Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мой итальянец

ModernLib.Net / Короткие любовные романы / Бэрд Жаклин / Мой итальянец - Чтение (стр. 6)
Автор: Бэрд Жаклин
Жанр: Короткие любовные романы

 

 


Она приподнялась, и Джанфранко немедленно вскочил и взял ее за руку, чтобы помочь встать.

Ей нужно было побыть одной, нужно было время на то, чтобы привести в порядок свои мысли, однако Джанфранко настоял на том, чтобы проводить Келли в её комнату и помочь раздеться. Она видела, как в его темных глазах вспыхнуло желание, когда он поднял ночную рубашку над ее головой и плавно опустил ей на плечи. Его большая ладонь с нежностью задержалась на ее животе.

Несколько последних недель Келли отгоняла от себя воспоминания о том, что чувствовала, когда он обнимал ее с такой страстью. Он, конечно, вспомнит про ее день рождения, сказала себе Келли. Не надо все усложнять.

– Я знаю, Келли, – пробормотал Джанфранко, обнимая и целуя ее. Его темные глаза, прищурившись, вглядывались в ее лицо. – Но это ненадолго. – Нежно улыбнувшись, он взял ее руку и крепко прижал к своему телу. – Мне намного хуже, уверяю тебя. – Он тяжело вздохнул. – Но как только это станет возможным, я собираюсь увезти тебя на длительный отдых.

Он хотел ее, и он любил ее. Иначе и не могло быть, потому что она Вы этого не перенесла.

В эту ночь Келли крепко уснула, совершенно убежденная в том, что Джанфранко любит ее, но утром она увидела в окно, как его «мерседес» скрылся из виду.

С глазами, полными слез, она поднялась в свою спальню и, свернувшись калачиком на постели, разрыдалась. Сегодня был день ее рождения, и она была уверена, что Джанфранко вспомнит об этом и останется с ней. С ее точки зрения, это было решающее испытание его верности. Она ошиблась…

В доме было полно слуг, но она никогда не чувствовала себя такой одинокой. Она рыдала, сотрясаясь всем телом, до тех пор, пока не выплакала все слезы. Ноющая боль в нижней части спины, которую она почувствовала через какое-то время, заставила ее в конце концов сесть в постели. Келли протерла опухшие глаза. То, что она погрузилась в жалость к самой себе, ничего хорошего не принесет ни ей, ни ребенку.

В десять часов вечера Келли поняла, что пора… Она почувствовала боль уже в середине дня, но отдохнула, поужинала и пыталась убедить себя, что все в порядке. Было еще слишком рано…

Альдо отвез ее в больницу в Вероне. Анна сопровождала ее, и Келли была благодарна ей за помощь. Анна держала ее за руку и успокаивала, когда боль становилась непереносимой.

В час ночи Келли родила здоровенькую девочку с копной рыжих волосиков. В радостном возбуждении оттого, что держит свою малышку на руках, она на мгновение забыла о том, что Джанфранко не был с ней в момент, когда она особенно нуждалась в нем. А в следующий час, когда доктор и сестра суетились вокруг нее, она забыла обо всем.

Звук приглушенных голосов разбудил Келли, она открыла глаза и осмотрелась. Она находилась в незнакомой комнате. Тут Келли внезапно все вспомнила и взглянула в сторону колыбельки.

Джанфранко стоял возле колыбельки. Он все еще был в элегантном вечернем костюме, который надел на благотворительный бал. Его точеное лицо выглядело суровым. Рядом с ним стояла его мать.

Наконец он приехал, подумала Келли. Ее сердце переполняли любовь и гордость. Она собиралась заговорить, чтобы он понял, что она проснулась.

– Оно рыжее, – Он удивленно взглянул на мать и снова перевел взгляд на ребенка.

Келли услышала его и возмутилась.

– Это девочка, а не оно, – пробормотала она, стараясь сесть.

– Келли, Келли, миа кара. – Джанфранко бросился к ней. – Келли, она красавица. Чудесная малышка. Спасибо, спасибо. Как я сожалею, что меня не было здесь.

Сев на край кровати, он взял ее лицо в свои сильные ладони, покрыл поцелуями ее глаза, лоб, нос, прижался губами к ее губам.

Кармела сказала:

– Мои поздравления, Келли! Девочка великолепная, а мне теперь, пожалуй, следует оставить вас втроем, чтобы вы начали привыкать к тому, что вы – семья.

К удивлению Келли, перед тем как уйти, Кармела опустилась на колени и поцеловала ее в щеку.

– Ты не расстроился, что это не мальчик? – спросила Келли у Джанфранко, когда он снова подошел к колыбельке и уставился на ребенка так, словно никогда раньше не видел новорожденных.

– Конечно, нет, кара. – Он улыбнулся потрясающей белозубой улыбкой. – Следующий будет обязательно мальчик.

– Ну, как тут наша мамочка? – весело спросил доктор Кредо, подойдя к кровати. Взяв Келли за запястье, он проверил ее пульс. – Прекрасно.

Тем временем сестра ловким движением подсунула ей под спину еще одну подушку.

– Вот и хорошо. Вы нас немного напугали. На три недели раньше срока… ну, скажем, на неделю, поскольку на две недели раньше или позже – вещь допустимая. Но я счастлив, ребенок прекрасный. А вот о вас придется позаботиться. У вас небольшое кровотечение после родов, так что нам придется задержать вас здесь на неделю.

Келли с трепетом взглянула на крохотное личико, ярко-рыжие волосики, и ее захлестнула любовь. Она прижала ребенка к себе и поцеловала в щечку нежным поцелуем.

Помощница сестры приложила ребенка к ее груди.

Когда доктор и сестра ушли, Джанфранко подошел к кровати.

– Смотри, Джанфранко, она ест, – пробормотала Келли, которой хотелось разделить с ним волшебный момент. – Ну разве она не прекрасна?

Он поднял ресницы, стараясь спрятать слезы, навернувшиеся на глаза.

– Да, вы обе прекрасны, – сказал он севшим голосом и, опустившись на кровать рядом с Келли, нежно провел кончиком пальца по щечке девочки, по груди Келли.

Он смотрел на мать с ребенком и молча благодарил Господа за то, что тот сохранил их.

– Хочешь подержать ее? – спросила Келли. Она подняла голову, ее счастливые, сверкающие, как сапфиры, глаза искали его взгляд. – Смелей, она не кусается.

Джанфранко очень осторожно взял ребенка на руки.

Они отлично смотрелись рядом. Широкоплечий темноволосый отец нежно держал новорожденную в своих сильных руках и смотрел на малышку с совершенно ошалелым; выражением на красивом лице.

– Она унаследовала волосы от моего отца, но глаза у нее безусловно твои, – шептала Келли. – Я думаю назвать ее Анна Луиза. Ты хотел назвать мальчика Альфредо и сказал, что, если будет девочка, я сама могу выбрать имя. Как ты считаешь? Анна в честь Анны, которая была мне надежным другом и очень помогла прошлой ночью, а Луиза – в честь моей матери.

– Анна Луиза – отличное имя, – спокойно ответил Джанфранко. Разве мог он что-то возразить? Ребенок будет назван в честь горничной! Но ведь эта горничная была единственным другом, которого обрела Келли за короткий срок их брака. Его не было рядом, когда Келли так нуждалась в нем. За тридцать один год своей жизни он еще никогда не чувствовал себя таким виноватым. Это было совершенно новое ощущение для него. Он молча поклялся себе, что теперь его жена и ребенок всегда будут стоять для него на первом месте.

Вошла сестра, забрала малышку у Джанфранко и положила ее в колыбельку.

– Отдохните, синьора Мальдини, – сказала она.

– Хорошо. – Келли зевнула. – Я немного устала. – Она опустила длинные ресницы. Почувствовав нежное прикосновение губ Джанфранко к губам, улыбнулась. – Замечательно, – пробормотала она и уснула.

Когда, проспав три часа, Келли проснулась, ей доставили первые цветы, а к вечеру сестра начала жаловаться, что у них не хватает ваз. От Джанфранко принесли дюжину красных роз. В прилагаемой открытке было написано только: «Спасибо, моя любимая». Тут были цветы от всей прислуги, от друзей… половины из которых Келли не знала.

Это была лучшая неделя в ее жизни. Джанфранко приезжал по утрам и вечерам. Он подарил ей уникальный бриллиантовый браслет. «За нашу дочь», – сказал он и поцеловал ее. Однажды он привел с собой Анну, доставив Келли этим большое удовольствие, в другое утро – Оливию, что ей удовольствия не доставило. Пока Джанфранко разговаривал с сестрой, Оливия не преминула поддеть Келли:

– Даже в этом ты оказалась неспособной: мы хотели мальчика.

Келли оставила ее замечание без внимания, так она была счастлива. Приехавшая Джуди Бертони проговорилась, что снова беременна, и они договорились, с согласия Джанфранко, вместе потратить несколько дней на магазины, как только малышка немного подрастет.

За исключением доктора, весь медицинский персонал говорил только по-итальянски, и, к гордости Келли, ее итальянский значительно улучшился.

В следующую субботу в больничную палату вошел Джанфранко. Он выглядел, как всегда, неотразимо.

– Ты готова, Келли? – Да. – Она поднялась.

– Выглядишь великолепно, – пробормотал он и поцеловал ее. – Идем. Машина, детская коляска – все ждет тебя, Келли. А еще у меня есть сюрприз для тебя.

Джанфранко улыбнулся сияющей улыбкой.

– Только сначала няня вынесет ребенка, а я оформлю твою выписку.

Они остановились возле регистратуры. Келли ждала, пока Джанфранко получит все бумаги. Она бросила на него взгляд, поскольку он почему-то слишком задержался. Когда он вернулся к ней, улыбка исчезла с его лица и вид у него был странно мрачный.

– Что-то не так? – спросила Келли, испугавшись, что ее не выпишут.

– Да нет, все в порядке.

Пока ехали в «Каса Мальдини», они почти не разговаривали. Джанфранко, молчаливый и насупленный, помог ей войти в дом с маленькой Анной.

Их уже ждали. Кармела, Оливия и прислуга – все суетились вокруг малышки. Джанфранко взял переносную детскую кроватку, а другой рукой поддерживал Келли.

– Я провожу тебя наверх.

Через несколько минут Келли стояла посреди детской, забитой всеми мыслимыми и немыслимыми вещами, которые только могли понадобиться ребенку. Джанфранко с удивительной ловкостью положил спящую девочку в колыбельку и, выпрямившись, элегантным жестом показал на одну из дверей.

– Через эту дверь можно пройти в смежную спальню, ванную для няни и в еще одну ванную комнату.

– Как красиво. – Келли оглядела стены с изображениями животных и разных сказочных персонажей и едва не вскрикнула, увидев огромного паука.

– Ты думала, что будут отремонтированы гостевые комнаты, а мы придумали сделать детскую здесь. Эта комната – смежная с нашими. Идея принадлежит Оливии.

Этот паук должен был навести меня на мысль, что без Оливии тут не обошлось, подумала Келли.

– Да, очень милый сюрприз. – Отведя взгляд, она подошла к колыбельке и с улыбкой посмотрела на спящую малышку. – Нам будет чудесно здесь, правда, дорогая? – сказала она. Выпрямившись, Келли снова взглянула на Джанфранко. – Пожалуй, остальное я посмотрю потом. А пока прилягу.

Она попыталась улыбнуться, но улыбка застыла на ее губах, когда она подошла к двери, которая вела в ее бывшую спальню.

Длинные пальцы схватили ее за руку и остановили.

– Подожди, Келли. Мама назначила на сегодня несколько собеседований, чтобы выбрать няню. Наверное, ты тоже захочешь поучаствовать в этом, – сказал Джанфранко, внимательно глядя на нее.

– Нет, давай сразу расставим все на свои места. Я не хочу, чтобы за моим ребенком на первых порах ухаживала какая-то няня… а может быть, и все время. – В этом она была непреклонна. – Я достаточно ясно выразилась?

– Да, достаточно. Я понял. По-твоему, я ничего не способен сделать так, как надо. – Джанфранко взорвался: – Почему ты ничего не сказала мне о том, что в прошлую субботу был твой день рождения? – Оттого, как резко он сменил тему, у Келли голова пошла кругом. – Я бы так ничего и не узнал, если бы, когда брал твои документы из больницы, няня не сказала мне, что, если бы ты родила на час раньше, у вас с Анной день рождения был бы в один день. Неужели ты не понимаешь, как отвратительно я себя чувствую из-за этого?

– И на половину не так отвратительно, как я, – тихо ответила Келли.

– Я не заслужил того, чтобы мне напомнили об этом. – Их взгляды встретились. – Неужели ты хоть на секунду могла подумать, что я оставил бы тебя одну в день твоего рождения или что я не сожалею о том, что пропустил рождение нашего ребенка?

– Верю, – согласилась Келли. Их малышка спала в нескольких шагах от них, и ей не хотелось спорить. Она услышала его тяжелое дыхание и положила ладонь ему на руку. – Сожалею, но я считала, что ты знал дату моего дня рождения, ведь она была указана в нашем свидетельстве о браке. И мой паспорт у тебя. – Она посчитала свои доводы убедительными, но, увидев его мрачное лицо, решила сменить тактику. – Я знаю, что ты – Лев, родился третьего августа, – попыталась она успокоить его. – Давай не будем ссориться из-за этого.

– Ты права. Мне следовало знать. – Он протянул руку, сжал своими сильными пальцами ее напряженные плечи и притянул ее к себе. – Я недостоин тебя.

Ее сердце глухо забилось. Она сделала глубокий вдох. Эмоции захлестнули ее. Она любила своего мужа, отца своего ребенка. Разве что-то еще имело значение? Келли подняла руки и обвила его шею. Ее охватило нестерпимое желание снова почувствовать себя в его объятиях, ощутить близость его тела – теперь, когда не надо было думать об округлившемся животе.

– Ой, простите. – Оливия хмыкнула. – Мне не терпелось узнать, что Келли думает о детской.

Джанфранко выпустил Келли из объятий.

– Она в восторге. Не правда ли, кара! Взглянув на Оливию, Келли сказала:

– Да, прекрасная комната. Ребенок заплакал.

– Простите, но мне надо покормить Анну. Келли подошла к колыбельке и взяла девочку на руки.

– Тебе надо как можно скорее приучить ее к бутылочке, – посоветовала Оливия. – Тогда ее может покормить любой.

Оставив без внимания этот совет, Келли села на стул, и через минуту Анна жадно зачмокала губками.

Джанфранко посмотрел на мать с ребенком, его взгляд остановился на груди Келли. К своему изумлению, он почувствовал нечто похожее на ревность к своей дочурке.

– Я должен уйти, – коротко сказал он.

Келли подняла глаза, но он уже был на пороге комнаты. Теперь, когда она осталась наедине с малышкой и своими мыслями, она вспомнила все, что произошло в последние полчаса, и тревожный сигнал громко прозвучал в ее голове. В кого же она превратилась? Готова умиротворять Джанфранко любой ценой! Буквально извинялась перед ним за то, что он забыл о ее дне рождения! Боялась выразить свое мнение, чтобы не обидеть его или его родню.


Спустя месяц Келли, которая не находила себе места и не могла уснуть, выскользнула из постели. Она бросила беглый взгляд на смежную комнату, которую занимал Джанфранко. Ей хотелось войти к нему. Но он решительно отказывался спать с ней вместе до тех пор, пока через полтора месяца она не получит одобрение доктора. В дополнение к браслету он подарил ей бриллиантовое ожерелье и машину в качестве запоздалого подарка в ее день рождения. Он был нежен с Анной, когда бывал дома. Да случалось такое нечасто.

Любовь – опасное чувство, подумала Келли. Но любовь к ребенку – это совершенно иное. Она была готова на все ради Анны. У нее становилось все меньше молока, и няня посоветовала потихоньку переходить на детские смеси, однако малышке, кажется, они не слишком нравились. Келли осторожно открыла дверь детской и на мгновение застыла па пороге.

Оливия держала на руках Анну и кормила ее из бутылочки.

– Что это, черт возьми, ты тут делаешь? Оливия взглянула на Келли.

– Практикуюсь, чтобы заменять тебя в твое отсутствие.

Дрожа от гнева, Келли выхватила малышку из рук Оливии. Теперь она понимала, почему Анна плохо брала грудь.

– Убирайся немедленно и держись подальше от моего ребенка, – взорвалась она.

– Твоего ребенка? – фыркнула Оливия. – Разве ты еще не поняла? Джанфранко вышвырнет тебя, как только ты перестанешь кормить грудью, и мы заживем с ним семьей. Ваша так называемая свадьба ограничилась только гражданской церемонией в Англии, и ему даже не понадобится разводиться с тобой, чтобы обвенчаться со мной в церкви, глупая ты корова.

И Оливия удалилась.

Келли пыталась убедить себя, что это всего лишь бредни не совсем здоровой женщины. Но в глубине души она не очень в это верила. Она поступалась многим ради того, чтобы не потерять Джанфранко, но в том, что касается ее дочери, она будет сражаться как тигрица.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Три года спустя.


Сай-Эйден-Коув в графстве Корнуолл был практически безлюден, хотя уже началось лето. Келли стояла на скалистом берегу маленького пляжа и наблюдала за тем, как ее дочка насыпала песок в маленькое красное ведерко. Ничто не могло помешать намерению Анны Лу построить песчаный замок, и это напомнило Келли о Джанфранко. Анна Лу унаследовала отцовские глаза и отцовскую решимость.

К сожалению, этого нельзя было сказать о ее матери, грустно заключила Келли. Кажется, был такой же июньский день, когда она покинула «Каса Мальдини».

В результате все оказалось довольно просто, вспомнила она, мысленно вернувшись к тому тяжелому времени. Она рассказала Джанфранко о том, что сделала Оливия, а он ответил, что она придает этому слишком большое значение. Они поссорились, но на этот раз Келли и не подумала уступать.

В ночь накануне того дня, когда ей предстояло идти к доктору для окончательного обследования, Джанфранко пришел в ее спальню. Он пристально посмотрел на нее, лежавшую на просторной кровати.

– Завтра у тебя встреча с доктором… я прав?

Их взгляды встретились, и она ощутила, как задрожала каждая клеточка ее тела. Словно почувствовав это, он сел на край кровати и заключил Келли в объятия. Она почувствовала теплый мускусный, до головокружения знакомый запах, когда он поцеловал ее жадным, нетерпеливым поцелуем.

– Белла миа, – простонал он, одной рукой гладя ее и подняв другую, чтобы откинуть ее волосы за спину. Его темные глаза пристально вглядывались в ее запрокинутое лицо, в полуоткрытые губы. – Не задерживайся завтра. Я умираю от нетерпения.

Она была настолько глупа, что этих поцелуев оказалось достаточно, чтобы убедить ее: все страхи беспочвенны и Джанфранко любит ее. Они были семьей, и их будущее рисовалось ей в радужном свете. Но когда, уходя, он сказал: «Попроси доктора, чтобы он выписал тебе таблетки – это самое надежное защитное средство», ее эйфория несколько поубавилась.

Однако это было ничто в сравнении с тем шоком, который она пережила на следующий день. Вернувшись от доктора в приподнятом настроении, она тут же направилась в кабинет Джанфранко, торопясь сообщить ему хорошую новость.

Та боль до сих пор не прошла, сокрушенно подумала Келли. Дверь была приоткрыта, и она увидела Джанфранко и Оливию в объятиях друг друга. Предостережения Джуди, поведение Оливии – все теперь встало на свои места. Но настоящее потрясение Келли испытала, когда услышала, о чем они говорили. Это и побудило ее принять решение немедленно уехать.

– Уверяю тебя, Оливия, у нас с Келли больше никогда не будет детей.

– Так чего же тогда ждать? Отделайся от нее немедленно, Джанфранко. Я в состоянии позаботиться об Анне Луизе. Я люблю ее.

Келли приняла решение немедленно… Она выглядела искренне огорченной, когда сообщала Джанфранко, что доктор порекомендовал подождать еще неделю. Потом уговорила Джанфранко отпустить ее с ребенком на несколько дней погостить к Джуди Бертони, предложив ему воспользоваться этим, чтобы уладить свои дела в Нью-Йорке.

По иронии судьбы Джанфранко сам помог ей в ее намерении бежать от него. Он вручил ей мобильный телефон, попросив звонить ему, когда она сможет, поскольку не хотел беспокоить ее в то время, когда она занимается с Анной Луизой. Зайдя в его кабинет, Келли, к счастью, нашла свой новый паспорт, который ей оформил Джанфранко и в который была вписана малышка. Он говорил, что хочет поехать с Келли куда-нибудь отдохнуть. Она не переставала удивляться самообладанию этого человека. Видимо, таким своеобразным способом он собирался расплатиться с ней! Что же, его ждет жестокое разочарование, подумала она.

На следующий день она была на борту самолета, улетающего в Лондон, а вечером сняла все деньги со своего банковского счета. Это были деньги за ее проданный дом. Келли несколько раз звонила Джанфранко, чтобы не вызвать его подозрений.

Последний, решающий звонок она сделала, когда выехала из отеля, в котором провела ночь. Она сказала ему, что оставила машину в римском аэропорту и что уходит от него. С ним может оставаться Оливия, но не ее ребенок.

Он все еще что-то кричал в трубку, когда она выключила телефон и швырнула его на дорогу.

Сохранив детские воспоминания о дяде Томе, она отправилась в его дом в Корнуолле. Он встретил ее и Анну Луизу с распростертыми объятиями и настоял на том, чтобы она остановилась у него, в коттедже с видом на залив. Своим соседям он представил ее как Келли Хоуп, свою недавно овдовевшую племянницу с дочкой, и предупредил, что единственное, что ей не надо делать, чтобы не обнаружить себя, – это пользоваться государственными компьютерными программами здравоохранения, образования и т.д.

Положив деньги за проданный дом на банковский счет Тома, Келли не испытывала никаких проблем. Эллен Джонс, отец которой был другом Тома, владела небольшим спортивным клубом в соседнем городке Ньюкуэй. Она предоставила Келли работу в своем клубе на неполный день и платила ей за это наличными.

Три года жизнь Келли складывалась совсем неплохо. Она посмотрела на Анну Лу. Стиснув зубки, та строила «самый большой замок из песка» для дяди Тома.

Келли смахнула невольно набежавшие слезы. Вчера они похоронили дядю Тома. Это он придумал называть Анну Луизу Анной Лу. Они больше никогда-никогда его не увидят. Келли никогда больше не услышит, как он, гортанно выговаривая слова, беседует с ней, успокаивает и уговаривает ее. Их жизнь теперь изменится…

Джанфранко остановился, чтобы успокоиться. Это была Келли, еще более красивая, чем раньше. Даже дешевое черное платье, которое было на ней, не могло скрыть ее великолепную фигуру. Ее отливающие серебром волосы отросли и теперь доходили почти до талии.

Он ни в чем ей не отказывал, а она предала его…

Он медленно подошел к ней.

– Так вот где ты прячешься, Келли?

Келли, конечно, узнала этот глубокий голос с акцентом. Джанфранко стоял не более чем в шаге от нее. На его лице появились новые морщины, но от этого его смуглое лицо стало только еще красивей. Она, попятившись, прижалась спиной к скале.

– Ты, – пробормотала Келли. Казалось, ее недавние мысли о нем материализовались. Она поспешно отвела взгляд и посмотрела на Анну Лу, которая сидела на песке и удивленно таращилась своими карими глазами на незнакомого мужнину.

– Большой дядя, – сказала Анна Лу, – хочешь построить замок из песка?

Джанфранко немедленно присел на корточки.

– Анна? – тихо спросил он. И на глазах у Келли его жесткое лицо удивительно преобразилось. Он улыбнулся девочке. – Я люблю строить замки из песка, Анна.

Не очень уверенно он протянул руку, чтобы погладить огненно-рыжие волосы, обрамлявшие ангельское личико. Две пары похожих темно-карих глаз встретились и не могли оторваться друг от друга. Это была любовь с первого взгляда.

Увидев, как Анна Лу улыбнулась, Келли проглотила подступивший к горлу ком.

– Меня зовут Анна Луиза Хоуп, но все зовут меня Анна Лу, – серьезно поправила его девочка.

Джанфранко метнул на Келли испепеляющий взгляд. Но когда он снова повернулся к ребенку, его лицо вновь обрело нежное выражение.

– Значит, и я буду звать тебя Анна Лу, – сказал он с улыбкой. – А ты можешь называть меня папой.

Знает, куда бить. Келли онемела от такого предложения Джанфранко.

Анна Лу смотрела на Джанфранко широко раскрытыми глазами.

– Ты – мой папа? – спросила она, потом взглянула на мать. – Мама? – произнесла она всего одно слово, но впервые за свою короткую жизнь очень неуверенно.

Джанфранко смотрел на Келли, как огромная черпая пантера, приготовившаяся к прыжку. Он увидел ее посеревшее лицо и испуганные глаза.

– Скажи ей, Келли, – глухо сказал он.

От потрясения Келли едва могла связно мыслить, тем более говорить. Анна Лу не замечала отсутствия папы в своей жизни до тех пор, пока после Пасхи не стала ходить в детский сад. Келли сказала ей, что он живет далеко, и девочка успокоилась. Глядя сейчас на мужчину и ребенка, на торжествующее выражение на лице этого мужчины, она поняла с упавшим сердцем, что выхода у нее нет… Она попала в западню.

Келли опустилась на песок рядом с Анной Лу.

– Да, солнышко. – Она инстинктивно обняла дочку за плечи. – Это… – Она увидела насмешливый взгляд Джанфранко и беспомощно запнулась. – Он… то есть этот человек – твой папа.

Анна Лу вывернулась из-под руки Келли и бросилась к Джанфранко.

– Ты правда мой папа? – И с детской непосредственностью добавила: – Дядя Том отправился в рай, поэтому он прислал тебя.

Джанфранко схватил Анну Лу на руки и крепко прижал к груди.

– Что-то вроде этого. – Он бросил поверх головы ребенка полный ненависти взгляд на Келли и, поднявшись на ноги с Анной Лу на руках, добавил: – Но в отличие от твоего дяди Тома я собираюсь остаться с тобой навсегда.

Он проговорил это тихо, поцеловал Анну Лу в нежную щечку и тут же получил ответный поцелуй.

Гордо подняв голову, Джанфранко пытливо смотрел прищуренными глазами на побелевшее лицо Келли. В его взгляде сквозило мрачное удовлетворение.

– Ведь правда, мама? – Он требовал от нее подтверждения с насмешкой, очевидной для Келли, но непонятной ребенку.

Келли неуверенно переминалась с ноги на ногу. Она побледнела еще больше. Ей удалось один раз сбежать от Джанфранко, но он никогда не повторит своей ошибки. По крайней мере в отношении своего ребенка. Что же касается ее… Она, вероятно, была сейчас так же не нужна ему, как и три года назад.

– Мама?

Личико Анны Лу было обращено к ней. Она ждала от матери подтверждения такой прекрасной новости.

Неожиданно Келли захлестнуло почти непереносимое чувство вины, смешанное с глубоким страхом за будущее. Ей не оставалось ничего другого, как согласиться…

Спустя несколько часов, когда замок из песка был построен и шумно одобрен, Келли пришлось пригласить Джанфранко к себе домой. Том завещал ей этот дом вместе со своими деньгами. Фактически только эти деньги у нее и оставались! Дядя жил на пенсию, которую прекратили выплачивать после его смерти. Келли не знала, что ей делать дальше, но это беспокойство вытеснил теперь куда более сильный страх. Анна Лу была слишком мала, чтобы что-то заметить, а Джанфранко каждым своим взглядом и жестом давал понять Келли, что не может дождаться, когда они останутся наедине, и тогда разразится скандал.

– Почитай сказку, папа, – попросила Анна Лу, которую уже искупали и уложили в постель. Она смотрела на Джанфранко, стоявшего у кроватки. – Пожалуйста.

Келли почувствовала легкий укол ревности от того, как быстро Джанфранко завоевал расположение ее дочки. Она перевела взгляд на него. Взъерошенный, он смотрел смеющимися глазами на малышку. Келли подумала о том, что ни одна женщина, будь ей три или девяносто три, не могла бы устоять перед его обаянием.

И к сожалению, она, Келли, не была исключением, с ужасом подумала она.

– Спокойной ночи, солнышко. – Келли наклонилась и прижалась губами к бархатной щечке, стараясь избегать любого контакта с Джанфранко. Выпрямившись, она добавила: – Папа укутает тебя.

Келли почти бегом бросилась из спальни и спустилась по лестнице вниз. Войдя в кухню, она бросила взгляд на стол. Их ужин состоял из гренок с бобами. Вряд ли такое меню соответствовало вкусам Джанфранко, но это было любимое блюдо Анны Лу. Келли принялась за уборку. Вымыла посуду, вытерла скамейки. Она готова была заняться любым делом, лишь бы не думать. Но чувства не так-то легко контролировать. Когда все было переделано, она вернулась в гостиную и подошла к венецианскому, почти во всю стену, окну. Она стояла, устремив взгляд на песчаный пляж и море.

Она была счастливой здесь, ну, может быть, не счастливой, поправила она себя, но, безусловно, довольной своей жизнью. Это был летний домик. Передняя дверь вела в большую гостиную. Кроме того, здесь были кухня, кладовая, а сзади – дверь черного хода. Лестница вдоль боковой стены вела па площадку балкона, куда выходили двери двух спален и ванной комнаты. Дом стоял на краю рыбацкой деревни, и когда-то его сдавали отдыхающим. После того как Том однажды остановился здесь, он решил купить этот дом.

Том! Если бы только он был сейчас здесь, подумала Келли, сдерживая слезы. Он бы знал, что делать. Знал бы, как справиться с Джанфранко. Она распрямила плечи и глубоко вздохнула. Она повзрослела за последние три года. Она не была больше той наивной беременной Келли, которая ухватилась за предложение Джанфранко выйти за него замуж, польщенная тем, что он нанял детектива, чтобы разыскать, ее.

– Довольно впечатляющее убежище, – с насмешкой произнес за ее спиной глубокий хрипловатый голос, и она вздрогнула, поскольку не слышала, как он спустился по лестнице.

Повернувшись, она посмотрела на него.

– Как ты нашел меня? – сразу же бросилась в атаку Келли. – Снова детективы? – ухмыльнулась она.

Джанфранко пытливо смотрел на нее.

– Твой друг Том написал мне и все рассказал. Ничего больнее он сказать не мог. Кровь отлила от лица Келли, когда она взглянула на него широко распахнутыми глазами.

– Нет. Не верю.

Том не мог предать ее!

Джанфранко пожал широкими плечами.

– Как хочешь. – Он пересек комнату, опустился на кожаную софу и небрежно вытянул перед собой длинные ноги. – Теперь это не имеет значения. Хотя я должен поздравить тебя с тем, что ты все так ловко провернула. Сначала я подумал, что во всем виновата послеродовая депрессия, и проконсультировался с доктором Кредо. Но нет… Ты вышла из больницы стопроцентно здоровой и счастливой, с полугодовым запасом противозачаточных пилюль, – сухо сказал он.

Кровь прилила к щекам Келли. Ее ложь была раскрыта. Она бросила на Джанфранко колючий взгляд, возмущенная его тоном, но по его холодному, отстраненному виду ничего не смогла попять.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9