Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Трол Возрожденный (№2) - Воин Провидения

ModernLib.Net / Фэнтези / Басов Николай Владленович / Воин Провидения - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 2)
Автор: Басов Николай Владленович
Жанр: Фэнтези
Серия: Трол Возрожденный

 

 


– Исключено, – быстро проговорил Приам. – Я не верю…

Ох, подумал Трол, слишком давно, мастер Приам, ты был на войне. И потому легко веришь всему видимому, не замечая потаенного, и чрезмерно доверяешь тем, кто находится рядом с тобой. Вслух он произнес:

– Нет, Приам, сейчас ничто не может быть исключено. На пещеру явно кто-то навел. И скорее всего это проделали твои люди.

– Все мои люди проверены много раз! – Книжник нервничал, почти кричал.

Трол заговорил подчеркнуто равнодушным, отстраненным голосом:

– Давайте рассмотрим события. Нападение совершилось на тридцать первый день после твоего приезда.

– Отъезда?

– Нет, приезда. Я считаю, послание имперцам было выслано, когда вы еще находились у нас в пещере.

– Этого не может быть, – Приам выглядел очень уверенно, – магический сигнал я бы почувствовал… Да и защитные системы пещеры его бы не пропустили.

– Это что-то другое, не магия, – твердо сказал Трол.

– Откуда ты знаешь? – спросил Арбогаст.

– Я не знаю, а догадываюсь… Полагаю, фламинго могут пролетать под седоками в полном вооружении за день чуть больше тридцати миль. Это значит, отряд Такны стартовал из Кеоса. Если бы они атаковали нас из Дорании, которая находится на расстоянии полутора тысяч миль, мы бы успели уйти. Учитель хотел оставить пещеру через два дня… после того, как они напали. Нападение было неожиданным, он даже не успел вытащить боевые мечи, дрался учебными.

– Значит, Вандир и Мечелом остались в пещере? – быстро спросил Арбогаст.

– И деньги тоже. Но там сейчас поселилась стая волков; чтобы выручить мечи, нужно захватить неплохого мага, не перебивать же всю стаю.

Арбогаст кивнул, обернулся к Приаму:

– За парнем охотятся, его нужно поскорее отсюда сплавить. Как мы и хотели… Раньше, еще до…

И тогда Трол сказал то, что давно хотел произнести:

– Нет. – Он помолчал и пояснил: – Это не входит в мои планы. – Он замялся. – Вернее, я бы хотел, конечно, продолжить учение, но сейчас гораздо важнее выяснить, как имперцы посылают свои сигналы тем, кто может атаковать нас из глубины, с их территории. Если это не магия, это что-то другое, чего никто из нас не понимает. И я думаю, это следует выяснить.

Приам смотрел на него, прищурившись, как через плотные клубы дыма, и так, словно не узнавал.

– Трол, зачем это тебе?

– Они прилетели, убили единственного человека на свете, которого я любил и почитал… Ты считаешь, я должен теперь отойти в сторону и все забыть?

Арбогаст кивнул. Потом хлопнул тяжелой ладонью, привыкшей к рукояти меча или древку алебарды, по подлокотнику кресла.

– Неплохо сказано, парень. Есть только одна проблема – ты сам-то выдержишь?

Приам повернулся к командору Белого Ордена и спокойно, как он, должно быть, устраивал выволочки подчиненным, когда был еще младшим офицером, проговорил:

– Ты забываешься, Арбогаст. Он прошел лабиринт. Таким образом, ты говоришь с клейменым магистром Ордена. Подчеркиваю – магистром. Он старше тебя на три звания, да и мне, если разобраться, может приказывать как подчиненному.

В комнате стало на миг не очень хорошо. Тролу это не понравилось, даже эти тренированные и обученные войне люди были слишком эмоциональны, когда этого не требовалось. Поэтому он решительно произнес:

– Пока я плохо ориентируюсь и приказывать никому не буду. Но предлагаю разобраться во всем происходящем как можно быстрее.

Арбогаст, обветренные щеки которого покрыл быстрый румянец, кивнул, осознав тираду Приама, а потом с какой-то новой интонацией обратился к Тролу:

– Каков твой план?

Трол улыбнулся как можно спокойнее:

– Ловить их на меня как на живца.

– Рискованно, – быстро проговорил Приам. – К тому же это может быть очень долгим делом. Ведь инициатива принадлежит не нам…

– Ну и еще. Мне показалось, владетель Высокого Бора Гифрул – та самая ниточка, которая обязательно приведет нас куда-нибудь. – Трол замялся. – Может быть, туда, откуда они известили кого-то, что со мной справиться не удалось, что я выжил.

Глава 3

Трол и Арбогаст стояли в главном дворе Сеньории. Здесь было людно. И почти все, кто тут присутствовал, были довольно вычурно, на взгляд Трола, одеты. Хотя и он получал недоуменные взгляды в ответ, а некоторые девицы даже пофыркивали, выражая крайнюю степень непонимания, как этот мужлан и деревенщина оказался при дворе короля Зимногорья.

Приам, знающий обычаи местного чиновничества, ушел в терем, чтобы добиться аудиенции у кого-нибудь, кто сможет выслушать и «простить» Тролу сражение с людьми Гифрула. Как книжник сказал, сначала он попробует добраться до Переса из Мирама, придворного мага, с которым был, по его словам, дружен.

Тем временем Арбогаст попытался разрешить мучающую его дилемму. Помолчав, повздыхав, он наконец заговорил, поглядывая на Трола с явным неодобрением.

– Ты осознаешь, Трол, что месть… Если то, что ты задумал, является местью… Если является, значит, тебя плохо учили, маль… магистр Трол. Видишь ли, мести нет места на войне.

– Это не месть, это ответный ход, реакция на нападение, – проговорил Трол.

– Ты так думаешь?

– Думаю.

Арбогаст снова вздохнул:

– Хочешь, я пошлю кого-нибудь проверить пещеру? У меня тут десяток рыцарей и в два раза больше прочих солдат.

Он не очень хорошо понимает ситуацию, решил Трол. Он думает, что тут все спокойно, так, как это выглядит. Но то, как было спланировано и проведено нападение на пещеру и как вдогонку Гифрул принялся охотиться на Трола, свидетельствовало – это не так. Спокойствие и размеренность Кадота, мирный вид жителей и богатство рынков, патрули на улицах, стенах и башнях города, привычная работа в порту, на кораблях и на рыболовецких судах – все это лишь маскировка. А под этой видимостью покоя тлеет непонятная, опасная искра, которая в любой момент может взметнуться открытым пламенем заговора, восстания, может быть, даже войны.

Трол уже решился объяснить это мастеру Арбогасту, но во двор из дверей Главного чиновничьего управления Сеньории вышел Приам. За ним следовали два человека. Первый был в длинном халате, расшитом серебряной ниткой, какие обычно носят высокопоставленные маги и ученые. Он был очень высок, сутул, длиннобород и ходил с посохом, хотя уверенные движения выдавали в нем немалую силу. Второй был одет, как зажиточный горожанин, но без особенных признаков богатства, невысок, лыс, как хорошо полированный шлем, и гладко выбрит. Он беспричинно улыбался, но в глубине его больших темных глаз таилась печаль, которую Трол не взялся бы объяснить.

Когда эти трое людей подошли к Тролу с Арбогастом, первым заговорил лысый:

– Я придворный врач короля Малаха, и меня зовут Ибраил. Я пришел увидеть того, кто так долбанул Честного по голове, что ему, пожалуй, пару недель нельзя будет встать с постели.

– Визой считается лучшим мечником побережья, – пояснил Арбогаст Тролу. – Теперь у тебя есть определенная слава, маль… мастер Трол.

– И немалая, – поддержал его Приам.

– Побережья? – удивился тот, кто был в длиннополом халате, подходя ближе. – Молодой человек, – видимо, он обращался к Арбогасту, – не обольщайся. Визой является, а не считается, лучшим бойцом, а не просто мечником, и не зимногорского побережья, а всего Мартогена. И даже дальше, до границ Империи.

Лысый врач жизнерадостно кивнул.

– Мастер Перес говорит истинную правду. Три года назад в Кеосе Визой одолел одного за другим шесть лучших бойцов выбранным ими оружием. Кажется, они бились на малых мечах, на больших мечах без щитов, на копьях, на булавах, на тяжелых алебардах; и последний бой, как мне сказали, проводился голыми руками. Тем удивительней, что ты, Трол…

– Все, хватит об этом, – сурово пророкотал мастер Перес, – нам нужно спешить.

Они пошли, но не к тому крылу Сеньории, где помещались службы и приказы, а ко дворцу, причем, судя по всему, должны были проникнуть в него через главный, парадный вход.

– Куда мы идем? – спросил Арбогаст.

– Разве я не сказал? – вполне риторически удивился мастер Перес. – Я представлю вас королю.

– Вообще-то такое мелкое дело, как стычка на лесной дороге, может рассмотреть кто-нибудь и рангом помельче. Сантин, например, или Крохан… – заговорил Арбогаст.

– Стоило вам явиться сюда, как в замке поднялась кутерьма, – прервал его Перес. – Обычная, человеческая кутерьма, замешанная на любопытстве. Кроме того, с королем не спорят.

Ну, положим, в некоторых случаях спорить с королем вполне допустимо, подумал Трол. Например, когда он не видит опасности своему королевству, но озвучить эту глубокую идею не успел. К ним подскочили несколько провожатых. Ибраил сразу отстал, видимо, он не любил парадных шествий по дворцу, а потом они оказались в довольно большом зале, где толпилось почти три десятка самых разных людей. Но больше всего было женщин и мужчин, носивших невесомые, декоративные мечи, украшенные самоцветами и сканью.

К ним пробился сильно надушенный человек с бледным лицом, который шепотом, видимо, не умея говорить в полный голос, произнес:

– Король ждет вас, господа.

Дверь раскрылась, Перес, Приам, Трол и Арбогаст вошли в следующий зал, где находился король. Он сидел в большом кресле, установленном на приподнятой части пола, и о чем-то разговаривал с другим бледным человеком, точной копией того, кто приглашал посетителей из приемной. Одет король был в простой короткополый камзол, какой иногда носят приодевшиеся моряки и отставные лейтенанты, не выслужившие собственных имений и вынужденные доживать при своих господах-командирах.

– Ага, – проговорил король довольно приятным высоким голосом, – вот и вы. Ну, что же с тобой произошло, молодой человек?

Видимо, Трол здорово выделялся на фоне своих спутников, потому что король ни на минуту не засомневался, кому из посетителей следует задать этот вопрос. Трол быстро поклонился и принялся рассказывать, сокращая детали, да так, что в конце концов от его версии, которая, конечно, не являлась ложью, пришлось бы отказаться, находись Трол, например, под присягой. Но для присяги он заготовил другую, более подробную историю.

Вдруг дверь зала с грохотом, от которого оба белолицых помощника короля вздрогнули, распахнулась и в нее даже не вошел, а ворвался владетель Высокого Бора Гифрул. Еще не переступив порог помещения, он завопил:

– Не верьте, государь, ни одному слову этого проходимца!

– Почему же? – спокойно удивился король. – И почему так сразу – проходимца?

Спохватившись, Гифрул глубоко поклонился, но, когда он выпрямился, на его лице не осталось и тени желания быть вежливым или спокойным. Он был бледен, зол и очень, очень потен.

– Ты даже не знаешь, что он тут мне рассказал, – проговорил король.

– Не знаю, но в любом случае это ложь и еще раз ложь, – резко произнес Гифрул.

Трол шагнул вперед, но вдруг понял, что этим все погубит.

– А я думаю, лгать Трол не будет, – произнес Перес. – Ему это, как говорится, не с руки. К тому же, насколько я знаю, он из очень почтенного семейства…

– Семейства? Этот бродяга без роду и племени? – Гифрул опять орал, видимо, раз и навсегда разучившись говорить нормальным голосом. – Которого совершенно незаконно, рискуя жизнью короля, пустили сюда с мечом?

– Думаю, мне ничто не грозит, – произнес король, но Гифрул его не слушал. Он по-прежнему орал:

– Который оказался в Зимногорье неизвестно как и неизвестно с какими целями?

Тогда Пересу это надоело. Он сделал плавный, какой-то очень замедленный жест, и Гифрул вдруг умолк. Он даже поднял руку к горлу, видимо, не понимая, куда делся его голос. Впрочем, он и не пытался двигать губами, что-то высказывая, видимо, искусственная судорога лишила его не только голоса, но и двигательной активности лица. Трол знал, что иногда просвещенные в магии командиры делали так, чтобы солдаты в отряде соблюдали тишину.

– Ошибаешься, Высокоборский, – легко, словно ничего из ряда вон не происходило, произнес Перес. – Его отчим и мой друг, мастер Султунар, был старейшим жителем и подданным Зимногорья. Кстати, он отлично знал вашего батюшку, государь… – Перес сделал хорошо рассчитанный поклон королю. – После отставки, выслуженной в далеких землях, что и послужило причиной его прискорбной неизвестности, он удалился в глухие места нашего королевства исключительно из стремлений к простоте и покою. Но поручиться за него я могу, как за себя самого.

– За него или за этого юношу? – спросил король, продолжая мерить Трола испытующим взглядом.

– Разумеется, за Трола, поскольку он ни в чем не виноват. Как вы уже поняли, государь, – снова поклон, – имперцы убили моего друга, надеясь, вероятно, найти драгоценности или дорогое оружие, или в знак мести за неприятности, который Султунар причинил им во время службы.

– Мы говорим не о нападении кинозитов, – высказался король. По-видимому, его поставили в известность и об этом. – А о бессмысленной драке на дороге… В любом случае, юноша, один из поручителей у тебя уже есть. Кстати, Перес, не лишай своего оппонента голоса, это просто нечестно.

Перес снова как-то очень уж плавно повел рукой в воздухе, и владетель Высокого Бора снова заговорил, хотя его голос сделался странным, словно бы идущим из глубины груди, а не из горла. Но высказывался он весьма решительно:

– Надеюсь, государь, мои контраргументы против этого юного негодяя, как слова благородного человека, будут опровергнуты столь же благородными людьми?

– Высокоборский, слово моего дворцового мага, я думаю, может считаться поручительством благородного человека? – мирно спросил король.

А ведь ситуация не кажется ему напряженной, решил Трол. Не исключено, он даже получает от всего этого удовольствие.

– Второе поручительство могу дать я, – подал голос Приам.

– Он чужак, государь, его еще самого нужно проверять…

– Пожалуй, ты излишне строг, Гифрул. Но закон есть закон, мастер Приам. Действительно, твое поручительство я не могу принять. По упомянутым нашим оппонентом причинам.

«Нашим» прозвучало довольно решительно. Трол почти успокоился.

– Тогда я, верный рыцарь вашего величества, командор одного из отрядов Белого Ордена на землях вашего величества, подаю голос за честь этого юноши. Думаю, мое мнение устроит благородного владетеля Высокоборья.

Глаза короля Малаха блеснули.

– Вот это поручительство принимается. Хоть ты долго учился не в наших землях, сэр Арбогаст, чего стоит офицерская верность, если ее не принимать в таких вот ситуациях?

– Хочу надеяться, что третьего поручителя он тут не найдет! – уже не столько проорал, сколько провизжал Гифрул.

– Напротив! – Входная дверь зала, в которой были видны головы всех столпившихся в приемной людей, была широко распахнута. И в ней стоял… Визой Честный. Он был бледен, и Ибраилу приходилось поддерживать его под руку, но решимость его казалась вполне надежной. – Государь, несмотря на то что у меня вышло… неприятное столкновение с этим юношей, хочу подать в его пользу свой голос. Он защищался, а мы… Пожалуй, мы обошлись с ним немного невежливо. Вернее, сделали такую попытку… Но я свидетельствую, что он до конца пытался остановить драку, затеянную владетелем Гифрулом исключительно по недоразумению.

– Очень хорошо, Визой, – улыбнулся король, – что ты проявил свойственную тебе честность. Но плохо, что встал с постели. Ибраил, а ты куда смотришь?

– Я пытался его остановить, – проговорил врач, – но, даже раненный, он сильнее.

– Визой, ты сказал свое слово, справедливость восторжествовала, возвращайся под опеку лекаря. А с тобой, юноша, теперь все выглядит не так просто. Фактически я признал тебя своим подданным, следовательно, ты можешь требовать моей защиты по делу нападения на пещеру, в который жил с отчимом. Желаешь ли ты этой защиты?

Да, король Малах Зимногорский, безусловно, был осведомлен обо всем, что происходило в границах его государства.

– Нет, государь. Мне довольно того, что разрешилось дело с владетелем Высокого Бора. А с имперцами… я попробую справиться сам, когда с ними возникнет война.

– Неплохо сказано, – король даже кивнул, соглашаясь. – Но все же я прикажу провести небольшое расследование этого дела. Никогда не слышал, чтобы на наших землях имперцы действовали так нагло. А до того времени, как все разъяснится, – и король Малах сделал жест рукой, чем-то похожий на тот, которым Перес лишил Гифрула голоса, – поживи-ка у меня в Сеньории. На правах гостя, конечно.

– Государь, мой король!.. – казалось, владетеля Высокого Бора вот-вот хватит удар.

– Ну чего ты так расстраиваешься, Гифрул? Юноша, который сумел свалить Визоя, заслуживает, чтобы ему оказали гостеприимство. И хотя Зимногорье, хвала Кроссу, не обделено отличными мечниками, я бы хотел иметь такого воина на своей службе. Разве это не разумно? Поэтому, юноша… Кстати, где ты остановился в городе?

– В «Голосистом петухе», государь, – Трол снова поклонился, как кланялись все остальные, к кому обращался Малах, и лишь после этого вдруг понял, что этот жест получается у него не по-придворному, а по-бойцовски, едва ли не как вызов на поединок.

– Говорят, неплохая гостиница и клопов нет… И все равно я жду, что ты сегодня переберешься в Сеньорию. Перес, раз уж ты принял в этом мальчике такое участие, будь заботлив до конца, отдай от моего имени необходимые распоряжения.

В планы Трола это не входило. Поэтому он раскрыл рот и начал:

– Государь, я бы хотел…

Но король умел справляться не только с вежливыми посетителями, но и с неповиновением. Он резковато бросил:

– Это приказ, юноша.

И лишь потом, пытаясь выглядеть вежливым, улыбнулся, показав отличные, крепкие зубы. Им всем осталось только поклониться. Даже Гифрул это понял и больше не возражал.

Но король не был бы королем, если бы выставил после аудиенции этих враждебно настроенных людей одновременно, а потому он спокойно, не колеблясь ни мгновения, проговорил:

– Кстати, Гифрул, останься. Нам нужно кое о чем поговорить.

И Трол в окружении людей, с которыми он вошел в этот зал, вынужден был выйти. Он не знал, хорошо ли то, что его пригласили в Сеньорию. Но, может быть, это было в конечном итоге не так уж и плохо. Ведь дело могло обернуться и хуже. Куда хуже.

Глава 4

Они прошли через толпу придворных, как таран пробивает золоченые, но слабые ворота. Люди в прихожей откатывались от них, как от прокаженных. Или же их ожидало что-то, чего они пока не знали. Трол слегка насторожился, поправил перевязь с мечом и незаметно проверил, как выходит из ножен кинжал.

Едва в коридоре не осталось посторонних, Приам начал:

– Ты зря отказывался от такого покровительства, Трол. – Приам с некоторым недоверием посмотрел на мальчика. – Перес, хотя его и прозвали Хмурым, окажет тебе тут больше поддержки, чем в городе.

Это был бессмысленный разговор, но Трол уже набрал в легкие воздуха, чтобы ответить, как вмешался сам Перес Хмурый, широко шагая по коридору в своем расшитом серебром халате:

– Моя поддержка ему не нужна, в Зимногорье практически нет магии. – Он подумал и добавил: – Хвала Кроссу, более чистую страну в этом отношении трудно представить. А что касается военных навыков, то скорее мне впору прибегать к его покровительству, хотя богатырем он не выглядит. Они спустились по широкой лестнице, ни один из встреченных ими людей не поклонился, почти все делали вид, что не замечают их, отворачиваясь либо чересчур увлеченно разговаривая с собеседниками.

– Я думаю, дело не так просто, – отозвался Трол.

– А именно? – холодновато спросил Перес.

– В силу некоторых причин мне нужна довольно большая и уединенная комната. – Он решился и высказал просьбу до конца: – И мне нужно жить так, чтобы я мог контролировать единственный доступ к моим дверям.

– Ого, – хмыкнул Перес безрадостно, – запросы… Ты все это упоминал, когда договаривался с хозяйкой «Петуха»?

Трол оставил вежливость и очень быстро, на пару мгновений, попытался войти в сознание своих спутников… Но оказалось, что Перес был готов к таким вот попыткам проникновения либо носил какое-то охранное устройство, защищающее его. Правда, большинство таких устройств не позволяли самому носителю так же легко входить в сознание других людей, но Перес, возможно, умел обходить это неудобство. Зато с другими этот прием получился.

Так, Тролу показалось, что Приам действительно верит королевскому магу, хотя он и был чужеземцем, и даже появился при дворе не так давно, чтобы безоговорочно завоевать доверие по-настоящему осторожного человека. А может, причина этого заключалась как раз в том, что оба были чужеземцами. Это значило, что, оказавшись в сходных обстоятельствах, они инстинктивно стали оказывать друг другу поддержку, хотя положение в королевстве оба занимали неравное – первый маг королевства по своим возможностям и по власти в Сеньории стоял несравненно более высоко, чем самый замечательный и толковый книготорговец.

Но Приам знал о маге что-то такое, что делало его доверие более оправданным. И отраженным образом, через уверенность самого книжника, Трол догадался, что и маг располагал какими-то сведениями о Приаме, которые делали их отношения более тесными. К его удивлению, ему показалось, это каким-то образом касается Белого Ордена, но почему так получилось, насколько это было существенно – оставалось неясно. Вполне возможно, что этот отблеск мыслей об Ордене появился из-за шагающего рядом Арбогаста, который на самом деле оказался тем, кем и должен быть, – рубакой, солдатом и офицером, далеким от политики.

В общем, эту попытку Трол почти провалил: он ничего не выяснил, а случаем не воспользовался, потому что при повторении этого трюка даже Арбогаст мог бы догадаться, что Трол пытается сотворить. И тогда отношения между ними могли стать… гм, трудными. А что касается исполнения… Если бы этот прием Трола оценивал Учитель, он бы уж нашел слова, чтобы объяснить Тролу его полное неумение, его бестолковость, его самонадеянность. Впрочем, в сложившихся обстоятельствах Трол и сам мог найти эти слова.

Они вышли во двор Сеньории и остановились примерно в том же месте, где Трол и Арбогаст ждали приглашения, чтобы решить их дело.

– Есть у меня одна комната… – медленно проговорил Перес. – Вернее, даже зал. На верхушке старой сторожевой башни. Когда-то там помещался дозор, осматривающий город.

– А там не… – начал было Арбогаст своим глубоким красивым голосом.

– Да нет, там не опасно. Башня, конечно, ветхая, ее бы перестроить или даже снести, но нет ни денег, ни желания. – Перес повернулся к самой южной башенке, едва ли в половину высоты других башен Сеньории.

Трол нашел башню глазами. Она слегка покосилась или просела стороной, обращенной к внешней стене Сеньории. По ее кладке прошли трещины, несколько широких проемов для наблюдения полуобвалились, образовав настоящие дыры, которые заложили свежей кладкой, но не все – оставили для света пару, через которые легко мог бы пройти вол среднего размера. Значит, будет сыро, а по ночам ветер с моря способен будет задуть камин. Впрочем, там и нет камина, наверняка есть только жаровни с углями, которые нужно укрывать со всех сторон и даже сверху от дождя.

– Дыры можно завесить чем-нибудь плотным, – предложил Арбогаст. – Или закрыть деревянными щитами.

– Не нужно закрывать, – сказал Трол. – Не так уж они широки.

– Да, для человека, выросшего в пещере, – проговорил Перес, – это, должно быть, не страшно.

Трол на миг вспомнил пещеру – уютную, забранную шкурами и старыми коврами, с огромным жарким камином, полками для книг и оружия, с дверью, которую можно было задвигать так, чтобы она обеспечивала вентиляцию помещения и не пропускала ни одной снежинки… Он тряхнул головой.

– Где бы он ни жил раньше, зиму с такими дырами не выдержишь, – сказал Приам.

– До зимы я тут скорее всего… – начал Трол, но договорить не успел.

В замковый двор откуда-то сбоку, из проема, устроенного между чиновными зданиями, вывалилась толпа пестро и очень богато одетой молодежи. Впереди всех вышагивал юноша, на год или полтора старше Трола. У него были светлые волосы, светлая кожа и очень светлые глаза, по таким глазам даже трудно было прочитать настроение… Но не сейчас. Сейчас в них была уверенность человека, который привык, чтобы ему всегда и во всем подчинялись. И еще Трол без труда уловил в нем сходство с королем Малахом.

Юноша остановился перед группой, возглавляемой Пересом, и отвесил издевательски низкий, преувеличенно выразительный поклон. Рука его прошла на уровне колен, а острие меча, который он обнаженным держал на сгибе левой руки, блеснуло на солнце.

– Соблаговолит ли странствующий задира оказать честь принцу Зимногорья, чтобы скрестить с ним мечи?

– Кола, – медленно проговорил Перес, – я вынужден буду доложить королю. Государь только что признал Трола своим подданным…

– Тем лучше, – тут же отозвался принц и перехватил меч так, чтобы сомнений в его намерениях не осталось.

Трол измерил взглядом фигуру сверстника. Сразу было видно, он никогда не дрался на канате, никогда не прыгал выше чем на половину собственного роста и, разумеется, почти никогда не работал мечами со смещенным центром тяжести, чтобы научиться выявлять силу клинка, возникающую в динамике, при ударе или блоке.

Потом Трол обратил внимание на толпу, что окружила их. Он ошибся, тут были не одни только молодые люди, а находились и придворные в возрасте. Все ждали, как развернется ситуация. Все ждали… кроме одного. Это был уродливый невысокий юноша с выдающимся вперед лбом и тяжелыми, набрякшими веками невыразительных глаз. Он бился в истерике, на его губах выступила пена. Его удерживало четыре очень крепких парня, из которых лишь один был похож на лакея, а трое других были сынками дворян. В зубы истерику, чтобы он не кричал, был вставлен чей-то свернутый берет из плотной дорогой ткани. Но непонятный юноша все время пытался вырваться, чтобы защитить принца.

– Это Буж. – Оказывается, Кола проследил взгляд Трола. – Мой оберег. Он волнуется, когда мне угрожает серьезная опасность… Собственно, для того он и живет. Не понимаю, почему он так волнуется на этот раз?

– Полагаешь, он зря ест свой хлеб? – чуть насмешливо спросил Трол.

– Кола, не затевай ссоры, с которой не сумеешь совладать.

– Кто сказал? А, это ты, Арбогаст, твоя склонность сторожить Зимногорье, где ничего не происходит, всем известна.

В толпе юношей вспыхнули и тут же угасли смешки. Арбогаст не был бы воином, если бы не умел владеть собой. Но он замолчал. В дело вступил Перес:

– Этот юноша, Кола, разрубил Визоя, как слишком тонкую разделочную доску.

– Вот поэтому я и хочу ему доказать, что он ошибается, если думает, что тут нет настоящих мастеров. Как мне сказали, он обманом…

– Бой был честный, – ответил Трол. – Если честным можно назвать бой тридцати дружинников против одного.

– Вот поэтому я и не верю тебе, – вскричал Кола. – Такой бой никто не мог бы выиграть, а на тебе не осталось ни царапины.

– Он ранен, – осторожно проговорил Приам, – я сам видел его раны.

– До его ран мне пока нет дела, – хмыкнул Кола, – их нанес не я. – Он тут же нахмурился. – Ну, довольно болтовни! Защищайся, бродяга, либо я все равно проткну тебя.

– Ты немного не в себе, принц, – проговорил Трол, отходя от своих спутников, чтобы они не помешали ему. – Вероятно, тебя подзадорили на эту драку, вполне бессмысленную и, осмелюсь сказать, неравную.

С Бужем сделалось что-то невероятное. Он завыл, заорал, захрюкал одновременно. Теперь даже четверых человек было мало, к ним вынуждены были присоединиться еще трое, которые уже попытались поднять Бужа в воздух, чтобы было легче удерживать его.

– Ну, ты достанешь свой меч, мальчишка?! – заорал Кола.

– Бей, – очень спокойно ответил Трол. Он уже знал, что нужно делать.

Кола ударил, меч прошел в воздухе, потом принц ударил уже смелее, в грудь Трола. Но там, куда пришло острие, Возрожденного уже не было. Он мог бы поймать противника на этом выпаде, но решил подождать и действовать более уверенно.

Тогда Кола разозлился, он нанес несколько ударов, как ему казалось, совершенно неотразимых, но ни один из них не приблизился к Тролу ближе чем на треть фута. И тогда Кола прыгнул вперед, нанося самый короткий, как его учили, колющий выпад… Этот же выпад, только более быстрый и сильный, нанес Тролу и Визой. Его-то Трол и ждал.

Он увернулся, оказался сбоку от принца, перехватил его вооруженную руку, поддернул ее вбок и назад, чтобы противник довернулся и стал к нему спиной, перехватил ее левой, чтобы он не очень вырывался, вывернул кисть, и роскошный меч принца зазвенел по булыжникам замкового двора. Не давая принцу времени обрести опору, Трол поддернул его назад, окончательно лишая равновесия, а когда голова принца затылком уперлась ему в грудь, правым локтевым сгибом пережал яремные вены и шейный выступ трахеи, лишая противника крови, поступающей в мозг, и дыхания. Кола дернулся, раз-другой… Трол сделал еще один шаг назад, чтобы ноги принца проволочились по земле. И тогда Кола стал обмякать.

Трол посмотрел на Бужа. Тот успокоился, причем настолько, что державшие его юноши ослабили хватку, или они все засмотрелись на то, что происходило с принцем. Буж неуклюже бухнулся на землю, поднялся, все еще покрякивая, но уже не с негодованием, не со страхом и угрозой, а вполне раздраженно, поднялся и пошел куда-то назад, откуда вся эта толпа и выкатилась.

Принц обмяк совершенно, ноги его уже вытянулись без малейшего признака напряжения. Тогда Трол аккуратно положил его на камни, чтобы он не ударился при падении… Кто-то хлопнул в ладоши, кто-то сердито выкрикнул какие-то угрозы… Но это уже была не враждебная толпа, пожалуй, теперь она была склонна обсудить увиденное, как редкостный спектакль или выступление искусных жонглеров.

– И как мы теперь приведем его в чувство? – спросил Приам.

– Я позову Ибраила, – сказал Арбогаст и направился прямо на толпу благородных зевак.

– Арбогаст, останься, – приказал Перес. И пояснил: – Найдется кому сбегать за ним.

Арбогаст вернулся без малейших признаков недовольства. Посмотрел на Трола и, чуть улыбнувшись, попросил:

– Трол, будет время, покажешь, как ты привязал его к себе?

Трол кивнул, потому что ничего другого ему не оставалось. Перес на миг склонился над принцем, потом выпрямился и объявил во всеуслышание:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4