Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тарзан (№10) - Тарзан и люди-муравьи

ModernLib.Net / Приключения / Берроуз Эдгар Райс / Тарзан и люди-муравьи - Чтение (стр. 2)
Автор: Берроуз Эдгар Райс
Жанр: Приключения
Серия: Тарзан

 

 


Молодые, не познавшие родительской нежности, не испытывали никакого чувства привязанности и друг к другу. С раннего детства их ожидала трудная жизнь. Необходимо было добывать себе пищу самостоятельно, сопровождая мать на охоте. Подрастая, мальчики уходили в джунгли и начинали жить в одиночку, а мать переставала отличать их от других мужчин. Девочки же жили и охотились вместе с матерью, пока не находили себе мужчину. После этого они отделялись от матери навсегда. Следующий сезон приносил мужчине смерть, а женщина отправлялась на поиски нового мужа.

Итак, Тарзан стоял перед толпой рассерженных женщин. Молоденькие девочки, сжимая дубинки, расположились поодаль. Они ждали, пока старшие убьют и разделают это существо, и можно будет полакомиться остатками.

Одна из молодых женщин, подрагивая всем телом от возбуждения, обернулась. Тарзан лихорадочно соображал, как помешать им осуществить свой кровавый замысел. Оставалась слабая надежда на помощь юношей, которые безучастно наблюдали за разъяренными женщинами. Вдруг один из них сорвался с места и бросился в самую гущу толпы, стараясь растолкать их. Несколько женщин вступили с ним в драку. Он отбежал и принялся бросать в толпу камни. Двое рухнули на землю. Одна из старших девиц неожиданно кинулась на рядом стоящего юношу и сильным ударом убила его. Это был тот самый юноша, который снял с Тарзана золотую цепочку.

Мальчик, бросавший в толпу камни, видя такой оборот событий, сообразил, что одному ему не выстоять, и со всех ног бросился к Тарзану, полагая, что вместе будет безопаснее. Он встал рядом с Тарзаном. Старшая девица жестами объяснила ему, что сделает с ним, если он не отойдет от вожделенной добычи. Он ответил ей на том же языке жестом, что не двинется с места. Тарзан улыбнулся и поощрительно похлопал мальчика по плечу. Тот свирепо оскалился, пытаясь изобразить улыбку.

Девица приближалась. Тарзан несколько растерялся, не зная, как поступить. С одной стороны, он не мог оказать активного сопротивления, все-таки перед ним стоял ребенок, к тому же женского пола. С другой, ему не хотелось достаться на обед этому примитивному существу. Активное сопротивление предполагало смерть противника, поэтому Тарзан задумался, как бы попросту удрать, избежав кровопролития.

Вдруг Тарзан увидел Третью женщину, тащившую в пещеру мужчину. Естественно, она не собиралась кормить детенышей убитой ею Первой женщины, но и держать их взаперти не имело смысла: пусть позаботятся сами о себе или подыхают с голоду. Она отодвинула тяжелый валун, закрывавший вход в пещеру, и протиснула в образовавшееся отверстие отбивавшегося мужчину. Затем подняла дубину и постучала ею по стене, привлекая внимание детенышей. Все двинулись было к ней, но тут же в ужасе отшатнулись – это не их мать! Мальчик, защищавший Тарзана, в страхе спрятался у него за спиной. Перед Тарзаном возникла огромная женщина.

Девица, намеревавшаяся убить Тарзана, казалось, напрочь забыла о его существовании. Она не сводила своих маленьких, близко посаженных глаз с пришедшей, и оторопела от страха. Третья женщина, не подозревавшая о наличии мужчины в пещере Первой, удивилась, но, разглядев Тарзана, решила, что неплохо пополнить свою коллекцию таким крупным и крепким экземпляром. Ситуация становилась критической, и шансы на спасение катастрофически уменьшались. Женщина медленно приближалась, сверля Тарзана горящими от похоти глазками.

Тарзан, не до конца сообразив, что от него хотят, решил избежать схватки. Рожденный в джунглях, он знал, когда нужно драться до последнего, а когда надо спасаться бегством. Он быстро огляделся. Мальчик алали стоял за спиной, дрожа от страха. Сбоку высилась стена пещерного двора, достигавшая высоты поднятой руки. Прикинув высоту и силу толчка, Тарзан, подобно молнии, взвился вверх прямо перед носом изумленной Третьей женщины. Не успела она сообразить, что произошло, как Тарзан с мальчиком на плечах взмахнул на стену, цепляясь за каменные выступы. Не раздумывая, он спрыгнул вниз по другую сторону стены и прямо перед собой увидел других женщин, потревоженных его появлением.

– Скорей бы стемнело, – подумал Тарзан. В этом сохранялся шанс на спасение, ибо женщины, вооружившись дубинками, приближались к Тарзану и мальчику. Тот первым бросился бежать по тропинке, ведущей прочь из амфитеатра. Мальчик, более быстрый на ногу и привыкший при случае опасности спасаться бегством, мчался впереди Тарзана. Неуклюжие грузные женщины бежали позади, отставая все больше. Они бросали вслед беглецам камни, но наступающая темнота мешала им поразить цель. Тропинка петляла из стороны в сторону, и преследователи постоянно теряли их из виду. Может быть, женщины и не собирались убивать мужчин, необходимых для продолжения рода, но в таком состоянии они были крайне опасны.

Тонкий слух мальчика уловил, что топот начал стихать, погоня угасла. Он огляделся по сторонам и вдруг обнаружил, что остался один. Странного существа, с которым он только что бежал, не было. Но лес жил своей жизнью, и воздух наполняли странные, непонятные шорохи. На джунгли опустилась плотная непроглядная тьма. Мальчик вздрогнул. Он почти физически ощущал тяжесть этой темноты, давившей на плечи. Кругом не было видно ни зги. Казалось, он ослеп, но, лишенный возможности говорить, он не мог ни закричать, ни позвать на помощь. Ему почудилось, что в темноте кто-то подкрадывается к нему, но он не мог объяснить это словами. Ему отчаянно захотелось вновь оказаться рядом со странным мужчиной, которого он отбил у своей сестры, и в его сердце тлела надежда, что его не бросят одного в этой ужасной темноте. Мальчик был очень испуган. До этого он ни разу не покидал пределов своей пещеры. Шорох в кустах поверг его в неописуемый ужас. Нечто огромное двигалось в его сторону. Прижавшись спиной к дереву, он окаменел от страха. Он принюхался, но это был незнакомый запах джунглей. Однако инстинкт подсказывал, что странный человек где-то поблизости и обязательно поможет ему. Мальчик ничего не знал о львах и тиграх, но догадывался, что дикие звери страшны и свирепы. Он никогда не отходил далеко от своей матери, а люди, возвращавшиеся с охоты, ничего не могли рассказать об обитателях джунглей, ибо были лишены языка.

Лев все ближе и ближе подкрадывался к мальчику, еле живому от страха.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Пробираясь сквозь заросли джунглей, Эстебан Миранда находился уже милях в двадцати от страшного селения каннибалов. Он крепко сжимал ладонь маленькой Уххи, вздрагивая от страха при звуках львиного рыка. Казалось, одновременно рычат сотни львов. Ухха, заметив трусость Миранды, презрительно воскликнула:

– Ты не речной дьявол! Ты сам боишься! И никакой ты не Тарзан. Отец говорил, что Тарзан не знает страха. Отпусти меня, я залезу на дерево. Только трус или глупец будет стоять на земле, дожидаясь, пока его задерут как безмозглую антилопу. Отпусти меня сейчас же!

Девочка рванулась, пытаясь вырваться из железных рук испанца.

– Замолчи! – крикнул он. – Хочешь привлечь внимание львов?

Однако поведение девочки позволило ему выйти из состояния шока. Он подхватил Ухху и помог ей взобраться на ветки могучего дерева, после чего и сам оказался рядом. Теперь они находились в относительной безопасности, с нетерпением ожидая рассвета, когда могучий рык Нумы, оглашающий джунгли, затихнет.

Когда первые проблески зари осветили землю, они, обессиленные бессонной ночью, спустились вниз. Ухха тут же опрометью бросилась прочь, надеясь встретить воинов Обебе, которые, конечно же, отправились на ее поиски.

Миранда и не думал ее преследовать, а рванулся в другую сторону, содрогаясь при мысли, что может снова попасть в руки каннибалов.

Он совершенно потерял ориентировку и не представлял, где находится и куда бежать. Единственное, на что у него хватило сообразительности – найти тропу, по которой они шли, и определить, где расположено селение Обебе. Он направился на запад, рассчитывая встретить дружественное племя, которое помогло бы ему добраться до своих.

* * *

Палящие лучи солнца обжигали труп Первой женщины, застывший на том же месте. В небе парил огромный стервятник, снижаясь кругами. Все ниже и ниже опускалась страшная птица, и наконец села на мертвое тело. Через час от него остался лишь обглоданный скелет. Взмахнув крыльями, гриф тяжело поднялся в воздух и полетел к Великому Непроходимому лесу.

* * *

Оторвавшись от погони, Тарзан вслед за мальчиком-алали влетел в мрачный лес, на который уже опускались сумерки. Он взобрался на дерево и дальше передвигался по веткам и кронам, быстро догоняя мальчика. И когда раздался страшный рык Нумы, Тарзан, оказавшийся прямо над ним, схватил его за волосы и втащил наверх. Мгновение спустя на то место, где только что стоял алали, приземлился прыгнувший Нума.

* * *

На следующее утро Тарзан начал готовиться к охоте, поскольку пора было позаботиться о пропитании. Фрукты, орехи и яйца птиц он без труда раздобыл на деревьях, растущих поблизости, но нужно было и мясо, а для этого требовалось соорудить лук и стрелы. Тарзан отправился на поиски материалов, необходимых для изготовления оружия. Разыскивая нужные ветки, он вдруг учуял запах оленя Бары. Проворно взобравшись на дерево, где сидел мальчик, Тарзан жестом позвал его с собой, но тот был так робок и неуклюж, что Владыка джунглей передумал и жестом приказал ему оставаться на месте. Хотя мальчик не совсем точно уяснил, что от него требуется, тем не менее остался на месте, когда Тарзан направился в чащу.

Он медленно пробирался сквозь заросли, постоянно принюхиваясь. Запах оленя ощущался все отчетливее, и Тарзан затаился. Вскоре он увидел небольшое стадо оленей, неторопливо двигавшихся мимо него. Тарзан терпеливо ждал, пока олени подойдут достаточно близко, и размышлял, как бы половчее поймать добычу. Выдержки и терпения у него хватало. Неожиданно к запаху оленей примешался запах Нумы, но почему-то чуткие и осторожные животные не встревожились, продолжая спокойно пастись. Сидя в засаде, Тарзан молил Бога, чтобы Нума убрался поскорее прочь. Вдруг позади оленьего стада раздался треск кустов. Олени взвились и рванулись. В тот же миг Тарзан заметил молодого льва, явившегося причиной переполоха. Владыка джунглей был рассержен не на шутку: этот молодой глупец оставил их без мяса.

Внезапно один из оленей сделал мощный прыжок в сторону и очутился прямо под деревом, на котором затаился Тарзан. Охотник бросился на шею зверя, мгновенно прокусил ему горло и с добычей в руках взлетел на соседнее дерево. Нума проводил взглядом Тарзана, ловко передвигающегося по кронам. Улыбаясь, человек крикнул:

– Отродье шакала! Ходи голодным, если не умеешь охотиться!

Примерно в полдень Тарзан вернулся к мальчику-алали, который терпеливо дожидался его. У юноши был каменный нож, им он разделывал добычу, приносимую матерью. С нескрываемым любопытством алали наблюдал за Владыкой джунглей, раскладывающим костер. Он никогда не пробовал жареного мяса и теперь осторожно клал его в рот.

На другой день, запасшись мясом на несколько дней, Тарзан принялся мастерить орудия охоты, показывая юному алали, как это делается.

Обучая его маленьким премудростям, Тарзан размышлял о будущей судьбе мальчика. Беспомощный и не приспособленный к жестокой борьбе за существование, он наверняка погибнет в джунглях, если решит вернуться домой самостоятельно. Но и с собой Тарзан брать его не хотел: в охоте или в битве он будет только лишней обузой. Наконец после долгих размышлений в голову Тарзана пришла удачная мысль: он соорудит мальчику такое же оружие, по сравнению с которым дубины женщин-алали выглядели детскими игрушками, и научит его обращаться с ним.

Вдруг мальчик припал ухом к земле. Приподнявшись, он взглянул Тарзану в глаза, затем ткнул пальцем в его сторону, указал на небо, на ухо и на землю. Тарзан все понял и, приложив ухо к земле, услышал тяжелый топот чьих-то ног. Быстро собрав принадлежности для охоты и остатки пищи, они взобрались на дерево и расположились в укрытии. Ждать пришлось недолга. На тропе показалась огромная женщина отталкивающего вида, затем другая, за ней еще одна. Подчиняясь стадному инстинкту, на охоте они, видимо, держались сообща. Медленно, поводя настороженными ушами, женщины прошли под деревом, на котором прятались Тарзан с мальчиком. Охотницы внимательно обшаривали взглядом ближние кусты, а их уши ловили малейшие шорохи.

Выждав некоторое время, беглецы спустились на землю. Тарзан мысленно рассмеялся: Владыка джунглей прячется на дереве от женщин! Но зато – каких женщин! Краткого знакомства вполне хватило, чтобы понять, что это злобный и непримиримый противник, и без оружия Тарзан беспомощен перед их тяжелыми дубинами.

Прошло несколько дней. Тарзан и его бессловесный спутник мастерили оружие, чтобы добывать пропитание более легким способом. Мальчик механически повторял все движения Тарзана и молча выполнял все его указания. Наконец наступил день, когда они отправились на настоящую охоту. К этому времени алали уже кое-чему научился: бесшумно двигаться и замечать все кругом, преследуя добычу, он освободился от страх перед лесом и зверями и даже при виде огромных женщин уже не впадал в панический ужас.

После долгой кропотливой работы он смастерил себе лук и стрелы и с большим уважением наблюдал, как ловко Тарзан поражал цель из своего оружия. Наконец пробил и его час. Однажды на охоте он пустил стрелу в стадо диких кабанов и вступил в схватку с раненым вепрем. Природная ловкость и молниеносная реакция помогли ему выйти из схватки победителем. После этого маленький алали навсегда освободился от страха и не бросался бежать при виде грозного противника.

Исподволь Тарзан обучал его тонкостям охоты. Однажды мальчик ранил огромного медведя. Взревев, лесной великан двинулся прямо на него. Юный охотник хладнокровно дождался, пока зверь приблизится, и второй стрелой сразил его наповал.

* * *

В то время, когда Тарзан и маленький алали продирались сквозь джунгли, стремясь уйти подальше от территории огромных женщин, Эстебан Миранда и маленькая Ухха, которую он снова поймал и вел с собой, брели по лесу в поисках тропы, ведущей на запад…

ГЛАВА ПЯТАЯ

Словно верный пес, юный алали льнул к Тарзану, который, овладев его языком, мог поручить ему уже любое задание. Научившись обращаться с оружием, мальчик стал более самостоятельным, и теперь они охотились врозь.

Однажды во время охоты Тарзан, преследуя оленя, вдруг почувствовал запах женщины-алали. Взобравшись на дерево, он продолжил свой путь по кронам и ветвям. Прежде чем он увидел женщину, Тарзан ощутил другой незнакомый запах. Это был запах мужчины, но какой-то необычный, доселе не встречавшийся. Запах был слабый, но исходил откуда-то снизу. Вскоре до Тарзана донеслись взволнованные голоса, которые были едва слышны. Тарзан осторожно двинулся вперед, совершенно забыв про оленя.

Приблизившись, он понял, что голосов много, и всего шагах в десяти увидел такое, от чего впал в изумление. Единственной знакомой фигурой оказалась женщина-алали, но ее окружала толпа крошечных мужчин-воинов. Вооруженные мечами и пиками, они атаковали огромные ноги женщины, которая медленно отступала к лесу, размахивая дубиной и отбрыкиваясь. Тарзан мгновенно сообразил, что воины-лилипуты пытаются повредить ей сухожилия, и сумей они сделать это, женщина оказалась бы поверженной. Но одним движением могучей ноги она сбрасывала с десяток крошечных бойцов. Смелость и отвага нападавших привели Тарзана в восторг, но, наблюдая за битвой, он никак не мог понять, чего ради они, не щадя жизни, преследуют отступающую женщину. Наконец он разглядел причину. В левой руке великанша сжимала крошечного человечка. Вот почему воины без устали продолжали атаку. В ней принимали участие не только пешие, но и конные. Наездники, крепко сидевшие в седлах на своих резвых лошадках, вызвали у Тарзана восхищение. С первого взгляда он понял, что воины-лилипуты принадлежали к племени пигмеев, забытому людьми белой расы, описание которого сохранилось лишь в преданиях, мифах и легендах.

Тарзан проникся симпатией к маленьким человечкам, и, когда стало очевидно, что женщина-алали беспрепятственно уйдет от преследователей, он решил вмешаться. Когда он спустился на землю и вышел из-за деревьев, первыми его заметили пигмеи. Вероятно, они приняли его за второго враждебного гиганта. Все отпрянули, послышались возбужденные крики. Торопясь доказать дружеские намерения, Тарзан бросился вслед за женщиной, которая, увидев Тарзана, не обратила на него почти никакого внимания, поскольку привыкла к тому, что мужчины боятся и слушаются ее. Приблизившись к женщине, Владыка джунглей языком жестов, которому он научился у мальчика, объяснил ей, что она должна отпустить маленького воина и убираться прочь. Лицо женщины перекосила свирепая гримаса, и, подняв дубину, она пошла на Тарзана. Он вскинул лук.

– Убирайся или я убью тебя! Убирайся и сейчас же отпусти маленького человечка! – на языке жестов предупредил ее Тарзан. Но женщина, не внемля предупреждению, шла напролом. Тарзан прицелился. Пигмеи, поняв наконец, что второй гигант их союзник, замерли в ожидании скорой развязки. Тарзан надеялся, что женщина послушается его, и ему не придется применять оружие. Но одного взгляда на ее свирепое лицо было вполне достаточно, чтобы понять тщетность этой надежды. Она приближалась. Тарзан натянул тетиву. Стрела поразила ее прямо в сердце, и, проворно подскочив к падающей туше, Тарзан успел выхватить у нее из руки маленького человечка.

Остальные воины, видимо решив, что их соплеменник попал в новую беду, бросились к Тарзану, громко крича и грозя оружием. Прежде чем они подбежали, Тарзан осторожно опустил маленького воина на землю.

Угрожающие крики сменились восклицаниями радости.

Подскакав на своих крошечных лошадках к освобожденному воину, они преклоняли перед ним колена и целовали протянутую руку. Тарзану стало ясно, что спасенный – не простой воин, а, вероятно, их полководец. Тарзан с таким интересом наблюдал за этой суетой, что, казалось, рассматривает муравейник.

Теперь Тарзан смог рассмотреть их как следует. Самый высокий из них достигал ростом дюймов восемнадцати. Несмотря на смуглый оттенок кожи, не вызывала сомнения их принадлежность к белой расе. Черты лиц отличались правильностью, а сложение пропорциональностью.

Мужчина, которого спас Тарзан, был самым юным.

Пока Тарзан разглядывал пигмеев, тот приказал своим людям встать и, повернувшись к спасителю, сделал жест, выражавший признательность и дружелюбие. Тарзан ответил тем же: он сделал шаг вперед и протянул руку ладонью вверх.

Вероятно, истолковав сей жест по-своему, юноша протянул Тарзану руку для поцелуя. Но Владыка джунглей решил продемонстрировать равенство в знатности, поэтому он опустился на одно колено, взял крошечную ладонь в свою руку и склонил голову без намека на подобострастие, но с гордым достоинством. Маленький полководец, казалось, был вполне удовлетворен и поклонился в ответ с неменьшим достоинством. Затем он знаком предложил следовать за всадниками, пересекавшими поляну.

Тарзан не смог отказаться от столь любезного приглашения воспитанного молодого человека и, с любопытством разглядывая крохотных всадников, решил последовать за ними. Воины собрали убитых и раненых. Свои пики они вложили в металлические ножны, прикрепленные справа у седла. Кроме миниатюрного меча у пехотинцев не было другого оружия. Лезвия этих мечей, обоюдоострые, длиной в полтора дюйма, оканчивались острым концом.

Собрав убитых и раненых, они начали строиться. В это время юноша, сопровождаемый шестью воинами, ударами меча умерщвлял раненых, которым уже ничем нельзя было помочь. Жестоко, но вполне оправданно. Все кончилось довольно быстро. Затем прикрепили оружие к седлам, выкопали могилу и похоронили своих мертвецов.

Пока одни совершали погребальный обряд, другие изловили антилопу. Построившись, все двинулись в путь. Не раздалось ни слова команды, юноша лишь поднял свой меч, и стройные ряды, сомкнувшись, двинулись вслед за предводителем. Группа воинов осталась, чтобы сопровождать Тарзана. Офицер объяснил, что ему нужно двигаться за солдатами, которые будут указывать путь, ибо Тарзан явно не мог поспеть за всадниками, почти пересекшими поляну и ускакавшими далеко вперед.

Идя за воинами, Тарзан думал о юном алали, который охотился где-то неподалеку. Но он решил, что скоро вернется и разыщет мальчишку.

Уже через час такого пути Тарзан начал выбиваться из сил. Он еле поспевал за всадниками. Равнина оказалась не такой пологой, как это виделось из леса. В высокой траве резвилось множество антилоп, которые убегали при приближении всадников и великана.

Ветер дул от Тарзана к зарослям, и он не мог определить, что за зверь там прячется. Когда же воины с пиками наперевес окружили заросли, оттуда раздалось злобное рычание, и большая африканская кошка, выскочив из-за кустов, бросилась на офицера. Он выставил пику, и животное всей своей тяжестью обрушилось на ее острие, подмяв под себя и всадника. Со сломанным копьем он упал с лошади. В этот момент подоспели еще четыре воина и вонзили свои копья в тело кошки. Через мгновение все было кончено.

Тарзан отметил про себя, что пигмеи всегда были начеку и действовали слаженно и решительно. Не прошло и десяти минут, а огромный зверь был уже повержен. Да и битва с великаншей показала, что все они были храбрыми и мужественными. Офицер, который, как выяснилось, не пострадал, упав с лошади от удара зверя, тоже был храбр, хотя и очень молод.

Они двигались по равнине уже часов шесть. Ветер переменился, и Тарзан почувствовал запах оленя. Сделав знак остановиться, Тарзан как мог объяснил офицеру, что он голоден, а впереди – добыча. Нужно подождать, пока он будет охотиться.

Офицер понял Тарзана, и пигмеи рассыпались так бесшумно, что даже острый слух Тарзана не смог уловить ни единого звука. Он чувствовал, что неподалеку пасется стадо антилоп. Вскоре из-за деревьев показались первые животные. Крепко сжимая лук и стрелы, Тарзан осторожно подкрадывался к ним. Пигмеи, удивленно разглядывая невиданное оружие, наблюдали за действиями Владыки джунглей, затаив дыхание. Они были поражены, когда за несколько мгновений Тарзан поразил трех антилоп.

Когда воины подошли к Тарзану, тот уже собирал добычу. Они возбужденно загалдели, не отрывая взглядов от страшного оружия, которым Тарзан владел в совершенстве. Для них антилопы были такими же огромными, как слон для человека. Приблизившись к Тарзану, они заулыбались и захлопали в ладоши. Тот решил, что они ему аплодируют.

Собрав стрелы и сложив их в колчан, Тарзан жестом попросил у офицера его меч. После минутного колебания, под пристальными взглядами остальных воинов, он решился и протянул оружие. Тарзан принялся спокойно свежевать подстреленных антилоп, затем отрезал кусок мяса и начал есть, жадно глотая. Пигмеи пришли в растерянность, а некоторые в ужасе бросились прочь, видя, что их спутник ест сырое мясо. Наверное, они подумали, что этот гигант, будучи голодным, может полакомиться и кем-нибудь из них.

Освежевав остальные туши и сложив мясо в свою сумку, насытившийся Тарзан двинулся дальше.

Казалось, пигмеи продолжали оставаться в растерянности. Они приглушенно переговаривались, с опаской оглядываясь на Тарзана. За себя они были спокойны, так как не ведали страха, но сомневались, стоит ли вести этого великана, который ест сырое мясо, к себе в страну.

Полдень был на исходе, когда Тарзан заметил группу всадников, галопом скакавших им навстречу. Благодаря своему росту, Тарзан первым увидел их, тогда как остальным мешал кустарник. Тогда он остановился и, прежде чем офицер сообразил, что происходит, осторожно сгреб всадника с лошадью своими могучими руками и поднял их над головой. Маленькие воины всполошились, раздались крики угрозы, но, заметив улыбку на губах Тарзана, они успокоились. Кивком головы он указал на приближающуюся кавалькаду, и офицер, вглядевшись с высоты, сделал успокаивающий жест. Это были друзья.

Минуту спустя Тарзан был окружен толпой возбужденных дружелюбных пигмеев, среди которых он узнал и юного полководца, спасенного им из лап ужасной женщины.

Между сановными пигмеями состоялась короткая беседа, и по выражению лиц Тарзан понял, что случилось нечто серьезное. Он не догадывался, что предметом обсуждения являлся он сам. Пигмеев насторожило то, что он употреблял в пищу сырое мясо, и им было неясно, не принесет ли этот гигант какую-то неизвестную опасность их народу. Однако сомнения быстро развеял офицер сопровождения. Он доложил, что, несмотря на голод, Тарзан не тронул никого из его солдат, а терпеливо дожидался момента, когда можно будет поохотиться. Без дальнейших проволочек группа двинулась в дальнейший путь.

Выйдя из леса на равнину, Тарзан увидел множество крошечных человечков, снующих в отвалах пустой породы. При более внимательном рассмотрении стало ясно, что это не просто нагромождение камней, а некое симметричное строение. Рабочие сновали в одном и том же направлении по незаконченной конструкции и исчезали в отверстиях. Навстречу им двигался другой поток рабочих, но уже с пустыми руками, исчезавших в других отверстиях. На равном расстоянии от этих человеческих потоков двигались вооруженные люди.

Создавалось впечатление, что движутся муравьи в своем муравейнике.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Могучий белый мужчина, затаившись в непроходимой чаще, припал к земле. Одной рукой он зажимал рот маленькой темнокожей девочке, другой держал нож у самой ее груди. Но глаза мужчины были устремлены не на девочку, а на тропу, по которой двигались охотники из племени Обебе. Они подошли совсем близко, но Ухха не могла позвать на помощь, так как острый кинжал упирался в грудь. Она слышала, как они, о чем-то разговаривая, прошли мимо. Вскоре их шаги затихли вдали, и испанец, вскочив на ноги, поволок ее на тропу, по которой они брели долго и безрезультатно, продираясь сквозь чащу.

* * *

В селении пигмеев Тарзана встретили радушно, и ему было позволено остаться здесь, пока он не привыкнет к их укладу жизни и не овладеет их языком. Легко усваивая самые разные наречия и диалекты, Тарзан не видел в этом проблем. Прошло совсем немного времени, и он начал объясняться на языке людей-муравьев. Поначалу он предположил, что ему придется использовать язык жестов, как это было с алали, но вскоре убедился, что люди-муравьи изъясняются звуками, как и люди белой расы. Видя лингвистические успехи Тарзана, король пигмеев Адендрохакис рекомендовал своим подданным всячески способствовать Тарзану в овладении их языком.

Адендрохакис был особенно расположен к Тарзану потому, что спасенный им юный полководец являлся наследником престола, принцем Комодофлоренсалом. Вот почему были созданы все условия, чтобы Тарзану жилось хорошо среди населения королевства. Сотня рабов доставляла ему пищу и плоды. Когда Тарзан прогуливался среди куполообразных зданий, несколько всадников скакали впереди, расчищая дорогу, чтобы он ненароком кого-нибудь не раздавил. Но Тарзан и так был очень осмотрителен, и несчастных случаев подобного рода не произошло.

Овладев языком аборигенов, Тарзан узнал много интересного о жизни этого славного народа. Принц Комодофлоренсал постоянно сопровождал гиганта, давая пояснения. Собственно от него и узнал Тарзан так много. Он не уставал знакомиться с городом. Особенно его заинтересовало сооружение относительно больших куполообразных домов, которые были выше даже Тарзана. Их высота достигала десяти и более футов. Четыре отверстия образовывали четыре входа. Коридоры первого этажа отделялись перегородками, выполненными из гальки.

Дворец Адендрохакиса был выстроен по такому же образцу. И вообще весь город состоял из таких же куполообразных зданий, только меньших размеров.

Внутри куполов действовала хорошая вентиляция – по наружной стороне виднелось множество окон.

Тарзан наблюдал за возведением нового здания с живейшим интересом, понимая, что это уникальная возможность, которая может не повториться. Совершенная по-своему конструкция напоминала улей. Понимая речь аборигенов, Тарзан узнал, что рабы являются пленниками, захваченными в результате боевых походов или их потомками. Порой сменялось так много поколений, что они уже забывали свою родословную и считали себя жителями города и подданными короля Адендрохакиса. В основном к ним относились терпимо, особенно начиная со второго поколения. Почти все пленники трудились рудокопами, каменотесами, строителями. Но уже второму поколению жилось легче, так как они обучались различным наукам и могли работать почти по призванию. Благодаря же смешанным бракам, некоторым из них удавалось подняться до уровня привилегированных классов.

На вопрос Тарзана, почему делаются такие странные исключения и разрешаются смешанные браки, ему ответили:

– Много веков тому назад, еще в годы правления Кламатоаморсала в городе Троханадалмакуса воины Велтописхаго – короля города Велтописмакуса пошли войной на наш Троханадалмакус и в жестокой битве победили нашу армию, разгромив ее. Тысячи мужчин и женщин были угнаны в плен. Единственное, что спасло нас от полного истребления – храбрость наших рабов, отчаянно защищавших своих хозяев. Кламатоаморсал, мой предок, сражаясь с врагами, обратил внимание на выносливость и смелость рабов. Они были намного сильнее, в то время как аристократы, возможно, более мужественные, выдохлись практически в самом начале битвы.

Когда сражение закончилось, Кламатоаморсал собрал всех старших офицеров, оставшихся в живых и не попавших в плен. Он сказал, что мы потерпели поражение не потому, что армия враждебного монарха оказалась сильнее, а потому, что наши солдаты оказались слабее. Он спросил, в чем тут причина, и что делать? Самый юный мужчина, раненый и ослабевший от потери крови, предложил самое правильное решение. Он объяснил наше самое слабое место.

Он обратил внимание присутствующих на то, что вся раса Минанианс была древней и веками не происходило обновления крови. В то время как набранные изо всех городов рабы перемешивались и становились все сильнее с каждым поколением. Так что они вполне могли со временем или совершить революцию, или выступить против своих врагов, хотя им и не разрешалось носить оружие.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8