитативными путями, но он первый на всех путях, если вы серьезно собираетесь пройти один из них).

Этот принцип называется жить как тебе хочется. Казалось бы, ну что тут проще? Но сразу возникает масса возражений. Как же это так? Как это так – как самому хочется? Это что, эгоизм? А как же другие? Нужно понять один из самых красивых и самых фундаментальных механизмов жизни. Известно, что человек ничего не может сделать вне какой-либо своей потребности. Энергия любого действия – это энергия потребности. Любого! Повторяю, это принципиально, это фундаментальный двигатель.

Потребность оформляется у человека как мотив, то есть как стремление к реализации потребности через какую-то ценность. В упрощенном виде можно сказать, что все, что человек делает, он делает из «я хочу». Объективно человек делает все, что он делает, из какой-либо своей потребности, то есть из «я хочу». Объективно для квалифицированного наблюдателя не существует – «я не хотел, но сделал», «я хочу, но не делаю; я не хотел, но был должен».

Человек имеет, как правило, несколько активизированных потребностей и соответственно некоторое количество мотивов одновременно, то есть много «я хочу» в каждый момент времени. И реализует то «хочу», которое согласно его внутренней системе ценностей, не всегда осознаваемой, является в данный момент доминирующим. То есть человек действует по доминирующей потребности, поэтому все самообъяснения и объяснения для других, которые человечество создало, типа: «я не хотел, но вынужден был», «я очень хочу этого, но никак не могу, потому что» и т.д. – с точки зрения квалифицированного наблюдателя есть буферный приспособительный психологический механизм.

С точки зрения любого духовного пути, даже его самых первых шагов, такие позиции являются полным самоодурачиванием и лишением себя всякой возможности сделать хотя бы один реальный шаг. Значит, для того чтобы начать двигаться по пути, нужно честно и постоянно осознавать, что вы действуете исключительно из «хочу».

Опираясь на знание, на глубокое самонаблюдение, которое может произойти в медитативном состоянии, нужно понять, что человек ничего не делает из «не хочу» и вообще из «нет». То, что человек делает, он делает из «да», из «хочу», поэтому если он хочет, но не делает, – значит, он не хочет. Если он делает, а говорит, что не хочет, – значит, он хочет. Отдать такую выгодную, такую самопотакающую, такую преисполненную жалости к себе штуковину, как «вынужденное делание», трудно, но категорически необходимо, если у вас есть хоть мало-мальски серьезная потребность сделать хотя бы два-три шага по реальному пути. Это принципиальнейший вопрос. Без этого все бесполезно.

Я работаю с людьми тридцать с лишним лет. Я видел искателей духовных тысячи полторы минимум, видел их в разных ситуациях: рядом с мастером, рядом с учителем, рядом с тоннами духовных книг – и поэтому я глубочайшим образом убежден, что это самоодурачивание есть самое первое препятствие на пути совершения поступка, то есть на пути реального качественного изменения своей жизни в соответствии с полученными знаниями. Иначе эти знания начинают вам мешать. Иначе Путь никогда не начнется.

ПУТЬ ХИТРОГО ЧЕЛОВЕКА, ИЛИ ПУТЬ УПРАВЛЕНИЯ СОЗНАНИЕМ

Пути интеллектуальные, «хитрые», пути управления – это концептуальные пути, в основе которых всегда лежит определенная концепция реальности и в соответствии с этой концепцией реализуется целостность сознания как инструмента.

Что здесь важно? Важно то, что человек работает с ситуациями, человек на этом пути работает в таком интеллектуальном режиме, который для нас вообще немыслим.

К сожалению, я не смог встретиться с человеком, который очень много прошел по этому пути. Я был допущен на несколько занятий в такой традиции. Руководитель там имел за плечами девять лет учебы, посвящение Далай-ламы, а ученики у него были начинающие – два года, два с половиной. Я смотрел, как они работают со словом. Они в течение трех часов вытаскивали цепочку, которую породили два слова, сказанные одним из присутствовавших. И они ее вытащили. Это была мысль, которая возникла у этого человека три с половиной месяца назад. Работа была фантастически щепетильная. Я там не решился ни одного слова произнести. Они тут же отметили это и сказали: «Блокировочка». Они красиво работают, у них высоко развита культура мышления, культура употребления слов. По сравнению с их искусством отслеживать, откуда взялась мысль, психоанализ – это детский лепет на лужайке.

Это я привел в пример одну из буддийских традиций, приспособленную для Запада, для западных тугодумов.

Хотя, должен сказать, многие западные ребята, в силу своей вовлеченности или настроенности, получают посвящения, на которые ламам по десять лет пути нужно, а они за три-четыре года успевают. Для того чтобы к этому немножко реально прикоснуться, я вам рекомендую прочитать книгу, одну из самых симпатичных и относительно доступных: Тартанг Тулку «Пространство. Время. Знание». Вы увидите, что такое ювелирная работа интеллекта. Он там дает шестнадцать начальных упражнений для развития высшего интеллектуального центра, можно поиграть с ними. Конечно, без живого носителя традиции ничего серьезного не произойдет, но во всяком случае познакомиться, поиграть в рамках убежища можно. Красивая штука, безусловно.

Я присутствовал на паре семинаров физиков по тексту книги Тулку. Для физиков та картина реальности, которую предлагает Тартанг Тулку, оказалась очень интересной и в чем-то близкой самым современным физическим взглядам. Она выражена краткой формулой: «Время разворачивает Знание в Пространстве».

Конечно, развитие высшего интеллектуального центра – каторжный труд. Как и всякий Путь – это серьезное дело. Но он притягивает многих в силу того, что является логическим продолжением нашего западного культа сознания, потому что поначалу это кажется интеллектуальной игрой в стиле Г. Гессе («Игра в бисер»). Очень советую и эту книгу прочесть, она про убежища. Гессе много знал, хотя сам не был причастен ни к какой реальной традиции, но интересовался и с большим художественным чутьем это описал. Хотя конечная мораль там довольно забавная.

Компенсация

Самое сложное на этих путях – это компенсация. Во время прохождения по такому пути эмоциональная сфера почти не задействована, и, чтобы человек не свихнулся, а действительно прорвался, там используются очень сложные механизмы уравновешивания для тела и эмоций. Все нужно привести в гармонию. Человек – целостная вещь. У мастеров этих путей отточенная техника приведения в нужное соответствие всех компонентов психики.

Что является главным требованием, что является главным технологическим принципом такого рода путей? Прежде всего переосмысление, тотальное переосознавание всех своих концепций по отношению к реальности в любом проявлении: по отношению к себе ли как части реальности, к реальности ли как таковой, к социуму, к духовной, субъективной, объективной, исторической, психологической, интеллектуальной, витальной – любой.

В зависимости от объема, который закладывается в концепцию самого пути, устанавливается степень охвата реальности. Для этих путей прежде всего нужно иметь хороший мозг, грубо говоря. То есть это пути, требующие изощренной тренировки сознания как инструмента.

Изощренной – почему? Потому что нужно перелопатить практически все содержание сознания и подсознания и все ненужное выбросить. А все, что может пригодиться, все, что переваривается концепцией реальности, принятой в данном Пути, переставить в совершенно другие связи, получить соответствующую сумму нового знания и потом еще всем этим практически пользоваться, то есть жить в соответствии с полученным новым знанием.

И на этих путях есть разные варианты: побольше, поменьше, потруднее, полегче, с полным охватом, с меньшим охватом. Но суть дела от этого не меняется, все они требуют одного и того же: колоссальной дисциплины ума, раскрытия, в идеале, высшего интеллектуального центра, где скорость осознавания в тысячи раз выше, чем та, к которой мы с вами привыкли. Именно с точки зрения этих путей появилась концепция жизни как сна, идея того, что мы все спим. Заметьте, в предыдущих двух блоках у нас с вами эта тема не возникала. Спим – не спим, сансара – нирвана. А тут она сразу возникает.

Почему? Потому что если вам нужно играть в интеллектуальную игру, при которой вы в состоянии предвидеть на десять ходов вперед ходы самой реальности, это уже суперидеально. То есть практически это концепция игровой позиции, желательно на равных, по отношению к реальности. Получается, что идущий по такому Пути стремится к игре с реальностью по каким-то определенным правилам, данным концепцией этой традиции. Реальность – один игрок, человек – другой игрок, правила дает традиция, выигрыш – жизнь.

Только мы с вами свою интеллектуальность принимаем всерьез, а в духовной традиции всерьез это не принимается и называется божественной игрой. Такова цель пути: умение играть в эту божественную игру, игру сознания, играть с таким партнером, как Реальность. Играть в эту игру в Реальности гораздо лучше, чем это описано у Гессе в «Игре в бисер», потому что у него описан эстетизированный вариант. Хотя подход к сознанию, к интеллекту как к возможности стать из участника, из фигуры на доске, игроком, Демиургом, творящим эту игру, в романе Гессе действительно заложен.

Казалось бы, все, что касается сознания, должно людей безумно волновать, но, увы, большинство в нашем мире потребления не отдает себе отчета в важности этой проблемы: дело в том, что они уже разочаровались в своем сознании.

Какое же тут торжество разума вокруг? Нас все время уговаривали – разум, разум, но нам про какой разум говорили? Про спящий, про такое сознание, которое работает на готовых алгоритмах, причем примитивных. Сознание, которое знает в лучшем случае два способа мышления (линейный и с обратной связью). Кто может похвастаться, что может произвольно переходить с одного способа мышления на другой? А их, этих способов, восемь как минимум. Для чего я вам это говорю? Чтобы вы свое разочарование в таком сознании – алгоритмическом, автоматическом, сознании роботов – не объявляли гибелью сознания вообще: и что сознание-де ничего не может, и что оно-де потерпело крах, – и чтобы вы не зачитывали до дыр дешевые книжки, в которых объявляется, что истинно только иррациональное, потому что сознание якобы обнаружило свое ничтожество.

Но, разочаровавшись в своем сознании, мы объявили любое сознание недействительным, и потому нам неинтересно читать Тартанга Тулку, а интересно читать какую-нибудь дешевку, в которой нам обещают золотые горы, молочные реки и сидхи, если мы будем культивировать иррациональное Вот в чем дело.

Возможности сознания

Говоря о предыдущих двух блоках, мы вынуждены были говорить об очень часто встречающейся халтуре – псевдомедитациях, псевдовоздействиях. На интеллектуальных путях ситуация намного лучше. С точки зрения этих путей, никакого псевдосознания нет, потому что в псевдосознании мы все уже находимся и продавать тут уже нечего, разве что быстрочтение какое-нибудь. Конечно, в нашей культуре и без духовных путей есть люди выдающиеся по сознанию. Когда общаешься с такими людьми, как Юрий Лотман или Мераб Мамардашвили, то понимаешь, что то, что ты называешь сознанием, – это какой-то периферийный кусочек, может быть, аппендикс в организме сознания.

Но мы говорим о путях с опорой на сознание, на умение работать с ним, на умение организовать его в соответствии с той концепцией реальности, которая вкладывается конкретной традицией. Как следствие этого умения, возникает умение оперировать ситуацией в разных масштабах в зависимости от подготовленности, одаренности и традиции. Причем оперировать не каким-то неизвестным способом, а опираясь на знание закона наименьшего воздействия, то есть знание того, какое минимальное действие нужно сделать, чтобы получить заданное изменение ситуации. Отсюда появляется умение играть в любую социальную игру, отсюда появляется умение усваивать любую рациональную информацию и оперировать ею.

На стороннего наблюдателя владение этим знанием и использование его действует подавляюще, поэтому таких людей с особой яростью любят обзывать манипуляторами, с какой-то патологической внутренней яростью. Они раздражают особенно сильно, потому что нам кажется, что нас обыгрывают, объегоривают, а они просто так видят, так мыслят, так играют.

Мне это напоминает ситуацию Моцарта и Сальери. Один был музыкальный мыслитель, а второй – гений от Бога, который вообще не думал. Знаете, как это раздражает: я тружусь, мучаюсь, у меня что-то получается, как мне кажется, даже как будто признания достиг. И вдруг приходит шалопай, алкаш, «гуляка праздный»… Но этого же не должно быть!

Это не подчиняется обыкновенной логике. Но оказывается, существует много других логик. Многие из них гораздо эффективнее, чем логика Сальери, даже в самом элементарном жизненном процессе.

Другое дело, что именно от этих людей, от людей, идущих по пути развития высшего интеллектуального центра, очень часто веет холодом. Вы можете полжизни ходить по библиотекам, а они все равно делают это гораздо изящнее и с большим успехом, но, как правило, всегда скрывают, как и чем они этого добиваются. Они, как правило, изображают людей сильно начитанных, заготавливают и разучивают списки литературы потому что, с одной стороны, не хотят превратиться в клоунов, чтобы кто-то их засадил и эксплуатировал в качестве биокомпьютера, а с другой – понимают, что не надо обижать людей.

Ведь если они правильно развиваются, они стараются найти такую форму реализации своих возможностей, чтобы она не задевала остальных уж очень сильно, если, конечно, они живут в миру, а не в замкнутом социуме – ашраме, монастыре или исследовательском духовном центре. Потому что ничто нас так не принижает, как знакомство с таким человеком, общение с ним. Когда сталкиваешься с человеком, который по-настоящему владеет одним из этих путей, когда он снимает все маски, приспособления и начинает общаться открыто, на своем языке, как говорится, то мне, например, страшновато, хоть и восторженно.

Почему это так действует? Давайте разберемся. Если человек уходит в глубокую медитацию, а ты вообще в этом не разбираешься, то это никак на тебя не действует – ты просто говоришь: «О! О! О!» Ставишь его куда-то на пьедестал. Все. Он там стоит, я тут ему молюсь, и все нормально. Если он воздействием каким владеет, то тоже: «О! О! О!» Ну, видели по телевидению. Тоже все нормально. Он там, я тут. Но когда вы встретитесь с человеком, который прошел в какой-то степени или до конца совершил поход по «пути хитрого человека», и если он вам продемонстрирует все это (у них целый арсенал приспособлений – как выглядеть более или менее обыкновенно), то вы поймете, может быть, о чем я говорю. Он снимет маски и покажет, как эта штука работает.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13