Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Спецотдел Ноя Бишопа - Волшебное зеркало

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Хупер Кей / Волшебное зеркало - Чтение (стр. 1)
Автор: Хупер Кей
Жанр: Остросюжетные любовные романы
Серия: Спецотдел Ноя Бишопа

 

 


Кей Хупер

Волшебное зеркало

Предисловие автора

Алиса открыла новый, странный мир, просто шагнув в зеркало. Далеко не всегда безопасный, этот мир был наполнен безумием, бессмыслицей, приключениями и очарованием.

Но это всего лишь сказка, а что бы случилось с реальным человеком, если бы он шагнул в зеркало? Что бы его ожидало там? Чай в гостях у Сумасшедшего Шляпника1 или что-то еще более неожиданное?

Пролог

— Я не помешала тебе, дорогая? — приятный женский голос, раздавшийся в телефонной трубке, был бесстрастен и невыразителен, однако некоторые нотки выдавали личность сильную и волевую. В этом голосе было что-то магическое, завораживающее, и Мэгги была не в силах противостоять ему.

— Нет, тетя Джулия, я одна.

Тетя Джулия никогда не вмешивалась в личную жизнь Мэгги и никогда не задавала лишних вопросов, но казалось само собой разумеющимся, что ее редкие звонки могли помешать бурным занятиям сексом, характерным для нынешней молодежи. Особенно с тех пор, как она взяла в привычку звонить поздней ночью.

Мэгги приподнялась на локте и протерла глаза, прежде чем взглянуть на часы на прикроватной тумбочке. Конечно же, как обычно, ее тетя звонила в два часа ночи.

— Одна? В твоем-то возрасте? Мэгги, ты и в самом деле не уделяешь этому должного внимания. Это, конечно же, твое личное дело, но все эти опасности, с которыми молодым людям приходится сталкиваться в наши дни… Я полагаю, что ты достаточно мудра, чтобы постараться избежать их.

— Да, тетя, — ответила Мэгги вежливо, — я только хочу, чтобы вы, наконец, поняли, что за моей дверью не толпится очередь из нетерпеливых поклонников. Еще в десятилетнем возрасте я сказала вам, что собираюсь ждать мистера Совершенство, и до сих пор не переменила своего решения. Может быть, с моей стороны и глупо быть идеалисткой, но такая уж я есть, и с этим ничего не поделаешь.

— Ты еще не нашла его, я правильно поняла?

— Едва ли. Вокруг меня постоянно ошивается огромное количество мужчин, но ни один из них не подходит на эту роль. Вы позвонили только, чтобы справиться о прогрессе в моих сердечных делах?

— Ты же знаешь, я никогда не вмешиваюсь.

Мэгги тихо рассмеялась.

— Да, знаю. Вы также никогда не обращаете внимания на часовые пояса — у нас сейчас два часа ночи, тетя Джулия.

— Мне очень жаль, дорогая, но, боюсь, у меня плохие новости.

Поднимаясь, чтобы сесть в кровати, Мэгги спросила:

— Это не дядя Сайрус?

— Нет, нет. Это твой кузен Мерлин.

Мэгги помнила своего весьма необычного кузена, хотя прошло несколько лет с тех пор, как она видела его в последний раз, как, впрочем, и остальных родственников. Члены ее огромной старой семьи были рассеяны по всему миру, очень редко собирались вместе, и это было, по личному убеждению Мэгги, не так уж плохо. Сказать, что большинство ее родственников были необычными людьми, значит, сильно приуменьшить этот факт. Разнообразие их характеров простиралось от несколько эксцентричных до, бесспорно, безумных, хотя, как Мэгги было известно, никто из них не был по-настоящему опасен.

Неоспоримыми главами клана являлись тетя Джулия и дядя Сайрус, и оба были… необычными. Совершенно необычными. Более юные члены семейства называли их дядей и тетей, но истинные родственные узы оставались неясны. Мэгги не знала ни их возраста, ни чего-либо более конкретного о них. Когда в один прекрасный день она попыталась исследовать свою родословную, то забралась в своих изысканиях почти до самого начала века. К этому моменту корни родословной расходились в стороны с таким огромным количеством ярких характеров и пикантных историй, что она, наконец, решила: ей совсем не хочется знать, как же это все началось на самом деле.

Мерлин был ее взаправдашним кузеном, правда, она не знала точно, с какой именно стороны. Его имя — Мерлин — было подлинным; доставшимся от его романтически настроенной матери. И он его вполне оправдал. Выступая в бродячем цирке, Мерлин демонстрировал самые изумительные фокусы. Сколько же лет назад? Мэгги подумала, что ей, должно быть, было около шести, когда она впервые увидела его, и уже тогда он был достаточно стар.

— Сколько Мерлину лет? — спросила она внезапно.

— Я не думаю, что теперь это имеет какое-то значение, дорогая, потому что он умер, — просто ответила тетя Джулия.

— О, мне очень жаль. Когда поминки? — В ее клане были не столь уж сильны ирландские традиции, просто они очень любили вечеринки и все, без исключения, ненавидели траур.

— Послезавтра. Ты, конечно же, будешь на них присутствовать?

— Конечно. А где именно? — В последний раз их семья справляла поминки в Новом Орлеане, тогда, как помнила Мэгги, было устроено торжественное шествие под звуки труб.

Тетя Джулия глубоко вздохнула, и впервые за все время разговора в ее голосе прозвучало раздражение:

— Он пожелал, чтобы его пепел был развеян над Диснейлендом, но власти даже и слышать об этом не захотели. Сайрус попытался уговорить их, но и он ничего не смог поделать. Мы остановились на Ниагарском водопаде, это, конечно, не так хорошо, но Мерлин много раз говорил, что хотел бы спуститься по нему в бочке.

Мэгги восприняла это все без тени удивления.

— Ну что ж, водопад — почти так же хорошо, как и Диснейленд. Я постараюсь попасть туда. Отчего он умер?

— Полиция расценивает его смерть как несчастный случай, Мэгги, но это просто смешно. Он был убит, — тетя Джулия высказала свое мнение тем же безапелляционным тоном, каким бы сказала, что идет дождь, находясь посреди грозового фронта, — тоном абсолютно непогрешимой инстанции. Бесполезно было даже пытаться возразить ей. Только дядя Сайрус, как каждому было известно, мог успешно оспаривать ее категоричные утверждения.

— В самом деле? — удивилась Мэгги. — Члены нашего семейства обычно умирают естественной смертью.

Ее странная семейка, пожалуй, побила все рекорды по долголетию своих членов, отменному здоровью и удивительно малому числу врагов.

— Мы не настолько глупы, чтобы поверить в несчастный случай. У тебя ведь только начались летние каникулы, правда? После поминок, может быть, ты съездишь в «Страну Чудес» и посмотришь все там хорошенько? Нам необходимо знать правду, дорогая, для успокоения совести и для бедного Мерлина, конечно, тоже. Он будет несчастен, если его душа не сможет найти покоя и оставить то место, где с ним это случилось.

Мэгги отнеслась к этому заявлению философски, так как смутно помнила, что кузен Мерлин, действительно, верил в призраков и в то, что дух человека, погибшего при загадочных обстоятельствах или насильственной смертью, оказывается прикованным к месту своей безвременной кончины до тех пор, пока загадка не будет разрешена или убийцу не постигнет заслуженная кара. Она не была особенно удивлена предложением своей тетушки. За последние несколько лет Мэгги стала кем-то вроде детектива, расследуя запутанные семейные дела, и, разумеется, убийство кузена относилось к их числу.

— Хорошо, тетя Джулия, вы введете меня в курс дела, когда я прибуду на место. Я постараюсь вылететь завтра.

— Чудесно, дорогая, тогда до встречи.

Джулия повесила трубку и стала что-то задумчиво рассматривать на большом письменном столе.

— Ты удивил меня, Сайрус, как никогда. Втянуть этого слабого, нежного ребенка в такую потенциально опасную ситуацию да еще к тому же одну…

Тот мягко рассмеялся.

— Нежного? Слабого? На первый взгляд, конечно, это так и есть, но Мэгги далеко не хилый цветок, дорогая. У нее удивительно ясное здравое мышление, особенно принимая во внимание ее воспитание. От всех нас, своих предков, она унаследовала воистину величайшее терпение, прекрасно развитое чувство абсурда и по-детски непосредственное восприятие мира. В сочетании с острым интеллектом эти черты характера делают ее довольно грозной молодой женщиной. И я совсем не удивляюсь тому, что она до сих пор еще не встретила мужчину, способного покорить ее.

— Ну и? — вопросительно произнесла Джулия.

— Я нашел-таки одного для нее, — закончил Сайрус.

— Ты пошлешь его в «Страну Чудес»?

Живые темные глаза Сайруса сверкнули острым, озорным умом.

— Как в свое время Алиса, он должен свалиться в кроличью нору. Если он сможет разобраться в Мэгги, то сразу увидит, что та собой представляет.

После секундного замешательства Джулия слабо улыбнулась.

— Для него это будет ужасно. Бедный мальчик.

— Он перенесет это, — Сайрус снова засмеялся, на этот раз громко. — Он даже может кое в чем преуспеть.

— Мы ему поможем?

— Возможно. По крайней мере, будем готовы прийти ему на помощь. Ну и, как обычно, будем постоянно наблюдать за ними.

Джулия кивнула и криво улыбнулась:

— Я полагаю, ты знаешь, что делаешь.

— Всегда, сладость моя, всегда.

Мэгги совершенно не была удивлена тем, что владельца «Страны Чудес» по рождению назвали совершенно невероятным именем — Балтазар Банди. Она знала и гораздо более странные имена, особенно среди своих родственников.

Когда на пятый день рождения она отказалась откликаться на собственное имя, внесенное в свидетельство о рождении, ее все понимающий отец предложил «Мэгги» как разумный компромисс.

Ее также совершенно не удивило, когда Балтазар немедленно и настойчиво предложил ей присоединиться к своей бродячей труппе фокусников, клоунов и актеров. Она постаралась одеться и вести себя подобающим образом, а ее утверждение, что она — дрессировщик зверей, было бы, несомненно, доказано, если бы только хозяин потребовал от нее демонстрации своего умения.

Что поразило ее, как нечто совершенно неожиданное, так это изложенная в вежливой и убедительной форме просьба Балтазара стать менеджером его цирка, пока он отлучится в Африку для поимки носорога.

— Но почему именно я? — спросила Мэгги с любопытством, в то время как тот рассовывал разноцветные костюмы в битком набитые дорожные чемоданы.

Она обдумала и отбросила за ненадобностью вопросы о реальной возможности не только обнаружить и изловить носорога, но и о том, каким образом его можно доставить из Африки в Америку в обход многочисленных законов. По своему опыту она уже знала, что Балтазар относится к тому типу мужчин, которые отвергают подобные вопросы, считая их совершенно бессмысленными.

Балтазар изобразил на лице комичное удивление.

— Ну, моя дорогая, никто больше не способен это сделать, кроме вас.

У Мэгги был достаточно большой опыт в обращении с дружелюбными сумасшедшими, чтобы задавать какие-то вопросы. А так как она уже нашла для себя несколько разумных доводов в пользу того, что уже ничего не поделать с «несчастным случаем» кузена Мерлина, то даже и не пыталась противиться событиям и просто подчинилась их ходу. Единственное, что ей удалось сделать, это задать с полдюжины или около того вопросов, относящихся к ее теперешним обязанностям, стоя у него на пути, пока он не удосужился дать на каждый удобоваримые ответы. Мэгги приняла из его рук ключ от казначейского сундучка, который находился (и это было, видимо, его постоянное место) на полу в бывшей клетке удава, и пообещала чувствовать себя в его фургоне, как дома.

Затем она сделала ему ручкой некоторое подобие прощального жеста, когда он в лучах заходящего солнца садился в кадиллак 1958 года.

Глухой стук позади нее заставил Мэгги подпрыгнуть. Она обернулась и посмотрела на кровать. Та откинулась от стены и упала на пол, что должно было произойти только в том случае, если ее открепить. Балтазар предупреждал мимоходом, что крепление не вполне надежно. Мэгги посмотрела на роскошное покрывало из красного бархата и подушки с золотыми кисточками, а затем с ужасом оглядела то, что осталось в фургоне после Балтазара. Внутри было не так уж много места, особенно, если кровать была разложена, как сейчас.

Вокруг ножек кровати была ясно видна дорожка вытертого пола, которая показывала, что Балтазар не заботился о том, чтобы поднимать кровать, когда та падала, и уж тем более не ползал под ней, когда она стояла на полу. Изумрудно-зеленый бархатный, очень удобный на вид маленький диван вклинился между дверью и обшарпанным деревянным столом, на котором стояла керосиновая лампа. Гардероб, ныне опустошенный Балтаза-ром, накренился набок, подобно пьяному матросу, из-за отсутствия двух ножек, сразу за ним располагался люк, ведущий к месту водителя этого фургона, оставшееся пространство занимал полированный круглый стол с гнутыми ножками, его ящики под самую крышку были забиты пожелтевшими от времени бумагами.

Мэгги расслышала собственный вздох, что само по себе уже было удивительно. Она снова обернулась и окинула взглядом все это, показавшееся ей помесью цыганского табора, старого цирка и прибежища для сумасшедших на колесах.

— Весьма занятное местечко для того, чтобы провести каникулы, — пробормотала она и отважилась пройти вперед, чтобы познакомиться с обстановкой жилища как следует.

Самое странное в этой истории было то, что она и в самом деле чувствовала себя, как дома.

— Боюсь, что я не могу сама этого объяснить, сударыня, — сказала Алиса, — потому что в данный момент я — это не совсем я. Видите ли…

— Не вижу, — сказала Гусеница2. — Приседай в реверансе, пока думаешь, что сказать. Это экономит время.

Глава первая

— Извините, но не могли бы вы сказать, который час? — голос взволнованный и озабоченный, под стать лицу, с умоляющим выражением повернутому к Гедеону. Лицо было старческим, все в морщинах и с заискивающей улыбкой. Дородное тело, облаченное в клетчатый пиджак с немыслимым сочетанием цветов — пурпурного и зеленого.

Довольно поспешно Гедеон взглянул на свои часы.

— Сейчас три с четвертью.

— О Господи, я опаздываю, — простонал человечек и заспешил прочь.

Гедеон некоторое время следил за ним взглядом — ему показалось, что в этой сцене было что-то очень знакомое. Он отогнал прочь эту мысль и сделал еще несколько шагов, удаляясь от своей машины и глядя по сторонам осторожным взглядом человека, вырванного из привычных условий. Так как он был представителем среды крупных финансовых воротил, настоящим волшебником, обращавшим, подобно Мидасу, в золото все, к чему ни прикоснется, то его обиталищами были, как правило, величественные дома с огромными комнатами и превосходной отделкой.

И уж, конечно, они не шли ни в какое сравнение с потрепанными фургонами.

Справедливости ради следует отметить, что ни разноцветные тенты повозок, влекомых лошадьми, ни люди, ни тем более звери, не были в самом деле такими уж потрепанными, особенно с тех пор, как все было тщательно вымыто и приведено в божеский вид. Сказать так было бы… ну, небольшим преувеличением. Правда, в наше время разнообразных технических эффектов и достижений бродячий цирк «Страна Чудес» выглядел несколько архаично. За все тридцать лет существования он почти не изменил своего внешнего вида и деятельности, несмотря на то, что в нем уже сменилось несколько поколений актеров. Цирк разъезжал по маленьким городам и ненадолго располагался на пустырях, парковых полянах, лужайках и тому подобных местах. Через несколько дней, максимум через неделю, он снимался и уезжал дальше. Маршрут скитаний бродячего цирка был совершенно бессистемным. Этот факт и был, пожалуй, самой главной причиной раздражения Гедеона. Поиски цирка заняли у него почти месяц, а так как он не считал свою миссию очень уж приятной, то задержка никак не могла послужить улучшению его настроения. Что-то бормоча себе под нос, он сделал еще несколько шагов в самое сердце этого хаоса и чуть не столкнулся с мальчишкой, появившимся, казалось, из-под земли. Волосы мальчишки напоминали всклокоченную паклю.

— Вам, наверное, нужно повидать Мэгги, — доверительно сообщил постреленок, низко поклонившись.

Определив возраст мальчишки, как лет шесть или около того, Гедеон стушевался и выдавил из себя:

— Ты живешь здесь?

— Я — кэрни3, — заявил мальчик, задрав подбородок и продемонстрировав дырку вместо переднего зуба.

— Тебя так зовут?

— И вовсе нет. Меня зовут Шон, — Шон окинул Гедеона снисходительным взглядом и подарил ему улыбку, которая привела того в замешательство. — А вы знаете не так много, или я не прав? «Кэрни» означает, что я здесь живу. Вы не живете здесь. А зачем вы сюда приехали?

Непривычный к обращению с детьми, Гедеон попытался вернуть мальчишке его взгляд, но понял, что сейчас как раз один из немногих моментов в его жизни, когда он оказался не в состоянии выиграть поединок воли.

— Я хотел бы поговорить с менеджером, я полагаю, или с тем, кто заведует всем этим, — он вздохнул.

— Зачем так длинно говорить? Пошли со мной, я покажу вам.

Не дожидаясь ответной реплики, мальчик повернулся и пошел вперед, его короткие ножки несли его по земле с удивительной скоростью.

Гедеон последовал за ним, пробираясь между фургонами, палатками, повозками. На повозках стояли клетки со зверями, большая часть из них спала. От их разнообразия захватывало дух. Гедеон насчитал двух львов, тигра и, как ему показалось, гепарда, а также обезьян, медведей и несколько нераспознаваемых шаров из меха.

Он думал о совершенно неожиданном для него разнообразии, когда обогнул очередную повозку и увидел Шона, весьма почтительно разговаривающего с какой-то женщиной. Та повернулась к Гедеону лицом как раз в момент его появления из-за фургона, и он почувствовал, что его желудок подпрыгнул, будто его туда лягнула лошадь.

Ей было что-то около двадцати пяти, хотя единственное, в чем он мог быть твердо уверенным, это то, что она уже вышла из детского возраста. Ее волосы были настолько светлыми, что казались сделанными из чистого серебра, они блестели и сверкали в лучах полуденного солнца и к тому же были так длинны, что она, возможно, могла бы на них сесть. Невероятно зеленые глаза на тонком лице смотрели магическим взглядом кошки, и в них было какое-то выражение… которое нельзя было назвать недобрым, нет, скорее, это было озорство неисправимого, но очаровательного ребенка. Хрупкое стройное тело было облачено в платье из матово-зеленого тонкого материала, развевавшееся на теплом ветерке.

Гедеон неплохо разбирался в женщинах и сразу понял, что под газовой изумрудно-зеленой материей ничего больше не было.

— Вы как раз вовремя, — сказала она ясным, по-детски чистым голосом.

Захваченный врасплох, Гедеон только и смог произнести:

— Вовремя для че… — и вдруг обнаружил, что держит в руках какой-то пушистый комочек. К своему громадному облегчению, он распознал в этом комочке обычного щенка. Он так и стоял со скулящим мягким созданием в

ладонях, не спуская изумленного взгляда с женщины и ощущая себя несколько потрясенным.

Не обращая внимания на Гедеона, она разговаривала с Шоном с выражением неправдоподобной строгости на лице.

— Тебе следовало помочь Малколму как следует подготовиться. Ты же знаешь, что он любит чай и покер в четыре часа пополудни.

Чай и сдобные пышки, подумал Гедеон, может быть, она имела в виду чай и сдобные пышки? Если бы она сказала пиво и покер, тоже было бы понятно. Он постарался отогнать прочь эти абсурдные мысли.

— Я буду помогать ему, как делаю это всегда, — обиженно оправдывался Шон. — Но ты сказала, чтобы я нашел Лео, а я не смог и так и сказал тебе. И, кроме всего прочего, он хочет поговорить с тобой, — маленькая грязная ручка указала на Гедеона.

— Ну, тогда все в порядке, — женщина извлекла щенка из его временного пристанища в ладонях Гедеона и передала мальчику. — Отнеси Александра обратно Тине, а я поищу Лео.

— Хорошо, — Шон принял щенка осторожным движением рук и поспешил прочь, прижимая его к груди.

Гедеон заметил, что его темный пиджак покрыт белой шерстью. Он наклонился, чтобы отряхнуться, а когда выпрямился и собрался обратиться к женщине, она уже куда-то уходила. Он последовал за ней, опасливо обойдя огромного пса, развалившегося между двумя палатками, и широкий зад лошади, мирно пасущейся на зеленой лужайке с обильной сочной травой.

Женщина остановилась у опушки леса и слегка нахмурилась, когда Гедеон, наконец, настиг ее. Прежде, чем он успел произнести хотя бы слово, она повернулась к нему с озабоченным видом.

— Вы думаете, что Лео мог забраться сюда? Несмотря на то, что я неоднократно говорила ему не делать этого?

Он уставился на нее, совершенно непоследовательно задаваясь вопросом, как может такая тоненькая женщина обладать такими… такими крутыми изгибами тела. Ее полупрозрачное одеяние мало что скрывало, очень мало. Он попытался не думать об этом. Макушка ее головы даже не доставала ему до плеча. И что-то в ее манере приподнимать голову, когда она обращалась к нему, прямо завораживало его. Нет, это совершенно неподходящая мысль.

В это мгновение ее вопрос, наконец, дошел до него. Подозрение, что она может быть значительно моложе, чем он думал вначале, пронеслось у него в голове, но он отбросил его. В этих зеленых загадочных глазах могли светиться озорные огоньки, но там присутствовал ум и здравый смысл. По крайней мере, он надеялся, что это так.

— Кто или что такое Лео? — спросил он со всей выдержкой, на которую только был способен в данную минуту.

— А, ну, он думает, что он лев, — пояснила она.

Гедеон уже не был уверен, что ему действительно хотелось это узнать, но все равно спросил:

— А кто же он на самом деле?

Она посмотрела на него озадаченно.

— Мы не можем быть уверены ни в чем, что касается Лео. Может быть, вы поймете, что он такое, когда увидите его.

— Я не думаю, что мне очень хочется его видеть. Видите ли, если вы менеджер этого бродячего цирка, то я приехал специально, чтобы переговорить с вами.

— Ну что ж, это хорошо, — мягко сказала она. — Но сначала я должна найти Лео, чтобы он кого-нибудь не поранил и, в первую очередь, самого себя.

Гедеон обнаружил, что обращается уже к ее затылку, так быстро она повернула свою серебристую головку, и совершенно не был удивлен, услышав в своем голосе нотку отчаяния:

— Скажите же мне, наконец, как он выглядит и на что он похож?

Когда она, обернувшись, посмотрела на него через плечо, он мог бы поклясться, что в ее глазах сверкнули искорки откровенной насмешки, но приятный голос не носил никакого следа иронии.

— А, он… ну, нечто такое коричневое. Он похож на кота, но на самом деле это не кот, хотя он несколько больше кота, но меньше, чем лев.

После этого исчерпывающего объяснения Гедеон приготовился встретиться с чем угодно. Говоря себе, что эта странная женщина, очевидно, не способна больше ни о чем думать, кроме как о своем пропавшем животном, он собрал в кулак все свое терпение и решил последовать за ней в лес.

Почти сразу же он потерял ее из виду. Это его удивило, потому что из-за ее блестящих серебристых волос она должна быть легко видимой, хотя в лесу было сумрачно, но сквозь кроны деревьев пробивалось достаточно света. Гедеон постоял минуту, обдумывая сложившуюся ситуацию, затем вполголоса выругался, повесил пиджак на ближайшую ветку, закатал рукава рубашки и углубился в лес.

Он не беспокоился о том, что может заблудиться, ибо обладал превосходным чувством направления. И даже если эта маленькая леди, которая, если верить Шону, и есть менеджер «Страны Чудес», захотела развлечься с ним подобным ребяческим способом, чтобы посмотреть, как он будет себя вести… Он попытался не думать об этом. Несмотря на то, что он оказался втянутым в эту абсурдную охоту по собственному почину, теперь уже ничего нельзя было изменить.

Будучи человеком добросовестным, Гедеон начал методично осматривать лес, состоящий преимущественно из вековых дубов и кленов. Ограниченный с двух сторон двумя проселочными дорогами, он представлял собой в плане приблизительный треугольник и делился пополам бурным ручьем с небольшим водопадом. Общая площадь, занимаемая лесом, составляла что-то около десяти акров.

Гедеон обшарил все десять акров. И, наконец, разгоряченный, усталый и раздраженный вернулся к тому месту, откуда начал поиски. Его пиджак висел на том же самом месте, где он его оставил, но там было что-то еще.

Оно расположилось на той же самой ветке, положив самые кончики передних лап на воротник пиджака, и было, без сомнения, коричневого цвета, во всяком случае, испещрено некоторым количеством коричневых пятен, оно было меньше льва на несколько футов и, видимо, легче его на значительное количество фунтов. Но это также было, определенно, гораздо больших размеров, чем кот. Это было таким… каким оно было.

До смешного длинные, похожие на дымовые трубы уши венчали макушку вполне обычной для кошачьих формы головы. Пушистый длинный хвост обернулся вокруг пятнистого коричневого тела, его кончик лениво подрагивал. А огромные, совершенно круглые глаза внимательно следили за Гедеоном, в них читалось неприкрытое сомнение.

— Лео? — что-то в нерешительном взгляде животного заставило Гедеона задать этот вопрос, хотя он чувствовал всю его абсурдность.

— Ву-у-у-у? — ответило животное.

Гедеон моргнул. «Не совсем кошачий звук», — подумал он. Но все-таки это должен быть Лео, ибо сам он устал от поисков.

— Слезай отсюда, — приказал он твердо. И, к его немалому удивлению, Лео немедленно спрыгнул с ветки и стал чуть поодаль от него с выражением комического сомнения на пушистой пятнистой морде.

Гедеон снял пиджак с ветки и перебросил его через руку у сгиба локтя.

— Пошли со мной, — обратился он к животному и начал выбираться из леса. Быстрый взгляд назад показал, что Лео покорно следует за ним. Это был довольно крупный зверь, его лопатки почти достигали колен Гедеона, а от кончика носа до кончика хвоста было около трех футов.

— О, как хорошо, что вы нашли его!

На какое-то мгновение Гедеону показалось, что он не сможет справиться со своими чувствами. Женщина сидела на опушке леса в тени деревьев, расположившись в удобном парусиновом шезлонге. Груда разноцветного материала лежала у нее на коленях, и она штопала прорехи маленькими аккуратными стежками. Гедеон уже открыл рот, чтобы сказать что-то, что могло бы задеть ее, но был опережен Лео, который скакнул к ней, издавая самые абсурдные звуки.

Она, казалось, слушала с самым неподдельным вниманием и смотрела на кота с совершенно серьезным выражением лица, в то время как животное привстало на задние лапы, положив передние к ней на колени. Наконец, когда он замолчал и поднял на нее в ожидании морду, она тряхнула головой и сказала:

— Но ведь это не моя вина. Я же говорила тебе не ходить в лес. Тина сохранила твой ланч для тебя, ты можешь пойти и съесть его.

— Ву-у-у-у? — скорбно спросил Лео.

— Да, я полагаю, что это так. Она, должно быть, очень рассердилась на тебя. Поэтому лучше поспешить. Если ты ее очень хорошо попросишь, она, возможно, сделает для тебя еще один.

Лео убрал свои лапы с ее коленей и поскакал по направлению к беспорядочной группе фургонов. Он скакал довольно странным аллюром, далеко вперед выбрасывая задние лапы.

Гедеон следил за ним взглядом, не говоря ни слова, затем посмотрел на женщину.

— Сделает ему еще один что?

— Ошейник, — она подняла шитье и изучила его критическим взглядом, затем быстрым, ловким движением закончила стежок, воткнула иголку в маленькую подушечку, которую с отсутствующим видом засунула в карман юбки.

— Он потерял его в лесу, разве вы не слышали, как он говорил об этом?

Несколько возможных ответов на этот не совсем обычный вопрос пронеслось у него в голове, пока он наблюдал, как она поднялась и начала складывать шезлонг, а затем взяла его под мышку вместе с узлом материи. Гедеону очень хотелось верить, что эта женщина сумасшедшая. Это было бы самым простым и удобным объяснением. Она, наверняка, безумна, и в своих собственных интересах он должен сейчас же сказать все, что собирался ей сообщить, и немедленно оставить это место со всей возможной скоростью.

Он почти убедил себя в этом. Но в этот момент она глянула на него, слегка приподняв брови в немом вопросе, и Гедеон почувствовал странную смесь шока и удовлетворения, когда увидел в ее глазах блеск холодного трезвого ума.

Она не была сумасшедшей.

Гедеона всегда манили и очаровывали всякого рода загадки. Он не мог ни одну оставить неразгаданной. В этот момент его охватил привычный азарт. Эта женщина была самым загадочным явлением из всех, с которыми ему до сих пор приходилось сталкиваться. Он не мог уехать просто так, не попытавшись понять ее.

Все это Гедеон говорил себе самому.

— Где это вы поранили руку? — спросила она, глядя на маленький порез на его предплечье.

Он проследил за ее взглядом, вспоминая, что ходил по лесу с закатанными рукавами.

— Я полагаю, об какую-нибудь колючку. Вы не имеете ничего против, чтобы сказать мне свое имя?

— Нет. Меня зовут Мэгги, вам надо смазать ранку чем-нибудь антисептическим, чтобы в нее не попала инфекция. Мой фургон вон там.

Идя за ней, он посмотрел себе под ноги и спросил:

— Вы, в самом деле, понимаете Лео?

— А вы разве нет?

Он решил не отвечать на этот вопрос.

— Мэгги, а как дальше?

— Дюран.

— Меня зовут Гедеон Хьюз.

— Да, — спокойно сказала она. — Я знаю.

— Вы знаете? — он был немного напуган.

— Конечно. Адвокат Балтазара связался с нами сразу же после трагедии, и мы узнали о том, что случилось. Печально, не правда ли? Я имею в виду, что он практически был почти у цели. Если бы власти не задержали его в Дакаре, носорог не взбесился бы и не забодал его. Но вы могли не получить завещание в течение нескольких месяцев, и мы не ждали, что вы появитесь здесь так скоро.

Ее легкий, по-детски искренний голос звучал обезоруживающе. У Гедеона ушло несколько секунд на то, чтобы вникнуть в суть того, что она сказала.

— Ожидали меня? — наконец, выдавил он из себя.

— Естественно.

Гедеон собирался задать следующий, вопрос, но в этот момент они обогнули заднюю стенку фургона, и их взору предстала картина, которая заставила Гедеона забыть обо всем на свете.

Лагерь был разбит вдоль леса, в нескольких сотнях ярдов от дороги, некоторая часть фургонов и палаток стояла в тени деревьев. Между выцветшей бледно-розовой палаткой и лиловым фургоном, в тени, была расстелена круглая скатерть в красно-голубую клетку. Вокруг нее сидело пять человек, с головой погруженных в созерцание карт, которые они держали в руках.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10