Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Пришествие Ночи (№6) - Обнаженный Бог: Финал

ModernLib.Net / Космическая фантастика / Гамильтон Питер Ф. / Обнаженный Бог: Финал - Чтение (стр. 21)
Автор: Гамильтон Питер Ф.
Жанр: Космическая фантастика
Серия: Пришествие Ночи

 

 


— Нас держат отдельно. Этот жирный ублюдок Октавиус, предатель, приписал его к кухонной команде. Раньше я его видела каждую неделю. Но уже две недели прошло, как его последний раз приводили. Никто из них ничего мне не говорит, — она умолкла при виде странной улыбки, появившейся на лице Кингсли. — В чем дело?

— Он правду говорил.

— Кто?

— Мне сказали, что Вебстер удрал от Организации, что он был на звездном корабле. Теперь ты мне говоришь, что ты его давно не видела, а Капоне не может его найти.

— Он свободен? — осознание этого перевесило ее отвращение, и она потянулась, чтобы снова дотронуться до него.

— Похоже на то.

— Кто тебе сказал?

— Не знаю. Очень странный тип. Кларисса, поверь мне, в этой вселенной происходит гораздо больше событий, чем мы осознаем.

Она улыбнулась трагической улыбкой.

— Едва ли я могу сомневаться в словах моего покойного мужа.

— Пора идти, — внезапно сказал он.

— Куда идти?

— Тебе — куда угодно, только отсюда. Капоне должен мне это, но подозреваю, что я мог бы впутаться в неприятности, пытаясь получить с него долг. Так что уж будем делать одновременно только один шаг.

Он двинулся к дверям помещения для конференций, Кларисса робко следовала за ним. Два гангстера, бездельничающие у дверей, выпрямились, когда он приблизился. Сильвано исчез, и они не знали, что им делать.

— Я ухожу, — произнес Кингсли ровным благоразумным тоном. — Проявите понимание. Отойдите с дороги.

— Сильвано это не понравится, — сказал один из охранников.

— Тогда он должен был сказать это мне лично. Это не ваша работа, — он сосредоточился на двери, представляя себе, как она открывается.

Они попытались ему препятствовать, сфокусировав свою энергию на том, чтобы держать ее закрытой. Магическая версия кулачной борьбы.

Кингсли рассмеялся, когда дверь распахнулась. Перевел взгляд с одного охранника на другого, его брови выгнулись в насмешливом вызове. Не встречая сопротивления, он шагнул в дверь и взял за руку Клариссу.

У него за спиной один из гангстеров взял телефон из слоновой кости и торопливо набрал номер.


Джеральд осторожно шел по коридору, останавливаясь у каждой двери и убеждаясь, нет ли кого-нибудь внутри. Лорен приходилось сосредоточить все свое внимание на том, чтобы его ноги совершали верные движения. Состояние мозга мужа привело ее в ужас: обрывочные мысли, личность, впавшая в детскую растерянность, память, становившаяся все слабее и вспоминавшая с большим трудом. Только эмоции в нем сохраняли силу взрослого человека, они не могли успокаиваться под влиянием разума и размышлений. Эти эмоции побивали все, что осталось от его рациональности, острыми пиками экстремальных состояний. Он испытывал страх вместо легкого беспокойства, стыд вместо смущения.

Ей постоянно приходилось успокаивать и утешать, внушая своей поддержкой уверенность, которой так жаждет каждый ребенок. Ее присутствие было для него утешением, он все время с ней разговаривал, обрушивая на нее поток бессвязной болтовни, которая едва ли ее отвлекала.

И он был в плохой физической форме. Тяжкие раны, которые нанесли Джеральду Кирины бандиты, можно было легко вылечить при помощи энергистической силы. Но его тело постоянно оставалось холодным, а в висках он ощущал противную острую боль, которую полностью не могло снять даже энергетическое воздействие. В чем он нуждался, так это в неделе крепкого сна, в хорошем питании в течение месяца, да еще чтобы провести год на лечении у психиатра. Со всем этим придется подождать.

Они находились где-то внутри космопорта, в помещении, которое Кира заняла для себя и своей группы. Центр заговорщиков. За исключением того, что он был практически изолирован. Если не считать тех двух негодяев, которых Лорен убила, она видела еще всего троих одержимых. Никто из них не обратил на нее никакого внимания, они спешили дальше, мозги их были прочно заняты стремлением выполнить свои поручения, в чем бы они ни состояли. Салоны и холлы пустовали.

Лорен вошла в главный салон, почти знакомый своими неназойливыми украшениями и мягкой мебелью. Она достаточно часто видела это помещение из потусторонья. Обиталище Киры.

Рука Джеральда провела по шерстяной ткани на кресле. Мэри часами на нем сидела, беседуя со своими товарищами-заговорщиками. Кофеварка: она принесла ее сюда вместе с тонким фарфором. Кофе пузырился и выкипал, наполняя комнату ароматом. Его глаза устремились к двери в спальню. Мужчины, которых она туда приводила.

Лорен попробовала спросить души из потусторонья, где дочь. Но волнение и беспокойство, созданные Арнштадтом, усилили горькую какофонию их перепутанных голосов еще больше, чем обычно. Мелькнули какие-то очертания женской фигуры. Возможно, это она. Бежит вместе с группой людей по неизвестному коридору.

Лицо не так похоже на лицо Мэри, каким оно было раньше.

Лорен свирепо выругалась. Зайти так далеко. Они с Джеральдом вынесли такие ужасы, что никто бы не поверил в существование подобных. Быть так близко. Что бы всемогущее существо ни замышляло, потусторонье, безусловно, появилось и с концепцией судьбы.

Она чувствовала, что Джеральд начинает разваливаться в крайней меланхолии из-за того, что перспектива потребовать дочь снова рушится. Этого не произойдет, обещала она ему.

Проходя через гостиную, она увидела черноястреба, стоящего снаружи на подставке. Ее остановило удивление Джеральда, когда он узнал контуры «Миндори». Платформы и подвижные мостики были установлены против его грузового отсека, каждый из них ярко освещен. Вспомогательные команды в блестящих черных скафандрах устанавливали тяжелое оборудование, приспосабливая свою мощность и охладительные конвейеры к существующим возможностям космического судна. Хотя Лорен не могла понять смысла всей этой деятельности, для нее было ясно, что они собирались сбежать, как только настанет подходящее время. Считая, что это время не за горами.

Она вышла из салона и спустилась на один уровень ниже. Здесь был инженерный отсек, хотя в недавнее время никто из работников не уделял особенно много времени на внутреннее обслуживание или ремонт. Слабые желтые огни панелей на потолке освещали коридор; воздушные трубочки раздраженно жужжали, выдувая колеблющиеся струйки воздуха, но большинство из них бездействовало. Единственным признаком того, что этот отсек полностью не заброшен, являлось раздававшееся почти по инерции легкое жужжание машинного оборудования. Лорен покрутилась по помещению, пытаясь угадать направление, испытывая любопытство по поводу того, что могло здесь функционировать, когда никого рядом не видно.

Когда Лорен наконец распознала преступную дверь и открыла ее, она оказалась во вспомогательной мастерской, превращенной в кибернетический завод. Машинное оборудование было свалено рядами, как бы в злостном намерении, машины жужжали, сверлили и резали детали из металлического сырья. Между ними установлены были грубые ремни-конвейеры, приносившие только что прошедшие чеканку стволы металла, чтобы собрать их на одном конце стола. Более двух десятков неодержимых рабочих были заняты изготовлением автоматов. Верхняя обнаженная часть туловища у всех блестела от пота из-за удушливой жары, создаваемой работой машин.

Джеральд ничего этого четко не замечал, в то время как Лорен огляделась в полной растерянности. Она подошла к одному из неодержимых рабочих.

— Эй, ты! Для какого черта вся эта работа?

Мужчина вздрогнул от неожиданности, поднял голову, потом опустил ее.

— Это автоматы, — угрюмо буркнул он.

— Я вижу, но для чего они?

— Для Киры.

Это и был ответ, которого она от него ждала. Лорен взяла один из автоматов, ее руки заскользили на толстом защитном слое масла. Ни она, ни Джеральд не разбирались особенно в оружии, если не считать теоретического курса, который они оба прошли, чтобы управляться с лазерным охотничьим ружьем, которое им разрешалось иметь у себя дома. Этот автомат выглядел странно. Лорен осмотрела тот, который был уже собран. Его огнестрельная часть была слишком большой, а ствол был оторочен чем-то странным.

Память, которая не принадлежала никому из них, запенилась перед глазами Джеральда. Воспоминание о грязи и боли. О темных гуманоидных чудовищах, вооруженных сверкающими автоматами, выступающих с ужасающей непреклонностью из пелены серого дождя.

Мортонридж. Кира изготовляет тот самый вид оружия, который Конфедерация применяла в Мортонридже. Против одержимых!

Лоран еще раз оглядела мастерскую, взволнованная тем, что видит. Количество этой продукции должно измеряться сотнями штук в день. Она окружена неодержимыми, выпускающими то единственное оружие, которое может вызвать взрыв и отправить ее обратно в потусторонье в одну секунду. Если у них будут боеприпасы.

Она проверила тот автомат, который держала, стирая избыточное масло тряпочкой. Убедившись, что оно вполне может выполнять свою функцию, Лорен оставила этот заводик и отправилась искать второй такой же. Он не мог быть слишком далеко.


Монтерей находился за двести километров. Во время приближения к нему Камерона он выглядел так, как будто астероид двигается, чтобы поглотить Новую Калифорнию. Скользя вдоль полумесяца, он открыл большое окно на прогулочной палубе. Траектория полета, составляющая девяносто градусов к оси вращения, заставляла его выглядеть так, как будто скала порождала сверкающий металлический гриб, растущий прямо вверх. Это зрелище изменилось, как только Камерон повернул в космопорт, вращающийся в обратную сторону, и начал скользить параллельно вращению. Посадочная площадка была прямо перед ним, глубокая скругленная долина, вырезанная в скале, по одну сторону светились крохотные блестящие огоньки, образующие широкие круги освещения на другой. Ориентация снова переменилась, когда черноястреб приспособился к вращению астероида, преобразуя бока долины в пол и потолок. И Алю наконец стало понятно, как действует центробежная сила.

Взрыв грянул от скалы позади посадочного уступа, когда от позиции Камерона до посадки осталось около четверти пути. Он произошел в той части скалы, которая была выложена крупной металлической мозаикой и разным оборудованием. Широкий фонтан блестящего белого газа, двигающийся так неспешно, что он мог быть и жидкостью, исходящей от пробоины в центре машин и аппаратов. Крошечные частицы твердой материи крутились в нем.

Аль вынул гаванскую сигару изо рта и обернулся к окну, впившись в него недовольным взглядом.

— Что за дерьмо собачье, Камерон, какого черта? Разве флот уже здесь?

— Да нет же, Аль. В скале была брешь. Я узнавал по радио, никто не уверен в том, что происходит.

— Где это случилось-то? — Аль изо всех сил всматривался, нет ли на уступе возле хвоста газа каких-то космоястребов или людей.

— Это в индустриальном секторе, там, где ты ремонтировал завод питательной жидкости.

Аль хлопнул ладонью по окошку.

— Эта сучка! — три его небольших шрама белели снежными пятнами на пылающей щеке. Он смотрел, как плюмаж газа потихоньку тает, выставляя на обозрение мусор, который отходил от вертикальной скалы. — О'кей, она хочет открытую войну — и она ее получит!

— Аль, я получил широко транслирующееся письмо флоту. Оно от Киры.

Один из маленьких круглых иллюминаторов сбоку палубы для наблюдения замерцал, в нем появилось Кирино лицо:

— …после Арнштадта альтернативы не может быть. Флот Конфедерации приближается в большом количестве, чтобы напасть на нас. Если вы не хотите снова быть вышвырнутыми в потусторонье, мы должны перекинуться на планету. У меня имеются средства, чтобы это проделать, имеется возможность установить нашу власть на поверхности, не прибегая к платформам СО или к антиматерии. Все, чем вы в настоящий момент располагаете, ваш статус и положение могут продолжать существовать под моим покровительством. И на этот раз вам не придется рисковать собой в опасной войне, затеваемой Капоне. Его время кончилось. Обращаюсь к тем из вас, кто выбирает для себя обеспеченное будущее: свяжитесь с Луиджи, он присоединится к вам на «Швабии». Если вы последуете за ним на низкую орбиту, я обеспечу вам возможность обосноваться на поверхности. Любой, кто желает остаться и ждать прибытия флота, может чувствовать себя свободным.

— Черт возьми! — Аль схватился за черный телефон. — Камерон, найди мне Сильвано.

— Он здесь, босс.

— Сильвано! — завопил Аль. — Ты слушаешь Киру?

— Я ее слышу, босс, — прохрипел голос лейтенанта.

— Вели Эммету тормозить любой корабль, который не стоит на месте, пусть он хоть к чертям им велит отправиться. Позже я сам обращусь к флоту. И я хочу, чтобы это трахающее обращение было прекращено. Немедленно! Пошли отряд наших солдат, пусть окружат ее владения и не выпускают оттуда никого. Я собираюсь явиться туда сам и лично с ней разобраться. Сегодня же ночью она отправится спать с рыбами.

— Будет сделано.

— Я сажусь с минуты на минуту. Хочу, чтобы ты и еще несколько ребят встретили меня. Верных ребят, Сильвано.

— Мы будем ждать.


Луиджи прибыл к стыковочной оси в прекрасном самочувствии. Ожидание и интриги надоели ему, слишком это походило на плутание в темноте. Он не принадлежал к открытым людям. Кира настояла, чтобы он вел себя сдержанно, он все еще бегал за этим ничтожеством Малоне в гимнастическом зале, откапывая всякое дерьмо для неодержимых. Редко ему удавалось выбираться наружу, чтобы встречаться со старыми друзьями, летающими на военных кораблях Организации, между такими случаями были большие промежутки, и во время этих встреч он только ронял несколько слов подстрекательства, сажая семена сомнения.

Всякий раз после этого он возвращался к Кире и уверял ее, что флот начинает терять терпение с Капоне. Что так и было. Но он немного преувеличивал данные, желая отрезать себе кусок пирога побольше.

Теперь это уже не имело значения. Он вышел из сволочного подвальчика Малоне, как только стало известно об Арнштадте, он не стал даже ждать ее вызова. Вот он, их шанс. Как только он снова покажется там, вместе с флотом, все эти цифры ничего не станут значить. Они снова за ним пойдут, он это знал. Он всегда был в хороших отношениях с лейтенантами, они его уважали.

Большая промежуточная станция в центре оси была почти пуста, когда он вылез из туннеля. Он поплыл по воздуху к дверям кабин.

Мужчина и женщина проскользнули перед ним, пересекли ему дорогу. Это разозлило Луиджи, но здесь было неподходящее место, чтобы закатывать сцены. Десять минут, всего десять минут, и он снова окажется внутри космического корабля, среди командиров.

— А я тебя помню, — сказал Кингсли Прайор. — Ты был одним из лейтенантов Капоне.

— Тебе-то до этого что, приятель? — огрызнулся Луиджи.

Ему было никак не привыкнуть жить со всеми этими подталкиваниями локтем и перешептываниями, которые везде его сопровождали, как будто он тип, который пристает к малолетним во время пробежки.

— Ничего. К кораблю отправляешься?

— Да. Верно.

— Это славно, — сказал Кингсли. — Мы тоже.

Двери отворились, обнажая пустую внутренность кабины. Кингсли вежливо протянул руку:

— После вас.


После душа Джеззибелла пошла вдоль кровати, осматривая каждое из платьев, которые выложила Либби. Проблема заключалась в том, что ни одно из них не было новым. Она уже надевала весь свой гардероб с тех пор, как связалась с Алем. «Мне нужна новая одежда». Это никогда не было проблемой, когда она ездила с турами. Одежда была такой мизерной частью концертного бюджета, что компания никогда не отказывалась платить, если Джеззибелла покупала себе новую экипировку на каждой планете. Не то чтобы ей приходилось это делать. Каждая вновь заселяемая звездная система колонизировалась горячими молодыми дизайнерами, которые просто убили бы ее, если бы она только посмотрела на их ценники.

Она вздохнула и снова оглядела весь ряд. Наверное, надо выбрать голубое с зеленым летнее платье с широкими плечами и мини-юбкой, и надеть на похожую на девочку симпатичную личность.

Крошечные кожные чешуйки начали сжиматься и расширяться в ответ на нажимаемые ею знаки клавиатуры, добавляя маленькие изменения к выражению ее лица, так чтобы она выглядела одновременно интригующей и вызывающей доверие. Текстура кожи смягчилась, приобретая здоровый молодой блеск. Снова двадцать пять.

Джеззибелла подошла к стоящим под углом на туалетном столике зеркалам, чтобы проверить, как она выглядит. С глазами что-то было не так, они имеют слишком напряженное выражение, их недостаточно ужасал и волновал прекрасный таинственный мир, который они исследовали. Портрет не особенно исполнительной личности, цепляющейся за свое прошлое. Она нахмурилась, глядя на другие образцы: иное выражение вовсе не подходило этому лицу. Кожные чешуйки опять выглядели скверно. Всегда сначала изнашиваются участки вокруг глаз. Ее запас для замены не так уж велик. И планета не могла восполнить этот недостаток; ее запасы всегда приходят прямо с Тропиканы — одного из адамистских миров, где смягчены законы биотеха.

— Либби! — закричала Джеззибелла. — Либби, иди сюда и принеси тот пакет.

Милая старушка совсем недавно делала чудеса, терпеливо разглаживая кусочки кожи, поистине мастерским прикосновением проходясь по увядшему покрытию. Но даже ее волшебство не могло длительно действовать, когда не образуются новые чешуйки. Джеззибелле не хотелось над этим размышлять.

— Либби, подними же свою артритную задницу и сейчас же иди сюда!

В спальню вошли Кира, Хадсон Проктор и трое громил; они прошли прямо сквозь дверь, не открывая ее, как будто бы дерево было просто окрашенным воздухом. Все пятеро держали в руках автоматы, заряженные статистическими пулями.

— Любуемся своим возрастом, да? — сладким голосом пропела Кира.

Джеззибелла сдержала шок и поднимающийся страх, Кира сможет это разглядеть и получит удовлетворение. Ее мозг проскользнул прямо в личность этой императрицы, без помощи ее разъединившейся нейросети.

— Пришла сюда навести красоту, Кира?

— Это лицо не нуждается в косметике. Оно естественное. И тело тоже. Не то что у тебя.

— Жаль, ты не умеешь им как следует пользоваться. Мне бы такие груди — да я бы всей галактикой управляла. А все, что у тебя есть — это двадцать слабоумных мужиков, у которых эрекция оттянула всю кровь от мозгов. Ты их не можешь вдохновить, ты просто шлюха. Ничего себе, сила — не говоря уже о том, что она в состоянии сделать.

Кира сделала шаг вперед, ее спокойствие восстановилось быстро.

— Ох уж этот твой язык, всегда-то он был для меня проблемой.

— Ты опять не права, за ним стоит острейший мозг, который всегда одерживает над тобой верх.

— Да убей ты эту потаскушку, — рыкнул Хадсон Проктор. — Нет у нас на нее времени, нам его нужно найти.

Кира подняла свой автомат и легко коснулась кончика ствола, направив его на шею Джеззибеллы. Внимательно проследив за реакцией, она опустила ствол, дразняще распахивая толстый белый халат.

— О нет, — пробормотала она. — Если мы ее убьем, она сразу станет нам ровней. Так ведь?

— Долго же мне придется опускаться, чтобы дойти до этого уровня!

Кире пришлось вытянуть руку, чтобы сдержать Хадсона Проктора.

— Посмотри, что ты натворила, — упрекнула она Джеззибеллу. — Расстраиваешь моих друзей.

На лице Джеззибеллы появилась насмешка. Она не должна была даже ничего говорить.

Кира кивнула в знак неохотного подчинения правилам личного поединка. Вернула задравшийся халат в его первоначальное состояние.

— Где он?

— Ах, пожалуйста. По крайней мере, поугрожайте мне.

— Очень хорошо. Я не дам тебе умереть. И власть на это у меня есть. Как тебе это?

— Ради всего траханья, — сказал Проктор Хадсон. — Отдай ее мне. Я уж обнаружу, куда он делся.

Кира окинула его жалостливым взглядом:

— В самом деле? Будешь ее насиловать, пока она не капитулирует, или просто станешь ее бить, пока она тебе не скажет?

— Да уж как понадобится.

— Если бы я считала, что вы можете победить, я бы к вам присоединилась с самого начала, — просто сказала Джеззибелла. — Но вы не можете, вот я и не с вами.

— Правила игры изменились, — сказала Кира. — Флот Конфедерации разрушил наши корабли у Арнштадта. Они идут сюда. Новая Калифорния должна отбыть вместе с нами. И единственный, кто этому препятствует — это Капоне.

— Жизнь — потаскушка, смерть — трагедия, тут-то вы со мной и встретитесь.

— Один из лучших твоих лирических образцов. Жаль, что тебя даже за него не вспомнят.

Процессорный блок, который Джеззибелла оставила на туалетном столике, начал гудеть, издавая тревожные сигналы.

— Как раз вовремя, — обрадовалась Кира. — Это моя команда разделывается с заводом Капоне. Я прикрываюсь на случай, если он начнет сбивать моих черноястребов. Не то чтобы я так уж стремилась снова отправить его персонально в потусторонье. Одному из моих воздыхателей уже однажды была поручена такая работа. Но я предвидела, что сама могу там оказаться. Так что ты еще раз испортила мне все удовольствие, — Кира подняла палец. Длинное желтое пламя вырвалось из кончика и плясало перед стоическим лицом Джеззибеллы. — Давай-ка проверим, так ли уж я была не права, когда не могла победить тебя силой, а? После всех усилий я думаю, что я заслуживаю того, чтобы как-то отплатить.

Пламя сделалось голубым, съеживаясь, пока не превратилось в маленькую, очень горячую горелку.


Жизнь в офисе Эммета Морддена стала лихорадочной. Установленные экраны прикрывали картины взрыва завода, производящего питательную жидкость, показывая изображения уцелевших камер и датчиков наряду с обычными схематичными планами этого отдела. Кто бы ни поместил туда бомбу, он знал, что делает. Взрыв снял большой сегмент внешней стены, раскрошил помещенные внутри аппараты и машины и разорвал силовые кабели и провода датчиков. Из-за сброса давления произошли еще дальнейшие разрушения, лопнули трубы и синтезаторы. По крайней мере не вспыхнули пожары, из-за вакуума можно было знать это точно.

Эммет был занят координацией с менеджером по планированию, пытаясь убедиться, что все, кто выдержал взрыв, остались в безопасности за гидравлическими дверьми или в помещениях неотложной медицинской помощи; они вели подсчеты уцелевших. Медицинские группы выехали.

Пояс датчиков СО показался на самом большом экране с оперативным прикрытием. Он показал дальнодействующие датчики, направленные на векторы высокой орбиты, где, как предполагалось, должны были патрулировать черноястребы. Не хватало шести из них. Сканер также показал двух черноястребов, прибывших, чтобы воспользоваться преимуществами бреши.

Все еще совершался руководимый Эмметом анализ вируса в блоке Бернарда, заполняя один голографический экран кубическими буквенно-цифровыми обозначениями. У него не было времени даже на то, чтобы временно приостановить этот процесс.

Несколько вопросов из его настольного блока проходили по внутренней памяти астероида, ища сведений о военной истории тиратка и о туманности Ориона. Аль хотел с ними ознакомиться. До сих пор они обнаружили довольно мало файлов. И все они — о солдатском замке. Ни в один из них он не влезал.

Еще с одного экрана самодовольно улыбалось лицо Киры, ее утонченный голос раскатывался по комнате, объясняя флоту, что они должны повернуть назад, против Капоне, и эмигрировать вниз на планету вместе с ней. Экран рядом подрагивал, коммуникационная сеть астероида передавала программу, которая прослеживалась при помощи антенны, она пользовалась там, где ее ввод входил в сеть.

Сеть датчиков СО вспыхнула, передавая тревогу. «Швабия» вышла из своего места в доке и немедленно начала прыжок. Эти олухи даже не очистили выход!

Запищал неотложный сигнал блока у него на столе.

— Что там еще? — заорал Эммет.

— Эммет, это Сильвано. У меня поручение от босса.

— Я именно теперь немного занят.

Он развернулся лицом к дисплею коммуникационных сетей. Секции пропадали. Начали появляться предостережения о вирусах.

— Отправляйся в контрольный центр и убедись, что флот остается на страже. Если кто-нибудь вырывается на поверхность, применяй к этим сволочам оружие СО. Понял?

— Да, но…

— Выполняй, мать твою!

Блок умолк, точно мертвый.

Эммет оскалил на него зубы, единственное, чем он мог выразить неуважение к тому, кто, наводя страх, пытается заставить его выполнять распоряжения Аля. У него ушло некоторое время, чтобы загрузить два-три приказа в настольный процессор, чтобы запустить вирус в офисное оборудование, затем он выбежал и помчался по коридору.

Массивная дверь в контрольный центр отворилась. В каких-то сантиметрах перед ним воздух разрывали зубчатые полоски белого пламени. Выли сирены тревоги, а ярко-красные огни жгли его оптические нервы. Слои дыма метались по коридору. Эммет в панике закричал и спрятался за консолью, ощущая вокруг себя затвердевший воздушный пузырь. На его границе лопнули два огненных шара. Инстинктивно Эммет отправил белый огонь себе за спину, туда, откуда он появился. Огонь резко зашипел, превратившись в поток пурпурной пены, расплывшейся на потолке.

— Какого дьявола здесь происходит? — заорал Эммет.

Он чувствовал две ясно различимые группы мозгов контрольного центра, сгрудившиеся в противоположных концах помещения. Большая часть пультов, находящихся между ними, была залита дымом, он бурлил и корчился, поглощая пламя, в то время как оно вылизывало в дыму ощутимые дыры.

— Эммет, это ты? Кирины подонки пытались замкнуть сеть СО. Мы их остановили. Одного прихлопнули.

Несмотря на близость смерти, Эммет оторвал одну руку от своей головы, чтобы снова оглядеться. Остановили — что? — подумал он недоверчиво. Центр сделался сплошной развалиной.

— Эммет! — взывал к нему Юл фон Хольгер. — Эммет, вели своим ребятам все здесь бросить. Мы победили, и ты это знаешь. Флот скоро будет здесь, а он не берет никого в плен. Мы должны спускаться на планету.

— Ох, дьявольщина, — прошептал Эммет.

— Эммет, помогай нам, — призвали его голоса из клики Капоне. — Мы сможем исхлестать их задницы.

— Положи ты этому конец, Эммет, — звал Юл. — Иди за нами. Будешь невредим.

Белое пламя хлестало быстрее, его яркость возрастала. Эммет сильнее скорчился, пытаясь отгородиться от всего этого.


Сверкающая алая ракета медленно приблизилась к краю посадочной площадки, пробираясь к возвышению, расположенному всего в шестидесяти метрах от вертикальной скальной стены. Она удобно устроилась, и вытянутый металлический шлюз выдвинулся вперед от поверхности скалы, чтобы найти люк черноястреба. Они соединились.

Аль Капоне затопал по туннелю в приемный зал, крепко зажав в правой руке биту для бейсбола. Его лейтенанты ждали его. Сильвано и Патриция с угрюмыми лицами, но, очевидно, готовые к сражению. Лерой рядом с ними, отчаянно волнуясь о том, чтобы доказать свою верность. Полукруг, состоящий из еще десятка людей, держался позади них, наделенных равными полномочиями, одетых в свои лучшие костюмы с иголочки, они держали наготове сверкающие автоматы Томпсона.

Аль огляделся и кивнул, довольный зрелищем. Он предпочел бы старых друзей, но и эти сойдут.

— О'кей, мы все знаем, чего хочет Кира. Эта дама бежит, перепугавшись флота и русского адмирала. Что ж, теперь мы увидели, что сделают эти подонки, когда они стоят спиной к стене. То есть я хочу сказать, гораздо важнее, чем всегда, стоять здесь и прикрывать их задницы. У нас все еще имеется антиматерия, масса антиматерии. Это означает, что мы нанесем удар там, где особенно больно, мы можем сделать им предложение. Если эти федераты не прекратят нас дурачить, каждая планета, которой они владеют, с этих пор и дальше будет жить в страхе перед нами. Это единственный способ быть уверенными. Всю свою жизнь я прожил с тем, что во мне нуждались, и я-то уж знаю, как обращаться с дерьмом такого рода. Никогда вы не должны ослаблять бдительность. Никогда. Вы должны вести себя так, как будто вы самые ничтожные обитатели улиц, чтобы заставить их прекратить играть вами. Если вас не будут уважать, не будут и бояться, — он похлопал верхушкой бейсбольной биты свою левую ладонь. — Я должен сказать это Кире лично.

— Мы с тобой, Аль, — выкрикнул кто-то.

Полукруг гангстеров расступился, и Аль шагнул вперед.

— Сильвано, мы знаем, где она?

— Думаю, она в отель пошла, Аль. Мы не можем до них дозвониться по телефону. Микки отправился туда взглянуть. Позвонит, если найдет ее.

— А что слышно о Джез?

Сильвано обменялся быстрым взглядом с Лероем.

— Мы полагаем, она все еще там, Аль. Там при ней двое наших ребят. Она будет в порядке.

— Лучше бы, чтоб была, — пробормотал Аль.

Он посмотрел вперед, чтобы увидеть Аврама Харвуда III, который стоял в дверях зала. Этот человек был всеобщей технической помощью. Он тяжело дышал, из его незаживших ран сочилась на бледную влажную кожу творожистая жидкость, он едва стоял на ногах.

— Я майор, — прохрипел Аврам. — Меня положено уважать. Вот так-то, ты, штучка, — он хихикнул.

— Авви, пес тебя дери, убирайся с глаз моих! — рявкнул Аль.

— Кира оказывала мне уважение, — Аврам поднял свой автомат со статическими пулями. — Теперь твоя очередь.

Уровень управления зарядом был поставлен на максимум. Он нажал на спуск.

Аль уже успел отскочить с дороги. Сильвано поднимал своего Томпсона. Лерой поднял обе руки, неистово крича:

— Не-ет! — во всю силу своих легких.

Остальные гангстеры нырнули на пол или стали целиться в Аврама.

В помещении начали разрываться заряженные электричеством пули. Линия связи загорелась дрожащим голубовато-белым светом и издавала драконий рык. Аль стукнул по полу, как раз когда тело первого одержимого воспламенилось, представив собой характерное зрелище. Яркость световых излучений лишила всех присутствующих зрения. По ним прошла шоковая волна жара, обжигая открытую кожу, опаляя волосы. Воспламенилось еще одно тело.

Аль закричал от неприкрытой ярости, метнув белую шаровую молнию, такой же силы, как разрушительное горение плоти. Восемь таких же сгустков пламени ударились о тело Аврама Харвуда, моментально превратив в пар его туловище между россыпью золы и потоком крови. Руки, которые только что были вытянуты, упали на тающий ковер вместе с его обрушившимися ногами. Жар взорвал все химические пули, оставшиеся в магазине автомата, когда оружие упало, посылая смертельный залп осколков, чтобы они вонзились в стены и в живую плоть.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44