Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Анита Блейк (№1) - Запретный плод

ModernLib.Net / Ужасы и мистика / Гамильтон Лорел / Запретный плод - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 4)
Автор: Гамильтон Лорел
Жанр: Ужасы и мистика
Серия: Анита Блейк

 

 


– Жан-Клод! – завопила я.

Воздух наполнился высокими писками, отдававшимися эхом, как из тоннеля. Я отступила к дальнему краю ступеней. И увидела его. Тоннель, прорезанный в стене почти в человеческий рост. Крысы хлынули оттуда густой мохнатой волной, пища и кусаясь. Они выхлестнули из дыры, покрывая пол.

– Жан-Клод! – Я колотила в дверь, дергала прутья – все то же, что уже делала раньше. Бесполезно. Не выйти. Я ударила в дверь ногой и вскрикнула: – Проклятие!

Звук отразился от каменных стен и почти заглушил шуршание тысяч коготков.

– Они не придут, пока мы не закончим.

Я застыла с руками на двери и медленно повернулась. Голос шел из камеры. Пол кишел и дергался грудой мохнатых телец. Высокий писк, густой шорох шерсти, цоканье тысяч коготков. Тысячи их, тысячи.

Как скалы в мохнатом прибое, сидели в камере четыре гигантские крысы. Одна из них смотрела на меня черными пуговицами глаз. И ничего крысиного в этом взгляде не было. Он был разумный, человечий. Я никогда раньше не видела крыс-оборотней; я впервые увидела их сейчас.

Одна из фигур встала на полусогнутых задних ногах, и лицо ее было узкое, крысиное. Как мясистая веревка, обвился вокруг согнутых ног голый хвост. Она – нет, это определенно был он – вытянул когтистую руку.

– Иди к нам, человек.

Голос звучал низкими, почти меховыми интонациями, только чуть с примесью визга. Каждое слово произносилось точно, но чуть-чуть неправильно. Губы крыс не созданы для речи.

Я не пойду туда вниз. Ни за что. Сердце поднялось к горлу. Я знала человека, который пережил нападение вервольфа, еле выжил, но вервольфом не стал. Знала я другого, который от едва заметной царапины стал вертигром. Есть шанс, что из-за одной царапины я через месяц буду щеголять меховой рожей с глазами-пуговицами и желтыми клыками. О, Боже.

– Иди к нам, человек. Поиграем.

Я тяжело сглотнула слюну, будто пытаясь вернуть сердце на место.

– Что-то не хочется.

Он рассмеялся шипящим смехом.

– Мы поднимемся и тебя приведем. – Он зашагал через толпу малых крыс, которые с ужасом от него разбегались, перепрыгивая друг через друга, чтобы избежать его прикосновения. Он остановился у подножия ступеней, глядя вверх на меня. Мех его был темно-медового цвета с примесью блондинистых прядей. – Если мы тебя стащим вниз, тебе это не очень понравится.

Я еще раз проглотила слюну. Я ему верила. Потянулась за ножом и нашла пустые ножны. Конечно, вампиры его забрали. Черт возьми.

– Давай, человек! Спускайся с нами играть!

– Если я тебе нужна, поднимись и поймай меня.

Он завернул хвост кольцом, пропустил его через руки. Одна когтистая рука стала чесать мех на брюхе и спустилась ниже. Я смотрела ему в лицо пристально, и он засмеялся.

– Приведите ее.

Две крысы размером с собаку двинулись к лестнице. Какая-то мелкая крыса пискнула и покатилась у них из-под ног. Она издала высокий жалкий визг и затихла, дергаясь, пока ее не накрыл ковер других крыс. Хрустнули мелкие косточки. Все пойдет в дело.

Я прижалась к двери, будто могла через нее просочиться. Две крысы полезли вверх – гладкие откормленные животные. Но ничего животного не было в их взгляде. Взгляд был человеческий.

– Постой!

Крысы остановились.

– Да? – спросил человек-крыса.

– Чего вы хотите?

– Николаос велела нам тебя развлечь, пока ты ждешь.

– Это не ответ на мой вопрос. Что вы хотите, чтобы я делала?

Губы отъехали назад, обнажив желтоватые зубы. Это было похоже на оскал, но означать должно было улыбку.

– Сойди к нам, человек. Коснись нас, дай нам коснуться тебя. Дай нам научить тебя радости меха и зубов.

Он почесал мех у себя между ляжками. Это привлекло мое внимание к нему, к тому, что между ногами. Я отвернулась и вспыхнула. Черт побери, я краснею!

Но голос мой прозвучал почти ровно.

– И вот это должно произвести на меня впечатление?

Он на миг застыл, потом зарычал:

– Стащить ее вниз!

Великолепно, Анита. Ты его разозлила. Намекнула, что его хозяйство по размеру маловато.

Его шипящий смех пробежал по моей коже холодной волной.

– Мы сегодня поразвлечемся. Это я тебе обещаю.

Гигантские крысы шли вверх, под шкурой перекатывались мускулы, толстые, как проволока, усы яростно шевелились. Я прижалась спиной к двери и стала соскальзывать вдоль дерева.

– Пожалуйста, прошу вас, не надо.

Голос у меня звучал таким напуганным писком, что мне самой противно стало.

– Как ты быстро сломалась. Даже обидно, – сказал человек-крыса.

Две огромные крысы были совсем рядом. Я прижалась к двери спиной, задрала ноги, согнув колени, выставив каблуки, слегка приподняв носки. Коготь коснулся моей ноги, меня передернуло, но я выжидала. Ошибиться нельзя. Господи, прошу тебя, только пусть они не ранят меня до крови. Усы заскребли мне по лицу, мохнатый вес навалился сверху.

Я ударила, обе ноги точно стукнули в крысу. Она встала на задние лапы и опрокинулась на спину. Задергалась, хлеща хвостом. Я бросилась вперед и ударила ее в грудь. Крыса перевалилась за край ступеней. Вторая крыса припала к земле, издав глубокий горловой звук. Я видела, как напряглись ее мышцы, и припала на одно колено. Если крыса ударит в меня стоящую, я свалюсь за край. Я от него в нескольких дюймах.

Она прыгнула. Я бросилась на пол и перекатилась. Ногами и одной рукой я подтолкнула ее летящее тело. Крыса перелетела через меня и скрылась из виду. Пока она падала, слышался испуганный визг. Потом – тяжелый глухой звук. Удовлетворительно. Вряд ли хоть одна из них мертва, но в этих обстоятельствах это было все, что я могла сделать.

Я снова встала спиной к двери. Крысолюд больше не улыбался. Тогда я улыбнулась ему своей самой ангельской улыбкой. Она не произвела впечатления.

Он сделал движение, будто рассекая воздух. Мелкие крысы бросились, повинуясь движению его руки. По ступеням стал подниматься кипящий прилив мохнатых тел.

Я многих из них могла бы убить, но не всех. Если бы он захотел, они съели бы меня заживо тысячами мелких укусов.

Крысы текли вокруг моих ног, копошась и ссорясь. Тельца их стукались о мои сапоги. Одна вытянулась во весь рост, стараясь добраться до края сапога. Я отбросила ее ногой. Она с писком исчезла за краем.

На меня прыгнула крыса, цепляясь коготками за блузку. И повисла, разрывая ткань. Я схватила ее поперек туловища. Зубы сомкнулись в мякоти моей руки, промахнувшись мимо кости. Я взвизгнула, пытаясь стряхнуть крысу. Она повисла на моей руке мерзкой серьгой. Кровь бежала по ее шерсти. Еще одна крыса прыгнула на блузку.

Крысолюд улыбался.

Еще одна полезла к моему лицу. Я схватила ее за хвост и отшвырнула. И завопила:

– А сам подойти боишься? Ты меня боишься? – Голос мой был тонок от страха, но я это сказала: – Твои друзья получают раны, делая то, что ты боишься сделать сам? Так? Так?

Гигантские крысы перевели взгляд с меня на крысолюда. Он глянул на них.

– Я не боюсь людей!

– Тогда иди и поймай меня сам, если можешь!

Крыса оторвалась от моей руки с фонтаном крови. Кожа между большим и указательным пальцем была разорвана.

Мелкие крысы забегали в нерешительности, дико оглядываясь по сторонам. Одна застыла на полпути вверх по моим джинсам. И плюхнулась на пол.

– Я не боюсь!

– Докажи!

Мой голос звучал чуть увереннее – как у девятилетней девочки, а не пятилетней.

Гигантские крысы смотрели на вожака – внимательно, взвешивая, ожидая. Он сделал то же режущее движение, только в другую сторону. Крысы пискнули, встали на задние лапы, оглядываясь, будто не в силах поверить, но потекли вниз по ступеням, откуда пришли.

Я прислонилась к двери, прижав к груди раненую руку. Колени подкашивались. Крысолюд направился вверх по ступеням. Он уверенно шел на мохнатых пятках, впиваясь в камень крепкими когтями. Оборотни сильнее и быстрее людей. Без ментальных фокусов, без манипулирования – просто сильнее и быстрее. И крысолюда мне врасплох не застать, как я собиралась поначалу. Сомнительно, что мне удастся его так разозлить, чтобы он сделал глупость, но надежда есть всегда. Я была ранена и безоружна перед превосходящим меня по силам противником. Если я не заставлю его сделать ошибку, я буду в глубокой дыре.

Между зубами высунулся извилистый и длинный розовый язык.

– Свежая кровь. – Он глубоко втянул воздух. – От тебя воняет страхом, человек. Кровь и страх – пахнет для меня отличным обедом.

Язык задергался, и он засмеялся мне в лицо.

Я сунула здоровую руку за спину, будто у меня там что-то было.

– Иди ближе, крысолюд, посмотрим, как тебе нравится серебро.

Оборотень застыл, пригнувшись в стойке на верхней ступени.

– У тебя нет серебра.

– Готов рискнуть жизнью?

Он сцепил когтистые руки. Одна из больших крыс что-то пискнула. Он огрызнулся вниз на нее:

– Я не боюсь!

Если они будут его подначивать, мой блеф может не сработать.

– Ты видел, что я сделала с твоими друзьями. И это без оружия.

Мой голос звучал уверенно и ровно. Молодец я.

Он оглядел меня большим кожистым глазом. Мех его блестел в свете факелов, как свежевымытый. Он чуть подпрыгнул, оставаясь вне пределов досягаемости.

– Никогда не видала белобрысой крысы, – сказала я. Все что угодно, лишь бы заполнить молчание, лишь бы он не сделал последнего шага. Наверняка Жан-Клод скоро придет за мной. Я засмеялась резко и полузадушено.

Крысолюд застыл, глядя на меня.

– Ты чего это смеешься? – спросил он, и в голосе слышалась легкая тревога. Отлично.

– Я подумала, что скоро придут вампиры и спасут меня. Признай, что это смешно.

Ему это смешным не показалось. Вообще многие моих шуток не понимают. Не будь я так в себе уверена, я бы могла подумать, что они не смешные.

Я пошевелила рукой за спиной, все еще притворяясь, будто в ней нож. Одна из гигантских крыс пискнула, и даже я услышала в этом писке насмешку. Если он поддастся на мой блеф, ему потом не жить. А если нет, то не жить мне.

Как правило, человек, имеющий дело с крысой-оборотнем, впадает от омерзения в оцепенение или в панику. Но у меня было время свыкнуться с этой мыслью. Я не упаду в обморок, когда он меня коснется. Есть одно возможное решение, которое даст мне спастись. Если я ошибаюсь, он меня убьет. Что ж, лучше мертвой, чем мохнатой. Если он нападет, пусть лучше сразу убивает. Крыса – это не тот вид оборотня, который я бы выбрала в первую очередь. Если не повезет, заразиться можно от малейшей царапины.

Если повезет и если успеть, можно пойти в больницу на прививки. Вроде как от бешенства. Иногда они помогают, иногда сами заражают ликантропией.

Он обернул длинный голый хвост вокруг собственных рук.

– Ты доставалась когда-нибудь оборотню?

Я не знала точно, имеет он в виду секс или еду. Ни то, ни другое не звучало приятно. Ему надо расхрабриться, и он нападет на меня, когда будет готов. А мне надо было, чтобы он напал, когда я буду готова.

Я решила в пользу секса и ответила:

– У тебя нет того, что для этого нужно, крысолюд.

Он застыл, опуская руки вдоль тела, прочесывая когтями мех.

– Сейчас посмотрим, что у кого есть, человек.

– А по-другому тебе никто не дает – только насильно? Ты и в человеческом виде такой же урод, как сейчас?

Он зашипел, оскалив зубы. Звук поднялся из самого его тела, глубокий и высокий, рычащий визг. Никогда ничего подобного не слыхала. Он наполнил всю комнату шипящими раскатами эха. Плечи крысолюда сгорбились.

Я задержала дыхание. Я вывела его из терпения. Теперь посмотрим, сработает мой план или крыса меня убьет. Он прыгнул вперед. Я бросилась на пол, но он этого ждал. С невероятной скоростью он налетел на меня, вытянув когти и вопя мне в лицо.

Я поджала ноги, иначе он оказался бы на мне. Он схватил меня когтистой лапой за колено и стал давить вниз. Я обхватила руками колени, сопротивляясь, но это было, как сопротивляться движущейся стали. Он снова завопил и зашипел, плюясь мне в лицо. Приподнялся на колени, что бы давить мои ноги вниз из более удобной позиции. Я ударила ногами изо всех сил. Он видел удар и попытался отскочить, но обе мои ноги ударили его точно в пах. Удар подбросил его с колен, и он хлопнулся на площадку, скребя когтями по камню и с визгом пытаясь вдохнуть. Кажется, он не мог набрать воздух.

Из тоннеля выскребся второй крысолюд, и крысы забегали повсюду, визжа и пища. А я просто сидела на площадке подальше от извивающегося крысолюда, и ощущала только злость и усталость.

Черт побери, так нечестно! Плохим парням не полагается подкрепление, когда у них и так численное превосходство! У этого нового мех был черный, угольно-черный. На чуть согнутых ногах были надеты обрезанные выше колен джинсы. Он плавным движением показал в сторону от себя.

Сердце снова поднялось к горлу, пульс колотился бешено. По коже мурашками ползли воспоминания о ползающих мохнатых телах. Рука болезненно пульсировала в месте укуса. Они сейчас меня разорвут.

– Жан-Клод!

Крысы текучим бурым приливом бросились прочь от лестницы, пища и спеша в тоннель. Я только пялилась: Большие крысы обратились к нему, носами и лапами показывая на упавшую гигантскую крысу.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4