Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тридевятое государство - Эвританские хроники

ModernLib.Net / Юмористическая фантастика / Шелонин Олег Александрович / Эвританские хроники - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 3)
Автор: Шелонин Олег Александрович
Жанр: Юмористическая фантастика
Серия: Тридевятое государство

 

 


– Чья работа?!!

Перст разгневанной царицы указывал куда-то в глубь опочивальни. Девицы сунулись в дверь и ахнули. Там царил погром. Шелковые простыни, разодранные в клочья, мятыми комками были разбросаны по всей кровати. В воздухе летал белоснежный пух, который до сих пор сочился из распоротых подушек алого валлонского шелка. Из-под кровати послышалось мычание и показался краешек лысой головы Сарката. Воды он на стенах «пещеры» не нашел, хотя вылизал пересохшим языком все причудливые архитектурные сооружения природы, включая кроватные ножки и тапочки Пантейи.

– Невиноватые мы! – испуганно проблеяла охрана. – Он сам пришел!!!

– Разберемся, – прошипела Пантейя, выдергивая пьяного философа из-под кровати, – сам – или помог кто… Ты кто ж такой будешь, плюгавенький?

– Воды! – потребовал Саркат.

– Сначала имя! – тряхнула его Пантейя.

Когда философ уходил в «нирвану» слишком глубоко, как это было, например, в данном случае, он по рассеянности забывал о таких мелочах, как собственное имя, но у него был верный способ его вспомнить.

– Зеркало, – прохрипел он.

Недоумевающая охрана, повинуясь жесту царицы, подволокла к умирающему от жажды философу зеркало. Саркат с трудом разлепил веки, рванул на груди халат и сообщил:

– такраС.

Тут силы покинули его, и гениальный философ обвис на руках охранниц.

– Саркат!.. – не веря своим глазам, прочитала Пантейя татуировку на волосатой груди спецагента Дельгийского ордена. – Воды, еды и все, что нужно! – топнула она ножкой. – Богиня луны снизошла к нам, послав своего пророка, а он у нас от жажды умирает!

7

Пока амазонки приводили своего «пророка» в чувство, упакованный в цепи «герой» мерно колыхался на полу железной клетки в сторону ристалища, куда шел невольничий караван. В том же направлении двигалась его судьба, только по другой дороге…

– Я уже не маленькая, Мордан! Хватит за мной хвостом ходить. Куда ни ткнусь, везде охрана. Из-за каждого дерева выглядывают.

– Здесь Ничейные Земли, принцесса. До зоны ристалища полдня пути. Не меньше. Вот границу пересечем, там и прыгай… Пигалица… – Последние слова Мордан пробурчал едва слышно. Себе в усы. Однако Натали обладала чутким слухом.

– А если мне в кустики потребуется? – воинственно вопросила она.

Но дядьку, знавшего ее с пеленок, этим смутить было трудно.

– Привал устроим, охрану выставим, место отгородим… А пока – терпи.

– Ну, какой… – обиделась Натали. – В первый раз вырвалась из Синих Гор. Думала, мир повидаю, интересных людей повстречаю, а вместо этого – одни усатые физиономии охраны да конский навоз на дороге. Любуйся на них…

– Они твою жизнь берегут, – строго осадил принцессу Мордан. – Времена неспокойные. Нечисти повылазило – пропасть. Как тебя Азий отпустил? Ума не приложу. Будь моя воля, я б тебя дальше замка ни ногой…

Натали сердито насупилась и пришпорила коня. Стройная фигурка девушки в элегантном коричневом камзоле для верховой езды замелькала меж деревьев.

– Да ты не расстраивайся, – смягчил тон Мордан, догоняя принцессу. – В зоне ристалища на три версты маги варнаков отслеживают, там и я вздохну спокойно. Эх, Фарадана бы сюда…

– Это тот маг, что у папы работал? Дядь, расскажи мне про него, – оживилась Натали, – дорога веселее будет. Или давай, кто вперед – вон до той ветлы? Что мы плетемся как черепахи…

Мордан торопливо перехватил поводья жеребца принцессы.

– Про Фарадана расскажу, так и быть… – крякнул он в усы. – А вот торопиться не надо.

– Ладно, рассказывай, – сдалась Натали. – Вы, говорят, с ним друзья были?

– Мы и не ссорились…

Дробный стук копыт заставил Мордана насторожиться.

– Ваша светлость, граница… – торопливо сообщил подскакавший сотник. – И караван…

– Наконец-то! – обрадовалась Натали, хватая брошенные поводья.

Сотник оказался проворнее дядьки. Рывком подав лошадь вперед, он перегородил дорогу скакуну принцессы.

– Извините, Ваше Высочество, но туда пока нельзя.

– Сговорились вы, что ли? – сверкнула глазами принцесса.

– Купцы? – игнорируя девицу, спросил Мордан.

– Давлет.

– Та-а-ак… Сколько их?

– Три десятка охраны, товару с полсотни в цепях и еще что-то в клетке. Зверь, наверное, какой-то.

– Наших там нет?

– Не знаю.

Натали тревожно переводила взгляд с сотника на дядьку:

– В чем дело?

– Долго объяснять, принцесса. На ловушку не похоже? – вновь обратился он к сотнику.

– Да где ж ее там расположишь? – пожал плечами воин. – Теснина, тропа одна, тем более граница…

– Стрелков нет?

– Только мечники.

– Кольцо! – решился Мордан. – Собирай своих орлов.

Сотник приглушенно свистнул, привлекая внимание ратников, и отдал команду характерным жестом руки. Затрещали ветки. Со всех сторон на тропинку выезжали отборные воины личной охраны ее королевского высочества. Буквально через минуту Натали оказалась в плотном кольце, состоящем из трех сотен вооруженных до зубов бойцов.

– Вот теперь можно и пришпорить! – хищно оскалился Мордан, подмигивая Натали. – Если хоть одного пленника с Синих Гор найдем – всех абреков покрошу!

Граница открылась сразу за поворотом тропы. Ни ворот, ни смотровых башен – обычный проем меж отвесных скал, покрытый голубоватым маревом магической завесы, да два человека по бокам прохода. Маг в красной мантии и дородный, слегка обрюзгший воин в кожаном нагруднике, несмотря на жару.

– Слушай, кацо, за такой джигит одын золотой? – горячился Давлет. – Обижа-а-аешь…

Стук копыт заставил его встрепенуться. Увидев мчащийся во весь опор отряд, он истошно завопил:

– Оптом бэри, всэх! Сто золотых!

Воин отрицательно мотнул головой.

– Сэмдэсят… Ну, пятдэсят? – взмолился Давлет и, получив согласный кивок, отчаянно махнул рукой. Нукеры торговца живым товаром выхватили бичи и погнали звенящих цепями пленников в освободившийся проход. Последней закатили повозку с железной клеткой, на дне которой спокойно спал прикованный к прутьям решетки юноша с льняными волосами. Мордан не успел. Его воины осадили лошадей перед ухмыляющимся Давлетом, поглаживающим наполнившийся кошель. Проход вновь перекрыла голубая завеса. Правда, теперь она была не такая плотная. Сквозь ее туманную дымку хоть и с трудом, но все же можно было различить мерно покачивающуюся на камнях повозку. Маг озабоченно бормотал что-то себе под нос. На лбу его выступил пот.

– С Синих Гор кто есть? – не удержавшись, крикнул в завесу сотник.

– Мирские дела здесь кончаются, – резко оборвал его страж границы. – Ристалище. Порядки знаете?

– Знаем, – буркнул раздосадованный Мордан. – Ты все дела здесь закончил? – рыкнул он на Давлета.

– Нэт, – нахально оскалился абрек, – еще товар ест.

Несвоевременное появление Мордана уменьшило прибыль торговца как минимум вдвое, и, как ни хотелось ему оставить диковинное оружие Кирилла себе, жадность победила.

– Царскый клынок. Мм… – мечтательно закатил он глаза. – От сэрдца отрываю… Пакупай. Дешево отдам. Сто монэт…

– Издевается гад… – скрипнул зубами сотник.

Мордан недоуменно посмотрел на катану. Страж границы заинтересовался тоже.

Давлет поднял с обочины тропинки увесистый камень и подбросил его вверх. Меч со свистом рассек воздух, разрубив обломок гранита пополам. Все ахнули.

– Беру! – азартно крикнул Мордан.

– Двести! – перебил его страж.

– Триста! – не отступился дядька Натали.

– Пятьсот, – спокойно задрал цену страж.

Мордан сплюнул с досады. Больше наличности у него не было.

– Тысяча! – включилась в торг Натали, видя, как расстроился дядька.

– Ты что, – шикнул тот на нее, – у нас же нет с собой такой суммы…

– Папа пришлет, – пожала плечами Натали.

– Мне долговые расписки не нужны, – ощерился в ехидной усмешке Давлет.

– Я принцесса! – возмутилась девушка.

– На торгу равны все, – веско заметил страж, делая знак магу. Тот согласно кивнул головой. Из завесы высунулась флегматичная мордочка ишака, следом протопало и его тело. На спине лежал мелодично позвякивающий мешок.

– Здесь тысяча, – заявил страж, – она твоя.

– Нет! – не на шутку разозлилась Натали. – Добавляю въездные и ставочные! Все вместе – это уже полторы!

Давлет азартно потер руки.

– Они все равно останутся здесь, – равнодушно пожал плечами страж, – две тысячи.

Натали прикусила губу. Это было поражение. Страж бережно принял из рук довольного Давлета драгоценный меч, кивнул магу, чтобы рассчитался, и приступил к отправлению привычного ритуала.

– Въездная пошлина пятьсот золотых для благородных господ царской крови, – почтительный кивок в сторону принцессы, – десять золотых за каждого человека его свиты. Свита – не более пяти человек. На всей территории ристалища запрещено обнажать оружие. За этим постоянно наблюдает группа магов. Нарушителя ждет немедленная смерть. В случае возникновения ситуации, затрагивающей честь благородных господ, последние имеют право вызвать обидчика на поединок. Оружие позволяется обнажать только на арене.

Мордан молча кинул стражу увесистый кошель. Маг провел над ним рукой и кивнул стражу, подтверждая, что сумма уплачена.

К Мордану с Натали подъехали четверо воинов, заранее выбранных в качестве личной охраны принцессы на территории ристалища. Маг неторопливо перехватил крестовину меча принцессы красным шнурком с нанизанной на него бусинкой, продел концы в специальное ушко на ножнах и завязал их узлом. Ту же операцию он повторил с оружием ее свиты. На территории ристалища развязать тесьму мог только маг.

– Жди у входа в ущелье, – приказал Мордан сотнику.

Магическая завеса исчезла, открывая путь в долину к гигантскому амфитеатру. Принцесса тронула поводья. Настроение было скверное.

8

– А этот почему в клетке?

Веки Кирилла дрогнули. Молодой здоровый организм усиленно боролся с отравой. Перед глазами по-прежнему колыхалась молочная пелена.

– Не знаю. Давлет доставил.

– Не могли расспросить?

– Не успели. Мордан нагрянул. Давлет со страху всех практически даром нам сплавил. Зато на мече отыгрался. Думаю, этого парня меч. Они оба какие-то странные.

– Если он хоть наполовину его достоин…

– Если достоин – гвоздем программы будет.

– Думаешь, зря его в клетке держат?

– Не думаю. Чем они его взяли, определить можешь?

По телу Кирилла прошла теплая волна.

– Догадываюсь. Перед выходом дадите ему…

Последние слова утонули в зыбком мареве сна, поглотившем Кирилла.


– И стоило ради этого сюда ехать? – Натали брезгливо сморщила нос, глядя, как служащие посыпают арену свежим песком.

– Стоило, стоило. – Мордан усердно крутил головой.

– Ты кого ищешь?

– Забыла, зачем мы сюда прибыли?

Натали досадливо поморщилась.

Ристалище – это не просто бои для утехи пресыщенных зрителей. Вся элита, вся знать Эвритании ежегодно собиралась здесь. Зачастую вековая, кровавая вражда между кланами кончалась пышными свадьбами наследников престола, а порой даже объединением государств. Или наоборот. На ристалище любой мог вызвать любого на смертный бой. Равный по рангу ответить на вызов был просто обязан, дабы не потерять лицо, вельможи более высокого звания обычно выставляли вместо себя замену.

– Узнай как-нибудь поделикатней, почему ложа Филиппа пуста, – шепнул Мордан Синдарху.

Смуглый телохранитель кинул взгляд в сторону ложи правителя Четырех Бездонных Озер. Ни Филиппа Бесстрашного, ни его сына Вийона там не было. Он понимающе кивнул головой и беззвучно испарился.

– А это кто? – толкнула локтем дядьку Натали.

– Где?

– Вон, видишь, на меня уставился? – Девушка кивнула на противоположную сторону арены.

Ложи царских особ, как и положено, находились на самых почетных, удобных для наблюдения за агонией жертв ристалища, местах. То есть в самом низу. Чем выше ложа, тем ниже ранг ее обладателя. Самый верх заполняли безземельные отпрыски обедневших родов, сумевшие наскрести пятьдесят монет. Столько стоило место на «галерке». Свиты, как правило, эти господа не имели. Да она здесь, в принципе, была ни к чему. Только для престижа. Законы ристалища выполнялись строго. Попробуй обнажи меч без разрешения мага – взбесившаяся бусинка срывалась с разорванной тесьмы и прошивала сердце святотатца навылет.

– Ложа Литлера.

– Так это Литлер?

– Сын его. Дэйн. Литлер мне ровесник.

Двухметровый детина в бархатном зеленом камзоле, сообразив, что его заметили, неспешно поднялся со своего кресла и поклонился. Натали, забавно сморщив носик, кивнула в ответ.

– Чего ему надо?

– Не догадываешься? – хмыкнул Мордан. – Ты в этом наряде – хоть куда… Настоящая невеста.

– Ненавижу эти тряпки.

– В них, по крайней мере, ты на принцессу похожа, а не на уличного сорванца.

– А ты ходить в них пробовал? – огрызнулась Натали. – Чтобы шаг сделать, юбку чуть не до шеи задирать приходится, и все равно подол по земле метется. И кто такую моду дурацкую придумал?

– Гы-гы-гы, – захрюкал кто-то сзади. Мордан повел бровью на развеселившегося охранника, и тот немедленно заткнулся.

– Как Вийон с Филиппом объявятся, пригласи их в свою ложу.

– Тихо! Кажется, опять начинают, – отмахнулась Натали. – Может, хоть на этот раз что-нибудь приличное покажут.

О Вийоне ей думать не хотелось. Как и о замужестве вообще. Политика политикой, но… Вийон, конечно, хороший парень, однако в розовых девичьих снах не таким она видела своего героя.

Служащие наконец-то завершили уборку. Заскрипели ворота, выпуская на арену очередных бойцов.

– Давай, парень, глотни напоследок для храбрости…

В горло полилась ароматная терпкая жидкость. Кирилл поперхнулся, закашлялся и замахал руками, пытаясь оттолкнуть от себя кружку.

– Все вливай! – потребовало красное пятно. – А то на ходу заснет.

Чьи-то потные руки грубо запрокинули ему голову. Они сделали это напрасно. Зрение Кириллу пока отказывало: глаза ни в какую не хотели фокусироваться, но тело уже потихоньку начало приходить в себя. Кирилл не стал выдирать свою голову из недружелюбных объятий. Он просто перекувыркнулся через нее назад, по дороге заехав коленкой по чьему-то носу, и пружинисто вскочил на ноги. Кто-то, утробно рыча, взлетел ему на спину. Вот тут-то Кирилл по-настоящему обиделся. Долго этот «кто-то» на его спине не удержался и продолжил полет, сметя по дороге расплывчатое красное пятно и что-то или кого-то с ним заодно. Заскрипела дверь. В относительно светлом проеме появилось темное пятно.

– На выхо… Вы что, рехнулись? Почему не в доспехах? Ворота уже открывают…

Покрытый туманом мозг полностью въехать в ситуацию категорически отказывался, но кое-что уловил: выход там…. Темное пятно, приложившись к косяку двери, тихо сползло на каменный пол.

Кирилл несся по коридору, освещенному тусклым светом факелов, преследуемый по пятам воплями охраны. Откуда-то издалека до него донесся торжественный голос:

– …гость из далекой северной страны, непобедимый боец, победитель прошлогоднего турнира…

Наперерез метнулось еще одно пятно. Еще и с ножичком… Отправив и его в полет, Кирилл увидел впереди узкую светлую щель, которая на глазах расширялась больше и больше.

– Закройте ворота!

– Нет! Нет!!! Открывай!

– …и пришелец из неведомой страны, белокурый…

Яростно размахивая на ходу трофейным оружием, Кирилл прорвался в створ ворот и выскочил на ослепительно яркий солнечный свет.

– Вот теперь закрывай! Скорее!!!

– …дьявол!

Почувствовав, что преследователи отстали, Кирилл затормозил, прерывисто дыша, и только тут обнаружил, что стоит практически голый. Из одежды на нем были лишь его любимые красные трусы свободного покроя в мелкий белый горошек – и больше ничего!..

Правая рука сжимала увесистый, паршиво сбалансированный нож-переросток. Юноша тупо посмотрел на него. Ему стало страшно. «Блин! Если я им кого порезал…»

Мозги еще до конца не включились в нормальный ритм работы. Они не придумали ничего лучше, чем заняться срочным уничтожением следов возможного преступления. Кирилл торопливо принялся стирать отпечатки пальцев собственными трусами, так как ни одной другой тряпки поблизости не наблюдалось.

Восторженный гогот, рев и улюлюканье заставили его поднять голову. Тихо охнув, он отшвырнул «нож» и запрыгал на одной ноге, не попадая второй обратно в трусы. Наконец нога попала в предназначенное ей отверстие, и Кириллу удалось завершить свой туалет. Но это не принесло ему облегчения, ибо трусы оказались надеты наизнанку и к тому же задом наперед. В полном обалдении, не сознавая, что делает, белокурый дьявол повернулся к зрителям тылом и возобновил переодевание.

Новый взрыв восторга сообщил ему, что вторая половина зала оценила его усилия по достоинству. На арену веером полетели золотые и серебряные монеты. Среди них порой мелькали кошельки, завернутые в надушенные женские платочки. Один из них, с монограммой Азия Гордого, довольно ощутимо приложил Кирилла по затылку. Кошель раскрылся, монеты разлетелись в разные стороны, а платок скользнул в его руки. С недоумением повертев его в руках, Кирилл вытер им обильно выступивший на лбу пот и автоматически засунул тонкий батистовый лоскут в трусы, перепутав их с карманом. Это развеселило публику еще больше.

– Натали! – повернул к себе млеющую принцессу Мордан.

– Чего? – выдохнула Натали, вывернув свою кудрявую головку на сто восемьдесят градусов. Сообразив, что лицезреет ее затылок, Мордан перехватил руки повыше и развернул мордашку принцессы еще на пол-оборота. Тело последовало за головой. Красный как рак, Мордан с расстройства крутил не в ту сторону. Когда ее глаза вместе с личиком оказались перед ним, бедный дядька чуть не упал со стула. В них плавала такая томная поволока…

– С-с-ставочку сделать не хочешь? – ляпнул он первое, что пришло на ум.

– Все – на него! – прошептала принцесса и ткнула пальцем в арену. – А потом ко мне в ложе…

– Что? – выпучил глаза Мордан.

– А? В ложу, – очнулась Натали. – В ложу…

А на арене тем временем события развивались своим чередом. Кошель Натали что-то сдвинул в мозгах Кирилла, и глаза наконец-то сфокусировались. Дико озираясь по сторонам, он лихорадочно пытался сообразить, каким ветром его занесло на этот огромный стадион, заполненный гогочущими мужиками в несуразных одеждах и прыскающими в платочки дамами, одетыми не менее странно. Больше всего это было похоже на костюмированное шоу.

«Может, рок-звезда какая приехала?.. А я тут, как псих, с ножами бегаю, обслуживающий персонал пугаю… Вот, кажется, и недовольная охрана пожаловала… Колори-и-итный товарищ!..»

Прямо на Кирилла, стыдливо подтягивающего трусы, двигался «охранник», на ходу вращая огромным мечом и глазами. Остановившись в двух шагах от юноши, он надкусил край деревянного, обшитого медными пластинами щита, выдрал из него солидный кусок и с хрустом принялся жевать. Изо рта пошла пена.

– Бр-р-р… Солить пробовал? – Кирилла невольно передернуло. – Ты вообще-то сильно не волнуйся, я сейчас сам отсюда уйду. Тихо, мирно, без эксцессов… Только выход покажи…

Договорить он не успел. Меч взвился в воздух и пошел вниз. Пришлось прыгать.

Вам когда-нибудь приходилось заниматься прыжками в высоту, держась обеими руками за широкие трусы и пытаясь превратить их в жалкое подобие плавок? Не приходилось? А напрасно! Занимательное, надо сказать, зрелище…

Публика визжала от восторга, приветствуя каждый кульбит белокурого дьявола. Тот же изнемогал, прыгая, как кенгуру, вокруг озверевшего берксеркера.

– Эх! Раз! Еще! Раз! – подбадривал он себя при каждом прыжке. – Еще! Много! Много! Раз!

Глаза берксеркера налились кровью. Удары сверху вниз не достигали цели, а ума изменить тактику у взбесившегося викинга просто не хватало.

– Лучше! Много! Раз! По разу!..

Знал бы вызванный Фараданом герой, что акустика знаменитого земного Колизея в подметки не годится акустике эвританского ристалища, вряд ли он стал бы подбадривать себя такими куплетами.

– Чем! Ни разу! Сорок! Раз!

Дальнейшие откровения Кирилла про жену, которая его любила, а потом чего-то там решила, как ни странно, нашли отклик в сердцах зрителей. Рекомендации по урегулированию семейного конфликта посыпались со всех сторон. Причем мнения этих сторон не совпадали. Слабый пол рекомендовал занять христианскую позицию всепрощения; сильный предлагал более кардинальные способы решения проблемы, выразительно чиркая себя ребром ладони по горлу.

– Дядя, так он женатый? – В глазах у Натали стояли слезы.

– Коль жена изменила мужу, она уже не жена! – решительно отрубил Мордан. – Я б такую жену…

Кажется, принцесса была единственной представительницей женского пола на ристалище, поддерживающей это мнение.

– С бабой справиться не может! – в запале продолжал Мордан. – Да какой же он после этого…

А Кириллу, который постепенно приходил в себя, пришла в голову здравая мысль: какого черта он скачет тут козлом? Взмыв в очередной раз в воздух, новая звезда ристалища не стала отскакивать в сторону, а, пропустив меч под собой, сделала красивое сальто, финишировав пятками на дуболомном лбу викинга.

– Мужчина!! – выдохнула Натали.

Меч, завершая удар, воткнулся в плотный песок. Рядом приземлился викинг.

– Папаша, ты как, живой? – наклонился над ним Кирилл.

Викинг сидел на пятой точке, бессмысленно хлопая глазами.

– Хорошая голова, крепкая!.. – успокоился юноша. Подозрительно покосившись на бушующие трибуны, заторопился: – Ну, вставай, провожу. Что-то мне этот цирк не по душе. Ну-ка, встали и ножками, ножками…

Викинг покорно поднялся и потащился к воротам. Похоже, теперь уже он ничего не соображал: где находится и что делает?.. Кирилл заботливо поддерживал его под локоток. Такое рыцарское отношение к поверженному противнику привело публику в восторг.

– Сво-бо-ду! Сво-бо-ду! Сво-бо-ду! – скандировала толпа.

– Юрию Деточкину… – хмыкнул Кирилл, не въехав, что требование зрителей имеет к нему самое непосредственное отношение.

Если быть точнее, он вообще ни во что не въезжал. Снадобье Наргиза сыграло с ним злую шутку. События последних двух дней стерлись из его головы начисто.

– А вот и костоправы, – обрадовался Кирилл при виде выскочивших из ворот служащих в зеленых костюмах, чем-то смахивающих на рабочую одежду хирургов. – Не расстраивайтесь, мужики, хлопот не будет. Бил аккуратно, но точно. Через полчаса сам очухается. Мне б вещички свои вернуть. Не знаете, где здесь раздевалка?

«Хирурги» подхватили викинга под белы ручки и шустро отволокли за пределы арены. Ворота перед носом Кирилла захлопнулись.

– А теперь, – загрохотал над ареной усиленный магами голос ведущего, – по требованию уважаемых зрителей бой за свободу!

Под скрежет плохо смазанных петель ворота с противоположной стороны ристалища распахнулись, и оттуда выбежала пятерка воинов, вооруженных короткими мечами, висевшими пока что без дела на боку. В правой руке они держали топоры с широкими, как у бердышей, лезвиями, в левой – цепи. Одни концы цепей были прикованы к металлическим браслетам на запястьях воинов, другие – к ошейникам. Пять боевых леопардов рвались в бой, туго натягивая привязи.

– Это нечестно! – возмутилась Натали. – Пятеро на одного. Да еще с кобелями!

– Один из них – дама… – невозмутимо сообщил Мордан.

– Кто? – удивилась принцесса, вглядываясь в лица бойцов.

– Не туда смотришь. Вон у того бородача на привязи самочка мечется.

Кириллу стало неуютно. Он ничего не имел против братьев наших меньших – собачек там, кошечек всяких… Но надо ж и меру знать!.. Взгляд его упал на мечущуюся самку леопарда и…

– Какая девочка-а-а-а! – просипел он, с ужасом узнавая интонации Кирона. Он начал вспоминать… – У ты моя ки-и-и-са…

Неодолимая сила заставила его сложиться пополам, встать на четвереньки и ринуться вперед.

9

Литлер метался по кабинету, нетерпеливо покусывая ногти. До начала операции «Снежный барс» оставалось меньше часа, а доблестные полководцы до сих пор молчат. Тут что-то не то. Правитель Голома подскочил к столу, схватил колокольчик и яростно затрезвонил. В дверь просунулась испуганная мордочка секретарши.

– Список всех участников операции!

– Айн момент, шеф! – Гева Фраун на мгновение исчезла и тут же вернулась обратно с толстой папкой в руках. Она профланировала к столу шефа, усердно виляя узкими бедрами, и, хотя правителю Голома сейчас было не до нее, старания сотрудницы не остались незамеченными.

– В двадцать два ноль-ноль ко мне в спальню. Будем праздновать победу. При себе иметь тапочки, ночную сорочку и…

– И? – выпучила от усердия глаза Гева.

– И все! Сорочку, пожалуй, тоже не нужно. Мы – эгийцы. А истинные эгийцы всегда отличались практичностью и скромностью. Ничего лишнего. Все, что нам нужно, – это власть над миром!

– Яволь! – щелкнула каблучками секретарша, развернулась на сто восемьдесят градусов и строевым шагом двинулась на свое рабочее место.

Литлер догнал ее около дверей, отнял затребованные документы и ринулся к письменному столу, теребя на ходу бумаги.

– Так… Да вот же! Цеворга закрепили. Маг у них есть, так какого черта они молчат?

Литлер сердито нахмурил брови, стащил с полки магический кристалл и проорал заклинание. Заклубился голубой туман. Над камнем появилась растерянная физиономия Ганта.

– Мой бюрер! – возликовал генерал. – Наконец-то!

– Почему не вышли на связь?

– Маг дурит, – пожал плечами Гант, – работать отказывается. Мы уж уговаривали, уговаривали…

– А ну давай его сюда!

– Цеворга! – радостно крикнул Гант. – Сейчас ему босс добавит. О! Уже несут…

– Несут? – насторожился Литлер.

Судя по внешнему виду Цеворга, «уговаривали» его долго и старательно. Повелитель Голома понял, что если он добавит, то одним войсковым магом у него станет меньше.

– Ваше Могушештво, – прошамкал Цеворг, – зашити! Уйми их! Один шуб ошталшя. Как тепей шаклинания шитать буду?

– Если не объяснишь толком, что там у вас творится, – посулил Литлер, – последний я тебе лично выбью.

– Так пушто шдесь. Магию шошать неоткуда.

– Чушь! Так не бывает.

Цеворг клятвенно прижал руки к сердцу.

– Послал господь работничков. Гант, все входы ристалища под контролем?

– Усе согласно плану, шеф! Контроль, правда, визуальный… На расстоянии в смысле… А так – усе путем.

– Это как – визуальный? – возмутился Литлер. – Ты мне всю операцию завалишь, скотина! Почему проходы не захватил?

– Так измена же, Ваша Могущество, – пояснил Гант, хлопая глазами. – Я думаю, какая-то сволочь нас заложила. Монархи столько войск с собой приволокли – ахнешь! О! Химерские полки идут. Только почему-то сзади.

– Сзади чего?

– Сзади нас… Ты только глянь! И спереди появились… зачем-то…

– А в остальном, значит, усе согласно плану? – ехидно спросил Литлер.

– Так точно, усе под контролем! – отрапортовал бравый генерал. – Вот только делать теперь чего – не знаем.

– Вали оттуда, идиот! Людей спасай! Кого сможешь! Но в первую очередь – самых ценных! Кадры решают все! И сделай это так, чтобы честь эгийской нации не пострадала!!! – Литлер в сердцах грохнул кристаллом об пол, отключив таким оригинальным способом изображение. – Кретины! Однако, действительно, что же делать-то теперь?

На шее зашевелилась цепочка. Это проснулся Камень Власти – самый мощный из известных амулетов Эвритании. Обломок горного хрусталя, которому неведомый мастер придал форму усеченной кошачьей лапы. Литлер невольно вздохнул. Найти бы вторую половину – и мир у его ног!

Камень Власти дернул властителя Голома за собой, подтащил к полке с магическими фолиантами и лег на самый толстый.

– Ну-ка, ну-ка… – заинтересовался Литлер, выдергивая том. Тот сам открылся на нужной странице. – Так, что тут у нас?

На чистой странице замерцала надпись:


«Введите пароль».


– Литлер 1-й, Великий и Ужасный, попирающий ногами Вселенную! – гордо подбоченившись, произнес претендент на мировое господство.


«Кишка тонка. Пароль задан неверно. Повторите попытку», – ехидно ответила книга.


– Ах так! – разозлился Литлер, раскрутил цепочку и вмазал камнем по листу.


«Так бы сразу и сказал!» – мелькнула испуганная надпись. Страница налилась желтизной, и на ней начали проступать зеленые строчки.


«ОТПИРАЮЩЕЕ ЗЕЛЬЕ

Рецепт изготовления


Если у вас запор…»


– Издеваешься?!! – вскипел Литлер. – Да меня третий день несет! Из клозета не вылезаю…

Камень Власти выразительно постучал по столу, а затем по лбу Литлера, предлагая сравнить звук.

И тут его осенило. Он поднял над головой драгоценный амулет и недолго думая проорал заклинание.

– А вот выкусите! – сделал он неприличный жест в сторону невидимых противников. – Посмотрим, как вы запоете в полдень! Я еще буду властвовать над миром! Мой мальчик унаследует от меня не жалкий Голом, а всю Эвританию! Мы с Дэйном… Дэйн! Ты где?

Честолюбивый претендент на звание властелина мира схватился за колокольчик. В двери вновь появилась секретарша.

– Дэйна ко мне. Срочно!

– Ваш сын три часа назад покинул замок и велел передать вам, когда вы его хватитесь, вот эту записку! – четко отрапортовала Гева, передавая шефу пергамент.

Прочитав, владыка Голома схватился за голову.

– Дэйн на ристалище… – прошептал он.

– Как ему это удалось? – искренне удивилась секретарша. Все знали, что сын Литлера в магии практически нуль.

– Транслятор спер, подлец! – пояснил Литлер. – В смысле позаимствовал… – поправился он, посмотрел на кошачью лапу и завыл заклинание переноса.

Кабинет правителя Голома опустел. Гева похлопала глазами и пошла готовить тапочки. Она была очень исполнительной.


Кирилл на четвереньках давал уже третий круг по арене. «Господи! Куда меня занесло?!!» – пульсировало в голове.

Он вспомнил все и понял многое. По крайней мере, стало ясно, почему Кирон выскочил из него такой бледный. Частичку себя он все же оставил на память. И эта частичка играла вовсю. Три тысячи лет воздержания…

Кирилл бога понимал, но легче от этого не было. Перепуганная насмерть «девочка» неслась во весь опор, на полкорпуса опережая собратьев по несчастью, пристроившихся по бокам. Пятерка боевых пантер в этот момент чем-то напоминала запряженных цугом лошадей. Только вместо кареты они тянули на прицепе грохочущий металлический ком, состоящий из перепутанных цепей, боевых топоров, мечей и доспехов, внутри которых трепыхались полуживые рыцари. На трибунах творилось что-то невообразимое.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4