Тайная свобода

Георгий Иванович Чулков

Тайная свобода

«Как будто приоткрылась дверца…»

   Как будто приоткрылась дверца

   Из каменной моей тюрьмы…

   Грудная жаба душит сердце

   В потёмках северной зимы.

   И кажется, что вот – мгновенье —

   И жизни нет, и всё темно.

   И ты в немом оцепененье

   Беззвучно падаешь на дно.

   О, грозный ангел!

   В буре снежной

   Я задыхаюсь, нет уж сил…

   Так я в стране моей мятежной

   На плаху голову сложил.

ПОЭЗИЯ

   И странных слов безумный хоровод,

   И острых мыслей огненное жало,

   И сон, и страсть, и хмель, и сладкий мёд,

   И лезвие кровавого кинжала,

   И дивных лоз волшебное вин, —

   Поэзия! Причудница столетий! —

   Всё, всё в тебе для нас претворено!..

   И мы всегда, доверчивые дети.

   Готовы славить муки и восторг

   Твоих мистерий и твоих видений,

   И яростно ведём ревнивый торг

   За право целовать твои колени.

24 мая 1938. Ялта.

ПАМЯТЬ

«Je n'ai rien centre I'Evangile, et…»

«Я давно хотел перечитать…»

Достоевский -слова Степана Трофимовича

   Хорошо быть нищим, светлым, вольным.

   Вольно петь, любить и жить, как петь.

   Хорошо и так: путём окольным

   Медленно брести – и умереть…

   Хорошо на роковом ночлеге.

   Как Степан Трофимович, мой друг.

   Поболтав случайно на телеге.

   Вдруг забыть мучительный недуг.

   Память злая! Мне ты – враг заклятый.

   Что шептать! И всё одно и то ж…

   Иисус Христос за нас распятый!

   Пощади и память уничтожь…

8 января 1920.

«В жизни скучной, в жизни нищей…»

О.Л. Судейкиной

   В жизни скучной, в жизни нищей

   Как желанен твой уют…

   В этом сказочном жилище

   Музы нежные поют.

   В старых рамах бледны лица.

   Как в тумане странный быт.

   Здесь былое тайно снится.

   Злободневное молчит.

   Ты среди своих игрушек —

   Как загадочный поэт.

   В мире фижм и в мире мушек

   Отраженье давних лет.

   Ты – художница. С улыбкой

   Оживляя век любви,

   В жизни призрачной и зыбкой

   Куклы чудом оживи.

   Век безумный Казановы,

   Дни дуэлей и страстей

   Вечно юны, вечно новы

   В милой комнате твоей.

8 августа 1920.

DIES IRAE

Мы чувствуем, что стынет в жилах кровь.

Что в этом мире холодно и сиро,

И отошла с улыбкою любовь

От нашего сомнительного пира.

Пеннорождённая! Тебя давно

Не видят дети похоти и праха.

Твоё святилище оскорблено

Рабами злыми суетного страха.

И в жалком сумраке бесплодных лет.

Не ведаем исхода снежной ночи,

И где-то далеко маячит свет.

Но в трепете мы закрываем очи…

«Не утоляют сердце мысль и страсть…»

Не утоляют сердце мысль и страсть,

И, жадные, мы жаждем тщетно песен:

Волшебная и сумрачная власть

Внушает нам, что мир угрюм и тесен.

Растратив силы, ищем мы богов.

Не ведая заветов тайных

Духа, Читаем мы иероглифы слов,

Как будто лишены очей и слуха.

И книги бытия для нас – как сон,

И подвиги подвижников далеки,

И лишь пророческий и вещий стон

Из глубины таинственных времён

Звучит о том, что наступили сроки…

1922.

МОЕЙ ДУШЕ

В ночи ты зришь таинственную быль,

А наяву не ведаешь исхода

Из пленного сомнения… Не ты ль

Участница мистерий – как природа.

Что в Эросе начало узнаёт.

Влекущее на небе хоровод

Поющих звёзд в голубизне эфира.

Заложника божественного мира?

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.