Надо ли России бояться Китая?

В далеком 1776 году на русский язык было переведено сочинение побывавшего в Китае шотландского врача Джона Белла, который в числе прочего рассуждал о возможности покорения Китая Россией: «Я знаю только одну нацию, которая может попытаться завоевать Китай, имея некоторые шансы на успех, это – Россия». С тех пор много воды утекло. Однако до сих пор проблема гипотетического вооруженного конфликта России и Китая будоражит умы европейцев. В последние годы нас достаточно пугали тем, что мир в условиях глобализации движется к созданию единого наднационального «мирового правительства», которое вероятнее всего будет расположено в Вашингтоне. Но есть на сей счет и другие, достаточно парадоксальные прогнозы. Например, председатель Совета директоров Фонда социально-правовых исследований (а в прошлом – руководитель Управления по борьбе с экономическими преступлениями по Санкт-Петербургу и Ленинградской области) Геннадий Сергеевич Водолеев полагает, что «мировое правительство» будет расположено не в Вашингтоне, а в Пекине. Европейцы, считает он, «не смогут в обозримом будущем консолидированно приступить к планомерной последовательной работе по обустройству мира на свой манер»[10]. Действительно, обороноспособность европейских держав при, казалось бы, высочайшем технологическом потенциале и весьма достойном уровне жизни многими ставится под сомнение. Как заметил один из героев Милана Кундеры, война в сегодняшней Европе стала «антропологически немыслимой. Европейцы уже не способны воевать»[11]. В то же время «китайский солдат и офицер обязан выполнить (и выполнит!) любой приказ. Солдаты и офицеры самой технически мощной армии мира – американской – на это не способны. Посему по состоянию воинского духа, способности к массовой жертвенности во имя победы азиатские армии подавляюще превосходят европейские и американскую».[12]

Европейцы и американцы начали глобализацию, стали ее идеологами и апологетами, но, по логике Геннадия Водолеева, именно глобализация станет для Европы «крестным путем», дорогой на историческую Голгофу, где белого человека будет распинать желтолицый.

Впрочем, на протяжении всего XX века разные философы и политики неоднократно говорили о том, что белый человек, европеец – уходящая натура. Его исторический век близится к закату.

Немецкий мыслитель-консерватор Освальд Шпенглер пророчил: «Западный человек не исчезнет, но его присутствие на планете рано или поздно перестанут замечать…» А французский поэт Поль Валери после Первой мировой войны задавался вопросом, «станет ли Европа тем, чем она действительно является, то есть малой оконечностью Азиатского материка?».

Словом, катастрофические для Европы и России сценарии имеются в избытке. Нам пророчат как минимум два вооруженных конфликта: во-первых, Китая с Индией и, во-вторых, Китая с Россией. Кажется, весь мир замер в тревожном ожидании, когда пронесется над нами тень Черного Дракона, затмевающая свет солнца.

Насколько реальны такие события?

Шаг за шагом мы достигнем великой цели! («Ибу ибудэ дэдао вэйдадэ муди!»)

Есть ощущение, что Китай, да и вся Восточная Азия, базирующаяся в основном на китайской культуре, знает что-то такое, что неведомо европейской цивилизации.

В. В. Попов. Три капельки воды: заметки некитаиста о Китае

Жители многих стран, представленных на современной политической карте мира, вполне могут считать, что Китай существовал всегда. Кажется, мир без Китая вообще невозможен. Поднебесная словно бы стоит на страже вечности.

Большинство западноевропейских государств ведет свою историю с начала первого тысячелетия нашей эры. Славянские государства, в том числе и Россия, образовались еще позже. Соединенным Штатам Америки – чуть больше трехсот лет… История Срединного же царства («Чжунго»), то есть нынешнего Китая, насчитывает почти пять тысяч лет! В Азии много древних государств, но лишь Индия и Иран могут составить конкуренцию китайской истории. А о появлении доисторических княжеств Японии мы и вовсе узнаем из знаменитого древнекитайского трактата «Троецарствие».

Пожалуй, Китай – единственная страна в мире, где древность непосредственно смыкается с современностью. Государства на иных территориях рождались и погибали, исчезая во тьме минувших столетий. На их месте появлялись новые. Так, например, сегодняшняя Италия очень мало напоминает цивилизацию Древнего Рима. В отличие от европейского прошлого история Китая не знает перерывов, она как бесконечная линия тянется из глубины тысячелетий и устремлена в будущее. Жители Поднебесной когда-то опережали другие народы, определяя сам вектор мирового прогресса. Они первыми дали человечеству бумагу, книгопечатание, порох, компас. 4800 лет непрерывной истории китайской письменности выглядят весомо в сравнении с тем фактом, что Европа чуть более тысячи лет назад принадлежала племенам варваров и почти утратила письменность. Китайская культура заложила мощный фундамент исторического опыта, включающего незыблемость народных традиций. Жители этой страны точно знают, что камни прошлого – это ступени на пути в будущее.

Китайский народ – единственный из живущих сегодня на Земле самостоятельно создал собственную государственность. Европейцы, к примеру, взяли за образец разрушенную Римскую цивилизацию, Россия во многом заимствовала государственность у Византии, США – у Великобритании. Даже современная Индия, и та воспользовалась испытанным британским опытом. У китайцев государство образовалось тогда, когда другие народы об этом еще и не помышляли. В силу этого китайцы исстари привыкли считать себя мировым центром, а на прочие народы взирать как на дикарей, от которых благоразумнее отгородиться Великой стеной.

До определенного периода развития истории такое положение было оправданным. Территория Китая, конечно, подвергалась нашествиям извне, однако большинство захватчиков рано или поздно ассимилировались в китайский этнос, буквально в нем растворясь. Страна, отгороженная от всего мира просторами морей, горными хребтами, мертвыми пустынями и рукотворной стеной, смогла сохранить свою идентичность и пронести ее сквозь века. Однако в дальнейшем эгоцентризм и изоляционизм китайцев привели их страну к гибельным последствиям. В середине XIX века поражение в «опиумных войнах» низвело Срединное государство к положению полуколонии. Англичане, французы, немцы, японцы распоряжались в китайских городах как у себя дома. Национальная гордость китайцев казалась сломленной.

Правители из последней императорской династии Цин, фактически потерявшие контроль над собственными землями, были сметены революционной бурей в начале XX века. Государственный суверенитет был утрачен, Юг и Север страны жили независимо друг от друга под властью местных властителей-милитаристов, располагавших собственными армиями. В 1920-1930-е годы предпринимались попытки воссоздать единое китайское государство, но японская оккупация значительной части Китая не позволила Китаю возродиться. К тому же страна пребывала в хаосе борьбы за власть, которая продолжалась почти 40 лет.

Лишь в конце 1940-х годов Коммунистической партии Китая (КПК) во главе с Мао Цзэдуном не без участия Советского Союза удалось воссоздать утраченную государственность. В день провозглашения Китайской Народной Республики, 1 октября 1949 года, Мао Цзэдун произнес: «Отныне китайский народ поднялся с колен и расправил плечи».

Первое десятилетие новое государство активно развивалось при широкой помощи Советского Союза. Фундаментом китайской индустриализации стали 156 новых предприятий черной металлургии, станкостроения, авто– и тракторостроения. При помощи советских специалистов создавались главные объекты транспортной инфраструктуры страны. Китайская армия и флот были оснащены самым мощным и современным советским оружием. При поддержке «Большого старшего брата» Пекин обзавелся основами для создания собственной атомной промышленности.

1960-1970-е годы в истории КНР стали периодом хаоса, внутренней смуты и агрессивности во внешней политике. Председатель Мао прекратил контакты с Советским Союзом и провозгласил политику «опоры на собственные силы». Неоправданные экономические эксперименты, «казарменный коммунизм», вооруженные конфликты на всех границах страны вновь повергли Китай в нищету. Китайский лидер решил получить деньги у стран Запада. В обмен на деньги и технологии он предложил им услуги Китая в борьбе с Советским Союзом. Крупная военная провокация у острова Даманский имела целью продемонстрировать готовность Китая бороться с Москвой. Сразу после конфликта эмиссары «мировой олигархии» потянулись с визитами в Пекин. С ними согласовывались вопросы выделения финансовой помощи Китаю. В страну пошли инвестиции и технологии, положившие начало «мировой фабрике» XXI века.

Смерть Мао Цзэдуна привела к войне за власть в руководстве Коммунистической партии Китая. Сложный период истории завершился в 1979 году приходом к власти Дэн Сяопина, который сумел показать необходимость кардинальных реформ в стране и провозгласил курс «четырех модернизаций». Поток денег с Запада способствовал успеху. Целью всеобъемлющей модернизации стало превращение отсталой страны в современное открытое государство. В самом начале движения по пути реформ новый лидер подчеркивал, что предстоит не только преобразовать плановую экономику в рыночную, но и модернизировать промышленность, сельское хозяйство, науку и оборону. КПК конкретизировала: «К середине XXI века в основном завершить модернизацию и превратить Китай в богатую, могучую, демократическую, цивилизованную социалистическую страну».

Дэн Сяопин наметил три стратегических рубежа реализации реформ. Первый – за 1980-е годы удвоить ВВП страны, поднять его с 250 до 500 долларов на душу населения. На втором этапе в 1990-е годы требовалось вновь удвоить ВВП и достичь показателя 1000 долларов на душу населения. На третьем этапе в XXI веке, к столетию КНР, увеличить ВВП еще в четыре раза – до 4 тысяч долларов при полуторамиллиардном населении.

Дэн Сяопин выдвинул знаменитый лозунг: «Неважно, какого цвета кошка – черного или белого, лишь бы она ловила мышей». Тем самым закрывался вопрос, означает ли создание рыночной экономики поворот от социализма к капитализму. Важен конкретный результат реформ. По мнению «мудрого старца Дэна», они имеют смысл лишь в том случае, если ведут к росту производства, повышают жизненный уровень народа и умножают совокупную мощь государства. В марте 1992 года на пленарном заседании Политбюро ЦК КПК Дэн Сяопин сказал: «Не стоит сковывать себя идеологическими и практическими абстрактными спорами о том, какое имя все это носит – социализм или капитализм». То есть, по мысли Дэн Сяопина, не стоит спорить о понятиях, необходимо отодвинуть идеологию на второй план и исходить из соображения блага собственной страны. Социалистические или капиталистические методы хозяйствования сами по себе ни хороши, ни плохи – все дело в конкретной практике их применения. Китайские иероглифы «сяо кан» означают «малое благополучие», или «малое процветание». Впервые это понятие было употреблено в литературном памятнике «Шицзин» («Книге песен»), объединяющем порядка трехсот народных текстов, созданных в XI—VI веках до н. э. и впоследствии отредактированных Конфуцием. Это древнее понятие обрело новую жизнь при Дэн Сяопине. Выражение «сяо кан», вернувшееся в массовый обиход, стало обозначать государственный курс на формирование в Китае «среднего класса».[13]

Идет Китай – земля трясется

Великая Китайская стена – значительней марсианских каналов. Она – воплощение китайского глобализма, чудо имперской геополитики, венец организационных усилий, на которые способен народ, мыслящий категориями континентов.

Александр Проханов

Разговор о китайской экономике хотелось бы начать с примечательного исторического факта: первые в истории человечества бумажные деньги появились именно в Поднебесной. Это хороший контраргумент в споре о том, насколько «отстали» китайцы от европейцев в освоении рыночных механизмов.

В 2009 году ВВП КНР достиг 4,9 триллиона долларов – 3546 долларов на человека. Реально достигнутый результат относится к году 60-летия Китайской Народной Республики. У народов Дальнего Востока 60-летие принято считать самым знаменательным юбилеем. Полностью пройдя календарный цикл из двенадцати зодиакальных животных и пяти стихий, человек как бы начинает следующую жизнь. Шестьдесят лет можно считать столь же рубежным событием в истории государства.

Примечания

1

Леонард М. О чем думают в Китае? М, 2009. С. 18

2

Попов В. В. Три капельки воды: заметки некитаиста о Китае. М, 2001. С. 20.

3

Почему в Китае нет олигархов? // Российская газета. 2006. 15 июня.

4

Ждать ли конца света в 2012 году? // Комсомольская правда. 2007. 4 мая.

5

Романов П. Обама и Горбачев// http://www.rian.ru/authors/20090720/177932547.html

6

Леонард М. О чем думают в Китае? С. 19

7

Сорос Дж. Всегда играю по правилам! // http://www.inosmi.ru/world/20081219/246199.html

8

Война Индии и Китая неизбежна, она произойдет в 2012 году // www.inopressa.ru/corriere/2009/07/29/13:07:00/india

9

Война между Россией и Китаем в 2012 году // http://www.luberblog.ru/post91463265

10

Водолеев Г. С. Мировое правительство грядет в составе ЦК КПК // Вестник политической психологии. 2001. № 1. С. 31.

11

КундераМ. Бессмертие. СПб., 2002. С.135

12

Там же.

13

Лукьянов А., Переломов Л. Из истории идеологемы «сяо кан» // Проблемы Дальнего Востока. 2003. № 3. С. 34.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.