Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Начинающий адепт (№2) - Голубой адепт

ModernLib.Net / Фэнтези / Энтони Пирс / Голубой адепт - Чтение (стр. 11)
Автор: Энтони Пирс
Жанр: Фэнтези
Серия: Начинающий адепт

 

 


Табло дало ей счастливый случай, ей выпало выбирать среди цифр. Ну что ж, здесь был способ уменьшить псевдоравенство шансов, и Стайл сыграл на этом. Он выбрал ИНСТРУМЕНТЫ.


Женщина сидела с опрокинутым лицом. Она проиграла свой первый поединок, и если проиграет второй, ее выведут из Игры. Она будет обречена на немедленную и вечную высылку с Притона. Некоторые рабы в ее положении кончают жизнь самоубийством, это, на их взгляд, лучше, чем навсегда расстаться с планетой. Низший класс, предназначаемый для обслуживания грубых и требовательных Граждан, держался за это свое предназначение, другого в жизни рабов не было.

Стайл понимал их, ибо сам совсем недавно разделял их участь и положение, и только открытие волшебных горизонтов Фазы дало ему альтернативу.

Женщину было жаль, но что он мог поделать? Все равно у нее нет шансов выиграть Турнир.

Он оставил рабыню, почувствовав себя нехорошо.


Коммуникативный экран засветился, когда Стайл вместе с Шиной вошли в квартиру.

— Гражданин вызывает Стайла для рапорта, — скрипуче произнес робот, показав идентификационный знак Гражданки, на которую Стайл работал. — Здесь указано место и время прибытия.

Из прозрачного отверстия появилась карточка.

Шина взяла в руки карточку.

— О! — жалобно сказала она. — В нашем распоряжении всего полтора часа, а я надеялась, что у нас будет время для, для…

— Для машины ты, без сомнения, хорошо отлажена в известном смысле! — поддразнил ее Стайл.

— Но я так запрограммирована! — запротестовала Шина.

Ей была придана привлекательная форма в соответствии с его вкусом, и, очевидно, в эти вкусы входили красота, интеллект и интерес к его персоне. В который раз Стайл с неприязнью к себе отметил, что был самым типичным мужчиной — столь ярко выраженными были его человеческие интересы. А Шина была идеальной партнершей. Конструкция из металла и псевдоплоти, с искусственным интеллектом, она заставляла его порой забыть о том, что она не живое существо, а робот.

И даже если бы каким-то чудом Шина вдруг стала человеком, Стайл все равно не был бы способен забыть о своей безоговорочной преданности и всепоглощающей страсти к Леди. Два месяца назад, не больше, он встретил ее, и эта женщина с загадочным прошлым стала его идеалом. Будущее ее не менее таинственно. Леди умеет быть разной в разных обстоятельствах, в то время как Шина всегда остается такой, какой ее запрограммировали. Да, Леди, встретившись на пути Стайла, повлияла на его представление о женском идеале, отождествив с собой; ее судьба, ее личность в восприятии Стайла все больше сливались с судьбой всей Фазы; эта планета все ближе была ему, в то время как Протон отдалялся, женским олицетворением которого была механическая Шина.

Но не только женщины влияли на меняющееся отношение Стайла к местам обитания. Он полюбил непредсказуемость, разнообразный облик Фазы, живущей по законам магии. Магия интриговала и завлекала его больше, чем турниры Большой Игры на Протоне. Но он не мог внезапно оборвать связь с миром Протона, ибо перед ним были определенные обязательства и он должен был выполнить их. Он должен был непременно найти ответ на вопросы: кто его таинственный Недруг? Кто искалечил его колени? Кто приставил к нему Шину, чтобы та охраняла его?

Он никогда не найдет успокоения на Фазе, если не узнает ответа.

Шина уже торопила его:

— Стайл, мы не можем заставлять ждать Гражданина. Мы должны вовремя прибыть по адресу.

— Возможно, ты права, — осторожно согласился Стайл, предчувствуя впустую потерянное время.

Строго говоря, служба Гражданину заканчивалась с начала участия раба в Турнире, ибо с этого момента прекращалось любое пребывание в должности, но, с другой стороны, служба как бы продолжалась, ибо Гражданин следил за успехом своего раба, заключал пари, делал ставки. Граждане, как правило, предоставляли рабам свободное время для тренировок. Именно так поступала нанимательница Стайла, и Стайл, какой бы официальный статус ни получил, все еще нуждался в ней. Ему было выгодно действовать, руководствуясь доброй волей Гражданина.

— А я не знала, что у нее есть дворец по адресу, который здесь указан, — заметила Шина, когда они спешили на станцию. Будучи всего-навсего машиной, Шина была наделена ничтожной долей любопытства, но под влиянием заложенных программой качеств и постоянного общения с человеком сама сформировала в себе это несомненно женское качество. Она стала проницательной, любопытной и редко ошибалась, когда давала характеристику кому-либо.

— Но, конечно, все Граждане богаты до неприличия, — продолжала Шина, — у них есть возможность наблюдать за Турниром, не выходя из своего владения.

Когда они садились в пригородный поезд, к ним присоединилась еще одна пассажирка — рабыня средних лет, хорошо сложенная. Как и все рабы, она была без одежды и тащила запечатанный охлаждающий контейнер.

— Мой хозяин предпочитает мороженое из торгового центра, к которому привык. Другое не признает, — поведала рабыня, постучав кончиками пальцев по крышке контейнера. — Увы, мне приходится ежедневно таскаться туда и обратно с этим ящиком. Хозяин отказывается от услуг робота, воображая, что его услуги лишают мороженое аромата, разрушают его вкусовые качества.

— Кто знает, может, и так, — усмехнулась Шина.

— Такие уж они, эти привереды! — подхватил Стайл, с неизменным дружелюбием и сочувствием относившийся к рабам. — Я, к примеру, уже вошел в Турнир, но мой хозяин требует от меня персонального доклада, вместо того чтобы довольствоваться официальной информацией. Вот я и тащусь в такую даль, как ненормальный…

Он не опасался визуальной и аудиоаппаратуры перехвата, которой постоянно пользовались Граждане. Его разговор мог быть тут же услышан хозяином, но, к счастью, Граждане не проявляют интереса к мнению рабов, заранее зная, что те постоянно ворчат и при встречах жалуются друг другу на свою судьбу.

— Забавно, — рабыня обратилась к Шине, — на конечной остановке, куда мы едем, живут всего три Гражданина. Мой и еще двое. Мой не интересуется Турниром, другой — также, а вот третий…

— И что же третий? — спросила Шина поспешно.

— Что третий? А он ненавидит Турниры. Говорит, что это всего лишь потерянное время и только порождает новых Граждан, которых на планете и без того слишком много. Может, вы едете к нему?

Мой хозяин — женщина, — объяснил Стайл.

— Как же так? — удивилась рабыня. — На этом отрезке следования женщиной-Гражданкой является лишь одна, а это моя хозяйка, и она не интересуется Турнирами. Как же она может быть вашим спонсором и покровителем?

Стайл показал ей карточку с адресом.

— О, да это же ненавистник Турниров! И вовсе это не женщина! — воскликнула рабыня. Она сделала чуть заметный упреждающий жест в сторону среднего отсека, где, видимо, была подслушивающая аппаратура. — Уж я-то знаю это точно!

Стайл и Шина переглянулись. Рабыня утверждает, что его вызывает мужчина. И ей ли не знать, что по законам Протона рабы, даже без их согласия, используются в сексуальных целях. Граждане одного пола в установленном порядке могут использовать рабов другого. Их спутница намекнула на…

— Мой хозяин — женщина, — повторил Стайл, но вдруг почувствовал приступ тошноты. Вот зачем его вызывают для персонального доклада и Он не имеет права отказать, но он не пойдет на это. Да, случилось непредвиденное обстоятельство. Это все осложняет…

— А вы уверены, что по этому адресу не поменялся хозяин? — спросил он рабыню, все еще надеясь на ошибку.

— Абсолютно уверена. Я была во дворце всего два дня назад. — И снова жест украдкой в сторону среднего отсека. — О небеса! О ад!

— Но, может быть, моя хозяйка гостит у него, потому и вызвала меня по этому адресу.

— Такое возможно, — согласилась рабыня. — Он любит женщин и предпочитает Гражданок. Она миловидная?

— Красивая, — ответил Стайл и добавил: — Как ты!

Рабыня понимающе кивнула.

— Но ты… — посоветовала она Шине, — держи от него подальше свое роскошное тело.

Поезд замедлил ход.

— Я сойду здесь, — сказала рабыня, — а следующая — конечная. Желаю удачи!

Когда они остались вдвоем, Стайл пробормотал:

— Мне все это очень не нравится… Уклониться от приказа мы не можем, но, похоже, здесь что-то неладно. А вдруг мы получили фальшивое послание?

— Оно подлинное, — сказала женщина-робот. — Но я согласна с тобой, что здесь что-то не так. Я запрошу о помощи.

— Не думаю, что следует вмешивать в мои дела твоих друзей-роботов, — возразил Стайл. — Они не хотят привлекать к себе внимание граждан.

— Я лишь попрошу определить источник этого послания и задействовать твоего дубля-робота, — объяснила Шина. — Думаю, что мы сможем чуть задержаться на станции, пока робот не прибудет срочным грузом.

Поезд остановился. Они вышли из вагона и направились в местный пищевой распределитель, чтобы переждать требуемое время. Шина съела кусок моркови. Она была машиной, но могла пропустить через свою систему еду. О пищеварении, естественно, не могло быть и речи. Стайл удовольствовался чашкой какао.

Через короткое, на удивление, время подкатил грузовой контейнер. Он открылся, и Стайл-робот появился на перроне. На спине у него был транспортный ярлык, который приклеивают при перевозке груза.

— Начинай дышать! — приказала Шина, и модель ожила. — Возьми вот эту карточку и отправляйся по указанному адресу. Постоянно посылай сообщения, что будет с тобой происходить.

Не сказав ни слова, робот взял карточку, взглянул на адрес и пошел к служебному выходу. Он был таким маленьким! Стайл в замешательстве подумал, что вот таким он кажется со стороны — ребенок-мужчина тридцати пяти лет с фигурой двенадцатилетнего мальчика.

— Быстрее двигайся! — шепнула Шина, провожая робота взглядом. — Если там замышляется что-то плохое, мы исчезнем!

Она отыскала комнату для хранения грузов, и спутники, найдя удобное местечко, уселись в ожидании неизвестности.

— Итак… — начала Шина, но прервала сама себя, положила руки на плечи Стайла и поцеловала его. Она была пылкой, мягкой, как обыкновенная живая женщина, но внезапно ее поцелуй потерял чувственность.

— Что случилось? Ты не нашла ответного огня? — удивился Стайл.

— Тс-с… Я принимаю донесение! — Не контролируя себя, бессознательно, Шина превратилась в обычного робота. — Произошла ошибка… Гражданин не посылал вызова, у него нет никаких гостей… О-о-о! — Она затрясла головой. — Больно!

Почему она почувствовала боль? Услышала ругательства?

— Разрушение. Он швырнул робота в переплавку. Его больше не существует.

Ничего себе! Двойника Стайла, принятого за живого Стайла, не раздумывая уничтожили. Робот поплатился за человека! Его переплавили, подобно металлолому… Что это со Стайлом? Глупо впадать в сентиментальность по поводу гибели машины (конечно, если речь идет не о Шине), но он общался со своим двойником, привык к нему и сейчас почувствовал, что машина была частицей его самого.

— Знал ли тот, что перед ним робот? — спросил он у Шины.

— Не думаю. Но сейчас он знает. Люди в огне получают ожоги, обугливаются, дурно пахнут, а этот расплавился. — Она, наклонила голову, прислушиваясь. — Да, мы должны немедленно скрыться. Гражданин запрашивает о наличии других незваных пришельцев.

Шина потянула его к выходу. Довольно быстро они оказались снаружи, на холодной бесцветной поверхности Протона, по соседству с величественным зданием, принадлежавшим Гражданину. Шина открыла дверцу в области живота и достала маску.

— Надень. Она поможет тебе некоторое время. Там кислород.

Стайл повиновался. Почувствовав, что задыхается, вдохнул через нос кислород, и стало легче.

Ландшафт здесь был ужасен. Завалы металла, кучи песка, никакой растительности. Голые, обнаженные скалы громоздились с южной стороны, проступая сквозь серо-желтую пелену загрязненной атмосферы.

Стайл произвел моментальную умственную географическую калькуляцию и заключил, что на это место накладывались Пурпурные Горы Фазы. Он и Шина находились совсем неподалеку от холма, где жили Платиновые эльфы. Маленьких Народцев на Протоне не существует. А может, они существуют? Отдельные народы имеют параллельные существования: как же могут целые племена, существуя в одном измерении, не существовать в другом?

— Шина, тебе известно о каком-нибудь народе, что живет в этих горах? — спросил он, кивнув на очертания скал.

— Здесь большие залежи протонита. Он плохо влияет на людей. Рабы, которые здесь работают, задерживаются в росте… — Она вдруг оборвала себя на полуслове и стала озираться по сторонам. Вокруг что-то шевелилось и двигалось. — О нет, нет! Нет! Он окружил нас механизмами. Мы не сможем пробиться через них! Никогда!

Стайл замер от ужаса. Из трещин на поверхность грунта все выползали и выползали миниатюрные танки, жерла пушек были нацелены на Стайла и Шину. Они ползли, образуя плотное железное кольцо вокруг замка Гражданина, радары-антенны были нацелены на мишень.

Шина приняла решение — она протащила его через поле к зданию. Они прошли через невидимый Занавес — обыкновенный звон в ушах, но он отделил один мир от другого. Когда они пересекли Занавес, воздух, обогащенный кислородом, окутал их, но тут же раздался сигнал, извещавший хозяина, что они проникли в здание. Сигнал прозвенел — и они поняли, что угодили в ловушку.

— Твои друзья могут действовать против танков роботов? — спросил Стайл, когда они пробирались по служебным помещениям замка.

— Нет, у танков автономная система управления. Только Гражданин может контролировать их действия. Желательно поскорее выбраться отсюда.

Раздались шаги андроидов, приближавшихся к ним.

— Не так уж и желательно… — пробормотал Стайл, но она была уже в другом отсеке, а он должен был следовать за ней.

Они миновали одно помещение за другим. Шина хорошо ориентировалась здесь, умея принимать сигналы от служебных роботов. Но погоня приближалась, и нужно было срочно найти какое-нибудь укрытие или же принять оборонительные меры.

И тут внезапно они очутились внутри жилого квартала. И остановились, удивленные. Они попали на небеса! В живописный рай, как на картинке! Пол был сделан из белой мягкой губки, каждый блок имел форму легкого облачка. Облачка плыли, и на них опускались крылатые младенцы с маленькими арфами в руках. Широкая дверь в рай была вся усыпана жемчугом. Тихая, приятная музыка — ангельские гимны — лилась отовсюду.

Один из ангелочков опустился перед визитерами и повел их за собой. Маленькие крылышки трепетали. За спиной струилось прозрачное одеяние, на котором золотом была вышита буква "Г".

— О, новые гости нашего господина! Отказались ли вы от всех плотских вожделений?

Ни Стайл, ни Шина не знали, что ему ответить. Так они и стояли молча и недвижно, пока в поле зрения не появились преследовавшие их андроиды.

— И вы сюда?! В чем дело? — вскричал ангел. — Вы, бездушные уродцы, не можете быть в Раю!

Андроиды, разъяренные, отступили. Они напомнили Стайлу тех, что играли в футбол.

— В чем дело, Гавриил? — спросил женский голос.

— У нас гости, — ответил архангел Гавриил. — Но я не уверен…

И тут появилась Гражданка. На ней было тонкое, как паутина, платье, оно облегало ее пышные формы. Стайл нашел эффект неописуемо эротическим. Он привык либо к наготе, либо к плотным одеждам, но быть и не быть голой… Небеса не страдали отсутствием вкуса к сексу.

Леди нахмурилась:

— Это — рабы. Причем нездешние.

Стайл и Шина опрометью кинулись от нее прочь. Они плюхнулись на какое-то облако, затем прыгнули на дорожку, мощеную золотой брусчаткой. Дорожка повела их и перешла в каменную лестницу, шедшую вниз. На камнях были высечены какие-то буквы. Стайл спешил, но все же успел прочесть: «Добрые намерения». Лестница завершалась массивной дверью из светонепроницаемого материала. Шина толкнула ее, и они вошли.

Вошли — и остановились, снова пораженные увиденным. Помещение представляло собой полный контраст с тем, что было наверху. Жаром дышали открытые ямы с раскаленными углями. На стенах изображались ужасные пытки — и выгравированные, и написанные маслом. Стояли металлические столбы с цепями и наручниками.

— Это ад… — прошептал Стайл, — а рай был наверху…

— Рабыня говорила про них. Помнишь? «О небеса! О ад!» — ответила вполголоса Шина. — Оказывается, ад и рай она имела в виду в буквальном смысле.

Появился дьяволенок в красной накидке, с бородой и рожками. Он угрожающе размахивал трезубцем.

— Свежее мясо! — вскричал дьяволенок, возликовав. — А у нас уж и огонь готов! Пошевеливайтесь, пропащие, проклятые души!

По каменной лестнице кто-то торопился. Шаги были все слышнее. Это андроиды настигли Стайла и Шину. Похоже, бездушным тварям вход в ад не заказан.

От страха Стайл и Шина снова пустились наутек. Шина с силой толкнула плечом дьяволенка и вырвала из его рук трезубец. Они бежали что было мочи, не забывая огибать пышущие жаром адские ямы.

— Что это? — в гневе вскричал рослый дьявол. — Разве вы, рабы, не предназначены для наших мест? Похоже, в ад, как и в рай, без разбору не пускают! Эй! — Дьявол крикнул вслед Стайлу. — Ведь я только что расплавил тебя!

— Потому-то я и дошел досюда! — не в силах противостоять вспышке юмора, крикнул Стайл.

— Гражданин, — сказала Шина тому, кого приняли за рослого дьявола. — Вы сам сатана?

— Точно подмечено, — согласился Стайл.

— Я разорву вас на мелкие кусочки! — закричал Гражданин, от ярости став настоящим сатаной.

— Вам лучше бы разорвать то дурацкое послание, которое вы нам отправили. Из-за него мы и очутились здесь — выкрикнул Стайл.

Гражданин уставился на него, не отрываясь.

— Вот они, — Гражданин перевел взгляд на потолок, — подробности этого вызова!

Появился экран: вызов шел от нанимательницы Стайла.

— Подать ее сюда! — загремел Гражданин. Стайлу показалось, что от ярости дымок вылетел из ноздрей сатаны.

Наступила пауза. А затем на экране появилось хмурое лицо хозяйки Стайла.

— Ты посылала за этим рабом? — вскричал сатана-Гражданин, указав пальцем на Стайла.

Глаза Гражданки рассматривали вопрошающего и весь ад.

— Мы с вами знакомы? — спросила она Гражданина.

— Вы — женщина, не так ли? Тогда держу пари, что меня-то вы знаете! — усмехнулся сатана.

Она предпочла не продолжать рискованный разговор.

— Я вызвала своего раба к себе. А что он делает здесь?

— Этот идиот прибыл по адресу, который ему дали — прямо в ад! Зачем вы это сделали?

— Нет, я этого не делала! — решительно отрезала она. — Кто-то подменил адрес.

— Подменил… — смущенно пробормотала Шина. Концы электроцепи, видимо, сомкнулись в ее голове компьютере. — Вызов подлинный, но адрес подменен. Это проделки твоего неизвестного Недруга.

Гражданка обратилась к Стайлу:

— Раб, ты знаешь, кто это сделал?

За Стайла ответила Шина, повернувшись к сатане Гражданину:

— Сэр, мне известно, что кто-то пытался убить Стайла, но кто и по какой причине — я не знаю.

Гражданка снова нахмурилась.

— Я ввела этого раба в Турнир, — сказала она сатане. — Он выиграл два раунда. Мне не нравится чье-то вмешательство в мои дела. Но, уверяю вас, мне и в голову не приходило вторгаться в ваши владения. Я сама займусь расследованием, которым хотите заняться вы. Но учитывая, что эти рабы невиновны, не отпустить ли их с миром?

— Они вторглись в мои владения! — упорствовал сатана. — И наказание им — смерть.

— Я уже это пережил, — пробормотал Стайл.

— Но не для моих рабов, — возразила нанимательница Стайла, выказав тем недюжинную сообразительность. — Если я упущу шанс победить на Турнире, никогда себе этого не прощу! Я буду очень расстроена…

— А я уже расстроен и меньше всего забочусь о Турнире. Тот, кто вторгся в мои владения, должен умереть, и чем скорее, тем лучше!

Госпожа в который уж раз хмуро свела брови.

— Гражданам не пристало устраивать перебранку в присутствии рабов. Но я вынуждена прибегнуть к крайности и упомянуть о радиоуправляемой ракете, которая нацелена на ваши владения. Она способна разрушить склады с протонитом и заразить радиацией весь ваш адов персонал. Поймите, мне нужен этот раб!

Сатана сделал паузу для размышления.

— Я согласен: Гражданам не пристало спорить при рабах. Но тем не менее и я вынужден упомянуть о парочке средств, одно из которых — противоракетный лазер, направленный на…

— Но, может быть, вас устроит честный компромисс? — предложила нанимательница Стайла. — Давайте предоставим рабам некоторое время, чтобы скрыться, совсем короткое, но если они не используют эту возможность… Словом, дадим им честный старт.

Сатана расцвел.

— Превосходно! Если вы выиграете, то получите их жизни плюс килограмм протонита. Если проиграете, получу протонит я!

Стайл чуть не задохнулся от волнения. Один-единственный грамм протонита равен двадцати годам рабства. Уплатив такую цену, раб может комфортабельно жить где угодно в галактике. Эти граждане разбрасывают вокруг себя целое состояние, как песок.

— Только один килограмм? — спросила Гражданка.

Стайл не мог с точностью сказать, слышались в ее голосе ирония, презрение или высокомерие..

— И вы, — уточнил сатана размер штрафа, — останетесь здесь на неделю.

— Что за оскорбления!

Сатана лукаво подмигнул:

— Ну тогда на один день!

— Хорошо, пусть так. — Хозяйка пристально посмотрела Стайлу в лицо. — У вас две минуты, чтобы скрыться. Как только время истечет, все средства, что здесь есть, будут брошены против вас. Я надеюсь, что вы с толком используете предоставленный вам шанс на спасение. Мне бы… не хотелось провести день с этим… этим…

— Согласен! — вскричал Стайл.

Шина не теряла даром времени.

— Иди за мной, — сказала она Стайлу и сделала шаг к выходу. Стайл последовал за ней, не задавая вопросов: она была запрограммирована для такого рода заданий.

Он был просто ошеломлен тем, что услышал при этих необыкновенных торгах. Его хозяйку нисколько не смутило, что она должна отдать килограмм протонита, смутил ее один день неприятного общения. И все же она заключила пари. Оказывается, Стайл не имел даже приблизительного представления о том, что считается ценностью у Граждан. Его жизнь, жизнь фаворита-раба приравнивалась к килограмму протонита или же одному дню нежелательного общения! Да, понятия истинных ценностей здесь были весьма относительны. Его хозяйка всего-навсего будет огорчена, если проиграет пари и ее раб, умерев, не сможет участвовать в Турнире.

Очевидно, Шина успела зафиксировать в своем электронном мозгу все хитросплетения планировки сатанинского убежища. Она наверняка знала, что где расположено. Стайл понимал: он на волосок от гибели, но все же надеялся спастись, уповая на то, что Гражданин-сатана не предупрежден о возможностях Шины как робота. Она была способна на гораздо большее, чем думал сатана. Нанимательница Стайла, конечно, об этом знала, но ловко провела свою роль. Она во что бы то ни стало хотела выиграть пари.

Шина открыла свою панель-дверцу на уровне живота и нажала на какую-то кнопку.

— Это даст нам лишнюю минуту, — шепнула она, — я поставила на шестидесяти секундный прибор-замедление. К тому времени, как они обнаружат это, срок все равно истечет. Пошли!

Они очутились в отсеке, где находились роботы мини-танки. Шина подняла крышку люка одного из них:

— Полезай!

— Но здесь место только для одного!

— Мне ведь не нужно дышать, — пояснила Шина, — я могу устроиться сверху на танке. — Стайл недоверчиво взглянул на нее, и она нетерпеливо добавила: — Торопись! Пошла лишняя минута! Да полезай же! Ты умеешь управлять?

— Да.

Стайлу приходилось участвовать в Игре с использованием роботов-танков. Однако если во время Игр на танке стоял имитирующий цветовой лазер, то сейчас ощетинилось грозное оружие на поражение цели. Это были настоящие боевые машины, что заставило его нервно передернуть плечами.

— Я не смогу помочь тебе, когда мы выберемся наружу, — быстро сказала Шина. — Постарайся обмануть мимикрией танки, чтобы они не распознали в тебе беглеца. И направляйся к горам. Они перестанут преследовать тебя, когда ты выйдешь из владений сатаны.

Владения… Совсем как Владения Адепта на Фазе.

— Я готов, — сказал Стайл, захлопнул люк и завел мотор.

Он повел машину по узкому тоннелю к выходу, затем перешел в другой, ведущий наверх коридор и тут же увидел чуть разомкнутое кольцо мини-танков. Он двинулся к ним, чтобы слиться в общей массе. Чудесный способ защиты — мимикрия!

Но все танки повернулись башнями к нему. Быть может, заметили Шину, сидевшую сверху, или же робот из обслуги Гражданина-сатаны подал сигнал тревоги. Ближайший танк нацелился на беглецов. Наведенный ствол раскачивался совсем рядом, гибельно и зловеще.

Очень хорошо. Стайлу было не в новинку совершать маневры в подобной ситуации, но тогда это было просто игрой, его жизни ничто не угрожало. Он рванул в сторону, и первый выстрел противника не попал в цель. Раздался взрыв. Черное облако взметнулось к небу и застыло, повиснув.

Пришла очередь Стайла. Он прицелился и нажал на кнопку — и тотчас языки пламени побежали по только что атаковавшей машине. Клубы черного дыма обволокли подбитый танк. Стайлу приходилось разить наповал игрушечные мишени ракетным оружием, но он и думать не мог, что его игровой талант так пригодится в реальном бою.

До того как дымное облако рассеялось, он наметил себе другую цель. И увеличил счет. Однако теперь на него целились со всех сторон. Мини-танков было множество, а он помнил, что наверху находится Шина. Даже скользящий выстрел или небольшой осколок мог повредить его верного робота. Кажется, у беглецов не было ни единого шанса выбраться из этого ада.

Стайл принял решение. Он развернул танк и направил его к замку сатаны-Гражданина. Теперь замок стал помехой для преследователей. Он стоял между ними и беглым танком, и любой неточный выстрел мог угодить в строение. Вообще-то эти танки роботы не отличались сообразительностью, но в них была заложена определенная маневренная программа.

Однако проблема заключалась в том, что Стайл был окружен. Он не мог выбраться из кольца, не став мишенью. Уже не очень долго оставалось до того момента, когда запас протонита, питавший его машину, истощится: она пожирала много энергии. И тогда Стайл встанет как приклеенный, совсем беззащитный перед сатаной, который, конечно же, сделает его жителем ада.

Необходимо найти оригинальный выход из положения. Единственное, что оставалось, Стайл сделал — он направил танк прямо на замок.

Что же еще предпринять?

Через несколько мгновений он уже мял гусеницами покои, отсеки и подвалы сатаны и очутился у лестницы, ведущей в рай. Ангелы заголосили в реальном тленном ужасе; когда в их облако врезался мини-танк и разметал его в клочья. Стайл притормозил, не желая их гибели, ведь он знал, что ангелы — не кто иные, как переодетые рабы! Если хоть один из них умрет, его пребывание на Протоне тут же и закончится. Полиция арестует Стайла до того; как он пройдет ритуал посвящения, дающего неприкосновенность участникам Турнира. Во время Игры никто не может быть арестован, но в том-то и дело, что ему не разрешат участвовать в ней. Придется возвращаться на Фазу, но каким образом? Там, где будет посвящение, ему не известен проход через Занавес.

Да, он должен быть поделикатнее в обращении с ангелами-рабами, к тому же надо помнить, что на его танке сидит женщина-робот. Может, проверить, как она там себя чувствует? Нет, он не может позволить себе ни минуты передышки, нужно что-то придумать, чтобы удержать инициативу до того, как сатана опомнится и приведет в движение все свои силы.

А можно ли пробраться вниз на рельсы, по которым ходит подземный поезд? В этом месте тоннель достаточно широк, и танк может протиснуться, но что делать, если он застрянет в узком тоннеле, предназначенном только для поездов? Взгромоздить на платформу ему машину не удастся, покинуть же ее — значит обречь себя на верную смерть. Но куда же еще можно податься? В какую сторону? Похоже, выхода нет…

И вдруг на него нашло озарение. Занавес, конечно! Если ему удастся нащупать его, то…

Но это рискованный шаг. Находясь в танке, как он может с точностью определить местонахождение прохода на Фазу, а если и определит, хватит ли у него силы воли выйти из танка? Этого он уже не сделал, когда требовалось. Находясь под прицелом, он не вышел из танка, чтобы перейти черту. И сейчас это очень рискованное предприятие. Но не меньший ли риск оставаться в машине бездействуя? В в этом случае он неминуемо попадет в лапы к сатане. Он обязан попытаться проникнуть сквозь Занавес.

И Стайл буквально вывалился на танке из рая на бесплодную пустошь Протона. Машины-роботы оказались по ту сторону Занавеса. У него было такое маленькое преимущество, такое ничтожное…

Все боевые роботы прореагировали как один: обогнули владения, развернулись и встали, образовав четкую прямую линию. Теперь они поймали его в фокус. Замок сатаны не возвышался больше между ними и Стайлом.

Опять неудача.

Началась стрельба. Стайл бросал машину из стороны в сторону, пытаясь уклониться от попадания и не сделаться мишенью. Танки были прекрасными боевиками, когда цель оставалась статичной или двигалась размеренно, но когда движение ее стало хаотичным, роботам-танкам потребовалось время, чтобы разработать новую тактику.

Проходили мгновения, пока башня, подвигавшись туда-сюда, устанавливалась в нужном положении. Ко всему прочему Стайл, как всякий человек, был непредсказуем, и когда он принимал неординарное решение, роботы терялись.

Но опять же он не мог позволить себе торчать перед ними особенно долго: скоро, очень скоро башни неминуемо приспособятся и вычислят его. По меньшей мере они могут сделать его машину неспособной к маневру. Тогда он станет неподвижной мишенью, «сидящей на гнезде кряквой», как это называется на игровом жаргоне.

На Фазе, подумал он с мимолетным юмором, ему нужно опасаться вражеского заклинания, здесь же — ядерного залпа. Это лучше! Но это было всего лишь мимолетной мыслью, по-настоящему он думал совсем о другом. Он напряженно размышлял, как обнаружить Занавес. Он был где-то рядом, однако песок — плохой ориентир, и Стайл не мог обнаружить его, как ни старался. Занавес мог изгибаться, описывать кривую, и подрагивал он так неуловимо, что был невидим почти с любой точки. Он был невидим даже для такого сведущего человека, как Стайл.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25