Сказки эллинов

– От этого места веет могильным холодом, мне кажется, что воздух наполнен затхлым запахом царства мёртвых.

– Мне тоже трудно дышать, и тело не повинуется мне, – прошептал Иолай.

Геракл попытался встать, но смертельный сон стал одолевать и его. Тогда герой взмолился:

– О, великий Зевс! Позволь мне умереть не такой жалкой смертью!

И Зевс услышал молитву любимого сына, он разогнал мрачные тучи, наполненные мглой из преисподни, которые наслала коварная Гера.

Но не успел Геракл вдохнуть полной грудью свежего воздуха, как с неба посыпался град из смертоносных бронзовых перьев Стимфалийских птиц. Быстро накрыв себя и Иолая шкурой Немейского льва, Геракл и его племянник чудом избежали гибели. Промедли герой хоть мгновение, острые как стрелы перья пронзили бы их насквозь. Когда птичья стая, покружив над ними, полетела к ближайшей роще, Геракл натянул лук и выстрелил в крайнюю птицу. Но стрела, достигнув цели, не причинила птице вреда, так как бронзовое оперение служило Стимфалидам надёжной бронёй. Огорчённый этим Геракл, сказал Иолаю:

– Эта охота будет сложнее, чем я думал. Давай постараемся подобраться поближе к гнёздам Стимфалид и проследить за этими птицами. Должны же быть у них уязвимые места!

Несколько дней провели Геракл и Иолай, затаившись в ветвях раскидистого дуба. За это время они достаточно изучили повадки чудовищных птиц. Узнал Геракл и о том, что подстрелить Стимфалийскую птицу возможно лишь тогда, когда она сбросит свои бронзовые перья, а новые ещё не отрастит. Но как заставить огромную стаю крылатых чудовищ разом сбросить свои бронзовые перья? Думали об этом Геракл и Иолай, но придумать так ничего и не смогли. И тогда на помощь Гераклу пришла богиня Афина. Божественная наставница героя подарила ему два медных тимпана, которые выковал искусный кузнец Гефест. При ударе медные тимпаны издавали такой оглушительный звон, что могли напугать кого угодно. Поблагодарив богиню за помощь, Геракл стал громко бить в медные тимпаны. Оглушительный звон, подхваченный и умноженный эхом, поднял в воздух тучи перепуганных Стимфальских птиц. Оставив свои гнёзда, они в ужасе взмыли над рощей. Беспорядочно метаясь от рощи к озеру, птицы роняли свои смертоносные перья. А Геракл, накрывшись неуязвимой шкурой Немейского льва, всё звонче бил в тимпаны.

Когда же град из бронзовых перьев птиц начал стихать, Геракл взял свой лук и принялся стрелять по уязвимым теперь чудовищным птицам. Пронзённые его, не знающими промаха стрелами, Стимфалиды стали одна за другой падать в холодные воды озера и на его каменистый берег. Поразить всех Стимфалийских птиц было невозможно, так как их развелось великое множество. Но к счастью большая часть птиц, обезумевших от оглушительного звона тимпанов, устремилась прочь от своих насиженных мест. Поднявшись выше облаков, Стимфалиды покинули Аркадию и полетели к берегам Эвксинского Понта, чтобы больше никогда не вернуться обратно.

Геракл подобрал пару мёртвых Стимфалийских птиц, чтобы показать их трусливому Эврисфею и вместе с Иолаем направился в Аргос. Воодушевлённый тем, что с порождениями чудовищ на Пелопоннесе покончено, Геракл вошёл в Микены. Народ ликовал, встречая своего героя. И только царь Эврисфей был чернее тучи, ведь Геракл вновь выполнил его непосильный приказ.

Шестой подвиг Геракла. Авгиевы конюшни

Слава Геракла росла день ото дня. В каждом городе Эллады люди с восхищением говорили о великих подвигах, совершённых героем. И даже за пределами Пелопоннеса люди прославляли отважного Геракла. Всё это было причиной ежедневных терзаний царя Аргоса. Ведь чем больше прославляли Геракла, тем более ничтожным чувствовал себя Эврисфей. Каждую ночь он молил Геру о том, чтобы богиня посоветовала ему, как погубить прославленного героя. Но Гера не спешила являться во сне Эврисфею, и от этого каждое утро царь просыпался ещё мрачнее прежнего.

Тем временем, Гера не зная какие ещё козни придумать для Геракла, решила обратиться к хитроумному богу Гермесу, чтобы он посоветовал какое-нибудь невыполнимое для Геракла дело. Польщённый просьбой Геры, Гермес, проявив свою отличную смекалку, воскликнул:

– Мой совет может показаться тебе неожиданным, Гера, но ведь ты ищешь для Геракла дело, которое окажется ему не под силу? Так вот, наш герой искусно владеет мечом и копьём, да и в стрельбе из лука ему тоже нет равных соперников, но насколько ловко он сможет управляться с обычной лопатой?

Гера, внимательно слушавшая Гермеса, удивлённо изогнула бровь и спросила:

– И кого же ему нужно убить лопатой?

Тут Гермес лукаво улыбнулся и сказал:

– Да в том, то и дело, что в этот раз никого убивать не надо! Я посоветовал бы тебе, великая богиня, отправить Геракла вычистить Авгиевы конюшни! Смрад от застоявшегося в них навоза доходит даже до небес! Ведь сын Гелиоса – Авгий ни разу, за многие годы не удосужился почистить свои конюшни.

Радость промелькнула в глазах Геры, ведь, действительно, вычистить горы навоза из огромных конюшен Авгия было делом безнадёжным! Поблагодарив Гермеса, она той же ночью оставила Олимп и явилась во сне к Эврисфею и указала ему, куда послать Геракла, чтобы обесславить его.

Слуги давно не видели царя Аргоса в таком прекрасном расположении духа. Он поднялся на заре и ходил по комнате, напевая. Блаженная улыбка то и дело озаряла его лицо. А дело было в том, что Эврисфей представлял себе, каково будет Гераклу окунуться в прямом смысле этого слова в эту грязную работу. Ни минуты не сомневаясь в том, что герою на этот раз не справиться с приказом, царь Аргоса отправил Копрея к Гераклу со своим новым повелением.

Геракл, долго пребывая в праздности, даже обрадовался приходу царского глашатая. Герой жаждал отправиться на новые подвиги и этим заслужить прощение богов. Но он даже не предполагал, что на этот раз потребует от него Эврисфей.

Копрей, не глядя в глаза Гераклу, произнёс:

– Царь Аргоса приказывает тебе, Геракл, отправиться в Элиду и там, за один день вычистить конюшни царя Авгия.

Копрей уже покинул его дом, а пораженный новым повелением Геракл, так и стоял в недоумении. Он поднял голову к небу и мысленно вопрошал:

– Неужели боги наградили меня такой необычайной силой, для того чтобы чистить навоз? Разве это достойное занятие для героя?

И тут, словно отвечая на его немой вопрос, появилась мудрая Афина и сказала:

– Если ты очистишь Авгиевы конюшни за день, то совершишь не менее славный подвиг, чем твои прежние подвиги. Ведь такое безнадёжное дело под силу только настоящему герою! К тому же, выполнив приказ Эврисфея, ты избавишь всю Элладу от этого ужасного зловония!

Геракл выслушал мудрые слова Афины и безропотно отправился к царю Авгию.

Владея неисчислимым количеством лошадей и быков, царь Авгий был богатейшим царём на всём Пелопоннесе. Он очень гордился своим достоянием и боялся его потерять. Целыми днями он занимался только тем, что пересчитывал своё огромное поголовье скота. Но пересчитать всех лошадей и быков ему никогда не удавалось, потому что животные не желали стоять на месте. Сбиваясь со счёта, Авгий начинал считать сначала снова и снова. И как ни странно ужасный запах, доносившийся от заполненных навозом конюшен, ничуть ему не досаждал. И только увидев, что его драгоценная скотина начала буквально тонуть в навозе, он задумался о том, что пора бы, наверное, почистить стойла.

Геракл, добравшись в Элиду, сразу же направился к конюшням. Конюшни располагались в зелёной долине. Стремительная река Алфей, берущая своё начало в горах, протекала неподалёку от них. Заглянув в конюшни, Геракл даже присвистнул, а потом сказал сам себе:

– Чтобы вычистить лопатой скопившиеся здесь нечистоты, понадобится не одна человеческая жизнь!

Но потом его взор вновь обратился к бурной реке, и счастливая догадка ослепительной молнией мелькнула в его голове. Уверенным шагом Геракл направился к Авгию, который, как обычно пересчитывал свой скот. Представившись, герой заявил, что может за один день очистить конюшни Авгия, если только пастухи выгонят оттуда всех быков и лошадей.

Царь, услышав слова Геракла, громко захохотал, а затем воскликнул:

– Если ты очистишь мои конюшни за один день, я отдам тебе десятую часть своего скота! А потом опять рассмеялся. В душе Авгий был уверен, что Геракл просто хвастает. Если бы царь хоть немного верил, что возможно сделать то, что пообещал ему герой, то никогда бы такое не предложил. Слуги и пастухи, находившиеся поблизости, стали перешёптываться и тоже прыснули от смеха. Но Геракл невозмутимо стоял и не обращал внимания на насмешки.

С первыми лучами солнца Геракл принялся за работу. И пока пастухи, скотоводы выгоняли из грязных конюшен быков и лошадей, он ловко орудовал топором. Вначале он сломал с двух сторон высокую и прочную изгородь, окружающую конюшни. Затем из неё и срубленных им деревьев Геракл соорудил запруду на реке Алфей. Закончив это, Геракл взялся за лопату и прокопал глубокую канаву к самым конюшням.

А царь Авгий и множество его слуг столпились неподалёку на деревянном помосте, с которого обычно Авгий пересчитывал поголовье своего скота, и насмехались над Гераклом.

Солнце уже клонилось к западу, когда Геракл закончил последние приготовления. Как раз в это время бурлящие воды Алфея поднялись до самого верха запруды и стремительно хлынули по канаве вырытой Гераклом. Сметая всё на своём пути, бурный водный поток, вынес весь навоз в долину. И то, что люди не смогли бы сделать и за год, река сделала за считанные минуты. Геракл не стал предупреждать насмешливых зрителей о возможных последствиях. И вот теперь сам Авгий и его прислужники, не успевшие вовремя уйти со своего места подальше, были с головы до ног обрызганы навозом. Посрамлённый царь, не пожелал выполнять своё обещание, и не отдал десятую часть своего скота герою, несмотря на то, что Геракл за один день вычистил его конюшни.

Решив не тратить время на скупого царя, Геракл вернул реку Алфей в её прежнее русло и отправился в Аргос, чтобы доложить Эврисфею о выполнении очередного приказа.

Седьмой подвиг Геракла. Критский бык

Шесть славных подвигов совершил Геракл, проявляя свою силу, выносливость, ловкость и смекалку. Народ прославлял его, а трусливый Эврисфей боялся и завидовал ему больше прежнего. Трусливый царь всей душой жаждал погибели и позора славного героя. Но как это сделать, если все чудовища в Элладе истреблены и Авгиевы конюшни вычищены? Долго терзался Эврисфей, но ничего кроме глупых мыслей ему в голову не приходило. И вот однажды услышал он удивительный рассказ приезжего торговца. В те времена некоторые богатые торговцы плавали на своих кораблях по морю, привозя из дальних стран различные диковинные товары. Один из них и поведал Аргосскому царю о Критском быке:

– Далеко отсюда, на другом конце синего моря процветает богатый остров под названием Крит. Правит этим прекрасным островом могущественный царь Минос. Этот гордый царь не боится ни людей, ни богов. Однажды на берег его острова из моря вышел прекрасный тучный бык. Этого быка бог морей Посейдон послал к Миносу, чтобы царь совершил жертвоприношение богам. Но увидев превосходного быка, Минос не захотел приносить его в жертву и оставил посланника Посейдона себе. Вместо него царь заколол другого быка из своего стада. Но Посейдон распознал обман и страшно разгневался. На море начался шторм, и огромные волны, вздымаясь до небес, стали с силой обрушиваться на остров. Но помимо этого, охваченный гневом Посейдон наслал бешенство на своего прекрасного быка. Обезумевшее животное с диким рёвом вырвалось из своего стойла, и помчалось прочь, яростно сокрушая всё на своём пути.

Как только страшный шторм утих, мы направили свои корабли подальше от берегов Крита, опасаясь гнева Посейдона. Но бешеный Критский бык до сих пор бродит по острову, калеча и убивая людей, тем самым вселяя страх в сердца всех островитян. Ведь среди них нет храброго героя, который мог бы совладать с этим разъярённым животным.

Услышав последние слова торговца, Эврисфей чуть не подпрыгнул от радости. «Вот, что я поручу выполнить Гераклу»! – злорадно подумал царь, – «А чтобы усложнить ему задачу, велю ему привезти Критского быка живым ко мне! Ведь не один корабельщик в здравом уме не возьмётся перевозить бешеного быка на своём корабле»!

Когда Копрей в очередной раз переступил порог дома Геракла, герою стало интересно, что после Авгиевых конюшен прикажет ему трусливый Аргосский царь?

Царский глашатай тем временем огласил новое повеление Эврисфея:

– Царь Аргоса приказывает тебе, Геракл отправиться на остров Крит, чтобы укротить обезумевшего Критского быка и доставить его живым в Арголиду на скотный двор царя.

Выслушав Копрея, Геракл тут же снарядился для нового подвига и вместе с финикийскими мореплавателями отправился к далёким берегам острова Крит.

Наслушавшись во время морского путешествия о красоте и богатстве Крита, Геракл, ступая на заброшенный пустынный берег этого острова, был немало разочарован. Поля находились в запустении, дороги поросли высокой травой, безлюдные деревни поражали своей разрухой. А всё потому, что жители острова боялись разъярённого быка, бросающегося на любого человека или скотину, которая попадётся ему на глаза. Бык вытоптал многие поля и своими крутыми рогами и сильными копытами покалечил множество народу и скота.

Когда же Геракл, наконец, сам увидел грозного Критского быка, свирепо раздувающего ноздри и бьющего копытом, то храбрость не покинула его. Смело вышел навстречу бешеному животному герой. И как только бык с диким рёвом бросился на него, Геракл побежал навстречу и, оттолкнувшись ногами от земли, подпрыгнул а, затем перевернувшись в воздухе над головой быка, оседлал его. Обезумевшее животное старалось скинуть седока, но Геракл, крепко обмотал цепью его крутые рога, а сильными ногами сжал его бока. Бык долго сопротивлялся, но его усилия оказались напрасными и, выбившись из сил, он покорился герою. Сидя верхом на Критском быке, Геракл направился к берегу моря. Островитяне стали выходить из своих убежищ и прославлять храброго укротителя.

Понимая, что мореплаватели не захотят взять на борт бешеное животное, Геракл решил, пересечь море вплавь на быке. Как ни странно бык, войдя в воду, стал смиренным и покладистым. Спокойно добравшись до берегов Пелопоннеса, герой, сидя на быке, направился к скотному двору Эврисфея. И бык покорно шёл всю дорогу направляемый рукой седока, и даже дал загнать себя в стойло. Но когда Геракл, исполнив приказ царя, отправился отдыхать, бык вновь пришёл в бешенство и, сметая всё на своём пути, вырвался на свободу.

Много бед натворил Критский бык, бродя по Пелопоннесу, пока другой прославленный герой по имени Тесей, не поймал его.

Восьмой подвиг Геракла. Кони Диомеда

После того как Геракл совершил свой седьмой подвиг, Эврисфей стал вновь искать для героя опасное и сложное задание, в надежде на то, что Геракл с ним не справиться и слава его померкнет. И так как во всей Элладе подходящих дел для героя не осталось, царь Аргоса стал прислушиваться к рассказам иноземцев.

В те далёкие времена ворота Микен были радушно открыты для многих: и для странствующих торговцев, и для паломников, посещающих храмы богов, и даже для обездоленных скитальцев, которые искали пристанища в богатом и славном городе Арголиды.

Однажды в город пришёл усталый путник в оборванной одежде и весь израненный. Стража у ворот поинтересовалась, откуда он и зачем направляется в Микены. Печальным был рассказ незнакомца. Выслушав его, стражники сообщили об этом царю. И тогда Эврисфей пожелал услышать историю бедняги лично. Представ перед царём, израненный путник тяжело вздохнул и начал свой рассказ:

– Наш торговый корабль направлялся к северным землям, когда внезапно налетевший ураган понёс его к прибрежным скалам Фракии. Разбившись об острые скалы, корабль начал тонуть и не всем людям удалось тогда спастись. Но те, кто выбрался на берег, впоследствии позавидовали утонувшим собратьям, потому что их ждала участь намного ужаснее.

Незнакомец на мгновение замолчал, а затем продолжил:

– Не успели мы выбраться на берег, как нас окружили вооружённые фракийские воины. Угрожая острыми копьями, они повели нас вдоль скалистого берега. Через какое-то время впереди показалось огороженное высоким забором каменное строение. И так как оттуда доносилось конское ржание, мы решили, что нас ведут на конюшню, чтобы мы ухаживали за лошадьми. Но мы горько ошибались! По приказу жестокого царя Диомеда, нас бросили на съедение его ужасным коням. Ведь эти кони не ели ни овса, ни свежескошенной травы, они питались исключительно человечьим мясом! Когда нас втолкнули в эту адскую конюшню, кони яростно набросились на нас, лягая копытами и вцепляясь своими зубами мертвой хваткой. Израненный, я сумел выползти из этого страшного места, когда слуги Диомеда поили насытившихся коней.

Эврисфей, слушал рассказ, жадно впитывая каждое слово, и чем больше страшных подробностей рассказывал несчастный странник, тем ярче становился блеск глаз царя Аргоса.

Выслушав эту жуткую историю, царь даже пожаловал бедняге немного денег. Но не доброта была причиной щедрости Эврисфея, а злорадство от мысли, что Геракла можно отправить к этим коням-людоедам.

Позвав к себе Копрея, царь сказал:

– Поспеши к Гераклу и передай ему моё новое повеление: он должен отправиться во Фракию и доставить в мои конюшни четвёрку лучших коней Диомеда!

Услышав новый приказ царя, Геракл воскликнул:

– Я что разбойник или вор, чтобы выполнять подобные приказы?

Тогда Копрей сказал:

– Я слышал, что царь Диомед кормит этих коней человечьим мясом, так что пресечь это кощунство – достойное задание для героя.

Геракл, услышав это, больше не стал возражать и стал собираться на подвиг.

Продуваемый северными ветрами, долго плыл Геракл во Фракию. Подплывая к коварным скалистым берегам, корабль чуть было не потерпел крушение. А на высоком берегу уже стояли вооруженные воины Диомеда. Как стервятники выжидают добычу, так и они оглядывали берег в поисках несчастных, которые послужили бы пищей для коней-людоедов. Завидев могучую фигуру Геракла, направляющегося к ним, фракийцы набросились на него и попытались связать. Но с лёгкостью раскидав в разные стороны воинов Диомеда, Геракл велел одному из них проводить его в царский дворец.

Войдя во дворец, Геракл сказал Диомеду:

– Я прибыл сюда, чтобы забрать твоих коней и доставить их в конюшни царя Аргоса Эврисфея. Но главное, зачем я явился в твой дворец, это чтобы положить конец злу, которое ты вершишь своими руками Диомед!

Диомед даже покраснел от гнева и возмущения: мало того, что этот наглец, вознамерился забрать у него его бесподобную четвёрку лихих скакунов, так ещё он посмел угрожать ему!

Царь вскочил и закричал:

– Да как ты смеешь говорить мне подобное! Я сейчас же прикажу скормить тебя своим коням! Стража, хватайте этого наглеца!

Но Гераклом овладел праведный гнев, и сила его возросла в несколько раз. Он яростно крушил врагов свое тяжёлой дубиной. Вскоре половина войска Диомеда лежало на полу, а вторая половина в страхе спасалась бегством. Сам же Диомед, задыхаясь от злости, побежал к своей ужасной конюшне. Он хотел выпустить коней-людоедов, чтобы они погубили Геракла. Но как только кони почувствовали свободу, они тот час набросились на своего хозяина. И Диомеда постигла та же ужасная участь, что и его несчастных жертв.

А Геракл оглушил своей дубиной одного за другим всех коней Диомеда и, сковав их ноги цепями, погрузил на корабль. Он с радостью убил бы проклятых созданий, но тогда приказ Эврисфея оказался бы не выполнен.

Достигнув родных берегов, Геракл благополучно доставил коней Диомеда в Микены и выполнил царский приказ. Но стоило Эврисфею лишь издали взглянуть на этих коней с кровавой пеной у рта, как колени его задрожали, и он тотчас приказал отправить коней подальше от Аргоса – в Ликейские горы. Отпущенные на свободу кони недолго бегали по горам, вскоре их растерзали стаи голодных волков.

Девятый подвиг Геракла. Геракл у амазонок

Эврисфей ходил мрачнее тучи, потому что слава Геракла затмевала ему солнце. Злоба и зависть не давали ему покоя. И лишь одно создание в этом мире могло на немного отвлечь царя от мрачных мыслей – это была его малолетняя дочь Адметта. Эврисфей души не чаял в этой девочке, и все её желания исполнялись беспрекословно. Стоило Адметте что-либо захотеть, как эта прихоть тотчас обретала форму царского приказа.

И вот однажды девочка услышала от своей няни рассказ об амазонках.

– Далеко на востоке, там, где река Фермодонт впадает в Эвксинский Понт, – начала свой рассказ няня, – стоит удивительный город Фемескира. В этом городе живут прекрасные и воинственные женщины – амазонки. Они с детства учатся сидеть в седле и искусно владеть оружием. И горе тем врагам, которые посмеют напасть на амазонок! Ещё никому не удавалось их покорить ни силой, ни хитростью. Гордые воительницы презирают мужчин и не позволяют им жить в Фемескире. А правит амазонками прекрасная царица Ипполита. У царицы есть кожаный пояс – подарок самого бога войны Ареса, и она носит его как знак власти над всем воинственным племенем. Поговаривают, что именно пояс Ипполиты помогает амазонкам оставаться непобедимыми.

Выслушав рассказ няни, Адметта тотчас захотела заполучить удивительный пояс Ипполиты и направилась к своему царственному отцу.

Когда Эврисфей увидел входящую в его покои дочь, его лицо сразу просветлело. Адметта подошла к отцу и, ласково обняв его, сказала:

– Отец! Сегодня я услышала о чудесном поясе царицы амазонок Ипполиты. Мне тоже хочется быть такой же непобедимой как она! Я хочу получить её пояс!

И Эврисфей, недолго думая, велел передать Гераклу, чтобы он немедленно отправлялся за поясом Ипполиты.

Когда Копрей передал новое повеление царя Аргоса, Геракл воскликнул:

– Эврисфей посылает меня сражаться с амазонками? Только трусы воюют с женщинами!

Тогда Копрей сказал ему в ответ:

– Амазонки – племя никогда не знавшее поражений. Ни одному войску не удавалось одолеть этих гордых воительниц. Не думай, что так легко ты получишь пояс Ипполиты!

Геракл только пожал плечам и стал собираться в дальний путь.

Снарядив корабль и взяв с собой небольшой отряд верных друзей, среди которых были Иолай и Тесей, Геракл отправился к амазонкам. Долго плыли они, пересекая воды Серединного моря. А достигнув его восточных берегов и минуя два узких пролива, поплыли по Эвксинскому Понту на восток. Войдя в клубящееся паром, горячее устье реки Фермодонт, Геракл и его друзья, наконец, достигли берегов Фемоскиры.

Высадившись на берег, и разбив лагерь, мужчины стали готовиться к возможной атаке амазонок. И вскоре из ворот города показалась группа всадниц. Впереди всех на гнедом скакуне, одетая в короткий хитон, перехваченный простым кожаным поясом, гордо восседала в седле сама Ипполита. Геракл был удивлён тем, что воительницы нападать не собирались.

Приблизившись к лагерю Геракла, царица поприветствовала гостей и спросила, зачем они пожаловали в Фемискиру.

Геракл не стал хитрить и ответил:

– Прислал меня к тебе царь Аргоса Эврисфей. И велел он привезти ему твой пояс, Ипполита.

На это царица амазонок сказала:

– Твоя слава опережает тебя, Геракл! Мне известно о твоих прошлых подвигах. В знак уважения я подарю тебе свой пояс, и нам не придётся проливать из-за него кровь!

С этими словами Ипполита стала снимать свой пояс, чтобы отдать его Гераклу. Но в этот момент Гера, которая спустилась с небес и приняла облик амазонки, громко воскликнула:

– Это ложь! Не верь его словам Ипполита, он приплыл сюда с отрядом, чтобы покорить нас, а тебя взять в плен и сделать рабыней своего царя!

Другие амазонки, услышав речь подруги, схватились за оружие. Протрубил рог, призывающий к атаке, и из ворот города хлынула стремительным потоком конница. Мирные переговоры были окончены, и началось кровопролитная битва. Со всех сторон на воинов полетели стрелы лучниц. Гераклу и его спутникам ничего не оставалось делать, как, проклиная в душе Эврисфея, поднять оружие и сражаться с амазонками.

Храбро сражались воительницы, предпочитая поражению – смерть. Погибла стремительная, как вихрь Аэлла, а за ней и непобедимая Протоя. Пронзённая стрелой, пала в бою и царица Ипполита. Геракл, снимая с неё пояс, с горечью произнёс:

– Клянусь богами, я не желал твоей смерти, Ипполита.

Увидев, что царица пала, а её пояс в руках у Геракла, амазонки отступили. А Герой, получив то, зачем его послал Эврисфей, вместе со своими спутниками отправился обратно в Арголиду.

Преодолев долгий путь, Геракл вернулся в Микены. Он передал пояс Ипполиты царю, но радости от совершённого подвига не испытывал. Тем не менее, народ радостно приветствовал и прославлял победителя не знающих поражения амазонок.

Получив желанный пояс, Адметта быстро разочаровалась в подарке. Ничем не украшенный простой кожаный пояс не вызвал у неё ни радости, ни почтения к его бывшей обладательнице. Адметта вскоре забросила его, и он бесследно исчез. Может это богиня Гера взяла его себе, а может, и сам бог войны Арес забрал свой пояс у недостойных обладателей.

Десятый подвиг Геракла. Стадо Гериона

Царь Аргоса долго размышлял над тем, куда бы ему ещё послать Геракла, но так ничего и не придумал. И вот однажды ночью, когда Эврисфей уже перестал надеяться на помощь богини Геры, она вновь явилась к нему во сне. Богиня посоветовала трусливому царю отправить Геракла далеко на запад, где среди волн бескрайнего западного океана лежит остров Эрифия. На этом зелёном острове огромный трёхголовый великан Герион пасёт стадо своих багряных, как закат коров.

– Прикажи Гераклу привести это стадо в Микены, – говорила Гера, – преодолеть такой длинный путь через моря и дальние страны со стадом коров – невыполнимая задача даже для Геракла!

Проснувшись, Эврисфей тотчас послал Копрея к Гераклу с соответствующим приказом. И Гераклу пришлось вновь подчиниться царю и отправиться в долгое и опасное путешествие.

Много дней и ночей шёл Геракл на запад, через реки и горы, минуя разные страны. И вот, наконец, подошёл он к краю земли, где за высокими гранитными горами простирался западный океан. Не желая обходить горы, Геракл раздвинул две огромные скалы, и тот час океанские воды хлынули в образовавшийся пролив, который сейчас зовётся Гибралтарским проливом. А скалы на берегах называют «Геракловы столбы».

Бескрайний океан открылся взору Геракла, синяя гладь моря сливалась на горизонте с синевой неба. Где-то там, далеко в океане лежал заветный остров Эрифия. Но как до него добраться, ведь поблизости не было, ни лодки, ни даже деревьев из которых можно было бы соорудить плот. И вдруг Геракл увидел сияющего бога Гелиоса. Он опускался в западные воды, чтобы уйти на ночной покой. Ослепительное сияние и жар исходили от Гелиоса, но Геракл, не побоялся приблизиться к нему. С почтением попросил герой одолжить ему золотую ладью, в которой бог ночью пол земли, чтобы утром вновь оказаться на востоке. Гелиос благородно согласился, услышав, для чего она Гераклу понадобилась. Сев в ладью, герой направился к берегам Эрифии.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.