Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Суд - дело правое

ModernLib.Net / Научная фантастика / Исаев Игорь / Суд - дело правое - Чтение (стр. 1)
Автор: Исаев Игорь
Жанр: Научная фантастика

 

 


Игорь ИСАЕВ

СУД — ДЕЛО ПРАВОЕ

Капитан Крон пробежал глазами компьютерные расчеты на экране и дал добро на выполнение посадочного маневра. Транспортный корабль “Трейл”, вновь загруженный под самые люки полугодовой добычей рудников Торна, совершал очередной рейс к ближайшему центру технополиса SQR-12. И вновь впереди были причальные модули планеты Цейс с ее небольшим городком и хоть какими-то благами цивилизации.

Но в середине многонедельного прыжка в межзвездном пространстве на этот раз была еще промежуточная швартовка. Перед самым стартом капитан Крон получил убедительную просьбу с прииска на соседней звездной системе при случае захватить с собой, за солидную плату, до ближайшего космопорта командированного специалиста. Поэтому, сделав приличный зигзаг между начальным и конечным пунктами своего полета, экипаж “Трейла” в данный момент уже под приличной перегрузкой от торможения корабля лежал в своих креслах. За многослойными стеклами кабины начинала хорошо просматриваться пустынная красновато-бурая поверхность планеты, то там то здесь изрытая черными провалами карьеров. Местная горно-рудная компания добывала какой-то экзотический минерал и, судя по размаху и внешней оснащенности жилого поселка и обогатительной фабрики, весьма небесприбыльно. Правда, название и область применения данного вещества не разглашались из соображений коммерческой тайны. Но окружающим старательским компаниям, разбросанным на обширных и малообжитых пространствах этой части Вселенной, вполне хватало доходов от любого рода своей деятельности и катастрофически не было времени для изучения жизни соседей. Было лишь известно, что сбывается обогащенный продукт исключительно представителям одной внеземной цивилизации, но это тоже считалось вполне в порядке вещей…

Сила перегрузки начала падать, вот корпус корабля ощутимо вздрогнул и замер в стальных лапах швартовых механизмов.

— О’кей, капитан Крон как всегда не промахнулся! — на экране компьютера появилось улыбающееся лицо хозяина прииска, — Приветствую вас в нашей Богом забытой дыре…

— Ну, ваша дыра ничуть не хуже нашей, так что соответствующее вам оттуда, — несколько многословно попытался сострить капитан “Трейла”. — Что у вас за пассажир? Главное, чтобы он не просил много виски.

— Пусть это вас не беспокоит, — еще шире ухмыльнулось лицо на экране. — Пассажиром будет представитель нашего заказчика из цивилизации хрюнделей.

— Н-да, — несколько озадаченно протянул капитан. Раньше он слышал немного о представителях этой высокоорганизованной, но достаточно далекой от людей космической расы. — Ты знаешь, я с ними никогда дел не имел…

— Не беспокойся, — поспешил заверить местный командир. — С ними вполне можно ладить. У нас это отлично получается, а к внешнему виду и некоторым особенностям привыкаешь уже на второй день. Это проверено.

— Ладно, давай его сюда скорей, а то времени у нас в обрез, — с ноткой ворчливости в голосе бросил капитан Крон, уже решив про себя, что лучше всего будет разместить этого “зверя” на время полета в санизоляторе корабля и стараться поменьше с ним контактировать. Так оно будет спокойнее.

Хрюндель оказался почти шарообразным, бесформенным комком студенистой протоплазмы, постоянно мелкими волнообразными движениями меняющей свои очертания. Внешний слой его тела состоял из многочисленных коротких щупалец, которые тоже бесконечно двигались, создавая впечатление беспрерывного изменения внешней формы. На макушке такого весьма малоприятного на человеческий взгляд создания в виде бугров и темных пятен находились органы чувств и управления этим странным телом. А вообще он напоминал сильно потрепанную штормом полутораметровую медузу, которую беспрерывно колеблет морской прибой. Общался он на телепатическом уровне, передавая в центр восприятия человеческого мозга уже готовые понятия и смысловые формулы достаточно ограниченного спектра. В диапазоне же звуковых колебаний мог воспроизводить только забавное похрюкивание совершенно непонятного назначения.

Вот такой пассажир и занял место в каюте-санизоляторе траспортника “Трейл”.

Лично проследив погрузку постояльца в отведенное помещение и удивившись, что от того против ожидания совершенно нет соответствующего смачному похрюкиванию запаха, капитан Крон вернулся в отсек управления, чтобы завершить швартовые формальности и поскорее стартовать. На экране рядом с вновь возникшим лицом местного командира появились строчки информации об этой краткосрочной остановке, необходимые для занесения в судовой журнал корабля.

Капитан задержался на данных пассажира. Его полное имя состояло из какого-то малопонятного набора значков и по этой причине тут же стояла приемлемая для человеческого восприятия краткая форма, В общем, хрюнделя следовало называть Том-Том. Далее обозначался возраст, принадлежность по классификации к биологическим и интеллектуальным группам, партийность, образование и пр. Была даже графа с указанием пола, где указывалось что-то малоразборчивое.

Обменявшись короткими командами с причальным комплексом, капитан Крон дал судовому компьютеру команду на старт, и уже через несколько секунд “Трейл” яркой звездочкой круто взмыл вверх над угрюмой красновато-бурой поверхностью планеты.

Оставшиеся недели перелета до Цейса тянулись в привычном безделии. Контроль за работой систем управления занимал буквально несколько минут в день, а остальное время экипаж посвящал просмотру бесконечных запасов судовой фильмотеки, либо истово резался в покер. После напряженной, практически без отдыха работы на прииске, эти недели перелета были хоть и однообразными, но все равно желанным отдыхом.

Первое время хрюндель почти не беспокоил людей своим присутствием только однажды в начале путешествия пожаловался на пониженную влажность и излишнюю концентрацию кислорода в воздухе каюты. Но когда содержание этих компонентов было изменено, пассажир все равно не стал чувствовать себя комфортнее и поэтому весь обмазался каким-то защитным темно-зеленым составом резкого неприятного запаха, По этой причине экипаж корабля и вовсе старался не сталкиваться с собратом но разуму. А вот Том-Тому явно полегчало от его-зеленых примочек, и он стал стремиться к человеческому обществу. Видимо, сенсорное голодание в дальних космических путешествиях было знакомо и представителям его биологического вида.

Как выяснилось, хрюндель питал особый интерес к азартным шрам, и поэтому чаще всего появлялся, когда капитан Крон со вторым пилотом Кену принимались резаться в карты в рубке корабля. Обычно он замирал рядом с пультом управления, о матовую поверхность Которого смачно шлепали повидавшие виды бубны и трефи. Скоро по пульсирующим покровам инопланетянина, выдавая душевное волнение, начинали пробегать судороги особой интенсивности, а экзотический запах становился еще резче. Обычно в таких случаях оба члена экипажа старались побыстрее закончить партию и отправиться покурить в крохотный кухонный блок-курилку.

— Черт бы его побрал!.. — ругнулся Кену во время одного из таких перекуров. — Воняет как из конюшни.

— Это точно, — поддержал капитан Крон, — надоел хуже прилипалы. Как бы его отвадить из командного отсека?

— Сам он вряд ли поймет, чего мы от него хотим, а принудительные действия тут невозможны, — начал размышлять вслух капитан. — Кто позволит нарушать сразу пять статей Межгалактического устава только потому, что нам не понравился его запах?

— Слушай, — задумчиво произнес второй Пилот, — а если его удалить к себе какой-либо хитростью? Ну, чтобы он обиделся на нас, или что-то в нашей игре ему перестало нравиться…

— Верно, надо предложить ему сыграть с нами и сделать так, чтобы он резко потерял всякий интерес к этому занятию! — азартно блестя глазами, схватился за идею капитан Крон, вспоминая, что хрюндель несколько рае пытался сыграть в картишки вместе с землянами, но люди достаточно активно уходили от этого.

— Правильно, скажем, чти теперь играем только на баксы, наколем его пару раз на кругленькую сумму, и он сам с тоски забудет к нам дорогу.

— Отлично, — капитан Крон даже потер руки от удовольствия. Ведь кроме устранения малоприятного пассажира из их повседневного быта, предстоящее мероприятие сулило хоть какое-то развлечение в долгих и однообразных неделях полета.

— Давай быстренько сварганим обед и приступим к операции… — капитан немного помедлил, подбирая в уме более подходящее название для такого дела: — Операции “Пиковая дама”!

Он был явно доволен придуманным названием и с его лица не сходила хитрая улыбка, пока они с Кену вскрывали банки и пакеты с давно опостылевшими концентратами и, активно работая челюстями, ни менее интенсивно обсуждали план скорого дельца.

Вообще, оба приятеля имели приличный опыт карточного шулерства и игорного мухлежа. Ведь одним из немногих способов активного проведения досуга, наряду с обязательно предписываемыми Типовым уставом любого рудничного поселения физическими упражнениями, были азартные игры — чаще всего карты. Поэтому бесшабашное и немного одичавшее от долгих лет пребывания на самых отдаленных приисках племя, старателей с упоением отдавалось такому виду развлечений. Конечно, ставками в игре прежде всего били различные суммы н привычных дензнаках. Но частенько для того, чтоб как-то развлечься, распалившиеся игроки ставили то на десять дней процедуры сна в сортире верхом на унитазе, то на близкое количество дней приема пищи не за столом имеете со всеми, а под оным. В общем веселились, как могли, исходя из возможностей своей в целом не очень богатой фантазии.

Само собой разумеется, при таких экзотических и но всегда безобидных, а часто и обременительных для кошелька ставках, картежники отчаянно передергивали карты и мошенничали на все лады. Временами по этому поводу даже случались потасовки, когда кого-то из мошенников хватали за руку. Однажды на прииске чуть было не разгромили кают-компанию, где за большим обшарпанным столом почти нее свободное от работы время шла игра. Тогда один из рудничных рабочих по прозвищу Корявый Вик, получивший такую кличку из-за изрытой следами кожной болезни физиономии, пытаясь сорвать банк в несколько тысяч кредиток, попался на применении карты со знаками, нанесенными особой голографической краской. Достоинство и даже масть такой карты можно было произвольно менять, незаметно прикасаясь пальцем к специальной полосе по краю. Игрок напротив Корявого Вика заметил что-то подозрительное в его движениях и потребовал предъявить всем на обследование карты. Корявый изобразил приступ бешенства и так ловко швырнул свои карты в лицо обидчику, что подозрительная карта вместе с несколькими другими была тут же засосана мощным устройством вытяжной вентиляции. Кто-то возмутился таким подлым поведением дебошира и кинулся на негодяя, его дружки поспешили на выручку, и вскоре все присутствующие уже дубасили друг дружку, роняя столы и размахивая стульями. Только вмешательство рудничных мастеров и появление самого хозяина прииска капитана Крона немного утихомирили разбушевавшихся драчунов и спасли помещение кают-компании от окончательного разгрома.

Глава компании “Рудники Торна” в сердцах даже помышлял: а не запретить ли вообще в поселении азартные игры, как занятие потенциально опасное массовыми беспорядками и чреватое порчей движимого и недвижимого имущества фирмы? Но, поостыв, решил не раздражать людей лишением их одного из самых популярных в поселении развлечений и ограничился дисциплинарным штрафом для зачинщиков и особо буйных участников драки. Тем более, что сам капитан Крон весьма любил и умел в свободную минутку перекинуться в картишки с мастерами в немного тесноватой, но вполне уютной гостиной для специалистов прииска.

Эта привязанность к игре уходила у капитана корнями в его уже достаточно отдаленную молодость, когда он начинал простым рабочим швартовой команды большого причально-стартового комплекса. Тогда каждый вечер, одурев от рева дюз стартующих космических широкофюзеляжников, он шел в бар, где постепенно приходил в себя после двух—трех кружек пива. Как и во всякой пивной на огромных просторах освоенной человечеством Вселенной, в углу зала стоял стол, где игроки азартно резались а карты, Крон и сам частенько садился туда, чтобы какого скрасить свободный вечер. Постепенно он стал отмечать, что завсегдатаи карточного стола практически каждый раз уносят о собой суммы наличных, близкие к его недельному заработку. И как всякий разумный человек, постоянно неудовлетворенный своим финансовым положением, Крон стал все больше сидеть за картами, постигая тонкости и премудрости игры. Вскоре м он смог к своему основному заработку швартового работяги приплюсовать вполне регулярные и ощутимые суммы с игорного стола.

Конечно, эта регулярность обеспечивалась не только редкой благосклонностью ветреной фортуны, но и умением применять целый набор тонких технических приемов в процессе манипулирования картами. Но это, как говорится, технические детали, которые не должны быть заметны окружающей публике. Именно таковыми, незаметными для других, они и оставались в безукоризненном исполнении пальцев капитана Крона. Позже, когда капитану Крону удалось завербоваться старателем на рудники новых территорий и основать собственное дело, он по-прежнему не оставлял карты и совершенно не терял навыка в былом искусстве! И вот теперь в продолжительном к нудном космическом полете появилась возможность вновь употребить это искусство с пользой для дела.

Быстро покончив с приемом пищи, приятели переместились в командный отсек и, как бы нехотя, начали перекидываться в покер. Капитан только успел засечь время начала операции по главным, корабельным часам на большем экране отсека управления, как Том-Том, грузно покачиваясь, уже перевалился через порожек входного люка. Капитан в очередной раз сдал карты и, стараясь держаться как можно более непринужденно, сказал:

— Слушай, Кену, а давай-ка мы хота, немного на интерес поставим. Ну, хоть по одному центу на очко? Мы ведь с тобой не в лагере бойскаутов, мальчиков которым еще не положено иметь своих карманных денег!

— Давай! Будет гораздо интересней, — сразу оживился второй пилот. — И нам веселей, и зрителям увлекательней.

Он мельком взглянул на столбенеющего рядом пассажира.

— Точно. Иначе мы скоро от скуки заржавеем. Но когда на столе появляется пара монет, я становлюсь совсем другим человеком, даже кровь по жилам начинает быстрее течь. Это проверено!.. — поддержал приятеля капитан и, решив, что пора брать быка за рот, обратился к собрату по разуму и любви к азартным играм. — Интересно, Том-Том, а у вас там есть понятие “наличные финансы” или “банкноты”?

Хрюндель на несколько секунд замер в размышлении над неожиданным вопросом, но скоро, всплеснув сразу дюжиной своих щупалец, ответил. Причем форма его ответа как всегда проецировалась в голове землян чем-то вроде то картавящего, то чавкающего внутреннего голоса. На этот раз тон был скорее квакающим:

— У хрюнделей есть все!

— Понятно, — довольно отозвался капитан Крон. Такой ответ как нельзя кстати подходил к осуществлению замысла.

Друзья поставили по центу на очко и разыграли партию.

Вообще-то весь обозримый мир, освоенный человеческой цивилизацией, давно производил основные финансовые расчеты в условной форме с кодовых кредитных карточек. Но тем не менее это, совсем не означало полное вытеснение из жизни обществе наличных дензнаков в виде купюр и мелкой разменной монеты. По-прежнему уполномоченные казначейства в разных концах Вселенной продолжали, и ощутимых количествах исправно производить дензнаки. В основном это делалось исходя из потребностей нумизматов, любителей старинного образа жизни, а также пива и карточной игры. Согласитесь, что как-то совершенно неуместно, появившись в пивной после длительного прозябания на какой-либо пропащей планете у тусклой звезды на границе Большого Магеланова облака, молча сунуть пластиковую кредитку в прорези одной из машин в длинном ряду подобных же автопоилок и совершенно банально получить из окошечка в жестяном брюхе автомата кружку почти позабытого напитка. Другое дело, когда ты подходишь к настоящей стойке из темного дерева и, слегка пододвинув плечом мешающего тебе парня с уже немного осоловевшими от отдыха глазами, оказываешься лицом к лицу с краснокожим и лысым барменом с неизменной бордовой бабочкой под жирным подбородком. “Шесть кружек пива и все, что к ним у вас полагается, — говоришь ты, вкладывая в интонацию всю двух-трехлетнюю тоску по нормальной пище, расслабленной разноголосой обстановке пивного заведения, женщинам и напиткам. — И так каждые полчаса до закрытия Кстати, когда вы закрываетесь.?” И в этот момент ты лезешь за настоящим бумажником, распухшим от банкнот, и вытаскиваешь оттуда пару ассигнаций. Бармен на мгновение цепляется взглядом за ваш толстый бумажник и тут же расплывается в соответствующей моменту улыбке: “Для вас сегодня мы можем и продлить время работы. Мы стараемся создать наибольший комфорт солидным клиентам!” В общем, осязаемые деньги придавали совершенно бесподобный колорит всей этой процедуре.

Точно так же невозможно было представить и карточную игру без банка из пригоршни монет или купюр, поэтому у каждого уважающего себя представителя человеческой цивилизации мужского пола и достигшего совершеннолетия почти всегда в кармане имелось несколько реальных дензнаков. Вот и теперь, когда в игре повезло капитану Крону, он, довольно ухмыльнувшись, подгреб на свой край пульта дюжину мелких монет,

— Отлично. Мне, сегодня явно везет!

— Не торопись хвастаться, еще не вечер, — несколько насупившись, пробормотал Кену, перетасовывая карты.

И, словно услышав эти слова, игорная удача улыбнулась второму пилоту, и часть монет от капитана перекочевала к нему. А буквально через несколько минут игроки вошли к настоящий азарт и, блестя глазами, упоминая в речи всех святых, решили увеличить ставки до десяти центов за очко. Кену удалось взять банк, и он, довольно заржав, хлопнул ладонью по панели пульта управления.

— Я же сказал, мне сегодня везет! Верно я говорю? — выдал он куда-то неопределенно в пространство — то ли капитану Крону, то ли нервно замершему рядом Том-Тому, те ли всей Вселенной разом.

Но Вселенная оставалась как всегда глуха к преходящим человеческим страстям, капитан Крон занят сдачей, карт, поэтому отозвался только Том-Том.

— Однако, точно везет!

Кену поднял взгляд от вылетающих из-под рук капитана карт к фигуре хрюнделя. На студенистой поверхности тело того выступили темно-пунцовые пятна, а ряды щупалец судорожно шевелились. Видимо, он дошел до высокой степени нервного напряжения. Следующие три партии подряд были за капитаном Кроном, и теперь уже он довольно потирал руки и вовсю скалился в улыбке. Хрюндель уже принялся дрожать мелким бисером сразу всей поверхностью тела, и было видно, что решающий момент вот-вот наступит. Капитан Крон решил усугубить обстановку.

— А слабо поставить по доллару за очко? — воскликнул он. — Вот это будет настоящая мужская игра!

Кену замялся, явно не зная, что ответить на это, и чтоб хоть как-то затянуть паузу, одной рукой начал задумчиво потирать скулу, а второй залез в карман летного комбинезона. Капитан Крон по-своему истолковал это движение и еще активнее продолжал:

— Боишься, что карман останется пустым? Или думаешь, что если я продуюсь, то как начальник откажусь платить? Да не дрейфь — у мае есть свидетель, все будет по-джентльменски. — Капитан Крон ткнул пятерней в сторону Том-Тома. — Он же нормальный парень, врать не умеет, худого не скажет. Верно, Том-Том?

И капитан лихорадочно сверкающими глазами уставился на инопланетянина. От неожиданности тот дернулся всем корпусом, но тут же пришел в себя, и в головах обоих землян отозвалось дребезжащим эхом:

— Правильно, правильно — нормальный парень. Всегда говорю только правду.

— Ладно, давай по доллару, — уже согласился Кену. — Только если по большому счету — играть на серьезные ставки, то это лучше бы делать втроем!..

— Это, конечно, так. Только где мы возьмем третьего? Материализуем из высших измерений? — попытался пошутить командир, экипажа.

— Зачем из высших измерений? — вполне серьезно возразил Кену. — Том-Том уже столько раз просился, попробуем его взять.

Капитан Крон облизнул губы, немного пересохшие от всей важности этого момента для их небольшой авантюры, и постарался до конца сыграть свою роль “недоверчивого парня”.

— Он же, не умеет играть, хотя и просится в напарники…

— Что ты! Он уже выучил все правила — вон сколько дней за нами наблюдает.

— Кто — он? В карты способны играть только люди, то далеко не все… А этот…

В общем экипаж “Трейла” устроил настоящую перепалку, и только через пару минут в разговор вмешался наконец-то пришедший в себя собрат по разуму:

— Господа, господа! Беру слово: я полностью имею информацию о правилах этой игры Мне легко удалось это, так как в моей цивилизации есть традиции народных игр похожей структуры и смысла…

И хрюндель еще долго и сложно пояснял свою способность к разного рода карточным играм. Земляне, не перебивая, вполне внимательно слушали его и время от времени согласно кивали головами. Только один раз Кену незаметно подмигнул капитану, и тот заговорщически ответил ему тем же. В общем, через пару минут вся троица разместилась у той части пульта управления, где было не так много кнопок и датчиков, и капитан принялся сдавать карты. Начиналась большая игра.

По предварительному плану вначале предлагалось играть как получится, чтоб втянуть жертву в игру. Потом дать несколько раз подряд выиграть по мелочи. И после тот, как хрюндель войдет в азарт, хорошенько ободрать его.

— Э-э, господа, — вдруг спохватился уже было начавший сдавать карты Крон, — а платежеспособность нашего партнера мы еще не промерили! А этого требуют все законы джентльменского кодекса.

Хрюндель почти мгновенно понял, чего от него хотят, и, проявив труднопредставимую для своего грузного и неуклюжего тела резвость, смотался в каюту и представил что-то очень похожее на общепринятую у людей пластиковую расчетную карту. Кейу вставил ее в соответствующую прорезь финансового терминала бортового компьютера, и все убедились, что там находится впечатляющая сумма. Тут же в целевой графе обозначалось, что эти средства принадлежат какому-то промышленному сообществу и переданы в распоряжение Том-Тому для закупки рудных полуфабрикатов в интересах данного сообщества, “Вот это да! — промелькнуло в голове у капитана Крона. — Впервые вижу внеземного растратчика общественных средств. Видимо, лучезарная идея обогатиться за счет чужих денег гораздо старше и обширнее, чем человеческая цивилизация”.

Скоро все финансовые формальности были улажены, и игроки вновь заняли свои места, Перед каждым из них лежала кучка мелких монет. Но теперь, по взаимному уговору, цент номинала каждой монеты обозначал десять долларов, следовательно, игра должна была получиться очень серьезной.

Первую игру ваял Кену, которому выпали король и валет. Далее повезло капитану Крону, в затем удача трижды улыбнулась Том-Тому, При этом все его тело начинало подергиваться мелкой рябью внеземного восторга, а когда он подгребал к себе монеты банка, щупальца его суетились, словно руки мелкого мошенника, только что удачно подделавшего подпись кредитора на долговом векселе. После этого выиграл Кену, потом Крон, а затем снова три раза подряд Том-Том. И так с четким повторением периодичности выигрышей—проигрышей ровно два раза подряд. В финансах обоих землян явно начал обозначаться стабильный отлив. От больших потерь их спасало лишь то, что ставка на очко игры была не совсем крупной.

По плану экипажа “Трейла” шел только первый подготовительный период “нерегулируемой” игры, но как будто кто-то незримый с первых же мгновений начал управлять раскладом карт в колоде или незримо заглядывать через плечо землян.

Капитан Крон, уже чувствуя что-то недоброе, взял карты в руки и скрипнул зубами. У него были сплошные шестерки и семерки. “Если действует прежний порядок — два наших выигрыша, три его — сейчас должен выиграть Кену”. Именно так и произошло ровно через минуту, и капитана от этого бросило в жар. В голове его лихорадочно скакали десятки мыслей. Надо было что-то срочно Предпринимать, Похоже, что виной всему был хрюндель, но как он этого добивался?

И тут Крон неожиданно понял все… Боже, ведь эта скотина общается на телепатическом уровне… И точно так же, как может передавать любые мысли и понятия прямо в мозг людей, вполне может по обратной линии считывать из мозга набор карт каждого из них или даже влиять на движения их рук при раздаче карт. Он же все знает и видит их глазами. “Дьявол… Тысяча дьяволов!” — разразился про себя страшными проклятиями капитан Крон и тут же осекся. Осмысливать сложившуюся обстановку рядом с этим “пузырем” было совершенно ни к чему.

— Кену, а не сделать ли нам небольшой перерывчик да перекурить на камбузе? — нарочито четко выговаривая каждое слово и не допуская в голову никаких посторонних мыслей, отчеканил капитан Крон,

— Это можно, — протянул в ответ Кену. Ему тоже явно не нравился существующий ход игры, но, судя по обескураженному выражению его лица, он еще ничего не мог понять.

Оба землянина встали из-за стола пульта управления И демонстративно выбрались из головного отсека. Когда капитан Крон перешагивал порог люка в небольшой коридорчик, он мельком оглянулся не инопланетника и готов был поклясться, что увидел в контуре его овальной туши ехидно ухмыляющуюся рожу не то классического сатаны, не то свиную харю. Капитан резко тряхнул головой, чтобы прогнать наваждение, задел черепом за окантовку люка и, остервенело выругавшись, выскочил в коридор.

В камбузе оба приятеля нервно курили, и капитан Крон, отчаянно размахивая руками, объяснял второму пилоту, что означает это методичная цикличность их выигрышей и проигрышей.

— Если так пойдет и дальше, то через два—три часа все наши денежки перекочуют к этой вонючей медузе! — зло шипел капитан, словно рассерженная цирковая змея, которая узнала, что предназначенных ей на корм хомяков загулявший факир загнал за пару монет на ближайшем птичьем рынке. — Это хорошо, что мы еще мухлевать не начали, а то бы он нас живо раскусил… Ладно, пусть эта гадина пока радуется, что держит удачу за хвост. Смеется тот, кто смеется последним!

— Слушай, а сейчас он, случаем, наши мысли не ловит? — от неожиданности этой неприятной мысли Кену испуганно вытаращил глаза.

— Нет, это исключено. Его способности к установлению телепатического канала не должны проникать через металлические экраны, тем более через, переборки корабля. Такими сверхъестественными способностями не обладает никакая особь любой цивилизации. Тем более эти способности нарушают соответствующее положение Межгалактического Конвента о правах личности на неприкосновенность личной жизни и их всегда должны специально регистрировать. А раз при погрузке нас об этом не предупредили — значит, наш боров это совершенно не может. Он умеет лишь только читать мысли при прямом контакте… Но и этого достаточно для того, чтобы мы начисто продулись в карты и дальше терпели его вонючее присутствие.

— Да, положеньице — хуже не придумаешь, — подытожил речь командира Кену, с треском затягиваясь сигаретой. — Слушай, а что если нам от него во время игры защититься каким-нибудь экраном?.. Ну, чем-то вроде шлема!

— Что, предлагаешь дальше играть в скафандрах? Так ведь пальцы перчаток в лучшем случае смогут удержать мелкую гайку, но никак не карты… Ты что, забыл, какие они неуклюжие?

— Нет, — рассеянно протянул Кену. Ему, видимо, пришлась по душе прежняя мысль, и он продолжал ее лихорадочно обдумывать. — А что если соорудить какой-то экран на голову из тонкой металлической сетки? Он по идее вполне сможет нас защитить.

— Можно, конечно, попробовать, — не совсем уверенным тоном поддержал капитан. Но другого выхода у них не было, и оставалось попробовать только это единственно возможное средство.

Учитывая крайнюю ограниченность во времени, в ход пошли все мало-мальски пригодные для этого предметы. В конце концов капитан Крон очень удачно напялил на голову корзину для бумаг из тонкой металлической сетки, а так как второй корзины на всем корабле не обнаружилось, Кену пришлось водрузить на череп большую алюминиевую кастрюлю с прорезанными для глаз и дыхания узкими щелями. Довольно оглчдев друг друга, приятели, то и дело придерживая свои невероятные головные уборы, отравились в командный отсек.

Пока, игроки вновь рассаживались за полированной поверхностью пульта, Крон несколько раз украдкой пытался определить реакцию Том-Тома на их появление в таком невероятном виде. Но ничего не смог увидеть и довольствовался тем”, что хотя бы не обнаружил померещившихся ранее дьявольских рож.

Приятели на паре первых раздач должны были определить, прекратилось ли управление игрой, и потом начинать Тонкое шулерство. Капитан быстро сдал карты и с замиранием сердца поднял свои. Там было даже две дамы. “Неужели начинает везти?” — промелькнуло у него в мыслях, и он с головой окунулся в игру.

Через три партии, когда две из них взял капитан Крон, а одну, но с мизерным финансовым выигрышем Том-Том, друзья поняли, что нашли верный способ избавиться от пагубного воздействия соперника. Правда, капитану Крону практически не было видно лица второго пилота и не всегда удавалось с первого раза разобрать, что дребезжащим эхом доносится из-под кастрюли, но зато совершенно исчезло и гнусное кваканье в мозгу от этого мерзкого борова. Теперь они играли практически молча, четко и сосредоточенно манипулируя то картами, то грудками монет выигрыша. Скоро незаметным движением капитан Крон достал из рукава комбинезона карту с многослойным изменяемым рисунком. Наступало время решительных действий…

Через пять выигранных партий подряд приятели отыграли прежние деньги и, сделав для успокоения соперника несколько мелких проигрышей, ринулись в безжалостное шулерство.

В общем, через полчаса отчаянного размахивания картами кредитная карточка бедного Том-Тома опустела больше чем наполовину. Время от времени он пытался что-то пояснить невнятными жестами своих щупалец землянам, но те только отмахивались от этих поползновений установить контакт и снова быстро брались за карты.

Но вот хрюндель всерьез заартачился я отказался брать сданные карты. “Ишь ты, почуял неладное — усмехнулся про себя капитан Крон. — Видать, придется узнать, чего он там хочет. И капитан корабля стащил с головы верную корзину для бумаг. Тут же в середине его мозга на три тысячи хрюкающих и чавкающих интонации разразился негодующий голос Том-Тома:


  • Страницы:
    1, 2, 3