Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Чужие сны

ModernLib.Net / Научная фантастика / Грай Татьяна / Чужие сны - Чтение (стр. 17)
Автор: Грай Татьяна
Жанр: Научная фантастика

 

 


– Странные пещеры, – сказал наконец Левинский. – Посмотри на стены.

– Давно смотрю, – откликнулся Ирвин. – И пол такой же.

– Да…

В их наушниках тут же прозвучал голос командира:

– Что обнаружили? Почему не докладываете?

– Да ничего, – ответил Ирвин. – Просто здесь все слишком уж гладенько вокруг. Не похоже на естественные образования.

– Только этого не хватало, – возмутился Корин. – Что, лабиринты нарочно построены? Зачем? Кем?

– Ну ты даешь, – сказал Левинский. – Кем, зачем – на стенах не написано. Потерпи, может, сами узнаем.

Они миновали первый лабиринт и по самой короткой из возможных линий пересекли второй. Но когда они уже добрались почти до центра третьего, Левинский вдруг остановился и сказал:

– Там кто-то есть.

– Где? – мгновенно всполошился командир.

– Где-то внутри горы, – пояснил Ленинский. – Наверное, как раз там, куда мы идем.

– Почему ты так решил? Левинский немножко подумал.

– Я почувствовал, – не слишком уверенно объяснил он, – как что-то сунулось в мой мозг. Как бы осторожно заглянуло. И при этом… как бы это… в общем, мелькнуло на мгновение что-то вроде луча, уходящего в гору. Слабенький такой лучик, розоватый.

– Включите защитные поля, – приказал Корин. – Удвоить осторожность!

– А где Ольшес? – спросил Ирвин.

– Сидит возле Кристалла. Не знаю, слышит он вас или нет, но сам говорить не станет, он меня предупредил. Что-то в этом Кристалле… не понимаю. Долго вам еще идти?

Ирвин посмотрел на карту…

– Если будем продвигаться с прежней скоростью – около получаса, – ответил он… —

– Хорошо, идите, – сказал командир. – Связь не отключать! Докладывать о любой подозрительной песчинке.

– А здесь все песчинки подозрительные, – заявил Левинский. – Все вокруг слишком гладко и слишком сухо. Ни капли влаги. Очень странно.

– Радовался бы, что ноги не промочишь, – буркнул Корин.

Левинский хихикнул, и они с Ирвиным пошли дальше.

Но минут через пять и Александр почувствовал то же, что Кейт, – как будто чей-то разум осторожно заглянул в его мозг…

И тем не менее разведчики продолжали двигаться вперед.

…Ольшес замер на своем насесте, не зная, чего теперь ожидать. Темный луч, вырвавшийся из Кристалла в ту самую секунду, когда Левинский ощутил присутствие чужого сознания, расширился и поплотнел, когда это сознание заглянуло в мозг Ирвина. Даниил Петрович, конечно, все слышал, но не решался заговорить с товарищами. Почему-то ему казалось, что сейчас любой звук, произнесенный здесь, возле Кристалла, мог повредить тем, кто находился в пещере, – а инспектор привык доверять странным предчувствиям. И потому он молчал, хотя уже догадывался, что могут увидеть разведчики там, где заканчивалась воображаемая прямая, проведенная сквозь планету от колодца под Черным Кристаллом.

Он только надеялся, что им не придется искать еще и третью точку. Потому что третья точка могла оказаться где угодно, а планета как-никак большая…

И он просто сидел и не отводил глаз от Кристалла, рисуя в своем воображении картины той планеты, на которой когда-то жили дарейты – до появления на ней ненормальных экспериментаторов.

И он совсем не обращал внимания на откуда-то взявшегося Кукса. А зверь устроился среди водорослей неподалеку от инспектора и тоже смотрел на Кристалл круглыми темными глазами…

…Теперь они шли гораздо быстрее. Их словно что-то толкало вперед, влекло, тянуло… и в конце концов Левинский негромко сказал:

– Такое впечатление, что он просто горит от нетерпения. Очень ему хочется встретиться с нами поскорее.

– Кому? – тут же запаниковал Корин, ни на секунду не ослаблявший внимания. – Кто там.

– Да откуда нам знать? – удивился Ирвин. – Сказали же тебе – сидит там кто-то, в пещере. Вот теперь мы почувствовали, что он – или оно, или она – нас зовет.

– Ох, ребята, – выдохнул командир. – А не лучше ли вам вернуться, а?

– Не лучше, – уверенно ответил Александр. —

Ничего плохого он нам не желает. Я это чувствую.

– Я тоже, – подтвердил Левинский. – А что большой компьютер показывает?

– Ничего, – огорченно сказал Рамир. – Просто пещеры на экране. Никаких признаков живого существа.

– Да почему ты решил, что оно должно быть обязательно живое? – сказал Ирвин. – Неужели компьютер не нащупал там хоть что-то странное? Корин замолчал на какое-то время, потом снова заговорил:

– Нет, ничего… вот только есть один участок, который просматривается нечетко. Просто слегка размытое изображение пустой полости, и все. – И эта полость, конечно, именно та, которая нам нужна? – спросил Ирвин. – В той самой точке?

– Ну да, – неохотно согласился командир. —

В той самой. Похоже, кто-то или что-то прикрыто каким-то полем… компьютеру оно не по зубам.

– Ну, ничего не поделаешь, – сказал Левинский. – Придется глазами смотреть, без электроники.

Им оставалось, судя по карте, пройти всего четыре изгиба последнего коридора последнего лабиринта. Ирвин, шедший впереди, невольно замедлил шаг, несмотря на то что влекущее к себе разведчиков неведомое существо все усиливало свой призыв. Левинский, подойдя к товарищу вплотную, тихо спросил:

– Может, усилим защиту?

– He стоит, – так же тихо ответил Ирвин, и командир, как ни странно, на этот раз не вмешался их разговор.

До этого момента бластеры разведчиков оставались в наплечных кобурах. Но теперь оба землянина, не сговариваясь, достали оружие. И только после этого осторожно зашагали дальше.

Но вот они достигли последнего поворота. Неожиданно Ирвин остановился и выключил фонарь на шлеме. Левинский, не задавая вопросов, сделал то же самое.

И они увидели…

Мягкое серебристо-розовое сияние заполнило подземный коридор. Оно наплывало волнами, и в этих волнах перед глазами людей на долю мгновения вспыхнула отчетливая картина: в толще прозрачной изумрудной воды танцевали дарейты…

Левинский охнул. Ирвин резко шагнул вперед. Корин засопел в их наушниках, но удержался от вопросов.

За поворотом, в большом подземном зале, висея в воздухе трехметровый красный октаэдр.

И тут наконец заговорил Ольшес.

– Ребята, – сказал он, – там второй Кристалл, да? Какого он цвета?

– Красный, – машинально ответил Ирвин. – Светится.

– Само собой, светится, – буркнул Ольшес. – Посидите рядом с ним, подумайте о разном. И поспрашивайте, нет ли где третьего, белого.

– А? – только и смог сказать Ирвин. Левинский же молча подошел к Кристаллу поближе и уселся на сухой песок, скрестив ноги.

Ирвин последовал его примеру.

И они стали думать о разном. Но в основном они думали о дарейтах и о том, как изменилась их планета.

Время шло, а Ирвин и Левинский все не решались тронуться с места. Они не знали, подаст ли им Красный Кристалл какой-то знак, или они могут встать и уйти в любой момент… или им следовало ждать приказа инспектора?.. Но постепенно оба они начали ощущать, что Кристалл впитывает их мысли. Ни Ирвин, ни Левинский не смогли бы объяснить, почему они так решили. Но оба разведчика были уверены, что не ошибаются. Кристалл не просто видел, что происходит в их головах. Он поглощал образы…

И тогда они полностью сконцентрировались на том, что видели в передаче дарейтов. Они старались во всех деталях показать Кристаллу ту планету, на которую могли бы вернуться обитатели моря, насильно лишенные родины.

И Кристалл понял их.

Восемь прозрачных красных лучей вырвались из него, пронзив толщу гор, и унеслись в пространство. И одновременно ожил Черный Кристалл.

Глава 5

– Нет, это самые настоящие животные, – уверенно сказал Хедден. – Самые что ни на есть стопроцентные осьминоги, и ничего больше. И гнездовья у них самые обычные, никаких тебе садиков, оград и прочего. Так, кучка камней, и на верхушке – гроздь икры. Самка, конечно, охраняет свое потомство, но и только. Ни малейших признаков разумной деятельности.

– Жаль, – искренне сказал Даниил Петрович. – Очень даже жаль. Теперь все начнет возвращаться к своим естественным размерам, и, надо полагать, осьминоги тоже подрастут… как дарейтам с ними ужиться?

– Ну, разберутся как-нибудь, – пожал плечами Хедден. – А ты уверен, что теперь все раскрутится в обратную сторону?

– Уверен, – ответил Ольшес.

– Ну, тогда нельзя исключить и того, что к малышам осьминогам вернется разум?

– Это вряд ли… – с сомнением произнес инспектор. – Ладно, ты наблюдай повнимательней, нам надо прикинуть, сколько времени займет полная реабилитация. А уж потом… Впрочем, я думаю, даже и незачем ждать окончательной перемены для того, чтобы переселить дарейтов. Важно убедиться, что она началась.

– Ты думаешь, это будет так заметно? – недоверчиво спросил Хедден.

– Ты же знаешь, с какой скоростью шли изменения в прошлый раз.

– Ну, да… и все-таки не верится.

– Поверишь, когда увидишь. Я думаю, долго ждать не придется. Так… Кристаллы проснулись двадцать часов назад. Ну, наверное, через сутки-другие начнется.

Но началось гораздо раньше.

Ровно через двадцать шесть часов после того, как два Кристалла выбросили из себя потоки энергии, планету потряс мощный толчок. Он был настолько силен, что крейсер Разведкорпуса, стоявший на побережье, покачнулся и едва не упал. Потом поднялся ураганный ветер, закружившийся вокруг планеты. Он растрепал и разорвал в клочья плотные облака, он обрушил на сушу и моря ливни и грозы… и началось возрождение.

Земляне, мгновенно свернувшие лагерь и ушедшие на орбиту, не отрывались от экранов.

Изменения шли не так бурно, как в первый раз, но все же достаточно быстро для того, чтобы их можно было заметить невооруженным глазом.

Первыми на воздействие Кристаллов откликнулись водоросли. Гигантские листья, возвышавшиеся над поверхностью морей, в несколько часов пожухли и свернулись. Потом утратили упругость стволы. Они медленно погрузились в волны и пошли ко дну, где их принялись клевать подрастающие рыбы.

Затем неторопливо пошли в рост обитатели суши. Микроскопические леса исчезли за неделю, и на их месте остались лишь небольшие купы настоящих, хотя пока еще не слишком высоких деревьев. Кустарники, до сих пор почти незаметные, покрыли горные склоны и холмистые равнины. Везде, где только была хоть капля влаги, встали роскошные травы. Понемножку росли звери и птицы.

И очень быстро росли все, кто жил в воде. Все, кроме осьминогов. Они оставались все такими же крошечными.

И охраняющие звери, переставшие наконец прятаться, тоже не менялись. Подросшие и ставшие еще более подвижными и ловкими, чем в воспоминаниях дарейтов, они бродили по берегам морей, ныряли в воду – словно присматривали за тем, что происходит на планете, словно проверяли, все ли идет так, как надо… и очень часто, растянувшись на камнях, подолгу смотрели в небо.

А Черный Кристалл по-прежнему висел на том же месте, и из него все так же текли потоки энергии. И судя по тому, что корабельный компьютер не мог отчетливо просмотреть некую точку в горных пещерах, – Красный Кристалл тоже никуда не делся.

Разведчики много раз приставали к Даниилу Петровичу с вопросом – почему он решил, что на планете дарейтов может быть еще и третий кристалл, белый, – но Ольшес только и говорил, что треугольник – более надежная штука, чем прямая линия.

Через две недели Ольшес решил, что дальнейшие наблюдения не имеют смысла, и сообщил об этом командиру. Корин, естественно, спорить с инспектором не стал. Особисту виднее. И, дав еще немного времени биологу на то, чтобы собрать образцы новой флоры и фауны, земляне отправились домой.

Глава 6

– Ну не можем ведь мы совершать массированный налет на чужую планету! – кричал Командор, доведенный почти до отчаяния. – Что вы все, с ума посходили, что ли?

– Но нам придется это сделать! – в который уже раз повторял начальник Спецсектора. – Придется, и ты сам это прекрасно понимаешь!

– Да ничего подобного! Надо искать варианты.

– Вариант у нас один – вывозить дарейтов с Ауяны.

– Но не так, как предлагают твое лихие наездники!

– Мы ищем, ищем, – сказал начальник Спецсектора. – Но ты же знаешь – там вдоль всего Желтого залива сидят люди Вики. Ждут. Нам их не обойти.

– Вот. – Командор снова ткнул в карту на экране. – Вот, прекрасный островок, очень подходящий, недалеко от залива, в нейтральных водах! Почему бы…

– Тебе уже сто раз повторяли, там вода не подходит. Что-то приносит течением, дарейты не смогут…

– Да на что у тебя толпа химиков?! – взорвался Командор. – Измени воду! Экспедиция три дня как вернулась, а ты до сих пор ничего не сделал! Уволю к чертовой матери!

Начальник Спецсектора обиженно покачал головой и, ничего не сказав, вышел из кабинета.

Вернувшись к себе, он вызвал химический отдел и потребовал, чтобы к вечеру задача изменения воды возле острова в нейтральных водах была решена. Иначе он выгонит всех химиков. К чертовой матери.

После этого он в очередной раз принялся выяснять, куда подевался инспектор Ольшес. Но Ольшеса с момента возвращения разведчиков с планеты дарейтов никто не видел. Его коллеги подозревали, что инспектор воспользовался законным правом на пятидневный отдых и теперь искать его просто бессмысленно.

А без него проводить подготовку к операции было невозможно.

Потому что ни с кем другим дарейты, скорее всего, говорить не станут.

Но начальник Спецсектора сильно сомневался в том, что Даниил Петрович отправился развлекаться, не закончив дела. И потому он запросил некую справку в Разведкорпусе. Получив ответ, он сначала принялся ругаться на чем свет стоит, а потом снова отправился к Командору.

В результате всех этих действий и переговоров один из крейсеров Разведкорпуса был приведен в полную готовность в ожидании приказа, который мог поступить с минуты на минуту.

И к вечеру приказ был получен.

На корабле начались переделки, и работа шла в сумасшедшем темпе. К утру межзвездный крейсер превратился в сплошной бассейн. Вся эта суматоха была результатом того, что Даниил Петрович, никого не спросись, успел побывать на Ауяне и выяснил, что дарейтов в Желтом заливе около тысячи. Вот на эту тысячу и строились на борту корабля водоемы, наполненные водой строго определенного состава.

Теперь оставалось решить одну пустяковую задачку – как вызволить дарейтов с Ауяны и перевезти на их родную планету.

Ведь Ауяна не была необитаемой планетой. И без разрешения местных властей земляне не могли опуститься на нее. Но разрешения ожидать не приходилось. Слишком многое было связано с дарейтами в государстве Тофет, слишком велики были интересы и правительства, и команды Вики Кирао, чтобы вот. так запросто выпустить из своих рук источник огромных доходов.

Да, можно было тайком явиться на Ауяну на большегрузных шлюпах, оборудованных для перевоза дарейтов, и переправить морских жителей в Пространство, где их пересадили бы на крейсер. Но сесть на берег Желтого залива было невозможно – там в ожидании земного десанта окопались тяжело вооруженные бандиты Вики, и без шума и перестрелки дело не обошлось бы. А подходящих размеров островок в нейтральных водах, куда могли бы приплыть дарейты, омывался течением, приносившим от дальних земель такие элементы, которые в считанные часы просто убили бы дарейтов.

У начальника Спецсектора от всех этих проблем с утра пораньше отчаянно разболелась голова. И когда к нему в кабинет явился инспектор Ольшес, начальник был не просто зол. Он уже пребывал в таком состоянии, что готов был укусить кого-нибудь.

– Добрый день, – слишком вежливо поздоровался Даниил Петрович, входя в кабинет. – Вы меня вызывали?

– Да, милый, я тебя вызывал, – угрожающим тоном– заговорил начальник. – Я тебя еще три дня назад вызывал, между прочим.

– Ну вы же знаете, я был немножко занят, – развел руками Ольшес.

'– Он был занят! Ну, знаете! Ну и нахальство… Ты почему никому не доложил, куда отправляешься?

– А что бы от этого изменилось? – удивился Ольшес.

– То есть… – Начальник даже задохнулся. Он сел за стол и прижал ладонь ко лбу. – Нет, ты меня доведешь…

– Что, головка побаливает? – сочувственным тоном произнес Даниил Петрович. – Понимаю, понимаю. – И тут же перешел к делу. – Я нашел точку, где можно закрепить контейнеры с нейтрализующими веществами. К тому моменту, когда течение дойдет до острова, оно будет чистым. Пусть химики все подготовят, и через двое суток дарейты смогут выбраться в нейтральные воды. И пусть, кстати, постараются изготовить что-нибудь такое, что не пришлось бы перевозить в цистернах. Там место довольно неудобное…

– Что значит – неудобное? – тут же вскинулся начальник. Зная Ольшеса, он сразу заподозрил неладное – и оказался прав.

– Ну, понимаете… там так все природой устроено… В общем, чтобы все прошло гладко, нужно эти нейтрализаторы пристроить в воде около одного мыса. А на нем, как нарочно, морская военная база одного из государств Ауяны…

– Найди другое место! – рявкнул начальник.

– Не получится, – развел руками Даниил Петрович. – Я только что был в Планетарном отделе. Все сосчитали и взвесили. Нет другого места. Ну вот нету – и все!

– Ox… – только и сказал начальник Спецсектора и жестом отправил инспектора вон из своего кабинета.

На пороге Ольшес оглянулся и предложил:

– А может, лучше перестрелять ребят Вики? И тут же выскочил в коридор, не дожидаясь, пока руководство запустит в него чем-нибудь тяжелым.

Подготовить нейтрализующий порошок оказалось делом нехитрым, и на следующий день Ольшес, вооруженный до зубов, в очередной раз отправился на Ауяну. Правда, руководство пыталось предложить ему замену, из тех соображений, что лучше бы ему поберечь себя для переговоров с дарейтами, – никто ведь не знает, поймут ли они сами, куда им нужно отправляться, и не испугаются ли космического корабля… но Даниил Петрович заявил, что, даже если его накроют на той военной базе. Спецотдел и без него прекрасно обойдется – достаточно будет слетать в некий горный монастырь и привезти оттуда девушку по имени Найта, которая все объяснит дарейтам куда лучше, чем он, инспектор Ольшес. Командор в конце концов просто махнул рукой. Он знал, что Даниил Петрович вполне может просто отправиться на Ауяну без разрешения, угнав, как и несколько дней назад, тяжелый космический бот из доков Разведкорпуса. Этот молодой нахал слишком привык действовать по-своему и никаких резонов не признавал. Его чрезмерно избаловали в Спецотделе, вот и все. И к ночи Ольшес был уже возле Ауяны.

…Мощное теплое течение, напоминающее Гольфстрим, огибая мыс, на котором располагалась морская база, подхватывало огромное количество всякой дряни, без каких-либо сомнений и раздумий спускаемой в воду военными. Даниил Петрович, сидя в рубке крейсера, надолго задумался, рассматривая то карту планеты, то живое изображение мыса и базы. Ему нужно было подобраться к тому месту, где течение, наткнувшись на подводную скальную гряду, резко поворачивало на юг. Именно здесь он должен был закрепить несколько маленьких контейнеров, которые начнут выбрасывать в море порошок, нейтрализующий вредные отбросы. Но, как это нередко бывало, Ольшесу не везло. Вояки проводили учения, в которых участвовали подводные лодки. И эти лодки курсировали такими маршрутами, что разминуться с ними Даниилу Петровичу представлялось проблематичным.

В конце концов инспектор решил, что тратит время впустую. Там, внизу, будет видно – как действовать.

Не исключено, что ему удастся докричаться до дарейтов и они чем-нибудь помогут. А нет – значит, нет. Сам разберется.

И, еще раз проверив снаряжение, Ольшес распорядился готовить десантный шлюп к спуску.

Правда, инспектор не собирался сажать шлюп в море. Слишком заметной была эта конструкция. Ольшес решил, что лучше ему спрыгнуть вниз с приличной высоты, а шлюп пускай катится обратно. Конечно, шлюп пойдет под прикрытием защитных полей, но кто знает, какая техника может быть на вооружении у военных этой страны? Вдруг они все-таки заметят что-то подозрительное? И поднимут самолеты? К чему устраивать переполох?

Корин, привезший Ольшеса на поиски очередных приключений, в общем согласился с идеей инспектора. Он усомнился лишь в том, что следует прыгать без парашюта. Но тут Даниил Петрович был тверд. Парашют невозможно замаскировать достаточно хорошо, а ему вовсе не хочется попасть под обстрел береговой артиллерии. В конце концов Корин вынужден был согласиться. Однако он сильно тревожился. Да, он знал, что Ольшес – особист, что его подготовка несравнима с той, которую проходят разведчики и даже десантники, но все же… сигать в море с высоты в пару километров…

Но Ольшес уже забрался в шлюп и проверял систему автоматического возврата. Он даже пилота взять с собой не захотел.

Корин ушел в рубку и принялся переживать. Левине кий составил ему компанию. Молодой техник боготворил инспектора и, несмотря на свою безграничную веру в него, все-таки ужасно беспокоился.

Но все прошло благополучно. Шлюп через полчаса вернулся, а еще через несколько минут Ольшес вышел на связь и сообщил, что отлично нырнул и вынырнул и теперь уже скоро доплывет до нужного места.

Глава 7

В общем, все действительно прошло неплохо – если не считать той мелочи, что экипаж невесть откуда выскочившей подводной лодки заметил инспектора.

И поскольку теоретически противник вполне мог подкинуть к острову морской десант, командир лодки объявил тревогу. Ему совсем не хотелось оказаться побежденным в этих учениях.

Подлодка бросилась вдогонку за инспектором. Ольшес бросился удирать. До скал было совсем недалеко, и инспектор рассчитывал скрыться среди камней, куда лодка, естественно, последовать за ним не могла.

Но он не успел.

С подлодки, метнувшейся за ним, выбросили огромную сеть… и через минуту инспектор Даниил Петрович Ольшес, опутанный нейлоновыми нитями, барахтался в шлюзовой камере, как здоровенный тунец. А еще через небольшое время его, основательно встряхнув и содрав с него маску, притащили в рубку и поставили перед капитаном.

Ольшес с интересом огляделся по сторонам. Каменный век, решил он. Ручное управление и прочие прелести. Компьютеры этому миру еще и не снились… А значит – без проблем. Впрочем, будь тут сплошная электроника и кибернетика, это инспектора тоже не слишком бы озадачило.

Командир подводной лодки, присмотревшись к Даниилу Петровичу, заметил:

– У вас нестандартная экипировка… почему? Ольшес пожал плечами:

– Я не военный.

Командир сдержанно улыбнулся:

– Не военный? Вы мирный турист, не так ли? И совершенно случайно оказались в районе морской базы, и совершенно случайно у вас при себе оружие неизвестного нам образца. Все – чистая случайность.

Насчет оружия моряк был прав. Это была случайность. Ольшес вообще-то сначала намеревался отправиться без пушки, но в самый последний момент прихватил бластер. О чем теперь горько сожалел. Бластер мог слишком осложнить ситуацию.

– А вы уверены в том, что это именно оружие? – поинтересовался Даниил Петрович. Он мог позволить себе некоторую язвительность, поскольку бластер стоял на двойном предохранителе и морякам вряд ли удалось бы из него выстрелить.

– А что же это такое? – со сходной язвительностью в тоне спросил капитан. – Кремосбивалка? Ольшесу это понравилось.

– А я и сам не знаю, что это такое, – сказал он. – Нашел по дороге, а зачем эта штука – понятия не имею.

Капитан рассмеялся:

– Что ж, значит, вы гуляете по необычным дорогам. Вот это вы тоже нашли на той же самой тропинке? – Он показал на шесть маленьких контейнеров, извлеченных из рюкзака инспектора.

– Ага, – энергично кивнул Даниил Петрович.

– И что в них?

– Не знаю! – развел руками Ольшес.

– Жаль. Ну, правила игры вам, надо полагать, известны. Попались – значит, попались. Рассказывайте.

– О чем? – удивленно спросил Даниил Пет-, рович.

– А обо всем! Где базируется ваша часть? Каков состав десанта? Какова его задача? Ну, насчет того, где ваш командир раздобыл гидрокостюмы для такой глубины, наверное, нет смысла спрашивать. Это вам наверняка неизвестно, понимаю. А все остальное извольте доложить.

– Нет, вы не поняли, – возразил Ольшес. – Я и в самом деле не военный и к вашим учениям не причастен. Я тут сам по себе, один, без десанта. И о ваших играх абсолютно ничего не знаю!

– Вы просто ловили рыбу? С помощью вот этой штуки?

– Ага, – подтвердил Ольшес, прикидывая, как ему поскорее выбраться отсюда. В рубке, кроме капитана, находилось еще трое офицеров, к тому же они устроились в другом конце помещения, и Даниил Петрович опасался, что не сможет разом накрыть всех волной внушения. А учинять драку было совершенно незачем. Так что нужно было либо собрать офицеров в кучку, либо немного уменьшить количество присутствующих. И поэтому Ольшес сказал: – Жаль, что вы крючок с наживкой оборвали. Наверное, он где-то в ваших сетях запутался.

Один из офицеров тут же встал и вышел из рубки. Двое других подошли чуть ближе к капитану. Даниилу Петровичу этого было вполне достаточно.

Мгновенно сконцентрировавшись, он сначала ввел всех троих моряков в состояние полной неподвижности, а потом, уже не спеша, усыпил их. Теперь нужно было выбраться из лодки. Ольшес внимательно рассмотрел рычаги и штурвалы, с помощью которых управлялось подводное судно. Все было предельно примитивно. Однако именно из-за этой примитивности Даниил Петрович оказался в ловушке. Он не мог выйти сам. Кто-то должен был открыть шлюзовую камеру отсюда, из рубки, потому что если бы инспектор открыл ее сейчас, а потом отправился на поиски выхода – он бы просто пустил подлодку ко дну. Вместе со всем экипажем.

Инспектор присмотрелся к спящим офицерам. Нет, это были крепкие ребята, и, чтобы внушить им послушание, потребовалось бы слишком много времени и сил. Нужно было отловить кого-нибудь попроще. И Ольшес вышел на охоту.

Но сначала Даниил Петрович пошарил глазами по стенам рубки и, найдя, как и ожидал, висящий возле двери план экстренной эвакуации, запомнил, как располагаются помещения. Ему нужен был кто-нибудь из младшего командного состава – человек, привыкший без особых размышлений выполнять приказы и в то же время способный хотя бы отчасти справиться с управлением.

И через несколько минут, прогулявшись по слабо освещенным коридорам подводной лодки, Ольшес такого человека поймал.

Боцман просто не понял, что произошло. Лишь много позже, отработав заданную инспектором программу и придя в себя, он узнал, что натворил. Выпустил из подводной лодки предполагаемого диверсанта. А может быть, и рассказал ему то, что ему было известно о планах действий команды…

Но, к счастью, на ходе учений это почему-то совершенно не отразилось.

И потому командир подводной лодки счел наиболее разумным не докладывать начальству о странном эпизоде, происшедшем неподалеку от подводной скальной гряды. Ему не хотелось выглядеть смешным.

…Еще раз проверив, надежно ли пристроены контейнеры, еще раз убедившись, что нейтрализаторы поступают в воду, Ольшес поднялся на поверхность. Уже начинало светать, и гребешки пены на темно-зеленых волнах чуть отливали розовым. Даниил Петрович лег на спину и грустно посмотрел в небо. Теперь ему нужно было плыть к Желтому заливу, а он был так далеко! Ольшес вздохнул. Ну, ничего не поделаешь. Надо – значит, надо.

Однако он одолел едва ли половину пути, когда из глубины прямо перед ним неторопливо всплыл дарейт.

– Привет, – сказал ему Ольшее. – А я как раз к вам собрался.

Дарейт, естественно, промолчал, но Даниил Петрович и не ожидал услышать от него приветственную речь. Но, видя перед собой темные блестящие глаза морского жителя, инспектор вызвал в памяти картины родной планеты дарейтов – то как она выглядела в момент прибытия на нее земной экспедиции, и то, как она выглядела в момент их отлета. И еще он очень ярко представил тех крошечных глупеньких осьминогов, в которых превратились родственники дарейтов… Дарейт смотрел на Ольшеса не отрываясь… А потом в мозгу инспектора прозвучал вопрос:

«Когда нам быть у того острова?»

– Через два дня, – вслух ответил Даниил Петрович, но, спохватившись, тут же объяснил все дарейту мысленно. Тот чуть помедлил, а потом неторопливо ушел в глубину. И откуда-то издали до инспектора донеслось:

«Мы будем там. Спасибо».

– Не за что, – ответил Ольшес и вызвал по личной связи крейсер.

Конечно, прямо сейчас прислать за ним карету было нельзя, потому что уже совсем рассвело, но готовиться к эвакуации дарейтов на кораблях вполне могли и без инспектора. Впрочем, все и так было готово… просто нужно было подождать, пока очистится вода. А потому он, передав сообщение, отправился на тот самый необитаемый остров, на котором было назначено свидание землян с жителями глубин, чтобы отдохнуть до темноты и транспорта в комфортных условиях суши. Ему ужасно надоело мокнуть в соленой воде.

Глава 8

…Тщательно укрытый полями невидимости, огромный межзвездный корабль бесшумно опустился на каменистый остров в нейтральных водах. И на берег начали выходить дарейты – сотни дарейтов… Море словно вскипело от мягкого движения гибких щупалец. Но вообще-то дарейтов было совсем немного – всего около тысячи. И среди крупных взрослых тел почти незаметны были малыши. Два десятка выживших малышей. Химия Собти сделала свое дело. Почти все новое поколение погибло. И это придавало переселению особый смысл.Ольшес стоял на берегу. Он внимательно наблюдал за тем, как дарейты, выйдя из воды, направлялись прямиком к кораблю, как они стремительно поднимались на борт, мельком оглядывая встречавших их космолетчиков… Даниилу Петровичу было чуть страшновато.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18