Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Легион Пространства (№4) - На задворках Вселенной

ModernLib.Net / Научная фантастика / Уильямсон Джек / На задворках Вселенной - Чтение (стр. 1)
Автор: Уильямсон Джек
Жанр: Научная фантастика
Серия: Легион Пространства

 

 


Джек Уильямсон

На задворках Вселенной

КРАЙ СВЕТА

Край Света — точка в пространстве в пяти черных световых годах от базы Легиона и в шестидесяти световых годах от звезды по имени Солнце. Помечена эта точка лазерным бакеном и ничем больше. Раз в год прибывает корабль, когда может пройти Аномалию. Последний корабль Легиона не пришел, и половина нашего персонала не дождалась смены. Это были ветераны, завербовавшиеся в надежде насладиться одиночеством, тайнами и опасностями. Здесь всего было в избытке, однако они очень скоро поняли, что все же просчитались.

Припасы пришли позже на частном фрахтере «Эревон», невзрачном, но мощном гравитационном флайере, который выглядел потрепанным ветераном незаконных экспедиций. Капитаном его был коренастый неуклюжий человек с твердым взглядом, не особенно разговорчивый, из тех штатских, которым, похоже, только и остается держаться таких богом забытых мест, как Край Света.

Вместо мужчин и женщин, необходимых для пополнения нашего поредевшего экипажа, корабль доставил только двух пассажиров — старого солдата и девушку. Вместе с ними пришла весьма загадочная история. История, или та часть ее, в которую я был посвящен, была рассказана мне капитаном Скаббардом, когда он появился на станции с запечатанным пакетом приказов от базы нашего сектора.

По его словам, старый солдат и девушка появились на флайере в дикой спешке; при них был странный груз. Вместе с ним пришли неприятности. Капитан Скаббард признавал, что астронавты у него не лучшего класса. Они не привыкли к дисциплине, и он подозревал, что некоторые из них скрашивали томительное путешествие к Краю Света с помощью контрабандных наркотиков. Они издевались над старым солдатом и пытались принудить девушку заниматься с ними любовью. Капитан сказал, что они привыкли иметь дело с уступчивыми вольнонаемными, и гордость девушки их только воспламенила. Даже помощник капитана вступил в игру. Во время его вахты они напоили солдата, заперли его в трюме и набросились на девушку в её каюте.

Капитан Скаббард был смущен, рассказывая, чем это кончилось. С помощью какого-то неизвестного приема или оружия девушка вырубила двух насильников. Остальные еще больше разъярились. Она стала звать на помощь солдата. Солдат, менее пьяный, чем это казалось, открыл замок и вступил в драку. Хотя он был безоружен, он и девушка уложили пятерых астронавтов. Двое ускользнули из каюты, остальные трое, по мнению капитана, были убиты.

— Но мы не смогли найти трупов. — Глаза его с тревогой уставились на люк шлюза, за которым его пассажиры дожидались разрешения перейти на станцию. — Не знаю даже, что и делать. Солдат попросту предложил мне забыть об этом инциденте, однако помощник и двое рядовых исчезли, и мы не можем найти их тел.

Вы даже не предполагаете, наверное, как трудно избавиться от трупа в закупоренном космическом корабле. Это не просто трудно, это невозможно. В жизни я повидал много занятных вещей, но никогда не видел ничего подобного.

Поблагодарив капитана Скаббарда и сказав, что расспрошу пассажиров, прежде чем пущу их на станцию, я понял, что он их боится. Я понял, что он хочет, чтобы они как можно скорее покинули его корабль, однако я стоял на своем. Хлопот у нас и без того хватало. Край Света на плохом счету у Легиона, и небеспричинно. Работа на станции скучна и опасна. Треть нашего экипажа сменяется ежегодно, но остальные остаются на этом затерянном в пространстве астероиде. Иной распорядок может стоить нам жизни всего экипажа. Начальник станции, не выдержав нервного напряжения, совершил необычное самоубийство, умчавшись на спасательной ракете в самый центр пространства, называемого Край Света. После его смерти мне пришлось взять на себя руководство, хотя назначение только сейчас пришло с пакетом капитана Скаббарда. Я был очень молод, очень щепетильно относился к своим обязанностям. С шестьюдесятью сотрудниками и двумя вольнонаемными я противостоял опасности, которой никто из нас не понимал. Достаточно пожилые, чтобы быть циниками, большинство моих людей не сомневалось, что Легион забыл о Крае Света. Они были жестоко разочарованы, узнав, что «Эревон» не привез нам пополнения, а также смены тем, кто уже давно отслужил свой срок. Я готовился к неприятностям, но не нарывался на них.

— У вас контракт с Легионом, — напомнил я капитану Скаббарду. — Это означает, что вы обязаны исполнять мои приказы. Край Света — не место для туристов, и мне не нужны проблемы вроде тех, о которых вы мне сообщили. Ваши туристы должны убедить меня, что их привело сюда не праздное любопытство.

Он мрачно согласился. Когда он позвал их в шлюз станции, первое, что бросилось в глаза, — поразительная неряшливость старого солдата. Кроме формы, на нем был желтый цивильный свитер и бесформенные штаны. Одна штанина была заправлена в голенище башмака, другая выпростана. Он был низок, толст, и в рассказ капитана Скаббарда было трудно поверить. Тем не менее, он с такой уверенностью пошел вразвалку через огромный стальной люк, словно готов был принять командование станцией.

За ним шла медсестра в белой одежде. Красивая бронзовоглазая девушка. Казалось странным, как она могла очутиться в такой дали от мест, освоенных землянами. Сержант, стоявший рядом со мной, восхищенно вздохнул. У меня тоже участилось сердцебиение, однако тут я увидел её перстень. Это было тусклое платиновое кольцо с черным камнем в виде черепа. В череп с большим искусством были врезаны яркие рубиновые глаза, светившиеся словно угли в жаровне. Страшная мертвая голова шокировала меня. Я не мог не ощутить мощной гипнотической силы, исходящей от нее.

— Капитан Ульмар? — Забыв отдать честь, старый солдат остановился и уставился на меня. Глаза его были как два морских камешка. — Капитан Ларс Ульмар, вы хотели поговорить с нами?

— Да, если вы хотите оказаться на борту станции.

— А зачем еще, по-вашему, мы пролетели сорок миллиардов миль на ужасной лохани Скаббарда? — Лицо его было круглое, мягкое, как у ребенка, и он краснел как рассерженное дитя. — Мы ожидали более теплого приветствия. Я Жиль Хабибула. Капрал Жиль Хабибула. Это сестра Лилит Адамс. — Он кивнул в сторону девушки. — Мы прибыли сюда как гости жалкого Легиона. Вам был отослан приказ об обеспечении нас довольствием и помещениями для жилья.

— Я не получал подобных приказов.

— Вам должны были сообщить о нашем визите по каналам Легиона. — Раздраженный голос был насморочным и тонким и странным образом действовал на нервы. — Еще год назад.

— Корабль, который должен был прибыть в прошлом году, исчез.

— Нам об этом хорошо известно. — Он скривился. — Мы целый месяц гостили в жалкой штаб-квартире вашего сектора, дожидаясь, когда эта стоеросовая дубина доставит нас сюда на «Эревоне». Нас предупредили, что приказ пропал вместе с кораблем. Совсем недавно командор Стар отправил вам дубликат приказа.

— Командор Стар?

— Кен Стар, командир разведывательного корабля Легиона «Искатель Квазара». — В голосе его звучало негодование. — Корабль стартовал с базы перед тем, как мы добрались до базы сектора. Видимо, он оставил приказы там.

— Командор Стар не прибыл сюда. — Мое первоначальное удивление сменилось недоверием и раздражением. — Его не было здесь уже много лет. Я встречал его имя в журналах станции. Он был первым офицером за много лет до того, как я прибыл сюда. Я никогда его не видел.

— О, драгоценная жизнь! — Глаза цвета грязи вопросительно уставились на девушку. — Боюсь, бедный Кен попал в смертельную передрягу. — Он наклонился вперед, словно собирался пройти мимо меня. — Ну что же, капитан, думаю, вам надо удовольствоваться моим словом.

— Остановитесь, солдат! — История становилась все более загадочной. Никакой разведывательный корабль здесь не ожидался. Рассказ старого солдата о потерянных приказах — явная липа. Кроме того, неряшливая одежда, раздражение в голосе — все это возбудило во мне подозрения. — Если вы действительно солдат. Вы что, забыли о чести Легиона и дисциплине?

— Вы правы, капитан. — Он остановился. — Чуть ли не целый век я отдавал честь тем офицерам Легиона, которые этого заслуживали. Я с удовольствием отдавал честь командору Каламу, Адмиралу-Генералу Самду и великому Джону Стару. Но вам я чести не отдам. — Он заморгал, глядя на меня.

— Жиль, — впервые заговорила девушка. Голос её был таким же красивым, как и лицо, и неодобрительным. — Не будь дураком.

— Я не потерплю неуважения, сэр, — сказал старик. — Если бы вы прочитали приказ, вы бы поняли, что такого обращения я не заслуживаю. Мы — особые гости Легиона, гражданские гости.

— Станция у Края Света выполняет определенные задачи. — Я говорил более раздраженно, чем удивленно. — Первая наша задача — просто предупреждать корабли о том, что здесь, в космосе, существует опасная и таинственная Аномалия. Вторая — брать на заметку и сообщать о каждом факте о природе и причинах возникновения этой Аномалии, который нам станет известен. Мы отнюдь не обязаны принимать гражданских гостей.

— Капитан, прошу вас! — Девушка шагнула вперед. — Я уверена, командор Стар скоро появится с подтверждением приказа. Вы должны оставить нас на станции до его появления.

Я помолчал. Что-то в этой девушке меня смущало. Жить бы ей где-нибудь во дворце, вроде Пурпурного Холла, среди старых полотен, слоновой кости и гениальных творений человеческих рук. Она выглядела слишком жизнелюбивой для этого мрачного, далекого Края Света.

— Вам придется ответить на несколько вопросов, — сказал я. — Капитан Скаббард вкратце сообщил мне об инциденте на «Эревоне». Он сказал, что вы убили троих сильных астронавтов. Он не знает, куда могли исчезнуть их трупы.

Глаза старого Хабибулы опустились. Девушка слегка напряглась.

— Что случилось? — повторил я. — Что произошло с этими людьми?

— С этими пиратами, — поправил Жиль Хабибула. — Они получили то, что заслужили.

— Возможно, — согласился я. — Однако я отвечаю за безопасность станции. Я должен знать в точности, как именно они это получили. Сестра Адамс, что скажете вы?

— Это было ужасно. — Она горделиво подняла голову. — Я не могу об этом говорить.

Отчаяние, прозвучавшее в её голосе, тронуло меня, но я был достаточно молод, чтобы не забывать о своих обязанностях. Я взглянул на старого Хабибулу.

— Вам следует рассказать об этом, — сказал я, — если вы хотите попасть на станцию.

Молчание.

— В таком случае, я считаю, что разговор окончен.

Я повернулся, чтобы уйти.

— Погодите, — гневно засопел Хабибула. — Хоть мы и гражданские, однако мы не какие-нибудь бесправные существа. Зеленый Холл гарантирует нам человеческие свободы. Вы ничего не можете поставить нам в вину.

— Действительно, — согласился я. — Но я не имею права пускать подозрительных на станцию.

— Подозрительных! — Он поперхнулся от гнева. — Капитан, вы что, не знаете историю драгоценного Легиона? Вы что, не слышали о бедном старом Жиле Хабибуле, который воевал против коварных медузиан, невидимых кометчиков и ужасного человеческого монстра, который называл себя Василиском?

— Даже если я знаю, что тогда? — Я вспомнил кое-что из лекций по истории Земли, которые нам читали в Академии Легиона, и быстро произвел в уме подсчеты. — Не говорите мне, что вы — Жиль Хабибула. Он уже давно умер.

— Я умер? — задохнулся он. — Знает жизнь, я смертельно стар и вынужден вести войну, чтобы спасти свою драгоценную жизнь! — Он печально покачал розовой безволосой детской головой. — Возможно, это правда, что на моем прошлом лежит пятнышко. Когда-то мне приходилось взламывать замки, чтобы добыть себе на пропитание. Однако я все искупил, связав свою судьбу с Легионом, искупил своими драгоценными потом, кровью и мозгами!

Он замолчал, чтобы глотнуть воздуха. Тусклые глаза с упреком уставились на меня.

— Когда сюда прилетит Кен Стар, он расскажет, кто мы, — засопел он. — Кен Стар подтвердит, что мы — не какие-нибудь жалкие злоумышленники.

— Пожалуйста, капитан. — В голосе девушки тоже чувствовалось раздражение. Я взглянул на нее. При виде этой красоты в горле у меня возник комок, а воображение невероятно разыгралось.

— Командор Стар — наш друг! Я знаю, скоро он прибудет сюда и подтвердит, что мы никакие не преступники, а сюда прибыли вполне законным путем.

Бронзовые глаза были большими и теплыми, и наполненными слезами.

— Капитан, вы не должны отправлять нас обратно на корабле гангстера Скаббарда. — Дрожь в её голосе смутила меня. — По крайней мере, вы должны позволить Жилю рассказать, почему мы здесь оказались. Вы позволите, капитан?

Стараясь подавить несвойственные солдату чувства, я медленно приблизился к ним. Я чувствовал нарастающее любопытство. Я знал, что Жиль Хабибула дерзит, но не мог понять, почему. По-прежнему я был убежден, что не желаю видеть их на станции, но все же девушка зажгла в моей душе уголек.

— Ладно. — Я холодно повернулся к старому Хабибуле. — Почему вы оказались здесь?

— Потому что я люблю машины.

СЕВЕРНЕЕ КРАЯ СВЕТА

Старый солдат двинулся ко мне навстречу. Осторожная плавная походка при низкой гравитации убедила меня в том, что он — бывалый астронавт. Бледные глаза озирали блестящие стальные люки, ласкали полированные поршни, пересчитывали мигающие лампочки внутреннего монитора.

— Какие машины! — Гундосый волос звучал с оттенком счастья. — Какие восхитительные машины! — Он улыбнулся девушке. — Такие машины — счастье моей жизни.

Я тоже любил красивые машины. Я провел несколько лет, надраивая огромное количество станционных механизмов и налаживая их. В эту секунду Жиль Хабибула мне нравился. Я постарался, чтобы голос мой звучал хмуро:

— Это не музей машин. Если у вас есть причина для посещения станции, в чем она заключается?

— Мы задумали провести эксперимент. — Рыбьи глаза смотрели то на меня, то на девушку. — Смертельно важный эксперимент. Хотя я и говорил, что нахожусь в отставке, Легион в срочном порядке попросил меня об очередной услуге. Врачи Легиона по самое горло накачали меня лекарствами, чтобы я выполнил последнее в жизни поручение.

Наконец-то мы сдвинулись с места!

— Что это за поручение?

— Вы знаете, я очень стар. — Детская голова печально качнулась. — Я чувствую приближение страшной смерти — какая жалкая награда за все опасности, которым я подвергался, защищая драгоценную человеческую расу! Однако я все же не утратил духа Легиона. Я добровольно предложил отдать свои последние годы этому небывалому отчаянному эксперименту.

— Вот как?

— Лилит Адамс — моя сестра-сиделка. — Он ласково посмотрел на нее и улыбнулся. — Я — морская свинка для испытания новой сыворотки, которую создали в Легионе. Результат её воздействия неизвестен, потому что никогда раньше она не проверялась. Я чувствую, что проверка закончится моей смертью.

Он поежился и вздрогнул.

— Вот почему я прибыл на Край Света, — засопел он, — чтобы провести эти последние страшные годы среди любимых машин. Чтобы погибнуть здесь, быть может, — драгоценная жертва славе Легиона и будущему человечества.

— Для чего предназначена сыворотка?

— Возраст! Предполагается, что она даст мне иммунитет от кумулятивного биохимического старения. Мы будем жить здесь, пока не обнаружим, что она действует так, как это говорили врачи. В таком случае меня ждет бессмертие. Это очень рискованная игра.

— Вы что, хотите жить вечно?

— Я делаю для этого все, что от меня зависит, сэр! — Он сумрачно взглянул на меня. — Я — ветеран Легиона и не забыл наших величественных традиций. Я решил отдаться этому отчаянному эксперименту, не боясь самой смерти. Пусть даже мне придется участвовать в нем тысячу жалких лет!

Секунду я стоял молча, восхищаясь этим блефом. Лилит Адамс мрачно взглянула на него и серьезно — на меня. Я готов был улыбнуться, однако на её красивом лице не было и тени юмора.

— Боюсь, что вы избрали не самое удачное место для этого. Никакая мифическая сыворотка не защитит вас от тех случайностей, которыми знаменит Край Света. Я выполню приказ, разумеется, если командор Стар привезет его подтверждение до того, как отчалит «Эревон». Но вы и сами увидите, что станция — не богадельня. Среди нас нет человека, который не отдал бы месячного жалованья за полчаса солнца, ветра, моря и воды на Земле. Почему бы вам не проверить эту сыворотку там?

— Я слишком устал от Земли, — покачал он розовой головой. — Хватит с меня людей. Надоело. Они кричат, толпятся, врут, скандалят, убивают, воняют. Именно поэтому я и прилетел сюда.

— На свете много новых планет, — настаивал я, — если вам действительно не нравится Земля. Это девственные миры, где вы могли бы жить на лоне природы. Моря, по которым не плавали люди, равнины, не знающие первопроходцев, существа, не видящие охотников, горы, не покоренные никем. Когда Край Света слишком действует мне на нервы, я мечтаю об этих мирах…

— Я видел новые планеты, — заморгал старик. — Хватит с меня дикой природы, которую я встретил на страшной планете Убегающей Звезды. Чудища в небе, чудища в море, чудища на земле — сплошная смерть с каждым глотком воздуха! — Он скривился и посмотрел на меня.

— Я ищу свои утраченные годы. Если я найду их здесь с помощью драгоценной Лилит, я буду должен компьютерам, которые разработали новую сыворотку, автоматическим фабрикам, которые изготовили ее, и ничего не буду должен природе. Естественная смерть убила бы меня много лет назад. — Он вздохнул. — Я не верю природе, я не верю людям. — Глаза цвета глины затуманились. — Посмотрите на эту жуткую тайну природы, которую вы зовете Краем Света, взгляните на капитана Скаббарда — страшная природа, страшные люди. Позвольте мне заниматься машинами. Это все, что мне нужно.

Машины я понимаю. Возьмем природу. Это природное явление — пространство, называемое Краем Света, насколько я узнал от жалких людей, — это страшная загадка, которую не смогли разгадать лучшие умы Легиона, хотя пытались сделать это много лет назад. Возьмем людей. Я видел, как драгоценная невинность Лилит Адамс пробуждала зло в худших и лучших из людей. Возьмите природу и людей, а мне оставьте машины.

Он прислонился розовой головой к гладкой поверхности монитора.

— Я их люблю, я им доверяю. Я знаю, как они работают, и я умею чинить их. Я люблю машины, потому что они существуют для того, чтобы работать на человека. Предоставленная самой себе, природа всегда убивает, если только наш хитроумный друг-приятель человек не ухитряется укрыться от смерти. Однако, я думаю, машины способны спасти мою бедную старую жизнь при помощи драгоценной сыворотки Лилит.

Глядя на них, я покачал головой. Я по-прежнему ничего не понимал. Хотя старый Хабибула меня позабавил, я не мог поверить в его историю. Розовое сияние его кожи и рассказ о драке на «Эревоне» выглядели явно противоречием.

И все же он выглядел слишком умным, слишком смелым, слишком красноречивым. Я не мог поверить, что нормальный человек способен ненавидеть свое естественное окружение так, как утверждал он, или до такой степени любить машины. Конечно, я не мог поверить, что ветеран Легиона в здравом уме и трезвой памяти способен удалиться на Край Света. Еще больше меня смущала Лилит Адамс. Хотя медсестры бывают красивы, иногда среди них встречаются и девственницы, я никогда не встречал медсестру, или вообще девушку, которая выглядела бы такой восхитительной, такой нетронутой и неприкосновенной, которая излучала бы такую привычку к полному повиновению окружающих. Я не мог справиться с мыслью, что она куда красивее любой машины. И все же, как и капитан Скаббард, я боялся ее. Я взглянул на Жиля Хабибулу.

— И все же, если вы не любите природу, зачем вы прибыли на Край Света, ведь он, вероятно, самая великая природная опасность во вселенной?

— Потому что я люблю машины, — занудно повторил он. — Если здесь и существует какая-нибудь смертельная угроза, жалкая природа нам ничем не поможет. Люди нас не защитят. Но драгоценные машины — единственные наши друзья. Я не знаю лучшей машины, чем эта станция, предназначенная для того, чтобы мы жили в тепле и уюте среди космоса, в миллиардах миль от человеческих толп, непогоды и грязи.

Зажужжал зуммер телефона. Меня вызвал вахтенный офицер. Капитан Скаббард закончил погрузку за исключением багажа двух пассажиров. Торопясь убраться с Края Света, он требовал полетных распоряжений. Одну из наших вольнонаемных и троих членов экипажа я мог отпустить и разрешил им лететь на «Эревоне». Магнитометры указывали на новую магнитную аномалию вокруг скалы возле центра Края Света. К тому же десятки других проблем тревожили мое внимание, и мне хотелось прекратить беседу.

— Прошу прощения.

Когда я увидел отчаяние на прекрасном лице девушки, я почувствовал сожаление, но заставил себя говорить твердым голосом.

— Я отвечаю за безопасность станции, — сказал я. — Вы не смогли объяснить, что произошло с астронавтами из команды «Эревона». Вы не смогли объяснить причину вашего прибытия на станцию. Вы не показали мне никаких документов. Я не могу пропустить вас на борт.

Старый Хабибула налился кровью и что-то забормотал. В глазах Лилит была угроза.

— Капитан Ульмар, — спросила она вдруг. — Почему вы здесь?

Мне не хотелось говорить ей об этом. Я знал, что не хочу этого говорить. И все же что-то в её пронзительных глазах заставило меня выложить правду.

— Причина в моем имени, — запинаясь, стал рассказывать я.

— Ларс Ульмар — не то имя, с которым можно сделать карьеру в Легионе. Когда-то это была великая фамилия. Ее сделали великой поколения космических пионеров. Однако злые люди опорочили ее. Я добровольно попросил назначения на Край Света, потому что хочу доказать, что я лучше, чем моя фамилия.

Пронизывающие глаза были безжалостными.

— Так вы родственник командору Кену Стару?

— Дальний. Он младший сын командора Джона Стара. Джон Стар раньше был Ульмаром, но затем Зеленый Холл наградил его за героизм лучшей фамилией. Однако я никогда не встречал командора Кена Стара, и у меня нет причин ожидать его здесь.

— Клянусь драгоценной жизнью! — вскричал Жиль Хабибула. — Мы только что сказали, что он в пути.

— Я принадлежу к другой ветви родового дерева, — сказал я, не обратив на слова старика внимания. — Мы внесли собственный вклад в покорение пространства, но великими никогда не были и никогда никого не предавали. Мы никогда не разделяли славу Пурпурного Холла, однако не смогли избежать его позора.

— Возможно, — сказала девушка.

Я помолчал, в душе надеясь, что она предоставит мне повод позволить им остаться. Казалось, она собирается заговорить, но она промолчала, вздохнула и отвернулась. Я оставил их в шлюзе. Старик поскуливал, как домашнее животное, которому дали взбучку. Капитан Скаббард разозлился, когда я сказал, что ему придется везти пассажиров назад, однако не стал спорить. Наши приборы показывали новое нарушение стабильности в Аномалии. Если он и боялся своих пассажиров, то Края Света боялся еще больше.

Я отпустил с ним одну из вольнонаемных. Срок её контракта уже закончился, и я не смог убедить её остаться. Дерзкая брюнетка Гэй Каваи была душой станции, но теперь, когда я увидел Лилит Адамс, она стала старой, толстой и заурядной. Я с сожалением отказал троим людям, которые просились лететь с ней. Они должны были служить еще год, и у меня не было для них замены. Вместе с полудюжиной других расстроенных безмолвных мужчин они проводили Гэй Каваи к люку. Теперь мне надо было опасаться еще и за нравственный облик этих людей.

Капитан Скаббард получил указания и пробормотал, что надеется никогда больше со мной не увидеться. Люки были задраены. «Эревон» ушел вместе с солдатом и девушкой. Вначале я был даже рад, что Аномалия опять ожила, потому что это позволило несчастным друзьям Гэй Каваи отвлечься, однако, с другой стороны, у нас появилось слишком много проблем. Магнитометры сошли с ума, дрейфующие датчики указывали на наличие беспорядочных, но интенсивных магнитных полей. Звезды за Краем Света на глазах краснели. При первом же проявлении нестабильности наш поисковый лазерный луч обнаружил два неизвестных объекта. Один появился к северу от Края Света на расстоянии полумиллиона миль. Он был неправильной формы, в зазубринах, трех миль в длину. Судя по массе, цвету и магнитным эффектам, мы определили его как железный астероид. Второй объект вызывал большее опасение, потому что Аномалия воздействовала на все наши приборы. Вначале мы обнаружили струю ионизированного газа, затем — крошечное твердое ядро, движущееся в нашем направлении. Когда газ вспыхнул снова, повернув ядро в направлении станции, я понял, что это пилотируемый корабль. Мы попытались дать сигнал по ультракоротковолновой и лазерной связи, однако не получили ответа. Станция была вооружена — это необходимо, исходя из того, что нас посещают люди вроде капитана Скаббарда. Мы сделали предупредительный выстрел из протонного орудия. Ответом был мерцающий красноватый лазерный луч.

«Вызываем Край Света».

Аномалия искажала слова.

«Капрал Хабиб… Сестра Лилит Адамс… Ради сладкой жизни, не стреляйте в нас… в спасательной капсуле… со смертельного „Эревона“… теперь придется нас пустить!»

КОНЕЦ АНОМАЛИИ

Мы прекратили огонь и дали сигнал сбежавшей капсуле причалить к северной части станции. Когда она пристыковалась, сержант быстро отправился в шлюз, поговорил с беглецами через открытый люк и сообщил мне по переговорному устройству:

— Это тот самый солдат с той самой леди, медсестрой. Как всегда, хитрит. Не выходит из капсулы и не пускает меня туда. Даже не разговаривает со мной, хочет говорить с вами.

Увидев меня в нижнем помещении, старый Хабибула адресовал мне невинную детскую улыбку. Выбравшись из капсулы, тяжело сопя даже при нашей низкой силе тяжести, он выкатился мне навстречу.

— Наглый щенок! — Он гневно мотнул головой в сторону сержанта. — Мой багаж — это мое частное дело. Я не хочу, чтобы его растащили всякие проходимцы! Я не верю людям!

— Жиль хочет сказать, что он не верит большинству людей. Но мы согласны довериться вам, капитан Ульмар.

— Вы решили рассказать, что случилось с помощником капитана Скаббарда и двумя астронавтами?

Она посмотрела на меня. Бронзовые глаза были холодны и неприступны, как светящиеся Магеллановы Облака. Когда я повернулся к старому Хабибуле, он вздрогнул и заморгал, однако не сказал ни слова.

— Здесь у вас нет никаких прав, — сказал я, — даже как у оказавшихся в бедственном положении космонавтов. Предположим, я не оставлю вас умирать на Краю Света, зато буду держать вас в тюрьме станции. — Я попытался ухмыльнуться девушке. — Пока вы не скажете, зачем вы здесь.

— О, сладкая жизнь! — Старик покраснел от злости. — Лиль слишком юная и красивая для любого трюма, да и мне заточение всегда было не по душе. Поэтому-то я и научился обращаться с замками. Если вы — жалкий военный бюрократ, я думаю, мы вам скажем, почему мы вернулись. Я думаю, что жалкая правда убедит вас, что на Край Света нас привел вполне законный бизнес.

— Я слушаю.

— Мы прибыли сюда на ужасной лохани Скаббарда и оказались, благодаря вашему специфическому чувству долга, незваными гостями. — Он возбужденно засопел. — Троглодиты из экипажа Скаббарда хором проклинают Край Света, чем бы он ни являлся. У них вырубились геодины и отказала половина приборов. Мы находились в астронавигационном отсеке корабля и получили сигнал по лазерофону.

— В самом деле? — Взглянув на девушку, я увидел, что она пристально и серьезно смотрит на меня. Лазерофоны в Аномалии действуют плохо.

— Это был запрос от командора Кена Стара. Говорили мы вам, что он летит сюда! — Он торжествующе вытаращил серовато-коричневые глаза. — Вы еще спасибо скажете, что мы вернулись и предупредили вас о том, что Кену нужна помощь.

— Посмотрим, — сказал я. — Итак, что это за сообщение?

— Я не верю людям, — просопел старый Хабибула. — Вот почему я пошел на смертельный риск, подложив подслушивающее устройство в каюту Скаббарда и лазерный отсек. Я подслушал вызов, полученный оператором корабля. — Он посмотрел на меня. — Вызов пришел по экстренному каналу. Он был едва слышен, едва понятен, но оператор ухитрился принять передачу. Командор Стар сам сидел за лазерофоном. Он сказал, что летит сюда на «Искателе Квазара», как мы и говорили вам.

Он сделал паузу, чтобы отдышаться, и с упреком посмотрел на меня.

— Однако разведывательный корабль в опасности. Он попал в расширяющуюся Аномалию. Геодины отказали, дюзы тоже. Командор Стар просит помощи, но от Скаббарда он её не получит.

Старый Хабибула видел мое недоверие, потому что гладкое и круглое лицо его стало еще более красным.

— Мы сказали вам жалкую правду. Скаббард испугался. Быть может, он не такой крепкий мужик, как кажется. Он был пьян, однако все равно сел за лазерофон. Он ответил, что мы уже слишком близко к Краю Света. У нас, мол, у самих отказали геодины и нет топлива для дюз. Он обещал сообщить об аварии «Искателя Квазара», когда доберется до базы сектора, но оказать непосредственную помощь отказался.

Вот почему мы удрали с этого вонючего корабля. Я посоветовался с Лиль. Мы знаем, что вы рады будете помочь командору Стару, и потому решили передать вам это сообщение.

Глаза цвета пыли с тревогой уставились на меня.

— Этого вам достаточно? Теперь вы пустите нас на вашу драгоценную станцию?

— Пока нет. — Я стоял и хмуро смотрел на него. — Как Скаббард позволил вам уйти с корабля?

— А он и не позволял, — ухмыльнулся старый Хабибула.

— Он был слишком пьян. Я же говорил вам, что умею обращаться с замками. Мы уложили багаж, забрались в спасательную капсулу и оставили Скаббарда ждать снаружи. Теперь вы пошлете помощь Кену Стару?

— Если все это — ложь, то очень грязная, — взорвался я. — Я не знаю, верить вам или нет, однако, в любом случае, мы не можем терять корабли и людей в рискованных попытках.

— Прошу вас, капитан, Ульмар! — Девушка говорила из капсулы, её дрожащий голос был очень устойчив и печален. — Если вы не хотите заслужить позор Пурпурного Холла, вы должны это сделать. Вы должны впустить нас!

Секунду я глядел на нее. Она была обаятельной, но вместе с тем неприступной и холодной. В другое время и в другом месте она свела бы меня с ума. Однако на Краю Света, в сетях Аномалии, я не мог позволить себе взвалить на плечи еще одну проблему, для которой, видимо, не было решения.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5