Краймер.– О! Первый и последний раз в жизни я позволил себе пить три дня подряд...
       «Л».– С кем?
       Краймер.– С русскими, с кем же еще?!
       «Л».– Фамилии не помните?
       Краймер.– Все фамилии зафиксированы вашими службами, мистер О'Брайен. Как и наши – русскими. Я воевал начиная с Африки, с сорок второго года, не надо говорить со мной, как с мальчишкой. Если же вас интересуют фамилии немцев и австрийцев в Барилоче, отправьте туда ваших людей, деньги вам на это отпущены... Я бы, на вашем месте, отправил.
       «Л».– У вас есть подозрения против кого-нибудь?
       Краймер.– Я же вам говорил: не верю ни одному «фрицу».
       «Л».– Увы, должен согласиться с вами... Я ведь тоже во время войны был в Европе... Ненависть к немцам трудно вытравить, вы совершенно правы... Скажите, в той фирме, что вас принимала, были немцы?
       Краймер.– Да, был там один Ганс...
       «Л».– Это надо понимать – «фриц»? Немец?
       Краймер.– Нет, именно Ганс. Из Вены... Но нами занимался американец, Мэксим Брунн, прекрасный инструктор горнолыжного спорта.
       «Л».– Он вам ничего не рассказывал о тамошних немцах с нацистским прошлым?
       Краймер.– Нас с ним интересовали совершенно иные вопросы, Барилоче – поле для бизнеса.
       «Л».– Какого?
       Краймер.– Нашего, мистер О'Брайен, нашего с Брунном, проблема не имеет отношения к собеседованию, бизнес есть бизнес.
       «Л».– Да, да, конечно, это свято... Но мистер Брунн там живет, значит, он много знает... Возможно, поделился чем-то с земляком?
       Краймер.– Мы не земляки. Он из Нью-Йорка, а я южанин, из Нью-Орлеана...
       «Л».– Местные власти не мешают вашему и мистера Брунна бизнесу?
       Краймер.– Какой им смысл?! Они получают с нас хорошие деньги, тот дикий край заинтересован в валютных поступлениях...
       «Л».– Вы оставили мистеру Брунну какие-то поручения?
       Краймер.– Конечно. Когда начинаешь дело, партнер должен иметь право на свободу поступка.
       «Л».– А что за поручения мистера Брунна вы взялись выполнить здесь, в Штатах?
       Краймер.– Насколько я понимаю, Брунн – американец... А вас интересуют нацисты, немецкие нацисты.
       «Л».– Для нас. Центральной разведывательной группы, факт проживания американца в тех районах, где, по вашим словам, много немцев, возможно, с нацистским прошлым, представляет немаловажный интерес...
       Краймер.– Ну, в этом смысле вы, конечно, правы.
       «Л».– Лишь поэтому я и спрашиваю: какие поручения мистера Брунна вы взялись выполнить дома?
       Краймер.– Никаких. Конечно, надо кое-что вложить в рекламу, но это моя забота, а не его, напечатать проспекты, хотя, повторяю, это делаю я, он в этих вопросах некомпетентен, он замечательный инструктор, умеет вести себя с людьми, прекрасно катает, знает уникальные места в окрестностях... Славный парень, он понравится вашим людям. Можете им назвать меня, пусть передадут привет от компаньона, Брунн не откажется помочь.
       «Л».– Вы не представляете себе, мистер Краймер, как мне важно это ваше предложение... А что вы можете сказать о Гансе? Мистер Брунн как-то характеризовал его?
       Краймер.– По-моему, он относится к нему с юмором...
       «Л».– С доброжелательным юмором?
       Краймер.– Да, именно так. Но в горах отношения между людьми особые... Там важно, кто как катает со склонов. Мистер Брунн непревзойденный мастер... Этот Ганс сосунок в сравнении с мистером Брунном... И потом он племянник хозяина той фирмы, где служит Брунн...
       «Л».– Кто хозяин?
       Краймер.– Я с ним не встречался... Какой-то Вальтер... Отто Вальтер, австрийский социал-демократ, эмигрант... Брунн считает его порядочным человеком.
       «Л».– Брунн симпатизирует социал-демократам?
       Краймер.– Мистер О'Брайен, в Австрии можно симпатизировать или национал-социалистам, или социал-демократам. По-моему, американец обязан симпатизировать последним.
       «Л».– Вы отвечаете, как режете, мистер Краймер... Все, у меня больше вопросов нет... Большое спасибо за ваше предложение отправить в Барилоче нашего человека к мистеру Брунну с приветом от вас, это очень важно... Как, кстати, там со связью? Мистеру Брунну легко до вас дозваниваться?
       Краймер.– Легко, но дорого. Лучше телеграмма или письмо.
       «Л».– Власти Перона не лезут в переписку? Может быть, вам стоило придумать какой-то примитивный шифр? Перон, знаете ли, есть Перон.
       Краймер.– Нам нечего скрывать. Кроме добра себе, нашим клиентам и Аргентине мы ничего не делаем...
       «Л».– Еще раз большое спасибо, мистер Краймер, извините, что я отнял у вас время.

2

      Расшифровка беседы, проведенной с миссис Мэри Спидлэм осведомителем ФБР «Лиз»,
      откомандированной в распоряжение м-ра Макайра (Центральная разведывательная группа).
 
       «Лиз».– Боже, какой у тебя загар, подружка! Ты совершенно коричневая! Но не такая, как мы, валяющиеся летом на пляже. У тебя – совершенно особый...
       Мэри.– Так я же вернулась из Аргентины... Вечно забываю название этого места в горах... Такая красота, Лиз, такое блаженство!
       «Лиз».– В Аргентине? Ты сумасшедшая! Это же черт знает где?! Зачем тратить безумные деньги?! Или ты получила наследство?!
       Мэри.– Наследство мы, увы, не получали... Просто Чарльз делает буклеты для фирмы «Кук», ну, те и предложили полет в четверть цены, это дешевле, чем отправиться на Майами.
       «Лиз».– Не жалеешь, что съездила?
       Мэри.– О, нет, что ты! Это незабываемо!
       «Лиз».– Неужели встала на горные лыжи?
       Мэри.– И еще как!
       «Лиз».– Кто тебя учил? Какой-нибудь индеец в шляпе из перьев?
       Мэри.– Меня учил Мэксим, подружка, американец, как мы с тобой...
       «Лиз».– Ну-ка, ну-ка, погляди мне в глаза!
       Мэри.– Нет, действительно, он поразительный тренер... Бородатый, крепкий... Настоящий мужик...
       «Лиз».– Ну, и..?
       Мэри.– О чем ты?
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.