Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Стеклянный башмачок

ModernLib.Net / Детективы / Эберхарт Миньон / Стеклянный башмачок - Чтение (стр. 4)
Автор: Эберхарт Миньон
Жанр: Детективы

 

 


Вошел дворецкий.

– Ленч подан...

Брюль тут же воспользовался ситуацией, и Рут поняла, что на выяснение отношений времени нет. Нужно идти в столовую, где уже ждет Элис, которую она ненавидит. Может, сказаться больной?

Брюль посмотрел на нее и вдруг спросил:

– Ты нездорова, милая? Может, Элис тебя заменит?

– Я прекрасно себя чувствую, – отрезала Рут и направилась в столовую.

Уже сидя за столом, Рут вспомнила лицо Брюля. Он явно понял ее состояние.

Это было их первое совместное появление за столом. Беседу поддерживала только Элис, обращаясь в основном к Брюлю и старательно не замечая Рут. Стивен молчал, уткнувшись в тарелку. Мэгги тоже молчала, изредка бросая на мачеху косые взгляды.

С первого дня их знакомства Элис старалась подчеркнуть, что Рут незаконно заняла свое место и не заслуживает своего положения. Пользуясь привязанностью Мэгги, она вечно настраивала девочку против мачехи. Рут не могла забыть, какие гнусные та ей бросала обвинения. Но приходилось терпеть ее присутствие в доме. Рут искренне завидовала умению Элис скрывать чувства под внешней светской благопристойностью.

Внешне Рут казалась спокойной. Она вовремя отдавала распоряжения Гроссу и прислуге, своевременно отвечала на реплики Брюля. Но ее напряжение спало лишь с появлением жизнерадостного и цветущего Гая.

От ленча тот отказался, но согласился выпить кофе. Все перешли в библиотеку, где он принялся их инструктировать.

– Говорите только самое необходимое, – предупредил он, покосился на Мэгги и добавил: – И никаких истерик!

Рут посмотрела на Элис. Та была в этот момент удивительно хороша. Казалось, она учитывает даже освещение, чтобы казаться моложе и обаятельнее. Блеск серых глаз подчеркивала мягкая зелень платья. Но ведь вчера она была в черном! Значит, Элис посылала домой за вещами, намереваясь надолго здесь обосноваться.

– Ты хотел говорить про алиби, – напомнил Гаю Брюль.

– Совершенно верно. Похоже, оно есть у всех – если исходить из вчерашних показаний.

Ближе всех к нему был Стивен, допивавший кофе, облокотившись на камин. Адвокат спросил:

– Вы весь день провели в студии?

– Да, я работал.

– Играли?

– Утром записывал ноты, потом сел за рояль.

Руки Стивена дрожали, под глазами выступили темные круги. Но зато вместо привычного свитера он явно ради Элис был в нарядном смокинге, который ему очень шел.

– Днем вы тоже играли?

– Полагаю, да.

– Я слышала его игру, когда пришла Джил, – неожиданно заявила Рут. – Он не отходил от рояля, когда пришли Гросс и сразу после него Элис. Я прекрасно помню мелодию, которая тогда звучала.

– Отлично! – обрадовался Гай. – То, что нужно для алиби. Как насчет вас, Элис?

– Я же вам говорила, что пришла сюда от Сиднеев. Они могут это подтвердить.

– Вы сразу пришли сюда? Не задерживались где-то по дороге?

– Я прошлась пешком, разглядывая по дороге витрины, собралась заказать носовые платки, но моя постоянная мастерица заболела, потом зашла в книжный магазин.

– Видел вас кто-нибудь из знакомых – чувствовалось, что Гая это не устраивает.

– Это так важно? Не знаю...

– Значит, алиби у вас нет.

– Но ведь меня в убийстве не обвиняют!

– Пока... Мэгги, ты была в школе?

Рут попыталась вмешаться, и адвокат тут же повернулся к ней.

– А как Элис вошла в дом? Гросс об этом понятия не имеет.

– Рут дошла до расспросов прислуги, – презрительно фыркнула Элис. – Кому какое дело, как я попала в дом?

– Об этом обязательно спросит полиция, – заверил ее Гай.

– Все очень просто, – заявила Элис. – У меня есть ключ, который дала еще Кристел. Я вошла, оказалось, что Мэгги еще нет. И тут услышала крик Рут. В доме я никого не видела. И что же тут плохого? – она покосилась на Брюля, словно ожидая поддержки, но тот молчал.

Желая разрядить обстановку, Гай повернулся к Брюлю.

– Твоя очередь...

Брюль стряхнул пепел с сигареты.

– У меня нет алиби. Я попал в пробку, вышел из машины и сидел в каком-то баре. Если понадобится, постараюсь вспомнить, где это было.

– Полиция наверняка захочет это сделать. В таких вещах они весьма дотошны.

Полиция появилась после двух. Теперь, когда не оставалось сомнений, что девушку убили, полицейских точно подменили. Куда девались их терпение и мягкость! Они обшаривали все подряд, беседовали со всеми по очереди. Каждого допрашивали отдельно. Рут пришлось провести не меньше двух часов в столовой, где яркий свет бил прямо в лицо. Ее засыпали градом вопросов. Судя по лицу Гая, присутствовавшего при допросе, он всерьез волновался. Допрос вертелся все вокруг того же: зачем Джил пришла к Рут? Почему Рут так поспешно вышла замуж? Почему умерла Кристел?

Бесконечно повторяя ответы, Рут подумала, что Джил явно ошиблась, полагая, что она что-то знает. Тогда она бы с удовольствием все рассказала полиции.

Детектив Фэнк, держась позади, изучал столовое серебро в буфете. Его больше всего интересовала зеленая краска на руках Джил, ее перчатки и так далее. Услышав о порошке в стакане Рут, он не придал ему особого значения, явно сочтя уловкой подозреваемой.

Получив, наконец, разрешение удалиться, Рут облегченно выскочила из комнаты и столкнулась с Элис, стоявшей в дверях.

– Ну, ты созналась? – спросила та. – И тебя не арестовали?

В ее глазах явно читалось торжество.

Увидев, что Рут не намерена отвечать, она схватила ее за руку.

– Молчишь? Но дом этот по праву мой. Брюль предложил мне стать его женой! Тебе он сделал предложение только потому, что знал об отравлении Кристел и хотел оградить меня от подозрений. Твоя же роль была определена с самого начала, так что на его помощь не надейся!

12

Все это Рут понимала и без Элис. То же твердил ей Энди. К тому же, уговаривая пожениться, Брюль был предельно откровенен.

Собравшись с силами, Рут спросила:

– А почему бы вас подозревали, выйди вы за Брюля?

Элис вдруг смутилась и пробормотала:

– Пошли бы разговоры!

– Но вы сказали, что давно знали про убийство Кристел. Что именно?

Элис повторила:

– Я не так глупа, чтобы заблуждаться на сей счет. И Брюль того же мнения.

– Но теперь я его жена, – с достоинством подчеркнула Рут и закрыла дверь у Элис перед носом.

Да, Энди явно ошибался, когда говорил про ссору Брюля с Элис. Это был заговор, направленный против нее. Но почему речь шла о безопасности Элис? Что могло ей угрожать? И почему любовники считали, что Кристел убили?

Она подошла к телефону, чтобы позвонить Энди. Но в клинике ответили, что Энди там со вчерашнего дня не появлялся. Рут совсем расстроилась.

Спала она, заперев дверь. Уже лежа в постели, Рут подумала, что телефон стал звучать как-то странно, и догадалась: разговоры прослушиваются.

В доме стояла тишина, только в гостиной хохотали полицейские, резавшиеся в карты, чтобы скоротать время. Периодически они обходили весь дом.

Вообще-то полицейские относились к своим обязанностям добросовестно, только один, проверив студию, признался, что на него нагоняет уныние огромный рояль, смахивавший на гроб.

Утром проходило предварительное дознание.

Много времени оно не заняло. В пахшем дезинфекцией помещении было холодно и неуютно. Отвечали все коротко и сдержанно. При выяснении обстоятельств смерти Джил самые важные показания дал лейтенант Эйнджел. Он сообщил, что в связи с гибелью медсестры началось расследование обстоятельств смерти миссис Кристел Гетрик.

На вопрос почему, лейтенант рассказал про анонимные письма и даже зачитал одно из них. Всего таких писем было больше десятка. Но могло быть и больше в другие инстанции.

– Известен автор писем? – поинтересовался судья.

– Нет, но результаты эксгумации подтвердили его правоту – наличие смертельной дозы яда.

– Следовательно, это было убийство?

– Вот именно.

– А результаты вскрытия тела Джил Гарднер?

– Те же.

– Заключение уже подписано?

– Нет еще: понадобились дополнительные анализы.

– В обоих случаях яд одинаков?

– Да.

Было сделано заключение, что смерть Джил не могла быть самоубийством, поскольку совпала с началом расследования обстоятельств смерти Кристел.

И вновь Рут пришлось давать показания.

– До брака с мистером Гетриком вы были медсестрой?

– Да.

– Вы ухаживали за миссис Гетрик?

– Да.

– Вы были при ней, когда она умерла?

– Да.

– Вы обратили внимание на какие-либо странные обстоятельства ее кончины?

– Нет, все случилось совершенно неожиданно.

– Что вы имеете в виду?

Покосившись на Гая, Рут сказала, что Кристел чувствовала себя последние дни немного лучше, поэтому никто не ожидал конца. Но и симптомов, указывающих на насильственную смерть, не было.

– Вы допускаете, что ваша напарница Джил Гарднер знала что-то настолько важное, что могло определить случившееся как убийство?

Рут попросила повторить вопрос.

Судья поинтересовался:

– Вы обсуждали с ней смерть миссис Кристел Гетрик?

– Как и все тогда.

– Зачем она пришла к вам в день своей смерти?

– Понятия не имею.

– Вы ее приглашали?

– Нет.

– Она вам говорила, что Кристел Гетрик убили?

– Нет, – твердо заявила Рут, понимая, что допрос этим не кончится.

Гай побагровел от волнения, но ничем не мог ей помочь.

– Вам не кажется, что Джил Гарднер имела доказательства убийства Кристел?

Гай было вскочил, но тут же опустился в кресло. Рут же снова заявила:

– Не знаю.

На этом ее допрос закончился.

Теперь показания давала Донни – сестра из клиники, которая заявила, что Джил в день своей гибели была в прекрасном настроении и не помышляла о самоубийстве.

– Она что-то говорила о миссис Кристел Гетрик?

– Нет.

Затем выступали полицейские эксперты. И вскоре было вынесено заключение, согласно которому Джил Гарднер стала жертвой неизвестного лица или группы лиц. Имя Кристел Гетрик вообще не упоминалось, дознание по ее делу должно было состояться позднее.

В дневных выпусках газет появилось официальное сообщение, что обе женщины были убиты. У Гая оно не вызвало тревоги. Он уверенно заявил, что арест кого бы то ни было может последовать, только когда найдутся неопровержимые улики. Ибо никто не захочет скандала в отношении столь известного человека, как Брюль.

На улице опять шел дождь. Рут ехала в машине с Гаем, Стивеном и Мэгги. Элис втиснулась в машину Брюля, следовавшую за ними.

Гай всех предупредил, что теперь за каждым их шагом станут тщательно следить. Больше всех расстроилась Мэгги, опасаясь пересудов в школе. Рут попыталась было ее утешить, но Мэгги решительно от нее отстранилась.

В тот же день в вечерних газетах появилось любопытное сообщение: один из барменов заявил, что в день своей гибели к нему заходила Джил. На ней было старенькое пальто и шляпка. Она заказала два коктейля, но один потом почему-то вылила в кадку с пальмой.

Это как будто говорило о самоубийстве, но бармен не смог толком опознать девушку.

Вечером Рут потребовала от мужа отправить Элис домой. Это произошло, когда Брюль пригласил ее в кабинет и неожиданно потребовал больше не встречаться с Энди.

Вспылив, обиженная Рут выпалила:

– Мне кажется, сейчас лучше было бы предложить твоей Элис покинуть наш дом.

Внимательно взглянув на жену, Брюль поинтересовался:

– Кто говорил с тобой об этом?

Не получив ответа, он протянул:

– Конечно же, Элис... Именно из-за нее я на тебе и женился.

И, откинувшись в кресле, стать ждать реакции жены.

13

Рут собрала волю в кулак, чтобы перенести это унижение.

– Ты не нарушил нашего уговора... Но теперь, когда я знаю правду, терпеть эту женщину в нашем доме я не намерена! Иначе уйду я!

– Куда?

– Буду работать, как раньше.

– Но я тебя в клинику не возьму.

Рут возмутилась.

– Это просто непорядочно!

– Тебе не нужна лишняя шумиха в прессе. К тому же за тобой по пятам будет ходить полиция.

– Долго это продолжаться не может.

И тут вдруг Брюль спросил:

– Ты влюблена в Энди?

Рут промолчала.

– Сознайся, ведь он за тобой ухаживал. Понимаю, что это не мое дело, но ты ведь моя жена...

– А как же Элис? – спросила Рут.

– Узнаешь все со временем, но не сейчас. Насчет Элис... Не забудь, она обручена со Стивеном.

– Мне его жаль... Он так ее любит.

– Возможно, я кажусь тебе жестоким... Но все же я надеюсь, что во всей этой нелепой истории ты будешь на моей стороне.

– Чего ты хочешь?

Он вдруг улыбнулся.

– Удивительно, Рут, как ты рвешься все выяснить до конца. Правда, я сам тебя к этому приучил на работе. Ладно, вот что следует делать... Ты останешься здесь, и Элис тоже. С Энди встречаться не будешь – только еще не хватало попасть на страницы газет. Это совершенно ни к чему, мы и так на виду у всего города.

– Потому я и хотела, чтобы Элис отсюда убралась. Но скажи, с чего ты решил, что Кристел убили и почему вдруг женился на мне, а не на Элис? Чтобы на нее не пало подозрение?

– Кто наговорил тебе этих глупостей? Поверь мне, Рут, я понятия не имел, что Кристел умерла не своей смертью. И женился я вовсе не в интересах Элис. Запомни это!

– Когда началось следствие, ты сразу кинулся к Элис, а мне подсунул Энди, – спокойно заметила Рут. – Я видела вас у театра.

Рассерженный Брюль вскочил.

– Я вовсе не затем ездил к Элис! А что касается Кристел, поначалу я считал, что она покончила с собой.

– С чего вдруг?

– Она слишком переживала, если жизнь складывалась не по ее желанию. Поверь, я не лгу. И не обижайся на Мэгги, проявляй с ней побольше терпения. Что касается Элис... Она с самого начала говорила про убийство. И когда стало известно о письмах, я немедленно кинулся к ней, чтобы узнать, почему она так думала. Мы договорились встретиться у театра. Энди я просил предупредить тебя, что я буду занят. Не хотелось, чтобы ты расстраивалась.

– Ты... – взорвалась было Рут, но Брюль ее перебил.

– Когда я рассказал ей о письмах, Элис что-то обсуждать отказалась. Так что я не имею понятия, чьих это рук дело. Врагов у меня хватает, как у каждого преуспевающего человека. Но кому могли быть известны все подробности? Остаются Мэгги, Стивен и ты.

– Я тут ни при чем!

– Знаю. Тем более тебе и так досталось куда больше остальных. Поначалу я заподозрил Мэгги – очень уж она была недовольна нашей женитьбой. А письма могли помочь от тебя избавиться. Но она уверяет, что о письмах ничего не знала. Стивен? Зачем ему? Да и услышав про расследование и приезд полиции он был просто поражен. Энди? Он сам лечил Кристел, зачем ему лишние подозрения? Слугам и Элис это тоже ни к чему, остается только Гай.

– Гай? – удивилась Рут.

– Они с Кристел были дружны с детства, он вел ее дела, как его отец – дела ее родителей. Но не вижу, зачем ему мстить за смерть Кристел. Ведь автор писем должен быть человеком очень совестливым, раз навлекал подозрения и на себя тоже...

– Стивен, – вырвалось у Рут. – Это в его стиле.

– Да, он настоящий джентльмен. Но не любит отвлекаться от своей музыки, целиком погрузившись в творчество...

Брюль задумался, потом добавил:

– Но вот если бы Кристел как-то угрожала его творчеству, он бы это сделал.

– Стивен не мог решиться на убийство!

– Опыт работы в больнице должен был научить тебя, что невозможного не бывает. Письма могла писать только Джил Гарднер.

– С чего ты взял?

– Она вполне могла предположить, что Кристел убили. А в ее порядочности я прекрасно убедился на работе. Ее просто замучили сомнения и она решила обратиться в полицию. Потом собралось поговорить с тобой о своих сомнениях. Видимо, ты знаешь то же самое, только сама не отдаешь в этом отчета.

– Говорю же тебе, я ничего не знаю...

– Нет, должно быть что-то, о чем ты просто не подозреваешь, – покачал головой Брюль. – Постарайся вспомнить. Речь наверняка идет о какой-то совершенно заурядной детали, на которую ты просто не обратила внимания.

– Брюль, я не помню ничего такого...

Он с надеждой смотрел на нее, но толку не добился.

– Надо найти медицинские карточки, – предложил Брюль. – Это может помочь.

– А где они?

– Не знаю. Я не брал, Гросс тоже, Мэгги и Стивен в глаза не видели и даже не подозревали об их существовании. Лекарства выбросил я сам.

– Но ведь ты предполагал самоубийство?

– Кристел не пользовалась бы лекарствами, а просто приняла яд.

– А кто мог подсыпать отраву в мой стакан?

– Кто угодно. В доме полно людей. Мэгги, Стивен, Элис... Правда, меня тогда не было. Значит ты, Рут, знаешь что-то очень важное, что может стать уликой. Только мне кажется, тебя хотели не убить, а как следует напугать.

– Почему?

– Налей ты в стакан воды, сразу ощутила бы неприятный привкус и обнаружила отраву.

– Но кто мог это сделать?

– У Мэгги такого средства быть не могло. Элис в тот вечер не могла послать за вещами, хотя вполне на такое способна. Стивен... У него хватает всяких лекарств...

– Откуда?

– Он мой давний пациент, получает снотворные от неврастении.

– Значит у него было и то лекарство, которое нашли?

Брюль кивнул.

– Именно его и нашли в телах Кристел и Джил. Я сам не раз им пользовался, Энди тоже. Да и ты сама, Рут.

– Брюль, меня волнует одна вещь. Если полиция ее найдет...

– Объясни, в чем дело.

– Я о своей сумке с лекарствами. Я привезла ее сюда, но куда дела – не помню. Может быть, помнит прислуга, которая помогала распаковывать вещи. Сейчас комната опечатана, полиция следит за каждой вещью, которую я оттуда беру...

– Какие там были лекарства?

– Не помню, но видимо полный комплект.

– Зачем тебе понадобилось все это барахло, ты же совершенно здорова.

– Ну мало ли... Они могли кому-нибудь понадобиться. К тому же я совсем забыла про сумку.

– А морфий там был?

– Конечно. Немного, но сколько – я не помню.

– Во всяком случае, вполне достаточно...

Рут испугала его вспышка. Заметив это, Брюль постарался ее успокоить.

– Когда откроют комнату, мы все проверим. Если бы полиция нашла сумку, тебя давно бы арестовали. Значит, ее кто-то забрал.

Обняв ее, он попросил:

– Верь мне, Рут. И делай, как я говорю.

Рут вдруг ужасно захотелось прильнуть к нему, ощутить тепло его рук. Она даже удивилась силе нахлынувшего желания. Но вспомнив, что Элис остается в доме, она тут же подавила свой порыв.

14

Высвободившись, Рут сказала куда мягче, чем хотела бы:

– Мне больше ничего не остается.

И удалилась.

Ночью ей не спалось. Все время вспоминался утренний разговор с мужем. В газетах вовсе не упоминались ложный ночной вызов, который обеспечил Брюлю алиби, и позеленевшие руки Джил. Это ее особенно беспокоило. Таких случаев в медицинской практике она не знала.

Но почему это не интересовало Брюля?

Что, если звонила тогда Элис, скажем, из кухни, где стоял другой телефон, а потом ей ничего не стоило явиться в спальню Рут...

На следующее утро Рут поехала в клинику. Стояло пасмурное холодное утро, Элис завтракала у себя, Мэгги как всегда не проронила ни слова. Стивен молчал, казалось, ему нездоровилось, Брюль куда-то еще с утра уехал.

Как раз в тот день полиция сняла печати с комнаты Рут. Там она не заметила ни перемен, ни беспорядка, но это ничего не значило. Там явно поработали знатоки своего дела.

Даже табачный дым не смог заглушить аромат роз. Роскошная комната смотрелась ужасно тоскливо.

Рут занялась тщательными поисками сумки, когда появилась горничная, интересуясь, не нужно ли помочь. Но и вдвоем они сумку не нашли, хотя горничная помнила, что в свое время клала ее в ящик комода.

– Еще кое-что нужно найти, – добавила Рут, – я имею в виду карточки с записями о болезни миссис Кристел. Ими кто-нибудь уже интересовался?

– Они лежали вон на том столике.

– И куда же делись?

– Не знаю, – смутилась горничная, заливаясь краской.

– Кто-то уже об этом спрашивал?

– Полиция, доктор Гетрик и доктор Кретенден, но я ничего не знаю.

– Но ведь именно ты убирала комнату.

– Да, но все равно не знаю.

Девушка что-то явно скрывала. Рут попыталась еще раз:

– Ты могла куда-нибудь убрать эти записи и забыть о них. Но мне-то сказать можно.

Заметно было, что девушка задумалась, но потом снова отрицательно качнула головой.

Уже в холле Рут столкнулась с Мэгги.

– К ленчу меня не будет, но скоро я вернусь, – сказала она Гроссу.

– Да, мадам. Полиции это передать, если станут спрашивать?

– Конечно!

Рут села в машину и заметила, как от обочины следом тронулся маленький автомобиль.

Стояла холодная ветреная погода. Вспомнив разговор с горничной, Рут подумала, что девушка ее обманывает.

Потом она взялась за газеты. Все поместили отчет о дознании. Рут между прочим узнала, что делали в день смерти Джил другие.

Энди, например, посещал больных, потом обедал в ресторане. Рут вспомнила поездку с Энди в оперу. Он говорил, что давно ее любит и среди белах халатов всегда отличал ее хрупкие плечи и золото волос под форменной шапочкой...

Энди так молод и предан, он избавит ее от Элис...

У массивного здания клиники по свету на третьем этаже Рут поняла, что идет операция. На поездку она решилась из-за Донни, так дружелюбно державшейся на дознании.

Пришлось некоторое время объясняться с новым швейцаром. Наконец она попала в комнату для сестер. И оказалось, что Донни как раз в операционной. Другие девушки обрадовались при виде Рут. Разговор зашел о Джил, но никто ничего толком не знал. Донни даже не сказала коллегам про дознание.

Собираясь домой, Рут зашла в свою бывшую комнатушку, где все было до боли знакомо. И на миг ей показалось, что у нее уже нет больше дома...

У выхода она столкнулась с Энди. Тот удивленно воскликнул:

– Что ты здесь делаешь? И где Брюль?

Потом тут же пригласил ее в ресторан, чтобы поговорить наедине.

Рут согласилась, и они сели в машину Энди. По дороге он многословно восхищался ее глазами, сиявшими, как голубые звезды.

Ресторан на берегу озера был хорошо знаком Рут. В роскошно обставленном зале на столиках светились лампы с уютными оранжевыми абажурами.

Энди тщательно изучал меню, на хорах негромко играл оркестр.

Энди вздохнул.

– Я так тебя ждал, так ждал! Как мне хотелось посидеть где-нибудь вот так, вдвоем...

Рут откровенно созналась, что сейчас она больше всего хочет нормально поесть.

Энди обиделся, но не подал виду и с удовольствием занялся дыней, поданной на десерт.

В зале звучала музыка, благоухали цветы, сияли улыбающиеся женщины, и они гнали от себя мысли о происходящем. Им повезло: не было видно никого из знакомых. Энди развеселился и стал похож на беззаботного мальчишку.

Когда официант принес кофе, они вернулись к действительности.

– Сегодня утром я говорил с Брюлем, – сказал Энди. – Твою медицинскую сумку так и не нашли?

Рут рассказала о своих тщетных поисках.

– Я спросила горничную про карточки с записями о болезни Кристел. Она якобы ничего не знает, но я ей не верю.

– Элис все еще у вас? – поинтересовался Энди.

– Да.

– Неужели Брюль не понимает, как это неприлично?

Рут вспомнила разговор с мужем накануне. Он просил ее избегать Энди. Но разве ленч вдвоем – преступление? Когда Энди коснулся ее руки, она свою убирать не стала. И тут вдруг услышала голос Брюля.

– Позвольте присоединиться?

Энди поспешно отдернул руку, но это не осталось незамеченным.

Официант принес еще один стул и принял заказ.

– Был в клинике? – спросил Брюль Энди.

– Да. Там и встретил Рут. Ты оперировал?

– Нет, был в конторе. Потом проголодался и попал сюда.

Слова его смутили Рут – уж слишком мало походили они на правду. Тем временем мужчины переключились на профессиональные темы. И Рут погрузилась в свои мысли. Лишь изредка до нее доносились обрывки разговора по поводу краж из клубного гардероба, статьях, посвященных недавнему дознанию, и тому подобных вещах.

15

С появление Брюля ощущение покоя и радости исчезло. Музыка, огни, цветы – все вдруг утратило свою чарующую силу. Особенно когда оркестр словно в насмешку заиграл "говори мне о любви".

Брюль ел быстро. Выпив бренди и угостив всех, он неожиданно заявил:

– Домой Рут отвезу я сам. Тем более, что еду в ту же сторону.

Энди собрался заехать в контору. При этом он взглянул на Рут, словно пытаясь взглядом передать то, что не мог выразить словами. Как безвозвратно улетучилось их приподнятое настроение!

Домой они с мужем ехали молча. Он так и не спросил, почему она вопреки его просьбе вновь очутилась в обществе Энди.

Когда Гросс распахнул дверь, из студии Стивена доносилась музыка.

– Опять одно и то же! – недовольно заметила Рут.

– А в чем дело? – не понял Брюль.

– Именно это он играл, когда погибла Джил. "Арабески".

И тут Гросс доложил:

– У нас полиция; хотят видеть хозяйку.

Брюлю пришлось оставить жену. Сев в кресло, Рут ждала вопросов. Не в состоянии предугадать, что именно их интересует, она решила следовать совету Гая и каждый ответ мысленно произносила вначале для себя.

На этот раз полицию интересовали ключи от дома. Выяснилось, что слесарь, делавший по просьбе Кристел ключ для Элис, изготовил их два.

Кому достался второй, Рут не имела представления и посоветовала узнать у Гросса.

Коротышка Фэнк тут же сообщил, что Гросс не знает.

– Возможно, кто-то потерял свой ключ и попросил дубликат – предположила Рут.

– Возможно, – с плохо скрытым сомнением согласился полицейский, – но Гросс, например, утверждает, что ключей не терял. А ведь двери открывает всегда он. У горничных и повара ключей нет. Может быть, этот ключ у вас?

– У меня только этот, – показала Рут, порывшись в сумке.

Вскоре ее отпустили, заставив еще раз коротко повторить обстоятельства смерти Джил. О Кристел на этот раз и не заикались.

Стивен в студии играл для Мэгги и Элис. Элис сидела, задумавшись; Мэгги смотрела в окно.

Рут поняла: она здесь лишняя. Поднявшись наверх, она машинально прошла в комнату для гостей рядом с кабинетом Брюля, совсем забыв, что ее собственная спальня уже открыта и убрана.

Теперь, когда в доме находятся полицейские, она в безопасности, но бесконечные беседы с полицией удовольствия не доставляли. Присев отдохнуть, она неожиданно услышала голоса из кабинета Брюля. Там была женщина, и она плакала.

А Брюль настаивал:

– Отдай их мне. Немедленно. И прекрати реветь!

– Я боюсь... Это убийство...

– Не будь дурой!

Судя по тону Брюля, он был взбешен. Такой голос Рут слышала лишь раз, когда медсестра забыла во время операции подключить кислородную трубку, и пациента спасти не удалось.

Видимо успокоившись, Брюль сказал:

– Ладно, не волнуйся. Но делай, как я говорю. Ничего опасного тут нет.

Дверь хлопнула и наступила тишина. Рут показалось, что в кабинете была горничная.

Зазвонил телефон. Брюль говорил про операцию. Дело предстояло сложное, нужен был донор и согласие семьи.

Рут кинулась на лестницу.

– Брюль!

Муж бросил на бегу:

– Срочная операция, Рут.

Ему подали пальто и он уехал.

А Рут вернулась в спальню. Глядя на кресло, в котором умерла Рут, она вновь вспомнила всю сцену. Вот появился Стивен, потом Брюль, потом Энди бросает пальто на кресло...

Она сидела долго. Из состояния задумчивости вывела ее горничная. Да, с Брюлем говорила именно она, – лицо распухло, глаза покраснели.

Девушка поинтересовалась, где мистер Гетрик.

– Его вызвали в клинику. Что тебе нужно?

– Когда он вернется?

– У него операция. Когда закончится, не знаю. А что у тебя с руками?

– Ничего...

– Покажи мне руки!

Девушка, плача, протянула их вперед.

На ладонях отчетливо проступили пятна и полосы зеленого цвета.

– Что это?

– Не знаю. Я помыла руки, и вот... Я не понимаю, что случилось, но помню, что у нее... – девушка в слезах вылетела из комнаты.

Рут ее задерживать не стала – поняла, что речь шла о Джил.

Потом в дверь постучали. Вошел Стивен.

Рут удивленно уставилась на его пальто и шляпу. Не совсем подходящий наряд для ее спальни.

– Бедная Рут, – сочувственно сказал он. – Твои хрустальные башмачки разбились вдребезги.

Хрустальные башмачки... Он уже говорил о них, когда она ждала Брюля...

– Тебе тяжело... Ты разрываешься между ними, – продолжал Стивен, сочувственно глядя на Рут.

– Ты все знаешь?

– Да, я знаю про Элис и Брюля. Но я люблю ее, и это навсегда...

– Стивен!

– Не жалей меня. Ты сама еще так молода! Знаешь, порой мне хотелось взбунтоваться, но потом я смирился. И сумел подавить в себе ненависть. Ты понимаешь, что я имею в виду?

– Стараюсь, Стивен.

– Но нет, ведь ты еще совсем ребенок... – он вдруг ее поцеловал и предложил: – Хочешь поехать с нами?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6