Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Волшебник из Страны Оз (№7) - Лоскутушка из Страны Оз

ModernLib.Net / Сказки / Баум Лаймен Фрэнк / Лоскутушка из Страны Оз - Чтение (стр. 4)
Автор: Баум Лаймен Фрэнк
Жанр: Сказки
Серия: Волшебник из Страны Оз

 

 


Внезапно один из листьев наклонился чуть ниже обычного и коснулся Лоскутушки. Еще мгновение — и она оказалась целиком завернута в этот лист, после чего он снова вернулся в прежнее положение, прихватив с собой пленницу.

— Она исчезла! — ахнул Оджо. Ему показалось, что он слышит приглушенные крики Лоскутушки, завернутой в этот коварный лист. Но прежде чем он смог сообразить, что предпринять, опустился еще один лист и похожим манером подхватил Стеклянного Кота, а потом снова выпрямился.

— Осторожней! — крикнул Вузи мальчику. — Беги! Беги изо всех сил, иначе пропадешь!

Оджо обернулся на крик и увидел, что Вузи стрелой несется по дороге. Но последний лист успел подхватить зверя, и он исчез в его глубинах.

У мальчика не было возможности спастись бегством. С разных сторон к нему уже тянулись с десяток листьев, и, пока он думал, что делать, один из них ухватил его. Тотчас же он оказался в потемках, чувствуя, как его приподняло в воздух и стало мерно покачивать вверх и вниз.

Сначала он пытался вырваться на свободу, крича при этом во весь голос:

— Пустите! Сейчас же пустите!

Но ни крики, ни попытки выбраться из этой тюрьмы ни к чему не привели. Лист крепко держал его в своих объятиях.

Затем Оджо замолчал и стал размышлять. При мысли о том, что все его друзья оказались, как и он, пленниками, его охватил ужас. Теперь некому прийти ему на помощь.

«Этого следовало ожидать, — всхлипывая, говорил он себе. — Ведь я же Оджо Невезучий, и со мной непременно должно было стрястись нечто ужасное».

Оджо уперся обеими руками в лист. Он оказался хоть и мягким, но толстым и прочным. Лист обволакивал его на манер огромной повязки, и Оджо с трудом мог шевелить руками и ногами.

Минуты сменялись часами. Оджо спросил себя, сколько времени он выдержит в таком положении, а также не высасывает ли лист из него соки, чтобы ими питаться. Мальчик не слышал, чтобы в Стране Оз кто-то умирал, это так, но, с другой стороны, он знал, что ее жителям случается терпеть и боль и страдания. Больше всего его пугало то, что он может до конца дней своих остаться пленником этого красивого листа и никогда не увидеть солнца.

Стенки листа не пропускали никаких звуков. Вокруг Оджо было лишь безмолвие. Оджо пытался понять, в чем дело: перестала ли кричать Лоскутушка или просто крики тонули за преградами из листьев. Вскоре, однако, он услышал нечто вроде свиста. Неужели кто-то насвистывал мелодию? Да, похоже, так оно и было. Оджо узнал мотив, который дядя Нанди часто напевал. Хотя звуки были тихими и Оджо едва-едва их слышал, мелодия получалась складной.

«А вдруг это насвистывает лист», — подумал Оджо. Но мотив звучал все громче и громче, и наконец насвистывающий, похоже, подошел к самому листу Оджо.

Внезапно лист стал опускаться, а с ним и Оджо. Лист разомкнул свои объятия, и мальчик камнем полетел вниз. Он быстро вскочил на ноги и обнаружил, что на него смотрит человек, причем такой странной наружности, что у Оджо от удивления глаза сделались круглыми.

Это был большой человек с косматыми усами, косматыми бровями, косматой шевелюрой, но глаза у него были голубые и кроткие. На голове у него была зеленая бархатная шляпа с лентой, украшенной драгоценными камнями, и косматой бахромой по краям. Тонкие, хоть и залохматившиеся кружева служили воротничком рубашки, сюртук с косматыми полами был застегнут на бриллиантовые пуговицы. Бархатные штаны были с бриллиантовыми пряжками на коленях, и края у них были опять-таки косматыми. На груди у него красовался медальон с изображением Дороги, принцессы Страны Оз, а в руке Оджо увидел острый нож, по форме похожий на кинжал.

— Ой! — воскликнул ошеломленный Оджо, а затем поспешил добавить: — Кто меня спас?

— Разве ты не видишь? — улыбнувшись, отвечал человек. — Я, Косматый.

— Значит, это были вы… — пробормотал мальчик. — Вы избавили меня от этого страшного листа?

— Я, и никто другой, — подтвердил Косматый, — но если ты не побережешься, мне снова придется спасать тебя.

Оджо отскочил в сторону, ибо увидел, что к нему потянулись сразу несколько листьев-гигантов, но Косматый засвистел, и листья снова выпрямились и застыли.

Человек взял Оджо за руку и, по-прежнему насвистывая, повел его по дороге между страшных растений. Только когда листья остались позади, он прекратил свист.

— Музыка их завораживает. Пение, свист — неважно, что именно, но это заставляет их вести себя прилично. Это единственное средство от этих листьев. Я всегда насвистываю, когда прохожу мимо них, и они меня не трогают. Сегодня я шел и насвистывал и вдруг увидел, что один лист так сжался, словно в нем что-то есть. Я срезал его ножом, и пожалуйста — там, оказывается, сидел мальчик! Большая удача, что я как раз проходил мимо, верно?

— Вы очень добры, — сказал Оджо. — Большоепребольшое спасибо. Может, вы освободите и моих спутников?

— Каких спутников? — удивился Косматый.

— Тех, что попали в листья. Во-первых, Лоскутушка…

— Кто-кто?

— Кукла, сшитая из лоскутного одеяла. Ее оживили и назвали Заплаткой… Потом Стеклянный Кот…

— Стеклянный?

— Целиком.

— И тоже живой?

— Да, у него к тому же розовые шарики-мозги. И, наконец, Вузи…

— А это что за существо?

— Право, не могу его хорошенько описать, — смущенно признался мальчик. — Это очень причудливое животное с тремя волосками на хвосте, что я никак не мог оторвать…

— Что оторвать-то? Хвост?» — спросил Косматый.

— Волоски! Но если вы освободите Вузи, то сами увидите, что он собой представляет.

— Это точно, — согласился Косматый, мотая своей косматой головой.

Снова засвистев мелодию, он вернулся назад, к растениям, отыскал листья, державшие в плену спутников Оджо, и взялся за дело. Срезав первый лист, он освободил Заплатку. Увидев ее, он начал смеяться так весело, что Лоскутушка сразу полюбила его. А он снял шляпу, глубоко поклонился и сказал:

— Милая девочка, ты просто чудо. Я должен непременно познакомить тебя с моим другом Страшилой.

Он срезал второй лист и выпустил на волю Стеклянного Кота. Промах так перепугался, что стрелой полетел прочь и, лишь увидев Оджо, остановился и сел рядом с ним, тяжело дыша. Когда же Косматый взмахнул ножом третий раз, наземь упал самый большой лист, в котором было что-то очень тяжелое. Из него выскочил Вузи и опрометью помчался прочь.

11. ХОРОШИЙ ТОВАРИЩ

Вскоре весь отряд собрался на дороге из желтого кирпича, подальше от красивых, но коварных растений. Косматый оглядел каждого из них по очереди и, похоже, остался доволен.

— С тех пор как я живу в Стране Оз, — сказал он, — много повидал я разных разностей, но такой необычный отряд, признаться, вижу впервые. Давайте-ка присядем, поговорим и познакомимся.

— А вы не всегда жили в Стране Оз? — спросил его Оджо.

— Нет, когда-то я жил в большом Внешнем Мире. Но я попал в Страну Оз вместе с Дороги, а Озма позволила мне остаться.

— Ну и как вам Страна Оз? — спросила Лоскутушка. — Правда, здесь здорово?

— Это лучшая страна в мире, и я постоянно счастлив в ней, — отвечал Косматый. — Но расскажите мне, кто вы такие.

Оджо поведал ему историю о том, как он и дядя Найди навестили дом Кривого Колдуна, как они встретили там Стеклянного Кота, как оживили Лоскутушку и что приключилось с дядей Найди и Марголоттой. Оджо также рассказал, что отправился в путешествие, чтобы отыскать пять составных частей для снадобья, которое вернет к жизни мраморные статуи, и три волоска из хвоста Вузи — одна такая часть.

— Мы отыскали Вузи, — рассказывал мальчик, — и он согласился пожертвовать тремя волосками, но мы не смогли их оторвать. Поэтому мы захватили Вузи с нами.

— Понятно, — отозвался Косматый, с живым интересом внимавший Оджо. — Но я — большой и сильный. Может, мне удастся вырвать эти волоски?

— Попробуйте, если хотите, — сказал Вузи.

Косматый попробовал, но, как он ни старался, ничего у него не вышло. Поэтому он, отдуваясь, сел на траву и, вытирая свою косматую физиономию лохматым шелковым платком, сказал Оджо:

— Не беда. Если ты достанешь все остальное и не потеряешь Вузи, то можешь отвести его к Колдуну, а тот уж догадается, как получить волоски. А что тебе еще нужно?

— Во-первых, клевер с шестью лепестками.

— Его ты найдешь в лугах возле Изумрудного Города, — сказал Косматый. — Вообще-то, есть закон, запрещающий рвать такой клевер, но я надеюсь уговорить Озму разрешить тебе это.

— Спасибо, — сказал Оджо. — Во-вторых, еще нужно левое крылышко желтой бабочки.

— Для этого следует отправиться в Страну Мигунов. Я, правда, не видал там бабочек, но это желтая страна, а правит там мой хороший друг, Железный Дровосек.

— Я о нем слышал, — сказал Оджо. — Это, должно быть, удивительный человек.

— Да, и сердце у него удивительной доброты. Не сомневаюсь, что он сделает все, дабы помочь тебе вызволить из беды дядю Нанди и Марголотту.

— Затем мне нужно добыть фляжку воды из темного колодца.

— Правда? Это может оказаться непросто! — сообщил Косматый, озадаченно почесывая левое ухо. — Никогда не слыхал о таком колодце. А вы?

— И мы нет, — сказал Оджо.

— И ты не знаешь, где он может находиться? — спросил Косматый.

— Понятия не имею, — сказал Оджо.

— Надо спросить Страшилу.

— Страшилу? Но что может знать какое-то огородное чучело?!

— Большинство из них и правда не знают ничегошеньки, — отвечал Косматый. — Но Страшила, о котором я упомянул, очень умен. Если кто-то в этой стране и знает, где отыскать темный колодец, то этот человек — как раз мой друг Страшила. Говорят, у него лучшие мозги во всей Стране Оз.

— Лучше, чем мои? — спросила Лоскутушка.

— Лучше, чем мои? — вторил ей Стеклянный Кот. — Мои, между прочим, розовые, и все могут видеть, как они работают.

— Мозги Страшилы вы не увидите, — сказал Косматый, — но они работают очень даже неплохо.

— А где он живет? — спросил Оджо.

— У него прекрасный замок в Стране Мигунов, неподалеку от замка его старого приятеля, Железного Дровосека, но он часто приезжает в Изумрудный Город повидать Дороти, которая живет в королевском дворце.

— Тогда мы и спросим у него насчет колодца, — сказал Оджо.

— А что еще нужно Кривому Колдуну? — осведомился Косматый.

— Капля масла с тела живого человека.

— Но этого не бывает.

— Я тоже так думал, — сказал Оджо, — но Кривой Колдун уверил меня, что если бы этого не было, то в рецепте снадобья об этом не было бы ни слова. Раз так, то мне надо во что бы то ни стало отыскать эту каплю.

— Я, конечно, желаю тебе удачи, — проговорил Косматый, недоверчиво качая своей косматой головой, — но думаю, что задача перед тобой трудная. В живом человеке есть только кровь, а никакого масла нет.

— А во мне — вата, — сообщила Лоскутушка, пританцовывая.

— Я в этом и не сомневаюсь, — сказал Косматый. — Ты просто прелесть и такая красавица, какую можно только скроить из лоскутков. Если тебе чего и не хватает, так это умения держаться с достоинством.

— Ненавижу умение держаться с достоинством! — фыркнула девушка, подбрасывая камешек высоко-высоко и пытаясь затем поймать его на лету. — Половина дураков и все мудрецы держат себя с достоинством, но я не принадлежу ни к тем ни к другим.

— Она сумасшедшая, — пояснил Стеклянный Кот.

— Она восхитительна! — засмеялся Косматый. — Я уверен, что она понравится Дороти, а уж Страшиле и подавно. Так вы, значит, направляетесь в Изумрудный Город?

— Да, — ответил Оджо. — Я думаю, лучше начать с него. Ведь там растет клевер-лпестилистник.

— Я пойду с вами, — сказал Косматый, — и буду показывать вам дорогу.

— Вот спасибо! — обрадовался Оджо. — Но мы не нарушили ваши планы?

— Нет, — отвечал Косматый. — Я бродил просто так. Всю свою жизнь я был бродягой, и, хотя Озма и отвела для меня роскошные покои в своем дворце, время от времени меня охватывает тяга к странствиям и я пускаюсь в путешествие по стране. На этот раз я покинул Изумрудный Город несколько недель назад, а теперь, повстречав вас, я с удовольствием провожу вас в столицу Страны Оз и познакомлю со своими друзьями.

— Очень любезно с вашей стороны, — поблагодарил его Оджо.

— Надеюсь, ваши друзья не из тех, кто держится с достоинством? — спросила Лоскутушка.

— Кто держится, а кто нет, — последовал ответ. — Я не критикую своих друзей. Если они настоящие, верные друзья, то пусть ведут себя так, как им больше нравится.

— Разумно, — признала Лоскутушка, качая своей смешной головой в знак одобрения. — Но давайте двигаться, надо поскорее попасть в Изумрудный Город. — И с этими словами она, приплясывая, пустилась по дороге, а потом остановилась, чтобы подождать всю компанию.

— Отсюда до Изумрудного Города путь неблизкий, — заметил Косматый. — Мы не попадем в него ни сегодня ни завтра. А потому давайте не будем спешить. Я старый путешественник и давно усвоил простую истину: поспешишь — людей насмешишь. Мой девиз: не суетиться. А если вы не можете не суетиться, то хотя бы суетитесь поменьше.

Они зашагали по дороге из желтого кирпича, но вскоре Оджо объявил, что проголодался и хотел бы сделать привал. Он предложил хлеба с сыром Косматому, но тот поблагодарил и отказался.

— Когда я пускаюсь странствовать, — пояснил он, — то беру с собой столько еды, чтобы мне хватило на несколько недель. Пожалуй, я позволю себе немного подкрепиться из моих запасов, раз уж мы остановились.

С этими словами он извлек из кармана бутылочку, из которой вытряхнул на ладонь таблетку величиной с ноготь Оджо.

— Это, — пояснил Косматый, — плотный обед в концентрированном виде. Изобретение знаменитого профессора Кувыркуна из Королевского Колледжа Атлетических Искусств. В этой таблетке содержатся суп, рыба, жареное мясо, салат, пирожки с яблоками, мороженое с шоколадной подливкой. Но все сгущено до такой вот таблетки. Проголодался — съел ее, и порядок. Ты плотно поел.

— Дай-ка мне попробовать, — попросил Вузи.

И Косматый тотчас же вытряхнул на ладонь еще одну таблетку и протянул зверю. Тот проглотил ее в мгновение ока.

— Ты съел обед из шести блюд, — пояснил Косматый.

— Тьфу! — произнес неблагодарный Вузи. — Я не почувствовал никакого вкуса. От такой еды никакого удовольствия.

— Мы едим, чтобы поддерживать жизнь в нашем теле, — наставительно произнес Косматый, — и от этой таблетки пользы столько же, сколько и от обычного обеда.

— Ну и что! Я люблю пожевать пищу, насладиться ее вкусом, — не сдавался Вузи.

— Ты ошибаешься, мой бедный друг-зверь, — с жалостью объяснял ему Косматый. — Ты только подумай, как устали бы твои челюсти жевать столь обильный обед. А его сконцентрировали до маленькой таблеточки, которую ты проглотил одним махом, — и порядок!

— Жевать не утомительно, а приятно, — возразил Вузи. — Я всегда тщательно прожевывал пчел, когда они мне попадались. Дай-ка мне, Оджо, хлеба с сыром.

— Что ты! Что ты! Ты и так съел большой обед! — замахал руками Косматый.

— Может быть, — отрезал Вузи, — но я попробую обмануть себя и немного пожую хлеба с сыром. Наверное, я и правда наелся, если в этой таблетке действительно содержится все то, о чем ты говорил. Но в еде для меня главное — это вкус, и я хочу знать, что же именно я ем.

Оджо исполнил просьбу зверя, но Косматый укоризненно покачал своей косматой головой и сказал, что не встречал такого упрямого животного, как Вузи.

Тут они услышали топот, и перед ними предстал Граммофон. Похоже, с тех пор, как они расстались, на его долю выпало немало приключений, ибо полировка на столике потускнела, а на дереве появились трещины и царапины, придававшие музыкальному ящику малоприятный вид.

— Господи! — воскликнул Оджо, не спуская глаз с Граммофона. — Что с тобой приключилось?

— Ничего особенного, — отвечал тот унылым, печальным голосом. — После того как мы расстались, в меня швыряли такое количество предметов, что их хватило бы на хороший универмаг.

— Тебя поломали и ты больше не можешь играть? — спросила Лоскутушка.

— Нет, я по-прежнему могу услаждать слух окружающих прекрасной музыкой. Как раз на мне сейчас отличная пластинка, — сообщил Граммофон, явно повеселев.

— Плохо, — заметил Оджо. — Против тебя как машины мы ничего не имеем, но вот то, что ты — машина музыкальная, нас сильно огорчает.

— Зачем же, по-твоему, меня вообще изобрели? — обиженно спросил тот.

Все стали вопросительно переглядываться, но никто не знал ответа на этот каверзный вопрос. Наконец Косматый сказал:

— А я бы послушал, как играет Граммофон.

— Все это время мы были очень счастливы… — вздохнул Оджо.

— Понимаю. Но отдельные мелкие несчастья позволяют особенно ценить счастливые минуты. Скажи-ка, друг Фонни, что за пластинка на тебе?

— Популярная песня. Во всех цивилизованных странах люди от нее без ума.

— Значит, она превращает людей цивилизованных в людей безумных? Но это же опасно!

— Они без ума от радости, — поспешил пояснить Граммофон. — Послушайте. Вы будете в восторге. Благодаря ей ее автор стал богатым человеком. Называется она «Моя Лулу».

И Граммофон заиграл. Сначала послышались прерывистые, причудливые аккорды, а затем мужской и весьма гнусавый голос запел:

Я люблю свою Лулу.

Как ночь, черную Лулу!

Для меня она

Во всем мире одна-а-а!

— Эй, прекрати сейчас же! — закричал Косматый, вскакивая на ноги. — Что это за безобразие?

— Это самая модная песня, — угрюмо отозвался Граммофон. — Страшно популярная!

— Популярная?

— Ну да. Из тех, слова которых запоминают даже слабоумные, а мотив могут пропеть или просвистеть и те, кому медведь на ухо наступил. Потомуто такие песни и популярны. Настанет время, когда они вытеснят все прочие.

— Пока, к счастью, время это еще не настало, по крайней мере у нас, — сказал Косматый суровым тоном. — Я и сам немного пою и не потерплю, чтобы меня брали за горло темные личности вроде Лулу. Сейчас я разберу тебя на части, господин Фонни, и разбросаю их по лесам и долам этой страны во спасение тех, кого ты можешь повстречать, если тебе и впредь будет позволено разгуливать на свободе. Исполнив этот тяжкий долг, я…

Но не успел он докончить фразу, как Граммофон сорвался с места и стал улепетывать прочь. Вскоре он исчез из виду. Косматый снова сел на траву. Вид у него был довольный.

— Кто-то другой, похоже, выполнит за меня разборку Граммофона, — усмехнулся он, — ибо такой музыкальный ящик вряд ли долго протянет в Стране Оз. Как отдохнете, друзья, давайте пойдем дальше.

Путешественники шли по диким, безлюдным местам. Поля не обрабатывались, да и за дорогой из желтого кирпича никто не присматривал, отчего выбоины попадались все чаще и идти было нелегко. По обеим ее сторонам рос низкий колючий кустарник, потом стали попадаться большие камни и скалы.

Но Оджо и его друзья продвигались к цели, за шутками и веселым разговором забывая тяготы пути. К вечеру они пришли к скале, из которой бил прозрачный родник. Рядом стояла заброшенная хижина. Косматый остановился и сказал:

— Пожалуй, стоит остановиться на ночлег здесь: тут и крыша над головой, и вода. Дальше дорога будет неважной, и главные трудности у нас еще впереди. Так что давайте переждем до утра.

Так и решено было сделать, и Оджо, отыскав в хижине хворост, развел в очаге огонь. Это привело в восторг Лоскутушку, которая принялась танцевать перед очагом, пока Оджо не предупредил ее быть повнимательней и не поджечь себя. После этого Лоскутушка стала держаться на почтительном расстоянии от огня. А Вузи улегся перед самым очагом, словно большая собака, и наслаждался теплом.

На ужин Косматый съел очередную таблетку, но Оджо предпочел подкрепиться хлебом с сыром, угостив и Вузи.

Наступила темнота, и путники сели в кружок у огня на полу — мебели в хижине не было. Оджо попросил Косматого:

— Вы нам не расскажете какую-нибудь историю?

— Я не мастер рассказывать, — услышал он в ответ, — но зато я пою, как птичка.

— Как ворона? — осведомился Стеклянный Кот.

— Как певчая птица. Сейчас я попробую это доказать. Я спою вам песню собственного сочинения. Только никому не говорите, что я поэт, а то от меня потребуют, чтобы я написал книгу. И не рассказывайте, что я пою, а то меня заставят напеть пластинку для этого кошмарного Граммофона. На это у меня нет времени. Лучше я спою эту песенку для вас.

Я спою песню о волшебной Стране Оз,

Где полно людей, зверей, фруктов и роз,

Где живут волшебники и чудеса творят,

Но жители спокойно об этом говорят.

Страной правит Озма, юная прелестная фея,

Добро любя и зло покарать умея.

Она умна и справедлива,

И подданные ее живут счастливо.

Ее друзья — Дороти из Канзаса,

Где чудес немного, зато проблем масса,

А также Страшила, сделанный из соломы,

Но у него ума палата или же хоромы.

И знаменитый Железный Дровосек,

Добрым сердцем прославившийся навек.

Профессор Кувыркун — вроде бы просто жук,

Но он сильно увеличен и науки друг.

Джек Тыквоголовый выращивает свои головы в огороде

И, как и Деревянный Конь, любим во дворце и в народе.

Трусливый Лев всегда от страха дрожит,

Когда на врагов громогласно рычит.

Может, ему и не хватает отваги,

Но его подвиги не описать на бумаге.

Голодный Тигр мечтает съесть ребенка,

Но его кормят другой пищей — до отвала, как слоненка.

Механический человек Тик-Ток

Ходит, говорит, думает, если завести его впрок.

Я готов и прочих обитателей Страны Оз назвать,

Только как бы слушателям от этого не устать…

Упомяну лишь Желтую Курицу Биллину и девять поросят,

Что в золотом свинарнике сидят.

А теперь наш музей пополнился Котом из стекла,

Зверем Вузи и Лоскутушкой, что всех с ума свела.

Оджо так понравилась песня, что он громко захлопал в ладоши. Лоскутушка последовала его примеру, но ее набитые ватой ладони не издавали звуков. Кот затопал по полу своими стеклянными лапами — осторожно, чтобы не разбить их, а Вузи, который успел задремать, проснулся и спросил, что случилось.

— Я редко пою на публике, боюсь, как бы меня не попросили открыть оперу, — признался Косматый. Ему было приятно, что его усилия оценили по достоинству. — Голос у меня сегодня, правда, не в лучшей форме, но…

— Скажите, эти странные люди и звери и правда живут в Стране Оз? — спросила Лоскутушка.

— Все до одного. Я даже забыл Розового Котенка Дороти.

— Господи! — воскликнул Кот, привстав от любопытства. — Розовый Котенок? Из стекла?

— Нет, из плоти и крови.

— А, тогда это неинтересно. У меня у самого розовые мозги.

— А котенок Дороти весь розовый, только глаза у него голубые. Зовут его Эврика. Всеобщий любимец в королевском дворце, — сообщил Косматый и зевнул.

Стеклянный Кот был явно недоволен.

— Что же, по-вашему, выходит, простой котенок красивее меня?

— Не знаю. Кому что нравится, — снова зевнув, отвечал Косматый. — Но могу дать совет. Подружись с Эврикой, и хорошее отношение во дворце тебе обеспечено. Ну а если он тебя невзлюбит, смотри!…

— Неужели кто-то во дворце способен разбить Стеклянного Кота?

— Всякое может случиться. Мой тебе совет — тихо мурлыкай и больше помалкивай. А теперь я хочу спать.

Промах так старательно обдумывал совет Косматого, что его розовые шарики-мозги крутились долго после того, как все остальные заснули.

12. ГИГАНТСКИЙ ДИКОБРАЗ

Проснувшись пораньше, путники снова зашагали по дороге из желтого кирпича к Изумрудному Городу.

Местность, по которой они шли, была по-прежнему безлюдной. Вокруг были сплошные скалы и редко-редко попадались отдельные кусты или деревья. Оджо обратил внимание на одно такое дерево, потому что у него была красивая крона и длинные шелковистые листья. Ему хотелось понять, растут ли на нем плоды или прекрасные цветы.

Внезапно до него дошло, что он разглядывает его долго — добрых пять минут, а дерево по-прежнему находится перед ним, хотя Оджо продолжал шагать по дороге. Тогда он остановился. К его великому изумлению, дерево, как весь окружающий пейзаж, продолжали двигаться вместе с его спутниками, удаляясь от него все дальше и дальше.

Оджо так громко вскрикнул от удивления, что Косматый, услышав крик, тоже остановился. Вскоре и остальные последовали его примеру и вернулись к стоявшему неподвижно Оджо.

— Что стряслось? — спросил Косматый.

— Мы шагаем, шагаем, но все равно остаемся на месте. А теперь, когда мы остановились, мы и вовсе движемся назад. Посмотрите на тот камень!

Лоскутушка поглядела себе под ноги и сказала:

— Желтые кирпичи стоят на месте.

— Зато дорога движется, — возразил Оджо.

— Верно, — согласился Косматый. — Она на такое способна, но я задумался и забыл, где мы сейчас.

— Она отправит нас туда, откуда мы начали путь! — взволнованно воскликнул Оджо.

— Нет, — возразил Косматый. — Я знаю, как справиться с дорогой. Я бывал в этих краях. Повернитесь и идите назад.

— И что толку? — недоверчиво спросил Стеклянный Кот.

— Делайте, как я сказал, и все поймете, — отозвался Косматый.

Путники развернулись и зашагали в обратном направлении. Вскоре Оджо заметил, что они оставили позади то дерево, что привлекло его внимание.

— И долго нам так шагать? — спросила Лоскутушка, которая то и дело спотыкалась, падала и первая же смеялась над своими неудачами.

— Еще немного, — уверил ее Косматый.

Через несколько минут он велел отряду развернуться и идти вперед. Они послушались и почувствовали, что ступают по твердой земле.

— Дело сделано, — провозгласил Косматый. — Немножко надоедает идти задом наперед, но что поделаешь. Только так можно преодолеть эту часть пути. Тут дорога начинает фокусничать и тащит назад того, кто на нее ступает.

С удвоенной энергией они зашагали по желтым кирпичам, и вскоре дорога привела их к небольшому холму. Теперь по обе ее стороны поднимались почти отвесные склоны. Они шли, болтая как ни в чем не бывало, но вдруг Косматый схватил одной рукой Оджо, другой Лоскутушку и крикнул:

— Стойте!

— Что случилось? — удивился Стеклянный Кот.

— Глядите! — сказал Косматый, указывая пальцем вперед.

Посредине дороги лежал неподвижно какой-то предмет, весь покрытый острыми и длинными, как стрелы, иголками. Туловище создания напоминало бочонок, но длинные иголки делали его раза в четыре больше.

— Ну и что? — спросила Лоскутушка.

— А то, что это Чиз, который хозяйничает в этих местах.

— Чиз? Кто он такой?

— По-моему, просто дикобраз-переросток, но в Стране Оз его считают злым духом. Он отличается от обычного дикобраза тем, что умеет стрелять иголками. В этом-то и состоит его опасность. Если мы подойдем ближе, он даст иголочный залп и может нас сильно поранить.

— Тогда зачем нам подходить близко? — удивилась Лоскутушка.

— А я его не боюсь, — сказал Вузи. — Этот Чиз, наверное, трусоват, и, если я издам свой страшный, жуткий рык, он испугается до потери сознания.

— Ты умеешь рычать? — спросил Косматый.

— Да, и это самое страшное, на что я способен, — сказал Вузи не без гордости. — Мой рык может посрамить землетрясение и выставить на посмешище гром. Если я как следует рявкну, этот ваш Чиз решит, что мир раскололся пополам и обломки стукнулись о солнце и луну. А потом он задаст стрекача.

— Ты нам окажешь большую услугу, — сказал Косматый. — Давай рычи!

— Но мой жуткий рык может испугать и вас, а если у вас неважно с сердцем, это может плохо кончиться.

— Так-то оно так, но придется рискнуть, — сказал Косматый. — Мы-то, по крайней мере, предупреждены, но Чиза твой рык застанет врасплох, и он струхнет.

Вузи, все еще колеблясь, сказал:

— Вы мне нравитесь, и я не хочу вас пугать.

— Рычи! — сказал Оджо.

— А вдруг вы оглохнете?

— Даже если такое случится, мы не обидимся на тебя.

— Ну ладно, — решительно произнес Вузи и сделал шаг вперед. Он оглянулся и спросил: — Вы готовы?

— Готовы! — хором отвечал отряд.

— Тогда заткните уши и возьмите себя в руки. Итак… — Вузи повернулся к Чизу, широко раскрыл рот и пискнул:

— Уи-и-и!

— Ты давай рычи, а не пищи, — велела Лоскутушка.

— Так я рычал! — удивленно отозвался Вузи.

— Это ты называешь рыком?! — воскликнула девушка.

— Это самый жуткий, страшный, невероятный рык, что когда-либо раздавался под этими небесами, на суше и на море! — запротестовал Вузи. — Как это вы так хорошо его выдержали? Неужели земля не затряслась у вас под ногами? Чиз, наверное, напугался до смерти.

Косматый весело расхохотался.

— Бедняга Вузи! — воскликнул он. — Твой рык не испугает и мухи!

Вузи был явно смущен и удивлен. Он опустил голову в печали и досаде, но вскоре сказал с новой уверенностью:

— Но мои глаза могут метать огонь. И неплохой огонь. Его хватило, чтобы поджечь забор.

— Верно, — подтвердила Лоскутушка. — Я видела это собственными глазами. Но твой душераздирающий рык похож на жужжание жука или на сопение Оджо, когда он спит.

— Может, я заблуждался насчет моего рыка… — кротко согласился Вузи. — Мне-то он казался страшным и грозным, но, похоже, это оттого, что он раздавался у самых моих ушей.

— Не беда, — утешительно заметил Оджо. — Ты зато умеешь метать огонь из глаз. Мало кто на такое способен.

Пока они стояли и думали, что предпринять, Чиз проснулся. И внезапно воздух почернел от стрел-иголок, полетевших в сторону отряда, — так их было много. Лоскутушка поняла, что они подошли слишком близко, и поспешила встать перед Оджо — и вовремя. В нее сразу вонзилось столько стрел, что она стала напоминать мишень в балаганах на ярмарках. Косматый упал ничком, чтобы избежать атаки, но одна стрела угодила ему в ногу. Что касается Стеклянного Кота, то стрелы отскакивали от него, не причиняя ему ни малейшего вреда, да и у Вузи шкура была слишком толстой, чтобы стрелы могли ее продырявить.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9