Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Перри Мейсон (№50) - Дело о дневнике загорающей

ModernLib.Net / Классические детективы / Гарднер Эрл Стенли / Дело о дневнике загорающей - Чтение (Ознакомительный отрывок) (Весь текст)
Автор: Гарднер Эрл Стенли
Жанр: Классические детективы
Серия: Перри Мейсон

 

 


Эрл Стенли Гарднер

«Дело о дневнике загорающей»

1

Делла Стрит, доверенная секретарша Перри Мейсона, закрыла ладонью телефонную трубку и спросила адвоката:

— Хочешь встретиться с девушкой, которую только что обокрали?

— Что пропало? — поинтересовался Мейсон.

— Она утверждает, что все.

— Почему она звонит мне, а не в полицию?

— Она все объяснит тебе сама. Шеф, мне нравится ее голос. Она попала в затруднительное положение.

— Ладно, пусть приходит, — согласился Мейсон.

— Я уже приглашала ее, но она заявляет, что не может добраться до нас: ей нечего надеть.

Мейсон откинул голову назад и расхохотался.

— Ну и клиентка! Я поговорю с ней. Как ее зовут?

— Арлен Дюваль.

— Не клади трубку, Делла. Я хочу, чтобы ты тоже послушала.

Мейсон поднял трубку с аппарата, стоявшего у него на столе, и сказал:

— Алло! Говорит Перри Мейсон.

— Мистер Мейсон, это мисс Арлен Дюваль.

— Да?

— Мне нужно встретиться с вами по очень важному делу. У меня… у меня есть деньги, чтобы заплатить за ваши услуги.

— Прекрасно.

— Меня обокрали.

— Приходите ко мне в контору, мисс Дюваль, и мы все обсудим, — предложил Мейсон, подмигивая Делле Стрит.

— Я не могу.

— Почему?

— Мне нечего надеть.

— Мы здесь не требуем соблюдения формальностей. Приходите в том, что у вас есть.

— Если бы вы сейчас видели меня, то воздержались бы от подобных предложений.

— Почему? — поинтересовался Мейсон.

— То, что на мне надето, не закроен и почтовой марки.

— Ну, тогда набросьте что-нибудь, — нетерпеливо сказал Мейсон. — Что угодно. Вы…

— Я не могу.

— Почему?

— Я же говорю вам, что меня обокрали.

— Минутку. Чего вы добиваетесь?

— Пытаюсь сказать вам, что меня обокрали, мистер Мейсон. У меня все пропало — одежда, пожитки, машина, дом.

— А где вы сейчас находитесь?

— У четырнадцатой лунки в гольф-клубе «Ремуда». Здесь установлен телефон. В клубе сейчас никого нет. Я наврала оператору на коммутаторе в здании клуба, что являюсь членом, и она согласилась соединить меня с вами. Мне нужна одежда. Мне нужна помощь.

Мейсон внезапно заинтересовался. Ему стало любопытно узнать, что же, все-таки, произошло.

— А почему вы не хотите позвонить в полицию, мисс Дюваль?

— Я не могу звонить в полицию. Они не должны ничего знать. Я все объясню, когда встречусь с вами. Если бы вы каким-то образом доставили мне вещи… Я заплачу…

— Подождите минутку, — прервал ее Мейсон, — я сейчас передам трубку своей секретарше.

Адвокат кивнул Делле Стрит.

— Мисс Дюваль? Меня зовут мисс Стрит, я секретарша мистера Мейсона.

— Мисс Стрит, не могли бы вы привезти мне хоть какую-то одежду? Любую, пусть самую старую. Мой рост — пять футов два дюйма, вес — сто двенадцать фунтов. Я ношу или десятый, или двенадцатый размер.

— Как мне вам все это передать? — спросила Делла Стрит.

— Не могли бы вы приехать в гольф-клуб, мисс Стрит? Я с радостью все оплачу. Я знаю, что вы не занимаетесь подобными делами… Конечно, это необычная просьба, но я просто не могу объяснить все по телефону… И вы — моя последняя надежда. Я не смею обратиться в полицию и, естественно, не могу расхаживать в таком виде.

Делла Стрит посмотрела на Мейсона, подняв брови в немом вопросе. Адвокат кивнул.

— Где мне вас найти? — спросила Делла.

— Вы, конечно, не являетесь членом гольф-клуба «Ремуда»?

— Мистер Мейсон является, — ответила Делла Стрит.

— Тогда попросите его дать вам гостевую карточку, — в голосе Арлен Дюваль послышалось облегчение. — Возьмите сумку с клюшками для гольфа и бросьте на дно какие-нибудь вещи. Направляйтесь прямо к четырнадцатой лунке. Примерно в пятидесяти ярдах от нее — густые заросли кустарника, за которыми проходит подсобная дорога… О, Боже, игроки идут! Меня сейчас увидят! Пока!

На другом конце провода послышались короткие гудки.

Делла Стрит подождала минуту, положила трубку и вопросительно посмотрела на Мейсона.

— Ну и история! — усмехнулся адвокат.

— Бедняжка! — вздохнула Делла. — Ты только представь себе: оказаться средь бела дня в чем мать родила… Шеф, каким образом ее могли обокрасть? Она утверждает, что все потеряла, и…

— Вот именно это меня и заинтриговало, — ответил адвокат. — Делла, ты хочешь туда прогуляться?

— Еще бы!

— Я поеду с тобой, — заявил Мейсон.

— Этого следовало ожидать, — улыбнулась Делла.

— Нет, нет, — возразил Мейсон. — Я не буду выходить на поле. Я отвезу тебя в клуб, дам гостевую карточку и подожду в здании. У тебя есть вещи, которые ей подойдут?

— У нас один размер. У меня дома валяется старый костюмчик, который я все равно собиралась кому-нибудь отдать. Ничего особенного — шорты и футболка. По крайней мере, в нем она сможет пересечь площадку, не провоцируя озабоченных мужчин.

Мейсон взглянул на часы.

— Так, сейчас половина двенадцатого. Моя следующая встреча назначена на два часа. Успеем, Делла. Во мне проснулось любопытство. Поехали.

2

Мейсон остался на веранде здания клуба. Вскоре он заметил, как вдали появились две девушки. Они спускались с возвышенности и двигались по направлению к нему.

У них оказались практически одинаковые фигуры, только Арлен Дюваль, возможно, была на полдюйма ниже Деллы. Арлен отличала пружинящая, спортивная походка. Мейсон видел, как их головы периодически поворачивались друг к другу, когда они обменивались репликами.

Адвокат вышел им навстречу.

Делла Стрит представила Арлен Дюваль, словно давнюю подругу.

Сильные пальцы сжали руку адвоката. Серо-голубые глаза смотрели прямо на него. Мисс Дюваль оказалась блондинкой с матовой кожей и блестящими волосами цвета меда, казавшимися мягкими и шелковистыми.

— Спасибо, мистер Мейсон, — сказала Арлен. — За все спасибо.

— Вам нужно благодарить мисс Стрит, — ответил адвокат.

— Ее я уже поблагодарила.

— Вы, девушки, можете легко обмениваться одеждой, — заметил Мейсон, чтобы поддержать разговор.

— Только мне нечем обмениваться, — усмехнулась Арлен Дюваль.

— Ваши вещи украли?

— И не только вещи.

— Ваш звонок, несомненно, нарушил рутину наших будней, — признался Мейсон.

— Ваши дни очень однообразны?

— Большинство из них.

Арлен рассмеялась.

— Мисс Стрит сообщила мне, что я придумала новый способ возбуждения вашего интереса и…

— Это был новый способ? — прервал ее Мейсон.

Она покачала головой.

— Если бы и был, он бы все равно сработал, — признался Мейсон. — У меня бы в любом случае вызвал интерес и любопытство человек, у которого хватило изобретательности и смелости придумать подобное.

— К сожалению, я не могу поставить себе в заслугу такой оригинальный подход.

— Так что же произошло? — спросил Мейсон.

— Это долгая история.

Адвокат привел девушек на веранду, заказал прохладительные напитки и удобно устроился в кресле.

— Давайте послушаем.

— Я жила в трейлере.

— Одна?

Она кивнула.

— На стоянке для жилых автоприцепов?

— Частично. С задней стороны площадки для гольфа проходит подсобная дорога. Очень мало кто знает о ней. Кажется, только я одна регулярно пользовалась ею. Изначально это был большой участок земли, его купили хозяева клуба и сделали площадку для игры в гольф. За четырнадцатой лункой находятся лесонасаждения и луг, поросший травой, затем снова лес и шоссе. Я припарковывала свой трейлер и наслаждалась одиночеством. Никто не возражал. На самом деле, наверное, члены клуба никогда не заходят в ту часть, где бывала я. Если считать по прямой, то от облюбованного мной места на лужайке до шоссе где-то ярдов двести. По подсобной дороге, конечно, дальше, потому что она петляет в лесу.

— Продолжайте, — сказал Мейсон.

Арлен Дюваль встретилась с ним взглядом.

— Я люблю природу, бродить по лесу, ходить босиком, раздеваться до нага и загорать.

— А где вы работаете? — поинтересовался адвокат.

— В настоящий момент нигде, — ответила она.

— Ладно, давайте перейдем к вашей потере.

— Сегодня утром я делала все как обычно. Я провела ночь на лугу, я там уже, фактически, три ночи.

— А вы не боитесь?

— Нет. Жилой автоприцеп — одно из самых безопасных мест. Если вы запираете дверь изнутри, то никому уже к вам не забраться, даже если они разобьют окно — отверстия слишком маленькие и человеку все равно не пролезть.

— Итак, сегодня утром вы отправились загорать?

— Да. Я разделась, накинула халат, ушла с луга на закрытый деревьями участок, сбросила халат и просто гуляла в солнечном свете, наслаждаясь ощущением воздуха на коже, травы под босыми ногами. Наверное, вы считаете меня сумасшедшей. Если вы никогда не загорали, то не поймете чувство свободы, ласку воздуха, тепло солнечного света, легкие прикосновения ветерка. Наверное, мне не стоит вам об этом рассказывать.

— Продолжайте, — опять подбодрил ее Мейсон. — Что же все-таки произошло?

— Когда я вернулась к тому месту, где стояла моя машина и трейлер, их там не оказалось.

— Вы уверены?

Она кивнула.

— Вы не могли заблудиться?

— Боже, конечно нет. Я никогда не теряюсь под открытым небом, да и здесь я уже с… с тех пор, как потеплело.

— А ваш ключ от зажигания?

— Ключ зажигания и ключ от двери трейлера, которые я бросила рядом с халатом, остались у меня, правда, сам халат тоже исчез. Но тот, кто хочет увести машину, может обойтись и без них.

— И вы позвонили мне, а не в полицию, — заявление Мейсона прозвучало скорее, как вопрос, а не утверждение.

— Естественно. Представляете: девушку в прозрачном одеянии из солнечного света допрашивают двое полицейских из патрульной службы, пытаясь выяснить, что у нее украли, и проводят инвентаризацию оставшегося. Могу представить себе заголовки в газетах: «Блондинка теряет все, кроме улыбки и загара». И, несомненно, фотографам захотелось бы сделать снимки для иллюстрации статей.

— А была ли еще какая-то причина?

— Чтобы не звонить в полицию?

Мейсон кивнул.

С минут у она вертела стакан в руке, а затем встретилась с адвокатом взглядом.

— Да, — ответила Арлен.

— И что это за причина?

— Я думаю… именно полиция могла все это устроить.

— Вы имеете вы виду, что полиция украла ваши машину и трейлер.

Девушка утвердительно кивнула.

— Почему вы так думаете?

— Потому что они хотели тщательно и внимательно обыскать их, когда им никто не мешает.

— В поисках чего?

— Возможно, моего дневника.

— А почему полиция интересуется вашим дневником?

— Мистер Мейсон, вы должны поверить мне на слово.

— Но до сих пор вы еще ничем не подтвердили свой рассказ.

— Вы должны поверить мне на слово, — повторила она. — А что касается денег — я заплачу вам до десяти утра завтрашнего дня.

— Может, лучше будет, если вы откровенно расскажете мне то, что пытаетесь скрыть, и мы приступим к конкретному обсуждению ваших проблем.

— Вам известно, кто я?

— Молодая привлекательная женщина. Вам двадцать с гаком и, по вашему собственному признанию, вы не имеете видимых средств к существованию, ведете очень необычный образ жизни в трейлере и по какой-то причине боитесь заводить друзей.

— Почему вы так решили?

— Ответ очевиден. Девятьсот девяносто девять женщин из тысячи, оказавшись в чем мать родила на площадке для гольфа, позвонили бы кому-нибудь из подруг. То, что вы позвонили незнакомому адвокату, означает, что вы о чем-то умалчиваете и вообще хотели бы, чтобы никто не проведал о ваших приключениях.

— Вы знаете, кто мой отец? — спросила Арлен Дюваль.

— Ваш отец?

— Колтон П. Дюваль.

Мейсон покачал головой, а потом воскликнул:

— Минутку. Что-то знакомое. Где-то я слышал эту фамилию. Я… Чем он занимается?

— Делает номерные знаки для автомашин.

— Предприниматель?

— Нет, рабочий, — ответила она и добавила: — В тюрьме.

— Хм, — только и смог произнести адвокат.

— Считается, что он украл триста девяносто шесть тысяч семьсот пятьдесят один доллар и тридцать шесть центов.

— Теперь я что-то припоминаю, — признался Мейсон. — Дело было связано с каким-то банком, не так ли?

— Банком и бронированной машиной, перевозившей наличные.

Мейсон кивнул, неотрывно глядя на нее.

— Отец сидит уже пять лет. Власти думают, что он где-то спрятал деньги. На него все время давят, причем очень утонченно и крайне жестоко.

Мейсон продолжал изучать ее. Арлен прямо встретилась с ним взглядом.

— Официально я — дочь вора.

— Продолжайте, — предложил Мейсон. — Расскажите мне все, как есть.

— Я уже рассказала.

— Но не мне.

— Я только что это сделала.

— Вы просто обрисовали ситуацию в общих чертах. Выкладывайте все остальное.

— Мой отец работал в Коммерческом банке Лос-Анджелоса, имеющем полдюжины филиалов. Один из них находился в Санта-Ане. Наличные развозятся по филиалам в специальной бронированной машине. В тот день перевозили триста девяносто шесть тысяч семьсот пятьдесят один доллар и тридцать шесть центов. Папа лично их упаковывал. Предполагалось, что за ним наблюдает инспектор, но отец был доверчивым служащим, а инспектор в тот день много поставил на скачках. У него с собой был портативный радиоприемник и… когда пришло время интересующего его забега, он включил приемник. В дальнейшем инспектор заявил, что, хотя и слушал передачу, все равно наблюдал за отцом. Папа запечатал пакет, затем обернул еще раз, заклеил сургучом и поставил свою личную печать на сургуч. Инспектор поставил свою.

— А потом?

— Примерно через десять минут пришел водитель и вручил им квитанцию за пакет.

— Когда пакет доставили в Санта-Ану?

— Примерно через полтора часа.

— Что произошло там?

— Очевидно, что внешне с пакетом все было в порядке, все печати, казалось, оставались нетронутыми, и кассир в Санта-Ане выдал квитанцию в получении, но попросил водителя задержаться, так как хотел отправить несколько ваучеров в главную контору.

— А потом?

— Через несколько минут выбежал мужчина и закричал, что произошла ошибка. Он получил не тот пакет.

— Что было в пакете?

— Погашенные чеки.

— Был какой-нибудь ключ к разгадке?

— Они все оказались из одного ящика в головной конторе в Лос-Анджелосе, ящика с пометкой «АА-СС».

— Где находился ящик?

— Как раз рядом с комнатой, где заклеивался пакет. Очевидно, кто-то вынул наличные, собрал груду погашенных чеков и бросил их в коробку вместо денег, потом завернул и заклеил ее.

— И власти решили, что виноват ваш отец?

Арлен кивнула.

— Какие против него были улики? — спросил Мейсон. — Насколько я вижу, они, по большей части, косвенные.

— Ну, в общем, отец отвечал за наличные. Тот инспектор, что потерял работу из-за пропажи, не мог сделать подмену без ведома отца. При обычных условиях и отец не мог сделать подмену без ведома инспектора, но в тот день инспектор ждал сообщения со скачек.

— А водитель бронированной машины?

Она покачала головой.

— Почему бы и нет? — поинтересовался адвокат.

— Пакет вернули заклеенным. Личные печати и моего отца, и инспектора остались нетронутыми. Адрес филиала, куда направлялись наличные, и сумма были написаны рукой отца.

— Сколько человек находилось в машине?

— Только один. Машина — сложнейшее устройство, специально сконструированная для перевозки наличных денег и банковских документов между различными финансовыми учреждениями. Водитель сообщает в банк, когда он готов принять груз. В банке дежурят два вооруженных охранника. Машина паркуется в специальной зоне, отведенной для погрузки, с задней стороны здания. Охранники проверяют, нет ли поблизости лишних людей, каких-то подозрительных личностей или машин. Тогда они открывают дверь банка и выходят наружу.

— Что потом?

— Банкир выносит пакет и кладет его в запираемый ящик в автомобиле.

— Не водитель?

— Нет. Он даже близко к деньгам не подходит. Он просто сидит за рулем. Деньгами всегда занимается кто-то из служащих банка.

— Кто именно укладывал пакет в тот раз?

— Отец.

— А дальше?

— Затем специальный ящик для перевозки денег закрыли на замок. Водитель сел на свое место и запер дверь изнутри. Там броня и пуленепробиваемое стекло. Он отправился по назначению. В тот филиал, которому предназначались деньги, позвонили и сообщили примерное время прибытия машины.

— А как осуществляется прием подобных грузов на другом конце? Как обычно действует получатель?

— Машина паркуется в специальной зоне с задней стороны здания, водитель остается за рулем, пока не откроется дверь банка и не выйдут два вооруженных охранника. Они встают рядом с автомобилем. И только потом водитель отпирает дверь, и лишь после этого выходит представитель банка и открывает ящик для наличности собственным ключом, забирает пакет и возвращается в банк.

— У водителя нет ключа от ящика для наличности? — поинтересовался Мейсон.

Она покачала головой.

— И поверьте, это очень сложный замок. Его невозможно открыть без ключа.

— Мне кажется, что у принимающего пакет в филиале было столько же возможностей сделать подмену, что и у вашего отца. Печати, естественно, уже были взломаны к тому времени, как он увидел содержимое, и…

— Но они были целы, когда он получал пакет. Более того, это еще не все.

— Что еще?

— А вот теперь я добралась до самой сложной части, — сказала она.

— Я так и думал, — заметил Мейсон. — Продолжайте.

— Несколько украденных купюр нашли у моего отца.

— А откуда узнали, что они именно из украденных?

— Случайно. Незадолго до пропажи денег одного из клиентов банка начали шантажировать. Он сообщил в полицию. С него потребовали пять тысяч долларов, естественно, наличными. Полиция попросила, чтобы в банке составили список предъявляемых купюр. С шантажистом, очевидно, что-то случилось, или он узнал, что к делу подключилась полиция, и не пришел забирать деньги. Тот, кого шантажировали, держал деньги у себя дома в течении недели, а затем, не желая оставлять у себя такое количество наличности, отнес обратно в банк. Получилось так, что эти пять тысяч вложили в пакет, отправлявшийся в Санта-Ану. Кассир пересчитал деньги и передал бухгалтеру, готовившему пакет. Таким образом, эти пять тысяч долларов, список номеров которых остался в банке, оказался среди пропавших денег. Об этом не знал никто, кроме кассира и бухгалтера. После кражи кассир отправился в полицию, а полиция не стала об этом распространяться. Полицейские посадили своих людей во все банки. Они говорили, что произошло похищение человека и был уплачен выкуп. Официальных сообщений прессе не делалось. Полицейские проверяли каждую двадцатидолларовую бумажку, приносимую в банк. Это, конечно, колоссальная работа, потому что сам список оставался лишь у одного лица из ФБР, а сидевшие в банке просто переписывали номера. Одну из разыскиваемых купюр принесли со станции техобслуживания. Полиция отправилась туда, чтобы выяснить, как она там оказалась. Механик заявил, что эту купюру ему дал мой отец за замену камеры шины. У купюры был оторван уголок и механик ее запомнил.

— И что произошло потом? — спросил Мейсон.

— Полиция отправилась к отцу. Он, конечно, не отрекался, что менял камеру. Полиция сообщила ему, что это одна из украденных купюр. Отец ответил, что, насколько он помнит, это одна из купюр, которые вот уже неделю лежат у него в бумажнике. Он достал бумажник и показал полицейским. Они обнаружили в нем еще две из учтенных купюр. Это решило судьбу отца.

Мейсон прищурился и посмотрел ей прямо в глаза.

— Случай довольно очевидный, — сделал вывод адвокат.

— Именно к такому выводу пришли присяжные.

— Вы все равно продолжаете верить в невиновность отца?

— Я знаю, что он невиновен.

— Что еще вы хотите мне рассказать? — спросил адвокат.

— Естественно, все считают, что у него где-то зарыты деньги. Они затеяли очень хитрую игру. Они признали его виновным по разным пунктам, за что он получил соответствующие сроки. А теперь все те, кто ведает условно-досрочным освобождением, улыбаются отцу и говорят: «Послушайте, мистер Дюваль, если вы хотите облегчить свою участь, вы можете сказать властям, где спрятали украденное. Они найдут и вы будете условно-досрочно освобождены. Вам даже могут смягчить наказание — сократить срок до того, что вы уже отсидели, но насладиться этими деньгами вам все равно не удастся. Если вы не признаетесь нам, где они, то вам придется остаться в тюрьме до самой старости, и тогда вы уже не сможете воспользоваться украденным».

— Да, им очень хочется раскрыть это дело, — заметил Мейсон.

— К тому же, они преследуют меня, — продолжала Арлен. — Они считают, что отец сообщил мне, где спрятаны деньги.

— Продолжайте.

— Я пыталась остаться на работе, но за мной постоянно следили, проверяли все, что бы я ни делала… и я решила посвятить все свое время доказательству невиновности отца.

— Другими словами — уволились.

— Сменила род деятельности.

— Но с работы вы уволились.

— Хорошо, уволилась.

— И на что вы живете?

— Вот здесь — как я вам уже говорила — вы должны верить мне на слово. Меня… финансирует друг.

— Почему вы позвонили именно мне, когда украли ваш трейлер?

— Я уже несколько дней собиралась просить вас назначить мне встречу.

— Почему вы выбрали именно меня?

— Потому что у вас репутация выдающегося адвоката и одного из лучших в этой части страны.

— А вам когда-нибудь приходило в голову, что у адвокатов есть расходы, мне нужно платить секретарям, клеркам, оплачивать аренду, телефонные переговоры…

— Конечно, — нетерпеливо прервала она.

— И что вы предполагаете?

— До десяти утра завтрашнего дня я буду у вас в офисе, мистер Мейсон. Я заплачу вам полторы тысячи долларов в качестве аванса.

Мейсон потер подбородок.

— Что вы хотите от меня?

— Чтобы вы немедленно занялись поисками моего трейлера, пока еще не слишком поздно.

— А когда будет слишком поздно?

— Когда они найдут некоторые вещи — например, мой дневник.

— А где ваш дневник?

— Спрятан в трейлере.

— В нем еще что-нибудь спрятано?

— Да.

— Может, наличность?

— Не притворяйтесь идиотом, мистер Мейсон.

— Где вы собираетесь взять деньги, чтобы заплатить мне завтра утром?

Она молча смотрела на него, отказываясь отвечать на вопрос.

— Послушайте, мисс Дюваль, — продолжал адвокат, — я ведь не вчера родился. Тот, кто украл ваш трейлер, буквально разберет его на части.

— Не уверена.

— Почему нет?

— Я приняла меры предосторожности.

— Какие например?

— Я специально вела два дневника, и один значительно легче найти, чем второй.

— Продолжайте.

— Я веду тайный дневник, куда записываю все, что обнаружила. Если со мной что-нибудь случится, моя работа не пропадет даром и, не исключено, как-то поможет отцу.

— Вы добились чего-нибудь?

— Думаю, да.

— Хотите мне рассказать.

— Не сейчас.

— Почему?

— Потому что вы относитесь ко мне с подозрением, а нужно, чтобы вы приняли меня полностью прежде, чем я доверю вам что-либо.

— Послушайте, давайте будем разумными, — сказал Мейсон. — Вы — симпатичная молодая женщина. Ваш отец работал в банке и получал не такое уж большое жалование. Из банка пропало почти четыреста тысяч долларов. Отец садится в тюрьму, а вы бросаете работу. Вы покупаете машину и трейлер. Кстати, они полностью оплачены?

— Да.

— Вы становитесь дитем природы. Вы бродите в лучах солнечного света, бегаете босиком по росе и к тому же заявляете мне, что завтра утром появитесь в моем офисе и заплатите мне полторы тысячи долларов. На сегодняшний день я именно так представляю факты.

— Ладно. Я знаю, что вы думаете, — вздохнула она. — Вы считаете, что отец где-то спрятал деньги, а я их откопала. Я не могу запретить вам так думать. Вы не станете работать на меня, пока я вам не заплачу, но, тем не менее, когда я обещаю сделать именно это, вы становитесь подозрительным. Вы можете принять меня на веру на двадцать часов? Вы займетесь поисками трейлера, причем прямо сейчас?

Мейсон постучал пальцами по столу, размышляя. Ее серо-голубые глаза неотрывно смотрели на адвоката.

— Что конкретно вы от меня хотите?

— Найдите трейлер, причем как можно скорее. Он не мог далеко уехать. Машины с автоприцепами бросаются в глаза.

— У вашего трейлера есть какие-нибудь особенности?

— Прошлогодняя модель фирмы «Хелиар». Их не так много. Позвоните на завод и узнайте спецификации.

— А на какой машине вы ездили?

— На кадиллаке.

— Вы себе ни в чем не отказываете, не правда ли?

— Какой смысл бороздить дороги с трейлером, если у вас легкий автомобиль? В таком случае требуется тяжелая машина, чтобы она могла без труда тащить его за собой.

— Я видел немало трейлеров, прикрепленных к легким автомобилям.

— Конечно, они их могут тащить, но это не самое удобное средство передвижения. Вы все время напряжены за рулем и устаете. Когда «Хелиар» прикреплен к машине, подобной кадиллаку, вы можете забыть, что у вас за спиной трейлер. Вы просто сидите за рулем и смотрите, как убегает дорога.

— Вы хотите сказать, что ни полиция, ни налоговые органы не пытались вызвать вас на ковер, чтобы узнать, откуда вы берете деньги?

Она улыбнулась, слегка скривив правый уголок рта.

— Какое-то время они меня донимали. Теперь отстали.

— Это вы думаете, что отстали.

— Нет, в самом деле — по крайней мере, не вызывают меня на ковер. Но, конечно, они не сдались. Они всюду следят за мной. Если я, например, отправляюсь в бакалейную лавку, через тридцать секунд уже кто-то подсовывает кассиру записку с требованием отложить купюру, которой я расплатилась. Номер потом сверяется со списком, чтобы проверить, не из украденных ли она.

— Но, тем не менее, вы болтаетесь по округе и загораете.

— До сегодняшнего дня я не думала, что кто-то знает об этом месте.

— Не обманывайте себя, — сказал адвокат. — Они следят за вами. Раз уж они ведут наблюдение из машин и с мотоциклов, то, не исключено, делают это и с вертолетов.

— Я думала, что уже надоела им.

— Хотите поспорить? — предложил Мейсон.

Она с минуту подумала, потом покачала головой.

— Пока вы тут бродили босиком без дела, наслаждаясь ощущениями от прикосновения ветерка к коже, пара сыщиков, наверняка, наблюдала за вами в бинокль.

— Это их привилегия.

— Итак, вы собираетесь прийти ко мне в офис с полутора тысячами долларов, — резко сказал Мейсон.

— В десять утра. Может, в девять тридцать.

— Я постараюсь найти ваш трейлер, потому что меня заинтересовало это дело, но я не хочу, чтобы между нами оставалось недопонимание.

— Что вы имеете в виду?

— Если вы честны, я попытаюсь защитить вас. Однако, если ваш отец все-таки украл эти триста девяносто шесть тысяч долларов, а вы их где-то прячете или, по крайней мере, какую-то часть из них, и время от времени берете оттуда себе на расходы, я не собираюсь становиться соучастником после события преступления. Вы понимаете меня?

— Что вы хотите сказать?

— Я сдам вас в полицию. Я найду, где зарыты деньги, верну их властям, а вознаграждение за помощь в поисках украденного составит мой гонорар.

Арлен таинственно улыбнулась.

— Справедливо, — сказала она и протянула через стол сильную руку.

Мейсон пожал ее и повернулся к Делле Стрит:

— Позвони в агентство Пола Дрейка. Мы начинаем работать.

3

Пол Дрейк, держа в руках несколько отчетов, вошел в кабинет Мейсона незадолго до того, как стрелка остановилась на пяти часах.

— Привет, Перри! Привет, красотка! Я разузнал кое-что о твоем трейлере, Перри.

Мейсон взглянул на часы.

— Что-нибудь конкретное?

— Ага.

— Ты быстро сработал.

— По-моему, ты именно этого и хотел.

Пол Дрейк опустился в большое кожаное кресло, предназначенное для клиентов, пролистал несколько отчетов. Потом Дрейку стало неудобно в обычной позе и он свесил свои длинные ноги через одну из ручек, упершись спиной в другую.

Пол Дрейк был высоким, худым мужчиной, на вид он казался легкомысленным, ленивым и вялым. Лицо не выражало никакой заинтересованности. Глаза, практически никогда не упускающие ни одной важной детали, обманывали окружающих своим явно скучающим взглядом.

— В деле замешан некий Томас Сакетт, — начал Дрейк свой отчет. — Он живет на Митнер-авеню, тридцать девять двадцать один. Это многоквартирный дом. Никто о Сакетте ничего не знает. Вроде бы занимается золотоискательством и много времени проводит в пустыне, любит жить под открытым небом, ездит на джипе, обычно закидывает туда спальный мешок, пару коробок с провиантом, кирку, лопату, лоток для промывания золота и палатку. Он отправляется в пустыню и его не видят неделю, а то и десять дней, затем возвращается и какое-то время болтается в городе.

— Он имеет отношение к краже?

— Да.

— Возможно, он решил украсть трейлер, чтобы отогнать его в пустыню и жить там в нем? — предположил адвокат.

Дрейк покачал головой.

— Трейлер оставлен на консигнацию[1] на площадке фирмы «Идеал», занимающейся продажей жилых автоприцепов. Сакетт привез его туда. Он оценил его в две тысячи восемьсот девяносто пять долларов. Хозяин площадки считает, что трейлер тянет не больше, чем на две с половиной. Сакетт договорился, чтобы автоприцеп взяли на консигнацию. Он, кстати, не стал называть свое подлинное имя, а представился Ховардом Примом.

— Значит, трейлер выставлен на продажу?

Пол Дрейк кивнул.

— Интересно, в каком он состоянии? — задумался Мейсон. — Времени, чтобы полностью его очистить, в общем-то, не было.

— Один из моих парней дал понять хозяину площадки, что собирается его купить и осмотрел трейлер, — продолжал Дрейк. — Из него все пропало — постельные принадлежности, посуда, продукты… В общем, все. Трейлер сейчас в том виде, как они поступают от производителя.

— Да, быстро сработано, — заметил Мейсон.

Дрейк кивнул.

— Как тебе удалось все разузнать за такое короткое время? — недоумевал Мейсон.

— Просто много рутинной работы, Перри. Тебе это будет неинтересно слушать.

— Но я заинтересовался. И моей клиентке тоже будет любопытно.

Дрейк махнул отчетами, которые держал в руке, перед носом Мейсона.

— Ты сказал не скупиться на расходы, задействовать столько людей, сколько потребуется. Вот их отчеты. В них все написано.

— Мне нет дела до бумаг, — заявил Мейсон. — Каким образом ты действовал?

— Это было несложно. Ты сообщил, откуда трейлер украли. Я направился в гольф-клуб и осмотрелся. Во-первых, следовало выяснить, как туда добрался угонщик: пришел ли он пешком или кто-то его привез. Мы осмотрели окрестности и нашли следы автомашины на старой дороге. По ним мы определили, что это джип. Следы вели и к лугу, и с него. На обратном пути они перекрывали следы автомобиля и трейлера. Это оказались последние следы на дороге, самые свежие. То есть вывод напрашивался сам: джип приехал, потом отъехала машина с трейлером, потом уехал джип. Конечно, у нас еще имелся номерной знак трейлера. Обычно воры сразу же меняют номерные знаки. Однако, трейлеры фирмы «Хелиар» здорово выделяются из общей массы. Их продано не так много, да и внешне их сразу же можно отличить. Это относительно дорогие автоприцепы.

— Я все равно так и не понял, как вы его нашли.

— Я тебе как раз и пытаюсь объяснить. В нашем деле, Перри, нет ни блеска, ни романтики. Одна рутина. Например, по следам сразу же стало ясно, что в деле замешаны, по меньшей мере, два человека. А теперь подумай сам, Перри. У них был выбор из четырех возможных вариантов.

— Каких?

— Отправиться в какой-то удаленный городок или вообще за пределы штата, во-вторых, оставить его на стоянке для трейлеров, в-третьих, загнать на задний двор или в гараж и, наконец, выставить на продажу. Мы бы, конечно, зашли в тупик, если бы трейлер загнали на задний двор или в гараж. В этом случае мы ничего не смогли бы сделать, так что этот вариант мы даже не стали прорабатывать. Мы прочесали шоссе, причем сделали это довольно быстро. Мы действовали через два часа после пропажи, а за это время машина, тянущая трейлер, далеко не уедет. У меня есть договоренность с автозаправочными станциями, открытыми всю ночь, на разных автострадах — на идущей вдоль побережья, на удаленной от моря, на пересекающей пустыню. Конечно, из города масса выездов, но, фактически, приходится выбирать из семи основных автострад. Как я уже говорил, у меня есть рабочая договоренность с автозаправочными станциями на каждой из них. Я позвонил им всем, и они стали следить, не появится ли трейлер «Хелиар». Затем моя секретарша начала обзванивать все стоянки для жилых автоприцепов, чтобы узнать, не поставили ли на одну из них трейлер «Хелиар» в течение нескольких последних часов, а один оперативник обзванивал компании, занимающиеся продажей трейлеров, а также подержанных машин и трейлеров, спрашивая про недавно поступивший автоприцеп, который не очень долго использовали. Начали поступать отчеты. Трейлер «Хелиар» проследовал по дороге на Лас-Вегас через Ермо, еще один — на Юму через Холтвиль, а третий видели между Вентурой и Санта-Барбарой. Дальнейшая проверка показала, что один из них был восемнадцатифутовый, другой — огромный тридцатидвухфутовый, и только тот, что шел через Ермо, отвечал нашим размерам — двадцатипятифутовый, но я подсчитал, что по времени нужный нам трейлер не смог бы туда добраться. На стоянки в городе и округе было поставлено два двадцатипятифутовых «Хелиара». Мои парни побывали там и осмотрели их. Затем нам повезло в компании «Идеал». К ним за несколько минут до нашего звонка как раз поступил «Хелиар». Его оставил на консигнацию некто Прим. Мы бросились туда, чтобы осмотреть трейлер — и поняли, что нашли искомое. Даже номерные знаки остались те же. Мы получили описание Прима, его адрес, который, конечно, ничего нам не дал, потому что оказался вымышленным. Но продавец трейлеров — очень неглупый мужик. У него большой опыт в разного рода сделках и, на всякий случай, он записал номер джипа, к которому был прикреплен трейлер. По номерному знаку мы выяснили, что джип принадлежит Томасу Сакетту, проживающему на Митнер-авеню, тридцать девять двадцать один. Я послал туда оперативника, который узнал, что из себя представляет этот Сакетт, но про него я тебе уже рассказывал.

— Ты уверен, что это один и тот же человек? — уточнил Мейсон.

— Абсолютно. У нас есть его описание. Рост — пять футов семь дюймов, весит сто семьдесят пять фунтов, блондин, около тридцати лет, немного хромает.

— А что с кадиллаком?

— Кадиллак нам найти не удалось, — ответил Дрейк, — и не удастся, пока не сообщим в полицию. Кадиллаков слишком много и много разных мест, где их можно оставить. С жилым автоприцепом все гораздо проще.

— Ты прекрасно поработал.

Пол Дрейк небрежно отмахнулся, словно отметая комплимент.

— Просто рутина. Пытаешься отработать все варианты того, что можно сделать с трейлером, потом думаешь, как их проверить, а дальше уже организационная работа.

— Тем не менее, отличные результаты. И все это может нам здорово помочь, — заметил адвокат.

Мейсон повернулся к секретарше:

— Где наша клиентка, Делла? Как с ней связаться?

— Она оставила номер, — ответила Делла Стрит. — Мы можем передать ей информацию через доктора Холмана Б. Кандлера из Санта-Аны. Она ему полностью доверяет, он — друг семьи. Она просила сообщить ему, если нам удастся что-нибудь узнать до того, как она сама появится у нас завтра утром в девять тридцать.

— Кто-то из твоих людей следит за трейлером, Пол? — спросил Мейсон.

— Конечно, у меня там два оперативника. Я как раз хотел уточнить с тобой этот вопрос. Если появится тот, кто его туда поставил, и захочет перегнать трейлер в другое место, что нам делать?

— Не знаю. Я еще не решил, — ответил Мейсон.

Адвокат повернулся к Делле Стрит.

— Позвони доктору Кандлеру, пожалуйста.

Делла Стрит набрала номер приемной доктора Кандлера, объяснила медсестре, зачем он ей нужен, затем обратилась к Мейсону:

— Он сейчас подойдет.

Адвокат взял трубку своего аппарата.

— Алло! Говорит доктор Кандлер.

— Это Перри Мейсон. Мне необходимо срочно связаться с мисс Арлен Дюваль. Она сказала, что это можно сделать через вас.

— Насколько я понимаю, вы — мистер Перри Мейсон, адвокат?

— Да.

— Почему вы хотите связаться с ней, мистер Мейсон?

— Мисс Дюваль говорила, что я могу доверять вам, доктор, что вы — друг семьи и для нее, как дядя.

— Да.

— Мисс Дюваль сегодня обратилась ко мне за консультацией.

— Правда?

— Относительно одного дела, по которому ей сразу же хотелось принять меры.

— Понятно.

— Мне нужно передать мисс Дюваль, что меры приняты и в результате мы добились успеха, по крайней мере, частичного.

— Вы говорите о трейлере?

— Да.

— Неужели вы его нашли?

— Нашли, — ответил Мейсон. — Он выставлен на продажу на одной из площадок, где продают подержанные жилые автоприцепы. Никаких личных вещей в нем не осталось — я имею в виду посуду, одежду, постельные принадлежности, то есть все, что в нем находилось. Я думаю, мисс Дюваль хотела бы получить информацию немедленно. Если вы дадите мне номер, по которому я мог бы с ней связаться, я бы сразу же позвонил ей и получил дальнейшие указания.

— Я не могу сообщить вам ни адрес, ни телефон, — ответил доктор Кандлер, — но я ей все передам. Сколько вы еще будете у себя в конторе, мистер Мейсон?

— Тридцати минут достаточно?

— Думаю, да. Если вы подождете, я передам ей все, что вы сообщили, а она вам перезвонит.

— Спасибо, — поблагодарил Мейсон и повесил трубку.

Делла Стрит, слушавшая разговор со своего аппарата, взглянула на Мейсона.

— Осторожничает, — улыбнулась она.

— Да, ничего лишнего не скажет, — заметил адвокат. — Однако, его нельзя винить. Он же не знает, на самом ли деле это звонит Перри Мейсон или кто-то из полиции представляется моим именем. Ведь он меня никогда в жизни не видел и не знает мой голос.

— Понятно. Он попросит Арлен перезвонить нам и так проверит…

— Вот именно. Герти, наверное, скоро уйдет домой, так что, пожалуйста, переключи коммутатор, чтобы все звонки переводились на мой личный номер.

Делла Стрит вышла в приемную, выполнила просьбу адвоката, вернулась и сообщила:

— Герти как раз собирается домой.

Мейсон повернулся к Полу Дрейку.

— Пол, Томаса Сакетта следует постоянно держать под наблюдением. Все надо делать осторожно, чтобы он ни в коем случае не догадался о «хвосте».

— Не выпускать из виду ни днем, ни ночью?

— Да. Я хочу знать, чем он занимается, а также мне необходимо выяснить, что там произошло, когда обокрали Коммерческий банк Лос-Анджелоса и из бронированной машины пропало почти четыреста тысяч долларов…

— Ах вот оно что! — щелкнул Дрейк пальцами.

— Ты о чем?

— Фамилия — Дюваль. Это он подменил пакеты. Его посадили. Она его родственница?

— Дочь.

— Ого!

— Разузнай все, что сможешь, Пол.

— Как быстро тебе это надо?

— Как можно скорее.

— Черт побери! — воскликнул Дрейк. — Ты представляешь? Это ее папаня провернул дельце.

— Ему пришлось за него отвечать, — сухо заметил Мейсон.

— Он получил наличку, — поправил Дрейк.

Делла Стрит, снова выходившая в приемную, чтобы проверить коммутатор, вернулась в кабинет адвоката.

— С переводом всех звонков на наш аппарат, шеф, мы здесь сойдем с ума.

Точно подтверждая ее слова, зазвонил телефон и она подняла трубку.

— Алло!

— Арлен Дюваль? — спросил адвокат, увидев, как округлились глаза секретарши.

Делла Стрит кивнула.

— Он здесь, мисс Дюваль. Передаю ему трубку.

— Говорит Перри Мейсон. Добрый вечер, мисс Дюваль.

Голос Арлен разительно отличался от голоса доктора Кандлера: она не пыталась скрыть возбуждение.

— Вы что-то узнали о трейлере? Я правильно поняла доктора Кандлера? Вы его нашли?

— Да, мисс Дюваль.

— Где он?

— На площадке фирмы «Идеал».

— Правда?

— Правда.

— Но я… я…

— Вы знаете, где это? — спросил Мейсон.

— Конечно! — воскликнула она. — Я его там покупала.

— Когда?

— Примерно полгода назад.

— Он снова там — оставлен на консигнацию.

— И кто его оставил?

— Этот человек представился Ховардом Примом. Адрес он назвал вымышленный.

— Да, да, конечно. Он… А в каком состоянии трейлер?

— Личных вещей в нем не осталось.

— Нет, я имею в виду сам трейлер. Деревянные планки не сорваны, обшивка цела?

— Очевидно, да.

— Мистер Мейсон, мне необходимо немедленно добраться до трейлера. Вы не могли бы… встретиться со мной в «Идеале»?

— Когда?

— Сколько вам потребуется времени, чтобы доехать? Я буду вас ждать.

— У вас есть что-нибудь, что могло бы подтвердить ваше право на трейлер, какая-нибудь регистрационная квитанция или что-нибудь в этом роде?

— Ничего, мистер Мейсон. У меня остался только ключ от машины и ключ от трейлера.

— Конечно, если вы покупали трейлер в этой фирме, то там должны быть данные о регистрации сделки, — заметил Мейсон. — Хорошо, я еду туда и встречусь с вами.

— Прямо сейчас?

— Да, прямо сейчас, — пообещал адвокат.

Мейсон повернулся к Полу Дрейку.

— Я думаю, Пол, что не стоит все открывать моей клиентке, по крайней мере, какое-то время. Я имею в виду сведения о Сакетте. Не надо, чтобы клиент знал все, что знаем мы.

— Для меня клиент — ты, — ответил Дрейк. — Я передаю информацию только тебе. А ты уже можешь передавать ее кому хочешь и когда хочешь.

Мейсон отодвинул стул от письменного стола и дал указания Дрейку:

— Немедленно пошли кого-нибудь следить за Сакеттом. Те двое, что наблюдают за трейлером, пусть продолжают заниматься только этим. И следуют за автоприцепом, куда бы он ни направился.

— Ты думаешь, твоей клиентке удастся доказать свои права и забрать его?

— Да. Если она купила его в этой компании, то у них должна быть зарегистрирована сделка, и у нас не возникнет проблем.

— Странно, что вор поставил его на ту же стоянку, — заметил Дрейк.

— Просто совпадение, — высказал свое мнение Мейсон.

— Это ты так думаешь, — сухо прокомментировал Дрейк.

— Но ведь таких крупных компаний, как «Идеал», не так уж много.

— Все равно странное совпадение.

— Делла, ты готова? — повернулся Мейсон к секретарше.

— Готова, — отозвалась она.

Дрейк встал с кресла.

— Как я понимаю, меня выгоняют.

— Ты абсолютно прав, — подтвердил Мейсон, открывая дверь. — Задержись на работе до половины десятого, — попросил адвокат. — Может, мне потребуется связаться с тобой после того, как мы съездим на эту площадку. И, пожалуйста, разузнай все о краже из банка.

— Останусь до десяти, — пообещал детектив и направился по коридору в свое агентство, находившееся на том же этаже, что и офис Мейсона, но ближе к лифту.

Адвокат с секретаршей спустились на лифте вниз и сели в машину Мейсона, находившуюся на стоянке для работников фирм, арендующем площадь в здании, прилегающем к ней.

Мейсон легко вписался в поток машин, заполнивших улицы в вечерний час.

— Сколько нам туда добираться? — спросила Делла Стрит.

— По меньшей мере, минут двадцать.

— Ты решил стать образцовым водителем? — в удивлении подняла брови Делла.

Мейсон кивнул.

— Автомобиль стал смертельным оружием. Слишком много людей на слишком большом количестве машин одновременно направляются в разные места.

— Теперь я могу расслабиться и не следить, нет ли по пути регулировщиков дорожного движения, — улыбнулась Делла, откидываясь в кресле.

— С сегодняшнего дня регулировщики — мои друзья. Я становлюсь законопослушным гражданином и хочу, чтобы все были такими. Что ты думаешь о нашей новой клиентке, Делла?

— Бедняжка! Она попала в такую неприятную ситуацию!

— Еще бы!

— Шеф, ты скептически подходишь к этому делу.

Мейсон притормозил перед светофором, когда свет поменялся на желтый, и сказал:

— Если анализировать только факты, без каких либо приукрас, то мы имеем дело с девушкой, отец которой присвоил почти четыреста тысяч долларов. Она ездит на дорогой машине и живет в дорогом трейлере. Она не работает, а разгуливает босиком по росе и мягкий солнечный свет ласкает ее кожу.

— Прекрасная работа, если, конечно, тебе удастся так устроиться, — заметила Делла.

— А теперь посмотри на это с точки зрения органов, занимающихся условно-досрочным освобождением. Колтон П. Дюваль находится в тюрьме, приговоренный к лишению свободы на срок, зависящий от поведения заключенного. Он утверждает, что невиновен и ложно обвинен. Обстоятельства кражи полностью не ясны. Как представитель закона, ты беспокоишься по поводу того, сколько времени будешь держать Колтона Дюваля в тюрьме. Возможно, ты даже не исключаешь условно-досрочное освобождение. Ты связываешься с полицейскими, чтобы узнать их мнение. Они рассказывают о дочери, которая разъезжает на престижной машине, живет в первоклассном трейлере, не работает и не стесняет себя в расходах.

— Когда ты это так представляешь… — Делла Стрит запнулась. — Боже, шеф, своими действиями она продлевает отцу срок.

— При одном условии, — улыбнулся адвокат.

— Каком еще?

— Что Совет по помилованию и условно-досрочному освобождению вообще намеревается, хотя бы в будущем, условно-досрочно освободить Колтона Дюваля. Может показаться, что Арлен пытается не вытащить отца из тюрьмы, а как раз наоборот, подольше оставить его там. Несомненно, с точки зрения властей действия дочери кажутся чрезвычайно раздражающими, чтобы не сказать хуже.

— Определенно, — согласилась Делла.

— С другой стороны, — продолжал Мейсон, — они могут рассматриваться, как способ приманки.

— Каким образом?

— Дюваль садится в тюрьму. Ему дают понять, вполне возможно, только намеками, что, если он готов вернуть украденное, то его условно выпустят на свободу. Очевидно, он не собирается ничего отдавать, а хочет переждать. В конце концов, власти приходят к заключению, что он намеревается молчать. Затем дочь начинает тратить деньги, неизвестно откуда добывая средства к существованию. Живет в свое удовольствие. Естественно, органы, занимающиеся условно-досрочным освобождением, думают что-то вроде следующего: «Контроль над деньгами перешел от отца к дочери. Может, стоит его выпустить на свободу и вести за ним постоянное наблюдение? Мы будем следить за каждым его шагом. Мы не в состоянии ничего предпринять, когда дочь тратит деньги, а вот если он начнет их тратить, снова засадим за решетку и, не исключено, предъявим обвинение дочери, как соучастнице. Тогда мы, может, найдем деньги и хоть часть из них вернем!»

Делла Стрит обдумала сказанное.

— Кто-то ведет очень большую игру, — наконец заметила она.

— Вот именно.

— А как ты вписываешься в эту схему? — спросила она адвоката.

— Возможно, мне предназначена роль пешки.

— От которой можно, в случае необходимости, легко избавиться?

— Да.

— Будь осторожен.

— Постараюсь.

Мейсон свернул на скоростную автостраду. Десять минут они ехали молча, затем адвокат завернул на боковую дорогу, проехал полдюжины кварталов и вырулил на площадку, принадлежавшую компании «Идеал».

Мейсон припарковал машину и они с секретаршей направились к длинной веренице трейлеров, выставленных на продажу.

— Вот ведь изобретение! — воскликнула Делла, когда Мейсон остановился перед одним из экспонатов. — На таком маленьком пространстве тебе предоставляются все удобства, потому что оно очень экономно используется, все компактно, комфортабельно — настоящий дом на колесах!

Вслед на ними в трейлер зашел продавец, дружелюбно улыбаясь.

— Ну как, нравится? Хотите купить?

— Нам нужно встретиться с менеджером, — заявил Мейсон.

— С Джимом Хартселом?

— Он — менеджер?

Продавец кивнул.

— Где его найти?

— Следуйте за мной, пожалуйста.

Они прошли вдоль вереницы трейлеров, а потом повернули налево.

— Блокнот и ручка с собой, Делла? — спросил Мейсон у секретарши.

— Никогда с ними не расстаюсь — только, когда моюсь в ванной.

— Арлен Дюваль может приехать на такси, а может сама быть за рулем. В последнем случае я бы хотел, чтобы ты записала номер машины.

Делла Стрит кивнула.

Продавец остановился перед небольшим зданием.

— Вот здесь располагается наша контора. Там вы найдете мистера Хартсела.

— Спасибо, — поблагодарил Мейсон, пропуская Деллу вперед.

Хартсел оказался широкоплечим мужчиной с бочкообразной грудной клеткой. Он напоминал медведя-гризли. Опытным взглядом он сразу же понял, что перед ним не потенциальные покупатели.

— Здравствуйте! Ну, какие у вас жалобы?

— Жалобы? — переспросил Мейсон.

— Конечно, — ответил мужчина, засмеявшись. — Когда сюда заходят люди, решившие купить трейлер, чтобы оформить сделку, их лица светятся улыбками. Они приняли важное решение. Они собираются путешествовать, как цыгане, по-настоящему наслаждаясь жизнью. А когда я вижу унылые и сосредоточенные лица, то сразу же понимаю — пришли жаловаться. Так что случилось? Вы купили у нас трейлер и он оказался дефектным?

Мейсон тоже рассмеялся.

— Я — Перри Мейсон, — представился он.

— Адвокат?

— Да.

Хартсел сжал руку Мейсона своими толстыми, сильными пальцами.

— Рад встретиться с вами.

— Это моя секретарша — мисс Стрит.

Делла Стрит уже начала протягивать руку, но Мейсон остановил ее:

— Я бы поостерегся, Делла, — сказал он, потирая кисть.

— Вы и сами не слабак, — заметил Хартсел. — Я занимался боксом, а когда учился на продавца, нам говорили, что следует встречать клиента сердечным рукопожатием. По-моему, это означает пересилить другого. Ваш туз, правда, мне побить не удалось. Рад познакомиться с вами, мисс Стрит. Садитесь, пожалуйста, и расскажите мне, в чем дело? Я нарушил закон?

— Вы знакомы с Арлен Дюваль? — спросил Мейсон.

— Дюваль… Дюваль… где-то я слышал это имя… вспомнил! — внезапно Хартсел расплылся в улыбке.

— Шутка?

— Нет, просто приятные воспоминания. Неплохая девчушка. Купила трейлер фирмы «Хелиар». Расплатилась наличными.

— То есть как наличными? — переспросил Мейсон.

— Очень просто.

— Чеком или…

— Нет. Наличными. На-лич-ны-ми. Хрустящими стодолларовыми бумажками.

— Еще что-нибудь знаете о ней? — поинтересовался Мейсон.

— Если мне покупатель прямо на месте выкладывает требуемую сумму за трейлер, мне о нем ничего больше знать не надо. А что она натворила? Банк обокрала?

Мейсон уже хотел что-то сказать, но сдержался.

— Так в чем дело?

— Тот трейлер, который вы ей продали, украли.

— Черт побери! Он застрахован?

— Не знаю, — ответил Мейсон. — Я заинтересован только в том, чтобы получить трейлер обратно.

— Чем я могу вам помочь?

— Вернуть его нам.

Улыбка сошла с лица Хартсела.

— Секундочку, — сказал он уже другим тоном.

— Нет, я не намекаю на то, что вы его украли, — успокоил Мейсон собеседника, — но, очевидно, что вы его купили.

— Ах, вот в чем дело. Где-то час назад мне звонили и спрашивали, привозили ли мне сегодня трейлер фирмы «Хелиар». Я его не покупал, а взял на консигнацию. Кстати, вот передо мной лежит бумага… Мистер по фамилии Прим — по крайней мере он так представился — оставил телефон и адрес. В целях предосторожности я записал номер его джипа, но еще не проверял.

— Джип мог предоставить и приятель, — заметил Мейсон.

— Хотите посмотреть на трейлер? — предложил Хартсел.

Мейсон кивнул.

— Владелица должна появиться с минуты на минуту. Мы договаривались встретиться у вас.

— Но пока мы можем посмотреть на трейлер, — сказал Хартсел. — Конечно, мистер Мейсон, я много слышал о вас и знаю, какая у вас репутация, но я все равно должен сам удостовериться. Я веду учет всех продаваемых нами машин. Например, на каждом трейлере ставится номер производителя.

Мейсон снова кивнул.

— Сейчас я посмотрю свою картотеку, — заявил Хартсел и направился в угол комнаты, открыл дверцу огромного сейфа, нашел нужную карточку и быстро переписал все данные в блокнот. — Ну вот. Теперь у нас…

Он внезапно запнулся — дверь отворилась и влетела Арлен Дюваль.

— Добрый вечер! Я задержалась — такое движение! Просто ужасно.

— Так-так! — воскликнул Хартсел. — Мисс Дюваль! Как вы поживаете?

Она подошла к менеджеру, протягивая руку.

— Прекрасно.

— Уж выглядите вы точно прекрасно.

Хартсел опустил руку Арлен, потом снова взял, теперь уже за запястье, и поднял ее кверху, чтобы показать Делле Стрит.

— Как видите, мисс Стрит, никаких следов. При общении с противоположным полом я нежен, словно летний ветерок. Я сжимаю руки только когда пытаются сжать мою. Мистер Мейсон рассказал мне о вашем трейлере, мисс Дюваль.

— Да, его украли.

— И, похоже, он сейчас у меня.

— Это мне сообщил мистер Мейсон.

— Может быть, кто-либо объяснит мне, откуда у мистера Мейсона такая информация?

— Она заплатила мне за то, чтобы я его нашел, — ответил адвокат.

— Она обратилась к вам, а не в полицию?

Арлен Дюваль кивнула.

Хартсел с минуту колебался, потом заявил:

— Ладно, давайте посмотрим. Я сразу же скажу вам, тот это трейлер или нет.

Менеджер пошел впереди, указывая дорогу и не прекращая говорить.

— Я держу все трейлеры, оставленные на консигнацию, вот там — в дальней части. Конечно, мы пытаемся продать их, но с них не получишь такую прибыль, как с тех, которые являются нашей собственностью, и, конечно, если вопрос касается привлечения капитала и оборота, я предпочитаю оборачивать собственный капитал. Перед тем, как добраться до отсека, где выставлены трейлеры, оставленные на консигнацию, покупатель проходит мимо нескольких очень привлекательных автоприцепов. Не знаю, пользуетесь вы ими или нет, но, я думаю, мистер Мейсон, вам следовало бы иметь трейлер, чтобы отдыхать от назойливых клиентов. Ведь наверняка, вам так надоедают люди, рассказывающие о своих проблемах. Вот, например, двадцатипятифутовый, его прекрасно можно прицепить к вашей машине. Вы даже не почувствуете, что его тянете. Он легкий, как перышко, но, в то же время, очень прочный, облицован стеклопластиком, так что его можно оставить на палящем солнце в пустыне и наслаждаться прохладой, которая сохраняется внутри, словно в глинобитной хижине. Хотите посмотреть?

— Не сегодня.

— Не обращайте на меня внимания, — усмехнулся Хартсел. — Я это всегда делаю. Может, даже и не пытаюсь продать, а проверяю, не потерял ли навык. Ну вот мы и пришли. Это тот самый «Хелиар».

— Заперт? — поинтересовался Мейсон.

— Конечно. Мы держим на замке оставленные на консигнацию прицепы. Фактически, мы запираем все, кроме демонстрируемых в передней части площадки.

— Я его открою, — заявила Арлен Дюваль, доставая из кармана ключ.

Хартсел, который уже тоже приготовил ключ, сразу же отошел в сторону, чтобы посмотреть, подойдет ли ключ Арлен к замку.

Дверь открылась.

Арлен даже не пыталась скрыть свое нетерпение, она буквально запрыгнула внутрь.

Мейсон помог Делле Стрит войти, поддерживая ее под руку. Шествие замыкал Хартсел.

— Это он, — сказала Арлен.

— Надо проверить, — заметил менеджер.

Он нашел металлическую пластину, скрытую за дверью, вытер ее пальцем, чтобы явно проступал номер, и сравнил с номером у себя в блокноте.

— Да, похоже, он, — согласился Хартсел.

Менеджер открыл дверцу шкафа и осветил фонариком еще одну металлическую пластину.

— Да, номера совпадают.

— А кроме номеров у него есть какие-нибудь отличительные черты? — спросил Мейсон у Арлен Дюваль.

— Посмотрите вон тот ящичек, сбоку от кровати, на нем еще стоит зеркало. Я разлила внутри бутылку чернил и так и не смогла полностью оттереть пятно.

Хартсел снял зеркало и открыл ящик.

— Да, сестричка, ты выиграла. Пятно есть. Кто-то еще хочет убедиться?

Мейсон и Делла Стрит тоже подошли и посмотрели внутрь.

— Когда его украли? — поинтересовался менеджер.

— Сегодня утром.

— Да, быстро сработали. Все подчистую выгребли.

Арлен Дюваль кивнула.

— Так что вы собираетесь делать? — спросил Хартсел. — Я не хочу оставлять его у себя, но просто так отдавать вам тоже не собираюсь. Я надеюсь, вы сообщили в полицию?

Арлен Дюваль покачала головой.

— Вам следует это сделать.

— Почему? — холодно спросил Мейсон.

Хартсел окинул его оценивающим взглядом.

— Предположим, ко мне приходит мистер Прим и спрашивает, где его трейлер. Я отвечаю, что отдал его мисс Дюваль, потому что это ее трейлер и был украден. А Прим поставит здесь все с ног на голову.

— Этого не случится.

— А вдруг?

— Вы знаете, что это трейлер мисс Дюваль, — ответил Мейсон.

— Я знаю, что это трейлер, который я ей продал, то есть на нем те же номера и не похоже, что пластины меняли или пытались выбить новые цифры. Но, предположим, Прим заявит, что купил его у мисс Дюваль? Вы видите, в каком я тогда окажусь положении? Если он появится, начнет выступать, а я спокойно протяну руку к телефону и заявлю: «Давайте вызовем полицию», это одно, но мне не хочется выслушивать обвинения и ерзать на стуле.

— Я, как адвокат мисс Дюваль, заявляю вам, что у вас находится украденная вещь.

— А мне нет дела до ваших заявлений. Плевать мне на них. Отправляйтесь в Суд и там выступайте. Подавайте виндикационный иск[2].

— Мы также потребуем компенсации за незаконное удержание имущества.

— О, естественно, вы захотите компенсации, но я-то просто прошу вызвать полицию. Это самое разумное в данной ситуации. Я именно это скажу судье и присяжным, если вы меня втянете в какой-либо судебный процесс. У вас все сорвется. Если трейлер украли, надо заявлять в полицию.

— Мисс Дюваль боится огласки.

— Ну кого это заинтересует?

— Может заинтересовать, — сообщил Мейсон.

— Почему? — внезапно у Хартсела зародились подозрения.

— Потому, что когда трейлер украли, — объяснил Мейсон, улыбаясь, — мисс Дюваль загорала. Именно поэтому ворам удалось скрыться вместе с прицепом и машиной.

— И машиной тоже?

Мейсон кивнул.

— Тогда, несомненно, надо звать полицию.

— А газеты?

— Это ее проблема, а не моя.

— Ладно, давайте забудем, что трейлер украли.

— И что тогда?

— Я куплю его, — заявил адвокат. — Сколько он стоит?

— Мистер Прим хотел за него две тысячи восемьсот девяносто пять, — сообщил менеджер. — Я предложил ему две тысячи. Я бы выставил его за две четыреста и он бы ушел за тридцать дней. Две тысячи восемьсот девяносто пять — высоковато. Может, вы сами назовете приемлемую цену…

— Никаких торгов, — ответил Мейсон. — Я куплю по его цене — две тысячи восемьсот девяносто пять. Позвоните мистеру Приму и пригласите его сюда. Скажите, чтобы захватил регистрационную квитанцию и мы оформим сделку.

— Секундочку. Что вы такое говорите? — не понял менеджер. — Если этот трейлер украли…

— Когда мистер Прим придет сюда, — прервал Мейсон, — если он, конечно, придет, я произведу гражданский арест, а затем позвоню в полицию.

— А вот это имеет смысл, — заявил Хартсел. — Пошли в контору. Я сейчас же свяжусь с ним.

Они вышли из трейлера. Арлен Дюваль заперла его, и они направились в контору.

Не успели сделать и двадцати шагов, как Делла Стрит, наблюдавшая за Арлен Дюваль, тихо спросила:

— Мисс Дюваль, мне казалось, что у вас была сумочка?

— Ой! — воскликнула Арлен. — Конечно. Я положила ее на кровать, когда мы рассматривали то пятно в ящичке. Сейчас я за ней сбегаю.

Она повернулась и бросилась к трейлеру. Хартсел с восхищением посмотрел ей вслед.

— Вот девочка бегает! Коленки вместе, локти прижаты к бокам, поддерживает юбку, чтобы не путалась в ногах, а скорость! Как олениха! Наверное, занимается спортом.

— У нее это от природы, — высказала свое мнение Делла Стрит, наблюдая, как Арлен Дюваль вставляет ключ в замок.

— Ладно, пойдемте в контору и вы позвоните Приму, — предложил Мейсон.

Хартсел подождал с минутку, затем медленно повернулся, прошел несколько шагов и резко остановился.

— Я должен проверить, как она его запрет. Пока трейлер находится у меня, я отвечаю за него и… Если не возражаете, давайте подождем.

Они остались на улице. Мейсон закурил.

— Что-то она долго ищет свою сумочку, — заметил Хартсел.

— Возможно, она не на кровати, а в одном из шкафов и… — предположила Делла Стрит.

Внезапно Хартсел решительно направился к трейлеру. Мейсон и Делла Стрит с трудом поспевали за ним.

Они уже почти вплотную приблизились к автоприцепу, когда распахнулась дверь и появилась Арлен Дюваль.

— Я думал, теперь мы еще и вас потеряли, вдобавок к сумочке, — сказал менеджер без улыбки.

Серо-голубые глаза посмотрели на него с разоружающей искренностью.

— О, Боже, я и не представляла, что всех задерживаю. Вы же знаете, что ни одна женщина не может пройти мимо зеркала. Когда я увидела свое отражение, то сразу же достала косметичку. Боюсь, что сегодня у меня было столько дел, что я совсем забыла о своей внешности.

Хартсел сразу же успокоился, удовлетворенный объяснением, улыбнулся и снова начал рассказывать:

— Да, вы правы. Вы удивитесь, узнав, что большинство женщин при осмотре трейлеров пробегают глазами по кухонным приспособлениям, останавливаются у одного из зеркал в полный рост, осматривают себя, а потом некоторые достают косметичку и берутся за работу. Ладно, давайте запирать дверь. Для безопасности будет лучше, если я закрою ее своим ключом.

Он вставил ключ в замок и защелкнул его.

— Насколько я понимаю, этот ключ вы получили от мистера Прима? — поинтересовался адвокат.

— Конечно. Он же не мог оставить трейлер без ключа. А почему у вас возник такой вопрос?

— Я спросил просто так, из чистого любопытства.

— Подождите минутку, — остановился Хартсел. — Что-то здесь не так. Если он украл автоприцеп, то откуда у него ключ?

— У него должен был быть ключ. Я оставила трейлер запертым, — вставила Арлен Дюваль.

— Так где он его взял?

— Возможно, ключ от одного трейлера подходит ко всем остальным моделям той же серии, — предположила Делла Стрит.

— Только не у «Хелиара», — возразил Хартсел. — Это высококлассный трейлер. Фирма очень тщательно разрабатывает свои модели, они одни из лучших на нашем рынке.

— Несомненно, мистер Прим каким-то образом его раздобыл, так как вручил вам, — сделал вывод Мейсон. — А, раз ключ подходит, может, стоит спросить самого Прима, где он его взял?

— Полностью с вами согласен. Пойдемте звонить.

Они вернулись в контору. Хартсел взял в руки бумажку, оставленную Примом, набрал номер, а когда на другом конце ответили, сказал:

— Добрый вечер. Позовите, пожалуйста, мистера Прима. Это мистер Хартсел из компании «Идеал».

Остальные слышали, как из трубки доносятся какие-то звуки, потом снова заговорил Хартсел:

— Но он оставил этот номер. Он здесь не живет?.. Ховард Прим. Вы его не знаете?.. Да, да, я понял. Простите. — Хартсел положил трубку и сообщил: — Очень недовольны. Попал в квартиру. Я уже второй, кто сегодня попадает к ним и спрашивает Ховарда Прима. Никогда о нем не слышали.

— Вы не могли перепутать номер? — поинтересовался Мейсон.

— Нет. Он сам его написал. Вот посмотрите, его почерк. Здесь и адрес указан.

— А вы улицу проверяли? — поинтересовался Мейсон.

— Вы имеете в виду адрес?

— Нет, улицу, — ответил адвокат. — Мне кажется, что на ней таких номеров просто нет. Насколько я помню, она совсем короткая…

Менеджер достал карту города, разложил на столе, нашел нужную улицу, проверил номера домов, заглянул в алфавитный указатель и посмотрел на адвоката:

— Ладно, вы выиграли. Но мне нужна расписка за трейлер и заявление от вас, что вы берете на себя ответственность за доставку его своей клиентке. Поверю вам на слово, что он угнан. У вас хорошая репутация. Однако, я требую от вас письменного заявления с подписью.

— Составляйте, я подпишу, — согласился Мейсон.

— Когда вы собираетесь забрать трейлер?

— Прямо сейчас, — ответила Арлен Дюваль.

— Но вы же сказали, что вашу машину украли.

— У меня есть машина.

— А трейлер к ней можно прицепить? Буксирное устройство имеется?

— Да. Все полностью подготовлено.

— Ладно, — сказал Хартсел. — Я бы, конечно, предпочел вызвать полицейских, но раз вы не хотите, значит, не будем. Только я в этом заявлении постараюсь все оговорить, чтобы потом у меня не возникло никаких проблем.

— Я подпишу заявление в том случае, если вы укажете, что передаете трейлер Арлен Дюваль на основании моего заверения в томи, что он был у нее украден и она является истинной владелицей. Включите в заявление и то, что вы сверили номер трейлера с номером автоприцепа, проданного вами ранее мисс Дюваль.

— Справедливо, — заметил менеджер и взялся за дело.

Хартсел положил на стол чистый лист бумаги, написал несколько строк, помедлил, написал еще что-то, а потом его ручка просто стала летать над столом.

В конце-концов он протянул бумагу Мейсону.

— Вы — адвокат. Интересно, подпишите ли вы это. Мне всегда давали понять, что адвокаты никогда не подписывают никаких документов в той форме, в которой им их предоставляют.

Мейсон вынул из кармана ручку и заявил:

— Я подпишу, даже не читая.

Хартсел посмотрел на него в полном недоумении.

— Шеф, даже не читая? — тихим голосом спросила Делла Стрит.

— Ну вот, я подписал. А теперь, Делла, скопируй, пожалуйста, этот документ в блокнот. Даже если я подписал его, не читая, я хочу иметь копию того, что подписал.

Мейсон держал документ таким образом, чтобы Делла видела его и могла стенографировать. Затем Мейсон небрежно бросил его Хартселу.

— Мисс Дюваль, — обратился адвокат, — идите прицеплять трейлер к машине.

— Лечу!

Хартсел медленно встал из-за стола. Он покачал головой.

— Не могу этого переварить. Адвокат подписал документ, даже не читая. Я думал, вы всегда советуете своим клиентам обратное.

— Советуем, — подтвердил Мейсон.

Арлен Дюваль быстро сбежала по ступенькам. Менеджер подошел к двери и крикнул одному из помощников:

— Джо, помоги мисс Дюваль прицепить сегодняшний «Хелиар» к машине.

— Она его купила? — спросил помощник.

— Дважды, — улыбнулся Хартсел и вернулся в контору. — Подписал, не читая, — пробормотал он себе под нос.

— Если не возражаете, я сейчас объясню вас один пункт закона, который вам когда-нибудь может пригодиться, — предложил Мейсон. — Не исключено, что тогда вы перестанете волноваться.

— Какой еще пункт?

— Документ представляет из себя соглашение только в том случае, если он подписан, заверен печатью и формально вручен. В штате Калифорния подпись подразумевает и печать, но документ не имеет силы, пока не был формально вручен.

— И что? — спросил Хартсел.

— Я не читал его перед тем, как подписывать, но я прочитал его, когда держал в руках и мисс Стрит его копировала.

— Вы хотите сказать, что если бы в документе вас что-то не устроило, вы бы отказались мне его вручить?

— Вот именно. Я бы его порвал.

Хартсел улыбнулся.

— Теперь я спокоен. Вы меня просто ошеломили, когда подписали, не читая. Я не думал, что вы согласитесь на тот абзац о гарантиях.

— Если бы я стал с вами спорить, вы бы не отдали трейлер.

— Вы правы, — признался менеджер. — Я думаю, из вас получился бы прекрасный продавец трейлеров, мистер Мейсон.

Хартсел встал и протянул руку.

— На этот раз давайте будем разумны и станем жать в два раза слабее, — предложил Мейсон.

— Вы устанавливаете предел, — сказал Хартсел.

Мужчины пожали руки.

Мейсон и Делла Стрит отправились на площадку, где Арлен Дюваль подгоняла машину к трейлеру, давая задний ход. Сразу было видно, что у нее в этом деле большой опыт: крюк встал точно под гнездом на прицепном устройстве. Механик опустил крюк, поправил цепь и заметил:

— Прямое освещение, стоп-сигнал и электрический тормоз не совпадают, мисс…

— У меня есть розетки для «Хелиара», — сообщила она, открывая бардачок. — Подсоедините к проводам машины.

— Подумать только, вы все предусмотрели, — поразился механик.

— Вас это удивляет? — спросила Арлен Дюваль.

— Да, — сухо ответил мужчина.

Пока механик разбирался с проводами и делал подсоединение, Мейсон подошел к своей клиентке.

— Какие планы? — спросил он.

— Хочу, чтобы вы занялись моими делами и делами отца. Начало получилось прекрасное. Продолжайте в том же духе.

— Мои методы могут вам не понравиться, когда вы узнаете меня лучше.

— Почему?

— Я служу правосудию.

— Мне нравится то, что я видела до сих пор.

— Предположим, ваш отец на самом деле виновен?

— Он не виновен.

— Вы хотите, чтобы я поднял его дело?

— Определенно.

— Вы сейчас заберете трейлер с собой?

— Конечно.

— Вы куда-то несетесь в трейлере, из которого украдено все — там нет ни одеяла, ни наволочек, ни простыней, ни полотенец, ни мыла, ни продуктов.

— Вы правы.

— Но тем не менее, вы собираетесь уезжать?

— Немедленно.

— И ночевать в нем?

Она кивнула.

— Когда я вас увижу?

— Завтра утром в девять тридцать. Я принесу ваш предварительный гонорар. Огромное вам спасибо.

— Если вы хотите, чтобы я вас представлял, мне потребуется много информации.

— От меня?

— И от вас, и от других людей. Мне придется нанимать детективов.

— Нанимайте.

— Может набежать кругленькая сумма.

Она встретилась с ним глазами.

— Давайте уточним одну вещь, мистер Мейсон. Если вы возьметесь помочь моему отцу, я уполномочиваю вас на любые шаги, какие бы ни потребовались.

— Хорошо, но расходы…

— Я сказала что-нибудь о расходах?

— Нет. О них говорю я.

— Прекратите. Делайте, что считаете нужным.

— Обычно я пользуюсь услугами «Детективного Агентства Дрейка». Пол Дрейк работает на меня. Именно благодаря ему мы нашли ваш трейлер.

— Прекрасно. Нанимайте столько людей, сколько нужно.

— Есть какой-нибудь предел?

— Нет, — медленно и уверенно ответила Арлен. Внезапно она протянула в окно худую, загорелую руку и схватила Мейсона за запястье. — Не теряйте времени.

— Не совсем то место, где заканчивать разговор, — заметил адвокат.

— Возможно, но не для меня. Вперед! Делайте, что считаете необходимым.

— Не забывайте, о чем я вас предупредил, — несколько раздраженно сказал Мейсон. — За передачу этих денег властям назначено большое вознаграждение. Если вы попытаетесь срезать углы, то я воспользуюсь этим вознаграждением вместо гонорара.

— Я тоже так считаю.

— Я не шучу.

— Все готово, мисс, — крикнул механик.

— Пока. До завтра, — улыбнулась Арлен Дюваль адвокату.

4

Около девяти часов вечера Мейсон и Делла Стрит вошли в контору Пола Дрейка.

Детектив понюхал воздух и заметил:

— По вашим довольным лицам я вижу, что вы неплохо поужинали. Аромат до сих пор не пропал.

— Да, жизнь прекрасна, Пол, — сказал Мейсон, закуривая сигарету.

— Для тебя, — ответил Дрейк, доставая таблетку соды.

Детектив подошел к графину с водой, налил половину бумажного стаканчика и принял таблетку.

— Так плохо? — спросил Мейсон.

— Я сижу здесь, накручиваю диск телефона, отвечаю на звонки, посылаю своих парней на задания, руковожу ими, помогаю им, исправляю их ошибки, иногда думаю за них, проверяю отчеты, спорю с клиентами, несусь в ресторан быстрого обслуживания, хватаю жирную жареную пищу, проглатываю все на ходу, мчусь обратно и пытаюсь выяснить, что произошло за те несколько минут, что меня не было на месте.

— Ты очень много работаешь, Пол.

— Это ты сказал, не я.

— А как там наша любительница позагорать? — поинтересовался Мейсон.

— Сидит в трейлере, прицепленному к взятой напрокат машине. Выехав с площадки «Идеала», она направилась в универмаг.

— У твоих людей не возникло проблем с наблюдением за ней?

— За Арлен Дюваль направлялась целая процессия, — усмехнулся Дрейк.

— Еще кто-то?

Детектив кивнул.

— Что случилось? — спросил Мейсон.

— Твоя маленькая подружка купила одеяла, простыни, наволочки, скатерти, посуду, полотенца, мыло, продукты… Боже, Перри, она скупила пол универмага! Причем сделала все очень быстро. Казалось, она отрепетировала процедуру или делала все именно так столько раз в прошлом, что подобные мероприятия вошли у нее в привычку.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2, 3