Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сага о семье Синклер (№4) - Красавица в черном

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Берд Николь / Красавица в черном - Чтение (стр. 7)
Автор: Берд Николь
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Сага о семье Синклер

 

 


В начале своих поисков он твердо знал, чего хочет. Не следует отклоняться от первоначальной цели. Он невольно вспомнил жестокосердного отца и безответную мать, хотя старался думать о них пореже. В детстве Джон насмотрелся на семейные скандалы. Многие сцены навсегда оставили в его душе неизбывную горечь…

Луиза, судя по всему, намерена была и дальше превозносить его героизм. И Джон почувствовал трусливое желание сбежать.

– Вам нужен отдых, – сказал он как можно тверже. – Вы пережили сильное потрясение.

– Вы ведь придете завтра? – спросила она, глядя на него с обожанием. – Вы не подведете меня?

– Я обязательно приду, – пообещал он.

– Я знаю, что могу рассчитывать на вас, милорд.

– Да-да, несомненно, – проговорил он несколько рассеянно. – Всегда.

– Всегда? – Она широко распахнула голубые глаза. – Вы хотите сказать… Ох, милорд, какая честь для меня!

Если бы у Джона в эту минуту голова не была занята совсем другой женщиной, может быть, он внимательнее следил бы за своими словами и сразу бы понял, что именно предложил. А он ни много ни мало создал видимость предложения впечатлительной юной барышне.

– Это пустяки… То есть что вы сказали? – Он вдруг увидел, что Луиза раскраснелась, а глаза ее засияли как звезды.

– Пустяки? Что вы, милорд! Провести всю жизнь рядом с вами! О, вы не пожалеете, обещаю вам!

– Бог мой, – вырвалось у него. – Но я не… То есть… Он запнулся. Конечно же, не все было так просто. Он даже не встал на колено, не произнес цветистой речи, которой, несомненно, ожидает такая барышня. Перед подобной клоунадой Джон испытывал страх, поэтому он быстро произнес:

– Я только… хотел сказать, что вы составите счастье любого мужчины, которого удостоите… своим расположением.

– Ах, благодарю вас, милорд. Это вы сделали меня такой счастливой. – Она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.

Только тут Джон осознал, что сию секунду сделал то, что собирался сделать в предельно короткий срок: приехал в Лондон и обручился. Но вместо удовлетворения он испытал сильнейшее беспокойство.

Луиза что-то говорила. Он постарался вникнуть в ее слова.

– Вы сможете приехать завтра к обеду, милорд?

– Мне бы не хотелось злоупотреблять гостеприимством вашей тетушки. Может быть, лучше я приглашу вас с миссис Хьюз в хороший ресторан. И разумеется, мистера Хьюза.

Мисс Крукшенк улыбнулась еще лучезарнее.

– Мне все равно. Главное, чтобы быть с вами! Надо отметить это радостное событие.

Отчего-то у него пересохло во рту.

– Я закажу столик на четверых, – через силу проговорил он.

– Нет, только на троих, – поправила она. Джон поднял брови.

– Моя тетя – вдова, – сказала девушка жизнерадостно. – Но мы и вдвоем с ней будем страшно рады вашему обществу.

Миссис Хьюз – вдова!

– Но вы же упоминали о вашем дяде? – напомнил он Луизе.

– Ах да, вам придется переговорить с дядей. Он живет в Бате со своей семьей. С тех пор как умер папочка, он стал моим опекуном. Но я уверена, что он не будет возражать против нашего союза.

Джон посмотрел на женщину, которая по-прежнему стояла спиной к ним и обсуждала со слугой какие-то явно несущественные подробности. Итак, она вдова! У нее нет мужа, она не связана узами брака. Нет никаких препятствий для мужчины, который захотел бы…

На его руку легла теплая маленькая ладонь. Она показалась неожиданно тяжелой, как якорь, способный остановить ход огромного корабля. Он напряженно заглянул в кукольное личико мисс Крукшенк.

– Мы ждем вас завтра в семь, – сказала она.

Вид у маркиза был довольно усталый. Он удалился, и Марианна, сама чувствуя сильную усталость, позвонила слуге и попросила чаю с бренди для Луизы. Она поднялась с девушкой в ее спальню и сказала:

– Я хочу, чтобы ты прилегла на часок. Ты сильно переволновалась.

Луиза на этот раз не стала спорить.

– Да, сегодня был такой утомительный день, – вздохнула она. – Он был бы прекрасным, не будь я такой глупой. Из всех лондонских дам я обидела именно патронессу «Олмака»!

– Нет, я говорила о лошади, под которую ты едва не попала. – Марианна не знала, то ли ей смеяться, то ли досадовать. – Я хочу, чтобы ты выбросила из головы все мысли о неприятностях и подумала бы о чем-то хорошем.

– Ох, непременно. Слава Богу, что у меня остается маркиз. – Тут Луиза тяжело вздохнула. – Не знаю, как бы я жила дальше, не сделай он мне предложения.

– Что за шутки! – воскликнула Марианна несколько более резко, чем хотела. Девочка, кажется, уже готова заказывать подвенечное платье. – Не стоит придавать большого значения тому, что он спас тебя. Не мог же он спокойно стоять и смотреть, как лошадь несется на тебя. Но это не значит, что он готов сделать предложение. Пока не стоит на это рассчитывать.

– Но он уже сделал его, тетя Марианна! – решительно сказала Луиза.

У Марианны лопнуло терпение.

– Не смеши меня! Я отвернулась на пять минут, и ты умудрилась получить за это время предложение?

Голубые глаза Луизы наполнились слезами. Она с тревогой взглянула на тетку.

– Вы думаете, на самом деле он равнодушен ко мне? Но он не стал бы шутить такими вещами, правда?

Марианна заставила себя собраться с мыслями. Слова Луизы ее обескуражили.

– Ты хочешь сказать, что лорд Гиллингем попросил твоей руки?

Луиза кивнула.

– О Бог мой! – Марианна опустилась на край кровати. – Я не хочу… но, Луиза, ты и в самом деле едва успела с ним познакомиться. Еще рано думать о том, чтобы принять предложение этого человека. Твой дядя ни за что не согласится.

– Но он должен! – перебила ее Луиза. – Это блестящая партия. Разве дядя Чарли сможет отказать?

– Может быть, он согласится со временем, но только не сейчас, Луиза.

– Но я согласна принять предложение! Вы же не станете мне запрещать? – И она вскинула подбородок со знакомым Марианне упрямым выражением.

Через несколько месяцев девочке исполнится двадцать один, и тогда она уже не будет нуждаться ни в чьем разрешении. Марианна медлила, пытаясь собраться с мыслями.

– Конечно, не стану, но я напишу Чарльзу и посоветуюсь с ним. В конце концов, он твой опекун. Но мне кажется, что он скорее поддержит меня. Тебе надо присмотреться к лорду Гиллингему, проверить свои чувства. Я не хочу видеть тебя несчастной, моя девочка.

– Со мной этого не случится, – улыбнулась Луиза.

У Марианны внезапно возникло чувство, что это уже происходило однажды. Именно так все было у нее с Гарри. Да, она ясно помнила себя такой же молодой и самоуверенной. С тех пор минула целая вечность. Она вздохнула:

– Надеюсь. Но пока мы не станем оглашать вашу помолвку и обойдемся без газет, согласна?

– Ну… хорошо. Но завтра между собой мы это отпразднуем. Он пригласил нас на обед!

– На обед?

– Да, в хороший ресторан. Чтобы не злоупотреблять нашим гостеприимством, , как он сказал. Но, милая тетя, мы же пригласим его потом на обед к нам домой, правда? Может быть, устроим настоящий званый вечер?

– Может быть, – глухо откликнулась Марианна, внезапно ощутив внутри какую-то странную пустоту. Она опустила шторы на окнах и поднялась к себе, оставив Луизу наедине с ее мечтами, которая, кажется, даже не заметила ее ухода.

В своей спальне Марианна легла на покрывало и уставилась на бледно-голубой балдахин. Она постаралась думать о чем-нибудь привычном, как советовала Луизе. Какой все же выдался утомительный день… И как хорошо, что сегодня вечером они никуда не приглашены…

Луиза! Помолвлена! С маркизом!

Этот человек не теряет даром времени. Неужели он и правда влюбился в Луизу? А почему бы и нет? Ну, если и не влюблен, то по крайней мере покорен ее красотой, юностью, кипучей энергией. Для большинства мужчин этого вполне достаточно. А у Луизы к тому же еще и солидное приданое. Это хорошая партия для любого здравомыслящего человека.

Какой же мужчина откажется от юной и богатой красавицы ради стареющей дамочки со скромным доходом, обремененной морщинами и заботами?

Марианна вспомнила то мгновение в передней. Между ними определенно пробежала искра влечения, она это не выдумала. И это было так неожиданно, так странно. Вопреки голосу разума ее с самого начала восхищала окружавшая его атмосфера тщательно контролируемой силы. Но она не ожидала, что ее вдруг так сильно потянет к нему, так захочется ощутить его прикосновение. Захочется увидеть его без поношенного сюртука и ветхой сорочки, любоваться его торсом, который, судя по тому, как он справился со скачущей галопом лошадью, должен быть таким же мускулистым и твердым, как у кузнеца…

Марианна закусила губу. Нет, так не годится. Она взяла на себя определенные обязательства. Этот человек ухаживает и даже уже сделал предложение ее племяннице! Марианна старше ее и опытнее. Она знает, что не следует обращать внимания на минутный зов плоти. В конце концов, разве подобные вещи имеют сколько-нибудь серьезное значение? Брак включает гораздо больше всего, а это, пожалуй, будет весьма благоприятный союз. Несмотря на богатство и красоту Луизы, ее семья не особенно родовита. И то, что девушке удалось поймать маркиза, свет сочтет большой удачей.

Марианна попыталась представить Луизу стоящей у алтаря: вот маркиз улыбается ей и берет за руку… Но эта картина почему-то причинила ей такую боль, что она постаралась отогнать ее.

Чтобы отвлечься, Марианна детально вспомнила потрепанный костюм маркиза. Почему он не придает значения внешнему виду? А что, если, несмотря на все слухи, этот человек вовсе не так богат? Что, если в Луизе его привлекает в первую очередь приданое? По нынешним законам муж имеет право свободно распоряжаться деньгами своей супруги.

Хотя он не очень-то походил на охотника за приданым. И все же, как добросовестная компаньонка, пусть временная, она обязана навести справки, прежде чем о помолвке станет общеизвестно. Не следует забывать о долге.

Именно о долге. Долг велит ей помогать Луизе, и точка. Ее сомнения по поводу характера лорда Гиллингема почти полностью развеялись. Марианна не заметила в нем ни малейшего намека на жестокость, эгоизм или склонность к пороку, хотя поспешно сделанное предложение несколько и озадачивало. За его замкнутостью что-то скрывалось, это несомненно. Но Марианна считала, что человек он неплохой. Пожалуй, он даже лучше, чем сам о себе думает. Она только недоумевала почему.

Если она и испытала неожиданно что-то такое к маркизу, это, как решила она, было стыдно, неприлично, просто неразумно! Как же глупо она будет выглядеть, если кто-то узнает, что она – это в ее-то возрасте – пытается кокетничать с человеком такого звания!

Да, в своей одежде он был похож на обычного торговца, но только до тех пор, пока не заглянешь в его глубокие темные и властные глаза…

По этому поводу необходимо что-то предпринять. Луиза слишком увлечена, чтобы заметить костюм маркиза. Но вскоре и она заметит. Марианне не хотелось, чтобы ее юная подопечная смущалась из-за отсутствия у маркиза светского лоска. Она вполне справедливо заметила ему, что обрести подобный лоск несложно. Марианна не сомневалась, что у маркиза для этого достаточно ума, здравого смысла и вкуса. И с небольшой помощью…

Она задумалась о портных и галантерейщиках и отодвинула на задний план свои чувства. Одиноко лежа в своей постели, она пыталась убедить себя в том, что все хорошо и ей больше нечего желать.

Глава 7

На другое утро Марианна с облегчением убедилась, что Луиза вполне оправилась после вчерашних треволнений. После ленча они спокойно обсуждали, что наденут сегодня вечером в ресторан, но девушка вдруг разнервничалась. И разнервничалась вовсе не из-за неприятного вчерашнего происшествия. На этот раз дело касалось тонкого вопроса о цвете лент.

– Я собиралась надеть розовые ленты, которые мы купили на прошлой неделе. Но когда я взглянула на новое вечернее платье, то оказалось, что у них совсем другой оттенок! А я так хочу выглядеть сегодня как можно лучше, ведь, в конце концов, мы отмечаем мою помолвку, хотя еще и нельзя объявить о ней официально, дать настоящий бал, – сетовала она.

Они сидели на кровати в Луизиной спальне, заваленной платьями, нижними юбками и прочими предметами туалета. Не жалея сил, Луиза подбирала подходящий случаю наряд.

Марианну уже тошнило от разговоров об одежде.

– Так приколи белые ленты, – предложила она. – Еще есть розовые бутоны, которые утром принесли тебе от милорда. Можно украсить ими волосы, будет выглядеть очень мило.

– Но еще лучше, если б ленты были подходящего оттенка, – настаивала Луиза.

Марианна еле сдерживалась, чтобы не заскрежетать зубами.

– Луиза, нас ждет к чаю леди Сили.

– Если мы по пути завернем в галантерейную лавку на Бонд-стрит, это займет всего несколько минут, – умоляла Луиза.

Марианна нахмурилась. Она уже изучила манеру Луизы ходить по магазинам, и несколькими минутами там дело никогда не обходилось. А на этом чаепитии (леди Сили устраивала их раз в неделю) Марианна ожидала увидеть своих старых знакомых.

– Ну, тетечка, пожалуйста! Мне так хочется хорошо выглядеть!

Голубые глаза девушки были ясными, словно лазурь, и ни единой морщинки не таилось в их уголках, а кожа на лице была безупречно гладкая и свежая. Марианна хотела уже сказать, что цветущая юность и хорошее здоровье всегда более привлекательны в глазах джентльменов, чем ленты, пусть даже и самого правильного оттенка. Но она догадывалась, что это не убедит Луизу.

– Хорошо, съезди в магазин. Возьмешь с собой Еву и Мастерса, – неожиданно сказала она, – а я пойду к леди Сили к назначенному часу.

– Ах, спасибо, милая-милая тетушка! – просияла Луиза.

И вот они вышли из дома и двинулись в разных направлениях. Марианна пошла пешком в сопровождении своей горничной, а Луиза поехала в наемном экипаже со своими провожатыми в сторону Бонд-стрит.

По пути к большому дому графини, расположенному неподалеку на площади, Хакетт ворчала:

– У этой девчонки на уме одни лишь магазины.

– Она молодая, – ответила Марианна, – и денег у нее достаточно. Почему бы ей не доставить себе удовольствие?

Хакетт фыркнула, но Марианна отвернулась, чтобы полюбоваться на клумбу нарциссов, притворившись, что не замечает недовольства служанки.

Увидев подъезд графини с двумя белыми колоннами по бокам, Марианна почувствовала, как у нее поднимается настроение. Она кивнула лакею, отворившему дверь, отдала накидку и перчатки Хакетт и по широкой лестнице направилась наверх.

Навстречу ей уже спешила хозяйка. Очаровательная леди средних лет была одета в платье цвета лаванды, отделанное серебром. Отделка идеально гармонировала с седыми волосами, взбитыми высоко, на старый манер.

– Марианна, дорогая, как я рада нашей встрече! Я полагала, что вы задержитесь в Бате еще на несколько недель.

– Я собиралась, но мне доверили вывести в свет племянницу. Вот я и вернулась, с ходу погрузившись в пучину удовольствий. – Слегка присев, она получила поцелуй в щеку.

– Как вы мрачно это сказали, душечка. Вас вынуждают веселиться, а вам это не по душе? – спросила графиня серьезно, но выцветшие голубые глаза засветились ее обычным озорным весельем.

Марианна усмехнулась:

– Да нет. Обычно я не развлекаюсь столько даже во время сезона, но…

– Просто вы никогда не используете возможности сезона в полной мере. – Леди Сили указала гостье на кресло. Марианна села и приняла из рук лакея чашку душистого цейлонского чая и блюдечко с кексом.

– Я давно твержу, душенька, что вам стоит обращать внимание на мужчин, которые смотрят на вас с восхищением.

Марианна закатила глаза.

– Можно подумать, таких очень много. Графиня посмотрела на нее с шутливым упреком.

– Балы и вечера доставляли бы вам больше радости, если б у вас были под рукой один-два объекта для флирта.

– А еще лучше три или четыре. Зачем останавливаться на меньшем? – Она откусила кекс. – Почему бы не завлечь целый полк?

– Не смейтесь, милая, – заговорила графиня серьезнее. – И я стою за благоразумие и осмотрительность, но тем не менее в жизни есть вещи поинтереснее пятичасового чая.

Марианна отпила чай.

– Несомненно. Но кексы куда доступнее.

– Послушайте меня, Марианна, – наставительно заговорила графиня. – Я уверена, что вы просто не удостаиваете внимания множество интересных джентльменов.

– Например, старого сэра Родерика, который всегда встает на цыпочки, чтобы заглянуть в мое декольте? Или этот дородный поэт, не помню его имени, который преследовал меня после смерти Гарри? – усмехнулась Марианна. Иногда было таким облегчением поговорить по душам с другой женщиной. С мужчинами приходится все время взвешивать слова. По крайней мере в разговоре с мужем она тщательно следила за своими словами. Его приступы плохого настроения были так утомительны, что она боялась попусту его расстраивать. – Что-то меня не слишком привлекает флирт с такими кавалерами.

– Ну кто же говорит о них! Я не стала бы вас уговаривать одарить своим расположением всяких ничтожеств, но есть мужчины и получше, – многозначительно произнесла леди Сили, отпивая чай.

Перед глазами Марианны ни с того ни с сего возник образ маркиза. Она торопливо попыталась отогнать его.

– Это все не для меня, – пробормотала она. Графиня вскинула брови.

– В том смысле, что в этом сезоне я должна вывозить свою юную племянницу. И должна обращать внимание лишь на ее поклонников, – пояснила Марианна. – Сегодня вечером она приглашена в другое место, но, если можно, я очень бы хотела представить ее вам.

– Разумеется, – кивнула леди Сили. – Да, обязанности есть у всех нас. Но не забывайте и о себе, милочка. Вы слишком молоды, чтобы окончательно отказаться от удовольствий и посвятить себя целиком только помощи ближнему. Вам нужен рядом хороший мужчина.

– Рядом со мной был такой человек, – напомнила Марианна. – И я искренне горюю о нем.

Марианна познакомилась с леди Сили через несколько лет после смерти Гарри. Сама вдова, графиня была особенно расположена к другим вдовам и всегда имела для них наготове добрый совет, а особенно поддерживала тех, кто собирался с духом, чтобы начать жизнь заново. Именно в ее салоне Марианна нашла настоящих друзей. Не все посещающие его женщины были вдовами: многие имели мужей или вышли замуж вторично. И все же дам, собиравшихся на еженедельные чаепития у леди Сили, в шутку именовали веселыми вдовами.

– Я, конечно, понимаю, надо жить дальше. Но по правде говоря, одной жить гораздо проще.

– Я сказала – хороший мужчина, дорогая. А вы, я полагаю, были замужем за милым мальчиком, – мягко возразила графиня. – Вы вышли замуж совсем юной, не так ли? Не думаю, что вы знаете, что это такое – любовь зрелого мужчины.

Марианна моргнула. Она затруднялась с ответом. Не признаться ли в противоречивых чувствах к жениху своей племянницы? Нет, ее определенно сочтут бессовестной. Тут, к счастью, в гостиную вошла новая гостья, и леди Сили отвлеклась на нее.

Марианна подошла к знакомым ей дамам. Тереза Лассаль, живая рыжеволосая женщина, которая была в Воксхолле в тот же вечер, что и Марианна со своей подопечной, стала расспрашивать ее о Луизе:

– Как поживает ваша прелестная племянница? Все еще в восторге от столицы?

– В общем, да, – ответила Марианна. «Особенно от ухаживаний милорда», – подумала она.

И она описала эпизод с собачкой в парке. Возможно, эту историю еще не передают из уст в уста, а может быть, она и вовсе не заинтересует общество. Во всяком случае, она должна представить наиболее благоприятную для Луизы версию. Закончила Марианна свой рассказ так:

– Это так досадно! Главное, что Луиза была абсолютно ни при чем. Собачка просто бросилась ей под ноги и, кстати сказать, нисколько не пострадала.

Тереза, которая обожала собак, кивнула.

– Маленький бедняжечка! Какое облегчение это слышать. Как жаль, что это была собачка именно Салли Джерси. Я знаю, что некоторые ее недолюбливают. Она чересчур разговорчива, порой судит о людях очень поспешно и не всегда справедливо. Но мне не верится, что она в самом деле жестокосердна. Когда я была дебютанткой, она отнеслась ко мне очень тепло.

Высокая светловолосая женщина с классически правильными чертами лица, сидевшая рядом, слышала этот разговор и придвинулась поближе, желая принять в нем участие.

– Боюсь, что Салли могла затаить обиду. Будь в Лондоне моя тетушка, она сумела бы убедить ее смягчиться. Тетя Софи – одна из немногих женщин, которым Салли не осмеливается возражать. Но, боюсь, вашей племяннице придется набраться терпения, если она хочет получить приглашение в «Олмак».

– И я так думаю, – кивнула Марианна. – Обращаться к другим патронессам будет весьма неблагоразумно. Леди Джерси решит, что мы хотим действовать за ее спиной, и окончательно рассердится. Еще и никогда не простит бедную Луизу. Для дебютантки необходимо согласие двух учредительниц, – сказала Марианна, пытаясь вспомнить имя этой элегантной блондинки, с которой сейчас разговаривала. Марианне уже случалось встречаться с ней на прежних вечерах. Она помнила только, что та не вдова. У графини вообще-то было множество подруг. И внезапно имя всплыло в памяти: леди Габриель Синклер.

Синклер?

Маркиз в Воксхолле упоминал это имя! Марианна взглянула на даму с новым интересом.

– Кажется, я знакома с вашим… с родственником вашего мужа, – сказала она.

– Правда? – вскинула безупречные брови леди Синклер.

– Я имею в виду лорда Гиллингема, – пояснила Марианна. – Мы… нас представили друг другу тем вечером, когда он был в Воксхолле вместе с вами. С тех пор он оказывает исключительное внимание моей племяннице.

Лицо леди Габриель отчего-то стало задумчивым. Помолчав немного, она кивнула:

– Да-да. Но я просто удивилась… Он недавно в Лондоне и мало с кем знаком. Я рада, что он набрался решимости.

– У лорда Габриеля есть брат? И он так же красив, как ваш обаятельный супруг?

Леди Габриель замялась.

– Думаю, он по-своему весьма привлекателен.

– Жаль, если он не может похвастаться приятной внешностью, – правильно поняла ее Тереза. – Но с детьми одних родителей это часто бывает. Один собирает все сливки, а прочие довольствуются остатками. Но он хотя бы так же обходителен? Впрочем, о чем я вас спрашиваю? Как вы можете их сравнивать, если ваш молодой супруг – все для вас!

Леди Габриель улыбнулась:

– По правде сказать, я не слишком хорошо знаю моего деверя. Он давно не приезжал в Лондон, но я очень надеюсь получше узнать его за этот сезон.

– Лорд Габриель, вероятно, рад приезду брата? – предположила Марианна. Она поставила чашку на поднос проходящего мимо слуги и взяла с серебряного блюда еще одну булочку.

– Э-э… – Леди Габриель помешкала, разглядывая предлагаемую официантом сдобу. – Ну разумеется. Какие восхитительные вещи печет повар леди Сили.

– Недаром же он француз, – согласилась Тереза, которую, однако, сбить было не так просто. – Братья не слишком близки?

– Мой муж несколько лет жил за границей, так что они долго не виделись, но надеюсь, что они сблизятся, – сказала леди Габриель. Тереза явно собиралась продолжить расспросы, но тут их внимание привлек разговор в соседнем кружке дам.

– Люси, только не говорите, что ваш муж и в самом деле отказался от предложенного принцем-регентом более высокого титула! – громко воскликнула одна из собеседниц. – Я слышала, что принц до сих пор чрезвычайно благодарен вашему мужу после той истории с тем проклятым рубином. Он просто горит желанием осыпать его почестями.

– Тише, Джулия, вы же знаете, что Ричмонд не способен на грубость по отношению к своему будущему монарху, – сказала маленькая блондиночка, но ее глаза блеснули так, словно она могла добавить еще очень и очень многое.

– Но вы ведь тоже имеете право голоса, – заметила другая ее подруга.

– Неужели вы думаете, что я недовольна своим положением виконтессы? – подчеркнуто изумилась блондинка. – Для меня и так уже большая честь быть женой Николаса.

Тереза с любопытством подняла брови и повернулась к говорившим, чтобы не упустить конец беседы. Марианна получила возможность поговорить с леди Габриель с глазу на глаз.

– Не желаю показаться назойливой, леди Габриель, но мне кажется, что у моей племянницы есть все основания смотреть на лорда Гиллингема как на серьезного поклонника.

Психея подняла тонкие светло-каштановые брови.

– Правда? Примите мои поздравления. Его титул и поместье порадуют любую леди.

– Меня гораздо больше интересует его характер. – Когда того требовали обстоятельства, и Марианна умела высказываться напрямик. – Я бы очень не хотела, чтобы Луиза раскаялась в своем выборе. Леди Сили всегда предостерегает от поспешности в этих делах.

Леди Габриель задумалась.

– Она, конечно же, права: выбирать следует осмотрительно. Скажу вам откровенно: мне ничего не известно о нем плохого, разве что, по словам моего мужа, брат помыкал им в детстве. Но между маленькими мальчиками это часто происходит.

Она словно хотела что-то добавить, но замолчала. Марианна немного помедлила, прежде чем спросить:

– А теперь, когда они стали взрослыми, вашему мужу не кажется, что его брат по-прежнему слишком властный и жесткий человек? Я спрашиваю, разумеется, только ради своей племянницы.

– Не знаю, что и ответить, – медленно проговорила леди Габриель. – Они много лет не виделись и только недавно встретились вновь.

Марианна насторожилась: вид у леди Синклер был явно подозрительный. Отчего ее собеседница вдруг так внезапно смешалась? Вопрос, конечно, слишком личный, но он как-то явно повис в воздухе.

– Виной всему был их отец, – начала леди Габриель, словно на что-то решившись. – Он был не самым образцовым семьянином и отцом. По молодости мой муж совершил некий проступок, после которого отец лишил его наследства. А его брат, теперешний лорд Гиллингем, не встал на его сторону, и эта обида до сих пор причиняет мужу боль.

– Это вполне понятно, – вздохнула Марианна. – Не знаю, право… Мы еще очень мало общались с маркизом, но мне он не показался человеком злого нрава. Хотя меня все время не покидает ощущение, словно он о чем-то умалчивает, а Луиза так наивна, не в пример другим дебютанткам.

– Хорошо, что у нее есть такой друг, как вы, – отметила леди Габриель. – Большинство матерей или тетушек думали бы только о богатстве лорда Гиллингема, о его землях и титуле. Простите за откровенность, но я рада, что он познакомился с юной леди, которой движет не только стремление обогатиться и возвыситься.

Марианна вяло улыбнулась.

– У Луизы есть свои недостатки, как и у всех нас, но девочка нисколько не корыстолюбива и не нуждается в деньгах. – Она решила не упоминать об интересе Луизы к титулу, который носит маркиз. – И отвечу вам откровенностью на откровенность, леди Габриель. По-моему, множества бед и семейных недоразумений можно было бы избежать с помощью прямого и откровенного разговора.

– Очень близкая мне точка зрения, – откликнулась дама. – Пожалуйста, называйте меня просто Психея. Мне отчего-то кажется, что мы с вами будем часто видеться, и это мне очень приятно. – И ее ясные темно-голубые глаза заблестели.

Марианна почувствовала, что ей весьма импонируют серьезность и прямота ее новой знакомой.

– А меня зовите просто Марианной.

Прощаясь с графиней, Марианна почувствовала, что не зря сходила в гости. Можно было уже не тревожиться о материальном положении маркиза, о том, что его интерес к Луизе вызван только ее богатством, но по-прежнему ей очень хотелось узнать, что представляет собой его характер. Она не считала маркиза низким или злобным, но тем не менее прекрасно видела: что-то угнетает его. Марианне отчаянно захотелось узнать, почему на его лицо то и дело внезапно набегала тень.

Хотелось знать ради Луизы или ради самой себя?

Бессмысленный вопрос. Конечно же, она всего лишь хлопочет о племяннице! При чем тут ее личные чувства? Если к союзу Луизы с маркизом нет каких-то непреодолимых преград, она должна помочь племяннице заключить его. Но конечно, не так сразу. Она никогда не позволит Луизе выйти замуж впопыхах.

Перед обедом с маркизом Марианна настроилась подобающим образом. Поход Луизы по галантерейным лавкам, как и следовало ожидать, увенчался успехом, пусть ей и пришлось в поисках нужных лент обойти их целых пять. Девочка оживленно описывала, как проходили поиски, а Марианна кивала и делала вид, что ей это интересно. Уже и то хорошо, что Луиза больше не хандрит из-за столкновения с леди Джерси.

Когда маркиз заехал за ними на своем фешенебельном ландо, они уже были полностью готовы. На этот раз верх экипажа был поднят, поскольку после заката довольно сильно похолодало. Они поехали в гостиницу, которую выбрал маркиз, и было очевидно, что он наводил справки о модных местах для встреч. Там их провели в уютный отдельный кабинет, в котором весело пылал огонь в камине, а стол был застелен белоснежной льняной скатертью. Хозяин гостиницы не переставал подобострастно кланяться.

Скинув на руки слуге накидку, Марианна стянула перчатки и взяла бокал вина. Неторопливо отпивая из него, она слушала милую болтовню Луизы. Девочка была само очарование, она держалась безупречно, а маркиз вставлял уместные реплики. Вежливо поздоровавшись, он практически больше не обращался к Марианне, а она, к своей досаде, отчего-то ощущала себя обездоленной. Разве не само собой разумеется, что основное внимание он должен был уделять ее племяннице, которой только что сделал предложение?

Марианна не стала бы его уважать, если б он ухаживал за ними обеими с равным пылом. Повес и донжуанов Марианна ни во что не ставила и была рада, что маркиз вел себя разумно. Или она просто пыталась убедить себя, что рада этому?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19