Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Роман о камне

ModernLib.Net / Приключения / Уайлдер Джоан / Роман о камне - Чтение (стр. 3)
Автор: Уайлдер Джоан
Жанр: Приключения

 

 


Я чувствовала, что еще немного такой пальбы, и вся эта громадина рухнет, расплющив мое бедное тело. Но нет… Выстрелы, наконец, смолкли, и я услышала топот убегающих ног."А этот ублюдок — ловкий малый!» — отметил Джек, не переставая посылать в него пулю за пулей. Как кошка, цепляясь за все, что попадалось под руку, креол перепрыгивал хлам и появлялся с разных сторон, не переставая при этом стрелять. Правда, на прицел времени уже не хватало — пули пролетали мимо, попадая куда угодно, только не в Джека. Через две секунды стенки автобуса превратились о решето.

Прижавшись к дырявой коробке со стороны кабины, креол с ненавистью посмотрел на «американца», так не вовремя появившегося здесь. «Будь ты проклят!»

Банг-банг-банг… Сухой щелчок.., снова щелчок… Патроны кончились.

И тогда он побежал по дороге, как заяц, втянув голову в плечи, и каждой клеточкой тела ожидал удара пули между лопаток.

Джек встал на полено и, вскинув «винчестер», поймал на мушку креола. Тот все бежал и бежал… Стрелять в спину бегущего человека — занятие не для настоящего мужчины! «Ладно, черт с тобой, живи пока», — подумал Джек и, поднявшись, направился к машине.

***

Я тихо лежала под автобусом, прижав к себе сумку, и наблюдала за ногами, которые прошли авторешето и замерли у «джипа».

— Какого черта! Господи, боже мой, что случилось с моими птицами! А!

— заревел Джесси над головой и разрядил «винчестер» в корзину с фруктами, которая почему-то стояла рядом с его машиной. Банг-банг, и брызги мякоти и сока полетели в разные стороны. По-моему, он сердился! Я старалась не раздражать его, поэтому просто немного передвинулась в другую сторону, не рискнув выбраться наружу. Конечно, мне было не совсем удобно ползать по земле под автобусом. Пару раз я задела головой грязное днище. Но иногда приходится терпеть мелкие неприятности. К запаху бензина мне удалось почти привыкнуть, а лужа от расстрелянных фруктов расползлась чуть левее, так что здесь было почти уютно.

Ноги прошли мимо еще пару раз и остановились прямо передо мной. Потом колени согнулись, и внимательные голубые глаза заглянули мне в лицо.

— Привет! — голос его был мелодичным и чистым.

— Привет! — ответила я и наградила «Джесси» очаровательной улыбкой кинозвезды.

***

Джек стоял перед разбитым «джипом» и пытался найти хоть что-нибудь из того, что здесь оставил. Сто чертей!

Разбитые клетки валялись на дне машины, птицы разлетелись, но вещи, кажется, были целы. Расстрел корзины немного успокоил его. Так. Теперь придется дальше топать на своих двоих. Веселенькая перспективка! Да, кстати, а где эта женщина?

Он прошелся вдоль автобуса и услышал прерывистое дыхание и дробь, которую отбивали зубы перепуганной девицы. Присев на корточки, Джек заглянул под автобус.

Оттуда на него смотрели широко открытые глаза бледной «леди». Жалкое подобие улыбки появилось на ее измученном лице, когда сиплым от волнения голосом она выдавила из себя — «Привет…».

***

Креол бежал через заросли. Листья папоротника хлестали по лицу, но он ни на миг не мог остановиться, чтобы перевести дыхание. Черный глаз «винчестера», казалось, все еще смотрел ему в спину.

Скорей домой. Собрать всех и вырвать из рук Джоан Уайлдер то, что должно принадлежать только ему.

Впереди послышался звук мотора. Заросли раздвинулись, и он выскочил на дорогу. Светлый «фольксваген» медленно полз навстречу.

Креол вытащил удостоверение полицейского и остановился перед машиной, широко расставив руки.

***

Ральф с трудом пробирался по разбитой дороге. Ругая последними словами и эту кретинку, которая уселась не в тот автобус, и идиота Айро, затеявшего свою аферу.

Нет, это же надо было умудриться — прилететь в Картахену, а потом забраться в эти вонючие горы, вместо того чтобы спокойно передать ему карту, получить свою замечательную сестричку и уже умотать домой в Штаты! А теперь трясись здесь по ухабам и ищи эту ненормальную!

Господи! А это кто? Не может быть! О, нет. Нет!… Ну, денек начинается!

Он надвинул шляпу поглубже и притормозил.

***

Ральф узнал его мгновенно. Эти стеклянные глаза, черные усики, вытянутое лицо и черные перчатки. А когда в углу рта появилась знаменитая сигара, толстяк осел, пытаясь дрожащими руками удержать руль.

Ральф увидел удостоверение полковника военной полиции Золо, которое тот приложил к боковому стеклу, и сдвинул шляпу на правую сторону, чтобы хоть чуть-чуть прикрыть лицо. Если он узнает меня, это будет последняя минута моей жизни!…

Золо рванул дверцу машины и уселся рядом с полумертвым Ральфом, мельком взглянув на водителя.

— Поворачивай, мне нужно в другую сторону. Коротышка даже не подумал возразить. Машина тотчас развернулась и поехала в направлении, указанном креолом.

— Я тебя знаю откуда-то? А?

— Не понимай, — прохрипел Ральф.

— Ты американец? — в голосе Золо послышалось раздражение.

— Американос! — толстое лицо передернулось от отвращения. Глаза за шляпой засверкали гневом, лоб покрылся испариной. — Нет! Ненавижу американос! Плевать на них хотел, — и, посчитав, что еще недостаточно убедил полковника, добавил. — Они сволочи! Сволочи!

Тот кивнул, соглашаясь с этой «лестной» характеристикой, и больше вопросов не задавал — мало ли кто на кого похож.

***

Джек вытащил из рюкзака жилетку и бросил на борт «джипа». Потом из-под самого низа достал фотографию яхты. Стекло разбилось, рамка сломалась. Он стряхнул все это на землю, извлек снимок и провел по яхте рукой, приласкав ее, как ребенка.

— Ну что ж, дорогая. Придется нам с тобой еще немножко подождать. Черт!

Восклицание относилось к девице, которая неслышно приблизилась к нему и осторожно прикоснулась рукой к плечу.

— Простите. Скажите, пожалуйста, где здесь ближайший телефон?

— Понятия не имею. Извините, — он встал (нельзя же разговаривать с дамой сидя!) и начал укладывать вещи.

— Но мне очень нужно позвонить.

— У нас у всех, кажется, сегодня полно проблем. Да? — он надел жилетку и стал застегивать пуговицы. А он не очень-то любезен, этот парень!

— Скажите, а где ближайший город?

— Майами.

Детка, тебе было бы лучше сидеть дома с мамой, а не шастать по Колумбии!

— А когда появится следующий автобус? Нет, она точно с «приветом»!

— Автобус? Считайте, что здесь сейчас часы пик!

— Мне нужно в Картахену, — она собрала всю волю, чтобы выглядеть спокойной.

— В Картахену? — Джек посмотрел на нее с интересом — девица ехала как раз в обратную сторону. — Ну, ангелочек, Картахена знаешь где? На побережье, вон там.

— Но мне сказали, что этот автобус…

— Кто сказал?

— Один джентльмен.

— Не тот ли «милый господин», что собирался стрелять в тебя! Что он тебе еще сказал, красотка?

Парень уже пристегнул карабин к поясу и собирался забросить на спину рюкзак, и она понимала, что еще минута, и он уйдет. Губы ее задрожали.

— Пожалуйста. Мне нужна ваша помощь! — сейчас мужчина бросится к ней, подхватит чемодан, возьмет ее за руку и поведет в Картахену…

— Да? Это очень важно, леди! — он взглянул на девушку насмешливо.

Когда едешь к черту на рога, нужно рассчитывать не только на свое обаяние! Какого дьявола она думает, что кто-то должен возиться с незнакомой дамой, только потому, что она вплюхалась в какую-то историю! У меня что, своих забот мало? Он еще раз окинул взглядом остатки состояния, потом посмотрел на небо. Тучи висели над головой, закрывая горы. О, он прекрасно знал «влажный сезон в „тьерра кольенте“! note 8» Через несколько минут сплошная стена воды рухнет из разверзшейся хляби, и шагай тогда под проливным дождем с пустым желудком.

У него не было никаких запасов — на «джипе» через пару часов можно было бы добраться до какой-нибудь деревни, где всегда найдется что-нибудь выпить и перекусить. А теперь неизвестно, когда будет возможность хоть что-нибудь бросить в желудок, который настойчиво требовал своего. Все потеряно, а эта ненормальная почему-то решила, что ее проблемы — единственная его забота.

— Полгода работы улетело в воздух! — Джек старался не кричать. — «Джип» испорчен! (Где здесь, у черта, найдешь механика!) — Через пять минут все, что у меня осталось в этом мире, промокнет! Извините, мне нужно торопиться.

— Пожалуйста!

Джек повернулся и, не ответив, зашагал по дороге.

Он не слышит меня! Я прочитала свой приговор в холодных голубых глазах. Как можно было сравнивать этого человека с преданным Джесси?! И это «настоящий мужчина»!.. Он бросит меня здесь, наедине с дикой природой!

— Пожалуйста! — просьба прозвучала искренне и жалобно, но истукан повернулся и пошел прочь.

— Я вам заплачу! — он замер. «Ага, жалкий скряга! Клюнул на денежки!»

— Вы не понимаете… Это вопрос жизни и смерти…

— Сколько! — он повернулся и заинтересованно посмотрел на женщину. «Во сколько же она оценила свою жизнь!»

— Пятьдесят долларов!

— О, черт! — Джек даже рассмеялся.

Джоан не поняла, что так рассмешило этого провинциала? За пятьдесят долларов можно добраться до другого штата!!!

— Но вы же сказали, что только что потеряли все?

— Но только не чувство юмора! — он заспешил прочь.

— Сто долларов! — мужчина продолжал идти. — Двести долларов! — он снова остановился.

Потом медленно повернулся, подошел к Джоан и, глядя ей прямо в глава, проговорил:

— Хорошо. За пятьсот долларов я, пожалуй, постараюсь вам помочь.

— Что? — задохнулась девушка. Пятьсот долларов! Да это все, что лежало в ее сумке! — Двести пятьдесят! — пучок волос на макушке задрожал от возмущения, но Джоан постаралась держать себя в руках. Ведь если этот негодяй уйдет, она останется вообще одна!

— Я дорого стою. Но со мной можно договориться, — казалось, он не заметил молний, которые сверкали в голубых глазах девушки. — За то, чтобы отвести заблудившуюся женщину к телефону, я беру минимум четыреста долларов.

— Триста семьдесят пять! — Торговаться так торговаться.

— Американских долларов! — в его вопросе звучал неподдельный интерес.

— Конечно, — ответила девушка брезгливо. — Договорились? — он не заметил презрения.

— Хорошо! — Бросила она и гордо пошла вперед по дороге.

Джек посмотрел на чемодан. Э, милая, я обещал вывести тебя, но таскать сундуки мы не договаривались!

Он взял чемодан и догнал девицу.

Хлоп! Чемодан шлепнулся на землю у ног Джоан. Она застыла на месте, раскрыв рот от изумления. Этот увалень, этот несчастный хапуга, этот тип, этот… Все слова от возмущения вылетели из головы. ЭТОТ.., шагал вперед по дороге, размахивая пустыми руками и насвистывая какой-то пошлый мотивчик!

***

«Фольксваген» подъехал к каким-то баракам, когда небо уже стало темно-свинцовым от собравшихся грозовых туч. На пороге стояло несколько человек в форме военной полиции. Они настороженно уставились на светлый приближающийся рыдван.

«Мать твою! Да эти латинос, кажется, сейчас расстреляют машину в упор! Вот это вляпался!»

Ральф на всякий случай пригнул голову пониже.

Невысокий офицер выскочил вперед и положил руку на лобовое стекло, как бы опасаясь, что машина вкатится прямо в помещение. Он смачно выругался, но так и застыл с отвисшей челюстью, захлебнувшись окончанием фразы.

— Сеньор Золо! — прохрипел офицер, увидев пассажира.

Золо вышел из машины и распорядился:

— Собрать всех. По тревоге.

— Слушаюсь, сеньор, — вытянулся офицер, уже не обращая никакого внимания на водителя.

***

Я с трудом тащилась по дороге с чемоданом в одной руке и сумкой в другой. Этот проклятый «гроб» все время переворачивался, соскакивая с колес, а, извините за выражение, «джентльмен» спокойно продолжал идти вперед, даже не подумав предложить свою помощь.

Каблуки попадали в какие-то ямы, то и дело грозя вывернуть ноги. Дождь заливал за шиворот воду ушатами, бил в лицо, и я почти ничего не видела, кроме, разве что, спины с рюкзаком, служившей мне ориентиром.

И вдруг он остановился.

— Там у вас есть что-нибудь ценное в чемодане! — донесся его голос сквозь шум дождя.

— Нет. — Ответила я на всякий случай. Может он собрался меня ограбить. И ничего удивительного! Мы здесь были совершенно одни, — Там одежда, и все такое.

— А зонтик есть?

— Нет.

— А хорошие туфли?

Идиотский вопрос! Какая леди отправится в путешествие без запасной пары обуви!

— Конечно. Такие же, как на мне сейчас.

— Понятно.

Он подошел и взял чемодан (Господи, наконец-то в нем проснулась совесть!). Я благодарно улыбнулась, оценив этот жест, и облегченно вздохнула.

***

Джек проклинал себя за то, что связался с этой курицей, умудрившейся не захватить с собой в дорогу ни одной путевой вещи. Она тащилась с «сундуком», набитым всяким барахлом, со скоростью десять шагов в час. Так, милая, мы доберемся до Картахены не раньше, чем через месяц! А мне нужно спешить.

Он решительно взял у нее «сундук» и, растянув зубы в нечто, напоминающее улыбку, подошел к краю обрыва.

Как в замедленной съемке, Джоан увидела поплывшую вверх руку, затем, насколько позволяла тяжесть набитого до отказа чемодана, взмах и… Все ее вещи, заключенные в серый пластиковый корпус, полетели в пропасть.

— Ну ладно, — даже не посмотрев вслед ненужному хламу, сказал Джек. — А теперь будем идти по-настоящему.

Джоан понимала, что она сейчас в его власти, что только он может вывести ее отсюда; что Элейн грозит опасность, если она не поспешит на помощь! Все это девушка понимала, но гнев, захлестнувший ее, был сильнее всех трезвых доводов рассудка. Она подскочила к этому негодяю, трясясь от ярости.

— Вы… — задыхаясь, начала Джоан, глубоко засунув руку в карман, чтобы не залепить кулаком по ухмыляющейся физиономии. — Вы…

Закончить она не успела — тонкие каблуки срезали кусок глины, размокшей под дождем, и Джоан ухнула вниз, не успев даже пискнуть, и поехала по ложбине, вымытой грязевым потоком, со скоростью гоночной машины.

— О, черт! — Она умудрилась свалиться! Джек взмахнул руками, и напрасно. Пласт, на котором он стоял, не выдержал этого резкого движения, и мужчина, кувыркаясь, отправился вслед за девушкой.

Сколько раз пыталась потом Джоан вспомнить злополучный полет, это не удалось ей ни разу. Мелькали какие-то обрывки, куски, не складываясь в общую картину.

… Ноги, руки, туловище и голова существовали отдельно. Липкая грязь окутала все тело, не давая открыть глаза. Огромные листья папоротника и банановые заросли, которыми был укрыт весь склон, больно хлестали лицо. Ее пару раз перевернуло, юбка оказалась выше пояса. Несколько смягчало удары пальто. Раздувшееся от воды, оно напоминало большую подушку, Она цеплялась за любой корень, попадавшийся на пути. «Конец!» — мелькнуло в голове девушки, но в этот момент, пролетев еще пару метров и перевернувшись в воздухе, она шлепнулась в огромную лужу, которая образовалась у последнего шестифутового трамплина. Ноги и руки раскинулись в стороны.

Джоан сидела, хватая воздух открытым ртом, как рыба, заброшенная на берег. Она упиралась ладонями в зыбкое дно лужи, поддерживая тело над колышущейся черной массой. Дрожащие ноги не слушались ее, и она никак не могла подтянуть их к себе, чтобы встать. Девушка тихонько скулила.

Уууух! Какое-то бревно врезалось в нее, чуть не разорвав пополам. Голова дернулась, и Джоан задохнулась от боли. Разлепив глаза, она увидела торчащий между ногами рюкзак, который стал постепенно отползать. ***

Джек влетел во что-то мягкое и замер. «Жив», — мелькнуло в голове. Он осторожно приподнялся и увидел справа и слева от лица ноги.

«Недурственно приземлился», — подумал он и решил разглядеть их получше.

Боже мой, что это были за ноги! Длинные, белые, несмотря а грязь, стекающую в лужу, и.., мягкие. Они спасли его голову, которая могла врезаться и в какую-нибудь корягу. Они казались прекрасными.

«…Лучшие ноги Нью-Йорка», — говаривала Глория в той далекой жизни.

— О-о-о! — громко закричал Джек, не очень торопясь выбраться из этого плена. — Йох-ху-ууу! — чуть отклонившись назад, он посмотрел в мокрое грязное лицо девушки и расхохотался.

— О, черт возьми! Вот это прокатились! Какое прекрасное утро сегодня!

Джоан не разделяла его восторга. Все еще сидя в луже, она растерянно моргала, абсолютно не представляя себе, как же выбраться из идиотского положения. Хохот этого жеребца оскорбил ее. Но тут он что-то сказал, и девушке послышалась тревога в его голосе.

— С вами все в порядке?

Она попыталась осмотреть себя. Рукав пальто был разорван, как выглядела юбка, будет видно потом.

— Вы не ранены?

Джоан отрицательно замотала головой, едва сдерживая рыдания. Наконец он догадался освободить ее, привстав на колени.

— В чем дело? Или у вас язык парализовало? — Нет, — выдохнула она, вытирая лицо мокрыми ладонями.

— Замечательно, — Джек встал. — Как вас зовут?

— Я — Джоан Уайлдер, — дрожащим голосом произнесла девушка с гордостью, рассчитывая, что он должен упасть на колени при звуке знаменитого имени.

— Джоан Уайлдер! — в его устах это прозвучало, как «сковородка» или «веник», Джек протянул руку и пожал дрожащую грязную ладошку «лучшей романистки года», которая все еще продолжала сидеть в грязи. — Добро пожаловать в Колумбию!

Наконец-то он вытащил ее из лужи и ободряюще похлопал по плечу. И если бы не правая рука, которую он все еще продолжал трясти в своей клешне, Джоан от этого знака внимания снова бы рухнула в грязь.

***

Айро сидел на яхте за столиком напротив Элейн, развлекал ее разговором и маленькой кисточкой снимал пыль с зубов статуэтки крокодила. Это была его страсть — острые «зубки», которые могли перемолоть все, что угодно.

Телефонный звонок прервал его рассказ об убийстве Эдуарде. Слуга принес аппарат и поставил на столик.

— Денер.

***

Ральф, улучив минуту, когда в караульной комнате никого не было, взял телефон со стойки и набрал номер. Трубку подняли почти сразу.

— Денер, — услышал толстяк и уже собрался было разразиться градом ругательств, как вдруг дверь открылась, и в комнату, окутанный клубами сигарного дыма, вплыл Золо.

Ральф резко повернулся к нему спиной и, втянув голову в плечи, преувеличенно радостно заорал:

— О, здравствуй, мама! — он отошел к окну, чувствуя затылком взгляд.

— Это я — Эрви!

— Ну ты, урод, где ты! — бодро рявкнул Айро, не понимая, сколько можно шляться. Всего-то дела на час!

— Все в порядке, мама… Почему я тебе не звоню…..Золо, окинув толстяка подозрительным взглядом, вышел, но зато появился солдат, которому потребовался карабин.

— Скажи, в чем дело! — надрывался Айро. Солдат безразлично выудил из стойки карабин, проверил затвор и, наконец, ушел.

Толстяку захотелось перекреститься.

— Ну, как всегда, огромные неприятности из-за тебя, — зашипел он в трубку, опасаясь, что сейчас войдет кто-нибудь еще и обязательно все услышит. — Прежде всего, эта дура села не на тот автобус. А теперь я торчу здесь, непонятно где, в каких-то бараках или казармах, где идет мобилизация.

За окном подъезжали и отъезжали машины. Военные бегали, будто уже началась война. Ральф увидел, как Золо подошел к какому-то «джипу» и отдал распоряжение вытянувшемуся по стойке «смирно» офицеру, который тут же куда-то укатил.

— Они знают, кто ты? — испуганно спросил Айро.

— А как же! Я же всем здесь представляюсь! Каждому полицейскому! Идиот. Да, и еще одна мелочь, двоюродный братец. Знаешь, кто здесь вместе со мной?

— Золо!

Ральф представил вытянувшуюся физиономию брата, сплюнул и передернулся, как будто увидел лягушку.

— Ну дайте ему сигарету, этому догадливому. Да, Золо. Золо. Он украл мою машину. Так что теперь не только мы с тобой похитители, черт возьми. Я, к тому же, потерял все, что у меня было в багажнике!

Таская за собой телефон и не прекращая говорить, толстяк бегал на коротеньких ножках по караулке, пытаясь понять, что же здесь происходит, и не пропустить момент, если кто-нибудь войдет.

— И что он делает?

— Да он здесь всех мобилизует, отдает приказания, ясно?

В этот момент взгляд его упал на стенд, возле которого стояла пирамида с оружием. На стенде красовалась надпись: «Разыскивается полицией», под которой разместились два десятка не очень приятных физиономий. А в правом верхнем углу шикарный портрет в фас и профиль полного преступника, рожу которого он видел по утрам в зеркале, когда брился. Ральф пошел к плакату, как загипнотизированный кролик в пасть удава.

— О, нет, нет! — вырвалось у него откуда-то из живота. Но тут вошел солдат и вытащил автомат из стойки прямо под его фотографией, Ральф быстро отвернулся. Сволочь! Сидит там на яхте, а я мотаюсь по полицейским участкам с моими портретами на стенах.

— Слушай, Ральф! Возвращайся сюда немедленно, черт возьми! — Этот кретин ничего не может сделать нормально!

Айро сжимал трубку в побелевших пальцах. Простое дело, встретить самолет, взять карту, приехать! Нет. Обязательно нужно вляпаться в историю. Небось сидит там с мокрыми штанами!

— Ты слышишь! Немедленно!

Солдат вышел, и Ральф смог ответить этому ублюдку.

— Ты не приказывай мне, понял? Не смей со мной так разговаривать, — он взгромоздил свой толстый зад на барьер и попытался дотянуться до плаката, — я чувствую, ты хочешь убить меня! Да? Ради бога! Но сделай в Америке, а не здесь, в этих вонючих джунглях, где полно каких-то змей!

Его короткие пальцы, наконец, ухватили плотную бумагу, Ральф рванул ее на себя и.., вместе с ней кувырком полетел на пол.

В трубке раздался грохот, Айро внимательно вслушивался, но толстый урод почему-то замолчал.

— Что ты собираешься делать? — никакого ответа, — Достань мне карту, хоть из-под земли! — он жестко закончил разговор и отставил телефон.

— Сестричка села не на тот автобус, — Айро посмотрел на Элейн, которая неподвижно сидела на стуле, — Этот третий человек, о котором я рассказывал, едет за ней.

— Человек, который убил моего мужа? — ее глаза широко открылись.

Элейн проклинала себя за звонок к Джоан. Зачем я это сделала? Девочка такая беззащитная. Ужас плескался в расширившихся глазах женщины, и Айро получал от этого наслаждение.

— Да, этот мясник, который убил твоего мужа. Очень интересный человек! У него своя армия есть. Я не знаю, кто он на самом деле! Доктор Золо, как он предлагает себя называть, министр антиквариата, или полковник Золо, заместитель начальника секретной полиции. Но кто бы он ни был — это все равно мясник, убийца. Вот кто он.

Он объяснял это, размахивая острым ножом перед лицом Элейн, едва не касаясь его, гневно сверкая глазами и брызгая слюной, низко перегнувшись через столик. Со словами «вот он кто» Айро вонзил нож в кусок мяса, которое грудой лежало в миске тут же на столике, и швырнул его в распахнутую пасть крокодила, Острые клыки щелкнули, и мясо исчезло.

— Какие зубки, а? — восторженно оскалился хозяин, мгновенно забыв и брата, и карту, и даже проклятого Золо.

Господи, как там Джоан? Помоги ей ради всего святого, пресвятая Богородица, попросила Элейн и прикрыла глаза.

***

Джек на корточках сидел у ручья, ополаскивая «яхту», которой досталось не меньше, чем хозяину во время спуска в долину на мягком месте.

Джоан же все еще приходила в себя.

Я лежала среди душистых трав на прекрасной поляне. Дождь закончился так же внезапно, как и начался. Мы успели обсохнуть у костра, который разложил мой спутник, и чуть-чуть привести себя в порядок.

Высокие пальмы удерживали голубой купол неба, как в огромном зале мраморные колонны поддерживают потолок. Наверное, там, под потолком, среди деревьев прятались птицы, но отсюда я их не видела.

— В чем дело? Вам плохо? — девица все еще лежала на коряге, свесив голову вниз, сверкая голыми пятками.

— Нет, я потеряла пуговицу, — Джоан, смирившись с потерей, села. Все равно в такой высокой траве невозможно отыскать маленький костяной кружочек!

— Вы потеряли что-о-о? — глаза у Джека вылезли из орбит.

— Пуговицу, — она попыталась оправить жакет, но правый рукав остался в левой руке. О, господи.

Мать твою! Здесь потеряно целое состояние, разбита машина, улетел чемодан со всеми вещами, выброшено изодранное пальто, костюм разлезся и свисает клочьями, а эта дуреха ползает по колено в траве и ищет, видите ли, пуговицу.

— Вы не только это скоро потеряете!

Он схватил ее туфли и бросил у ствола поваленного дерева. Из чехла Джек выдернул мачете.

КРАК! — И каблук отлетел в сторону.

КРАК! — Другой последовал за ним.

Он с удовольствием осмотрел свою работу и бросил тапки к ногам растерянной женщины.

— Это были шикарные итальянские туфли. — Задумчиво сказала Джоан, посмотрев почти равнодушно на останки.

— Зато теперь они превратились в удобные, — Джек остался доволен.

Нет, это бог знает что! Самодовольный идиот. То он выбросил чемодан с вещами, потом пальто, заявив, что эта «рвань» мне ни к чему (ни к чему, ни к чему, а без него я ободрала бы себе спину и то, что пониже, когда проехалась по его милости с горки!), а теперь изуродовал единственные туфли!

— Неужели ничто, из того, что у меня есть, для вас не свято?! — Джоан с вызовом посмотрела на мужчину, который даже не слышал о такой замечательной писательнице!

— Ну как же! — воскликнул он и, когда девушка вопросительно подняла голову, объяснил спокойно. — Триста семьдесят пять долларов.

Это ухе слишком! Я больше не скажу ему ни слова!

Джоан нагнулась, чтобы надеть туфли, и это спасло ей жизнь.

Банг! Банг! Банг! — прогремели выстрелы, и от дерева, как раз в том месте, где только что была голова «знаменитой писательницы», полетели щепки. Девушка попыталась вскочить на ноги, но сильные руки спутника швырнули ее к подножию маленькой глыбы.

Банг! Бангбанг!!!

Джек осторожно высунул голову — наверху, у самого основания трассы, по которой они совершили свой стремительный спуск, стояли «джипы» военной полиции, и целая свора людей в форме продолжала палить из карабинов в их сторону.

— Полиция! Что им нужно, черт возьми? — он уже несколько месяцев не занимался контрабандой, наркотиками и, вообще, вел самый что ни на есть праведный образ жизни. — Я ничего такого в последнее время не делал!

Рука нашарила бинокль, и он совсем близко увидел человека, того самого засранца, которого пощадил пару часов назад. Мать твою!

— Я стрелял в полицейского! Ну все! Можно считать себя покойником! Они поднимут на ноги всю полицию, и нам каюк! И вдруг его осенило.

— Минуточку… Он вас ищет! — перепуганная девица смотрела на него непонимающими глазами, — Да кто вы такая?!

— Я? Я — писательница. Романистка… — Что?

По-моему, она считает меня идиотом! Надо же! А глазки такие голубенькие, черт! Невинные. Точно аферистка.

— Что вы здесь делаете?

— Я сказала вам… Жизнь моей сестры зависит только от меня.

Нет! Строит из себя овечку! Вот такие красотки берут тебя своей бархатной лапкой и тащат за шиворот прямо в ад!

— Да ладно, кончайте вы, господи боже мой, дурака валять, — он снова посмотрел в бинокль — пока Джек изучал эту штучку, полицейские привязали веревки к машине, и… — Господи, они спускаются! Ну что ж, по-моему, самое время опробовать новые туфли! — он вскочил и, оставив рюкзак, виляя среди деревьев, бросился бежать.

Слава богу, Джоан успела надеть туфли до того, как следующие пули просвистели над головой. Это дало ей возможность ринуться вслед за спутником, почти не отставая. Но это «почти» выросло метров в пятнадцать.

— Подождите! — кричала девушка, опасаясь потерять из виду широкую спину своего провожатого.

— Некогда ждать! — он затылком ощущал преследователей.

— Подождите! — она слышала выстрелы, которые оставляли глубокие раны в телах деревьев.

— О, дьявол! Нам только этого не хватало! — Джек притормозил, увидев заросли молодого бамбука, которые сплошной стеной выросли перед ними, Он снова выхватил мачете и стал остервенело рубить направо и налево, прокладывая дорогу, — Что вы сделали сегодня утром? — слова слетали синхронно с ударами ножа, — Вы утром прилетели сюда испортить кому-нибудь жизнь! Да? — она пробиралась вперед не так быстро, как ему хотелось, но все же пробиралась. — Черт!

Мачете рубил головы бамбука, но силы оставляли Джека, — Вы знаете, куда мы идем! — задыхаясь, спросила Джоан, — Здесь какая-то дорога! — выстрелы раздавались все ближе и ближе.

— Это дорога! — Что же такое бездорожье? Но Анжелина никогда не ныла. Она шла за своим Джесси всегда безропотно!

— А-а-а! — раздался впереди крик Джека. Еще секунда, и он бы сорвался в пропасть, появившуюся совершенно неожиданно, только толстая лиана, в которую непроизвольно вцепились руки, спасла его от падения, — О-о-о! — едва успела притормозить Джоан. Они смотрели вниз, на дно ущелья, где шумел горный ручей, унося камни, щепки и все, что попадалось — весь этот мусор в реку, очищая жилище Богов.

Я перевела дыхание, Слева через пропасть простирался мост. Мне показалось, что мужчина несколько растерялся.

— Ну, знаете! — спросил Джек, не сумев скрыть неприязни. — У вас что, дар приносить несчастье людям!

— А мост! — подсказала я спутнику.

— Это не мост! — его голос звучал резко. — Это произведение искусства доколумбовой эпохи! По нему нельзя пройти. О, черт!


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10