Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Ксанф (№13) - Взрослые тайны

ModernLib.Net / Юмористическая фантастика / Энтони Пирс / Взрослые тайны - Чтение (стр. 13)
Автор: Энтони Пирс
Жанр: Юмористическая фантастика
Серия: Ксанф

 

 


Наконец, впереди стала вырисовываться темная громада со множеством мерцающих огоньков — Гоблинов Горб.

Когда чудовищный сфинкс, сотрясая поступью землю, приблизился к подножию горы, из всех нор повыскакивали бесчисленные гоблины с острыми палками, дубинками и оплывшими факелами. Теперь Горб смахивал на растревоженный муравейник.

— Скажите Голди, что я вернулась с детенышем! — крикнула Годива, взобравшись на голову Дольфа и вызывающе взмахнув волосами.

Суматоха на горе усилилась. Дольф, не желая иметь дело с толпой, ждал, когда появится кто-либо из вожаков.

Наконец по каменистой тропе спустилась и остановилась перед сфинксом важная с виду женщина.

— Подними меня, Годива, — велела она и тут же, по мановению волшебной палочки, взмыла в воздух и опустилась на сфинксову спину. Дольф обернулся и увидел, как две очень похожие друг на дружку (хотя одна была старше и стригла волосы) гоблинши крепко обнялись.

— Что так долго? — спросила старшая.

— Детеныша я добыла, матушка, — ответила Годива. — Но на обратном пути возникли осложнения.

— Это из-за проклятия Мэрфи, — простодушно пояснила Электра.

Гоблинша нахмурилась. Дольф уже сообразил, что перед ним знаменитая Голди, получившая власть благодаря волшебной палочке. Он видел ее на Гобелене, когда просматривал историю огра Загремела. Правда, тогда она была молода и прекрасна, а теперь стара и угрюма.

— Ясно. А кто это с тобой?

— У нас с ними уговор. Они доставили к нам детеныша и теперь уйдут.

— Вот и хорошо. Опусти сначала меня, а потом кентавра.

— И меня, — потребовала Дженни.

— Постойте! — воскликнула Нада. — Дженни нельзя делать пленницей.

— Че мой друг! — заявила девочка. — Я хочу остаться с ним.

Годива покосилась на кентавра.

— Насчет эльфийских девчонок уговора не было.

—  — Мы друзья, — сказал Че. — Я хотел бы, чтобы она осталась со мной.

Похоже, это требование никого не обрадовало, но эльфесса имела полное право сама выбрать свою участь.

— Ты понимаешь, что как только вступишь на Горб, назад тебя не выпустят? — спросила Голди, глядя на Дженни в упор.

— Да, — ответила девочка. Вряд ли ее вдохновляла подобная перспектива, но ей не хотелось покидать Че. — Я пойду, только возьму с собой Сэмми. — Она подхватила кота на руки.

— Как хочешь.

Голди дала знак Годиве и, резко взмыв вверх, опустилась на землю. Таким же манером вниз были переправлены Че, Дженни с Сэмми, а также Придурок, Недоумок и Идиот.

Потом Годива бросила палочку матери, и та спустила наземь саму Годиву:

Все они гуськом побрели на гору сквозь ряды вооруженных гоблинов.

— Ох, не нравится мне все это! — промолвила Нада, со слезами на глазах глядя вслед удаляющейся процессии. И высказала при этом общее мнение.

Дольф попятился, а потом обогнул гору и направился на юг. Делать здесь было больше нечего.



Глава 9

СЛОЖНАЯ СИТУАЦИЯ


Черион пребывал в расстройстве, ибо новости, принесенные Чекс, были весьма тревожными не только для него лично, но и в политическом аспекте. Едва прослышав о похищении Че, он подумал, что это едва ли обычное преступление: вряд ли малыша похитили случайно. А поскольку все указывало на причастность к преступлению гоблинов, это могло означать возобновление застарелой вражды между летающими и наземными чудовищами.

Вражда эта разгорелась в незапамятной древности, и начало ей положила война гоблинов и гарпий, развязавшаяся из-за чрезмерного увлечения гарпиев ножками гоблинш. Прежде чем война закончилась, гарпии мужского пола вывелись вовсе, так что это племя осталось представленным одними несушками, а гоблины, возможно, из-за тягот военного времени, стали настолько же гадкими и отталкивающими, насколько милыми и привлекательными были гоблинши. В войну, на стороне или тех, или других, оказались втянуты и другие народы, так что в итоге она едва не привела к гибели цивилизации Ксанфа.

В нынешние времена столпами цивилизации стали люди и кентавры, а гоблины с гарпиями превратились в не столь многочисленные и отсталые племена. Но старинные, давно не вспоминавшиеся, соглашения и союзы не утратили силы, как и продолжала кое-где тлеть и исконная вражда. Таким образом, захват Че мог явиться враждебным актом со стороны гоблинов по отношению не лично к Чериону, а ко всем крылатым чудовищам.

Шла уже вторая половина ночи, но позволить себе отдых крылатый кентавр не мог. А вот Чекс уснула, полностью положившись на него. Он не спешил поделиться с ней своими тревогами, тем паче, что, возможно, дела обстояли не так и плохо. Сначала надо все выяснить, а уж потом действовать.

Хлестнув себя хвостом, Черион взмыл со скального уступа и помчался к логовищу гарпия Гарди, у которого сейчас гостила его дочь, крылатая гоблинша Глоха.

Ее-то и хотел увидеть Черион. В свое время роман между Гарди и прекрасной гоблиншей Глори едва не привел к возобновлению войны, и лишь открытие у гарпий и гоблинов магических талантов позволило притушить конфликт. Однако нельзя было исключить и того, что гоблины затаили обиду и от злости похитили полукровку, связанного и с наземным, и с летающим народами. Глоха, имевшая среди гоблинов родню, могла прояснить дело.

— Эй, чудовище, что у тебя за дело? — хрипло прокаркала одна из разбуженных гарпий, когда Черион появился у их гнездовища.

— Я ищу Глоху, чудовище, — вежливо ответил крылатый кентавр, наградив ее тем же почетным титулом, что и она его. Принадлежность к чудовищам стоило того, чтобы ею гордиться, и гарпия удовлетворенно кивнула, пропуская гостя. Конечно, особой любви к гоблинам гарпии не испытывали и после замирения, однако для Глохи делалось исключение. Ведь она, несмотря на гоблинскую кровь, тоже принадлежала к славной когорте крылатых чудовищ.

Подлетев к дереву Гарди, на котором тот устроил для Глохи уютное гнездышко с навесом (в отличие от чистокровной гарпии она не могла уцепиться за ветку когтями), Черион позвал ее. Глоха проснулась, откликнулась и, нимало не попеняв ему за то, что он разбудил ее до зари, вылезла из гнезда. Очаровательной гоблинще с крылышками было пятнадцать лет, и в скором времени ей предстояло подумать о женихе. Это представляло проблему в силу того, что других крылатых гоблинов в Ксанфе не было.

— Че похищен гоблинами, — без обиняков заявил Черион, как только они спустились на землю. — Ты знаешь что-нибудь на сей счет?

— Ой! — от испуга Глоха прикрыла рот изящной ладошкой. — А ты точно знаешь?

— Точно знаю, что его похитили и что похитители именно гоблины. Конечно, мы разослали поисковые группы, но меня тревожит мотив. Вдруг это какой-то новый всплеск застарелой вражды, которая разгорелась из-за связи твоих родителей.

— Я об этом ничего не слышала, — сказала она. — Но постараюсь все выяснить, и немедленно. Сейчас же полечу в стойбище Глори и спрошу.

— Тебе нужна охрана?

— До сих пор не требовалась, но если и вправду началось что-то серьезное, то, пожалуй, не помешает, — ответила она после некоторого раздумья.

— Садись мне на спину, я тебя и отнесу.

Нести Глоху было совсем легко, и к рассвету они добрались до гоблинского становища. Глоха побежала с расспросами к местному гоблинатору, а Черион остановился на открытом пространстве, озираясь по сторонам.

Конечно, в случае возобновления войны от гоблинов можно было ждать любого коварства, но он, как и все кентавры, прекрасно владел луком и копьем, и за его жизнь гоблинам пришлось бы отдать не менее полусотни своих.

Вскоре Глоха вернулась с по-гоблински корявым и безобразным главарем. Его уродство было особенно заметно рядом с ее красотой: сложенные за спиной крылья легко можно было принять за плащ, так что незнакомец не с первого взгляда угадал бы в ней полукровку. В обществе подобной красавицы даже гоблинский вожак вел себя чуть ли не вежливо.

— Про похищение мы знать ничего не знаем, — с ходу объявил он. — Шесть лет назад Глоха была на вашей брачной церемонии и связана данным там обещанием. За тебя, конское копыто, да и за все летучее племя я не дам и комка навоза, но мы вовсе не хотим, чтобы на нас ополчилась сама Симург.

— Спасибо за откровенность, Дубина Стоеросовая! — сказал Черион, употребив самое почтительное, по гоблинским понятиям, обращение. — Но как насчет других гоблинатов?

— Я могу на пальцах руки пересчитать всех тех, на кого можно положиться, в том смысле, что они и вправду не сцапали твоего отпрыска.

С этими словами он поднял узловатый темный кулак.

— Но, дедушка Горби, — попыталась возразить Глоха, — Ты же не умеешь считать.

— Враки это! — рявкнул старик. — До одного мне и вправду не досчитать, а меньше — так запросто. Вот их сколько!

— Понял, — откликнулся Черион. — Стало быть, об общегоблинском заговоре речи не идет, иначе бы ты был в курсе.

— Верно, жеребячья задница. Но хочешь знать мое мнение — так твоего мальца стянули прохвосты из Золотой Орды. Они ваши ближайшие соседи, а по вредности кого хочешь переплюнут. Я их не люблю.

— Дедушка, ты ведь и другие гоблинаты не любишь, — указала Глоха.

— Ясное дело, но этих не люблю даже больше, чем прочих. Гадкие гобнюки, иначе про них не скажешь.

Черион, при желании, мог бы сказать и иначе, но по существу был вполне согласен со старым вожаком. Гоблины Золотой Орды отличались особой жестокостью, и хотя им не раз основательно доставалось — скажем, принцесса Айви спровадила в Провал целую ораву, — плодились как сорняки и вечно устраивали неприятности соседям. Однако если по вредности они и впрямь могли претендовать на первенство, то насчет ума дело обстояло иначе. А похитители Че проявили особую изобретательность, да еще и прибегли к магии.

Однако весть об отсутствии общегоблинского заговора успокаивала: во всяком случае, к большой войне дело пока не шло. Ну, а обыкновенная разбойничья вылазка представляла собой куда меньшую опасность.

— Спасибо тебе, главарь, — сказал Черион. — Я рад, что мы не в ссоре.

— Это из-за Симург да Глохи, — проворчал старик. — Иначе ссора была б, да еще какая.

— Это само собой, — улыбнулся Черион. — Возможно, когда-нибудь мы еще повоюем.

— Угу! — кивнул старый гоблин, впервые за все время разговора изобразив что-то вроде улыбки.

— Пока, дедуля, — сказала Глоха и чмокнула его в щеку. Старикан расцвел, не в силах скрыть, что он совсем не по-гоблински растроган.

Потом Глоха впорхнула Чериону на спину, и он взлетел, оттолкнувшись копытами и подняв фонтан песка, угодивший прямо в физиономию старому гоблину. Кентавр сделал вид, что этого не заметил: в конце концов, такой роже пескоструйная чистка могла пойти только на пользу.

— Домой меня не неси, — сказала Глоха. — Я отправляюсь с тобой на Прикольную гору.

— Не стоит тебе ввязываться в это дело, — попытался возразить он.

— А вот и стоит. Раз в дело замешаны гоблинские племена, тебе может потребоваться кто-то для ведения переговоров.

— Но это рискованно. Чистокровные кентавры не слишком любят полукровок: возможно, это, справедливо и в отношении чистокровных гоблинов.

— Возможно, но не попытаться свести знакомство с моими сородичами из других племен для меня риск куда больший.

— Чем же ты рискуешь?

— Остаться в старых девах.

Теперь все стало на свои места. Пятнадцать лет — возраст самый подходящий для поисков возлюбленного; выяснить, в каких племенах привечают полукровок, а в каких — нет, можно было только сведя знакомство с молодыми гоблинами из этих племен. Собственное племя относилось к Глохе прекрасно, но внутриплеменные браки у гоблинов были не в ходу. А к другой своей родне — гарпиям — ей с этим не стоило и соваться по причине чрезвычайной редкости гарпиев мужского пола и связанной с этим чрезвычайной ревнивостью гарпий женского.

— Ладно, — сдался Черион. — Но только если твой отец согласится.

— Уже согласился, — уверенно заявила девушка.

Естественно, эта очаровашка вила веревки из своего папаши-гарпия с такой же легкостью как и из дедули-гоблина. К тому же Черион не мог не признать, что на переговорах она может оказаться полезной. Конечно, Глоха — полукровка, но молодые мужчины — гоблины они или нет — обычно смотрят не на происхождение, а на то, на что стоит посмотреть. И ее — надо полагать — примут не в пример лучше, чем приняли бы его.

Возвращаясь к Прикольной Горе, Черион чувствовал себя несколько спокойнее, ибо убедился в отсутствии масштабного политического заговора. Но дело все равно оставалось серьезным.

Едва он приземлился, как к нему подлетела гарпия.

— Есть новости, жеребец порхатый, — гаркнула она. — Я видела твоего детеныша.

— Где?

— Гоблины Золотой Орды волокли его на юг в компании с чудной эльфийской девчонкой.

— Орда! — Черион похолодел. — Ты уверена?

— Спрашиваешь, это ж моя территория. Их лазутчики донесли, что по реке плывет свежее мясо, а сцапали они твоего сыночка с помощью Тучной Королевы. Ручаюсь — и ему, и девчонке уготовано место в котле.

Черион редко лишался дара речи, но сейчас с ним произошло именно это. Поэтом разговор продолжила Глоха:

— Спасибо за сведения, гарпия. Мы воспользуемся ими, чтобы вызволить Че. Постой, ты говорила еще и об эльфийской девочке.

— Ага, чудная такая девчонка, — прохрипела гарпия. — Уши торчком, на руках по четыре пальца, а ростом больше любого взрослого эльфа.

— Бедняжка. Так далеко от вяза она должна быть совсем слабой.

— Усталой она была, это точно, но вовсе не слабой.

Даже помогала детенышу, когда тот спотыкался. Они выглядели друзьями. Представляешь себе; — гарпия расхохоталась, — друзья не разлей вода!

Она расправила крылья и взлетела, оставив, как это свойственно ее племени, зловонный воздушный след.

Черион припомнил, что Чекс тоже упоминала о мимолетной встрече со странной эльфийской девочкой и рыжим котом. Если девочка та же самая, то как это соотносится с похищением Че? И как они могли подружиться? Друзей среди эльфов у Че не было: на своей территории эльфы не давали спуску ни гоблинам, ни каким другим злыдням, но чужих сторонились, а никаких вязов поблизости от жилища Чериона не росло.

Впрочем, близ вяза гоблинам эльфийскую девочку не захватить: видать, она заплутала, а с Че познакомилась уже в плену. Но ведь надо же, они еще и подружились!

А в этом отношении Че очень разборчив.

Впрочем, они ведь в неволе и их могла сблизить общая беда. Для более полного представления о происходящем Чериону недоставало информации.

— Придется вызволять и эту девчушку, — сказал он.

— Вот и чудненько! — обрадовалась Глоха. — Я всегда хорошо ладила с чудными существами.

Он понял, что она имела в виду прежде всего таких же, как она сама, полукровок, появившихся на свет в результате скрещивания, чьи предки относились к двум, а то и большему числу видов. Такой была имевшая роскошные волосы жена Гранди Рапунцель, в силу своего происхождения от людей и эльфов обладавшая способностью изменять размер; таким было и семейство крылатых кентавров. Естественно, что Глоха, прекрасно понимавшая как непросто являться своего рода диковиной, относилась к собратьям с дружеским участием.

Но сейчас Чериону надлежало действовать: Золотая Орда представляла собой столь скверное местечко, что он не мог позволить себе замешкаться даже на минуту.

Разумеется, о том, что все его труды могут оказаться напрасными и из-за того, что Че давным-давно сварен и съеден, крылатый кентавр просто запрещал себе думать.

Следовало предположить, что известные своим злобным нравом гоблины не преминут позабавиться, то есть сначала станут запугивать свои жертвы, потом мучить и лишь под конец съедят. Исходя из этого, Черион рассчитывал, что может потратить на подготовку спасательной операции по крайней мере сегодняшний день.

А подготовка требовалась, потому как задача перед ним стояла не из простых. Неподготовленная должным образом атака на злобную, обосновавшуюся возле отвратительного Источника Ненависти Орду могла обернуться большой бедой. Конечно, крылатые чудовища могли истребить всех тамошних гоблинов до единого, но в случае гибели Че это было бы слабым утешением. Поэтому Черион с трудом обуздал себя и вместо того, чтобы немедленно напасть на похитителей, решил получить дополнительные сведения и собрать дополнительные силы. Глоху он послал к дракону Нету с просьбой собрать летучий отряд, не только боеспособный, но и, что очень важно, дисциплинированный. Глоха улетела, а Черион позволил себе малость перевести дух и полюбоваться женой, от усталости так и уснувшей с големом на спине. Женой, принесшей ему ребенка, отмеченного самой Симург. Черион воспринял это с надеждой, полагая, что им с Чекс суждено стать прародителями нового вида, но вероятно, дело было не только в этом. Но каким бы ни было предназнаЧЕние Че, никто не мог усомниться в его особой важности. Ибо лишь наиважнейшее событие могет побудить Симург покинуть свое гнездо на Древе Семян и почтить своим присутствием свадебное торжество.

Но не могла ли уготованная Че особая роль оказаться причиной его похищения? Неужто некто задался целью устранить Че до достижения им зрелости, сделав тем самым невозможным исполнение предначертанного? Но это означало попытку изменить преопределенное, представлявшую даже большую опасность, чем возобновление войны между чудовищами. Чериону было от чего похолодеть, даже если бы дело не касалось его любимого сына.

Неожиданно — не иначе, как ощутив присутствие мужа, — Чекс открыла глаза и нежно улыбнулась:

— Привет. Ты нашел Че?

— Да. Есть осложнения, но я над этим работаю.

— Вот и хорошо, — Чекс снова улыбнулась и Погрузилась в сон.

Черион поступил так, как следовало: и солгать жене не солгал, и выкладывать свою, способную ввергнуть ее в ужас правду тоже не стал. В конце концов, он действительно над этим работал и надеялся, что к следующему ее пробуждению сможет рассказать что-нибудь поутешительнее.

На севере, востоке и западе уже мелькали крохотные огоньки — стартовые огни стрекозлов. Дракон Нет приступил к сбору своего воинства, рассылая с тайных стрекодромов мобильные стрекадрильи для поиска и оповещения самых свирепых и вместе с тем дисциплинированных крылатых чудовищ. Черион удовлетворенно кивнул, ибо твердо знал: в организационных вопросах Нет такой дока, что равных ему нет.

Неожиданно на подлете к горе появился малогабаритный дракон. Не успел крылатый кентавр изумиться подобной оперативности, как выяснилось, что дракон прибыл не по зову Нета, а ищет самого Чериона.

— Я видел твоего детеныша! — сказал он после того, как ухитрился выдохнуть собственный задутый встречным ветром глубоко в глотку огонь. — Он ехал верхом на сфинксе в компании девиц и гоблинов, причем у одной гоблинши была волшебная палочка. Мы с приятелем зашли на пике и, хотя эта лахудра своей палочкой чуть не отправила нас в штопор, успели их разглядеть.

Черион пришел в изумление. Сфинксы вовсе не имели обыкновения катать кого бы то ни было. А девицы — они в этом деле с какого боку? Не говоря уж о гоблинах: кто слышал о гоблинах, разъезжающих по Ксанфу на сфинксах?

Он велел дракону описать увиденное поподробнее и постепенно кое-что прояснилось. Судя по описанию одной из девушек, это могла быть только Нада, а Чекс говорила, что невесты Дольфа составили одну из поисковых групп. По словам дракона, там была эльфийская девочка с заостренными ушками, и по всему выходило, что Нада с Электрой освободили Че и эльфессу, а Дольф — кто же еще — превратился в сфинкса, чтобы отвезти их куда надо. Гоблины, наверное, пленники или заложники.

Стало быть, Че спасен.

Правда, оставалось непонятным, почему, в таком случае, сфинкс топает на север, прочь от жилища Че. Спасаться от Орды не имело смысла: сфинкс запросто мог двинуть напролом через гоблинское становище и уже сейчас быть на месте. Куда же его понесло?

— Что, кентавр, не по тебе головоломка? — послышался насмешливый голос. Черион оглянулся, но никого не увидел.

— Кто тут голос подает? — буркнул он, будучи не в том настроении, чтобы играть с кем-то в прятки.

— Я из демонов, кличут Метрией…

Перед ним вырисовалась фигура, очертаниями напоминающая человеческую.

— Ты не здешняя, не крылатое чудовище, — заметил Черион.

— Это поправимо, — у демонессы тут же появились крылья, — но не в этом дело. Я явилась, чтобы сообщить тебе интересные…

— Что сообщить?

— Глупости, радости, сладости, старости.., совсем, кстати, недавние…

— Может, новости?

— Неважно. Последние старости или первейшие новости, главное, что они о твоем детеныше. Но если тебе неинтересно… — Демонесса начала таять.

— Мне интересно, — торопливо сказал Черион.

— Непохоже. К словам цепляешься, то да се… — Она таяла дальше, и кентавр сообразил, что демонесса его дразнит. А он не любил, чтобы его дразнили, а потому, буркнув сердито: «Не хочешь выкладывать свои новости, так можешь линять», отвернулся, будто бы собираясь уйти.

— Эй, — окликнула его уже основательно полинявшая, но еще не слинявшая вовсе демонесса. — А скажу — что мне за это будет?

— Ничего: демонам у меня веры нету. — С этими словами Черион зашагал прочь.

— Эй, — снова окликнула его явно недовольная таким поворотом событий Метрия. — Есть у тебя кто-нибудь, кто может подтвердить мою правдивость так, чтобы ты поверил?

— Вон, — показала на насест Черион — Сова-зомби.

Днем она дрыхнет.

— Слушай, дохлятина, — сказала Метрия, подлетев к сове. — Я хочу сообщить этому отцу-жеребцу, что нареченные принца сговорились с гоблиншей Годивой с Гоблинова Горба вместе вызволить Че из плена у Золотой Орды, а куда ему отправляться потом — определить с помощью состязания. При участии чужеземной эльфийской девчонки им удалось освободить малыша, но в состязании — это была игра в годо — выиграла Годива. Так что по уговору твоего мальца везут на Гоблинов Горб. Правду я говорю, старое чучело?

— Угу! — подтвердила сова, приоткрыв один тусклый глаз.

Выходило, что демонесса говорила правду, и ситуация снова осложнялась. Он не мог не признать уговор, заключенный ради освобождения Че. Конечно, Гоблинов Горб не такая паршивая дыра, как Золотая Орда, но тоже не лучшее место для детского отдыха.

— А почему они движутся на север? — спросил он. — Это не путь к Горбу.

— Сначала им пришлось драпать туда, потому что это был единственный путь, не перекрытый погоней. Потом, после встречи с Дольфом, им полегчало, но они сочли путь в обход Элементарий менее рискованным. Конечно, выиграй Электра, принц обернулся бы птицей Рок и быстренько доставил всю компанию домой, но, увы — исход игры был в пользу гоблинов, — Угу! — снова подтвердила сова.

— Таким образом, — сказал Черион, — они путешествуют все вместе, чтобы во исполнение уговора доставить Че к месту назначения.

— Дошло, наконец, — хихикнула демонесса. — Ну и как, тебя это не задевает? Хвост не топорщится?

— А зачем Че понадобился гоблинам с Горба? — спросил Черион, не реагируя на ее подначки.

— Была мне нужда вникать в такие мелочи.

— Враки! — подала голос сова.

— Заткнись, зомбятина пернатая! — рявкнула Метрия и, обращаясь уже к Чериону,


добавила:

— Просто мне хочется, чтобы ты побольше понервничал, а чем меньше знаешь, тем сильнее переживаешь.

— Угу! — констатировала сова.

— Спасибо, демонесса, — сказал Черион, поняв, что больше ему ничего из Метрии не выудить. — И до свиданья: у меня тут кое-какие дела.

— Ты что, не собираешься вызволять детеныша?

— В свое время.

— Но, поторопившись, ты мог бы отбить его прежде, чем они доберутся до Гоблинова Горба.

— Знаю.

— Ну и?.. — Глаза демонессы демонически блеснули.

— Ну и подожду, — сказал он, явно желая от нее избавиться. Что было не просто: конечно, существуют проверенные способы изгнания демонов, но все они требуют сосредоточения и, главное, времени. А тратить время на изгнание надоедливой, но, в общем-то, безвредной Метрии Черион не собирался.

— Ты хочешь сказать, — промолвила она, округлив глаза в деланном удивлении, — что позволишь гадким гоблинам забрать невинного малыша в свою ужасную гору, вызволить откуда его можно будет лишь начав настоящую войну?

— Так и есть.

— Но не слишком ли это глупо, даже для твоего безмозглого племени?

— Нет, — отвечал кентавр, не показав обиды и не доставив ей ожидаемого удовольствия. — Это вопрос чести.

Соглашение, заключенное ради спасения Че, должно быть выполнено. А вот после этого у меня будут развязаны руки…

— Но тогда тебе придется созвать целую ораву чудовищ и снести гору до основания.

— Надо будет, так и соберу, и снесу.

— Зрелище должно получиться презабавное, — покачала головой демонесса. — Непременно прилечу посмотреть.

С этими словами Метрия улетучилась А Черион остался над ними размышлять, потому как подначки подначками, а по существу она была права. Можно, конечно, раскатать всю гору по камушкам, но это значит подвергнуть находящегося где-то в ее недрах Че огромному риску Однако Метрия не знала, что на уме у кентавра было и кое-что другое.

Но пока можно и отдохнуть. Сфинкс, судя по всему, доберется до Горба к вечеру. Возможно, войско крылатых чудовищ соберется к тому же времени, однако — ночь не лучшая пора для воздушной атаки, так что придется повременить до утра. А там будет видно, что да как.

Одно несомненно: крылатый кентавр Че не останется пленником Гоблинова Горба.

Черион спал стоя, рядом с Чекс. Время от времени поступали донесения: если гонцы не говорили по-человечески, их сообщения переводил просыпавшийся ради этого голем Гранди.

Птица Рок пророкотала, что сфинкс прошел через Птичий Базар, неся на спине Че, с которым, судя по виду, все было в порядке.

— Спасибо, — сказал Черион, и Гранди повторил это по-роковому. На самом деле Черион неплохо знал все птичьи говоры, но хотел дать голему возможность почувствовать себя полезным.

Потом прилетел грифон — изысканное чудовище с львиным телом, орлиной головой и кремовой шкурой. Из перевода Гранди выяснилось, что путешествие продолжается, Че по-прежнему чувствует себя неплохо и выказывает явное расположение к странной эльфессе.

Когда проснулась Чекс, муж познакомил ее с последними новостями, и она без колебаний одобрила его решение не пытаться отбить детеныша по пути к Гоблинову Горбу. То, что уговор — дело святое, не вызывало у нее сомнений. Кроме того, Чекс высказала предположение, что волшебный кот эльфессы помог обнаружить Че, а сама она скрашивает его одиночество, благодаря чему малыш, по всем свидетельствам, вовсе не выглядит унылым.

Черион согласился, ибо при всей смышлености и рассудительности Че оставался ребенком и вряд ли перенес бы тяготы пленения Золотой Ордой без дружеской поддержки. Эльфийская девочка могла не обладать особыми достоинствами, но заслуживала благодарности хотя бы за то, что оказалась в нужное время в нужном месте.

Ко второй половине дня дракон Нет закончил формирование штурмового отряда. Он состоял из одного крылатого сфинкса, двух химер, трех птиц Рок, четырех грифонов, пяти летающих драконов и стаи гарпий. В качестве сил поддержки выступала усиленная светлячками стрекодрилья стрекозлов и — на случай ближнего боя — василиск.

Одним из драконов был огнедышащий Кондрак с горы Этамин, что по соседству с Гоблиновым Горбом. Не слишком крупный, но зато гибкий, он привык орудовать в тесных, даже подводных, пещерах. Именно этот дракон провел на свадьбу Чекс и Чериона обернувшегося по такому случаю стрекозлом принца Дольфа. Черион искренне обрадовался Кондраку, потому как тот хорошо знал предполагаемый театр боевых действий, а на войне знание местности дорогого стоит.

Перед вылетом на операцию Черион провел краткий инструктаж, ознакомив летный состав с военными и политическими аспектами ситуации. Говорил он по-человечески, а поскольку не все чудовища понимали этот язык, Гранди снова выступал в качестве переводчика.

Чудовища слушали его и реагировали, каждое в соответствии с обычаями и привычками своего вида. Некоторое неудовольствие вызвало заявление о том, что если его ультиматум — требование в указанное время освободить Че целым и невредимым — будет выполнен, то штурм горы не состоится. Конечно, никому из крылатых чудовищ не хотелось, чтобы Че пострадал во время схватки: просто в соответствии с их чудовищными представлениями было куда больше чести отбить детеныша силой, чем получить его в результате переговоров.

А вот утверждение, что в случае отказа будет предпринят штурм, было встречено общим одобрением, выразившемся в реве, рокотании, карканье, гарканье, рычании, а также мощных фонтанах огня, пара и дыма. Черион предложил дымовикам попробовать выкурить гоблинов из их подземных убежищ. Многие считают огонь более эффективным средством поражения, чем дым, но в закрытом пространстве дело обстоит совершенно наоборот.

— Разумеется, — добавил крылатый кентавр, — как только они капитулируют, мы остановим атаку. Наша операция имеет своей целью спасение, а не разрушение.

— Ну, а если они убьют детеныша? — спросил сфинкс.

Чекс вздрогнула, и Черион пожалел о том, что этот вопрос вообще прозвучал, но надо было отвечать, и он ответил сурово:

— Тогда мы перебьем всех гоблинов до единого, чтобы впредь гора называлась не Гоблинов Горб, а Гоблинов Гроб.

Эта перспектива вызвала у собравшихся новый прилив воодушевления. Чериона не слишком радовала необходимость иметь дело со столь злобной братией, однако кентавр понимал, что ему нужен отряд, действительно способный снести гору до основания. В противном случае гоблины просто посмеются над его ультиматумом. Возможно, они посмеются в любом случае, но смеяться будут лишь до тех пор, пока им не продемонстрируют силу.

— К ночи будем на месте, до утра отдохнем, а там приступим к переговорам, а заодно и познакомимся с обстановкой, — подытожил Черион. — Помните: сначала мы только демонстрируем силу. Нападаем лишь в случае срыва переговоров. Главное — дисциплина.

Чудовища не возражали. Дисциплину они на дух не переносили, но другой войны не предвиделось, попасть в отряд всем хотелось, а своевольникам Нет сразу говорил «нет». К тому же они надеялись, что без хорошей драки дело все-таки не обойдется.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21