Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дуэт (№2) - Падший ангел

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Харт Кэтрин / Падший ангел - Чтение (стр. 19)
Автор: Харт Кэтрин
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Дуэт

 

 


– Джентльмены, вы что-то ищете? Можем мы вам чем-то помочь?

Тот, что повыше, обернулся к ней с мерзкой гримасой и злобно бросил:

– Продолжайте свои молитвы, леди. Мы хорошенько обыщем это местечко, а потом уберемся восвояси. И пусть никто не пытается нас остановить. Тогда никто и не пострадает. Понятно?

Она коротко кивнула и тут же повернулась к ним спиной. Тори не могла не воздать должное выдержке этой женщины; царственное величие, с которым она противостояла вызывающей грубости, восхитило ее.

Прошло несколько долгих напряженных минут, прежде чем они услышали, как незваные гости покинули здание. И Тори была не единственной, кто наконец расслабился и глубоко, с облегчением вздохнул.

Но тут бледная и дрожащая Кармен обернулась к дочери:

– А теперь, пожалуйста, объясни мне все… с самого начала.

ГЛАВА 25

Эдвардс был перепуган. Игра окончена, и он это знал. Когда его люди не смогли отыскать после воскресной мессы ни Тори, ни Кармен, он поспешно отступил. Теперь, когда Бэннерам известно, что за всеми нападениями стоял он, жизнь его не стоит ломаного гроша. К Джейку вернулось зрение, и Эдвардсу теперь отчаянно не хотелось попасть в простреливаемое пространство.

Несмотря на раскалывающуюся голову, Джейк прибыл к церкви за Тори и Кармен и привел с собой несколько самых верных людей. К их приезду Эдвардс и двое его бандитов уже уехали, лишив Джейка возможности расплатиться немедленно. Оказавшись в безопасности на «Ленивом Би», Тори едва могла удержать разъяренного Джейка, который порывался тут же отомстить. Понадобились объединенные усилия Тори, ее матери и Джилла, чтобы убедить его остыть и продумать план действий. Просто отправиться к Эдвардсу, не подготовившись, в порыве гнева, было бы безрассудным, тем более что тот наверняка ждет его и держит своих людей наготове.

Джейк дождался возвращения Блейка, после чего они вдвоем закрылись в кабинете и стали обсуждать, как лучше поступить. Блейк уговорил Джекоба ничего до поздней ночи не предпринимать.

– Мы захватим этого ублюдка в его логове, – сказал он. – Пусть караулит весь день. Пусть ждет и волнуется. Пусть попотеет. А когда он решит, что мы за ним не явимся, мы проскользнем мимо его постов и устроим ему ночью нежданную встречу.

Такое предложение вполне устраивало Джейка, но сейчас, когда они уже начали его осуществлять, он встревожился, не будет ли это промедление стоить им поимки убийцы. Им действительно удалось незаметно пробраться мимо выставленных Эдвардсом сторожей, но когда они наконец вошли в спальню, то обнаружили, что она пуста, ящики вытащены из шкафов и комодов, одежда разбросана… Они обыскали все кругом и не нашли никого, кроме спящей домоправительницы: дом был покинут. Разбудив и расспросив ее, они узнали, что Эдвардс поспешно собрал вещи и уехал еще днем. Перепуганная женщина рассказала им, что ее хозяин бормотал что-то о том, будто собирается навестить свою дочь на Востоке. Насколько ей известно, он собирался ехать на поезде.

И теперь двое стрелков-пистолетчиков скакали сквозь ночь к железнодорожной станции в нескольких милях от Санта-Фе, в тот самый городишко, куда они гоняли на отправку скот. Так как ночных поездов на Восток не было и в городке существовав ла только одна гостиница, найти Эдвардса не составляло труда, если он действительно здесь.

Было уже почти три часа ночи, когда они осадили своих взмыленных коней около гостиницы. Спешились они в стороне от здания, чтобы никого не настораживать своим прибытием. Тихо, как призраки, стараясь держаться в тени, они подобрались к темной гостинице. Если им повезет и дальше, никто в доме не проснется.

Пока Блейк взбирался по черной лестнице и входил в коридор второго этажа, Джейк на цыпочках прокрался в пустой вестибюль. В этом маленьком заведении ночного дежурного не было. На конторке стоял колокольчик, чтобы жильцы могли вызвать хозяев, если им потребуются какие-нибудь услуги после полуночи. Хозяин с женой спали в комнате сразу за главным вестибюлем.

Стараясь не производить шума, Джейк просмотрел регистрационный журнал и нашел номер комнаты. С молчаливым презрением он подумал, что этот тупой сукин сын не догадался8 даже воспользоваться другим именем.

Эдвардс так и записался Стэнли Эдвардсом, ясно и понятно.

В ячейке для почты Джейк нашел запасной ключ. Все было так легко! Теперь им не придется поднимать шум, входя к Эдвардсу в комнату.

– Он в номере 12, – прошептал Джекоб, встретив в полумраке верхнего вестибюля Блейка. Он поболтал у друга перед носом ключом от комнаты, изобразив такую ухмылку, от которой даже дьявол поспешил бы забиться в щель.

Они оказались в комнате и стали по обе стороны постели прежде, чем Эдвардс успел сообразить, что происходит. В темной комнате холодный поцелуй стального ствола, приставленного к шее, оказался для него первым сигналом опасности.

– Кто здесь? – прошептал он тревожно, с бьющимся сердцем.

– А как ты думаешь? – лениво протянул Джейк. – Надо было убежать дальше и быстрее, Эдвардс. Просто смех, как легко оказалось тебя найти.

– Я этого не делал! – возбужденно вскинулся тот. – Мне все равно, что говорит твоя жена. Я этого не делал!

– А разве я тебя в чем-то обвинил? – протянул Джейк холодным, обманчиво спокойным голосом, от которого у Эдвардса по коже побежали мурашки.

– Ты ничего не сможешь доказать. Против меня нет улик! – В панике он попытался сунуть руку под подушку. Звук взведенного Джейком курка четко отозвался в тишине комнаты.

– На твоем месте я бы этого не делал, – угрожающе предупредил Джейк. Нагнувшись, он вытащил из-под подушки Эдвардса пистолет… пистолет Роя, с перламутровыми накладками.

– Вот и все доказательства, которые мне нужны. Молись, Эдвардс. Ты сейчас отправишься на встречу со своим Создателем.

– Подожди-ка минутку, Джейк, – мягко вставил Блейк. Несмотря на приставленный пистолет, Эдвардс ошеломленно дернул головой и повернулся к Блейку. Он только сейчас осознал, что они с Бэннером не одни в комнате. Его удивление и тревога достигли предела. – У меня есть несколько вопросов, на которые я хотел бы получить ответы до того, как ты размазжешь мозги этого ублюдка по стене.

– Поднимайся, Эдвардс, – приказал Джейк. Тот пугливо встал с кровати, его длинная белая ночная рубашка позволяла хорошо видеть его даже в темноте. – Зажги лампу, Блейк, – предложил Джейк. – Хоть это и займет какое-то время, мы можем позволить себе некоторые удобства.

Пока Блейк зажигал лампу, стоявшую на столике перед единственным окном номера, Джейк держал трясущегося пленника под прицелом своего пистолета. Затем Джейк уселся на стул и движением пистолета подозвал Эдвардса поближе к столу.

– Если кто-то заметит свет, я хочу, чтобы ты был единственным, кого здесь увидят.

Блейк устроился на краю постели.

– Судебное заседание объявлено открытым! – сострил он.

– Суд? – выдавил из себя Эдвардс. – Это не суд! Это хладнокровное убийство!

Небрежно пожав широкими плечами, Джейк спокойно заметил:

– Тебе видней, Эдвардс. А теперь расскажи мне, зачем ты это сделал?

– Сделал – что? – бодрился тот.

– Давай начнем с пожара, убившего моего отца, и не пытайся уверять нас, что не ты его устроил. Завладеть револьвером отца ты мог разве что в его комнате, в ту ночь, когда он умер.

Эдвардс глядел на него и молчал, пока Джейк не направил ему пистолет между ног.

– Знаешь, свет лампы так просвечивает насквозь твою рубашку, что я могу выбрать любую часть твоего тела и быть уверен, что попаду абсолютно точно. Пожалуй, не буду убивать тебя первым выстрелом. По правде говоря, чем больше я об этом думаю, тем больше мне кажется, что я получу огромное удовольствие, если ты сначала помучаешься, – мягко пригрозил Джейк.

– Если собираешься это делать, стрельни в него разок и за меня, – с издевкой попросил Блейк.

Эдвардс побледнел и судорожно попытался сглотнуть слюну, кадык его заходил вверх и вниз.

– В гостинице есть еще постояльцы, – наконец нашелся он. – Они услышат выстрелы. Тебе это даром не пройдет.

Ухмылка искривила Джейку губы.

– Но ты откинешь копыта прежде, чем они откинут одеяла, – фыркнул он. – Говори.

– Я хотел заполучить «Ленивое Би», – признался наконец Эдвардс.

– Чего ради?

– Из-за земли, из-за воды. Это сделало бы меня одним из самых почитаемых и богатых людей в Нью-Мексико.

Темные брови поднялись, Джейк обдумывал его слова.

– Спасибо за идею, Эдвардс. Когда ты умрешь, надо будет приобрести твою землю, раз уж она соседствует с «Ленивым Би».

– Тебе моя земля не понадобится, и своя тоже, ты будешь болтаться на веревке, – с напускной бравадой пообещал ему Эдвардс.

– Но я не собираюсь быть пойманным, – в глазах Джейка блеснуло открытое злорадство. – Полагаю, что все покушения на мою жизнь и скот также делались для той же цели, для захвата «Ленивого Би», – предположил он.

Эдвардс признал это нервным кивком.

– Ты никогда в прошлом не проявлял особого интереса к ранчо, и я надеялся, что, если немного тебя подтолкнуть, ты снова уедешь отсюда.

– Но ты меня недооценил, Эдвардс. Все твои попытки только прибавляли мне решимости остаться, особенно после того, как я удостоверился, что отец был убит. А как насчет Тори? Она-то тут при чем? Зачем все эти покушения на ее жизнь?

Эдвардс помедлил с ответом, но яростный взгляд Джейка снова развязал ему язык.

– Сначала я хотел только напугать ее, чтобы она вернулась в свой монастырь. Пока я не узнал, что она ждет твое отродье, мне на нее было наплевать. Но, видишь ли, ребенок унаследовал бы ранчо. Внезапно оказалось, что очередь претендентов на землю, которая мне нужна, слишком велика. Вначале я думал, что все будет просто. Пожар избавил меня от Роя, а Кармен, если б она даже осталась жива, поддалась бы на мои уговоры и продала, бы мне ранчо.

– Или вышла бы за тебя замуж, – предположил Джейк. – И тут я вернулся домой и нарушил все твои чудные планы. Какая жалость, Эдвардс Конечно же, твои шпионы все это время работали на ранчо, иначе мы бы тебя быстро поймали. Тебе надо было бежать отсюда, когда Реду не удалось убить меня с Блейком и Тори.

Одно воспоминание о том, как беззащитная Тори оказалась во власти этого похотливого мерзавца, еще больше разъярило Джейка.

– Ты последний раз был угрозой моей семье. Эдвардс. А когда тебя не станет и некому будет им платить, не думаю, что у меня возникнут проблемы с остальными твоими наемниками. – Пока они разговаривали, он отпустил курок своего кольта, но теперь снова его взвел.

При этом звуке Эдвардс в панике дернулся, порываясь бежать, хотя бежать было некуда. Длинный рукав его ночной рубашки зацепил керосиновую лампу и перевернул ее. Материя сразу вспыхнула Не успел кто-либо из них опомниться, как лампа покатилась по столу и упала на пол, расплескав керосин по комнате и на Эдвардса.

В какую-то секунду тот превратился в живой факел, с головы до пят! Его отчаянные вопли заставили Джейка невольно содрогнуться. Он даже инстинктивно протянул руку за кувшином с водой, стоявшим на бюро, чтобы потушить пламя, хотя в голове у него промелькнула мысль, что именно так Эдвардс убил Роя и что есть, значит, высшая справедливость, раз его постигла та же участь. Но не успели пальцы Джейка сомкнуться на ручке кувшина, как Эдвардс заметался, ничего не видя, и в следующее мгновение выбросился из окна Пробив стекло, он свалился прямо на каменные плиты внутреннего дворика. Почти сразу же его вопли смолкли.

Друзья бросились к окну. Со второго этажа они увидели тело Эдвардса. Оно было согнуто под странным углом и все еще пламенело. На освещенных плитах вокруг головы расплывалось темное пятно крови. Пока они смотрели в окно, из других номеров гостиницы стал долетать шум, постояльцы поднимались со своих постелей. Крики Эдвардса их разбудили.

Дернув Джейка за рукав, Блейк оттащил его от разбитого окна.

– Пойдем, партнер Если мы не хотим, чтобы нас в этом обвинили, надо отсюда выбираться. Лично мне очень нравится дышать.

Говоря это, Блейк выхватил из рук Джейка кувшин и вылил воду на распространяющийся огонь. Затем он быстро затушил одеялом оставшиеся языки пламени. Хотя им не хотелось быть пойманными в комнате Эдвардса или где-то рядом, еще меньше их устроила бы смерть невинных постояльцев или разорение владельца гостиницы.

Справившись с огнем, они низко надвинули шляпы на глаза и пустились по коридору и дальше вниз по черной лестнице. Хотя многие уже проснулись, но им никто не встретился. Люди глазели из окон, гадая, что случилось. Никто не заметил, как два силуэта выскользнули и, перебегая от одного темного участка к другому, быстро добрались до лошадей.

Двумя днями позже в «Еженедельнике Санта-Фе» была помещена история смерти Эдвардса. Оказалось, что тот каким-то образом поджег свой номер в гостинице – и, стараясь потушить пожар, загорелся сам. Обезумев от боли, он либо выпрыгнул, либо выпал из окна и разбил себе голову о каменные плиты.

Пострадавший умер прежде, чем кто-либо сумел добежать до искалеченного обгоревшего тела. Останки, как сообщалось в газете, будут отправлены для похорон на Восток. Его дочери, единственной его родственнице, телеграфировали о смерти отца, и она уже прибыла к усопшему.

Кармен прочла эту новость с мрачным видом. Понимая, насколько мать угнетена, Тори попыталась ее успокоить:

– Мне очень жаль, мама. Я знаю, ты стала хорошо относиться к этому человеку, он часто навещал тебя, и вы много времени проводили вместе.

Покачав головой, Кармен опровергла ее слова:

– Нет, Тори. Ты немного ошибаешься. Да, пока я выздоравливала, его посещения были мне приятны. Я не могла покидать дом, а это давало мне возможность поговорить с кем-то, приятно провести несколько часов. Но я не относилась к нему как-то особенно, если ты это имеешь в виду. Скорее, испытывала к нему жалость, как к человеку одинокому, у которого нет ни жены, ни детей, чтобы скрасить ему жизнь.

– Значит, ты не горюешь о нем? – переспросила Тори, надеясь, что мать говорит правду, а не пытается скрыть от них более глубокие чувства, чтобы не огорчать никого.

– Я горюю о его душе, – печально сказала Кармен. – За свои злые дела он обречен вечно гореть в аду. Я сожалею о его извращенных мыслях, которые принесли нам такую боль и такую утрату. Но, пусть Господь меня простит, еще я чувствую облегчение и умиротворение, потому что убийца Роя получил по заслугам. Мы с тобой обе знаем, что Рой был не из тех людей, которых легко понять. И жить с ним не всегда было просто. Частенько бывал он не прав, но, несмотря на свои грубоватые замашки и суровость в словах, он всегда хотел добра. Он не заслужил такой смерти.

– Я рад, что ты не переживаешь из-за смерти Эдвардса, мамачита, – проговорил Джейк, склоняясь, чтобы поцеловать ее в щеку. – Мне только жаль, что мы так долго не могли его поймать. Я давно думал, что это может быть он, но не мог доказать. А он тем временем обманывал тебя, заставляя думать, что увлечен тобой.

Губы Кармен изогнулись в странной нежной улыбке.

– Пусть это вас не тревожит. Я никогда не смогла бы полюбить этого человека, даже если бы он не был виноват во всех наших бедах. – Ее темные глаза лукаво блеснули, когда она добавила: – Полагаю, что все слишком заняты, чтобы обращать внимание, но у меня есть другой поклонник, который привлекает меня гораздо больше.

Раскрыв рот, все застыли в изумлении, а потом хором спросили: «Кто?»

Рассмеявшись при виде ошеломленных лиц, Кармен самодовольно объявила:

– Оуэн Грин. Он уже спрашивал, не обижусь ли я, если он начнет ухаживать за мной по окончании моего траура.

– Док Грин? – воскликнул Джейк и усмехнулся углом рта: – Ах он хитрый старый козел! Я было подумывал, когда мы с Блейком лежали раненными, что он приезжает чаще, чем надо!

– Джекоб Бэннер! Я должна тебе напомнить, что Оуэн Грин всего на три года старше меня, и мне не нравится, когда ты называешь его старым.

– Значит ли это, что он молодой козел? – поддразнил ее Джейк, подняв бровь. Его лукавый взгляд перешел на Тори. – Нам придется приглядывать за этой парочкой, или у нас окажется братик или сестричка моложе нашего собственного ребенка. Такое событие весь Санта-Фе поставит на уши!

– Смейся, смейся, – с невозмутимой улыбкой проговорила Кармен. – Может, ты еще проглотишь свои слова!

Тори с Джейком потрясение переглянулись.

Со смертью Эдвардса всем напастям на «Ленивом Би» пришел конец. Мегэн укладывала свои вещи, готовясь к отъезду в Таксон, со смешанными чувствами.

– С одной стороны, я очень хочу домой, – призналась она Тори, – а с другой – буду страшно скучать по вам. Хотелось бы, чтоб мы жили поближе друг к другу. Ты стала мне такой замечательной подругой, Тори.

Тори растроганно откликнулась на ее слова:

– Мне тоже будет тебя не хватать. Так было приятно иметь рядом женщину, тоже ожидающую ребенка, с которой можно говорить об этом, сравнивать свои ощущения… Как было бы чудесно рядом воспитывать наших детей, смотреть, как они растут и становятся друзьями! Мама будет особенно скучать по Алите. Мы все просто обожаем ее!

– Обещай, что будешь часто писать и дашь мне знать, когда родится ребенок. Я уже умираю от любопытства, кто это будет, мальчик или девочка, – сказала Мегэн.

– О, наверняка будет мальчик, и назовут его Бреттон, – уверенно объявила Тори. – Правда, мы, наверное, чаще будем звать его просто Брет.

Мегэн расхохоталась и с интересом посмотрела на Тори.

– Вот как? Остальные из нас должны подождать, пока дети родятся, чтобы знать это, а ты уже знаешь? Как это, Тори? У тебя что, где-то спрятан магический хрустальный шар? Нельзя ли и мне им попользоваться?

– Нет у меня никакого хрустального шара, – ответила Тори. – Но есть нечто такое же хорошее. Мадам Лаво, старая жрица вуду, которая дала мне амулет, сказала, что у меня будет сын. Она даже сказала, как нам его назвать.

Мегэн вытаращилась на нее.

– И ты в это поверила? – недоверчиво спросила она.

Тори кивнула, совершенно не встревоженная скептицизмом Мегэн.

– А почему мне ей не верить? В конце концов, она же оказалась права насчет амулета. Он спас мне жизнь.

– В этом-то я не сомневаюсь, – согласилась Мегэн. – Он точно напугал Реда так, что тот чуть штаны не потерял. И все-таки, все-таки, Тори, я бы не ручалась, что будет мальчик. Ты можешь очень разочароваться.

– Не думаю, – ответила Тори, кладя руку на выпуклость своего живота.

Мегэн пожала плечами и с любопытством спросила:

– Ты все еще носишь этот странный амулет? – и, когда Тори кивнула, добавила: – Но теперь, раз с Эдвардсом покончено, ты не считаешь, что уже можно его снять, или ты собираешься отгонять им зло до конца своей жизни?

Тори поколебалась, а затем попыталась объяснить своей подруге:

– Я знаю, что опасность, исходившая от Эдвардса, прошла, но мадам Лаво сказала мне, что я сама пойму, когда придет время снять амулет.

Пока у меня нет ощущения, что пора. Я как-то чувствую себя с ним спокойнее. Боюсь, лучше мне не объяснить. – Она смущенно пожала плечами. – Может быть, я опасаюсь, вдруг что-то пойдет не так, пока не родится ребенок… не знаю. Все, что я знаю, это что хочу поносить его подольше.

– Блейк, я все понимаю, вы и так здесь задержались, да и рану ты заработал, но мне так не хочется с тобой расставаться. Ты для меня как брат. Немногие знают, что такое из стрелка стать нормальным человеком – с женой, семьей и обычной жизнью. Только тот, кто сам прошел черёа это, понимает, как тяжко такое достается.

Блейк кивнул.

– Да, неприятности стороной не обходят. История с Рино это только подтвердила. Мне кажется, он не имел отношения к Эдвардсу.

– Согласен, – кивнул Джейк. – Рино просто случайно приехал в то же самое время, когда происходило все остальное.

– Пиши нам время от времени, извещай, как идут дела, – Джейк протянул руку Блейку. – Ты знаешь, что мы всегда будем рады видеть тебя у нас на ранчо, если приедешь.

– И ты тоже, – мужчины потрясли друг другу руки и похлопали друг друга по спине. – Спасибо, Блейк, за то, что пожил здесь… за то, что присматривал за ранчо, провожал Тори повсюду, за tq, что доставил меня к дому Грину. Ты спас мне жизнь, и я всегда буду тебе благодарен.

Блейк рассмеялся.

– Ты так не пел, когда мы сидели целыми днями в спальне, – напомнил он другу.

Джейк ухмыльнулся:

– Ты храпел, как дисковая пила. Как же мог я быть жизнерадостным, когда ночью глаз не смыкал от шума, который ты издавал? Теперь я по-настоящему сочувствую Мегэн. Как она выдерживает такую напасть ночь за ночью?

– Полагаю, она слишком сама храпит, чтобы замечать за мной, – пошутил Блейк. – Но не говори ей, что я тебе выдал ее тайну. Она к этому очень нервно относится и никогда не признается. Розозлится как оса, если узнает, что я упомянул об этом.

Бэннеры и Монтгомери собрались все вместе в зале, чтобы распрощаться. Все тискали друг друга и целовались, и у многих глаза были влажными. Наконец все саквояжи были погружены в фургон, и пришло время расставаться. Джиллу поручили отвезти их на железнодорожную станцию, а дальше они поедут сами.

– Поберегите себя! – кричали они, когда Джейк и Тори провожали их к фургону.

– Счастливого вам пути домой!

Монтгомери уже сидели в фургоне, который развернулся по направлению к дороге на Санта-Фе, а Джейк и Тори стояли рука об руку и прощально махали им, когда прозвучали первые выстрелы. На мгновение Джейк растерялся. Затем он толкнул Тори к дому, защищая ее своим телом, одновременно выхватывая свой кольт и прикрывая их двоих огнем. Пули свистели вокруг них, ударялись в стену дома, когда они кинулись к двери.

В фургоне Блейк пригнул вниз Мегэн, ребенка и Хосефу и прикрыл их своим телом, в то время как Джилл нахлестывал лошадей, поворачивая их к задней стороне дома. Мегэн из-под мужа вопила:

– Слезь с меня, дуралей здоровый! Провались ты, Блейк, дай мне пистолет!

Они добрались до дома и, бросив свои вещи, кинулись под его защиту. Тори распахнула заднюю дверь и выхватила из рук Мегэн Алиту, когда они под градом пуль кубарем влетели в кухню.

Слышно было, как по всему дому бились стекла окон. Джилл и работники ранчо остались защищать заднюю дверь, а Блейк и женщины практически ползком пробрались в залу, к Джейку и Кармен. Друзья обменялись озадаченными взглядами.

– Что, черт побери, происходит? – громко выразил Джейк общее недоумение.

ГЛАВА 26

Снова ливень пуль окатил дом.

– Бэннер! Выходи и посмотри мне в лицо! Блейк нахмурился, и глаза его встретились с глазами Джейка.

– Этот голос мне ничего не напоминает. А ты имеешь какое-нибудь представление, кто это может быть? – мягко спросил он.

Джейк угрюмо кивнул, золотые глаза его зловеще сверкнули.

– Это, друг мой, человек, которого я выслеживал почти семь лет. Единственный из убийц Кэролайн, с которым я не сумел посчитаться.

Он услышал, как кто-то втянул дыхание и, обернувшись, увидел, что Тори смотрит на него широко открытыми, громадными испуганными глазами.

– Джекоб? – прерывисто выдохнула она. – Что он здесь делает?

– Вероятно, услыхал, что я его разыскиваю, и решил переиграть меня в моей собственной игре, дорогая, – предположил Джейк.

– Бэннер, ты – меня слышишь? – раздался окрик снова.

– Это ты, Роуэн? – крикнул в ответ Джейк. Со зловещим смехом Роуэн подтвердил:

– Да, Бэннер! Ты удивлен, что я здесь? Я обдурил тебя. Чего я не люблю, так это все время оглядываться через плечо. Начинаешь дергаться! Понимаешь?

Джейк рассмеялся. Ветер далеко разнес его издевательский холодный смех.

– Что ж, Роуэн, очень ты меня одолжил, избавил от необходимости тебя выслеживать. Чтобы убить тебя, мне не надо и лишнего шага делать со своего ранчо.

– Будешь болтать весь день, Бэннер? Мне и моим ребятам есть чем заняться. Выходи, перестань прятаться за женскими юбками. Ты ведь давно хотел этой разборки.

– Дураков на свете много, Роуэн, но я не из их числа, – отозвался Джейк.

– Что ж, теперь понятно, с чем мы имеем дело и кто против нас, – заключил после их перепалки Блейк. Кивнув головой в сторону кабинета, он продолжал: – Джилл и Сэм охраняют заднюю дверь. Мы с Мегэн возьмем на себя южную сторону. Если не возражаешь.

Джейк кивнул.

– Хорошо. Нельзя, чтоб эти сукины дети нас обошли с тыла. Мы ведь не знаем, сколько их там.

– По моей оценке, человек восемь, самое большее – десять. – Блейк подмигнул Мегэн. – Как раз неплохая утренняя разминка для нас, а, дорогая?

Улыбка расплылась по лицу Джейка: он вспомнил время, когда Блейк и Мегэн отражали атаку пяти бандитов на горную хижину.

– Может, лучше дать ей сковородку, Блейк? Помнишь, как она с ней управлялась? – предложил он, улыбаясь углом рта.

– Что там такое насчет Мегэн и сковородки? – поинтересовалась Тори. Второй раз при ней упоминали об этом, а она все еще не знала, о чем идет речь.

– Напомни мне как-нибудь рассказать тебе об этом, – ответила ей Мегэн. – А если в двух словах, toji больше урона нанесла им чугунной сковородкой, чем некоторые мужчины оружием.

– Тори, мама, пойдите с Блейком в кабинет и достаньте из шкафа ружья. И возьмите на всякий случай побольше патронов, – быстро распорядился Джейк, потому что снова вспыхнул ружейный огонь. – Мы трое будем прикрывать фасад. Да, еще вытащите Анну из-под кровати, наверянка она там прячется. Они с Розой могут помочь нам, заряжая ружья.

Пока все рассыпались по дому, чтобы занять свои позции, Джейк открыл ответный огонь. Теперь бой пошел всерьез. Джейк услышал выстрелы с той стороны дома, где была расположена конюшня. Он мрачно улыбнулся. По крайней мере, в той стороне работники ранчо справлялись неплохо. Судя по звукам перестрелки, они успели вооружиться и залегли в конюшне и за ней. Все-таки хорошо, что они не одиноки перед лицом бандитов.

Для Тори это оказалось повторением той ночи, когда они с Мегэн яростно отражали нападение «индейцев», конечно, с некоторыми отступлениями. Теперь рядом были их мужья, за это Тори была благодарна Богу. Однако, выставляя свое ружье в разбитое окно, стреляя снова и снова, она жалела, что нападение случилось днем, а не ночью, как тогда. Конечно, сейчас можно лучше разглядеть противников, зато и лучше виден наносимый ею урон. А она предпочла бы ничего такого не знать.

В этой опаснейшей ситуации собственная меткость была ей отвратительна, она старалась стрелять так, чтобы ранить, а не убить. Ей ни у кого не хотелось отнимать жизнь, если этого можно избежать. И она не желала знать, если избежать не удавалось. После Реда ей будет невмоготу снова испытывать чувство вины. Больше ей не вынести! Сразу приходило на ум старое присловье: «Неведение – благо», в эту минуту она была с ним полностью согласна.

Хотя на самом деле бой продолжался только пятнадцать минут, казалось, что он уже длится давно. Внезапно бандиты перестали стрелять. И чей-то голос, Тори показалось, что это Сэм, прокричал торжествующе:

– Босс! Мы их прижали, как крыс в норе! Они, кажется, хотят сдаться!

Больше выстрелов не было, то есть заявление Сэма никто не стремился опровергнуть.

Джейк обменялся улыбками с Тори и вышел из дома, она пошла рядом. За ней двинулись Блейк и Мегэн, все еще с оружием в руках. Маленькую банду, уже обезвреженную, повели в окружении работников ранчо, которые их сторожили. По крайней мере пять бандитов были ранены. Еще несколько лежали в стороне мертвыми.

– Что будем с ними делать, босс? – спросил Сэм, выкатывая грудь вперед. Он раздувался от гордости, ведь не без его участия взяли в плен этих людей.

– Отведите их в конюшню и хорошенько там свяжите, – приказал Джейк. – Не хватало еще, чтобы они сбежали после того, как вы так хорошо потрудились, захватив их.

Его глаза удовлетворенно и с одобрением оглядели верных ему людей.

Как только работники ранчо стали подталкивать пленников к конюшне, Джейк нахмурился:

– Подождите минуточку! А где же Роуэн?

В этот момент как будто иголочки закололи Тори в шею, заставив ее обернуться. Глаза ее широко открылись от страха. В стороне, выступив из-за дерева, стоял злобного вида мужчина и целился в грудь Джейка! Его палец уже сгибался на спусковом крючке, испуганный ее возглас насторожил всех, но было слишком поздно. Джейк еще не успел до конца повернуться, когда Тори бросилась и стала перед ним. Звук выстрела прозвучал мгновение спустя после того, как он почувствовал, что Тори резко дернулась. Пуля попала в нее!

Ошеломленный Джейк подхватил жену как раз в тот момент, когда она обмякла и привалилась к нему. Он услышал второй выстрел и понял, что это Блейк выстрелил в Роуэна. Тот вскрикнул и выронил пистолет, но не упал. Алый туман ярости ослепил Джейка, но уже через миг он поднял свой пистолет. Одной рукой он прижимал к себе Тори, ее кровь пропитала на груди его рубашку, а второй направил свой кольт на Роуэна. Глаза его прищурились, кровожадно засверкали.

Тори застонала и шевельнулась. Глаза ее открылись и с мольбой уставились на него.

– Не надо! – прерывающимся голосом попросила она. От боли слезы струились по ее бледным щекам. – Не убивай его, Джекоб!

Ее мольба разрывала ему душу и сердце. Предоставив Блейку и остальным разбираться, что делать, Джейк подхватил тело Тори на руки. Она застонала, глаза ее на мгновение закрылись, пытаясь побороть боль. Лицо Джейка мучительно исказилось:

– Тори! Не умирай! – прозвенел вопль его истерзанной души. – Пожалуйста, не умирай! Я этого не вынесу! Пожалуйста!

Хотя это, должно быть, стоило ей величайших усилий, рука ее поднялась к его щеке и погладила ее. Он быстро понес ее к дому, а она, снова открыв глаза, смотрела на него.

– Все будет хорошо, Джекоб, – с легким вздохом утешила она его. Затем рука ее упала ему на грудь, ресницы опустилсь, и она погрузилась в закруживший ее туманный вихрь.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20