Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Воплощения бессмертия (№4) - С мечом кровавым

ModernLib.Net / Фэнтези / Энтони Пирс / С мечом кровавым - Чтение (стр. 17)
Автор: Энтони Пирс
Жанр: Фэнтези
Серия: Воплощения бессмертия

 

 


Они остановились.

— Может, нам не следовало… — сказала Лигея.

— А мы ничего и не делали, — напомнил ей Мима.

— Во всяком случае, собирались.

Но настроение было уже не то. Придется ждать до другого раза.

Они тронулись в путь, осторожно ступая босыми ногами. К счастью, как говорила Лигея, их следующая и последняя остановка была не очень далеко. Дойдя до слияния рек, беглецы дальше пошли по берегу Ахеронта. Всего через какой-нибудь час Мима и Лигея добрались до величайшей реки Ада — Стикса. Она была такой широкой, что скорее напоминала океан, а ее черные, как чернила, воды казались невообразимо глубокими. Вдалеке, у самого горизонта, на темной поверхности появлялись какие-то странные волны, будто там таилось некое огромное неведомое существо. Мима нипочем не поплыл бы туда в лодке!

Еще через час путешественники пришли в лагерь последней бригады. Здесь были одни женщины — казалось, что они угодили в страну амазонок, — которые так плотоядно поглядывали на Миму, словно прикидывали, какое блюдо лучше из него приготовить: суп или жаркое. Но Лигея заговорила с ними и сказала, что это Марс, воплощение Войны, которому необходимо наедине встретиться с их лидером. Эти слова произвели впечатление, ибо то были воинственные женщины, и вскоре Мима уединился с предводительницей амазонок. Он все ей объяснил в нескольких словах, а потом вошел в нее.

— Чудесно! — воскликнула женщина, когда они разъединились. — Можешь на нас рассчитывать.

Амазонки дали Миме и Лигее одежду, предоставили палатку, где они могли отдохнуть, и вкусно накормили.

— Мы договоримся о сигналах и связи, — заверила Миму предводительница.

— Дай нам один день, а сам пока отдохни.

Мима и Лигея удалились в палатку, где, наконец, без помех могли заняться тем, чего так желали, — но, войдя внутрь, от усталости просто упали на грубую солому и тут же уснули.



16. МЯТЕЖ

К утру все было готово. Когда Мима, Лигея и змея выбрались из палатки, то увидели амазонок в полном военном снаряжении. Каждая из этих рослых, гордых женщин держала лук и колчан со стрелами. Левые груди у них были полными, совершенной формы, а правые отсутствовали. Их выжигали в детстве, чтобы они не мешали амазонкам натягивать тетиву.

— У нас возникли две проблемы, — сказала Диана, предводительница амазонок. — Во-первых, нет хороших средств передвижения. Передними дорогами могут пользоваться только демоны, а задние, как известно, труднопроходимы и ведут окольными путями. А поскольку тебе необходимо быть на всех главных фронтах…

— В чем вторая проблема? — спросил Мима.

— Среди нас есть демон-шпион.

— Не трогайте змею! — воскликнула Лигея. — Она не причинила нам никакого зла!

— Если не считать того, что каждую ночь сообщала о вашем местонахождении, — возразила Диана.

— Мы об этом знали, — сказал Мима. — И приняли меры, чтобы ей не стало известно о наших истинных планах.

— Но сейчас настало время, когда план должен быть раскрыт, и внезапность для нас крайне важна. Демона надо уничтожить.

— Это не демон, а змея, — заступилась за рептилию Лигея. — Душа животного.

— Откуда ты знаешь?

— Она замерзала. Демон не обратил бы внимания на холод.

Мима озадаченно посмотрел на змею. Лигея была права; демоны не реагировали на перепады температуры, поскольку им приходилось действовать в таких климатических условиях, где страдала любая душа. Но если все дело в этом…

— Все равно она шпионка, — настаивала Диана. — Мы должны разрубить ее на куски, чтобы змея не могла сообщить о наших действиях.

— Душу нельзя убить, — напомнил Мима.

— Убить нельзя, однако можно другое, — ответила она. — Когда мы поступаем с душой так, как поступили бы, чтобы убить смертного, она становится недееспособной на протяжении одного дня, точно так же, как демоны. Нам этого времени вполне достаточно.

— Но мы даже не уверены, что она действительно шпионка, — возразила Лигея. — Это просто змея, которую Сатана использовал, чтобы заставить меня замолчать, а потом она осталась с нами. Может, у нее не было другого выбора.

— Это я выясню, — сказал Мима. — Сейчас я войду в нее.

Он приблизился к змее и положил на нее руку. Змея не сделала попытки увернуться. В тот же момент он узнал две вещи, одна из которых поразила его. Змея действительно была шпионкой Сатаны, и в то же время она не хотела ею быть. Рептилия шпионила, зная, что Сатана подвергнет ее вечным мучениям, если она откажется. Поэтому каждую ночь она обо всем докладывала демону, который являлся на встречу с ней. Но змея поступала так против собственного желания. Когда Лигея отогрела ее, змея испытала огромную благодарность, так как к ней никто не выказывал такого участия ни при жизни, ни на Том Свете. Однако не выполнить задания Сатаны она не могла.

«Теперь у тебя есть выход, — передал ей мысль Мима. — Присоединяйся к восстанию».

Змея была ошеломлена.

«Неужели вы примете меня?»

«В восстании может участвовать каждый, кто согласен с его целями».

«Тогда я присоединяюсь».

«А другие животные будут участвовать?» — спросил Мима.

«Если будут знать, что их примут и вознаградят так же, как человеческие души».

Мима отсоединился от змеи.

— Змея пойдет с нами, если мы примем ее. Другие звери, возможно, сделают то же самое. Понимаете, что это значит?

— Животные… присоединятся к нам? — с недоверием спросила Диана. — Даже адвейлеры?

— По крайней мере, мы можем спросить, — ответил Мима. — Конечно, есть риск, что нас могут предать, зато в случае успеха…

— Марс, ты предводитель, — сказала Диана. — Если ты готов пойти на этот риск…

— Думаю, да. Мне кажется, змея говорила от имени всего своего вида, а может, и от имени остальных. Если мы предложим им одинаковые условия…

Диана пожала плечами:

— Что ж, мы не против.

Мима снова вошел в змею. Он передал ей условия, а в конце добавил:

«Приведи сюда тех животных, которые согласны».

Змея уползла.

— Теперь подождем, — сказал Мима.

Ждать, пока откликнутся звери, было мучительно тяжело. Однако дело стоило того. Прошло несколько часов.

Наконец показались два адвейлера, бегущие к лагерю. Амазонки подняли луки и наложили на тетиву стрелы. Больших и свирепых адвейлеров нелегко вывести из строя: для этого нужно поразить стрелами глаза и лапы.

Адвейлеры остановились, потом медленно подошли к людям, которые целились в них из луков. Когда они оказались в центре лагеря, к ним приблизился Мима. Он дотронулся до одного пса и вошел в него.

Животные были готовы. Они ненавидели Ад так же люто, как и люди. Большинство животных после смерти попадали на свой собственный Тот Свет, хотя некоторых захватывала человеческая система, особенно тех, которые при жизни были домашними животными или жили у людей. Они хотели освободиться не меньше, чем человеческие души.

«В таком случае мы включаем вас в наши требования на тех же основаниях, что и человеческие души, — передал мысль Мима. — Это обещаю я, воплощение Войны».

«Я, представитель животных, принимаю предложение, — подумал в ответ адвейлер. — Как мы можем служить вам?»

«Нам необходим транспорт».

«Обеспечим».

Договор был заключен. Адвейлеры убежали.

Через час в лагерь прискакали две дикие лошади. Их темные гривы развевались, а из ноздрей валил пар. Это были кони-убийцы, проклятые за то, что убивали людей. Но сейчас они вели себя как ручные.

Лигея, будучи принцессой, прекрасно ездила верхом. Они с Мимой вскочили на лошадей.

— Ты знаешь, что делать! — крикнул Мима Диане, и беглецы выехали из лагеря.

Кони доскакали до ближайшего брода и переправились через Ахеронт. Пешие люди не смогли бы этого сделать из-за исключительной загрязненности воды, однако лошадям все было нипочем. Потом они доставили Миму и Лигею на пропускной пункт своего района Преисподней.

Это была просто маленькая караулка на перекрестке нескольких мощеных дорог. В ней сидел демон-стражник с огнеметом в руках. Было очевидно, что всякая душа, попытавшаяся пройти через контрольный пункт, будет сожжена. От пропускного пункта вдаль тянулись заграждения, сплошь усеянные острыми шипами, и Мима понял, что здесь тоже не проскользнуть; что-что, а надежные заборы в Аду строить умели. Единственной брешью в таком заграждении была река, что объясняло, как лодка могла их миновать.

Мима с Лигеей подъехали на лошадях к караулке и спешились. Демон внимательно наблюдал за ними, держа огнемет наготове. Мима сделал шаг в сторону пропускного пункта и, казалось, замешкался в нерешительности.

— Мне кажется, нам здесь не проехать, — сказал он Лигее.

— Ах, мне так хотелось побыть с тобой вдвоем, — произнесла девушка заученные и отрепетированные слова.

Они повернулись, чтобы уйти.

— Стой! — рявкнул демон.

Мима и Лигея остановились. Тварь заглотила приманку!

— Ах, не подпускай ко мне этого демона, — заверещала Лигея.

— Куда вы шли? — требовательно спросил демон.

Лигея повернулась, изображая испуг, что, впрочем, ей не совсем удалось.

— Я просто… Никуда, — ответила она, дрожа всем телом.

Красные глаза демона вспыхнули еще ярче, и он оглядел Лигею с головы до ног. С клыков потекли слюни. Демоны, может, и не способны на такое человеческое чувство, как любовь, но похоть они испытывают, и фигурка Лигеи распаляла ее.

— Ты, девка, можешь побыть наедине со мной, и мне плевать, смотрит кто-нибудь или нет!

— Ни за что! — крикнула Лигея.

Демон нацелил огнемет.

— Иди, девка, сюда, а то зажарю!

Лигея неохотно подошла к демону. А когда он протянул руки и почти схватил ее, она заорала.

Демон упал, как кусок навоза. Мима быстро зашел внутрь и вытащил его наружу. Потом взял огнемет и выстрелил, проведя пламенем по телу демона. Демон вспыхнул и испарился, распространяя жуткое зловоние. Через секунду от него ничего не осталось.

Мима поднял руку и подал сигнал. Тут же на другом конце поля появились прятавшиеся амазонки и подбежали к пропускному пункту.

На дороге показался какой-то демон, видимо находящийся в увольнении после выполнения очередной пакости.

— Эй вы, мерзавки, а ну-ка за работу! — крикнул он.

Но амазонки выстрелили в него из луков, и через мгновение демон был оглушен и изрублен на мелкие кусочки. Восстание началось!

На контрольный пункт прибыла Диана.

— Ни один демон тут не пройдет. Марс, — сказала она, ударив себя кулаком в грудь. — А тех, которые еще остались в секторе, мы перебьем, так что не бойся!

Проведя лошадей через караулку, Мима и Лигея по другую сторону ограды снова сели верхом и поскакали к следующему контрольному пункту.

Мима был доволен. Первая операция прошла гладко, при этом верхний эшелон Преисподней ни о чем не подозревал. Если им удастся так же стремительно захватить четыре оставшиеся заставы, то восстание победит еще до того, как Сатана узнает, что оно началось.

На самом деле Мима не искал какого-то тайного выхода из Ада. Он знал, что такового не существует. Он ознакомил лидеров главных районов Ада со своим планом организованного восстания, которое должно начаться практически одновременно в нескольких местах, чтобы демоны нигде не могли сконцентрировать свои силы. На каждого демона приходилось по тысяче проклятых душ, и только благодаря железной организации и жестокому обращению демонам удавалось держать их в повиновении. До тех пор пока разные секторы Ада были изолированы друг от друга, всякий мятеж был обречен, потому что демоны мгновенно подавили бы его, сосредоточив силы в одном месте. Другие районы помочь восставшим не смогли бы, да они даже не узнали бы, что происходит. А затем, разумеется, последовали бы дополнительные исключительно жестокие наказания для тех, кто принимал участие в бунте. Мучения в Аду имели ту особенность, что могли продолжаться бесконечно. То, от чего смертные в мучениях умирали, здесь было просто мучением. Те, кто как будто бы скончался, просыпались на следующий день для возобновления пыток. Демоны же наловчились ослаблять муки буквально за один миг до такого временного забытья, так что перерывов не допускалось. Нет, в Преисподней явно не стоило лезть на рожон!

Они, конечно же, не могли явиться на следующий контрольный пункт по главной дороге; демоны немедленно поняли бы, что две души на диких конях — чужаки. Следовало зайти с тыла и явиться к заставе из зоны. Эта застава лишь дала им возможность проникнуть в сектор огня; тут не было такой свободы передвижения, как по адским шоссе. Но поскольку уже не нужно было придерживаться излучин реки, какое-то время они все же выиграли.

Дикие лошади, очутившись в незнакомой местности, не знали дороги, однако Лигея ориентировалась достаточно хорошо и указывала путь. Обогнув самый опасный пожар, Мима с Лигеей отыскали лагерь проклятых душ этого района.

— Началось! — крикнул Мима, проносясь по лагерю. — Готовьте засаду! Амазонки уже контролируют свой сектор!

В лагере все пришло в движение, души высыпали из бараков. До поры до времени, пока Мима и Лигея не выполнят своей части работы, они будут сидеть в засаде, как и амазонки.

Спустя несколько минут Мима и принцесса показались около контрольного пункта. Здесь демон был вооружен пожарным шлангом, так как огнемет вряд ли мог остановить тех, кто привык к огню. Вода, лившаяся из брандспойта, была отравленной, и любая плоть, которой она касалась, отмирала или загнивала. Здесь это оружие было столь же эффективно, как огнемет в первом секторе.

На заставе дежурили две демоницы. Трюк с «покладистой девочкой» тут не пройдет; демоницы отличались такой же похотливостью, как и демоны, но вкусы у них были разные. Поэтому Мима сделался невидимым и направился к заставе один. У него был острый кинжал, сделанный из обломка кости, который ему дали амазонки. И снова Мима подивился, откуда взялась кость там, где нет смертной плоти и настоящей смерти; оставалось только предположить, что Ад битком набит самыми отвратительными вещами, в том числе и костями.

Вдруг Мима споткнулся о булыжник, и демоница посмотрела в его сторону. Она открыла было рот, но Мима кинулся на нее и перерезал горло прежде, чем она успела что-нибудь сказать.

Какая ошибка! Из раны не вытекло ни капли крови. Изо рта вырвался крик, предупредивший другую демоницу. Мима перерезал шею до конца, отделив голову от тела быстрее, чем он мог бы проделать такое с человеческой головой, так как у демонов костей не было. Но отрезанная голова продолжала орать, даже катясь по земле, а руки вцепились в Миму.

Вторая демоница схватила брандспойт и включила воду. Она стала поливать все вокруг, чтобы окатить водой невидимого врага. Струя попала Миме в солнечное сплетение и сбила с ног. Впрочем, Мима, как инкарнация, был нечувствителен к яду. Он поднял тело обезглавленной демоницы и, прикрываясь им, словно щитом, стал приближаться к поливальщице.

Демоны, как правило, не боятся привидений, но вид обезглавленной подруги, настойчиво наступающей на нее, заставил вторую демоницу широко раскрыть глаза от удивления. Она потянулась к сигнальной кнопке, чтобы вызвать подмогу.

Мима кинул безголовое тело и бросился на вторую сторожиху. Хотя она не видела Миму, но чувствовала его и отчаянно сопротивлялась, царапаясь когтями и кусаясь. Клыки были одинаково опасны как у мужчин, так и у женщин, однако плащ защищал Миму от увечий. Ему удалось сбить ее с ног и прижать к полу.

— Огневики! — закричала она. — Ко мне!

Но тут появились проклятые души и моментально растерзали на части как целую, так и безголовую демониц. Еще один сектор был освобожден.

Мима и Лигея снова вскочили на диких жеребцов и помчались дальше. Пока в Преисподней общая тревога не поднялась, но это могло случиться в любой момент.

Они приблизились к следующей заставе. Тут на карауле стояли демон и демоница. Мима и Лигея вместе подошли к ним, однако, прежде чем они начали действовать, демон удивленно произнес:

— Эй, да уж не вас ли я видел на горе? Вы были…

Мима ринулся на демона. Он сумел вытащить стражника из караулки, но демоница успела включить сигнал тревоги. Мима обезвредил ее, и проклятые души захватили пропускной пункт.

Увы, дело было уже сделано. Взвыла сирена, и теперь демоны будут предупреждены. Трех секторов, захваченных повстанцами, недостаточно; по расчетам Мимы, нужны пять. Пять зон могли распылить силы демонов; при четырех исход восстания был сомнителен, но трех — явно недостаточно.

— Все-таки если мы ударим там, где нас не ждут… — проговорил Мима.

Они вошли в зону вечных снегов. Демоны предполагали, что следующее нападение будет предпринято на противоположную заставу. Поэтому Мима, наоборот, решил идти на район забвения.

Для этого нужно было пересечь Ахеронт, реку Печали. Забор тянулся до самого берега, и лошади остановились, войдя в воду. Здесь не было удобного брода; река была глубока и омерзительна. Мима знал, что лошадей ожидает множество печалей, если они отважатся окунуться. И все-таки должен существовать какой-то способ перебраться; в конце концов, речка была не такой уж широкой.

Они поехали вниз по течению и вскоре нашли мелкое место, где вода спокойно омывала торчащие камни. Кони, демонстрируя нечеловеческое чувство равновесия, по камням перешли на другой берег. Затем беглецы опять поехали вдоль ограды и наконец поняли, что очутились на острове. Значит, реку Скорби они еще не пересекли.

Мима обошел остров в поисках удобного брода и наткнулся на ветхое, пустое здание. На островерхой крыше торчал крест.

— Церковь! — воскликнула пораженная Лигея. — Откуда она взялась в Аду?

Мима, разумеется, не был христианином.

— Полагаю, здесь можно встретить самые разнообразные артефакты. Если вдруг какая-то церковь была… — как вы это называете? — отлучена…

— Наверно, так и есть, — с сомнением промолвила Лигея. Она отворила дверь и вошла внутрь, а за ней — Мима, заинтересованный такой странностью.

Церковь казалась пустой, но Мима, отличавшийся особой чувствительностью к чужим мыслям, насторожился.

— Здесь что-то есть, — сказал он.

Лигея пошла по центральному проходу, ощупывая руками воздух над скамьями.

— Да, ты прав: что-то, похожее на привидение… чье-то присутствие…

— Привидение — в Аду? — Он провел ладонью по тому месту, которое она показала. — Это одни только мысли. Вместо людей или призраков здесь лишь мысли. Одна мысль — один человек.

— Мысль вместо человека, — повторила Лигея. — Интересно, почему? И зачем они здесь, в одиночестве и тишине?

Мима подсоединился к какой-то мысли. Она была о самоубийстве.

— Думаю, что это люди, совершившие самоубийство. Они не то чтобы прокляты, но Рай их не принимает, поэтому они томятся тут, в Лимбе — преддверии Ада.

— Но и я совершила… — начала Лигея.

— Ты проклята — справедливо или несправедливо — за иные преступления: убийство других людей в самолете.

Она кивнула в знак согласия:

— Все-таки это неплохое место. Недурно быть всего только мыслью.

— Нам нельзя здесь задерживаться, — напомнил Мима. — Есть еще другие дела.

— Да… — и Лигея с неохотой вышла за ним из церкви.

Они нашли поваленное дерево, перегораживавшее поток. Лошади прошли по нему, гордясь своим необыкновенным чувством равновесия, и спрыгнули на другой берег. Так они пересекли реку и миновали ограду.

— Самоубийцы, — бормотала Лигея, сидя на коне. — В церкви на острове посреди реки Печали. Наверно, все так и должно быть.

— Если у них была на то причина, то, мне кажется, несправедливо обрекать их на вечные мучения, — согласился Мима.

Ее, похоже, это удовлетворило, но всю остальную часть пути Лигея была задумчива и печальна.

Теперь они въехали в район забвения, начинавшийся на другом берегу реки Леты. Демоны на этом пропускном пункте, верные духу своей зоны, позабыли о бдительности, и Мима справился с ними без всякого труда. Проклятые души этого сектора заняли заставу.

Четыре сектора пали; оставался один. Он располагался в районе холода, по берегу реки Скорби, Кокита.

Перейти речку по льду не представляло сложности, но мятежники знали, что теперь на их стороне не будет преимуществ внезапности.

— Если мы победим здесь, то успех нам обеспечен; а если нет…

— Я люблю тебя. Мима, — сказала Лигея. — Даже если я никогда не выберусь из Ада, мне все равно от этого будет легче.

— Я не брошу тебя в Аду, — проговорил он. Сидя на лошадях, они склонились друг к другу и поцеловались.

На последней заставе их действительно поджидали. Демоны выстроились вдоль ограды по обе стороны пропускного пункта. Они стояли на снегу, сжимая в руках огнеметы.

Мима и Лигея остановились на некотором расстоянии от противника, под заснеженными деревьями, и посовещались.

— Мы никак не сможем проникнуть туда без боя, — констатировал Мима. — Если я сделаюсь невидимым, мои следы на снегу все равно выдадут меня. В любом случае я не сумею одолеть несколько сотен демонов.

К ним подошел Белобородый, лидер снегоочистителей.

— С остальными четырьмя зонами все в порядке?

— Да, — подтвердил Мима. — Но восстание вряд ли победит, если мы не захватим этот район.

— Как бы то ни было, назад пути уже нет, — сказал Белобородый. — В других зонах все души будут подвергнуты страшным мучениям, когда демоны по очереди разобьют их и нас. Так что нам терять нечего.

— Что ты собираешься делать? — спросил Мима.

— Атаковать врага в лоб. Я понимаю, что это не лучший вариант, но нас значительно больше, и…

— Пропускной пункт защищен, — возразил Мима. — Вы можете уничтожить половину демонов, но вон до того не доберетесь и не сумеете захватить заставу. Вы просто пожертвуете своими жизнями без всякой надежды на успех и только усугубите мучения, которым вас впоследствии подвергнут. Я бы не стал просить об этом.

— Но если бы ты сделался невидимым и овладел контрольным пунктом, пока мы отвлекаем демонов своей атакой…

Мима посмотрел на него с уважением:

— Начинайте атаку. Я незаметно проникну в здание и, когда расправлюсь с главным демоном, дам вам знать.

— Хорошо, Марс. — Они пожали друг другу руки.

Проклятые души напали на демонов все разом. Демоны подпустили их и выстрелили из огнеметов, когда атакующие подошли достаточно близко. Послышались душераздирающие крики горящих людей, но те, кто был сзади, переступали через корчащиеся тела и продолжали атаку. Падала одна шеренга, следующая продвигалась немного вперед; и хотя потери были чудовищными, вскоре оставшиеся люди уже сцепились с демонами врукопашную, и огнеметы стали бесполезными.

— Если бы я командовал такой армией, когда был смертным принцем… — пробормотал Мима.

Но ему еще предстояло выполнить свою часть работы. Мима сделался невидимым и пробежал по истоптанному и полурастаявшему снегу к заставе. Теперь на грязном снегу его следов уже не было видно.

Контрольный пункт представлял собой довольно высокую башню и был укреплен лучше, чем другие, поскольку находился на пересечении главных дорог. Через этот пункт перемещались основные силы тиранического режима Преисподней. В амбразурах башни были установлены огнеметы, брандспойты, катапульты, способные отразить любое нападение на заставу и не дать пройти внизу ни единой душе.

Однако Мима был невидим и защищен Плащом Войны. Он подкрался к башне; никем не замеченный среди суматохи сражения, уцепился за нижний подкос и подтянулся. Вскоре он уже перелезал через зубцы башни.

Там сидел один демон, державший в лапах сверкающий трезубец. Хотя Мима и был невидим, демон насторожился и, казалось, посмотрел прямо на него.

— Значит, мы снова встретились. Марс, — проговорил демон. — Признаюсь, что недооценил тебя. Ладно, сейчас я это исправлю.

Это был не демон, а сам Сатана!

Сатана приблизился к Миме, изготовив для нападения пику с тремя остриями.

— Твои скромные приспособления против меня, естественно, бесполезны, — сказал он. — Я знал, что рано или поздно ты появишься здесь. На самом деле я не могу убить тебя, но я в состоянии на достаточно долгий срок вывести тебя из строя, а мои подручные тем временем пресекут неповиновение, которое ты спровоцировал. После этого ты покинешь мои владения и уже никогда не сможешь нарушить здесь порядок.

Мима понял, что попал в беду. Он, безоружный, стоял лицом к лицу с Господином Зла прямо в Преисподней. Судьба его замысла теперь всецело зависела от него… Но как он мог одолеть другую инкарнацию на ее собственной территории?

Мима отменил свою невидимость, поскольку никакого прока от нее больше не было, и прикусил язык.

— А-а-а, так ты жаждешь крови? — осведомился Сатана. — Может быть, я сумею тебе в этом помочь.

Он злобно ткнул трезубцем в Миму. Мима отскочил в сторону, и острие не задело его. Конечно же, Сатана промахнулся нарочно; будучи воплощением Зла, он любил поиграть со своей жертвой, прежде чем уничтожить ее.

Кровь наполнила Мимин рот, и его начала охватывать ярость берсеркера; то, что Мима умел ее контролировать, дела не меняло.

— Что ж тут странного? — проговорил Сатана. — Он у нас берсеркер. Может, это будет хоть немного забавным. — Господин Зла опять сделал выпад пикой, и снова Мима увернулся, но на сей раз Сатана промахнулся совсем чуть-чуть. — Может, он даже сумеет попрыгать еще несколько секунд.

Сатана дразнил Миму, однако тот был невосприимчив к такого рода вещам. Ожидая, когда его полностью охватит берсеркерское исступление. Мима изучал место схватки. В углу комнаты лежало разнообразное оружие, в том числе меч.

Сатана кольнул еще раз, и Мима опять отпрыгнул, но теперь — с ошеломляющей скоростью, на которую он был способен только в определенном состоянии. Он проскользнул мимо Сатаны к груде оружия, выхватил меч и бросился в атаку. Все это произошло так быстро, что обыкновенный человек не увидел бы ничего, кроме размытого пятна перед глазами, прежде чем его голова слетела бы с плеч.

Но Сатана ловко подставил под меч древко трезубца, и от удара посыпались искры.

— Немножко не успел, правда, Марс?

Сатана сделал следующий выпад. Когда Мима отбил острие мечом, снова брызнули искры… и клинок расплавился. Оружие Сатаны, конечно же, было заколдованным, а меч — нет.

— Плохо дело, — проговорил Лукавый с издевательским сочувствием. — С твоим Алым Мечом такого не случилось бы.

Разумеется, не случилось бы; Меч Войны был несокрушим и необорим. Мима оценил, насколько хитро и предусмотрительно поступил Сатана, лишив его оружия, прежде чем заманить в Ад. Если бы Мима явился сюда, вооруженный своим Мечом, он мог бы разрубить здесь абсолютно все, включая и самого Сатану. Кроме того, Миме не пришлось бы плутать по задворкам Преисподней: Меч доставил бы его прямо к заставам.

Впрочем, Гея предупреждала Миму, что Сатана не станет встречаться с ним на нейтральной территории. Сатана ухитрился, лишив почти всей мощи, заточить его в Аду, — а Мима свалял дурака, позволив это сделать.

Мима кинулся к амбразуре, где был установлен огнемет. Он направил ствол на Сатану и выстрелил. Пламя полностью окутало Сатану, и вверх поднялись зловонные клубы дыма. Но Сатана только стоял и смеялся, не ощущая никакого ущерба, хотя деревянная стена за его спиной загорелась и пылала все сильнее.

— Марс, неужели ты полагаешь, что меня можно победить огнем? Ведь я — правитель царства огня!

С трезубцем тоже ничего не случилось. Он выскочил из окружавшего Сатану огня, заставив Миму отпрыгнуть в сторону.

Мима кружил по комнате, а Сатана преследовал его. Тут Мима увидел, что сражение снаружи прекратилось; и проклятые души, и демоны теперь следили за поединком в башне. А каков был результат? Да никакого, кроме его собственного унижения.

— Ну что ж, я не должен огорчать своих болельщиков, — проговорил Сатана. — В конце концов, это мое выступление.

И Мима понял, что следующий удар трезубца попадет в цель.

Досадно, что он не может войти в Сатану так, как входил во все другие существа, и вложить ему в голову пораженческие мысли! Только вряд ли Сатану можно обдурить каким-нибудь таким способом.

Что еще оставалось у него в запасе? Мима был на грани поражения, Сатана понимал это.

В этот миг Мима вспомнил «Пять колец». Он совсем забыл об этой книге под давлением новых впечатлений от Преисподней, и, видимо, напрасно. Как предупреждал Масаси, очень легко сбиться с Пути. О чем мог бы поведать ему Путь Меча?

Руби своего противника в то время, когда он рубит тебя. Ударить, когда ударил враг, поражая его даже тогда, когда он считает, что победил.

Не дорожить собственной жизнью, отринуть страх — вот что необходимо для решающей схватки.

Относиться к своему врагу не как к чему-то постороннему, а как к почетному гостю.

И тогда Мима понял, в чем его шанс. В конечном итоге он может одолеть Сатану!

Сатана нанес удар. Мима даже не сделал попытки двинуться; он сделался нереальным, и острия трезубца прошли сквозь его тело, не причинив никакого вреда.

— Сатана, твое оружие так же неопасно для меня, как вон то неопасно для тебя, — сказал Мима.

— Ага, значит, ему удалось воспользоваться одним из аспектов своего могущества, — пробормотал Сатана. — Но он не может вытеснить меня отсюда, покуда пребывает нереальным, и поэтому башня остается в моих руках.

— Пока, — сказал Мима. — До тех пор, пока мы не встретимся без оружия.

Сатана отбросил трезубец.

— Марс, ты не у себя дома, а в моих владениях. Тебе не удастся побороть меня голыми руками. — Он, улыбаясь, сделал хватательное движение.

— Я полагал, что ты сообразительнее, — сказал Мима. — Я не собираюсь бороться с тобой, Сатана. Я намерен войти в тебя.

— Дурацкая затея! Ты не можешь управлять моим разумом. Я буду сохранять контроль, пока ты мечешься в пустопорожности. Я победил. Марс, если у тебя есть хоть капля мозгов, чтобы понять это.

— А когда я войду в тебя, я тут же узнаю все твои секреты, — сказал Мима. — Все потаенные тропинки Преисподней. Все твои излюбленные приемы. Все, что тебя беспокоит. Все твои обманы и запугивания. Ты не сумеешь помешать мне узнать все, что содержит твой разум. А потом, когда я выйду из тебя — чему ты тоже помешать не в состоянии, — я по собственному усмотрению раскрою эти сведения. — Мима улыбнулся. — Итак, станем ли мы бороться, Сатана? Сольемся ли мы воедино, достопочтенный враг?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19