Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Бизнес-разведка

ModernLib.Net / Деловая литература / Доронин Алекcандр Иванович / Бизнес-разведка - Чтение (стр. 30)
Автор: Доронин Алекcандр Иванович
Жанр: Деловая литература

 

 


Экономические интересы каждой из сторон остались. А в мире бизнеса нет места жалости и слабости, конкуренция — это стремление уничтожить противника любой ценой, невзирая на средства. Это жестокая борьба, где вопрос ставится однозначно: или ты, или тебя пустят по миру. А поэтому разгораются новые, теперь уже торговые войны: нефтяные, стальные, автомобильные. Причем не только между трестами и корпорациями, но и между государствами, ревниво оберегающими национальную экономику.

В качестве подтверждения своих выводов сошлюсь на слова бывшего директора Главного управления внешней безопасности (DGSE) Франции Клода Сильберзана, который в своем интервью газете «Le Monde» открыто заявил, что «современный шпионаж является главным образом экономическим, научным, техническим и финансовым».

В этом плане весьма показателен крупный международный скандал, разгоревшийся в марте 1993 года. Поводом для него стал полученный посольством США в Париже пакет с секретными документами, в которых содержался стратегический план торговых войн начала 90-х годов. В этом плане четко определялись задачи французской разведки по получению конфиденциальной информации о деятельности американских фирм, банков и брокерских домов. В сферу интересов DGSE были включены маркетинговая стратегия, тактика заключения сделок, планы инвестиций и многое другое.

Комментируя эту скандальную информацию еще один бывший шеф французской разведки Пьер Марией заявил, что экономическая разведка является «нормальной деятельностью разведывательного агентства», когда противостояние государств переходит с военно-политического на экономико-технологический уровень.

Не отстают от своих «гражданских» коллег и военные. В последние годы руководство министерства обороны Франции активно ориентирует находящиеся в его ведении спецслужбы на добывание за рубежом экономической и научно-технической информации, которая способствовала бы укреплению позиций отечественного военно-промышленного комплекса (ВПК) на международной арене.

По большей части это вызвано недовольством «капитанов» ВПК степенью их осведомленности о конъюнктуре на мировых рынках вооружений. Так, во французской печати были опубликованы выдержки из доклада, подготовленного Центром научных исследований в области вооружений министерства обороны. Авторы доклада крайне негативно оценивают деятельность входящего в состав Минобороны Главного управления вооружений (DGA). В своем докладе они констатируют, что DGA, имеющее годовой бюджет свыше 85 млрд. франков, так и не сумело создать эффективную систему «стратегической экономической разведки», которая позволила бы французской военной промышленности потеснить иностранных конкурентов на мировых рынках вооружений.

По материалам доклада незамедлительно были предприняты серьезные меры по кардинальному улучшению работы соответствующих подразделений спецслужб. А министр внутренних дел и регионального развития Франции Жан-Пьер Шевенман даже разработал специальную программу «приобщения» провинциального частного бизнеса к использованию возможностей экономической и научно-технической разведки «во взаимных интересах».

Но и это не все. Для обработки и анализа разведданных, применительно к запросам работающих на экспорт предприятий оборонного комплекса в мае 1998 г. при министерстве обороны было создано Управление по наблюдению за исследованиями в области экономики (ОЕЕ). Новое ведомство возглавила профессор экономики Парижского университета Николь Шэ, имеющая ученую степень по математике. Мадам Шэ является автором ряда научных работ по вопросам повышения конкурентоспособности французской военной промышленности и располагает широкими связями как среди экспертов Научно-исследовательского института проблем национальной обороны, так среди сотрудников уже упоминавшегося Центра научных исследований в области вооружений.

Одной из задач, решаемых ОЕЕ, является разработка методов стимулирования внедрения технических новшеств (полученных разведкой) на малых и средних предприятиях, выполняющих оборонные заказы, а также оценка эффективности государственных инвестиций в военные НИОКР.

Для более полного использования потенциала французских спецслужб создан Оборонный экономический совет (CED). CED призван оказывать помощь компаниям французского ВПК в разработке и принятии «стратегических решений» в их производственной и маркетинговой политике. Этот совет возглавляет Эдвиг Авис, в прошлом ответственный сотрудник министерства обороны в ранге государственного секретаря. В руководство CED также входят начальники штабов родов вооруженных сил Франции, директор Главного управления вооружений, руководители Французского банка, страховой компании «Аха», а также ряд представителей крупного французского бизнеса.

В феврале 1998 года в престижной французской военной академии Сен-Сир состоялся очередной выпуск слушателей, лучшим из которых вручались награды за отличную учебу. Впервые 12 специальных призов получили офицеры, написавшие дипломные работы по разведывательной тематике. Причем большая часть из них была посвящена вопросам экономической разведки (в основном разбору операций американских спецслужб, направленных на подрыв позиций французской нефтяной компании «Total» в Мьянме (Бирма). Явно выраженную экономическую направленность разведывательных дисциплин Сен-Сира также можно расценивать как признак растущей потребности французских спецслужб в специалистах подобного профиля.

Стоит отметить, что самым первым открытым учебным пособием по экономической разведке, появившимся на необъятных просторах бывшего СССР, была переведенная с французского книга Ханта и Зартарьяна «Разведка на службе Вашего предприятия».

Не отстают от французов и их заокеанские коллеги. Так, например, Роберт М. Гейтс (бывший директор ЦРУ США) заявил, что запросы на экономические материалы из ЦРУ превышают по своему количеству все остальные. И почти половина всех заданий разведке, поступающих из 20 главных государственных учреждений, «экономические по своему характеру».

Очевидно, в связи с этим в начале 1995 года французская контрразведка обвинила сотрудницу ЦРУ в попытке завладеть информацией «государственного значения, закрытой для печати». Государственный чиновник передал ей документы, предполагая, что она представляет один из американских общественных фондов, интересующихся проблемами мировой экономики. Как только появились первые подозрения в том, что на самом деле это совсем не так, французская контрразведка установила за американкой наблюдение и вскоре выявила факт передачи денег за секретные финансовые документы.

Франция использовала этот инцидент для отзыва из страны провалившейся ЦРУшницы и еще четырех человек, подозревавшихся в аналогичной деятельности.

Много копий в западной прессе сломано и по поводу оглашения секретного пакта, заключенного между разведслужбами США, Великобритании, Австралии, Канады и Новой Зеландии. На его основе создана и функционирует самая крупная в мире система прослушивания и перехвата телефонных разговоров, факсов и электронной почты (кодовое название «Эшелон»), способная улавливать до 100 миллионов переговоров в месяц.

Инициатором подписания пакта и создания этой системы выступило Агентство национальной безопасности США. Станции перехвата расположены по всему миру — на американских военных базах в Германии, в Тихом океане и в Гонконге. На территории Англии расположены перехватывающие и транзитные станции.

Обработка перехваченной информации осуществляется по принципу ключевых слов. При необходимости подпрограмме, которая называется «Словарь», задается необходимое ключевое слово, например «микропроцессор», и начинается поиск по всему накопленному банку данных перехваченных телефонных переговоров, факсов и сообщений электронной почты. После останется только прослушать, кто, кому и по какому поводу говорил это слово.

По оценке независимых западных экспертов, в более чем 80 процентах случаев результаты этой деятельности используются для промышленного шпионажа.

В качестве подтверждения можно привести следующие факты.

В 1995 году в прессу просочилась информация о том, что АНБ с помощью системы «Эшелон» перехватывало все факсы и телефонные звонки между европейским консорциумом «Airbus» и Саудовской национальной авиакомпанией. В результате этого были получены сведения о том, что сотрудники «Airbus» предлагали саудитам за заключение 6 миллиардного контракта значительные суммы в качестве взятки. АНБ передало данную информацию правительственным чиновникам США, которые сумели убедить своих коллег в Саудовской Аравии отдать б-миллиардный контракт «Боингу» и «МакДоннел Дуглас К.».

Следующей жертвой «Эшелона» стал германский производитель ветровых электрогенераторов «Энеркон». В его исследовательских лабораториях была разработана новая технология, позволявшая получать электричество с помощью энергии ветра значительно дешевле, чем раньше. Но когда компания попыталась наладить маркетинг своих изделий в США, она столкнулась с американским конкурентом «Кенетек», который заявил, что запатентовал почти аналогичную разработку. Дело закончилось весьма показательно: «Кенетек» подал на «Энеркон» в суд, добившись запрета продажи его изделий в США.

Ситуация с чистотой «патентов» «Кенетека» прояснилась, когда не назвавшийся сотрудник Агентства национальной безопасности США в интервью германскому телевидению признал, что линия связи между исследовательской лабораторией «Энеркон», расположенной на берегу Северного моря, и производственным подразделением фирмы, находящимся примерно в 25 километрах, прослушивалась с помощью спутников. А затем все полученные данные об этих разработках были переданы АНБ «Кенетек».

Чрезмерное чувство любопытства присуще не только французам и американцам. Большую активность в погоне за чужими экономическими секретами проявляют спецслужбы Германии, Японии, Израиля, Южной Кореи и других промышленно развитых стран.

В 1992 году оборонный подрядчик правительства США чикагская компания «Рекон/Оптикал» обвинила Израиль в попытке кражи эскизов новой камеры, предназначенной для разведывательной аэрофотосъемки. Израильтянам удалось замять дело, не доводя его до суда. По некоторым данным, им пришлось заплатить 3 миллиона долларов в возмещение морального ущерба.

Ситуация с иностранным экономическим шпионажем зашла так далеко, что известная фирма IBM, обеспокоенная проникновением японских промышленных шпионов, обратилась за помощью в ФБР. Совместно с ЦРУ ФБР разработало специальную общенациональную программу для бизнесменов, дающую представление о целях и методах промышленного шпионажа, способах оценки угрозы и методике обеспечения защиты информации, составляющей коммерческую тайну.

Серьезность сложившейся обстановки была подчеркнута в принятом в 1995 году законе, обязывающем президента США докладывать Конгрессу о деятельности иностранных спецслужб по конкретным отраслям и объектам американской промышленности. В законе дается определение этому понятию: «Промышленный шпионаж осуществляется представителями иностранного государства или иностранной компании при прямой поддержке государства и направлен против частных американских предприятий с целью завладения коммерческими секретами».

Национальный центр контрразведки (НЦКР) США начиная с 1994 года собирает все, что известно об акциях и операциях иностранного промышленного шпионажа в отношении американских компаний или отдельных технологий. В последнее время НЦКР издает специальные сводки по этому вопросу и распространяет их среди избранных американских корпораций. Центр активно проводит линию на «усиление сотрудничества» между разведывательным сообществом США и частными американскими предприятиями, что позволяет сотрудникам американских спецслужб на неофициальном уровне предупреждать американские компании, которым угрожает какая-то опасность.

В свою очередь ЦРУ ведет активную работу по выявлению деятельности иностранных разведок, направленной против американских экономических и промышленных интересов. Конкретную информацию по этому вопросу, добытую вне пределов Соединенных Штатов, — например, поощряемая иностранным государством нечестная торговля или попытки подкупа, — ЦРУ передает в ФБР или реализует самостоятельно.

Так, например, в 1994 году ЦРУ получило информацию о том, что французская компания «Thomson-CSF» пытается дать взятку бразильским официальным лицам, контролировавшим акции телекоммуникационного проекта на сумму в 1,4 миллиарда долларов. Правительство США проинформировало власти Бразилии о попытках подкупа, и в результате контракт достался американской фирме «Raytheon».

Консультативный совет по внешней безопасности при государственном департаменте США имеет электронную доску объявлений для обмена информацией между правительственными структурами и частным сектором американской экономики. К исходу 1995 года на доске имелось свыше 42 000 сообщений о преступлениях или инцидентах, затрагивающих безопасность американских фирм, работающих за рубежом.

Согласно данным общества промышленной безопасности США, в 1997 году зафиксировано 1100 случаев промышленного шпионажа, жертвами которого стали 1300 американских фирм. В финансовом выражении размер ущерба, нанесенного внутренним и иностранным экономическим шпионажем против интеллектуальной собственности компаний США, в 1997 году достиг 300 миллиардов долларов.

Нынешняя гонка технологий заставляет создавать свои разведывательные подразделения для сбора информации о конкурентах даже производителей кошачьего корма и туалетной бумаги. Этот спрос породил целую отрасль «информационных брокеров», специализирующихся на выуживании корпоративных секретов легальными и нелегальными методами. Ее считают самой быстрорастущей на сегодня сферой бизнеса в Соединенных Штатах.

Если говорить об истории отечественной экономической разведки, то она официально родилась в апреле 1921 года, когда было принято решение о создании коммерческо-промышленной разведки в связи с возобновлением Советской Россией экспортно-импортных отношений с зарубежными странами. В 1925 году было организационно оформлено подразделение научно-технической разведки.

Обосновывая эти шаги, руководство ВЧК отмечало, что капиталисты «заинтересованы не столько в коммерческой наживе, сколько в разрушении экономики страны во имя свержения советской власти». Так, например, первые закупленные за границей косы, которые должны были изготовляться из стали, были поставлены из железа. Уже первые торговые операции привели Советское правительство к выводу о необходимости проведения работы по изучению заграничного рынка. Эта работа была в то время сконцентрирована в Экономическом управлении ГПУ. Разведка велась посредством тесных контактов с частными торговыми и промышленными предприятиями, а также путем проведения торговых и финансовых операций доверенными лицами. Через некоторое время линия экономической разведки была передана в ведение Иностранного отдела ОГПУ.

В качестве иллюстрации эффективности использования разведывательных возможностей для развития советской экономики приведу следующую историю. В конце 20-х, во времена повальной борьбы с неграмотностью, не обладая собственными производственными мощностями, свои потребности в карандашах Советская Россия целиком удовлетворяла за счет импорта. На этом решил заработать молодой американский предприниматель А. Хаммер и, желая конвертировать свои маркетинговые исследования в полновесные доллары, заключил с правительством СССР контракт на строительство карандашной фабрики. Правда, сам Хаммер в этой области бизнеса никогда не работал и ни оборудованием, ни технологией производства не располагал. Но все, что требовалось энергичному янки для создания предприятия, имелось в Германии, однако мрачный тевтонский гений абсолютно не горел желанием выпускать прибыльный бизнес из своих железных лап.

Хитрый американец делает одному из лучших немецких специалистов инженеру Бейеру предложение, от которого тот не смог отказаться. Бейер получил не только громадное жалование в свободно конвертируемой валюте, но и премиальные в размере нескольких центов с каждого произведенного карандаша. И дело пошло…

Вот так с помощью финансов американской «акулы капитализма» и опыта германского инженера в 1926 году была создана московская фабрика по производству карандашей, на страх мировой буржуазии названная именем итальянских пролетариев Сакко и Ванцетти.

В 70-80-е годы Советский Союз располагал мощной системой государственной экономической разведки. Главенствующее положение в структуре разведывательных учреждений СССР в то время занимала Военно-промышленная комиссия (ВПК). Руководимая с ноября 1985 года Юрием Маслюковым (заменившим на этом посту Леонида Смирнова, работавшего с 1963 года), эта комиссия имела несколько задач:

а) сбор заявок различных министерств, связанных с военной промышленностью;

б) разработка на основе этих заявок разведывательного плана на год;

в) передача этого плана различным разведорганам (КГБ, ГРУ, службам разведки стран Восточной Европы и т. д.);

г) сбор данных, полученных разведывательными службами за год;

д) подсчет сэкономленных средств в промышленности и научно-исследовательской деятельности.

Официально ВПК созывалась раз в год для сбора заявок и разработки разведывательного плана. Но на практике комиссия работала в течение всего года, контролируя выполнение его разделов. В процессе своей работы спецслужбы имели право инициативно находить и предлагать промышленности соответствующую информацию. В конце 80-х годов, например, большая честь материалов, представлявших для оборонной промышленности практический интерес, была получена разведкой в инициативном порядке.

Передаточным звеном между спецслужбами и промышленностью был Всесоюзный институт межотраслевой информации (ВИМИ). Информация свободно циркулировала в обе стороны, осуществляя обратную связь на полученные данные.

Работе ВПК в СССР придавали огромное значение, непосредственное руководство осуществлялось Политбюро и Центральным Комитетом Коммунистической партии, а годовой разведывательный план, прежде чем он попадал в разведорганы, утверждался непосредственно Генеральным секретарем ЦК КПСС.

Для финансирования работы по сбору информации о западной технике, которая могла бы оказаться полезной для советской промышленности, в распоряжение ВПК каждый год выделялся специальный фонд. Средства в фонд отпускались по следующему принципу: исследовательская организация получала данные об интересующем ее приборе или технологии и, считая, что ей это нужно, обращалась к правительству, аргументируя свой запрос на финансирование разведывательного поиска. Предварительную информацию исследовательские организации обычно получали из рекламных проспектов, открытых публикаций и посещений ярмарок. Подобная информация была весьма полезна для ВПК и великолепно дополняла разведплан.

Комиссия разрабатывала годовой разведплан с поразительной скрупулезностью. Каждая заявка сопровождалась техническим описанием, номером серии, названием фирмы или места, где можно получить оборудование, заказанное тем или иным министерством. Эти сведения получались благодаря систематическому широкомасштабному сбору предварительной информации.

В период «первоначального накопления информации» данные извлекались в основном из открытой документации (рекламные проспекты, образцы и т. д.), которую КГБ, ГРУ, ученые, советские торговые представительства получали легальным путем.

Так, например, каждый год Государственный комитет по науке и технике приобретал полтора миллиона западных научно-технических журналов. Все эти издания тщательно изучались. Особо ценным считался американский еженедельник «Авиэйшн уик энд спейс текнолоджи». Этот журнал закупался десятками экземпляров и каждую неделю отправлялся в СССР самолетами «Аэрофлота».

Военно-промышленная комиссия с большим вниманием относилась ко всем международным ярмаркам и выставкам, где можно было получить какую-либо полезную техническую документацию. Ежегодно около трех с половиной тысяч советских специалистов направлялись за границу, из них две тысячи — в США. Только в 1980 году 374 советских гражданина посетили знаменитый Массачусетскии технологический институт или приняли участие в его международных конгрессах и конференциях.

В Комитете государственной безопасности СССР задача по добыванию научно-технической информации была возложена на управление «Т» Первого главного управления. Данное управление занималось разведывательной деятельностью в области ядерной промышленности, военного и космического ракетостроения, кибернетики и общей промышленной технологии.

Работа проводилась в тесном сотрудничестве с разведслужбами восточноевропейских стран, с которыми постоянные связи поддерживал отдел «Д», в данное подразделение стекалась вся научно-техническая информация, поступавшая из «братских социалистических стран». Их эффективность была очень высокой еще и потому, что западные контрразведки их явно недооценивали. Поэтому в отличие от своих российских коллег разведчики стран Восточной Европы пользовались на Западе относительной свободой передвижения.

Главное разведывательное управление Генерального штаба Вооруженных Сил СССР также располагало управлением научно-технической разведки, в задачу которого входил сбор научной информации, находившей применение в военной сфере.

В советских посольствах функционировали две независимые резидентуры — КГБ и ГРУ, каждая из которых решала задачи своего собственного руководства. Оперативные сотрудники КГБ и ГРУ действовали как под дипломатическим и журналистским прикрытием, так и под «крышей» торговых представительств.

Помимо спецслужб, которые добывали информацию с помощью специальных методов и средств, гражданские учреждения также собирали и анализировали информацию, но уже используя свои легальные возможности:

— Государственный комитет по науке и технике (ГКНТ) поддерживал тесные связи с зарубежными странами как в рамках межправительственных программ сотрудничества, так и в программах, действовавших непосредственно между советскими и западными научно-исследовательскими институтами. Хотя, конечно, в ГКНТ хватало и действующих сотрудников КГБ и ГРУ (именно там, в управлении внешних сношений, трудился печально известный полковник ГРУ Пеньковский);

— Академия наук СССР тоже имела собственные каналы для сбора на Западе открытой информации в области математики, физики, биологии и т.д.;

— Министерство внешней торговли добывало современные технологии посредством заключения официальных торговых соглашений. В основном этим занимались два отдела:

а) экономические отношения с западными странами;

б) импорт оборудования из капиталистических стран.

МВТ по всему миру развернуло широкую сеть своих торговых представительств, акционерных обществ со смешанным капиталом и закупочных центров для приобретения западных технологий, необходимых для советской промышленности.

Если рассматривать процентное отношение собираемой информации, то в годовом отчете о выполнении разведывательного плана, подготовленном ВПК для Политбюро и Центрального Комитета партии в 1980 году, отмечалось, что КГБ выполнил 42 процента заявок, ГРУ — 30 (из них 45 процентов приходилось на чисто военные документацию и оборудование), Министерство внешней торговли — 5, ГКНТ и Академия наук — 3 процента.

Военно-промышленная комиссия брала на учет и классифицировала все западные предприятия, которые могли стать поставщиками документации и оборудования для советской промышленности. Основным критерием этой классификации был интерес, который могла представлять продукция той или иной компании для советской промышленности.

Так, например, в США основными объектами внимания советской разведки были: 1) «Дженерал электрик», 2) «Боинг», 3) «Локхид», 4) «Рокуэлл интернэшнл», 5) «Макдоннел Дуглас», б) «Вестингхаус электрик…» и т. д. до 32-й фирмы — «Пан-Америкэн».

Во Франции КГБ и ГРУ держали под присмотром следующие предприятия, работавшие на национальную оборону: «Аэроспасьяль», «Дассо», «Снекма», «Матра», «Томсон», «Панар» и др.

Еще около 15 процентов задач, фигурировавших в годовом разведплане ВПК, выполнялось за счет официальных торговых сделок, заключавшихся между государствами или советскими учреждениями и западными фирмами.

Так, например, за период до 1980 года Советский Союз закупил в Соединенных Штатах, Западной Германии и Японии сотни тонн силиконовой руды, необходимой для производства элементов для компьютеров третьего поколения. Запад ответил на это очередным эмбарго. Однако советская разведка продолжала доставлять этот стратегический минерал в СССР через сложнейшую сеть различных акционерных обществ.

Более трехсот предприятий в трех десятках стран участвовали в преодолении запретов на экспорт современных технологий. Некоторые из них были непосредственно организованы КГБ или ГРУ. Но большинство из них принадлежало западным дельцам, работавшим под контролем советской разведки.

С конца 70-х годов Советский Союз получил на Западе более 30 тысяч единиц усовершенствованного оборудования и около 400 тысяч документов. По западным оценкам, только два министерства — Министерство оборонной промышленности и Министерство авиапромышленности — благодаря полученной разведкой информации смогли сэкономить в период с 1976 по 1980 год 6,5 миллиарда франков, что эквивалентно годовой отдаче от работы 100 тысяч научных сотрудников.

Показателен пример, когда в результате проведенной ПГУ КГБ СССР оперативной комбинации в ходе обеспечения переговоров по подписанию генерального соглашения о научно-техническом сотрудничестве и строительстве «Волжского автозавода» с итальянцами было сэкономлено около 40 миллионов долларов США.

Вместе с тем можно привести массу примеров, когда, решая научно-технические и экономические проблемы, разведка в прямом смысле спасала жизни сотен и тысяч людей. Так, например, мало кому известно, что именно Управление «Т» ПГУ КГБ СССР обеспечивало информацией работы по ликвидации последствий аварии в Чернобыле. По своей инициативе ПГУ КГБ СССР уже 2 мая 1986 года направило своего представителя на место работы правительственной комиссии и поддерживало с ним прямую регулярную связь, получало вопросы научно-технического характера, относящиеся в основном к оценке происходящего в аварийном реакторе, прогнозам последствий, оперативно находило в своих информационных банках или за рубежом ответы на эти вопросы и сообщало их комиссии.

А в конце 80-х годов Управление «Т» передало научным организациям Украины, Белоруссии и в Брянскую область России большой объем информации преимущественно по медико-биологическим аспектам последствий аварии — в частности, таким, как радиоактивное заражение территории, облучение людей и домашних животных.

Именно разведка в начале 80-х годов обратила внимание руководства страны на развитие за рубежом СПИДа. К 1985 году КГБ передал ученым большое количество иностранных документов и биопрепаратов, использованных отечественными институтами при разработке диагностических наборов для определения вируса СПИДа в крови, а также для его профилактики.

В декабре 1987 года именно КГБ доложил правительству СССР, что за рубежом свернули производство кормового белка (БВК) из парафинов нефти, которое еще в 1975 году составляло 600 тыс. тонн в год. Открылось, что БВК вреден сельскохозяйственным животным, птице и в конечном счете людям. Кроме того, в районах производства БВК резко ухудшалась экологическая обстановка.

Эти примеры из прошлого показывают, что в СССР спецслужбы решали не только свои узкоспециализированные задачи, но подключались к особо значимым вопросам социального характера.

К сожалению, сегодня государственная экономическая и научно-техническая разведка, как и все наше государство, переживает не лучшие времена. На сегодняшний день у России нет даже государственной доктрины в области обеспечения собственной экономической безопасности.

Во всем остальном мире для защиты своих экономических интересов принято использовать все возможности государства. Если вернуться к уже упоминавшемуся американскому опыту, то еще в 1990 году президент США Дж.Буш в своем докладе «Стратегия США в области национальной безопасности» провозгласил экономическую разведку приоритетным направлением в деятельности американских спецслужб.

В конце 1993 года Б. Клинтон дал указание руководству разведывательного сообщества США об углублении исследований в области экономической разведки. Было выделено три приоритетных направления:

— макроэкономическая разведка — сбор стратегической информации о глобальных процессах в экономиках других государств;

— микроэкономическая разведка — сбор тактической и оперативной информации по той же проблематике;

— экономическая контрразведка — противодействие попыткам иностранных государственных спецслужб и коммерческих фирм добыть американские торгово-экономические и технологические секреты.

Усиление всего разведывательного сообщества, наращивание оперативных возможностей ЦРУ и активизация тайных операций осуществляется для обеспечения американских интересов за счет других стран, и прежде всего России. В документе о «перестройке» в ЦРУ говорится: «Ни одна общегосударственная программа США не должна будет оставаться без специалистов по тайным операциям и без учета возможностей разведки в реализации этой программы».

В США расходы на государственную экономическую разведку составляют почти 40% расходов всех спецслужб США. В апреле 1993 года представитель штаб-квартиры ЦРУ Л. Кристчен в интервью журналу «Форчун» заметил, что американская разведка переносит основной акцент своей деятельности из сферы военно-политической в сферу глобального бизнеса. При этом американским спецслужбам вменяется в обязанность не только проникновение в макроэкономические секреты (передовые технологии, состояние энергетических и сырьевых ресурсов иностранных государств), но и сбор сведений в интересах американских корпораций, которые обеспечивают им преимущества в борьбе с иностранными конкурентами. В связи с этим ей требуются новые сотрудники, обладающие опытом работы в мире бизнеса и финансов.

На рассмотрение американских законодателей вносится предложение о том, чтобы руководитель разведсообщества США — директор ЦРУ — имел полномочия затребовать для выполнения тех или иных заданий любого привлекшего его внимание человека из любого федерального ведомства и учреждения. По существу, вся Америка превращается в разведсообщество. И в дальнейшем упор будет делаться главным образом на «человеческий фактор», т. е. на работу с агентами, а не на технические средства. В комитете по разведке прямо говорят о том, что «нам не хватает тех, кто хорошо знает иностранные языки, нам не хватает людей „в поле“.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32